Глава 3. Истинная доброта

Пространство не имело стен. Только тьма, плотная, как бархат, и в центре — круг белого света, выхваченный из ниоткуда. Карманное измерение, созданное для одного: чтобы трое могли говорить без свидетелей. Женщина в чёрно-фиолетовом деловом костюме сидела в кресле с высокой спинкой. На её правой руке, обвивая запястье, зашипела маленькая змея с чешуёй цвета индиго. Виолетта — новая Ведьма Души, глава корпорации «Дьявольское искушение» — выглядела ровесницей студенток Алфеи, но в её улыбке было нечто такое, от чего даже тьма сжималась. Она поднесла к губам фарфоровую чашку, отпила ароматный чай и удовлетворённо прикрыла глаза. — Ты слишком спокойна, — заметил мужчина, сидевший справа. Кассиан Вейл, Хирург, глава «Поцелуя ангела». Он не пил чай. Он крутил в пальцах скальпель, отражающий белый свет. На его лице снова была маска, но глаза выдавали раздражение. — Последняя наша операция провалилась. Алфея опечатала мою лабораторию. Меня ищут по всем измерениям. — Потому что ты позволил себя обнаружить, — мягко ответила Виолетта. Змея на её руке подняла голову, словно соглашаясь. — Ты хотел заполучить Драконье пламя, но забыл, что с огнём играют только те, кто умеет не обжечься. Кассиан резко повернулся к ней, но ответить не успел. Третье кресло — розовое, с атласными подушками и бантом — медленно развернулось к ним. В нём сидела та, чьё имя в культе произносили шёпотом, а в мире магии — с улыбкой и цветами. Крёстная фея. Она была прекрасна. Белые волосы струились по плечам, розовое платье сияло в белом свете, крылья за спиной переливались, как утренняя заря. На носу — круглые очки в розовой оправе. В руке — палочка со звездой на конце. Она смотрела на Кассиана и Виолетту с выражением ласковой матери, чьи дети разбили любимую вазу. — Вы… проиграли, — сказала она, и голос её был сладок, как патока. — Ах, сколько там… три раза? Три провала подряд. Моргана потеряла школу, Кассиан потерял лабораторию, а Виолетта… Виолетта, милая, ты так и не смогла открыть портал для нашего Хирурга вовремя. Виолетта опустила чашку. Её улыбка не дрогнула. — Мы учимся. — Учитесь? — Крёстная фея рассмеялась — мелодично, как колокольчик. — Жалкие неудачники. Мои жалкие, глупые, но такие дорогие неудачники. Она глубоко вдохнула, и розовый свет начал пульсировать вокруг неё. Воздух наполнился запахом ванили и роз. — Ладно. Глубокий вдох и выдох. Мы начинаем наш главный план. — Она подняла палочку, и перед троими возникла голографическая карта магического мира. — Мы очистим этот мир. От школы Волшебниц, от Совета магов, от всех, кто считает, что слабость — это порок, а сила — это добродетель. Я создам для них идеальный мир. Из их же собственных останков. Кассиан откинулся в кресле, пряча скальпель. — И когда? — Уже завтра, — улыбнулась Крёстная фея. — Я иду в Алфею. Лично. Виолетта и Кассиан переглянулись. Впервые в их голосах не было иронии. --- Часть 1. Сладкий запах Винкс возвращались в Алфею после очередного патрулирования. Месяц прошёл с тех пор, как они закрыли лабораторию Кассиана, но напряжение не спадало. Исчезновения фей прекратились, но Блум знала: это затишье перед бурей. — Я всё ещё не могу поверить, что мы упустили его, — проворчала Стелла, поправляя причёску. — Этот доктор-садист ушёл прямо у нас из-под носа. — Он вернётся, — тихо сказала Лейла. — Такие всегда возвращаются. Они вошли в главный коридор Алфеи и остановились. Воздух был… другим. Сладким. Слишком сладким. Пахло ванилью, розами, карамелью — тем приторным ароматом, который бывает на ярмарках и детских праздниках. — Вы это чувствуете? — нахмурилась Флора. — Это не… — Магия, — закончила Текна, активируя анализатор на запястье. — Очень высокая концентрация. Источник — главный зал. Они побежали. В главном зале Алфеи яблоку негде было упасть. Студенты, преподаватели, приглашённые гости — все смотрели вверх. Над их головами, паря в воздухе, летала девушка в розовом платье. Её крылья мерцали, а вокруг неё кружились мыльные пузыри, переливающиеся всеми цветами радуги. Каждый пузырь, лопаясь, рассыпался мелодичным смехом. — Дорогие мои! — её голос разносился по залу, тёплый и ласковый. — Как же я рада быть здесь, в вашей прекрасной школе! Рядом с ней стояла Фарагонда — живая, здоровая, но какая-то… расслабленная. Она улыбалась шире обычного. — Феи Винкс, — произнесла директриса, заметив вошедших. — Вы как раз вовремя. Познакомьтесь с нашей гостьей. Это… — О, я сама представлюсь! — девушка плавно опустилась на пол, и пузыри вокруг неё разлетелись в стороны. Она подошла к Винкс, и только теперь они увидели её лицо: большие глаза за круглыми очками, нежные черты, белые волосы. Она была похожа на картинку из детской книжки. — Я — Фея Крёстная, — сказала она и сделала книксен. — Возможно, вы слышали обо мне. Я помогаю тем, кто ищет своё «долго и счастливо». Блум почувствовала, как её магия дёрнулась. Сделала шаг назад. — Мы… не слышали, — осторожно сказала она. — О, неужели? — Крёстная фея склонила голову, и в её глазах на секунду мелькнуло что-то, от чего у Блум пробежал холодок по спине. Но тут же гостья рассмеялась. — Ничего страшного! Поэтому я здесь. Фарагонда любезно согласилась, чтобы я провела для ваших студентов экскурсию на мою фабрику «Истинная доброта». Мы покажем, как рождаются чудеса! — Экскурсию? — переспросила Текна. — На фабрику? — Да! Это будет весело, — Крёстная фея хлопнула в ладоши, и вокруг неё снова взметнулись розовые пузыри. — Завтра утром. Я предоставлю портал. А сегодня — отдыхайте. Вы, наверное, устали после… — она сделала паузу, — …всех этих приключений. Она улыбнулась Винкс, и в этой улыбке Блум показалось, что она видит что-то знакомое. Что-то, что она уже встречала в подвалах лаборатории «Поцелуй ангела». Но Фарагонда уже повела гостью дальше, а студенты расходились, обсуждая предстоящую экскурсию. Только Винкс остались на месте, глядя вслед розовому платью. — В ней что-то не так, — прошептала Муза. — Всё не так, — ответила Блум. — И мы должны выяснить, что именно. --- Портал открылся ровно в десять утра. Розовый, сияющий, он вёл в измерение, где небо было цвета сахарной ваты, а облака напоминали зефир. Винкс, несколько десятков студентов Алфеи и преподаватели шагнули в него — и оказались в мире, который казался воплощением детской мечты. Фабрика «Истинная доброта» была огромной. Её стены из белого кирпича украшали живые розы, из труб вместо дыма вылетали мыльные пузыри, а вместо конвейеров двигались стеклянные сферы, в которых кружились разноцветные зелья. — Добро пожаловать! — Крёстная фея парила над ними, осыпая розовыми лепестками. — Здесь мы создаём счастье для всех, кто в нём нуждается. Экскурсия была идеальной. Они видели цеха, где варят зелья «Забвение тоски» и «Вечная верность». Они заглянули в комнаты, где мастерицы в розовых фартуках шили кукол-утешителей. Они попробовали конфеты, от которых на душе становилось тепло и спокойно. — Это потрясающе! — воскликнула Стелла, рассматривая амулет в форме сердца. — Он действительно делает так, что любимый человек никогда тебя не бросит? — Конечно, дорогая, — Крёстная фея коснулась её плеча. — Каждый амулет — это частичка настоящей магии. Мы берём то, что мешает людям быть счастливыми, и перерабатываем это в радость. Никаких отходов, только чистое добро. Блум не могла отделаться от ощущения, что они что-то не договаривают. Она смотрела на идеально чистые полы, на улыбающихся работниц, на розовые стены, и в голове не укладывалось: где здесь подвох? Они вернулись в Алфею к вечеру, нагруженные подарками — маленькими флакончиками с зельем «Сладкий сон». — Выпейте перед сном, — посоветовала Крёстная фея, прощаясь. — Сны будут волшебными. Винкс разошлись по своим комнатам, унося с собой аромат роз и ванили. --- Ночь прошла тихо. Слишком тихо. Блум проснулась от того, что её магия… молчала. Она попыталась зажечь огонёк на ладони — ничего. Только слабое тепло, которое тут же погасло. — Что… — она села на кровати и посмотрела на запястье. Подавитель? Нет. Браслетов не было. Но магия не отзывалась. Она выбежала в коридор. Там уже были остальные Винкс. Все выглядели растерянными. — Я ничего не чувствую, — прошептала Флора, сжимая руки. — Моя магия… исчезла. — Не исчезла, — поправила Текна, которая уже успела надеть свои гаджеты. — Заблокирована. Внешним полем. Я не могу определить источник, но он находится за пределами школы. — Сладкий сон, — вдруг сказала Лейла. — Зелье, которое она нам дала. Я не пила. Я не доверяю подаркам. — Я тоже не пила, — добавила Блум. — Я сделала глоток, — виновато сказала Стелла. — Но выплюнула, когда поняла, что вкус странный. — Мы должны вернуться на фабрику, — решительно сказала Блум. — Это она. Я знаю. Они вышли из Алфеи через боковой вход. Защитные чары школы были ослаблены, и портал в измерение Крёстной феи всё ещё был открыт — розовая воронка мерцала на том же месте, где её оставили вчера. Они шагнули внутрь. --- Фабрика встретила их тишиной. Никто не бродил по коридорам, не пел песен, не разливал зелья. Только розовые стены, пустые конвейеры и запах ванили, который теперь казался приторным до тошноты. — Нам нужно в подвал, — сказала Текна, сверяясь с датчиком. — Блокирующее поле идёт оттуда. Они нашли лестницу, ведущую вниз. Ступеньки были металлическими, холодными, и чем ниже они спускались, тем слабее становился розовый свет. Внизу пахло иначе. Железом. И чем-то ещё… чем-то, что заставило Флору замереть на месте. — Кровь, — прошептала она. — Я чувствую кровь. Подвал фабрики «Истинная доброта» не был похож на розовый рай. Это была лаборатория. Огромная, холодная, с рядами стеклянных капсул, в которых плавали тела. Феи. Ведьмы. Маги. Их крылья были аккуратно отделены, их магические ядра пульсировали в пробирках, их тела… — Они живы, — выдохнула Муза, прижав руки к губам. — Я слышу их сердца. Они живы, но… — Спят, — закончила Блум. — Вечным сном. В центре подвала стояло устройство, которого они раньше не видели. Огромная сфера из переплетённых розовых кристаллов, пульсирующая энергией. От неё тянулись трубы к каждой капсуле. — Это она, — сказала Текна. — Устройство собирает магию. Она блокирует наши силы, чтобы перекачать их… туда. — Всё верно, дорогие. Голос раздался сверху. Крёстная фея спускалась к ним по воздуху, её крылья медленно взмахивали. Но теперь она не улыбалась. Её лицо было спокойным, как у матери, которая застала детей за чем-то запретным. — Вы не должны были приходить сюда, — сказала она. — Я хотела, чтобы вы просто спали. Пока я не закончу. Вы бы проснулись в новом мире. Счастливом мире. — Ты убиваешь их! — крикнула Блум, указывая на капсулы. — Я перерабатываю, — поправила Крёстная фея. — Эти феи были слабы. Их никто не любил. Но в моих руках их магия станет фундаментом для вечного счастья. Миллионы будут благодарны им. Разве это не милосердие? Она подняла палочку. — Но раз вы проснулись, я объясню вам лично. Мир магии гнилой. Вы это знаете. Фарагонда выгоняет слабых, Совет магов покрывает преступления, а те, кто рождён без силы, становятся изгоями. Я создам мир, где не будет боли. Где все будут счастливы. Навсегда. — Счастье не создают из трупов, — твёрдо сказала Блум, шагнув вперёд. Крёстная фея рассмеялась. Смех её был мелодичным, но в нём слышалась сталь. — Тогда докажите это. --- Винкс атаковали первыми, но без магии их удары были слабыми. Стелла попыталась создать световую сферу — из пальцев вырвался только жалкий блик. Флора не могла вызвать даже сорняк. Муза спела аккорд, который лишь слегка отбросил Крёстную фею назад. — Жалко, — прошептала та. — Правда жалко. Вы были лучшими. Она взмахнула палочкой, и из воздуха соткались розовые цепи. Они обвили ноги Стеллы, руки Флоры, шею Музы. — Не сопротивляйтесь. Я сделаю вам больно, только если вы заставите. Но Блум не сдавалась. Она чувствовала, что магия не ушла полностью — она была где-то глубоко, запертая, но живая. Она вспомнила, как в первый раз вызвала огонь. Не из гордости, не из гнева. Из желания защитить. — Текна! — крикнула она. — Устройство! Если мы его разрушим, магия вернётся! — Я пытаюсь! — Текна уже взламывала панель управления, но розовые кристаллы были слишком прочными. — Мне нужно время! — Времени нет, — Крёстная фея подняла палочку выше, и цепи сжались. Стелла вскрикнула. Лейла, которая успела спрятаться за колонной, выскочила с разбегу и обрушила на фею удар ногой. Та пошатнулась, но не упала — её крылья выровняли полёт. — Морфикс! — Лейла попыталась призвать свою магию, но получился лишь слабый всплеск энергии. Этого хватило, чтобы отбросить Крёстную фею на несколько метров. — Хватит! — голос Крёстной феи потерял ласковые нотки. — Вы не понимаете! Я делаю это для вас! Для всех! Она взлетела под потолок подвала, её платье раздулось, крылья расправились на всю ширину. Очки блеснули в свете розовых кристаллов. Она подняла палочку, и на её конце засияла ослепительная роза. — Вы! — крикнула она, и голос её разнёсся по всему подвалу. — Жалкие! Я делаю то, что должна! Она взмахнула палочкой, и из неё вырвался луч чистой розовой энергии — «Долго и несчастливо». Смертельное заклятие, способное лишить жертву способности когда-либо быть счастливой. Но в этот момент Блум увидела то, чего Крёстная фея не заметила. Текна наконец взломала панель, и устройство, собирающее магию, дёрнулось. Один из кристаллов треснул, и от него откололся осколок, блестящий, как зеркало. — Стелла! — крикнула Блум. — Свет! Стелла, чьи ноги всё ещё были в оковах, собрала последние силы. Она вытянула руку и направила на осколок кристалла слабый, но чистый луч света. Осколок вспыхнул, отражая свет. Луч «Долго и несчастливо» ударил в зеркальную поверхность. И полетел обратно. Крёстная фея не успела увернуться. Её же заклятие вонзилось в неё, и она замерла в воздухе. — Ты… ты… — прошептала она, глядя на Винкс расширенными глазами. — А! Она попыталась взмахнуть палочкой в последний раз, чтобы нанести ответный удар, но её тело уже не слушалось. Розовая магия, которой она была создана, начала распадаться. Платье замерцало, превращаясь в миллионы розовых блёсток. Крылья осыпались лепестками. Тело становилось прозрачным, как мыльный пузырь на закате. — Сказка… — прошептала она, глядя на свою исчезающую руку. — Сказка не должна… кончаться… — Каждая сказка имеет конец, — тихо сказала Блум. — Это делает её ценной. Крёстная фея посмотрела на неё, и в её глазах на секунду вернулась та ласковая, тёплая материнская любовь, с которой она когда-то дарила туфельки Золушкам и целовала Спящих красавиц. — А ты… настоящая… — прошептала она. И взорвалась. Тысячами розовых пузырьков. Они разлетелись по всему подвалу, лопаясь с тихим звоном. Палочка упала на пол, звякнув, как стеклянная игрушка. Очки последовали за ней, одно стекло треснуло. Сфера-устройство загудела, остановилась, и её кристаллы погасли. По всему подвалу капсулы с жертвами начали открываться, и спящие феи зашевелились, вдыхая воздух полной грудью. Магия Винкс вернулась — резко, ярко, ослепительно. Блум почувствовала, как пламя разливается по венам, и едва удержалась, чтобы не зажечь весь подвал. — Всё кончено, — выдохнула Флора, помогая Стелле освободиться от цепей, которые рассыпались прахом. — Кончено, — кивнула Блум, поднимая с пола разбитые очки Крёстной феи. Они стояли в разрушенном подвале фабрики «Истинная доброта», окружённые пробуждающимися жертвами, и знали: это не конец. Где-то там, в тени, остались Виолетта и Кассиан. Но сегодня они победили. --- В карманном измерении, где тьма встречалась с белым светом, было пусто. Розовое кресло исчезло. Только два кресла остались в круге. Виолетта сидела, положив ногу на ногу, и вертела в пальцах волшебную палочку Крёстной феи. На её руке змея зашипела, чувствуя чужую магию. — Наша госпожа… — медленно произнесла Виолетта, глядя на палочку. Её голос был спокоен, но в нём звучало что-то новое. — Что будем делать? Неужели… конец? Рядом с ней Кассиан сидел, откинувшись в кресле. Он смотрел на палочку и улыбался. Впервые за долгое время его улыбка была искренней. — Нет, — ответил он, и в его глазах загорелся фиолетовый огонёк. — Это новое начало. Виолетта подняла палочку. Та засветилась слабым розовым — последним отблеском ушедшей эпохи. — Она говорила, что мир нужно очистить, — тихо сказала Виолетта. — Может, она была права. Просто выбрала неправильный способ. — А у нас будет правильный, — Кассиан достал скальпель и провёл им по воздуху, разрезая тьму. — У нас есть время. У нас есть знание. И теперь… — У нас есть её сила, — закончила Виолетта, сжимая палочку. Змея на её руке расправила капюшон и зашипела громче. В её глазах отражался свет трёх миров. Они ещё вернутся. Конец.