Глава 2. Легенды не дремлют

      Арлена охватил страх, мрак окутал его сознание, мертвецкий холод заставил содрогнуться его душу. Он видел ту тропу, по которой несся секунду назад, но не видел преследователей. Спину невыносимо жгло, и этот могильный холод ничуть не умалял этой боли. Он чудом удержался на лошади, когда та внезапно остановилась.       — Это конец, — пронеслось в его голове.       Серебристый свет руны пробился сквозь мрак, ослепив Арлена. Она всё больше обретала чёткость, на ней прорисовывались детали. Арлен сильно зажмурился. Печать нависла над мальчиком, который с бледным безэмоциональным лицом лежал на полянке, покрытой мхом.       В один момент воздух стал разряженным, как перед грозой, запахло дождём. Печать опустилась на землю, иссиня-серые глаза распахнулись. Арлен сделал судорожный вздох, закашлялся, воздух пьянил его, давал ему силы, кровь забурлила в его жилах, побежала по сосудам, разнося драгоценный кислород по телу. Бешено вращая глазами, готовый ко всему, он попытался вскочить на ноги, но тут прямо в его сознании прозвучал сильный властный голос.       — Лежи, тебе ещё нельзя вставать. Стрела прошила твоё лёгкое, ты чудом добрался до сюда, — голос стал мягче, но звучал все так же властно.       — Кто ты? — спросил Арлен, удивляясь с каждой секундой всё больше, разговаривать с кем-то в своей собственной голове ему ещё не приходилось.       — Моё имя тебе всё равно ничего не скажет, а показываться пока нет смысла. Так что, осматривайся пока что, но умоляю, цени чужой труд, никаких резких движений… До скорого! — голос исчез, как и не бывало, а на его место слетелись мысли самого владельца головы.       Арлен осторожно, стараясь двигаться как можно более плавно, приподнялся на локтях и перед его взором открылась удивительная картина. Он был конечно юн, совсем юн, но уже знал многое, ведь книг и свитков в замке было предостаточно. Он увидел колоннаду из мрамора с тонкой резьбой, инкрустацией серебром и, видимо, сапфирами, опоясывающую поляну полукругом, истинно эльфийская работа. С другой стороны поляну ограждал такой же полукруг, но состоящий из массивных гранитных колонн, с рунной резьбой, инкрустацией золотом и изумрудами, над которыми уже в свою очерель изо всех сил старались гномы. Под слоем мха открывалась чудесная мощёная площадка, расписанная и испещрённая резьбой в эльфийском и гномьем стиле. Как известно, гномы, добывающие самые разные руды, драгоценные камни, всегда были непревзойдёнными мастерами в своем деле. Они делали украшения, оружие, доспехи столь изящно, что даже повелители эльфов, самые гордые во всём мире приходили на поклон и отдавали несметные богатства за право владеть одним маленьким колечком, вышедшим из-под инструмента мастеров-гномов. Эльфы вкладывали в эти искусные изделия свой прирожденный магический талант, для которого эти вещи были лучшим вместилищем, катализатором силы для владеющего им существа.       Однако в вопросе архитектуры эльфы никогда не прибегали к помощи гномов, хоть те и были великими строителями. Эльфийская культура, уровень её развития были огромны. Они возводили свои твердыни, города, оплоты столь величественными и столь же практичными, что обычному человеку и не снилось. Их достижения в науке, магии, искусстве, строительстве, военном деле, почти во всем, были недостижимо высоки. Однако ныне владения эльфов и гномов были оттеснены на запад, и только редкие древние останки былого величия напоминали об этих цивилизациях. Например, это сооружение, которое изумленно оглядывал Арлен. Ему неведомо было, что это место было единственным во всем мире, где гномы и эльфы долгое время жили вместе и боролись с нечистью, защищая священные для обоих народов места, как и неведомо было, что эта колоннада была приурочена к победе над некромантом из Амон-Баст во время одного из последних совместных походов эльфов и гномов       Когда Арлен сумел подняться, слегка пошатнувшись, первым делом он ощупал спину в том месте, где точно ещё совсем недавно была стрела, и… Ничего. Совсем ничего. Ни единого намека на шрам, боль, кровотечение. Арлен отправился за колоннаду, прошёл через арку между эльфийской и гномьей колоннами…       …Как вдруг его настигли беспокойный голос и яростный стук в дверь из реальности.       — Уважаемый! Милостивый государь! Это Малькольм, помощник хозяина таверны, я принес ваш ужин, сэр! — почти фальцетом орал этот малый. Арлен встал, обернул полотенцем бёдра, подошёл к двери и сказал тихо, почти шёпотом:       — Gwart al lached, — печать мигнула и рассыпалась золотом и серебром. Он отодвинул засов и открыл дверь. — Спасибо, Малькольм, давай поднос сюда и до полудня меня больше не тревожить. В полдень же жду омлет с ветчиной и томатами, да бокал вина — Арлен взял деревянный поднос и закрыл засов.       Подумалось также, что зря он поставил печать до еды, ведь если поставит сейчас вторую, то будет завтра как выжатый лимон. Так что он решил всё-таки пренебречь магической защитой, вытерся, надел чистое исподнее и приступил к трапезе. Стейк был слегка недожарен, а чечевица превратилась в кашеобразную массу, но эта была еда, энергия, которая так нужна Арлену для завтрашних дел.       Закончив трапезу, Арлен выпил четверть бокала и лёг в кровать, после чего почти мгновенно уснул, попытавшись лишь вспомнить, сколько чертовски рискованных попыток он предпринял будучи взрослым, чтобы отыскать это место. Пять, семь, десять? Бес его знает. Все попытки сводились к спешному бегству из самых гиблых мест и кровопролитию. Он уснул и не видел снов, он был ужасно вымотан, это был очень утомительный переход, и многие из тех, кто выходил из точки отправления, спят ныне вечным сном.       Утро наступило незаметно, солнце било в глаза из-за стекла окон, свет искрился, отражаясь в кристалликах снежинок. За окном было шумно, улицы с самого утра бурлили народом. Потянувшись, наёмник встал с кровати, подошёл к небольшой бадье, слегка подогрел воду и приступил к утренним приготовлениям. Омывшись, он завязал волосы в тугой хвост на затылке, достал бритву. Через двадцать минут пришёл Малькольм, принес завтрак и вино. Арлен дал ему пару монет, отдал грязную одежду, чтобы прачка её постирала, и вернулся к утренним процедурам. Распарил кожу, гладко выбрил все лицо и шею, а затем достал из сумки чистые брюки из синей ткани, такой же дублет и котту бордового цвета. Одевшись, он накинул поверх всего любимый плащ, под цвет котты, с серебряной каймой, на пояс повесил кошель, перевязь с полуторным мечом и кинжалом. Подумав немного, сменил меч на одноручный — в городе всё-таки стоит быть налегке. Арлен вышел на улицу, вдохнул свежий морозный воздух. То тут, то там бегали посыльные, прохаживались парочки, проезжали повозки. Вдруг он почувствовал сильный толчок в плечо, сделал шаг назад, едва удержался на ногах. Виновник, испуганно опустив голову, рассматривал то ли пояс Арлена, то ли его сапоги.       — П.простите, с…сэр, я не хотел вас обидеть, я очень тороплюсь, у меня срочное письмо, а найти это место было сложно, боюсь, как бы адресат не покинул это место, — запинаясь, пролепетал гонец.       — Чей же ты посыльный, — немного зло спросил наёмник, — и кто получатель?       — От сэра Мартина Яна некоему Арлену де Мартигу, он должен был заночевать в этой таверне, дайте ради Богов пройти! — заверещал гонец и попытался сделать шаг вперёд.       — Тебе повезло, адресат не успел далеко уйти. Я — Арлен де Мартиг, вот моя грамота, — он развернул свиток, попутно перегораживая посыльному дорогу рукой. Тот быстро пробежался по грамоте глазами, так же судорожно отдал свиток из сумки, что-то пробормотал и скрылся из виду, затерявшись в толпе.       Развернув свиток, Арлен принялся читать. Гораздо интереснее содержания письма был обрывок карты и какого-то листа с описанием какого-то обряда и жизни некоего мифического героя. Не отрываясь от изучения свитка, де Мартиг шёл по улице, придерживаясь стен, чтобы не быть ещё раз сбитым кем-то с ног. Снег медленно падал на землю, людей, периодически засыпал ценную информацию, поэтому Арлен стряхивал его со свитка, тут же возвращаясь к чтению. Уйдя с головой в написанное, он не заметил, как натолкнулся на девушку. Та поскользнулась, Арлен едва успел подхватить её, лишь слегка придерживая за плечи и талию, дабы не завязался конфликт.       — Благодарю вас, сэр, — уже уверенно стоя на ногах, она, как водится, сделала реверанс и учтиво наклонила голову. Арлен заглянул в её тёмно-зеленые глаза, однако и виду не подал, чтобы не смущать незнакомку.       — Могу ли я задать один вопрос? — учтиво поклонился де Мартиг.       — Конечно.       — Что столь юная особа делает в этом городке? Да ещё и одна, без какого-либо сопровождения? — в его голосе явно читались нотки удивления.       — О, сэр, это увлекательная история могла бы скрасить вечер, но, увы, сейчас я вижу, что мы оба торопимся, — с искренним сожалением, тихо ответила девушка и отвела взгляд.       — Да, это так, но может вам нужна помощь? Я мог бы проводить вас, никогда нельзя знать, насколько опасна та, или иная улица, — не унимался мужчина, хотя знал, что ему точно нужно уже идти.       — Не утруждайтесь, я могу постоять за себя, это свойственно магу из Имперской академии Феникса, — гордо вскинув подбородок отозвалась незнакомка и сделала пару шагов по направлению к другой улице.       — Что же, всего доброго. Надеюсь нас ещё сведёт судьба, — Арлен поклонился, с трудом скрывая сожаление.       — Взаимно, хорошего вам дня, — краткий кивок. Искрящиеся под зимним солнцем кудряшки выбивались из-под её капюшона и подрагивали в такт ходьбы, пока окончательно не потерялись в толпе вместе с их обладательницей. Арлен проследил взглядом её путь и двинулся в Золотой квартал, где была назначена встреча с рыцарем.       Мартин Ян нервничал. За эту ночь он исходил из стороны в сторону только что купленное поместье, не смыкая глаз. Он не знал, согласится ли Арлен на его предложение, а ведь это его последняя надежда. Этот наёмник всегда был искателем приключений, всегда возвращался из гиблых мест, он смог выжить даже в Топях Умертвий, три дня отгоняя от себя и повозки с ранеными мертвецов и призраков.       — Если этот счастливчик не согласится, ОН никогда не сможет нам помочь, никогда, — тревожно проносилось в голове барона.       Наутро ему опротивело ходить по своим покоям, и он приказал принести еду и вино в сад и исчезнуть, хотя последний приказ был лишним — слуги знали это состояние хозяина и сами бы ни за что не подошли к этому прославленному рубаке до тех пор, пока он сам не позовёт.       Около полудня, вздремнувший пару часов прямо в кресле, на холоде, он был ещё более разбит, чем перед сном. Отослав посыльного за бастардом, он вернулся в свой кабинет, в ярости разбил пару кувшинов и бокалов о стену из-за вопроса о приёме каких-то торговцев из местной гильдии.       В поместье все опять ходили на цыпочках, боясь даже кашлянуть. Вдруг до слуха рыцаря донёсся неблагозвучный шум, и, не понимая, кто мог так нагло себя вести в его доме, он схватил молот и пошел ко входу, откуда исходил источник беспокойства.       — Нет, я пройду, у меня личное приглашение, кому, Малок вас побери, это надо, чтобы ваш господин ждал своего гостя лишних пять минут, а потом нанимал новых слуг вместо калек?! — де Мартиг кипел. Три слуги закрывали собой дверь и твердили невпопад:       — Барон Ян не принимает сейчас!       — Представителей торговой гильдии не принял, какого-то наёмника и тем более не пустим!       — Особенно с поддельной грамотой, а может и краденой! — обличающе орал дворецкий.       — Сэр… — начал было нарушитель покоя, но барон его перебил:       — Пошли внутрь, что с этими болванами на холоде торчать, — он сделал жест, и вся прислуга, закрыв дверь в поместье, чуть ли не прыжками понеслась во флигель для рабочих и служащих.       — Прошу простить, вынужден был поставить этих идиотов сейчас на входе, мои воины сейчас должны быть за городом, я послал их выбить из наглых гоблинов дурь. А после им еще закупаться для следующего похода у оружейников и мастеров по доспехам, — барон явно осторожничал, но нервозность его была видна с самого начала.       — Вам не следует извиняться, сэр, для меня честь быть вашим гостем, — Арлен был учтив, как и всегда.       Они вошли в кабинет, и рыцарь, осторожно поставив молот в угол, закрыл дверь и нарисовал почти мгновенно печать, закрепив её словами:        — Marku Appa, — после чего сел, жестом предложил сесть Арлену и разлил по бокалам бренди.       — Прошу прощения, что это была за руна? Никак не могу узнать её, хотя есть знакомые элементы, — спросил де Мартиг, отхлебнув бренди.       — Арлен, нет времени на этикет и приличия, сейчас я просто Мартин, ты просто Арлен. А что до руны, то она не даёт выйти звуку за пределы этой комнаты. Наш разговор только с глазу на глаз.       — Что же, дело видно серьёзное, и мне нужны детали — с улыбкой авантюриста произнёс наёмник.       — Дело очень щепетильное, деликатное донельзя по своей сути и просто невозможное по исполнению, но я знаю, ты можешь, можешь Арлен!       — Смотря что требуется, — улыбаясь от того, что репутация счастливчика опережала его, ответил тот.       — Я приехал в Бонглиад по одной причине. В двадцати милях к северу отсюда находится старая твердыня нашего ордена — ордена Серебряного Пегаса, который, как ты знаешь, пришёл в упадок после нашествия мертвецов из склепа Мор-Тариэль, которые разбили войска ордена, разметали всех братьев и обратили замок Аэн-Зирхаэль в руины. Моя задача восстановить твердыню, создать оплот для возрождения ордена. Все братья, оставшиеся в живых, получили письма, но когда они соберутся здесь, неизвестно. Я прошу тебя взяться не за штурм крепости, но за один момент… Человек, который мог бы привлечь на нашу сторону эльфов Тисового Леса, находится недалеко отсюда, и на днях ты мог бы с ним встретиться.       — Я, конечно, рад, что мне не придется лезть на стены, но я не знаю этого человека, зачем мне вмешиваться в дела ордена Серебряного Пегаса? Я всего-то обычный наёмник, исполнитель, и работаю за плату.       — Рыцарский титул, поддержка ордена, возможно, решение твоей вечной проблемы с той самой грамотой и три тысячи золотом, — быстро проговорил барон. — Само собой трофеи из похода ты забираешь все, какие захочешь, и на текущие расходы мы выделим тебе денег, магические кристаллы на тысячу единиц суммарно. Идёт? — с надеждой в глазах спросил Мартин Ян, вид у него был осунувшийся, глаза красные, дрожь то и дело мурашками расползалась по его телу.       — Если нужны будут люди, где мне их брать? — с горящими глазами уточнил бастард, так близко приблизившийся к тому титулу, который был ему дарован, но который до конца так никто и не признавал.       — Я выделю тебе троих людей, на полном обеспечении, с оружием, доспехами, конями и повозкой. Остальных ты можешь нанять, на вербовку и содержание я готов выделить ещё три тысячи серебром.       — Мне уже все равно, что скажет этот твой загадочный человек, я берусь. И я сделаю, что надо, уж будь уверен, клянусь Великой Матерью!       — Хорошо, я благодарен тебе, орден благодарит тебя, да пребудут с тобой Боги! — выдохнул барон и поднял кубок с бренди. — За твою удачу, да не покинет она тебя никогда! — они мигом осушили бокалы, с грохотом поставили их и нервно посмеялись — дело для них обоих было уж очень нервным.       После Арлен покинул дом в Золотом квартале, сразу свернув в Стальной Переулок. Ему нужно было заглянуть сюда хотя бы потому, что ему требовались минимум два щита, ведь свои он оставил разбитыми на дороге во время сопровождения. При входе в обитель кузнечного дела, он сразу нанял широкоплечего парнишку-носильщика, чтобы не таскать все купленные вещи самому. В первой же лавке были куплены два треугольных щита из темного дуба, обтянутых проклеенной тканью. Далее, у оружейника было куплено два колчана болтов с бронебойными наконечниками из метеоритной руды и два из сплава стали и серебра. У доспешного мастера были куплены латная защита ног и рук, притом в комплекте к наплечникам шли отдельно крепящиеся гребни для соскальзывания копья при сшибке и для защиты шеи от боковых ударов. Выходя с резко полегчавшим кошельком из этого переулка, Арлен не печалился о деньгах. Это было необходимое вложение, окупавшее себя с первых походов. Носильщик был крепким малым, но с него градом лился пот, несмотря на то, что на улице был мороз. Дойдя до таверны, тот занёс все покупки в комнату и был готов уходить, но его остановили.       — В чём дело, господин? — спросил он, вытирая пот с лица ладонью.       — Сколько ты хочешь, чтобы не идти таскать чужие вещи сегодня? — де Мартиг видел в этом парне кое-что, что было ему нужно прям сейчас.       — Три монеты серебром, и я смог бы сегодня вернуться домой. Этого хватило бы на лекарства для матери, но они не сильно ей помогают… Врач говорил что можно попробовать исцелить её окончательно, но где мне добыть целых пять золотых? Сейчас ещё лишь три часа после полудня, я не заработал почти ничего за сегодня, я пойду? — он явно не понимал, что от него требуется.       — Погоди, возьми. Тут семь золотых. Как тебя зовут?       — Бриньольф, господин. Что вам угодно, я теперь ваш должник до гроба! Только скажите, что я могу сделать для вас, и я сделаю, но дайте мне прямо сейчас сбегать за доктором!       — Иди, конечно, а завтра, в десять часов вечера приходи сюда. Хорошо, Бриньольф? — Арлен ухмыльнулся, решив, что если тот придёт, то станет хорошим подспорьем в его отряде, против кого бы то ни было.       — Приду, конечно, да хранят вас Боги! — широкоплечий детина бежал вниз по лестнице, радуясь как дитя.       А почти граф де Мартиг сел править свою бригантину да вырисовывать на щите свой, ну или почти свой, герб.       — Вечером нужно в библиотеку, там может найдется что-то по этому обряду, — думал он, выводя золотом грифона на алом поле.