1

Лабиринтами закрученными Да путями неизученными, Переулками немыслимыми, Чтоб никто тебя не выследил. Так беги уж хоть на согнутых, Ты животное особенное, К дикой жизни приспособленное В развороченном раю. «В развороченном раю». Эдмунд Шклярский. Предисловие. Оборвалось… Внезапно и быстро. В мгновение ока. Несправедливо, нелепо, жестоко, Непоправимо и безвозвратно. «Оборвалось». Елена Войнаровская. Джек снова зашелся в кашле. Марджери откинула одеяло, чтобы встать. - Я сам, - остановил ее Джон. Он поднялся, подошел к постели сына и присел на край, обнял его и похлопал по спине, чтобы тому было легче откашляться. - Попить. - Конечно, - он поддержал голову Джека, пока тот пил. - Я же умру, папа? - Нет, - врать было мучительно, но не врать он не мог. - Папа, я так устал. Мне больно. Мне нечем дышать. - Иди сюда, - Джон завернул сына в одеяло и положил на колени, как малыша. - Спи, мой мальчик, пусть тебе присниться Сон волшебный в сладкой тишине. Спи, мой милый, пусть не возвратиться Ни печаль, ни горе в этом сне. Спи, сыночек, пусть укроет вечер Теплым одеялом твой покой. Сны твои не потревожит ветер, Что летит над темою рекой. Спи, родной, с тобой я буду рядом Охранять тебя от суеты. Спи, хороший, спи, моя отрада, Мне на свете всех дороже ты. Джон тихо пел и покачивал сына в так мелодии, пока тот не успокоился и не уснул. Его сердце болезненно сжималось от осознания неизбежного: скоро жизнь, что еще теплится в этом хрупком ребенке, покинет его. Скоро его вновь обретенный сын уйдет навсегда, а он останется. И будет жить своей неправильной извращенной жизнью, не в силах что-либо изменить. Он прижал к себе невесомое тельце и заплакал, тихо, чтобы не разбудить Джека. Он не сразу понял, что мальчик перестал дышать…