Часть 5

      В один момент у Зандика появилась идея и он отошёл от костра на несколько метров, чтобы воплотить её в жизнь. Он стоял, задрав голову к небу, и его руки были опущены, но пальцы слегка подрагивали – то ли от недавнего появившегося здесь холода, то ли от напряжения. Почти всем сразу заметно, что температура воздуха резко изменилась, хоть они решили это пока не обсуждать – и так были темы поважнее. Некоторые стали лишь изредка тереть руки, чтобы хоть как-то поддержать теплоту тел. – Уважаемый – нет – создатель... – Зандик прервался, задумавшись, как можно назвать место, в котором они оказались. Не сумев найти нужные слова, он попытался обвести руками всё , что видел – деревья, песок, других людей. – Всего этого. Я не знаю, за что нас наказывают пребыванием тут, но можно хотя бы сделать нам дом? У меня нет никакого желания спать на песке. – Может, не надо было добавлять «нет» после «уважаемый», если намереваешься что-то просить? – крикнула ему Мари-Анн.       Розалина слегка засмеялась от её слов.       Зандик обернулся, но его лицо в было трудно разобрать. Но что-то подсказывало другим, что он возмущён. – А я думал, в Сумеру многие спят на песке, – сказал Аякс, поворачиваясь к нему. – В Сумеру спят на кроватях, – сухо ответил Зандик. – Как и везде, где есть цивилизация.       Он снова повернулся к небу, не желая продолжать разговор с ребёнком. – В общем, – продолжил он, – я не знаю, слышишь ты нас или нет. Но если слышишь... может, хотя бы дров нам подкинешь? Или другой еды? Или... или хотя бы скажешь, зачем мы здесь.       Долгую минуту ожидания ничего не происходило. И что-то подсказывало, что ничего не произойдёт и через десять минут, и через час. – Бесполезно, – сказал Зандик, опуская руки.       Он направился обратно к костру, понимая, что продолжать стоять бесполезно. Всё равно чудо не случится. Рыба, которую Перуэр наловила ещё до заката – или того, что здесь называлось закатом, – уже была съедена, и теперь все сидели в неловком молчании. Как можно выяснить все волнующие их вопросы, если половина находящихся здесь даже не хочет рассказывать о себе? Эфтивит не знал. Да и он сам не особо желал распространяться о своей должности в Каэнри'ах, хотя и понимал, что в этой ситуации это более чем бессмысленно. Он сидел, поджав ноги, и его взгляд блуждал по костру. Он перебирал в голове всё, что узнал за последние часы. Всё казалось лишь глупой игрой затерянной таким же глупцом.       Всё время с тех пор, как Зандик снова сел у костра, он наблюдал за Эфтивитом. И всё гадал, как бы начать издалека разговор о давно интересующих его механизмов. – Эфтивит, – позвал Зандик.       Старик поднял голову. – Я слышал, что Каэнри'ах был... технологичным регионом. – Зандик говорил спокойно, его вид можно было даже принять за скучающий. – Что вы создавали механизмы, которые не снились другим нациям. Это правда? – Правда, – Эфтивит кивнул. – И вы жили под землёй, – продолжил Зандик. – Без благословения архонтов. Без Глаз Богов. И делали всё своими руками. – Да. – Как вы решали проблему света? Воздуха? Еды?       Эфтивит слегка опустил голову и теперь казался настороженным. – Ты всегда такой любопытный? – Я учёный, – Зандик усмехнулся. – Любопытство – это моя работа. – Свет давали рунные лампы, – произнёс Эфтивит. – Воздух циркулировал через систему шахт и вентиляционных каналов. Еду выращивали в подземных садах. Всё было вполне продумано. – Рунные лампы.. Это довольно интересно. Ты знаешь, как они работали? – теперь уже Зандик выглядел гораздо более заинтересованным, хотя и старался поунять свой энтузиазм.       В этот момент Перуэр поднялась, отряхнула себя от песка и проинформировала остальных: – Рыба кончилась. Я пойду наловлю ещё. – Никто даже не успел проголодаться, – заметила Розалина. – Завтра тоже надо что-то есть, – Перуэр уже взяла свою заострённую палку и направилась к берегу. – Я быстро.       Никто не стал спорить и никто не предложил пойти с ней. Аякс только кивнул, не отрывая взгляда от огня. Розалина что-то ответила, но Перуэр не расслышала.       Она пошла вдоль берега и неспешила сворачивать к воде. Когда она отошла достаточно далеко, чтобы её не было слышно, она остановилась.       Она не собиралась ловить рыбу. Ей просто хотелось побыть одной. Перуэр опустилась на песок и уставилась на воду. Море было неподвижным, без единой волны. Такое умиротворение и помогло ей погрузиться в свои мысли, даже несмотря на обволакивающий её холодный воздух.       Перуэр думала о Доме Очага. О том, как «Мать» учила их держать ножи, скрывать эмоции, исчезать в толпе. «Арлекино», – пронеслось у неё в голове. – «Я стану Арлекино. Предвестницей Фатуи. Четвёртой. После Крукобены».       Она не знала при каких обстоятельствах это произойдёт и когда именно. И особо не хотела знать.       Хоть в Доме Очага и устраивали дуэли на смерть, где последний выживший станет наследником Крукобены, но Перуэр никогда не думала, что «Мать» в итоге просто передаст титул Предвестника. После кучи поединков наверняка она бы просто отправляла оставшегося человека на самые сложные задания под предлогом того, что это ещё один способ доказать свою силу, а если человек спустя года всё ещё будет жив, то, конечно, Крукобена отдаст ему свой титул, ведь на тот момент уже будет достаточно стара для нахождения на должности Предвестника. По крайней мере именно так думала Перуэр. В слова «Матери» она не верила никогда и не питала лишних надежд.       И нельзя было полагать, что всё пойдёт по сценарию Крукобены. На назначение Перуэр Предвестницей могло повлиять абсолютно любое событие. Вариант, что они с Клерви смогли открыть другим детям в Доме Очага глаза тоже нельзя было исключать, хотя и казалось это практически невозможным.       В любом случае, стоить догадки сейчас было более чем бессмысленно.       В один момент она услышала шаги, что заставило её немного прийти в себя. Шаги были тихими, неуверенными, не было похоже, чтобы это были шаги человека, представляющего какую либо угрозу. – Я.. хотел тебя проведать. Но могу уйти, – послышался голос Кабукимоно. – Если хочешь. – Нет, – ответила Перуэр. – Не надо.       Кабукимоно кивнул и остался стоять. Некоторое время они молчали. Лишь где-то далеко, за спиной, трещал костёр, доносились обрывки голосов. – Ты тоже не хотела там сидеть? – спросил Кабукимоно. – Там говорят о вещах, которые меня не касаются, – сказала Перуэр. – Я ничего не знаю о механизмах Каэнри'ах. – И я не знаю, – сказал Кабукимоно. – Но если бы ты не ушла, то я продолжил бы там сидеть и слушать. – Почему?       Он задумался, подбирая, что лучше ответить. – Потому что я не знаю, куда ещё идти, – в итоге сказал он.       Перуэр обернулась к нему.       Он сел на песок, поджав ноги, и смотрел на свои руки. Бледный, худой, с тёмными волосами, которые падали на лицо. «Маленький забияка», – вспомнила она слова Аякса. – «Скарамучча». – Ты играл когда-нибудь с детьми? – спросила Перуэр.       Кабукимоно поднял голову. В его глазах мелькнуло удивление. – В Татарасуне? – переспросил он. – Иногда. Я помогал кузнецам, а их дети подбегали ко мне. Мне нравилось с ними разговаривать. На самом деле, мне кажется, что их я понимаю лучше, чем взрослых. – Дети проще, – сказала Перуэр. – Если им что-то не нравится, они говорят прямо. И всегда интересуются всем с большим любопытством. – Да, – Кабукимоно радостно кивнул. – Именно в этом мы с ними и похожи.       Перуэр внимательно смотрела на него. Он сидел на песке, ссутулившись, и выглядел почти ребёнком, несмотря на то, что выглел гораздо старше её. – Тебе не холодно? – спросила она. – Я предполагаю, что у твоей одежды несколько слоёв, но не уверена в том, насколько она тёплая.       Улыбка Кабукимоно пропала, и теперь его лицо выглядело немного озадаченно. Он несколько раз моргнул, не понимая, с чего вдруг Перуэр решила задать этот вопрос. – Мне... – он запнулся, – мне не холодно. Я вообще редко чувствую холод. Или тепло. – Он секунду помолчал. – Наверное, это странно. – Нет, – Перуэр отрицательно помотала головой. – Не странно. Я тоже не всегда чувствую то, что должны чувствовать люди. – А тебе сейчас холодно? – Немного. Из-за того, что где-то час назад неожиданно похолодало, в шортах теперь не очень удобно. Надеюсь, температура скоро вернётся в норму. – А я и не заметил, что что-то изменилось... – Кабукимоно нахмурился. Он всё ещё смотрел на Перуэр, но теперь уже казалось, будто он смотрел куда-то сквозь неё. – Удивительно, как вы, люди, не боитесь ощущать все изменения погоды, – его голос стал грубее. – Хотя это не удивительно, ваша неполноценность проявляется абсолютно везде. – Что? – удивлённо спросила Перуэр. – Что? – Кабукимоно резко распахнул глаза. Его глаза вновь казались более светлыми, а тон – мягче. – Я что-то сказал? — в растерянности он начал оглядываться по сторонам. – Ты сказал, что люди неполноценны, – спокойно напомнила девочка.       Кабукимоно побледнел. – Я... я не... – Сказал, – перебила она. – Ты не помнишь?       Он молчал. Его пальцы вцепились в одеяния на ногах, будто он искал опору. – Я не знаю, – тихо сказал он.       Где-то за спиной послышались шаги. Шли двое. Одна пара шагов была уверенной, почти бесшумный. Вторая – более тяжёлый, с лёгким шарканьем по песку. – ...я же говорю, это не логично, – голос Розалины звучал раздражённо. – Ты не можешь просто предполагать, что создатель острова – это учёный из Сумеру. – А почему нет? – голос Зандика был ровным, почти скучающим. – Технологии, симуляция, контроль над пространством. Всё это похоже на то, что может сделать Академия. – Или Каэнри'ах, – предположила Розалина. – Или Каэнри'ах, – согласился Зандик. – Но я не слышал, чтобы они занимались подобными экспериментами. – Ты вообще много о них знаешь? – Достаточно, чтобы делать предположения.       Их голоса удалялись, сворачивая в сторону леса. Через несколько секунд стало слышно только треск веток под ногами, а потом исчез и этот звук. – Значит, ты не знаешь, что это было, – сказала Перуэр, возвращаясь к их разговору. – Нет, – Кабукимоно покачал головой. – Ты точно уверена, что это сказал я? – С одной стороны – да, – после произнесённого Перуэр отвела взгляд. – А с другой... Впрочем, не заморачивайся слишком сильно об этом. А ты не знаешь, постоянно ли они спорят?       Кабукимоно понял, что Перуэр подразумевала только что прошедших Розалину и Зандика. – Не знаю. Я за ними ее слежу, – ответил Кабукимоно. – А я слежу, – Перуэр пожала плечами. – И тебе советую. Иногда наблюдательность помогает.       Кабукимоно хотел спросить, что это значит, но не успел. Из-за леса, откуда только что ушли Зандик и Розалина, показался Зандик. Один. Он быстро шёл к ним и когда они поравнялись, он остановился и наклонился к Перуэр. – Перуэр, – позвал он.       Она подняла голову. – Нам с Кабукимоно нужно поговорить. Взрослые разговоры. Ты не могла бы... – он помедлил, будто подбирая слова, – пойти с Розалиной? Собрать травы. Вдоль берега. Говорят, здесь растёт что-то съедобное, и ей нужна помощь.       Перуэр нахмурилась. – Но мы только что... – Я знаю, – перебил её Зандик. Его голос был уже более настойчивым. – Это важно. Мы не будем долго.       Перуэр опустила взгляд на Кабукимоно. Тот выглядел обеспокоенным, но кивнул. Девочка не стала возражать и просто встала, взяла палку и направилась к Розалине, которая должна была быть здесь неподалёку. – Итак, – произнёс Зандик.       Он сел на песок рядом с Кабукимоно, скрестив ноги, и его лицо было спокойным. Но Кабукимоно чувствовал, что внешний вид может обмануть. Он не знал, что именно, но его внутренний голос подсказывал: будь осторожен. – Итак? – переспросил Кабукимоно. – Как у вас дела с ловлей рыбы? – Зандик слегка улыбнулся. – Рыбой? – Кабукимоно нахмурился. – Ну да, ты же под предлогом помощи Перуэр ушёл.       Зандик понимал, что никакую рыбу они не ловили, но счёл, что именно так лучше всего начать разговор. – Если честно, то мы не ловили рыбу, – Кабукимоно опустил взгляд. – Перуэр, видимо, просто не хотелось слушать о механизмах Каэнри'ах. Да и мне тоже. – Ммм. Понятно. – Зандик кивнул. – Наверное, мне бы тоже не хотелось слушать о том, в чём я не разбираюсь.       Кабукимоно хотел сказать, что он разбирается, что он знает о Каэнри'ах гораздо больше, чем все остальные. Его создали по технологиям этого падшего региона. Но он не мог открыть свою истинную природу. Он был рад, что его продолжают принимать за человека. – Да. Наверное, – только и произнёс он.       Зандик смотрел на него несколько секунд, пытаясь понять стоит ли спрашивать напрямую или лучше аккуратно подвести к вопросу, но всё таки решил, что лучше не затягивать. – Ты чувствуешь, будто ты отличаешься от всех остальных?       Кабукимоно вздрогнул. – Что? – Ну... – Зандик пожал плечами, будто вопрос был совершенно обычным. – Я просто вспоминаю, что ты не понял мой сарказм. Поэтому и решил спросить. У меня нет цели тебя задеть этим вопросом. – Вероятно, я действительно чувствую себя не совсем как другие, – тихо произнёс Кабукимоно.       После этого наступило молчание.       Кабукимоно не мог и предположить, о чём сейчас думает Зандик. Он действительно плохо разбирался в чувствах людей. Да и в целом люди для него были настоящей загадкой. – Возможно, я отчасти тебя понимаю, – неожиданно сказал Зандик. – Не подумай, что я жалуюсь, но в Сумеру многие учёные относятся ко мне с осторожностью. Не понимают ни мои идеи, ни мои амбиции. – Он усмехнулся. – Представляешь, многим даже моё имя не нравится!       Кабукимоно поднял голову. – А что не так с твоим именем? – Зандик. В некоторых кругах это слово означает «еретик». «Вольнодумец». Тот, чьи мысли идут вразрез с установленными догмами. – Он пожал плечами. – Мои родители... видимо, знали, что делали. – Тебе не нравится твоё имя? – Оно мне подходит. Но не все это принимают. – Он помолчал, потом .улыбнулся. – Только не рассказывай об этом Розалине. А то возомнит себе невесть что. – Я не скажу, – пообещал Кабукимоно. – Вот и отлично.

***

Жило-было одинокое чудовище, облаченное в лисью шкуру. Однажды оно отыскало семейство лисиц и стало с ними дружить. Чудовище поселилось вместе с лисами, и все они относились в нему, как к своему. Порой чудовище снимало по ночам свою лисью шкуру и, глядя на своё отражение в воде, причитало: «Я чудовище, а они просто слишком глупы, чтобы это увидеть. Жалкие создания». Но вскоре чудовище обрело утешение. Среди лис появился ещё один чужак. Это был деревянный котёнок, брошенный людьми в лесу. Котёнок очень хотел стать лисой. Но у не было такого чудесного пушистого хвоста и густой шубки, как у лис. Узнав об этом, его новые сородичи сказали: «Неважно, какой у тебя хвост и какая шубка. Ты всё равно один из нас». От такого счастливого разрешения всех бед чудовище пришло в ярость и разожгло на горе огонь. Испуганные животные в панике бросились врассыпную. И лишь одним способом можно было погасить то пламя – принести жертву. Тогда серый лис... – Не думала, что ты захочешь перечитать эту сказку, – сказала подошедшая девочка. – Я и не хотел, – он закрыл книгу, прочитав лишь половину истории. – Просто стало любопытно, как ты представляешь себе мою историю. – И что ты думаешь? – Мне не нравится, как ты изобразила Дотторе. С тем, что он чудовище, я спорить не буду, но я бы сказал, что его главная мотивация в другом. Мне не нравится образ: «его приняли настоящего, а меня нет, и я теперь обижен». Ему точно не подходит. – Вот как, – девочка поднесла руку ко рту. – В любом случае, это лишь моё видение. Я надеялась, что ты согласишься с этим, но не буду настаивать, если ты видишь его по-другому. Она села на стул рядом с ним. – Но я всё равно хочу спросить, – произнесла она. – Ты считаешь, что я ошибаюсь? Или просто не хочешь соглашаться? – И то, и другое, – ответил он. – Тогда расскажи мне. – Она посмотрела на него. – Как ты видишь его мотивацию? Он задумался. – Он не был обижен. Скорее, ему было любопытно, что произойдёт, если нажать на нужную точку. Если потянуть за нужную нить. – Он усмехнулся с долей горечи. – Если разжечь костёр. Девочка нахмурилась. – Но ты думаешь, что его интерес сильнее, чем желание быть принятым? – Да. – Хорошо, – она повернулась и теперь её взгляд был направлен на стол, заваленный учебниками, за которым они сидели. – Мне было важно понять, что ты думаешь. Может быть, в следующий раз я расскажу другую историю. – Может быть, а пока... дай мне дочитать эту, – он снова открыл книгу. Девочка улыбнулась. – Как хочешь, – сказала она и поднялась. Она оставила его одного и он принялся дочитывать сказку, основанную на его истории.

***

      Зандик поднялся, отряхивая песок. – Нам пора возвращаться. Перуэр с Розалиной, наверное, уже нашли травы. Или не нашли. – Он слегка усмехнулся. – Честно говоря, я не уверен, что там есть съедобные травы. Но Розалина с Мари-Анн точно что-нибудь придумают. Да и нам надо уже заняться обсуждением этих Фатуи.       Кабукимоно встал следом и тоже отрехнул одежду от песка. – Зандик, – позвал он.       Тот обернулся с вопросительным взглядом. – Спасибо, – Кабукимоно улыбнулся. – Ты лучше, чем кажешься на первый взгляд.       Зандик на мгновение задержал на нём взгляд. – Не за что, – хрипло произнёс он. – Ты тоже... довольно интересный собеседник.