Часть 3. Нечто в зеркале.

Джулия никогда не любила зеркала. Не то чтобы боялась — просто чувствовала странный дискомфорт, когда слишком долго смотрела на своё отражение. Её парень, Майкл, всегда смеялся над этим и говорил, что она просто насмотрелась фильмов ужасов. Они недавно переехали в старый дом на окраине маленького городка в Орегоне, и почти вся мебель осталась от прежних хозяев, включая огромное зеркало в резной деревянной раме, висевшее в спальне. Джулия сразу предложила снять его, но Майкл отмахнулся — зеркало выглядело дорогим и отлично вписывалось в интерьер. В первый вечер она заметила странность. Когда она проходила мимо зеркала, ей показалось, что отражение чуть-чуть запаздывает. Совсем на мгновение, будто изображение не успевает за ней. Она остановилась, посмотрела прямо в зеркало и медленно подняла руку. Отражение повторило движение идеально. Джулия нахмурилась, постояла ещё немного и решила, что ей просто показалось после долгого переезда и усталости. На следующий день Майкл ушёл на работу, а Джулия осталась разбирать коробки. Дом был тихим, старые половицы иногда скрипели, и звук эхом расходился по пустым комнатам. Когда она заносила вещи в спальню, она снова посмотрела в зеркало — и на этот раз ей показалось, что её отражение смотрит не на неё, а прямо ей в глаза, чуть наклонив голову. Джулия замерла. Она не наклоняла голову. Медленно, очень медленно, она повторила движение — и отражение синхронно наклонило голову в ту же сторону, будто ничего странного не произошло. Вечером она рассказала об этом Майклу, но он только улыбнулся и поцеловал её в лоб. — Ты просто устала, Джулс. Новый дом, новый город, всё сразу. — Я серьёзно, Майкл. С зеркалом что-то не так. — Если оно начнёт с тобой разговаривать, тогда скажешь, — пошутил он. Она попыталась улыбнуться, но внутри осталась неприятная тяжесть, будто она что-то упускает. Через несколько дней она начала замечать вещи чаще. Иногда отражение моргало на долю секунды позже. Иногда ей казалось, что её отражение улыбается, когда она сама не улыбается. Однажды ночью она проснулась и увидела зеркало в слабом свете уличного фонаря. Ей показалось, что в отражении она стоит рядом с кроватью и смотрит на саму себя спящую. Джулия резко села — и в зеркале тоже резко села фигура на кровати. В комнате никого больше не было. Она разбудила Майкла. — Я клянусь, я видела себя, стоящую там, — прошептала она. — Это был сон, — сонно пробормотал он. — Иди ко мне. Но Джулия долго не могла уснуть и старалась не смотреть в сторону зеркала. На следующей неделе произошло то, что она уже не могла объяснить усталостью. Она стояла перед зеркалом, расчёсывая волосы, когда отражение внезапно перестало двигаться. Джулия продолжала расчёсывать волосы, а отражение просто стояло и смотрело на неё. Смотрело прямо в глаза и медленно улыбалось. Джулия выронила расчёску и обернулась на реальную комнату, потом снова посмотрела в зеркало — и отражение снова двигалось нормально, поднимая расчёску с пола. Она закричала, и Майкл прибежал из кухни. — Что случилось? — Моё отражение… оно не двигалось… а потом подняло расчёску само! Майкл посмотрел на зеркало, потом на неё. — Там просто ты, Джули. — Нет, это не я, — тихо сказала она. — Оно смотрит на меня, как на чужого человека. С того дня она начала закрывать зеркало одеялом на ночь. Майкл сначала смеялся, но потом перестал — Джулия выглядела слишком напуганной. Иногда он замечал, что она избегает любых отражающих поверхностей: окон, телевизора, даже ложек. Однажды он поймал её на кухне, когда она мыла посуду с закрытыми глазами, лишь бы не видеть своё отражение в тёмной поверхности микроволновки. — Джули, так нельзя, — сказал он мягко. — Нужно просто снять это зеркало и всё. — Нет, — быстро ответила она. — Нельзя. — Почему? — Потому что тогда оно останется там… но я не буду его видеть. В ту ночь она проснулась от тихого стука. Сначала она подумала, что это ветки бьются в окно, но звук был ровный и глухой — тук… тук… тук… Она медленно повернула голову и увидела, что одеяло, которым было накрыто зеркало, слегка шевелится, будто кто-то изнутри толкает стекло. Джулия замерла, не в силах закричать. Одеяло снова дёрнулось, и раздался тихий скрип, будто ноготь проводит по стеклу. Она разбудила Майкла, но когда он включил свет и снял одеяло, зеркало было совершенно обычным. Никаких следов, никаких царапин. — Ты слышал? — спросила она. — Ничего я не слышал, — сказал он, но выглядел уже не таким уверенным. На следующий вечер Майкл задержался на работе, и Джулия осталась дома одна. Она старалась не заходить в спальню, но ей нужно было взять зарядку для телефона. Она медленно открыла дверь и сразу посмотрела на зеркало. В отражении она стояла в дверях, но за её спиной в комнате отражался кто-то ещё. Высокая тёмная фигура стояла прямо за ней. Джулия резко обернулась — в комнате никого не было. Она снова посмотрела в зеркало. Теперь фигура стояла ближе к ней, почти касаясь её плеча. У фигуры не было лица, только тёмное пятно, как пустота. Джулия попятилась, а фигура в зеркале не двигалась, только медленно поднимала руку. — Нет… — прошептала Джулия. Фигура в зеркале положила руку ей на плечо — но в реальности она ничего не почувствовала. Через секунду отражение Джулии повернуло голову в сторону фигуры, хотя сама Джулия не двигалась. В отражении она смотрела прямо на существо и улыбалась. Джулия закричала и выбежала из комнаты, уронив телефон. Она сидела на кухне до самого возвращения Майкла, не решаясь даже пройти мимо спальни. Когда он вернулся, она рассказала всё, и на этот раз он не смеялся. Они вместе пошли в спальню, и Майкл решительно снял зеркало со стены. — Всё, — сказал он. — Завтра выброшу его на свалку. Они поставили зеркало лицом к стене в коридоре. Ночью Джулия долго не могла уснуть, но в какой-то момент всё-таки задремала. Её разбудил шёпот. Тихий, почти неслышный, будто кто-то говорил из другой комнаты. Она прислушалась и поняла, что звук идёт из коридора, где стояло зеркало. Она тихо встала и вышла из спальни. Зеркало всё ещё стояло лицом к стене. Шёпот продолжался, и ей показалось, что её зовут по имени. — Джулия… Джулия… посмотри на меня… Она протянула руку и медленно повернула зеркало. В отражении она увидела не коридор, а спальню. В отражении на кровати спала другая Джулия, а рядом с кроватью стояла та самая тёмная фигура. Фигура повернула голову и посмотрела прямо на неё — на настоящую Джулию. И вдруг отражение Джулии в зеркале — та, что стояла с зеркалом — улыбнулась и сказала: — Наконец-то мы поменяемся. Зеркало стало холодным, как лёд, и поверхность его пошла рябью, как вода. Рука Джулии будто провалилась внутрь. Она попыталась отдёрнуть её, но что-то схватило её изнутри и потянуло. Она закричала, но звук будто застрял в стекле. Последнее, что она увидела — как её отражение выходит из зеркала в коридор и закрывает его обратно. Утром Майкл проснулся и не нашёл Джулию в доме. Он обыскал всё, вышел во двор, звонил ей, но телефон лежал на полу в спальне. Когда он проходил по коридору, он случайно посмотрел в зеркало, которое всё ещё стояло у стены. В зеркале он увидел Джулию. Она стояла с другой стороны стекла и стучала по нему изнутри, открывая рот в беззвучном крике. Майкл резко обернулся — за его спиной стояла Джулия. — Ты чего? — спросила она спокойно. — Кого ты там увидел? Он медленно посмотрел на неё, потом снова в зеркало. В зеркале Джулия продолжала стучать и кричать, а рядом с ней стояла высокая тёмная фигура и медленно растягивала губы в усмешке. Майкл медленно обернулся от зеркала и посмотрел на Джулию, стоящую позади него. Она выглядела абсолютно нормально — те же волосы, та же домашняя футболка, тот же спокойный взгляд. Но что-то в её лице было неподвижным, как будто она слишком старалась выглядеть обычной. Майкл снова перевёл взгляд в зеркало и увидел, как настоящая Джулия по ту сторону стекла отчаянно бьёт по поверхности ладонями. Звука не было, но он видел её крик. — Майкл, ты меня пугаешь, — сказала Джулия позади него. — Что ты там увидел? Он не ответил. Он медленно сделал шаг назад, не отрывая взгляда от зеркала. Отражение позади него не совпадало. В зеркале Джулия стояла слишком близко к нему, почти вплотную, и её улыбка была шире, чем должна быть. Настоящая Джулия за его спиной ещё не двигалась. — Джулия, — тихо сказал он, — подойди к зеркалу. — Зачем? — спросила она, и на секунду её голос стал чуть ниже, чем обычно. — Просто подойди. Она сделала шаг. В зеркале отражение сделало шаг быстрее, чем она сама. Разница была всего в мгновение, но Майкл это увидел. Его сердце забилось быстрее, и он почувствовал холодный пот на спине. — Майкл, что происходит? — спросила она уже чуть раздражённо. — Посмотри в зеркало, — сказал он. Она посмотрела. В зеркале её отражение медленно повернуло голову и посмотрело не на неё, а прямо на Майкла. И улыбнулось. Настоящая Джулия в этот момент ещё только начинала поворачивать голову. Майкл резко отскочил назад. — Ты не Джулия, — сказал он. Несколько секунд она просто смотрела на него без эмоций. Потом её лицо медленно растянулось в улыбке — слишком широкой, слишком неподвижной. — Я — Джулия, — спокойно сказала она. — Я живу здесь. Я люблю тебя. Всё как раньше. В зеркале настоящая Джулия снова начала бить по стеклу и что-то кричать. Майкл подошёл ближе к зеркалу, не обращая внимания на стоящую позади него копию. — Как тебя вытащить? — прошептал он, касаясь стекла. Джулия по ту сторону зеркала начала быстро писать пальцем по запотевшей поверхности. Буквы появлялись медленно: НЕ ДОВЕРЯЙ ЕЙ Потом она написала: ЗЕРКАЛО Майкл не успел ничего сказать — сзади раздался голос: — Не думаю, что тебе стоит с ней разговаривать. Он обернулся. Джулия стояла в двух шагах от него, и теперь её лицо уже не выглядело полностью человеческим. Улыбка оставалась, но глаза были абсолютно пустыми, как чёрное стекло. — Она теперь там, — сказала копия. — А я здесь. Так работает обмен. — Кто ты? — спросил Майкл. Она немного наклонила голову, точно так же, как когда-то делало отражение Джулии. — Я была там очень долго, — сказала она. — В зеркалах много мест. Очень много людей. Иногда мы выходим. Майкл схватил зеркало и попытался поднять его. Оно оказалось неожиданно тяжёлым, будто внутри было не стекло, а камень или вода. Джулия в зеркале снова начала писать: РАЗБЕЙ — Нет! — резко сказала копия Джулии и шагнула к нему впервые по-настоящему быстро. — Не делай этого. Теперь Майкл окончательно убедился, что перед ним не его девушка. Он схватил зеркало и со всей силы ударил его об угол стены. Стекло треснуло, по поверхности пошли длинные чёрные трещины, как паутина. Из трещин потекла не кровь, а что-то тёмное, похожее на жидкую тень. Копия Джулии закричала — звук был одновременно человеческим и каким-то металлическим, будто кричало сразу несколько голосов. — Ты не понимаешь! Если зеркало сломается, она не вернётся! Но Майкл уже ударил зеркало ещё раз. Стекло раскололось, и на секунду он увидел не своё отражение, а длинный тёмный коридор, полный зеркал с обеих сторон. В каждом зеркале стояли люди. Они стучали, кричали, тянули руки. И среди них он увидел настоящую Джулию, которая бежала к нему через этот бесконечный зеркальный коридор. Стекло окончательно разбилось и осыпалось на пол. Комната снова стала обычной. Коридора больше не было. Только осколки. Майкл тяжело дышал и смотрел на пол. — Джулия? — тихо сказал он. — Я здесь, — ответил голос за его спиной. Он обернулся. Джулия стояла там — испуганная, заплаканная, но настоящая. Она сразу бросилась к нему и обняла его. Он почувствовал её тепло, её дыхание, её дрожь. Это была она. — Там… там столько людей, — прошептала она. — Они все в зеркалах. Они смотрят. Они ждут, когда кто-нибудь посмотрит слишком долго. Майкл обнял её крепче. — Всё закончилось. Зеркало разбито. Она медленно отстранилась и посмотрела на него. — Ты уверен? — Да, — сказал он. — Всё кончено. Джулия медленно улыбнулась. Слишком медленно . Майкл замер. — Конечно не кончено, — сказала она тихо. — Зеркала ведь не только на стенах. Он не понял. — Что ты имеешь в виду? Она медленно подняла руку и указала на осколки на полу. В каждом осколке отражался Майкл. И в каждом отражении он стоял не один. За его спиной в каждом осколке стояла тёмная фигура. Майкл медленно повернул голову. Позади него никого не было. Но когда он снова посмотрел вниз на осколки, фигура в отражениях стала ближе. Почти вплотную к нему. И в одном из осколков отражение Майкла вдруг повернуло голову и посмотрело прямо на него, хотя сам он не двигался. — Теперь ты, — тихо сказала Джулия. И в эту секунду отражения во всех осколках одновременно улыбнулись. Майкл отшатнулся от осколков, случайно наступив на один из них, и стекло хрустнуло под подошвой. Он тяжело дышал и смотрел на десятки маленьких отражений, в каждом из которых он стоял с этой тёмной фигурой за спиной. Фигура не двигалась, но он чувствовал, что она смотрит прямо на него. Джулия стояла рядом и спокойно наблюдала за его реакцией, словно ждала именно этого момента. — Ты… ты не Джулия, — снова сказал он, но теперь голос звучал глухо и неуверенно. Она вздохнула, как будто устала объяснять очевидные вещи. — Я уже говорила. Джулия была. Теперь иногда она там. Иногда здесь. Всё зависит от того, кто смотрит и кто дольше выдержит. — Выдержит что? Она посмотрела на один из осколков и слегка улыбнулась. — Смотреть на себя. Майкл медленно опустил взгляд. В одном из осколков его отражение стояло ближе к стеклу, чем он сам в реальности. Отражение подняло руку и коснулось поверхности изнутри, словно стекло было окном. Майкл резко оттолкнул осколок ногой, и тот отъехал по полу, повернувшись другой стороной. — Бесполезно, — сказала Джулия. — Отражения уже тебя увидели. — Что это вообще такое? — почти крикнул он. — Что в зеркалах? Она немного подумала, прежде чем ответить. — Я не знаю, как это назвать вашим языком. Это не совсем место. И не совсем существа. Это как… другая сторона взгляда. Когда ты смотришь в зеркало, ты думаешь, что видишь себя. Но на самом деле кто-то смотрит на тебя оттуда. Майкл покачал головой. — Бред. Это просто бред. — Тогда не смотри, — спокойно сказала она. Он замер. Потому что понял — он уже смотрит. Он смотрит на отражения в осколках, на блеск стекла, на тёмный экран телевизора, на окно, в котором отражается комната. Отражения были повсюду. Он медленно поднял голову и увидел своё отражение в чёрном экране телевизора. И отражение улыбалось. Майкл резко отвернулся и накрыл телевизор пледом. — Мы уедем, — сказал он. — Сегодня же. Соберём вещи и уедем. — Можешь уехать, — ответила Джулия. — Но зеркала будут везде. В окнах, в машинах, в телефонах, в воде. Ты никогда больше не перестанешь думать, смотришь ли ты на себя… или на кого-то другого. Он ничего не ответил. Он начал собирать осколки зеркала в коробку, стараясь не смотреть на них. Но в одном из осколков он всё-таки случайно увидел отражение. Там он стоял в этой же комнате, но один. Джулии рядом не было. Зато за его спиной стояло уже не одно существо, а несколько. Они медленно выходили из стен, из пола, из темноты. Он уронил осколок, и тот разбился на ещё более мелкие куски. — Они любят, когда зеркала ломаются, — тихо сказала Джулия. — Тогда отражений становится больше. Майкл медленно повернулся к ней. — Зачем ты мне это рассказываешь? — Потому что ты мне нравился, — ответила она неожиданно мягко. — Майкл нравился Джулии. А значит, немного и мне. — Где она сейчас? Настоящая Джулия? Копия посмотрела куда-то мимо него, словно вспоминая. — Там много коридоров. Много комнат. Много зеркал. Люди там живут в отражениях и иногда могут смотреть наружу. Иногда их меняют. Иногда они просто остаются там и со временем перестают быть людьми. Майкл почувствовал холод внутри. — Её можно вернуть? — Иногда да, — сказала она. — Если поменяться обратно. Но для этого кто-то должен занять её место. Он понял раньше, чем она договорила. — То есть… я. Она ничего не ответила, только посмотрела на него с той самой слишком широкой улыбкой. В доме стало очень тихо. Где-то тикали часы, за окном проехала машина, свет фар на секунду отразился в окне, и Майкл машинально посмотрел туда. В стекле он увидел комнату, себя… и как Джулия стоит прямо за ним, почти вплотную, и её глаза полностью чёрные. Он резко обернулся — она стояла в двух шагах, как и раньше. — Они уже близко, — сказала она. — Когда ты начинаешь видеть их в отражениях чаще, чем себя, значит, дверь почти открыта. — Я не буду смотреть, — сказал Майкл. — Ты уже смотришь, — ответила она и кивнула на его руку. Он опустил взгляд. В экране его телефона, который лежал на столе, отражалось его лицо. Но отражение медленно поднимало голову, а он сам не двигался. Телефон завибрировал, и отражение в нём улыбнулось. Майкл медленно перевернул телефон экраном вниз. — Это ничего не изменит, — сказала Джулия. — Когда-нибудь ты всё равно посмотришь. Все смотрят. Люди не могут жить, не видя своего лица. Он сел на стул и закрыл лицо руками. — Что мне делать? Она подошла ближе и тихо сказала: — Есть один способ. Не смотри ни в одно отражение три дня. Ни разу. Тогда они потеряют тебя. — А если посмотрю? Она улыбнулась. — Тогда ты увидишь коридор. — Тот, который был в зеркале? — Да. И тогда уже будет поздно. Майкл молчал. Потом медленно встал, прошёл по дому и начал закрывать всё отражающее: окна занавесками, телевизор пледом, микроволновку полотенцем, зеркала в ванной он снял и положил лицом вниз. Он даже налил воду в раковину так, чтобы поверхность не отражала лицо. Когда он закончил, дом стал тёмным и странным, будто в нём нельзя было увидеть себя вообще. Он вернулся в комнату. — Три дня, — сказал он. — И всё закончится. Джулия сидела на диване и смотрела на него. — Может быть, — сказала она. — Что значит «может быть»? Она слегка наклонила голову. — Я не сказала, что ты не увидишь отражение. Я сказала, что ты не должен смотреть. Но иногда отражения смотрят сами. Майкл не понял, что она имеет в виду. Но ночью, когда он лежал в кровати и пытался уснуть, он вдруг почувствовал, что на него кто-то смотрит. Он открыл глаза и увидел тёмный потолок. А потом он понял. Он видит своё отражение в собственных глазах Джулии, которая лежит рядом и не мигая смотрит прямо на него. Майкл не двигался. Он лежал на спине и смотрел в глаза Джулии, и чем дольше он смотрел, тем сильнее понимал, что видит в них отражение. Маленькое, едва заметное, но в зрачках отражался он сам — лежащий в темноте, с широко открытыми глазами. И в этом крошечном отражении он вдруг заметил движение позади себя, хотя в реальности он лежал лицом вверх и позади него была только подушка. — Джулия, — тихо сказал он, — закрой глаза. — Почему? — так же тихо спросила она. — Просто закрой. Она ещё несколько секунд смотрела на него, не мигая, а потом медленно закрыла глаза. Майкл сразу отвернулся и сел на кровати, чувствуя, как у него дрожат руки. Он понял, что теперь ему нужно бояться не только зеркал, окон и экранов, но и человеческих глаз. Любые глаза отражают. Он встал и вышел в коридор, стараясь смотреть только в пол. Но даже в полу местами блестел лак, и он видел там размытые тёмные пятна — отражения мебели, дверей и себя. Он начал идти медленнее, почти не поднимая головы, и в этот момент ему впервые по-настоящему стало страшно, потому что он понял — отражений слишком много, чтобы их избежать. Утром он проснулся на диване. Он не помнил, как уснул. Джулия сидела на кухне и пила кофе, как будто всё было нормально. Солнечный свет пробивался через занавески, но окна были закрыты тканью, и в доме стоял странный полумрак. — Первый день, — сказала она, не поворачиваясь. — Осталось ещё два. — Ты специально это делаешь? — спросил он. — Что именно? — Сидишь так, будто всё нормально. Будто мы просто живём. Она пожала плечами. — А разве нет? Мы живём. Просто теперь ты знаешь чуть больше, чем раньше. Майкл открыл холодильник, но сразу закрыл — в металлической поверхности он увидел своё размытое отражение. Он начал нервно смеяться. — Это невозможно. Невозможно жить и ничего не отражаться. — Можно, — сказала Джулия. — Но недолго. Весь день он старался не смотреть ни на что отражающее. Он ходил, опустив глаза, ел, отвернувшись от столовых приборов, пил из кружки, не заглядывая внутрь. Телефон он вообще выключил и убрал в ящик. Но к вечеру у него начала болеть голова от постоянного напряжения, и он всё чаще забывался, поднимая взгляд. Один раз он случайно посмотрел на нож, лежащий на столе. В лезвии он увидел своё лицо — и ему показалось, что отражение смотрит на него с облегчением, будто наконец-то дождалось. Он сразу перевернул нож. — Я почти посмотрел, — сказал он. — Почти не считается, — ответила Джулия. — Важно, смотришь ли ты в глаза отражению. — В глаза? — Да. Пока ты не встречаешься взглядом со своим отражением, ты ещё здесь. Вечером они сидели в гостиной. Свет не включали, чтобы не создавать отражений в окнах. Комната была освещена только слабым светом из кухни. Джулия сидела напротив него и рассматривала его лицо, как будто изучала. — Что? — нервно спросил он. — Я пытаюсь запомнить, — сказала она. — Запомнить что? — Каким ты был. Он ничего не ответил. Ему не нравились эти слова. Ночью ему приснился коридор из зеркал. Он шёл по нему босиком, и пол тоже был зеркальным. В каждом зеркале он видел себя, но в некоторых отражениях он был старше, в некоторых — с ранами, в некоторых — вообще не он, а кто-то похожий. И в конце коридора стояла Джулия и держала зеркало в руках, как дверь. Он проснулся в холодном поту и понял, что стоит посреди комнаты. И самое страшное — он стоял перед телевизором, с которого ночью сполз плед. Чёрный экран отражал его полностью. Майкл медленно поднял глаза и встретился взглядом со своим отражением. Отражение улыбнулось первым. Он закричал и ударил телевизор, экран треснул, но было уже поздно. На секунду вместо треснувшего экрана он увидел тот самый коридор. И в коридоре стояли люди — десятки людей — и все смотрели на него. Некоторые стучали по стеклу, некоторые просто смотрели, а некоторые улыбались так же, как его отражение. Он отшатнулся и упал на пол. — Второй день закончился, — спокойно сказала Джулия из темноты. — Но ты всё-таки посмотрел. — Я не специально, — прошептал он. — Это не имеет значения, — ответила она. — Они теперь тебя видят постоянно. Он сел на пол, обхватив голову руками. — Что будет теперь? Она подошла ближе и присела рядом. — Теперь ты начнёшь видеть их не только в отражениях. — А где ещё? Она посмотрела на стену. — В темноте. В углах. Во снах. В людях. Он поднял голову. — В людях? Она кивнула. — Иногда они выходят не полностью. Иногда только смотрят через кого-то. На следующий день Майкл почти не разговаривал. Он сидел в кресле и смотрел в одну точку на стене, стараясь не думать. Но иногда ему казалось, что на стене появляются силуэты, будто кто-то проходит за тонкой плёнкой. Один раз он даже увидел, как из стены на секунду показалась рука, как из воды, а потом исчезла. — Ты тоже это видишь? — спросил он. — Нет, — сказала Джулия. — Это уже только для тебя. Вечером он услышал стук. Тот самый, который когда-то слышала Джулия. Тук… тук… тук… Он медленно повернул голову на звук и понял, что стучат изнутри стола. Он отодвинулся, и стук переместился — теперь он шёл из шкафа. Потом из стены. Потом из пола. — Они ищут, откуда выйти, — сказала Джулия. — Когда человек почти готов, границы становятся тоньше. — Почти готов к чему? Она посмотрела на него очень внимательно. — Занять чьё-то место. Ночью он снова не спал. Он сидел на кухне и пил воду, глядя в стол, чтобы не видеть отражения. И вдруг он услышал голос. — Майкл! Он поднял голову. Перед ним на столе стоял стакан с водой, и в поверхности воды было отражение потолка и его лица. Но отражение говорило отдельно от него. — Майкл, помоги мне! Это была Джулия. Настоящая Джулия. Он наклонился ближе к стакану. — Джулия? — Я здесь. В коридоре. Они не дают выйти. Не верь той, что рядом с тобой. — Я знаю, — прошептал он. — Как тебя вытащить? Вода дрогнула, и отражение на секунду исказилось. — Нужно зеркало. Целое зеркало. Через него можно поменяться обратно. — Но я разбил зеркало. — Найди другое. Любое. Но будь осторожен. Они тоже смогут выйти. В этот момент поверхность воды резко потемнела, и вместо Джулии он увидел тёмное лицо без глаз. Он отпрянул, стакан упал и разбился, вода растеклась по полу. Из воды на полу на секунду вытянулась чёрная рука и снова исчезла. Майкл тяжело дышал и смотрел на мокрый пол. — Поздно, — сказала Джулия из дверного проёма. — Ты снова говорил с отражением. — Это была она, — сказал он. — Может быть, — ответила она. — А может быть, нет. Он понял, что больше не знает, чему верить. Ни глазам, ни отражениям, ни даже голосам. Дом казался теперь не домом, а каким-то переходом, местом, где стены слишком тонкие. — Если я найду зеркало, — медленно сказал он, — я смогу вернуть её? Джулия долго смотрела на него, потом кивнула. — Да. Но тогда кто-то должен остаться там. — Я знаю, — сказал он. Она впервые за всё время улыбнулась не страшно, а как-то даже грустно. — Люди всегда готовы поменяться ради тех, кого любят. Поэтому двери и открываются. На следующее утро Майкл вышел из дома и поехал в город. Он старался не смотреть в окна машин, в витрины магазинов, в зеркала заднего вида. Но иногда он всё равно видел отражения — и в некоторых из них он был не один. Иногда рядом с ним сидел кто-то на пассажирском сиденье, хотя машина была пустой. Он нашёл старый антикварный магазин и купил небольшое зеркало в тяжёлой раме. Продавец долго смотрел на него и сказал странную фразу: — Главное — не смотреть в него слишком долго. Майкл ничего не ответил и заплатил наличными. Когда он вернулся домой, Джулия уже ждала его. — Ты всё-таки решил, — сказала она. Он поставил зеркало на стол. — Мы поменяемся обратно. — Ты уверен? — Нет, — честно сказал он. — Но я всё равно это сделаю. Он поставил зеркало вертикально и сел напротив. — Что нужно делать? Джулия подошла и положила руку ему на плечо. — Просто смотри в зеркало. И когда увидишь коридор — иди. — А ты? Она улыбнулась. — А я посмотрю вместо тебя. Он понял, что она имела в виду, только когда уже смотрел в зеркало. Сначала он видел себя — уставшего, бледного, с тёмными кругами под глазами. Потом отражение моргнуло на секунду позже. Потом в зеркале стало темнее, и за его спиной появился длинный коридор с зеркалами. И в коридоре стояла настоящая Джулия. Она протянула к нему руку и он сделал шаг вперёд. И в этот момент он почувствовал, как руки Джулии, стоящей позади него в реальности, толкают его прямо в зеркало.