День 1. На личном фронте... Наступили перемены.

- Чт..? Как, я же только что был… - Уже проснулся? Давай, бери вещи и выметайся, и так ради тебя одного на рейс вышел… Пальцы целы. Икарус. Голова на месте, и ужасно болит… Но все остальное тело ощущается невероятно свежим. Похоже, жизнь решила сыграть со мной убийственную шутку. Я слышал о подобном, но чтобы среди всех демиург выбрал именно меня… Это просто грустно. - Спасибо, что довезли. Лишь рукой на меня махнул. Вывеска над воротами не даст соврать – это Совенок. Помню, сейчас должно быть… Конец июля. 1989 года. 13 лет назад. 13 лет до дня, когда я умру. И едва я успел начать вспоминать, мое тело содрогнулось от ее голоса… - Привет! Дима, я не ошиблась? Фемида. Лучезарно красивая девушка моего роста, с белыми, как мел, волосами, собранными в два хвостика на спину, немного ниже линии плеч. Как твои глаза могут так сильно отличаться от тех, что запомнил я? - Привет. Да, это я. - Меня попросили тебя провести к вожатой. Ты ведь впервые в лагере, верно? Едва ли… И едва ли получается сдерживать истерику. Слишком все неправильно. Особенно моя следующая фраза. Просто отвратительно. - Конечно. Будем знакомы? - Меня зовут Фемида. Все меньше похоже на предсмертный бред. Все больше приходит осознание, что мне придется переживать знакомство с ними всеми снова. - Приятно познакомиться. И это правда. Ее ладонь… Слишком много теплых воспоминаний. Пока что успешно убеждаю себя, что плохие вспоминать необязательно. - Стоп, а это у тебя… Розовый чемодан?! Что?.. Должен же ведь был быть красный, я даже внимания не обратил… - Ану ка дай сюда посмотреть! Она просто выдернула у меня из рук не самый большой чемодан и стала рассматривать его цветочный узор. Должно быть как-то плевать, но лицо почему-то горит… Неужели стыд? Стеснение? Перед ней? - Как понимаю, ты мне его не вернешь. Это можно было бы считать юмором с моей стороны, если не знать, что это просто констатация факта. - Конечно нет! Разберемся, когда тебя в домик определят. И вообще, я хочу тебе предложить… - И что? Чего задумалась? - Да ничего, ладно, сейчас ты точно не согласишься. Давай, пошли, я его сама потащу, чтобы ты привыкал к его новому владельцу! Такой бред. Просто вырвать из рук девчонки и все. Сказал бы я, если бы не знал, что в данное время она может сломать мне обе руки за секунд 15, если я ее разозлю. И как такое забыть, если с возрастом ее умение причинять людям боль только возрастало? - Хорошо. Но мы сделаем кое-что еще. Надо хоть на секунду отвлечься от сюра, в котором я оказался. - И что это будет? Она остановилась с чемоданом в руке, смотря на меня с вызовом и наглой ухмылкой. Сколько похабных идей приходится отставлять в сторону… - До поездки я видел карту этого лагеря, и там, на пути к его центру, должен быть небольшой пирс у реки, совсем недалеко. Хочешь посидеть там со мной? Я с дороги хотел немного расслабиться, и мне была бы приятна твоя компания на эти пару минут, что у нас должны быть. Что удивительно, я нигде не соврал. Но то, что ее компания мне вправду была приятной, не могло не расстраивать. Я не могу позволять себе такую роскошь. Ей не стоит проводить со мной время. - Звучит неплохо. Пошли, я знаю, куда идти. Улыбается. Похоже, я ей симпатичен. Ну, раз был по пьяне, сейчас шансов было точно побольше. Красота природы помогла немного успокоиться. Все же здесь прекрасная атмосфера для отдыха души. Может быть, получится понять, оставили ли мне ее. - Как тебе? Девушка даже не повернулась ко мне. Стоит уверенно, одной рукой держа мой чемодан, другую положила на талию, и стоит ко мне спиной. Наверное, смотрит вдаль реки. Интересно, смогу ли я хотя бы раз снова обнять ее, хотя бы здесь? - Ради такого вида действительно стоило проехать тысячи километров. Повернулась. Улыбнулась. Эти светлые глаза… Не заслужили будущего, ожидающего их. - Я пока присяду. Своруешь чемодан – убью! - Верю. Дай секундочку, я присоединюсь. Скинули обувь с носками и молча опустили стопы в воду. В данный момент я хотел бы погрузиться на миг в прохладную грезу, но заинтересованный взгляд моей спутницы не позволил отвлечься. - Ты и правда из далеких далей пожаловал в наше скромное село? Не делай вид, будто ты не из Питера. Как и я. - Что-то мне подсказывает, что ты тоже не местная… Ленинград, если я буду угадывать. - Ооо. И что же меня могло выдать? - Красота, что же еще. Потомственная дворянка. Фемида слегка закусила губу и на ее щеках проявился легкий румянец, но я был бы глупцом, если бы считал, что ее можно так легко смутить. Первоначальное впечатление от комплимента улетучилось за секунду. - Хммм… Ты, конечно, мне льстишь, но все же, думаю, некрасиво уходить от ответа. Ты там говорил про карту, которую видел наперед? Наверное, видел что-то еще? Недооценил ее внимательность… - Нет. Сюда же простых деток не пускают ведь, верно? Вот и моя семья была заинтересована в самом лучшем месте для моего отдыха, так что, откинув Артек и пару других лагерей, остался Совенок. Решение оставили за мной, и я, глянув карту достопримечательностей, согласился. Я ведь не ошибся в своем выборе? На самом деле папе просто повезло на работе получить путевку в гораздо лучший лагерь, чем я ожидал изначально. Эта вычурная ложь не должна пройти незамеченной. Подозрительный взгляд Фемиды подтверждал мое волнение. - Врать мне – нечестно. Надеюсь, потом услышу правду. Ужасно. Ненавижу врать. Просто в жар кидает от необходимости продолжать эти шарады… На пути к Ольге мы прошлись по уютной улочке между домиками пионеров в виде полубочек. Как раз приметил домики Лены, Маши, и мой собственный, ключи к которому мне выдадут очень скоро. Родители удивлялись моим рассказам о его удобстве, ведь сами они жили в палаточных лагерях, надеясь, что дождь ночью не пойдет. А пока, перед нами стоял треугольный, выделяющийся на фоне других домик Ольги, окруженный сиренью и дополненный гамаком. Удобно. - Пришли. Я зайду вместе с тобой, надо будет после тебя кое-что обсудить с вожаткой. - Эй! Не выражаться! Такая серьезная, такая уверенная в себе девушка съежилась от простого крика едва ли старшей по званию. Отец успел поработать на славу. - П-простите… Она взяла себя в руки, но дёрг ее смущенного взгляда прямо мне в глаза выдал страх о потере имиджа девушки, полностью контролирующей ситуацию. Была бы ты чаще такой милой… - Ну же, заходите, скоро завтрак будет! Ольга открыла дверь сама, пока Фемида смущалась, и я не удержался, и на мгновение ей полюбовался. Вожатая тоже была… Невероятной. И только в ее присутствии я чувствую хоть немного спокойствия. Прям как в детстве. Я зашел внутрь, и Фемида поспешила за мной. - Ну что, Димка, опаздываем? Ольга успела усесться за стол и повернулась к нам. Стройная, красивейшая девушка 23 лет, слегка выше меня и Фемиды, с длинными, распущенными каштановыми волосами и зелеными глазами, в глубине которых играли все еще не забытые подростковые бесы. Мерзкое ощущение от того, что я о ней забыл. - Простите, болезнь подкосила перед самим отъездом. Пришлось активнее лечиться, чтобы успеть хотя бы на недельку уважить Вас своим присутствием. Я нарочито поклонился с протянутой вперед рукой. Ольга ценила лесть. - Хммм, а ты вежливее, чем я ожидала! Я тоже рада, что ты приехал. Твоему отряду точно не хватает… Крепкой мужской руки. Мы хихикнули, а Фемида, наверное, стоит с глазами окуня. Такая фамильярность, как можно. - Хорошо. Вот твой ключик к домику. - А почему бы и не у Вас, здесь? Натужный юморок с моей стороны, чтобы не вызывать подозрений. Я обвел руками достаточно просторный, чутка захламленный, но все же уютный простор ее домика. - Прости, но сегодня никак. Давай обсудим это завтра. - А если завтра Вы тоже откажете? - Если откажу, спросишь на следующий день. - Договорились. Пока она передавала мне ключик, стояла напротив меня – я протянул ей руку, и она ответила взаимностью. Приятная… - На площади тебя будет ждать Маша, ее внешность ты ни с кем не спутаешь. Я смогла вытянуть ее на задание, чтобы она тебя провела к нашей временной кастелянше, и провела тебя к домику. Вы поспешите – потому что скоро будет завтрак, пройдешь на него с Машей. Будь с ней помягче, хорошо? Ей правда сейчас плохо, и я не хочу, чтобы небольшая прогулка для нее была еще сложнее, чем есть сейчас. Снова что-то не так, как в памяти. Маша была очень бойкой, организовывала концерты, выступала на них. Наверное, что-то случилось, о чем я забыл. - Спасибо. Кстати, можно еще вопрос? - Конечно! Смогу ли я довериться этой улыбающейся мне девушке? - Если у меня возникнут определенные… Проблемы личного характера, могу ли я к Вам обратиться? Имею в виду, поговорить лично. - Хм. Зависит, конечно, от характера проблемы. Надеюсь, у тебя ничего не случится, но если что, вечерами ты можешь у меня посидеть. - Спасибо. Я постараюсь не сильно напрягать. Учитывая, о чем я хочу с ней поговорить – ее это еще как напряжет. Фемида, наверное, себя очень неуютно чувствовала во время настолько неформального разговора. Взял чемодан, который она опустила, и, глянув на ее до сих пор растерянное лицо, я прошел к выходу. - Ольга Дмитриевна, я хотела перед вами еще раз изви… И они остались вдвоем. Подслушать их разговор, конечно, интересно, но сейчас надо пойти и посмотреть на Машу. Площадь… Проводя время с Алисой, я не очень много на ней бывал в рамках мероприятий. Так и не побывал на танцах с ней, не сходил на концерт. Концерт, организованный Машей, которая сидит на скамейке прямо передо мной, безразличная и отстраненная… Аквамариновые волосы в двух длинных косах, за которыми ты так упорно ухаживаешь. Голубые глаза, в которых я утонул и снова начал жить. Губы, на которые я сам неоднократно наносил помаду – ты была такой хрупкой, что даже не пыталась особо сопротивляться, и я первый пробовал вкус, каждый раз новый, и каждый раз прекрасный. Твое тело, которое я… - Ты плачешь? Просто заледенел. Не получилось удержаться. Она обратила на меня внимание. Как же плохо на душе… - Не плачь. Это не помогает. Утерла мои слезы, и теперь стоит, смотря сквозь меня. Почему ты такая? Не могу смотреть… - Я… Не важно. Проведи меня, пожалуйста. Пошла молча, и я за ней. Подойдя ко складу, я, вроде, смог немного успокоиться. Сердце все еще бешено колотилось, но я не сорвусь, по крайней мере сейчас. Здание скрывало в себе Славю… - Привет! Дима, верно? - Да, верно. Чрезвычайно приятная внешне и по характеру, блондиночка с длинными косами и голубыми глазами. Славя. Мечта любого адекватного мужчины. Я не такой. - Меня зовут Славяна, но всех прошу называть меня Славей. И ты называй! Если будет что-то нужно по складу или стирке, обращайся. Будем знакомы! - Приятно познакомиться. Спасибо за твою помощь по складу, наверное, тебе непросто со всем этим справляться? Ее загоняют по куче заданий, которые Оле делать просто лень. - Нормально. Если я нужна своим товарищам – не могу отказать. Интересно, получилось ли у нее добиться каких-то высот с таким подходом? Надеюсь, что да. - В общем, мои размеры… Услышав меня, она почти моментально нашла в шкафу мешок с вещами, и подала его мне. - Даже уточнять их не будешь? В прошлый раз она уточнила. - У меня глаз уже наметан. Что-то еще? - Нет, больше ничего. Спасибо. Когда мы уходили, я заметил, как грустно она посмотрела на Машу, перед тем как продолжить работу. Слишком очевидно. Странно, что Виола за нее никак не взялась в таком состоянии. - К твоему домику? - Идем. Она идет так спокойно. Рассматривает природу, в которой утоплен лагерь. Я хочу верить, что у нее просто сложный период, а не какая-то катастрофа, о которой я посмел забыть. - Пришли. Иди на завтрак сразу как разложишь вещи. - А ты? Мне сказали пойти на него с тобой. - Я пойду отдыхать. Тебе, похоже, сложно за меня не волноваться. Она просто ушла. Нет слов. Маша забрала их с собой. В этом домишке мне просто хочется упасть на кровать, уснуть и больше никогда не просыпаться. Но надо для начала разложить вещи… А там и приказ завтракать придется выполнять. Щетка и прочее для мытья, куча всего по мелочи, одежда пионерская. Всегда удивляло, что пионерия у нас до конца школы, быть на одном уровне с детьми лет 12 немного странно. Как оденусь по нормальному, надо будет поглядеть в зеркало. Из зеркала на меня смотрел… Я. Помоложе. Посвежее. Без шрама на щеке от Лены. Без немного неправильно сросшегося указательного пальца после перелома руками Фемиды. Без мешков под глазами, которые не покидали меня со времен разрыва с Алисой. И без улыбки, которую мне подарила Маша. Но взгляд… Взгляд мой. Не представляю, как эти разочарование, смятение и злость не заметил вообще никто. Или сделали вид, что не заметили? В любом случае, разницы нет. Если это мое прошлое, в которое меня закинуло по воле Демиурга, я попробую что-то поменять. Иначе утону в ненависти к себе. Проверено… Что ж, часики подсказывают, что я слишком долго себя рассматриваю. У меня осталось не так много времени успеть на завтрак. Здание столовки порадовало своей ухоженностью – хоть и без изысков, но приходить сюда точно приятнее, чем в серые баракоподобные хрючевальни, о которых я слышал в других лагерях. Должны подавать молоко, а на основное блюдо как-то и плевать. … Какао? Серьезно? Ладно, не важно. Надо осмотреться и увидеть святую двоицу. Рыжие волосы в два симпатичных хвостика – не видно. Я не опоздал, значит, она гуляет. В совместной жизни с ней был несомненный плюс – она ела очень мало, и при этом умудрялась сохранять внешний вид и здоровье. Жаль, что на ментальное это не распространялось. Что же касается других двух хвостиков потемнее… Вот они. Возле нее как раз свободно. Как бы с ней заговорить? Все, что у меня есть ей предложить – это тупое какао. Я ведь вообще не знаю ее отношение к нему… Что ж, была не была. Быстрое перемещение, иии… Я здесь. - Привет. - Привет? Я не слышал этот голос почти 7 лет. Тебе надо было идти в певицы, но ты выбрала психиатрию. Безрезультатно. Еще и рисовать бросила… Я был в тебе безмерно разочарован. Как и ты во мне. - Можно у тебя кое-что попросить? - Нет. Подвинул к ней стакан с какао. Она его деловито приняла. Повезло… - Говори. - Я хотел бы, чтобы ты провела мне небольшую экскурсию по лагерю. Вожатая мне должна выдать обходной, как поем, а я новенький, сама понимаешь. - Нет. - А если буду отдавать тебе каждое какао, которое мне будут подавать до конца смены? - Когда выдвигаемся? Фемида щедра на добродетель, но ее легко обидеть. Ленка проще и честнее – и это мне в ней нравилось всегда. - Давай доедим и сразу после моего разговора с Ольгой Дмитриевной? - Хорошо. Я не стал ее пока беспокоить дополнительной болтовней, и мы спокойно доели. Как мы подошли к Ольге, та не преминула дать ожидаемый комментарий на тему моей новой спутницы. - Охо, а ты быстро справляешься со своими прямыми обязанностями, Дмитрий! - Ха? Лена так же ожидаемо зло посмотрела сначала на нее, а потом и на меня. - Не смущайте, Ольга Дмитриевна, прошу Вас. Дайте, пожалуйста, обходной, и я со своим экскурсоводом справимся в максимально сжатые сроки. - Молодец, ответственный товарищ растет, даже без дополнительных напоминаний не забыл. Держи. Клубы, библиотека, спортивные кружки, медсестра, музыкальный клуб. Помню, его отдали Маше, хоть она и балерина. Базовых навыков в гитаре, похоже, хватило, учитывая ожидаемое нежелание Алисы подобным заниматься. - Спасибо. Мы быстро. На пути в библиотеку я наконец смог без посторонних взглядов печально рассматривать Лену. Немного ниже меня, фигуристая, с такими же, на первый взгляд, зелеными глазами, как у Ольги – только в их взгляде было что-то возвышенное, отстраненное от мирской суеты. По памяти о взрослой Лене, в будущем она станет менее яркая, чем сейчас. Хотелось бы увидеть ее за холстом, ибо в те редкие случаи, когда она рисовала, Лена и вправду была счастливой… И самой красивой. - Слушай… - А? Я немного задумалась, прости. Надеюсь, в этот раз ты не разучишься извиняться. - Нет, это ты прости, что я тебя вообще вытащил на задание. - Ничего. Ты ведь мне предложил какао, а я даже сначала не согласилась, уже взяв его. Как ты вообще понял, что мне оно нравится? - Никак. Я рискнул. Пришлось бы к кому-то другому обращаться, если бы ты не согласилась. И правда. Пришлось бы думать, каким бы способом ей навязаться хотя бы ненадолго. - Хорошо, но почему именно я? Неужели того, что мы в одном отряде, достаточно? - Я подсел к первому человеку, у которого заметил свободное место. А то, что мы в одном отряде, ты как узнала? Я ведь даже не назвался. - Как и я. На самом деле, я уже слышала, как вожатые на днях разговаривали о «новеньком» старшего возраста, так что вариантов было немного. Тебя вроде Дима зовут? - Верно. А тебя? - Лена. Будем знакомы. - Без «приятно»? - А ты заслужи, чтобы с тобой было «приятно». Она нагло хихикнула. Но за этим кокетством стоит ложь – она не подпустит к себе парня слишком близко. Если, конечно, не заходить с козырей. - А чем ты интересуешься? Я люблю рисовать, например. Лена попыталась, но не смогла скрыть удивления. - Как-то многовато совпадений… - Что? Кажется, я капельку перегнул с угадываниями. - Ничего. Мне тоже нравится рисовать. Давай поговорим об этом потом, как раз подошли к библиотеке. - И то верно. Опрятное здание встречало нас дверью с доводчиком – редкий гость в таких полудиких краях. Но он точно помогает обитательнице этого места от шумных посетителей. - Женя! Привет. - Ага. Подружки? Хотя, у Лены среди всех местных девушек больше всего шансов сдружиться с Женей, если так подумать. Я что-то слышал про Фемиду, но ничего не могу вспомнить точно. - Тут оболтусу опоздавшему надо подписать обходной. Тебе не сложно? - Нет. Дайте мне минутку, я ручку поищу, куда-то ее закинула… Женя, конечно, была симпатичной. Красивые коротенькие темные волосы с забавным вихрем на голове и пристойная фигура могли бы быть неплохим подспорьем, но… Эти желтые, сочащиеся ядом глаза. Она ненавидела мир не от обиды, как Лена в будущем – а просто потому что ей нравится процесс. Страшная женщина. Ей бы гораздо больше подошла работа Фемиды. - Ты собираешься брать какие-то книги? Неожиданная инициатива от Лены. - Нет. Но если все пойдет кое с кем хорошо, могу обратить внимание на детективы. - Тебе интересна Фемида?.. Нескрываемое разочарование в голосе. Почему? - Пока не могу сказать, что именно она. Что тебе было бы интересно почитать? Ваш собеседник это запомнит. - Ну, если тут есть «Унесенные ветром» … Никак не прочитаю полностью. - Хорошо. Если ты захочешь, я тебе почитаю вслух. - Эй! Само вырвалось… Похоже, я слишком сильно за ней скучал. - Вот, моя подпись. А теперь подпишись ты в журнале библиотеки, чтобы в будущем взять книгу на свое имя. Надеюсь, обойдемся без этого. - Спасибо. Мы пошли. - Ага. Ни «привет», ни «пока». - Наша следующая остановка – медсестра. Не нравится мне она. Мальчики ее страшатся, девочки – завидуют. Воистину сложное положение. - Надеюсь, со мной ничего плохого не случится. - Я позову на помощь, если что. Одному страдать тебе точно не придется. - Ловлю на слове. Небольшая обитель медсестры не должна вызывать никаких эмоций, но мне неприятно. - Ну здравствуй… Пионер. Виолетта Церновна Коллайдер. Роскошная, элегантная женщина с темными волосами хвостом, и гетерохромией глаз – один голубой, другой красный. Я бы удивился, но чего в этом мире только не бывает? - Здравствуйте. Со здоровьем все хорошо, осмотра не нужно. Нужен только подписанный обходной. - Правда? - Он не врет, я проверила. И как ты, блин, могла проверить? - Лене я верю. Хорошо, давай сюда эту бумажку. Будут вопросы или проблемы – обязательно обращайся, я помогу. - Обязательно. Я знаю про ее специализацию на детской психике как психиатра, но не могу даже подумать о том, чтобы ей довериться. Может, я просто не пробовал, но проверять не хочется. Хотя, вроде как, у нее должен быть в кабинете припасен какой-то алкоголь… Может пригодиться. - Хорошо, спасибо вам. Мы пошли. - Бывайте. Все прошло проще, чем я мог ожидать. - Что ж, дальше нам в музыкальный клуб. С Машей что-то не так, но Ольга Дмитриевна просила ее не беспокоить лишний раз. Так что разберемся максимально быстро. - Я не против. Главное – удержать маску на лице в такой сложной компании. Музыкальный клуб… Красивое, светлое здание с террасой и большущими окнами, за которыми не скрыть ничего. Разве что каморка была укромным местечком для всякого. Его отдаленность от других зданий должна восприниматься как логичная мера, чтобы не мешать другим деткам звуками оттуда, но сейчас это воспринимается не более чем тюрьма для Маши. Способ изолировать больного от здоровых – будучи не в силах ему помочь. Но я не понимаю, что все-таки с ней происходит. Это вопрос на возможное будущее – сейчас важнее закончить дело. Еще на подходе я видел Машу, которая грустно смотрела в окно. Даже не играет, и не танцует. Я подошел вплотную к ее окну, и она уже не могла меня игнорировать. - Можно зайти? - Хорошо. Все было идеально слышно. - Привет, Маша. Как ты? - Лен, я просила не беспокоиться… Даже ей было не все равно. - Мы ненадолго. Можешь, пожалуйста, подписать мой обходной? - Могу. Взяла ручку с уже пыльного пюпитра. Подпись… Странная. Два символа что-то напоминают, но не могу понять, что именно. - Меня слишком настойчиво попросили соблюсти формальность. Ты будешь записываться в музыкальный клуб? Я переглянулся с Леной. Ей эта идея тоже звучала не очень. Надо будет подумать, если я решусь разобраться в ее ситуации. Со своей бы сначала… - Пока нет. Спасибо за предложение. - Вам что-то еще нужно? - Вроде нет. - Тогда оставьте меня, пожалуйста… Я едва расслышал последнее слово. Она, похоже, из последних сил выдавила из себя эти слова, постепенно замолкая. С ней не получится поговорить. - Пошли. И мы вышли, оба чувствуя волнение. Только Лена, скорее всего, про Машу забудет уже этим вечером, если больше не увидит ее до конца смены. - Остались клубы и спортивные кружки. И там, и там нас встретят мужланы… - А я чем не мужлан? На такой же вопрос, когда мы сошлись, она сказала что-то вроде «Ты не такой жалкий, как другие». Потом она забрала эти слова назад. Заслуженно. - Ты симпатичный, и не хамишь. Нужно что-то большее? - Наверное, нет. Спасибо. - В утверждении очевидного нет ничего особенного. Ты и сам мог бы нечто подобное озвучить, знаешь? Надо было самому догадаться. - Мне нравится твоя простота, и то, что за ней, определенно, скрывается нечто большее. Я думаю в правильном направлении? - Ммм… Ты игнорируешь слона в комнате, но в целом, курс выбрал правильный. Ладно, пойдем к клубам, отсюда недалеко. Я тебя подожду у входа. Лен, ты, конечно, обожаешь красоваться, и есть чем, но… Я хотел ведь быть не таким, как все! Хотя бы сейчас. Здание клубов, слегка расхлябанное, но видно, что в нем проводится активная деятельность. Разве что на двери, где написаны кружки, зачеркнуты все, кроме кибернетики. Я бы и сейчас прошел мимо, как когда шел с Фемидой, потому что его обитатели… Меня пугают. Но есть работа. - Здравствуйте! Можно зайти? Мне молча открыл один из двух кулибиных-блондинов. Конечно, Электроник был мальчиком красивым, но слишком… Себе на уме. - Привет! Меня зовут Сергей, но зови меня Электроником. Думаю, понятно почему. Тебя как звать? Он через порог протянул мне руку. Чтобы не заставлять Лену (притаившеюся сбоку, и уже посмеивающейся надо мной) ждать больше положенного, я поддержал его порыв. - Я Дима. У меня есть задание… - Заходи. С заданиями не ко мне. Жаль. Обойтись без компании Шурика было бы лучшим исходом. Захламленное всякой технологической лабудой помещение пропахло потными мужиками, машинным маслом и спиртом. Если бы не имел «счастье» помогать этим персонажам ранее, был бы уверен, что они поглощают очистительные средства быстрее любых чисток. И вот он, Шурик… Он был выше меня, как и Электроник. Молча протянул мне руку. - Шурик. - Дима. Мы кивнули друг другу. Хорошо, что Лена этого не видит. - Бумажечка… - Обходной? - Да. - К нам? - Откажусь. - Жаль. Вычурно подписав мой ваучер на освобождение от заданий Ольги, Электроник, видимо, расстроенный моим сливом, провел меня, и я попрощался с ребятами. Таким, как они, и правда надо быть в науке. Главное, найти понимающих коллег, потому что им одним что-то доверять страшно. - Ну как, познакомился с нашими гениями? Она пыталась не заливаться смехом слишком сильно. - Лена? У нас там по стенгазетке есть вопросы… Электроник, похоже, услышал и захотел ее увидеть. - Спаси! Она спряталась за кустом, можно было бы и указать на нее Элу, но… Не сегодня. - Дим, здесь была Лена? Я вроде ее слышал. Она нам кое-что задолжала. - Нет. Тебе, наверное, показалось. - Она ведь убежала, да?.. - … - Ладно. Прости за беспокойство. И вернулся внутрь. А Лена вылезла из-за куста, и рукой позвала пройти вперед, подальше от этого страшного места. - Фух, спасибо, что не сдал. Я этим оболтусам и правда должна по стенгазете… Потом этим займусь. Я не вынесу еще одного сеанса молчаливого осуждения от Шурика. - Да без проблем. Я уверен, что ты их не подведешь. - А то. - Там дальше должны быть спортивные кружки, верно? - Саныч… Посмотрим, как ты себя покажешь. Делай все, что он скажет. И не слишком выдавай то, насколько ты хлюпик. Он тебя забегает до смерти. - Я разберусь. - У нас не очень много времени до обеда осталось, я надеюсь, что «обязательное испытание Саныча» в твоем исполнении не задержит нас от обеда. Ооо, ты не уйдешь сама, услышав горн? Да ты мне льстишь. Я решил в первую очередь проверить стадион с беговыми линиями, и не прогадал. Огромный блондинистый мужик, способный, наверное, сложить меня пополам, следил за футболом детей лет 8-10. - Здравствуйте! - Пионер! Ты пришел записаться на кружок тяжелой атлетики? Тебе точно пригодится! Я собирался пожать ему руку со всех сил, чтобы показать свою крепость, но он ответил с такой силой, что мне показалось в моменте, что он сжал и мои яйца в придачу. Пришлось потратить остаток мужества на то, чтобы не пискнуть от боли. Но благо, он быстро отпустил. - Н-нет, мне только подписать обходной. - И без спорта? А как ты будешь носить ее на руках? Не видишь, что ли, там есть много работенки для тебя! Заметил, как Лена просто вскипает от злости. Но, надеюсь, сможет себя сдержать. - Разберусь. Я и вас поднять смогу, если придется. Кто меня за язык потянул!.. И все же я дурак. - Готов ответить за слова? Он навис надо мной. Такого страха перед мужиком я не ощущал со времен знакомства с отцом Фемиды. Хочу верить, что это инстинктивная реакция тела, а не моя собственная никчемность. - Н-нет. Положил свою лапищу мне на плечо. Хочет взять и одним броском выкинуть из лагеря за слабость? - Мой тебе совет. Никогда не говори ничего, за что не сможешь ответить сразу. Тебе придется понести ответственность. Хорошо? Неожиданно юморной Саныч стал серьезным. - Извиняться за глупость не буду. Приму ваше наказание за нее. - Тогда пять кругов вокруг стадиона. Не успеешь за таймер – на повтор. Побежал! - А какой таймер? - Какая разница? Не болтай, бежи! Он уже, похоже, начал засекать время на своих часах. Выбора нет. … Я уж думал, что это будет легко, но, похоже, я умру, не успев даже повидать Алису… - Дима! У нас десять минут до обеда! Давай, ты почти смог! Она ведь даже не знает, какой таймер у Саныча… Может быть, я уже опоздал, и побегу снова, и уж точно тогда сердце встанет… Пятый круг. Я неслабо так напрягся, и определенно не выдержу еще одного круга, не то, что пятерик. Зря я в детстве был таким задохликом… - Едва успел, пионер. Давай свою бумажку, и будешь свободен. - Хорошо… Лен, пошли… - Ты справился! Я уж думала, что тебя придется покинуть и удалиться на обед. Все-таки ты бы меня кинула. - Удачи, пионер! - Спасибо. Что ж, задание выполнено. Оля будет довольна. Может, и запишусь куда-нибудь… - Лен, спасибо, что провела. - Да что ты, наблюдать за твоими потугами было и вправду забавно. Твоя компания тоже была неплохая. Если бы каждое наше свидание было таким позитивным, я бы никогда тебя не бросил. - Если что, посидим, поедим вместе еще? - А почему не сейчас? - Хочется посидеть одной, есть о чем подумать. - … Понимаю. Хорошо. Дошли. Горн приветствовал нас. - Ольга Дмитриевна! - Дим, ты закончил, как понимаю? - Конечно. С такой провожающей я не мог не справиться вовремя. Слишком дешево, но не смог удержаться. Вряд ли сегодня мы еще поболтаем. - В следующий раз попробуешь меня подколоть как-то поинтереснее. Чао. Ушла. Но легкую улыбку я заметить успел. У Лены она вряд ли значит много, но… Все равно приятно. - У тебя с ней все получится, я верю. Если это будет Лена… Моя следующая попытка будет успешнее предыдущей. - А Вы на что намекаете? У меня ведь и с кое-кем еще может получится. Конечно, я припоминаю, что такие мысли в сторону Ольги у меня были, особенно в «этот» год, когда она у нас гостевала дома чаще обычного. Слишком красивая, слишком приятная. Не уверен, что ей стоит якшаться с таким, как я. Или?.. - Ану цыц! Не дорос пока до таких идей! Пока?.. Что ж. Уже сейчас могу тихонько посмеяться вместе с Вами, Ольга. - Ладно, давай сюда свою бумажку. Надо и честь знать. - Я решил пока никуда не записываться. Думаю про музыкальный клуб, но пока не уверен. - Ты уже должен был заметить… Состояние Маши. - Его невозможно игнорировать. Раз вы его упомянули… - Виола приказала ее не волновать. У тебя есть причины ее беспокоить? Если бы Вы знали… - Да. - Надеюсь, они стоят того. Ей же правда херово… Небольшой слет парика педагога, который мне повезло услышать. - В общем, спасибо, что прояснили. Я буду внимателен к ней, если решусь записаться. За этим к вам? - Да. Если что еще нужно, обращайся. - Откланиваюсь. Надо было в свое время просить маму приглашать Ольгу почаще в гости. Может быть, я все же набрался бы смелости на самое важное. … Что ж. Котлетки с пюрешкой и молоко, едва ли не лучшее, что можно было ожидать. Надо с кем-то разделить эту небольшую радость Алисы так и не видать, так что остается… Фемида. У нее как раз свободно. - Привет, я подсяду? - А? Плюхнулся к ней. Немного раздражена, но вроде ничего критичного. - Молоко будешь? Я не хочу. И подвинула его ко мне, и продолжила беззаботно кушать. Я-то не против, но… Скорость ее приспособления к моему тону мне не нравится. Или своей безальтернативности я нахватался как раз у нее? - Спасибо. Как дела вообще? - Да так, следила за вашим с Леной походом. А твои дела как? Я почти поверил, что так и было, но на ее нарочито безучастном лице дернулся уголок рта. - Да отлично. Вчера умер, сегодня сижу с тобой, обедаю. Лучше не придумаешь! - Ну ты скажешь же… Слишком прямолинейно, но хоть как-то сказать это надо. Пусть пока и в виде шутки. - Шучу, конечно. Но с тобой действительно приятно проводить время, здесь я серьезен. - Хммм… Она как-то слишком улыбчиво на меня смотрит. - Ты был бы не против провести время на пляже? Прямая, как линейка. - Спасибо за приглашение. Обязательно проведем, но не прямо сейчас. Фемида слегка отодвинулась. - Ну, если совершишь огромную ошибку, не обратив на меня должного внимания, через 4 дня будут небольшие соревнования по плаванию, где я определенно займу первое место. Их ты ведь не пропустишь? К тому времени я уже должен успеть успокоиться, хотя бы частично. Почему бы и нет? - Как могу. - Вот и хорошо. Спасибо, кстати, за компанию. Уже доела? Мне тоже медлить не стоит, после обеда есть куда сходить. - Тебе спасибо. Жаль, что мы не встретились до лагеря. Твоя судьба могла бы сложиться иначе. Как и моя. - Мне тоже. Улыбнулась и пошла себе, оставляя меня в небольшом смятении. Что же я творю?.. Доев и удалившись из столовой в не самых приятных размышлениях о нечестности своего поведения, я пришел на площадь. Надо увидеться с Алисой, пусть и в таких чувствах. Благодаря моральной поддержке от Генды, который единственный здесь способен меня понять, я вспомнил, наконец, куда мне следует идти. … Прошмыгнув мимо стаек пионеров недалеко от пристани, я прошел в лес. Солнце все еще было высоко, и свежий воздух с атмосферой спокойного летнего дня должен был бы меня очень впечатлить. Успокоить, дать хотя бы на мгновение ощутить «нормальность» происходящего. И… У него это получилось. Несмотря ни на что, возможность увидеть Алису снова, в тех же обстоятельствах, что и в первый раз, воодушевляла. Давала надежду, что я хотя бы на мгновение смогу вернуться к себе тринадцатилетней давности, когда я не знал ни запоя, ни разочарований. … Наконец я слышу гитару. Спокойные, приятные переборы. Зная, какие гитары появятся в продаже в будущем, не могу поверить, что она играет так нежно и чувственно с таким допотопным инструментом. Надо подобраться поближе, но так, чтобы она не заметила. Не сейчас. Играет громко, я, по идее, смогу проскочить. Метров пятнадцать, она как раз прислонилась к дереву в противоположной от меня стороне. Я вас любил: любовь ещё, быть может, В душе моей угасла не совсем… Тот же голос, в который я влюбился с первой ноты. …То робостью, то ревностью томим; Я вас любил так искренно, так нежно, Как дай вам Бог любимой быть другим. Надо обратить гораздо больше внимания на то, кому этот стих адресован. Третьей попытки, скорее всего, не будет. Я уже успел усесться на противоположной от нее стороне, пока она еще пела. Дальше она просто бренчала, что-то насвистывая себе под нос. Если честно, меня не смущает ни кокетничать с Леной, ни открыто флиртовать с Фемидой. Так чего сердце так колотиться, ожидая мой неминуемый комплимент Алисе?.. - Ты прекрасно поешь. Она остановилась и вскочила, а я за ней – держит руками гитару, прижав к себе, и мы встретились взглядами. Ей, должно быть, неприятно и немного страшно, что какой-то парень оказался так близко к ней, в месте, куда она сбежала от людей. - Прости, что нарушил личное пространство. Я загулял, и когда услышал твою гитару, не смог удержаться и не послушать. Вроде, ее это убедило, и она поставила гитару к дереву, наконец полностью выпрямившись предо мной. Стройное, утонченное тело, при этом очевидно крепкое. Острые и красивые черты лица, но без аристократической нотки, как у Фемиды. Медные короткие волосы, сложенные в два хвостика с заколками в форме сердечек. И, самое главное – даже не то, что она выше меня, а ее глаза. Закатно-оранжевого цвета, в которых сквозила вечная неуверенность в себе, но более заметным все же был огонь ее таланта, который, наверное, смог бы покорить мир в почти любом деле, за которое она бы не взялась серьезно. И как же обидно наблюдать за ней сейчас – это безразличие в глазах просто убивает. Даже этот стих и сама по себе игра не могут разжечь надолго в ней то, что ей просто предначертано. И я не смог ей помочь. - Нельзя так людям мешать… - Мне жаль, но я все же хочу обнаглеть и попросить тебя… Поиграть еще. Можно? Если нет, я уйду. Неловкое молчание. Но все же… - … Хорошо. Как не хотелось присесть с ней, я перебрался в прошлую позу на противоположной от нее стороне дерева. Играет немного быстрее и ритмичнее, опять что-то незнакомое. Хотя, помнится мне, я в такой же ситуации смог уговорить ее сыграть мне немного Цоя. - Цой? - Нет. Не найдя аргументов, чтобы давить на нее дальше, я просто наслаждался ее игрой. Иногда она разбавляла молчаливую, умиротворенную лесную своим пением. Тихим, настолько, что мне приходилось прислушиваться. Но таким же красивым и нежным, как всегда. Ей бы быть бардом в Средневековье, увековечивать народные романсы и другие песни, услаждать собой взор королей… - К-как тебе? Даже не заметил, как прошло время. Просто погрузился в полудрему под ее игру. - Я бы хотел чаще тебя слышать. Спасибо за игру. - Не стоит. Ты не долго пробудешь моим фанатом… А хотелось бы. - Ничего. Главное – чтобы тебе не было в тягость. - Я не люблю, когда мою музыку слушают, но… Мне было приятно с тобой посидеть. Спасибо за то, что не мешал. Я прервал твою игру и нарушил такое редкое здесь личное пространство. Надеюсь, ты говоришь правду. - Можно еще вопрос? - Что тебе интересно? - Стих, после которого мы увиделись… Что он для тебя значит? Алиса ненадолго замолчала. - У меня есть дорогой человек, с которым все сложно, и с которым я пытаюсь помириться. Я иногда пою этот стих, чтобы не забывать об этом. Наши отношения и не начались бы, если бы я задал этот вопрос в прошлый раз и получил бы такой же ответ. - Это очень мило. - Правда? Даже учитывая смысл текста? - Я только тебя встретил, а ты доверила мне эти чувства. Мне тоже близко их выражение через музыку. Как я могу не уважить тебя? Эта тема всплыла в наших отношениях сильно позже, когда уже было поздно что-то исправлять между ними. Тогда я не особо проникся ее горечью, не попытался даже понять – и до сих пор корю себя за это. - Не знаю, что на меня нашло. Ты так со мной говоришь, будто давно знаешь… Вот и вырвалось, наверное. Слишком доверчивая. Доверилась не тому. Наверное, надо оставить ее в покое, и так излишне надавил. - Я правда тебе благодарен за проведенное время и… Оказанное доверие. Не буду тревожить больше, чем уже успел. - Спасибо. Хорошо, что ты не успел разочароваться… К концу этой фразы я уже успел отойти на пару шагов, но остановился. Сердце прихватило. Да, я не успел разочароваться. Боже, как не хочу, чтобы все повторилось!.. - Этого не произойдет. Вместо ответа она завела уже более грустную мелодию. Мы разошлись, и я сразу пошел к столовой – ждать горна, он должен был быть скоро. Мысли были темнее тучи. … После жутко неуютного ужина мне нужно было немного расслабиться. Наверное, для этого подойдет пляж. Он недалеко от столовой, но плавки из чемодана я не достал, так что… Придумаю что-нибудь на месте. … Я не в лучшем настроении, но этот пляж… Очень приятный. Совершенно не похож на обычные речные пляжи, как в городах или других селах. Окруженный лесом по бокам, а спереди – ограниченный островками, через которые еще и проходила железная дорога, он ощущался как отличное прибежище от сложностей, ожидающих меня после отъезда. Удивительно, но детей здесь не было – повезло. Этот легкий, успокаивающий душу ветерок принадлежал только мне. Я так думал, пока не ощутил, как на меня смотрят сзади – я, в целом, догадывался, кому могло хватить на это наглости. Но хватит ли ее, чтобы подойти? После мгновений очевидного напряжения, я услышал легкие шаги, пока она со мной не поравнялась. Глянув на нее на секунду, я заметил, что ей закат был так же интересен, как и мне. Ветерок развевал ее волосы так же, как и утром, но теперь я видел ее улыбку и уверенность в глазах. В лучах закатного солнца она была еще красивее. - И все же мы здесь встретились. - Фемида. Я успел забыть о ее предложении. Все обернулось лучше, чем я мог ожидать. - Я тоже люблю сюда приходить на закате. Обычно плаваю в одиночку, но сейчас… Немного другие обстоятельства. Значит, без купальника… - И какие же? - В столовой ты был угрюм, будто тебе под котлету что-то закинули. Вот и решила тебя проведать. - Спасибо. … Мы молча смотрели на уходящее солнце, пока я окончательно не окреп духом для разговора, благодаря девушке, стоявшей так близко, будто она ждала, что я возьму ее за талию. Но не сегодня. - У меня сейчас сложный период. И когда после обеда я кое-что вспомнил, совсем потерял настрой. - С друзьями проблемы? Или… С девушкой? Мы встретились взглядами. Фемида всегда казалась мне насмешливой, горделивой, и этими качествами она немного напоминала Лену. Но я всегда знал, что она была хорошим человеком, и тем более было обидно почти не видеть в ней такую же доброту, которая сейчас исходила из ее глаз. Ей и вправду было интересно, какие у меня проблемы, и она хотела помочь. Обида настаивает, что ей нельзя верить, но… - Не с девушкой. С другом. Мы очень, очень давно не виделись, и когда совсем недавно снова встретились, он оказался совершенно иным человеком, чем я его запомнил. Эти мысли преследуют меня даже здесь, за что и впрямь стыдно… В таком красивом месте, в такой компании, мне не следует давать слабину. - Я через такое не проходила, но… Из того немногого, что я про тебя знаю, ты не кажешься человеком, склонным страдать по пустякам. Тебе правда плохо? … Ненавижу себя за то, что не могу сейчас ей все рассказать. - Да. Было очень трудно держать зрительный контакт, но я не дал заднюю. - Мне жаль, что ты не хочешь об этом говорить со мной. Но могу дать совет. Ольга Дмитриевна – очень хороший человек. Она тебе говорила, что к ней можно прийти и поговорить, если что-то волнует, так? Воспользуйся этим предложением. - Звучишь так, будто она тебе уже успела помочь. - На самом деле да. По такому же личному вопросу. Мне правда помогло! Оля и вправду должна быть хорошим педагогом. Но что она скажет в моей ситуации? И можно ли рисковать, доверяя ей подобное? - Я подумаю об этом. - Может, присядем? Если и идти к Ольге, то позже, когда она разберется с работой. Немного посидеть с Фемидой... Можно. - Давай. Мы присели на песок, я достаточно свободно пустил ноги вперед, а она подперла свои перед собой, держа их спереди руками. В этот раз мы были гораздо ближе друг к другу. Интересно, кто первый перейдет грань?.. - Фемида, как у тебя дела? - М? Хочешь перевести тему? - Да. Неудачно? - Хммм… Ладно. Мне очень скучно здесь, и я не уверена, что последние дни расписания как-то поменяют это. - Почему же? На танцы ведь не с кем сходить. А танцы тебе определенно нравятся. - Особо нечем заняться, а немногочисленные партийные поручения от Ольги Дмитриевны просто ни о чем. - А как же танцы? - Ах, это вообще катастрофа. Я притащила свое любимое платье и туфли, и их некому показать! Ах, какая беда… Слишком топорное приглашение. - А платье застегивается? - Ну конечно. Что за вопрос? - Я могу помочь тебе его застегнуть, если все же захочешь его кому-нибудь показать. Идея слишком мне нравится. Приятные воспоминания. - Это прекрасная мысль. Но как ты поможешь мне, если я не захочу показывать его именно тебе? - С закрытыми глазами. Обещаю не лапать больше дозволенного! Она посмеялась над этой глупостью. Но почти сразу неожиданно поникла. - Ты все шутишь, а так меня и не приглашаешь никуда. Я… Не хочу навязываться. Прости, если заставляю чувствовать себя неудобно. … Она ведь чувствует, верно? Что я не могу ответить ей взаимностью. Или не хочу. Как минимум, пока. - Все в порядке. Ты и вправду хорошая. Это у меня… Проблемы. - С головой? - С головой. Впервые найдя в другом человеке здесь взаимопонимание, я захотел ее обнять. Оторвав друг от друга взгляды, полные невысказанных вопросов, мы молча продолжили любоваться закатом. И так же без единого слова разошлись, встретив окончание этого дня вместе. Какая-то бесконечная меланхолия сегодня. Но всяко лучше смерти… … Путь к обители Оли, не прерываемый снующимися пионерами, не занял много времени. Сирень и гамак приветствуют меня, а свет из окна подсказывает, что она все еще не спит. Идея поговорить с ней меня пугает, но весь день я едва сдерживал порывы рассказать хоть что-нибудь кому-нибудь о том, что со мной происходит. Меня уже тошнит от невозможности поделиться хоть частью этой боли. И сейчас я чувствую, что среди всех женщин этого лагеря готов высказаться сейчас только ей… Пусть и не о всем сразу. - Простите, можно зайти? - Конечно! Заходи! Все тот же звонкий и одновременно властный, красивый голос. - Спасибо. Можно присесть? Уже зайдя внутрь, я заметил, что она пила чай. Бумаги и записная книжка были отодвинуты в сторону, значит, я пришел вовремя. - Что тебя беспокоит в этот чудный вечер? Оля налила мне чай, без сахара. Как я и люблю. Хотелось бы хлеба на закуску, но наглеть пока не хочу. - Могу ли я к Вам обращаться неформально? В рамках этого разговора, разумеется. Она хихикнула, и положила лицо на ладонь, поставив локоть на стол, нарочито похабно на меня глядя. Дома Оля этим взглядом вгоняла меня в краску мгновенно, но сейчас я и бровью не повел. - Извини, у нас здесь протокол, так что будет «Вам» и никак иначе. Когда я узнал, что она хочет стать педагогом, я просто не мог в это поверить. Оказалось, что ее строгость и дисциплинированность просто ускользали от моего влюбленного взгляда. - Я понимаю. Можно спросить тогда, как Ваши дела как вожатой? Как ощущения? - Мм? Она прям оживилась. - Я и не думала, что тебе может быть интересно! Неужели ты все-таки по дамам постарше? Наверное, в ее глазах наше совместное времяпровождение, состоящее из прогулок и гитары у меня на дому, казалось ей слишком уж потребительским с моей стороны. Я действительно никогда не интересовался ее делами. Но она ведь всегда всего добивалась, сама, всегда улыбалась. «Как у нее могли быть хоть какие-то проблемы»? - Если Вы еще раз такое скажете, я действительно задумаюсь об этом! Этот смешок был почти полностью искусственным. - На самом деле, у меня все хорошо. Это моя вторая смена. Мне повезло, что ты не видел меня на первой – я столько раз тупила, что умерла бы от стыда перед тобой. Но, как видишь, на второй уже все идеально. Как и должно быть. Еще и Славя помогает, прекрасная девочка. - Не переживайте, сами ведь знаете, насколько я больший растяпа, чем Вы. Вам еще учиться и учиться. Оля резко отстранилась и с совершенно спокойным, сосредоточенным взглядом сложила руки на груди. - Ты ведь не стал бы беспокоить меня вечером без стоящей причины? Эти глупости мы с удовольствием могли бы обсудить и после смены. - Вы правы. Я лишь хотел… Слегка разрядить обстановку. Она посмотрела на меня с подозрением. Еще до того, как я успел хоть что-то ляпнуть. - Это на тебя не похоже. Совсем. Мне точно не хватало такта в прошлом. Да и сейчас, очевидно, тоже… - Вы не представляете, насколько одновременно далеки и близки к правде. - Ха? - Я снова прошу прощения, но мне нужно кое-что попросить. Я не жду, что Вы безоговорочно сдержите это обещание, даже если его дадите, но у меня нет выбора. Я очень хотел бы, чтобы весь дальнейший разговор не вышел из этого домика. Независимо от того, что вам предстоит услышать. Ничего криминального. Просто… Кое-что очень, очень странное. Ну, криминала для меня здесь точно нет… - Мне очень не нравится то, что я услышала, но в честь нашей дружбы… Я могу сделать исключение. Обещаю, ничего и никому не расскажу. Она очевидно нервничала. Наркотики? Серьезная драка до лагеря? Какая-то дикуха с местной девчонкой? Логичные мысли. Все было бы проще, будь они реальностью. В этих ситуациях у Оли хотя бы есть заученный педагогический протокол. Наверное. - Я Вам очень благодарен. А теперь, попробуйте представить, что человеку, сидящему напротив вас, не 17, а 30 лет. - Красивый, статный мужчина, с которым я определенно куда-нибудь схожу, чтобы прекрасно провести время. И? Наверное, она уже поняла. Но не хочет верить. Такой ее юморок был частым гостем во время моих проблем и неудач в прошлом, когда я с ней ими делился. Почему-то она была уверена, что это разряжает обстановку. Иронично, как я подрезал эту ее привычку. - День назад мне было чуть больше 30 лет. Будучи бухим в хлам, я от горя выпрыгнул на проезжавшую мимо машину. Последнее, что помню – как бампер размозжил мое лицо. Я надеялся заснуть навсегда, но… Проснулся в Икарусе. Этим утром. Здесь. С каждым предложением Оля все больше белела. У меня не было никакого настроения и желания смягчать или перефразировать. Я знаю, что сейчас навесил на нее невероятно тяжелое бремя, но… Мне слишком больно. Я просто не могу держать это в себе. - Я закончил свою жизнь по собственному желанию. Я просто не заслуживал второго шанса. Тем более, не мог вернуться сюда… И снова видеть их. Видеть Вас. Пытался сдерживать слезы весь день. Все это напряжение… Должно выйти. Но не кричать. Ни в коем случае. - Я уверен, что это какой-то особый случай попаданца, или как их еще называют. Обычно туристы приходят из совсем других миров, но я ведь… Я ведь все это помню! Вас, Лену, Алису, Фемиду, Машу!.. Этот лагерь. Ваш добрый взгляд. Ой, не плачьте, я этого не стою… Пока я обхватил лицо руками, рыдая взахлеб, она подвинулась ко мне на стуле, и обняла. И тихо плакала. Даже молодая женщина не позволяет себе таких рыданий, как я. Какой стыд. - П-простите. Правда. Я не хотел Вас расстраивать. Но не вижу другого варианта. Простите мой эгоизм… - Ты ведь и вправду Димка? Тот самый, мой милый братик? Но ведь ты умер… Как к тебе обращаться? Если тебе и вправду 30, это мне стоит обращаться к тебе на Вы… - Прошу, не думайте об этом. Вообще ни о чем не думайте. Мне стало сильно легче, когда я смог об этом всем сказать. Я сейчас успокоюсь, вот увидите! От того, что я заставил плакать от собственной никчемности такую прекрасную женщину, я смог даже перестать рыдать. Гора с плеч. Самое ужасное я сказал, теперь надо пытаться думать, как быть дальше. - Я понимаю, что это очень сложно, но мы еще обязательно поговорим о последствиях. Я прошу прощения за такой ужасный вечер… - Встань. Не могу сопротивляться. Когда мы встали, она обняла меня гораздо более нежно, и уже не плакала – поглаживала по голове, пока я ощущал ее щеку, такую же мокрую, как моя собственная… - Мы разберемся. Я тебя не оставлю и не сдам. Ни в коем случае. Взяв меня за плечи, отдалилась, и мы посмотрели друг другу в глаза. По-новому. Я хотел видеть в ней свою опору, человека, который поможет мне не сойти с ума от множества ужасных выводов, к которым меня еще не подпустило подсознание. А в ее взгляде я видел лишь непреложную твердость и… Сочувствие. - План не изменился. Я – вожатая, ты – пионер. Так есть и останется до конца этой смены. Протокол непреложен. Моя поддержка – так же. Ты будешь в безопасности. Обязательно. - Я… Не знаю, как Вас благодарить. Самоубийцы недостойны… - Возможно. Но это мне принимать решение. - Так и есть. Мы снова сели, и, все еще слегка подрагивая от минувшего плача, я залпом допил чай. Оля повторила за мной. - Сейчас очень не хватает спирта. Согласен? - Согласен. Но скажу по опыту – он помогает лишь в маленьких дозах. Это был наш первый, очень грустный, смешок в новых отношениях. Кто мы? Сообщники? Просто друзья? Пока что… Это не важно. Главное, что мы успокоились. Воодушевилась. Я тоже постарался натянуть улыбку. - Тебе ведь стало легче? - Несомненно. - Если ты хочешь о чем-то поговорить сейчас, я готова. Извини, если не смогу внятно ответить. Слишком много навалилось… - Я не тороплюсь. Вы помогли куда больше, чем можете подумать. - Тогда доброй ночи. Надеюсь, ты сможешь сегодня заснуть. - Спасибо. Я хотел бы, чтобы Вы тоже поспали. Хоть немного. И спасибо за чай. - Здесь ты всегда сможешь рассчитывать на меня. Я уже успел подойти к двери. - Еще раз доброй ночи. - Спокойной, Дима. Мне стало гораздо лучше. Хоть кто-то может меня здесь принять. Надеюсь, что это будет не один человек. И приведя себя в порядок после дневных приключений, я просто рухнул на кровать. Нет сил думать. Нет сил переживать. Я провалился в сон, с призрачной надеждой, что утро вечера мудренее. Вроде последняя мысль может определить сон? Хочу, чтобы мои переживания обрели хоть какой-то осязаемый вид, а не это пылающее, метающееся нечто…