Глава 1 «До встречи в тени»

Завтрак в Большом зале проходил для неё в полусне. Элара предпочитала садиться с самого края стола, подальше от летающих тарелок и громких обсуждений предстоящего матча по квиддичу. Перед ней всегда лежала книга, служившая своеобразным щитом от внешнего мира. Первым уроком была Травология. В теплицах стоял густой запах влажной земли и прелых листьев. Элара чувствовала себя здесь как дома. Пока другие ученики с опаской подходили к прыгучим луковицам, она спокойно работала секатором, едва заметно шепча что-то успокаивающее капризному растению. Профессор Стебль часто кивала ей с одобрением, зная, что у этой девушки «легкая рука». Именно здесь, среди тумана и зелени, Элара иногда ловила на себе чей-то взгляд, но тут же пряталась за широкими листьями магического папоротника. После обеда замок превращался в гудящий улей. Переходы между этажами были для Элары своего рода испытанием на прочность. Она двигалась вдоль стен, стараясь слиться с тенями гобеленов. На Древних рунах она оживала. Пока остальные мучились с переводом, Элара видела в символах не просто буквы, а застывшую музыку веков. Перо в её руке двигалось быстро и изящно, оставляя на пергаменте ровные ряды знаков. Это было время её абсолютного триумфа, пускай и тихого, известного лишь профессору и паре таких же увлеченных рэйвенкловцев. После уроков Древних рун коридоры Хогвартса напоминали растревоженный улей. Элара шла, прижимая к груди тяжелый учебник и свой бессменный дневник, стараясь держаться ближе к стене, чтобы не столкнуться с группой шумных третьекурсников. Её мысли всё еще были заняты расшифровкой скандинавских футарков, когда пространство вокруг вдруг стало светлее, а гул голосов на мгновение отступил на второй план. Она почти дошла до поворота к лестницам, когда из-за угла вышел он. Седрик шел в окружении друзей-хаффлпаффцев, оживленно обсуждая тактику предстоящей тренировки. Его мантия развевалась, а на лице играла та самая открытая улыбка, которую она так старательно запечатлела на страницах своего дневника предрассветным утром. Элара инстинктивно замедлила шаг, надеясь стать еще незаметнее, вжаться в холодный камень стены. Но Седрик, словно почувствовав на себе её взгляд, вдруг повернул голову. На мгновение поток шумных студентов между ними будто замер. Его глаза, только что светившиеся азартом спора, стали серьезными. Он не кивнул и не поздоровался при всех — возможно, из той же тактичности, что проявил утром, — но в этом коротком, мимолетном пересечении взглядов Элара прочла немое признание их общей тайны. — Эй, Сед! Ты идешь? — окликнул его кто-то из парней, хлопая по плечу. Седрик замер на полуслове, его взгляд зацепился за знакомый темный силуэт у стены. На мгновение его открытая, «парадная» улыбка дрогнула, сменяясь чем-то более глубоким и сосредоточенным. — Догоняйте, я сейчас, — бросил он друзьям, даже не оборачиваясь. Друзья переглянулись с легким недоумением, но продолжили путь, а Седрик, ловко лавируя между спешащими на уроки студентами, направился прямо к Эларе. Она почувствовала это кожей — то, как пространство вокруг неё, обычно холодное и пустое, вдруг начало заполняться его теплом. — Элара! — его голос прозвучал негромко, но уверенно, заставляя её остановиться. Она замерла, еще крепче прижав книги к груди, словно они был щитом, способным защитить её от его проницательного взгляда. — Диггори, — она постаралась придать голосу привычную сухость, но кончики пальцев, касающиеся обложек, предательски дрожали. — Тебе не кажется, что ты сменил направление? Поля для квиддича в другой стороне. Седрик остановился в шаге от неё. Здесь, при ярком дневном свете, он казался еще более нереальным, чем в предрассветных сумерках. На его щеке виднелся след от свежей царапины — вероятно, подарок от какой-то вредной травы в теплицах, где он тоже был сегодня. — Я просто хотел убедиться, что ты не замерзла окончательно там, наверху, — он чуть наклонил голову, и та самая прядь волос, которую она рисовала, снова упала ему на лоб. — И... поблагодарить. Элара почувствовала, как к горлу подступил ком. Мимо них прошли два рейвенкловца, бросив любопытный взгляд на самого популярного парня школы, стоящего рядом с «тихой» девушкой из тени. — За что? — быстро спросила она, надеясь прервать этот разговор до того, как он станет слишком заметным. — За слова про солнце, — Седрик понизил голос так, что его слышала только она. В его глазах промелькнула та самая усталость, которую он скрывал от друзей. — Ты была права. Иногда чертовски трудно светить по расписанию. Он на мгновение задержал взгляд на её руках, все еще судорожно сжимающих дневник. — У тебя всё еще чернила на пальцах, Элара. Древние руны — коварная штука, да? В его интонации не было насмешки, только мягкая, почти интимная ирония. Он знал, что она лгала ему утром, и это знание теперь связывало их крепче любого заклинания. — Не коварнее, чем излишнее любопытство, — парировала она, возвращая себе часть привычного хладнокровия. — Иди, Седрик. Чжоу уже смотрит в твою сторону. Она кивнула куда-то ему за плечо, где в толпе действительно мелькнул синий галстук. Седрик даже не обернулся. Он лишь едва заметно улыбнулся — на этот раз только ей одной. — До встречи в тени, Элара. Он развернулся и легкой походкой направился к своим, а Элара еще несколько секунд стояла, глядя ему в спину. Воздух вокруг неё снова стал холодным, но внутри, под обложкой дневника, её нарисованный Седрик теперь казался почти живым. Седрик уже скрылся в толпе, его светлая макушка еще мелькала среди мантий, но Элара всё стояла, приросши к месту. Ей казалось, что на том участке кожи, где на мгновение задержался его взгляд, до сих пор покалывает от жара. — Элара? Ты чего тут застряла? — голос однокурсницы с Рейвенкло прозвучал над самым ухом, заставив её вздрогнуть и выпустить учебник из рук. Книга с глухим стуком упала на каменный пол, и Элара поспешно опустилась на колени, чтобы подобрать её. Но больше всего она боялась за дневник. Если бы он раскрылся сейчас, на глазах у всех... Эта мысль отозвалась ледяным холодом в груди. Она судорожно прижала блокнот к себе, чувствуя, как под пальцами хрустят пожелтевшие страницы. — О чем это ты шепталась с Диггори? — не унималась девушка, прищурив глаза. В её тоне сквозило не столько дружелюбие, сколько острое, колючее любопытство. — Выглядело так, будто у вас есть какой-то общий секрет. Элара выпрямилась, её лицо снова стало непроницаемой маской, лишенной эмоций. Она поправила воротник мантии и бросила на однокурсницу холодный, отстраненный взгляд, который обычно служил ей лучшей защитой. — Тебе показалось, Миллисента. Он просто спросил дорогу к кабинету Древних рун. Кажется, старосты тоже иногда теряются в трех соснах. — Странно, — протянула Миллисента, провожая взглядом Седрика, который в этот момент как раз что-то весело объяснял Чжоу Чанг у подножия большой лестницы. — Мне казалось, он знает этот замок наизусть. И выглядел он... иначе. Элара не стала слушать дальше. Она развернулась и быстрым шагом бросилась прочь, в сторону северного крыла, где всегда было меньше людей. Она остановилась только в пустом классе, тяжело дыша. Солнечный свет падал на её ладони через пыльное стекло, высвечивая те самые чернильные пятна. «До встречи в тени», — его голос всё еще звучал в её голове, мешая сосредоточиться. Элара медленно открыла блокнот на последней странице. Рисунок Седрика смотрел на неё — спокойный, искренний, лишенный той маски «идеальности», которую он только что снова надел перед всей школой. Она коснулась пальцем его скулы, оставляя на бумаге новый, едва заметный след. Он сказал «до встречи». Значит, он вернется на башню. И самое страшное было не в том, что он может прийти снова. Самое страшное заключалось в том, что Элара поймала себя на мысли: она будет его ждать.