Глава 12. Кисло сладкий конец.

      Шестая петля встретила его удушливой тишиной знакомой комнаты в приюте. 28 августа. Тот же запах пыли, тот же свет, пробивающийся сквозь мутные окна. Но внутри Изуку больше не было страха, только знание того что нужно сделать.       Он бежал. Мимо облупленных стен, мимо воспитателей, прочь из этого места. Он нашел Шигараки там, где тот всегда был в этот день. Увидев маленького Тенко, Изуку не колебался. Он заговорил о «Заветах», о секретной миссии и письме для Сэнсея. Тенко, ошарашенный уверенностью этого странного ребенка, согласился.       Когда Курогири перенес их в логово, Изуку лишь крепче сжал пустой конверт.       - Что бы я ни сделал, не удивляйся, - шепнул он Тенко, который послушно натянул перчатки.       ВЗО ждал их в тени. Для него Изуку был лишь мелкой сошкой. Но когда мальчик подошел вплотную, якобы протягивая письмо, и вцепился в его ногу, реальность надломилась.       Он знал что тот первым делом проверит причуду. Поэтому, не сопротивлялся и коснулся его, ворвавшись в саму структуру чужой причуды. Как и в прошлый раз он встретил множество людей. Город возвышался, целым.       Я лишь сделал шаг на встречу и передо мной появилась его фигура. А перед ним стоял, кто-то такой же древний и пугающий как и он сам. Когда Изуку взял его за руку, тот не сопротивлялся, все еще пытаясь осознать что именно он ведет. Мидория потянул на себя и вырвал ВЗО с корнем, используя опыт всех своих жизней. Тело тирана, лишенное основы, рассыпалось прахом, не успев даже осознать поражение.       Изуку упал на колени.       В голове начало раздавятся голос шокированного Тирана, клетка вокруг которого постепенно становилась все меньше. Теперь уже безмолвные люди обрели голоса. Их было тысячи. Они шли к фигуре, возвышающейся над их похитителем, и кричали.       Их крики, разрезал голос.       - ВЗО. Время твоего правления подошло к концу.       - Как ты это сделал!       - В прошлых жизнях.       В реальности, Изуку тут же выхватил телефон и набрал прямую линию героев.       - Помогите... нас украл злодей... - его голос сорвался на безупречно исполненный, наигранный плач.       Когда Курогири попытался вмешаться, Изуку коснулся его. Одно точное движение - и тело туманного злодея с глухим стуком рухнуло на пол.       - Ы-ы! - вскрикнул Тенко, пятясь.       - Нам страшно, - прошептал Изуку в трубку, глядя в пустоту широко открытыми, гаснущими глазами.       Через несколько минут здание содрогнулось. Ворвавшийся Всемогущий застал двух рыдающих детей среди руин логова.       - Тот дядя... он помог нам найти укрытие! - хныкал Мидория, пока герой подхватывал их и выносил наружу.       - Он хороший! - поддакивал Тенко, загораживая того своим телом.       Уже в окружении врачей Изуку вцепился в плащ Всемогущего. Его лицо было мокрым от слез.       - Там был дядя... он что-то сделал с моей причудой, а потом испарился... - выдавил он через силу.       Тенко, четко придерживаясь их легенды, выступил вперед.       - Он называл себя «Сэнсеем» и говорил что-то про «Все за одного».       Подошедший Ночноглаз замер, активируя свою способность.       - Они говорят правду, - его голос дрогнул от осознания масштаба произошедшего.       - Да ладно? - Всемогущий обернулся к напарнику, не веря, что многолетний враг мог исчезнуть так просто.       Ночноглаз уже набирал номер.       - Нужно вызвать Звезду и Полосу. И я позвоню Стерке....       Изуку слышал эти голоса как через толщу воды. План сработал. Сила была у него, враг уничтожен, а его будущее теперь в руках тех, кому он доверял. Тьма окончательно сомкнулась перед глазами, и он провалился в глубокий обморок.       ==       Когда Изуку пришел в себя, мир вокруг был залит стерильным белым светом больничной палаты. Рядом, вцепившись в край одеяла, сидели Кацуки и Тенко. Мидория, едва осознав, что он снова в теле ребенка, зашелся в рыданиях, мертвой хваткой вцепившись в Бакуго. Это были не просто слезы облегчения, прикрытая маской детской истерики.       Спустя какое-то время дверь тихо скрипнула. В палату вошли Мицуки и Масару, а за ними - целая делегация величайших героев: Всемогущий, Звезда и Полоса, Ночноглаз и Сотриголова. Они смотрели на заикающегося, дрожащего ребенка, который выглядел слишком хрупким для той силы, что в нем была. Всемогущий попытался подойти ближе, чтобы успокоить его, но Изуку лишь сильнее зарылся лицом в плечо Кацуки.       - Эй, малыш, - Айзава присел на корточки, его голос был непривычно мягким. - Ты хоть понимаешь, как пользоваться своей причудой?       Мидория кивнул, утирая слезы кулачками.       - Ну и что она делает? - продолжил Шота.       Тенко, который всё это время настороженно наблюдал за взрослыми, указал рукой на соседнюю койку, отделенную ширмой.       - В последний раз, когда он это сделал, тот дядя просто упал в обморок.       Айзава проследил за его жестом и внезапно замер, побледнев так, что стали видны синяки под глазами. На соседней кровати, опутанный трубками, лежал человек, которого он не надеялся увидеть снова.       - Оборо… - выдохнул он.       - Ты его знаешь? - удивился Всемогущий.       - Он числится погибшим уже четыре года, - Айзава не мог отвести взгляда от друга юности, чья судьба была переписана одним касанием маленького мальчика.       Ночноглаз, сохраняя профессиональную холодность, попросил семью Бакуго на время стать опекунами Изуку, пока они не разберутся в ситуации. Начался долгий, изматывающий допрос, замаскированный под беседу. Изуку, придерживаясь их с Тенко легенды, рассказывал о «злом дяде» и «чудесном спасении». Когда Всемогущий проверил его причуду, сомнений не осталось: Все За Одного теперь принадлежала ребенку, слившись с его сущностью.       - Помогите, пожалуйста... - хныкал Изуку, глядя на свои руки. - Я не хочу делать больно другим.       Герои переглянулись. Звезда и Полоса вместе с Айзавой помогли ему стабилизировать поток энергии. Изуку чувствовал, как внутри него бьется чужое, яростное эхо воли прошлого обладателя, но теперь у него были союзники, чтобы сломить эту волю навсегда. Когда всё закончилось, он обессиленно опустился на пол.       - Настолько сложно это было? - спросил Сотриголова, вытирая пот со лба.       - Какой-то дядька шептал в голове... страшно , - Изуку обхватил голову руками, закрываясь от остатков тьмы.       Мицуки, не выдержав, подхватила его на руки, прижимая к себе. Она поблагодарила героев, хотя те лишь растерянно переглянулись. Они понимали, что сегодня произошло нечто, выходящее за рамки их понимания.       - Малыш, нам нужно связаться с твоим воспитателем, - мягко сказала Мицуки. - Тебя все потеряли.       Изуку смешно надул губы, пряча за этой детской гримасой триумф человека, который наконец-то разорвал проклятый круг.       - Я не хотел пропадать.       ==       Прошло полгода. Для Изуку это время стало периодом медленного погружения в серые сумерки. Когда в приют наконец прибыли Всемогущий, Айзава и Оборо, сцена прощания с Тенко была пропитана тихой грустью. Всемогущий забрал Шимуру под свою опеку, пообещав, что они еще встретятся. Для Изуку же начался новый этап - еще полгода ожидания, пока бюрократическая машина оформляла документы на его усыновление Шотой Айзавой.       Зрение Изуку падало стремительно. Мир превращался в набор расплывчатых пятен, и единственным способом не сойти с ума стало вязание.       - Мидория, знакомься, это твой новый сосед по комнате, - голос воспитательницы Нао вывел его из задумчивости.       Изуку слабо махнул рукой в сторону двери, не отрываясь от спиц. - Меня зовут Мидория Изуку. А еще я практически ничего не вижу, так что... приятно познакомиться.       - Что на этот раз вяжешь? - Нао заглянула через плечо. - Это похоже на мячик? - с надеждой спросил Изуку.       - Это похоже на вытянутый овал, - раздался незнакомый, чуть хриплый и сонный детский голос.       Изуку замер, прислушиваясь к вибрациям этого голоса. В его памяти, полной отголосков, этот тембр отозвался далеким эхом.       - Не ожидал, что твой голос будет таким… необычным. Можешь показать, где проблема?       Хитоши Шинсо неуверенно подошел ближе. Нао мягко подтолкнула их друг к другу, и Шинсо аккуратно коснулся вязания.       - Вот тут петля ушла.       - Хм… давай ты лучше прикрепишь скобу, - Изуку протянул ему овал, и Хитоши долго, сосредоточенно возился с нитками.       - Я вот всё думаю… - Изуку склонил голову набок. - У тебя такой красивый голос. Почему ты здесь?       - Мама умерла, - коротко бросил Шинсо.       - А родственники?       - Таких нет.       - Значит, тебе очень быстро найдут новую семью, - уверенно заявил Мидория.       Шинсо горько усмехнулся.       - С чего ты это взял? Меня не заберут. У меня «злодейская» причуда.       Изуку на мгновение перестал перебирать шерсть. В его глазах мелькнул лукавый огонек.       - Спорим, моя - куда более злодейская?       Шинсо удивленно вскинул голову. Молчание затянулось, а на лице Мидории расцвела хитрая улыбка.       - Моя причуда позволяет забирать и отдавать чужие причуды. Так что бойся меня! - Изуку пафосно указал пальцем в сторону окна.       Шинсо не выдержал и негромко рассмеялся.       - Я вообще-то здесь, левее.       - Тем более бойся меня! - Изуку быстро перенаправил палец в нужную сторону.       - Так что, как это ощущается - быть «злодеем»? У меня, например, вечно куча голосов в голове шепчет. Хочешь попробовать? Я могу заставить тебя светиться.       - Прямо полностью? - Шинсо завороженно смотрел на него.        - Хм... я всё равно не увижу результат. Придется дождаться Айзаву. Он крутой, он может стирать причуды взглядом. А твоя какая?       - Промывка мозгов.       - Ого... это как?       Они проболтали до самой ночи, делясь тайнами, которые взрослым казались опасными, а для них просто частью их странной жизни. А на следующий день в приют пришел Шота Айзава, и не один, а с директором Недзу. Пока Изуку проходил тесты, которые больше напоминали высшую математику, он буквально вибрировал от нетерпения.       - А как выглядит мой сосед? - спросил он, когда Недзу закончил делать пометки в планшете.       - У тебя уже появился сосед? - Айзава приподнял бровь.       - Да! Его зовут Хитоши, и у него причуда Промывки мозгов. Представляете, сколько возможностей! Брать злодеев в заложники одним словом... это… Это же так круто!       Недзу издал короткий смешок.       - Это не те вещи, которые должен обсуждать пятилетний ребенок.       - А еще пятилетние дети не должны решать уравнения из матанализа, но мы же здесь, - парировал Изуку, заставив директора хихикнуть. - Так вы опишете его? Я хочу знать, с кем делю комнату.       Айзава в это время наблюдал за Шинсо, который проходил мимо и случайно уронил раскраску с карандашами. Шота отметил, как мальчик подволакивает ногу.       - Изуку, вас тут бьют? - его голос стал ледяным.       - Нет, не помню такого. Мы с Тенко внимательно следили за воспитателями.       Айзава потрепал Изуку по кудрявой макушке и пошел помогать Шинсо собирать карандаши. Тем временем Мидория переключился на гостя.       - Недзу, а вы как выглядите?       - Это сложно описать. Я то ли собака, то ли мышь, то ли медведь.       - Вы сами не уверены? - искренне удивился Изуку.       Когда Айзава вернулся вместе с Хитоши, он ответил на вопрос.       - Изуку, он фиолетовый.       - Весь?! - округлил глаза Мидория под общий хохот.       - Волосы, - уточнил Шинсо.       - Ну тогда тебе точно быстро найдут семью, - снова подтвердил Изуку.       Шинсо хотел было возразить, но Мидория в порыве чувств развел руками и случайно задел его плечо. Хитоши отшатнулся так резко, словно ожидал удара.       - П-прости! Я не хотел, я не вижу, куда машу! - Изуку заволновался, и по его рукам пробежали искры статического электричества.       - Эй, всё хорошо? - Айзава внимательно следил за реакцией обоих.       - Мидория? - негромко позвал Шинсо.       - Да? - отозвался тот, и тут же замер, когда причуда Хитоши подействовала.       - Медленно дыши. Вот так, - Шинсо мягко отпустил контроль.       Изуку выдохнул и утешительно рассмеялся, хотя его всё еще немного потряхивало.       - Ха-ха... Я это еще не до конца контролирую. Но причуда у тебя отличная. Смотри, как я быстро успокоился.       Шинсо посмотрел на него с нескрываемым удивлением.       - Ты очень странный, Мидория.       - Привыкай, - улыбнулся Изуку.       Как выяснилось позже, Айзава не смог оставить Хитоши в приюте. Шота решил усыновить и его, так что нам пришлось задержаться в этих стенах еще на полгода. За это время мир для меня окончательно погас, погрузившись в абсолютную, непроглядную тьму.       Но пустота не была пустой. Вместе с Айзавой мы начали практиковать контроль над причудой ВЗО. В глубине своего сознания я начал строить город - убежище для тех отголосков причуд, что теперь жили во мне. Я искал помощников среди этих теней, и в какой-то момент город ожил. Теперь я «видел» контуры предметов, ощущал пульсацию жизни вокруг. Мир в полной темноте обрел новые, пугающие и прекрасные очертания.       Я понял, что могу просматривать свои воспоминания, как старую кинопленку. Осторожно, кадр за кадром, я перелистывал события Второй петли. И однажды, коснувшись «экрана», я просто прошел сквозь него.       Я оказался на краю крыши. Закат заливал город расплавленным золотом, медленно зажигались первые огни. Ветер, настоящий и прохладный, шевелил мои волосы. После месяцев слепоты этот мир показался мне настолько ярким, что я невольно ахнул и подошел к самому краю.       Стейн, сидевший рядом, перевел на меня тяжелый взгляд. В этом воспоминании, мы были напарниками.       - Думаю... как обширен мир, - прошептал я, жадно впитывая краски, которых лишился в реальности.       - Действительно, - Стейн усмехнулся, не подозревая, что он лишь проекция в моей голове.       - Еще думаю, что время идет слишком быстро, - продолжал я, глядя на свои ладони. - Вот я в приюте, а вот я линчеватель, спасаю людей. Это… невероятно.       - Странные мысли, Тень, - бросил он.       Я посмотрел на горизонт, провожая солнце.       - Я просто хочу сказать спасибо. Я отошел от края и закрыл глаза, возвращаясь в свою темную палату.       «Как бы было хорошо, если бы ты всё помнил», - промелькнуло в голове перед тем, как я проснулся.       Наступило утро. Резкий звон будильника вернул меня в реальность 5-летнего тела. Но день начался с шокирующего звонка от Недзу.       - Изуку, - голос директора был предельно серьезным. - В академию пришел человек, именующий себя Стейном. Он утверждает, что ищет тебя. Что именно ты сделал?       Я замер, прижимая телефон к уху. Сердце пропустило удар.       - Э… я сам не до конца понял, но у меня есть догадки. Что он говорит?       - Пусть скажет сам.       В трубке раздался знакомый, хриплый голос.       - Привет. Тень... это ты?       - Ого... - я выдохнул, чувствуя, как дрожат пальцы. - Как много ты знаешь?       - Я... в последний раз ты говорил о мясе и ландышах.       Дыхание перехватило. Наш предпоследний разговор во Второй петле. Мы мечтали о барбекю, когда всё закончится, а я просил его принести ландыши на могилу мамы... Это не могло быть совпадением. Мое прикосновение в «памяти» пробудило его в реальности.       - Ты помнишь... как умер? - тихо спросил я.       - Да... Сколько тебе сейчас?       - Пять.       - У меня очень много вопросов, - вмешался Недзу, явно озадаченный происходящим.       - Вы сможете задать их завтра, когда приедете, - ответил я, чувствуя, как в голове начинает складываться новая, безумная теория. - Мне нужно кое-что проверить.       Я задумчиво стучал пальцами по корпусу телефона. Если это сработало со Стейном... если мое подсознание может возвращать память другим...       «Если Каччан тоже всё вспомнит... он сможет прийти ко мне?»       Хитоши осторожно коснулся моего плеча.       - Эй, Изуку? Всё хорошо?       Я вздрогнул, выныривая из своих расчетов.       - А? Да... Кажется, я понял, как на самом деле работает причуда. Хитоши, нам нужно поспать.       - Как это связано? - Шинсо недоверчиво фыркнул.       - Я не уверен, - я улыбнулся, глядя в пустоту перед собой.       - Но, возможно… Завтра к нам приедут гости.       ==       Мидория вновь нырнул в вязкую глубину подсознания. В этот раз он целенаправленно возвращался в воспоминания Пятой петли.       Воспоминание встретило его оглушительным шумом битвы и пронизывающим холодом. Изуку чувствовал, как медленно оседает на пол, теряя опору под ногами. Кровь казалась черной в свете подземных фонарей. Он видел застывшего в ужасе Шигараки и, собрав последние силы, прошептал одними губами: «Иди отсюда... Мы скоро встретимся».       Картинка дернулась и сменилась другой: салон скорой помощи, мерцающий синий свет сирен, запах медикаментов. Над ним навис Кацуки - его лицо было искажено гримасой, которую Изуку раньше никогда не видел.       - Живой... - едва слышно прохрипел Изуку.       Бакуго вздрогнул, словно от удара током. Изуку попытался улыбнуться, чтобы хоть немного унять ту бурю, что бушевала в глазах друга, но Кацуки лишь сильнее зашелся в рыданиях.       Не давая себе времени на жалость, Мидория скользнул глубже, в тот самый вечер в комнате Бакуго, когда он раскрывал ему план на Шестую петлю. Он снова видел удивление и страх на лице Кацуки.       - Что? - выдохнул тот.       Мидория задумчиво коснулся подбородка, глядя на него.       - Я не знаю, сколько из этого ты сможешь запомнить... но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы докричаться до тебя.       - Ты... придурок, - голос Кацуки сорвался.       Изуку улыбнулся - на этот раз расслабленно, почти счастливо.       - Я всё еще хочу услышать, как Бакуго Кацуки станет героем Номер Один. В мире, где нам не придется умирать.       Мидория зажмурился, вкладывая в это мгновение всю свою волю.       «Запомни. Запомни. Пожалуйста, пусть это сработает», - молил он пустоту, чувствуя, как его собственное сознание начинает искрить от перенапряжения.       Он стоял посреди своего внутреннего города, окруженный светящимися экранами. Рука его дрожала, когда он, наконец, решился. Перешагнув через сомнения, Изуку протянул ладонь и коснулся момента встречи с Шигараки. Если Стейн смог его вспомнить, то Тенко... Тенко должен был услышать его первым.       Пробуждение было резким. Сознание Изуку все еще блуждало в лабиринтах прошлого, поэтому настойчивая тряска за плечо показалась ему продолжением какой-то бесконечной погони.       - Изу! Изу, проснись! - голос Хитоши доносился словно из-под толщи воды.       Мидория с трудом разлепил веки. Мир встретил его привычной серой мглой, но в воздухе вибрировало что-то новое. Что-то, чего не было здесь последний год.       - М-м... Хитоши? Сколько времени? - пробормотал он, пытаясь сфокусировать невидящий взгляд.       - Неважно. К тебе гости. И, судя по всему, они не намерены ждать.       - Деку.       Всего одно слово. Хриплое, грубое, пропитанное знакомым до боли раздражением. Изуку вскочил слишком быстро - подсознание сработало раньше, чем тело успело адаптироваться к детским пропорциям. Ноги заплелись, и он начал заваливаться вперед, прямо на пол.       Но удара не последовало. Крепкие руки подхватили его, и Изуку буквально врезался в чью-то грудь. В нос ударил резкий, родной запах жженой карамели и пороха. Время на мгновение остановилось. Сердце Мидории забилось с удвоенной силой. Слезы хлынули сами собой, горячие и неудержимые.       - Каччан?.. - голос сорвался на шепот, полный неверия.       - Да я, я. Ну и тяжелый же ты стал, мелочь, слезь с меня, - проворчал Бакуго, но в его голосе не было и капли настоящей злости.       Мидория вцепился в футболку Кацуки так, словно от этого зависело его существование. Всхлипы переросли в настоящую истерику. Он понимал… получилось.       - Я пойду... позову взрослых, - неловко вставил Шинсо. Послышался его быстрый топот, уходящий вглубь коридора.       В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только рыданиями Изуку. Бакуго тяжело вздохнул и, помедлив секунду, начал неумело, но мягко поглаживать кудрявую макушку.       - Ну ты и плакса. У тебя всё получилось, так чего ты ревешь, задрот?       - Каччан! - Изуку уткнулся ему в плечо, не в силах вымолвить больше ни слова.       - Боже... Я тут. Слышишь? Я всегда тут.       ==       На этот день приют гудел, как потревоженный улей. К воротам подъехала целая кавалькада машин. Мидория, все еще не отпускавший край футболки Кацуки, стоя на крыльце. Рядом замер Хитоши, то и дело поправляя лямку рюкзака.       Делегация была внушительной: сияющий Всемогущий, мрачный, но спокойный Стейн, Айзава с кипой документов под мышкой, Недзу, Цукаучи и Тенко, который шел чуть поодаль. Они пришли официально завершить процесс опеки, но атмосфера была далека от формальной.       Бакуго, окинув взглядом эту разношерстную толпу из героев, линчевателей и бывших злодеев, криво усмехнулся.       - А у тебя действительно получилось собрать весь этот цирк в одном месте.       Мидория, остервенело трущий глаза, лишь шмыгнул носом и кивнул.       Пока взрослые - Айзава, Недзу и родители Бакуго - уточняли последние детали усыновления, к детям подошел Тенко. На его руках были специальные плотные перчатки, подаренные Недзу. Он присел на корточки перед Изуку, но Кацуки тут же сделал шаг вперед, загораживая его.       - Ты еще кто такой? - Бакуго выставил ладонь, готовую к взрыву.       - Ого, какой ты агрессивный, - Тенко равнодушно приподнял бровь. - Прямо как в рассказах Изуку.       - Тенко? - Мидория подался вперед, узнавая голос.       - Ага. Я в перчатках, так что, если ты хочешь...       Изуку неуверенно протянул руку вперед, нащупывая ладонь. Его пальцы сомкнулись на плотной ткани.       - Мне кажется, ты немного прибавил в весе с нашей последней встречи, - заметил Тенко.       - Я просто вырос. - серьезно ответил Изуку, вызывая у Шимуры сухую усмешку.       - Бакуго, ты всегда такой колючий? - Тенко перевел взгляд на Кацуки, который застыл в боевой стойке.       - Повторяю вопрос: ты КТО?       Тенко чуть склонился и прошептал так, чтобы слышали только они.       - Шигараки. Собственной персоной. К твоим услугам, взрывной мальчик.       Хитоши, наблюдавший за этим обменом любезностями, нервно хихикнул.       - Что вообще здесь происходит?       - Воссоединение старых знакомых, - Мидория повернулся к нему, на его лице впервые за долгое время играла искренняя улыбка. - Хитоши, поздравляю. У тебя теперь будет самая «злодейская» семья из всех возможных.       Шинсо рассмеялся, и этот смех разрядил напряжение. К ним подошел Стейн, чей грозный вид заставил бы любого другого ребенка забиться под кровать.       - Над чем смеетесь, мелочь?       - Э... Чисаки-сан? - Изуку повернул голову на звук его шагов, используя свое новое «зрение» причуды.       - Он самый, - отозвался Стейн, поправляя повязку.       Бакуго, не желая уступать первенства в агрессии, вышел вперед и выдал самое свирепое приветствие, на которое был способен пятилетний ребенок.       - Здравствуйте! (Очень агрессивно).       Цукаучи, стоявший неподалеку с документами, устало потер переносицу.       - Чисаки-сан, что вы делаете? Мы здесь по официальному делу.       Стейн медленно выпрямился, окинув взглядом собравшихся - героев и тех, кто стоял плечом к плечу ради будущего одного маленького мальчика.       - Просто здороваюсь… это кажется правильным.       Изуку стоял между Кацуки и Хитоши, чувствуя, как тьма в его глазах больше не кажется пугающей. И в этот раз он точно знал: это - последняя.       ==       За суматохой перемен незаметно пролетело несколько лет. Мир для меня оставался темным, но внутренний город в подсознании стал настолько детальным, что я ориентировался в пространстве лучше зрячих. Я закончил школу экстерном и попал под крыло Недзу - это время было наполнено бесконечными партиями в шахматы и стратегическим планированием, которое больше не касалось войны.       По выходным мы с Айзавой посещали дома престарелых. Там, среди запаха лекарств и тихих разговоров, я совершал свои маленькие чудеса. Я договаривался с «тенями» внутри своей причуды: те, кто устал от разрушительной силы, уходили, уступая место безобидным бытовым способностям, облегчающим старость. Самые тяжелые и опасные причуды я оправлял в «отпускной» район возле ядра, где заперт ВЗО - теперь там был курорт для уставших теней.       Судьбы тех, кто раньше был по ту сторону баррикад, изменились до неузнаваемости.       Стейн прошел реабилитацию, хотя его характер не исправил бы и десяток петель. Он по-прежнему ворчал на «дневных» героев, но получил лицензию и стал ночным стражем, работая в тени, которую так любил.       Тенко поступил на архитектора. Его девиз «Строить так же весело, как и разрушать» стал локальной шуткой. По вечерам он заходил к нам играть в «Манчкина» и каждый раз мы с треском проигрывали, обещая в следующий раз «распылить» колоду. Он помог найти почти всех из Лиги, включая Даби. С последним пришлось повозиться, но вмешательство Всемогущего и возвращенная память из Пятой петли сотворили чудо: семья Тодороки начала медленно срастаться. Теперь по выходным я играю в го с Энджи, и его неожиданные комбинации заставляют меня всерьез напрягаться.       Химико Тога была удочерена Чисаки. После нескольких прогулок со мной, Тенко и Шинсо она наконец оттаяла и рассказала всё о своей семье. Теперь она грезит геройской карьерой и буквально поет серенады Влад Кингу, считая его своим идеалом героя.       Бакуго и Шинсо спелись настолько, что иногда кажется, будто у них одна причуда на двоих. Их синхронность пугает и восхищает одновременно.       Мы с Кацуки наконец-то поговорили по душам: обсудили приют, его страхи и мои тайны. Мы заключили пакт - больше никому не возвращать память. Этот груз слишком тяжел, и мир заслужил право на «амнезию».       Что касается меня... К тому моменту, как Каччан и Хитоши подавали документы в ЮЭЙ, у меня уже была стопка лицензий. Недзу предложил мне место преподавателя, но мы решили, что подождем до моих двадцати - мир еще не готов к такому молодому профессору.       Я стажировался у Погрузчика, формально числясь в его классе. Я стал тем самым «учеником с золотой ложкой», который вечно занят в лабораториях или на тестах. Если бы не говорящие часы на моем запястье, я бы окончательно потерялся во времени между чертежами и расчетами.       И именно там, среди запаха озона, мазуты и грохота металлической стружки, я снова услышал этот безумный, восторженный смех.       - О-хо-хо! Мои «детки» сегодня просто в ударе! - прокричал знакомый голос, и я почувствовал, как в воздухе запахло гениальностью.       Я улыбнулся, поправляя очки, которые теперь носил просто по привычке.       - Привет, ты же Хацумэ Мэй? Кажется, нам есть что обсудить по поводу этого двигателя.       ==       В столовой ЮЭЙ стоял привычный гул, но за нашим столом атмосфера была наэлектризована. Изуку сидел, низко склонив голову, и, казалось, пытался слиться с поверхностью стола.       - И что в этом такого сложного? - Бакуго скептически выгнул бровь, занося ложку с карри.       - Да? Просто подойти и сказать, что она мне нравится? - Мидория поднял на него мутный, расфокусированный взгляд. - Прекрасный план, Каччан. Гениальный.       Бакуго замер на полпути.       - Серьезно? И это говоришь мне ты? Человек, который в одиночку вырезал причуду у ВЗО в пять лет?       Шинсо, не отрываясь от телефона, лениво добавил.       - У нашего вечно занятого Изу просто наконец-то наступила весна. Гормоны победили стратегическое мышление.       - Вы безнадежны, - выдохнул Мидория, утыкаясь лицом в сложенные руки.       - А ведь правда, - подал голос Тодороки, меланхолично помешивая свою собу. - Ты пробовал сказать ей прямо? Без формул и чертежей?       - Я говорил! - Изуку в отчаянии потянул себя за кудри. - Я сдаюсь. Проще пойти побить десяток злодеев в темном переулке, чем поймать её взгляд, когда она увлечена новым двигателем.       Химико, незаметно подсевшая рядом, сочувственно похлопала его по плечу.       - У-у... Опять Мэй?       - Да... - донеслось глухое из-под рук.       - Ну, начни с малого, - подмигнула Тога. - Ты же знаешь, что ей нравится. Используй свои же слова: «Я буду настолько полезным, что вы не сможете найти мне замену». Стань её незаменимым «гаджетом».       Изуку на мгновение замер. В его голове промелькнула опасная мысль.       - Мне иногда кажется, что...       - Нет, - отрезал Бакуго, чей слух был заточен под такие моменты. - Ты не будешь возвращать ей память из прошлой петли только ради того, чтобы упростить себе свидание.       - Я бы так не сделал... но соблазн велик, - Изуку со вздохом поднялся из-за стола, поправляя свои очки. - Ладно, пойду. Нужно еще найти причуду для коррекции зрения, а то я скоро начну путать Мэй с её станком. Приятного аппетита.       Как только дверь за ним закрылась, за столом началась настоящая оперативная работа.       - Что ты делаешь, Хитоши? - Бакуго подозрительно прищурился на Шинсо.       - Я? Просто отправляю Мэй аудиозапись его «исповеди», которую только что записал, - невозмутимо ответил тот.       - Ты ужасен, - восхитилась Химико.       - Я? Это Мэй ужасна. Она всё знает, но делает вид, что не замечает, потому что слишком увлечена работой. Им нужен толчок, - Шинсо наконец убрал телефон. - Я переписываюсь с ней месяц, и мне кажется, проще всего будет запереть их в шкафу.       - Плохая идея, - Бакуго фыркнул. - Он свернется там как креветка и начнет бубнить про характеристики металлов.       - Так это же его нормальное состояние, разве нет? - Химико передала сто юаней Тодороки.       - Вы всерьез на это спорили?! - взорвался Кацуки, но его гнев быстро сменился азартом. - Ладно. Нужен план.       - Может, подговорим Погрузчика и Недзу? - предложила Химико.       - Я поговорю с папой, чтобы он помог с «дополнительными занятиями» в мастерской, - добавил Шинсо.       - Может, вы еще Полночь подключите для консультации? - съязвил Бакуго.       - А это мысль, - серьезно кивнул Шото.       Урарака, которая всё это время молча слушала их план «захвата», подошла к столу.       - Вы бы просто подговорили одноклассников уйти из мастерской в нужный момент. Оставьте их наедине без лишних свидетелей.       Бакуго сердито развернулся к ней.       - А! Че?! Думаешь, так просто сработает?       - Боже, Кацуки, ты можешь не взрываться хотя бы в обед? - Очако посмотрела на него, скривившись. - Все и так поняли, что ты переживаешь за него больше всех. Изуку всегда в классе поддержки. Это самый логичный вариант.       Бакуго прищурился, оценивая её решимость.       - Ты с нами?       Урарака сомнительно хмыкнула.       - Только если без твоих спецэффектов.       - За дело! - провозгласила Химико, и «злодейская семья» Изуку начала свою самую важную миссию в этой петле. Устроить им свидание.       ==       Тишина в мастерской была почти осязаемой, нарушаемой только мерным жужжанием вытяжки и тонким писком паяльной станции. Каким-то необъяснимым образом все остальные студенты исчезли, оставив их с Мэй одних. Продуктивность взлетела до небес, но спина уже начала затекать.       - Мэй, нам нужно сделать перерыв, - негромко произнес Изуку, откидываясь на спинку стула.       - Сколько времени? - Мэй нехотя оторвалась от пайки микроскопических схем, потирая затекшую шею. На её щеке красовалось пятно от мазута, а волосы стояли дыбом еще сильнее, чем обычно.       Мидория, слегка прищурившись, нажал кнопку на своих часах. Устройство отозвалось четким синтетическим голосом.       - Семь вечера.       - Тебе говорили, что у тебя на лице всегда всё написано? - Мэй усмехнулась, разглядывая его скептическое выражение.       - Постоянно говорят, - вздохнул Изуку. - Меня больше смущает, что класс подозрительно пуст. Куда все делись?       - Разве? - Мэй огляделась, словно только что заметила отсутствие других людей. - Странно. Сейчас напишу Сэму, спрошу, где их носит.       Мидория уронил голову на стол, чувствуя, как виски начинает давить от обилия мыслей. В какой-то момент пазл в его голове сложился: странное поведение Каччан в столовой, переглядывания Хитоши, внезапное исчезновение Погрузчика...       - Мне кажется, я знаю, что произошло, - пробормотал он в столешницу.       - И что?       - Это брат подстроил. Хитоши и компания, - Изуку спрятал лицо в ладонях, чувствуя, как краснеют уши. - Я слышал их «секретный» диалог сегодня за обедом. А еще я знаю, что Шинсо отправил тебе то видео...       Мэй замолчала. В тишине было слышно, как она задумчиво крутит в пальцах гайку. Металлический лязг казался оглушительным.       - Ну... - наконец выдавила она.       Изуку поднял голову, направляя свой невидящий, но удивительно теплый взгляд в её сторону.       - Не надо, Мэй. Я и так всё знаю, даже без слов... Хотя, не буду врать, подтверждение всё еще хочется услышать когда-нибудь, - он мягко улыбнулся, глядя в сторону входа, где, он был уверен, за дверью сейчас подслушивают как минимум четверо. - Я просто буду рядом. Столько, сколько потребуется. Пока не надоем тебе своим присутствием.       Мэй фыркнула, скрывая за напускной ворчливостью смущение, и с силой закрутила гайку на болте.       - Вот получу лицензию Высшего инженера, и тогда ты у меня по-другому заговоришь, Мидория! У меня будет столько заказов, что тебе придется записываться ко мне на прием за месяц!       Изуку рассмеялся - искренне и легко. Ему нужно было просто дождаться вечера, проводить Мэй домой и знать, что завтра Каччан снова назовет его задротом, а Шинсо подшутит над его влюбленностью.       Это была самая обычная жизнь. И это была самая большая победа.       ==       В самой глубине подсознания, там, где фундамент «Города Памяти» соприкасался с первородной тьмой, высился высокий шпиль. Застекленная комната с троном. На нем, облаченный в обманчивое величие, восседал тот, кто когда-то держал в страхе целые поколения. Он смотрел на горизонт, на улицы, которые возвел не он, запертый в клетке из чистейшего золота и холодного серебра. Единственный безмолвный свидетель чужих жизней, ставший пленником нового хозяина этого тела.       - Я всегда думал... зачем ты это делал? Чего именно ты хотел добиться? - голос Изуку доносился ототовсюду сразу.       Фигура на троне вздрогнула, медленно поворачиваясь на звук. Перед ВЗО соткалась черная фигура Мидории. Его взгляд не просто смотрел - он проходил насквозь, лишая всякой защиты.       - Я хотел стать «Королем демонов», - голос ВЗО был сухим. - Построить мир, где я и только я буду решать, когда наступит его конец.       - Вот как, - Изуку подошел к краю невидимого обрыва, глядя на внутренний мир сверху вниз. - И как именно ты планировал это сделать? Просто понял, как поместить причуду в Шигараки. Взращивал в нем ненависть, как в инкубаторе, чтобы потом перейти в него и не разрушить сосуд?       - Всё так, - коротко бросил ВЗО, в его тоне проскользнуло холодное торжество.       - Тогда ты и сам знаешь ответ. Это тело, - Изуку указал на себя, - не идеально. Но его достаточно, чтобы контролировать тебя. Ты хотел быть Королем? Что ж, так и было в самом начале. Но теперь перед тобой стоит иная задача.       - Какая? - ВЗО медленно поднялся с трона, делая шаг навстречу низкой фигуре. Его величие здесь, в этом стерильном золотом плену, казалось жалким.       - Для начала - перестать бояться, - Изуку обернулся, и в его глазах вспыхнул отблеск всех прошлых петель. - Теперь тебе придется позаботиться о своих «должниках». О тех отголосках причуд, что ты украл. Это твой маленький мир, на который ты сможешь влиять.       ВЗО замер, не веря своим ушам.       - Ты... передаешь мне контроль?       - Я даю тебе шанс стать тем, кем ты на самом деле хотел быть, - спокойно ответил Мидория. - Но тебе придется сделать очень многое, чтобы они снова пошли за тобой по своей воле. И еще... у тебя должно быть место, где ты сможешь отдохнуть, когда устанешь быть «Королем Демонов».       Черная фигура Изуку подошла вплотную, становясь пугающе реальной и высокой.       - То, что я тебя понимаю, делает тебя человеком. А значит, человеческие потребности присущи и тебе. Будь то еда, сон или дыхание... заканчивая общением и социумом. Ты больше не бог и ты должен это признать.       В глубине существа ВЗО что-то дрогнуло. Стена льда, которую он строил столетиями, дала трещину под этим спокойным, почти сострадательным взглядом ребенка.       - Возможно, - добавил Изуку, уже начиная растворяться в свете, - ты наконец сможешь обрести покой, встретив своего брата.       - Что?! - ВЗО рванулся вперед, протягивая руку, но схватил лишь пустоту.       Фигура исчезла. Золотая клетка осталась, но теперь она больше не казалась тюрьмой. Она казалась комнатой ожидания перед самой важной встречей в его бесконечной, исковерканной жизни.       Конец.