Эпилог

Прошло пять лет. Июньский Лондон задыхался от жары, но в небольшом саду за уютным домом в пригороде было прохладно. Ветер шелестел листьями ивы — той самой, чей саженец они привезли из Хогвартса. Элара сидела в шезлонге, на её коленях лежал массивный альбом в кожаном переплете. Она больше не прятала свои рисунки. Теперь она была известным иллюстратором магических книг, чьи работы ценились за глубину и ту самую «живую» искренность, которую когда-то заметил Седрик. — Ты снова забыла про чай, — раздался теплый, насмешливый голос. Седрик подошел сзади и положил руки ей на плечи. Он возмужал, в уголках его глаз появились морщинки от смеха, а на мантии сиял значок капитана поискового отряда Министерства магии. Он больше не стремился быть «золотым мальчиком» для всех — он стал опорой для тех, кого любил. Он наклонился и поцеловал её в макушку, вдыхая знакомый аромат её волос — чернил и лесного папоротника. — Я просто заканчивала эскиз, — Элара улыбнулась, откидывая голову ему на плечо. — Помнишь наш первый дождь? Я пыталась поймать тот оттенок серого. — Я помню только, как сильно я боялся, что ты исчезнешь, если я моргну, — прошептал он, накрывая её ладонь своей. На её пальце тускло поблескивало кольцо — не из кричащего красного золота, а из матовой платины с редким синим камнем, напоминающим небо над башней Рейвенкло. В калитке послышался сухой щелчок. По дорожке, неспешно и уверенно, шел мужчина в безупречном черном костюме. Его лицо осталось таким же непроницаемым, а взгляд — холодным и острым, как лед. — Нотт, ты опоздал на пятнадцать минут, — Седрик выпрямился, и в его голосе послышалась старая дружеская подначка. — Кажется, в твоем министерском отделе со временем обращаются так же вольно, как с запрещенными артефактами. Теодор остановился, окинув их взглядом. Его губы едва заметно дрогнули в подобии усмешки. — Диггори, твоя привычка считать секунды до сих пор выдает в тебе ловца. Это утомляет. Он подошел к Эларе и протянул ей небольшую запечатанную папку. — Новые рунические свитки из раскопок в Норвегии. Подумал, тебе понадобятся референсы для твоей следующей книги. — Спасибо, Тео, — Элара приняла подарок. — Останешься на ужин? Седрик обещал приготовить что-то особенное. Теодор посмотрел на них — на их переплетенные пальцы, на свет, который они излучали, и на ту тишину, которую они делили на двоих. — Нет. У меня дела. К тому же, в вашем саду слишком много солнца. Это портит мой имидж «темного мага». Он развернулся, чтобы уйти, но на мгновение задержался у калитки. — Диггори, — бросил он через плечо. — Береги её. Если она снова начнет рисовать только тени, я приду и заберу её чернила. — Не придется, Нотт, — серьезно ответил Седрик. — В её жизни теперь достаточно красок. Когда Теодор ушел, а солнце начало медленно садиться за горизонт, окрашивая небо в нежно-розовый цвет, Седрик сел на траву у ног Элары. — Ты счастлива? — спросил он, глядя на заходящее солнце. Элара открыла свой альбом на самой последней странице. Там был набросок: двое людей на берегу озера, а рядом с ними — длинная, уверенная тень, которая не пугала, а защищала. — Да, — ответила она, закрывая книгу. — Потому что мне больше не нужно выбирать между светом и тенью. Я просто... дома. Седрик притянул её к себе, и в этом тихом летнем саду, под шелест ивовых ветвей, их история наконец-то стала завершенной. Золото и чернила смешались, создав узор, который не смыл бы ни один дождь в мире.