Эпилог. Побег

Питер не планировал побег. Он конструировал его, как конструировал свои веб-шутеры — с точностью инженера и терпением паука, ждущего в центре паутины. Он знал, что за ним наблюдают. Камеры в каждой комнате, микрофоны, дроны Тони. Но он также знал, что у каждого из Мстителей есть свои слабости. Стив верил в искупление. Достаточно было показать, что ты «исправляешься», и он ослаблял контроль. Питер начал с того, ел всё, что дают, начал улыбаться Брюсу, когда тот проверял его давление. Стив смягчился. Ночной пост, во время «сна», заменили на просто закрытую дверь. Тони верил в технологии. Он был уверен, что его системы безопасности невозможно взломать. Питер не собирался их взламывать. Он собирался использовать их против него. Каждый день он просил «немного поделать что-то руками» — и ему давали старые платы, разобранные дроны, инструменты. «Для мелкой моторики», — говорил Брюс. Питер кивал и делал вид, что просто собирает пазлы. На самом деле он создавал эмиттер, который глушил ближайшие камеры на три секунды. Три секунды — это немного. Но пауку достаточно и одной. Наташа… Наташа была козырем. Питер заметил, что она начала смотреть на него иначе. Не как на объект заботы, а как на… отражение. Он начал с неё. — Мисс Романофф, — тихо сказал он, когда она осталась с ним в общей комнате одна. — Можно я спрошу? Она оторвалась от книги. В её глазах была привычная настороженность. — Спрашивай. — Вы тоже так чувствовали? Когда вас… тренировали? Когда вам говорили, что это ради вашего же блага? Наташа замерла. Книга в её руках дрогнула. — Это другое, — сказала она через паузу. — Правда? — Питер не давил, не умолял. Он просто смотрел на неё теми самыми огромными глазами, которые когда-то заставили Тони предложить ему стажировку. — Вы мне лжёте, мисс Романофф. И вы знаете это. Она не ответила. Она встала и вышла из комнаты, но Питер заметил, как дрожали её пальцы, сжимающие книгу. Он посеял семя.

***

Через два дня Наташа нашла его в лаборатории, куда ему разрешали заходить на час под присмотром Тони. Сейчас Тони отвлёкся на звонок Пеппер — единственный голос, который мог отвлечь его от Питера. — Твои рисунки, — тихо сказала Наташа, стоя у двери. — Паутина. Это не арт-терапия. Питер не обернулся. Он продолжал возиться с платой, но его пальцы на секунду замерли. — Это схема вентиляции, — продолжила Наташа. — Я узнала систему. Здание построено по проекту, который я когда-то изучала. Четвёртый этаж, восточное крыло — там воздуховод шириной ровно настолько, чтобы пролез человек твоего телосложения. — Мне нужна моя сила, чтобы прилипнуть к стенкам, — спокойно сказал Питер. — Без неё я просто упаду в шахту. — Тебе не нужно прилипать, если кто-то отключит гравитационную систему в этом секторе на тридцать секунд. Питер медленно повернулся. Впервые за три недели в его глазах появился живой огонь. — Зачем вы мне это говорите? Наташа посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах была боль — та самая, которую она прятала десятилетиями. — Потому что я смотрела, как ты рисуешь эту паутину. И вспомнила, как сама считала дни до побега. Я поклялась, что никогда не стану такой, как они...— Её голос дрогнул. — А я стала! Мы все стали...такими! — Помогите мне, — прошептал Питер. — Я не могу открыто выступить против них. Но я могу сделать так, что никто не заметит твоего отсутствия достаточно долго. Она шагнула вперёд и сунула ему в руку маленький шприц. — Антидот. Брюс держал его в сейфе. Я скопировала его биометрию. — Но… вы же рискуете… — Я справлюсь, — сказала Наташа. — Я всегда справлялась. А ты… ты должен жить. По-настоящему. Она вышла за секунду до того, как Тони вернулся в комнату. — Извини, малыш, Пеппер заставила меня выбирать шторы. Представляешь, я должен выбирать шторы, как обычный человек… Питер улыбнулся — впервые за три недели искренне. — Звучит ужасно! Тони хмыкнул и не заметил, как шприц исчез в рукаве пижамы Питера.

***

В ту ночь, когда в здании остались только дежурные — Стив в спортзале и Тор в гостевой спальне, — Питер ввёл себе антидот. Сначала ничего не произошло. Потом его пальцы начали покалывать, словно тысячи иголок впивались в подушечки. Паучье чутьё, замолчавшее на долгое время, вдруг дёрнулось, как спящий зверь, и взвыло. Опасность! Беги! СЕЙЧАС! Питер задержал дыхание, подавляя желание выскочить из комнаты немедленно. Он ждал. Ровно три минуты, пока сила возвращалась в мышцы, пока мир снова не стал ярче, громче, реальнее. В коридоре послышались шаги. Тор шёл в кухню за водой — его шаги Питер узнавал по вибрации пола. Паучье чутьё подсказало: через сорок секунд Тор будет в коридоре напротив его двери. Питер подождал, пока шаги стихнут в кухне, и бесшумно открыл дверь. Биометрический замок — Наташа сняла его блокировку за час до этого, просто «проверяя системы безопасности». Коридор был пуст. Питер двинулся к восточному крылу, прижимаясь к стенам, используя каждую тень. Паучье чутьё пульсировало, но не било тревогу — пока. Вентиляционная шахта была там, где и говорила Наташа. Широкая, тёмная, пахнущая пылью и металлом. Питер влез внутрь, и в тот же момент услышал, как в его комнате открылась дверь. — Питер? — голос Стива. — Я принёс чай, ты не спишь? Пауза, тихая, что даже больно слышать! Потом — резкий вдох. — Трево… Питер не дослушал. Он рванул вперёд, карабкаясь по вертикальной шахте, впиваясь пальцами в металл, чувствуя, как возвращается его природа. Паук, вырвавшийся из банки! Система гравитации в восточном крыле отключилась ровно на тридцать секунд, как и обещала Наташа. Питер пролетел последние два этажа, как пуля, и вылетел в техническое помещение на первом этаже. Аварийный выход. Улица. Ночь. Он вбежал в парк, не оглядываясь. За спиной взвыла сирена, и свет прожекторов начал шарить по деревьям. Паучье чутьё завопило: ЛОВУШКА! Питер нырнул в кусты и замер. Над головой пролетел дрон Тони, его красный глаз безжалостно сканировал местность. — Он не мог далеко уйти, — голос Тони из динамика дрона. — Блокировка снята, но он ещё слаб. НАЙДИ ЕГО! Питер задержал дыхание. Сердце колотилось так громко, что казалось, его услышат за милю. И вдруг — тишина. Дрон завис на месте, моргнул огнями и… развернулся. — Потерял сигнал, — донёсся удивлённый голос Тони. — Помехи. Откуда здесь помехи? Питер не знал. Но из кустов напротив вынырнула рука и схватила его за запястье. — Тихо, — прошипела Наташа. — Я поставила глушилки по периметру. У тебя три минуты. Она вытащила его из кустов и потащила к неприметной служебной машине, стоящей у задней ограды парка. — Ключи в замке зажигания. Адрес в навигаторе. Там тебя встретят. — Кто? — Питер задыхался, но не от бега. — Фьюри. Я связалась с ним на прошлой неделе. Он давно подозревал, что мы… — она запнулась. — Что мы перешли черту. Он обеспечит тебе защиту и новую личность. Ты будешь в безопасности. От нас! Питер схватил её за руку. — Поехали со мной!? Наташа покачала головой. В её глазах блестели слёзы — впервые Питер видел её плачущей. — Кто-то должен остаться и объяснить им, что они натворили. Может быть, они поймут. Может быть, нет. Но я не брошу их в этом. Я уже один раз сбежала из семьи. Второй раз не смогу! — Они посадили меня в клетку! — И я помогла тебе выйти. Это мой выбор. — Она крепко сжала его плечи. — Беги, Питер! Живи! Будь собой и, НИКОГДА, слышишь , НИКОГДА не позволяй никому запереть себя снова! Сирены приближались. Питер хотел сказать что-то ещё, но Наташа толкнула его к машине. — Будь осторожен! — повторила она и исчезла в темноте парка. Питер сел за руль. Двигатель взревел, и машина рванула с места как раз в тот момент, когда из-за деревьев выбежал Тор с молотом наперевес. В зеркале заднего вида Питер видел, как асгардец замер, провожая взглядом удаляющиеся огни. А потом на его плечо легла рука Наташи. Она что-то сказала ему. Питер не расслышал слов, но Тор опустил молот и остался стоять на месте.

***

Шесть месяцев спустя. Новый Орлеан. Маленькая квартира над пекарней, где всегда пахнет корицей и свежим хлебом. Питер Паркер — теперь «Бен Райлис» — сидел на подоконнике и смотрел, как солнце садится над Миссисипи. Рядом на столе лежала маска. Новая, красно-чёрная, с чуть изменённым дизайном — Фьюри настоял, чтобы его новый «паук» не был похож на старого. Питер надел маску и шагнул в окно, выпуская паутину в летний вечер.

***

В Башне Мстителей в тот же вечер раздался скандал. Тони нашёл в своей лаборатории записку, оставленную Наташей — та ушла в отставку и отправилась «искать себя», как она сказала. В записке было всего три слова: «Он в безопасности». Тони сжал бумагу в кулаке, но не разорвал. Стив стоял рядом и молча смотрел на пустой стул в гостиной, где раньше всегда сидел Питер. — Мы ошиблись, — сказал он наконец. — Мы хотели как лучше! — рыкнул Тони. — Это не оправдание! Тишина повисла в комнате. Брюс отвернулся к окну. Тор сидел на полу, обхватив молот, и в его глазах была такая тоска, какой никто из них не видел даже после Рагнарока. — Я найду его, — сказал Тони. — Рано или поздно. Я верю в технологии больше, чем в людей! — Не надо, — тихо ответил Стив. — Мы уже сделали достаточно. Он вышел из комнаты, оставив Тони одного перед окном, за которым простирался город, полный огней. Где-то там, в этом городе, в этом мире, паук снова плел свою паутину. Свободный! И это главное! The end.