Глава 24: Гормональные подростки

Гарри телепортировался на площадь Гриммо и застал всех в мучительном ожидании. При его появлении по комнате разнеслись вздохи облегчения. Следующие несколько минут Гарри только и успевал принимать сокрушительные объятия от каждого. Ему даже пришлось попросить Сириуса ослабить хватку, чтобы просто вдохнуть. Поскольку была уже полночь, все решили разойтись по постелям, не вдаваясь в подробности случившегося. Главное, что все были живы и целы — на данный момент этого было достаточно. Как только Гарри и Айрис забрались в кровать, он почувствовал, что она не станет ждать утра, чтобы получить ответы. Не дожидаясь расспросов, он быстро всё ей рассказал. В конце концов Айрис лишь кивнула, притянула его к себе и, крепко прижавшись, погрузилась в сон.

***

«ЕЖЕДНЕВНЫЙ ПРОРОК» Гарри Поттер: Убийца или Спаситель? Минувшей ночью, сразу после завершения матча между Ирландией и Болгарией, разыгралась великая трагедия. Группа нетрезвых мужчин, облачившись в черные мантии и белые маски, предприняла попытку терроризировать тысячи людей. Это спровоцировало небывалый хаос и панику. Множество волшебников получили травмы, в спешке пытаясь скрыться от нападавших. Зрелище было поистине пугающим. Никто не ожидал вновь увидеть Пожирателей Смерти после падения Того-Кого-Нельзя-Называть. Внезапное появление людей в масках воскресило худшие воспоминания и парализующий страх у тех, кто уже пережил подобное десятилетие назад. Самыми несчастными жертвами стали маглы: совершенно не понимая, что происходит, они беспомощно висели в воздухе, взывая о помощи. Прискорбно признавать, но никто не решился им помочь — все были слишком заняты бегством от худших террористов в истории. Но затем случилось чудо. Один-единственный юноша шагнул вперед, чтобы помочь всем. Этим юношей был Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил. Я был там, в толпе, когда всё это произошло, и поверьте — я никогда не видел такой уверенности у столь молодого человека. Гарри Поттер без малейшего колебания зашагал навстречу Пожирателям Смерти. Он воздвиг барьер вокруг себя и нападавших, чтобы уберечь случайных прохожих от перекрестного огня заклинаний. Пожиратели были вне себя от радости, получив наконец шанс отомстить четырнадцатилетнему подростку; они явно полагали, что с легкостью прикончат мальчишку. Даже я содрогнулся, видя, как Гарри Поттер в одиночку противостоит взрослым мужчинам. Я ожидал увидеть, как более опытные Пожиратели раздавят его, и боялся, что на всю жизнь останусь с тяжелой душевной травмой, став свидетелем гибели того самого ребенка, который принес мир в наш магический мир десять лет назад. Удивительно, но Гарри Поттер вел себя как бог среди смертных. Ему не нужно было сотворить ни единого заклинания, чтобы защитить себя: он лавировал между десятками летящих в него проклятий с легкостью легендарного дуэлянта. Я, как и все остальные, был заворожен этим невозможным зрелищем. Подросток, сражающийся против дюжины матерых Пожирателей Смерти и при этом не выпустивший в них ни одного заклятия! Это было самое невообразимое из всего, что я когда-либо видел. Но на этом прекрасный спектакль не закончился: каким-то образом, когда Гарри Поттер оказался всего в паре футов от собравшихся Пожирателей, те внезапно рухнули на землю. Все были в замешательстве от увиденного. Я не заметил, чтобы Гарри Поттер произносил какие-либо формулы, но вся группа Пожирателей Смерти повалилась без видимой на то причины. После этого Гарри Поттер исчез в золотистом сиянии. Увидев это, никто из присутствующих не смог бы поспорить с тем, что это было божественное вмешательство. Казалось, будто сам бог спустился с небес, чтобы спасти нас. Но самое поразительное обнаружилось, когда авроры прибыли, чтобы арестовать обездвиженных Пожирателей Смерти. Они вовсе не были без сознания — они были мертвы. Авроры пришли в ужас, увидев трупы дюжины Пожирателей. Когда с них сняли маски, личности погибших вызвали еще больший шок. Все убитые оказались влиятельными чистокровными волшебниками, такими как лорд Малфой и лорд Нотт, которые в своё время заявляли о своей невиновности, утверждая, что находились под заклятием Империус, наложенным Темным Лордом. Это порождает новый вопрос: были ли они снова под действием Империуса, или же на этот раз они несли полную ответственность за свои действия, как и в прошлом? К несчастью, ответ будет похоронен вместе с ними. Причина их смерти до сих пор не установлена, но ясно одно: их жизнь оборвала не магическая формула. Так как же они погибли? Умерли ли они по естественным причинам, что, честно говоря, маловероятно, или стали жертвами некой неведомой силы Гарри Поттера, что на данный момент кажется наиболее правдоподобной теорией? Было ли необходимо убивать их? Неужели Гарри Поттер не мог просто обезвредить их, не причиняя вреда? Кто он: следующий Темный Лорд или преемник Дамблдора? Сейчас остается слишком много вопросов, на которые не будет ответов, пока сам Гарри Поттер не решит их дать. Я, по крайней мере, благодарен ему за спасение своей жизни и жизней тысяч других людей. В будущем я буду рассказывать своим детям и внукам, что был свидетелем восхождения самого могущественного волшебника — возможно, более великого, чем Темный Лорд и Дамблдор вместе взятые. Я не могу с уверенностью сказать, какой путь выберет Гарри Поттер в будущем, будет ли он праведным или ложным, но в чем мы можем быть уверены точно, так это в том, что мы только что стали свидетелями начала легенды о Гарри Поттере. Дамблдор нахмурился, прочитав статью. Он знал, что «Ежедневный пророк» вечно печатает мусор и раздувает события до немыслимых масштабов, но это ощущалось иначе. Сквозь напечатанные строки Дамблдор чувствовал искренность репортера. Он ощущал его едва скрываемое восхищение Гарри Поттером. Это было весьма неожиданно и походило на глоток свежего воздуха. Никогда в жизни он бы не подумал, что «Пророк» сподобится написать хоть что-то стоящее. Также Дамблдор испытал облегчение от того, что репортаж составила не Рита Скитер. Эта женщина наверняка окрестила бы Гарри темнейшим волшебником всех времен за убийство таких людей, как Малфой, и выставила бы его в самом дурном свете. Хотя Дамблдор питал отвращение к убийствам, он мог понять логику Гарри. Пожиратели Смерти целились в него смертельными проклятиями, так что он имел полное право ответить тем же. Ему не нравилось, что Гарри расправился с ними без суда, но он не собирался судить его слишком строго. Гарри сделал всё это, чтобы защитить людей, и это заслуживало восхищения. Дамблдор улыбнулся, думая о будущем: даже когда его самого не станет, у магической Британии останется спаситель в лице Гарри Поттера. Он очнулся от раздумий и вернулся к бумагам. Дамблдор был уверен, что никто не потребует суда над Гарри Поттером за смерть чистокровных. Одним стремительным ударом Гарри уничтожил глав самых могущественных темных семей, что значительно упрощало дело. «Серую» фракцию Визенгамота возглавлял отец Дафны Гринграсс, который будет только рад новому вакууму власти. «Светлая» сторона тоже будет ликовать из-за гибели видных деятелей темного лагеря. А страх перед новым могущественным волшебником заставит замолчать остальных смутьянов — никто не настолько глуп, чтобы навлекать на себя гнев того, кто способен убивать без палочки. Тем не менее, на предстоящем собрании он велит профессорам приглядывать за Гарри. Он не хотел, чтобы его ученики гибли в Хогвартсе — двух смертей на его веку было вполне достаточно. К тому же интуиция по-прежнему указывала на Гарри всякий раз, когда он вспоминал о гибели Джейка Яксли. Со вздохом он поднялся и направился в Большой зал, где завтракали несколько оставшихся профессоров.

***

В другой части страны некая юная особа наконец приняла поручение своих родителей после того, как они прочли газету. Девушка колебалась, но слово родителей было для неё законом, и она не собиралась изменять своим принципам и сейчас.

***

Трейси сидела за завтраком вместе с родителями. Обычно ей нравилось это ощущение нормальной жизни, ведь отец редко бывал дома и мог разделить трапезу с ней и матерью, но сегодня она кожей чувствовала: что-то не так. Отец был бледен, а руки матери дрожали, когда она расставляла тарелки. — Что-то случилось, пап? — спросила она с тревогой в голосе. В ответ отец просто протянул ей утреннюю газету. Трейси нервно прищурилась, читая об инциденте на чемпионате мира. Закончив, она в досаде покачала головой и отложила «Пророк». «И на пару месяцев нельзя оставить его одного — вечно влипает в неприятности», — с раздражением подумала она, хотя в глубине души испытала огромное облегчение от того, что с ним всё в порядке. Она снова перевела взгляд на отца, который выглядел бледным и напуганным. Его реакция приводила её в замешательство. Почему он так напуган? — В чем проблема? Да, четырнадцатилетние мальчишки не каждый день «якобы» убивают десятки Пожирателей Смерти, но это же Гарри Поттер. Он легенда. Ничего нового. Чего ты боишься? — спросила она с сомнением. Отец поморщился от её слов и провел палочкой над своим правым предплечьем. Время словно остановилось, когда Трейси увидела руку отца. Всхлип сорвался с её губ, и она вскочила со стула. Её глаза горели от ярости, пальцы сжались в кулаки, а во взгляде, брошенном на родителей, читалось горькое чувство предательства. Они оба смотрели на неё с глубокой печалью, видя её бурную реакцию, но Трейси было плевать. Ей было всё равно, что они чувствуют — просто всё равно. Она изо всех сил пыталась сдержать слезы, но безуспешно. — Ты — Пожиратель Смерти. Ты насильник и убийца, — безрадостно рассмеялась она, осознав, насколько иронично это звучало: она всегда притворялась доброй и отзывчивой в школе, в то время как её собственная семья состояла из грешников. Её собственный отец мог отнимать жизни, мог осквернять чужих жен и дочерей, мог разрушать семьи, лишая их детей и отцов. Она сердито вытерла глаза тыльной стороной ладони и бросилась в свою комнату, игнорируя умоляющие крики родителей вернуться. Она была не в том состоянии, чтобы слушать их оправдания или объяснения. Захлопнув дверь, она свернулась калачиком на кровати и зашлась в рыданиях. Вся её жизнь перевернулась с ног на голову: как она теперь сможет смотреть Гарри в глаза, если её родители были среди тех, кто виновен в смерти его отца и матери? Как она сможет когда-либо коснуться его и не почувствовать отвращения к самой себе? В её жилах текла кровь Пожирателя Смерти. Она зарылась лицом в подушку, заглушая всхлипы. Теперь она понимала страхи своих родителей. Они боялись, что рано или поздно Гарри придет за ними, как он приходил за другими Пожирателями. Она наконец поняла, почему её отец работал в Америке, а не в Британии — он бежал от своего прошлого, бежал от своих грехов. Как же сильно ей хотелось, чтобы Гарри был здесь, обнимал и успокаивал её! Трейси замерла, почувствовав чье-то тело над собой. Она поняла, что произошло, и не знала, ужасаться ей или радоваться. Она неосознанно призвала того самого человека, о котором только что думала. — Трейси? — выдохнул Гарри её имя, оправившись от удивления после внезапного перемещения. Его глаза расширились, когда он увидел её мокрое от слез лицо, и выражение его лица тут же стало крайне обеспокоенным. Он немедленно притянул её к себе и крепко прижал к груди. Трейси грелась в его тепле, уткнувшись лицом в изгиб его шеи, и плакала еще сильнее. Гарри просто молчал, поглаживая её по спине и успокаивая. Через несколько минут Трейси отстранилась и посмотрела на него. Гарри держал руки на её плечах и пристально смотрел в ответ, подавляя искушение прочитать её мысли и узнать, что же так её расстроило. Трейси слабо и горько улыбнулась. — Привет, Гарри, — тихо сказала она. — Привет, Трейси. Я бы спросил, как ты, но, видя твои слезы, это было бы глупо, — ответил он, приподняв бровь. Трейси невольно усмехнулась, услышав это. — Расскажешь, что тебя тревожит? — спросил он, убрав одну руку с её плеча и ласково коснувшись её щеки. Трейси замерла от этого вопроса, не зная, что ответить. Она хотела рассказать ему об отце, но сердце было против. Она знала, что Гарри был кем угодно, но только не милосердным. Она понимала, что могла бы потребовать, чтобы он не трогал её отца, но существовал крошечный шанс, что он не согласится, и тогда жизнь её отца окажется в опасности. Она оказалась перед дилеммой, понимая, что от её выбора могут измениться сами их отношения. Это было судьбоносное решение. — Можно я расскажу тебе об этом, когда мы будем в Хогвартсе? Мне нужно время, чтобы всё обдумать, — ответила она тихим голосом. Гарри нахмурился. Он обхватил её щеки обеими ладонями, заставляя смотреть прямо на него. — Трейси, ты в порядке? — мягко спросил он, и его брови сошлись на переносице от искренней тревоги. Трейси сглотнула, подавляя нервозность, но кивнула. Гарри не поверил ей, но настаивать не стал. — Если ты уверена… Не забывай, что ты можешь просить меня о чем угодно, о любой помощи. Тебе не нужно чувствовать себя одинокой. Я всегда буду рядом. Всегда, — прошептал он голосом, в котором смешались беспокойство и раздражение. Ему не нравилось, что Трейси не хочет делиться с ним своими проблемами. Губы Трейси тронула слабая улыбка; она кивнула и запечатлела на его губах быстрый поцелуй. Гарри вздохнул и уже собирался встать с кровати, чтобы вернуться на площадь Гриммо, но Трейси схватила его за руку. Её лицо было бледным. — Останься, — попросила она. — Хотя бы ненадолго. Гарри и впрямь подмывало заглянуть в её мысли, чтобы узнать, что так её встревожило, но он сдержался из уважения к её частной жизни. — Хорошо, Трейси, — сочувственно согласился он, забираясь на кровать и ложась рядом с ней. Трейси с облегчением улыбнулась и прильнула к нему: она лежала спиной к его груди, а его руки обнимали её за талию. Это напомнило ей ту ночь, когда она впервые разделила с ним постель — после того как тролль тяжело ранил Дафну и ей просто нужно было, чтобы рядом оказался друг. Сердце наполнилось теплом и ностальгией; та ночь навсегда останется одним из самых нежных её воспоминаний. Спустя несколько минут, когда она успокоилась и уже наслаждалась уютной тишиной, её глаз нервно дернулся от досады: она почувствовала ладонь Гарри у себя на груди, бесцеремонно ласкающую её. — Ого! Трейси, я и не знал, что за летние каникулы у тебя выросли такие знатные дыньки. Поздравляю! — рассмеялся Гарри, сжимая её потяжелевшую грудь. Втайне Трейси гордилась тем, как быстро округлились её формы за лето — теперь она могла похвастаться неполным третьим размером, что было весьма внушительно для её возраста и телосложения. Она прикусила губу, сдерживая стон удовольствия, когда пальцы Гарри задели её напрягшиеся соски. — Гарри? — произнесла она его имя ласково, слишком ласково. — Да? — отозвался Гарри рассеянно, погруженный в ласки её округлой и упругой груди. — Если хочешь уйти сегодня отсюда, сохранив своё хозяйство между ног в целости, то прекрати меня лапать, — проговорила она приторно-сладким тоном. Руки Гарри тут же соскользнули вниз к её животу, подальше от её подросшей груди, и он виновато поцеловал её в шею. — Прости. Я просто увлекся. В свое оправдание скажу, что я никогда раньше не трогал чью-то грудь, — нервно рассмеялся Гарри. Трейси не удержалась и закатила глаза. Она повернулась на другой бок, лицом к нему. Его зеленые глаза блеснули, встретившись с её взглядом. Гарри наклонился и поцеловал её в лоб, а затем в губы, после чего она прижалась лицом к его груди. Трейси не была дурой. Она понимала: то, что Гарри только что сделал, было попыткой отвлечь её внимание от бед и переключить на его похотливые выходки. Она улыбнулась, уткнувшись в его грудь и обнимая его за спину. «Я люблю тебя», — беззвучно прошептали её губы. Ей хотелось, чтобы у неё хватило смелости сказать это вслух, но она знала, что не сможет, пока не решит проблему с отцом. В конечном счете это был выбор между отцом и Гарри. Она могла скрыть правду, выбрав отца, или рассказать всё, выбрав Гарри. Оба варианта разбивали сердце. Она лишь надеялась, что выберет правильно. Но сейчас она собиралась подыграть ему, чтобы унять его беспокойство и насладиться его дурачеством. — Гарри? Почему твои руки на моей заднице? — спросила она, чувствуя его пальцы под шортами, на изгибе своих ягодиц. Она спрятала улыбку, качая головой у него на груди.

***

Флёр читала британскую газету с отвращением. Страна, которой нужно, чтобы дети выходили вперед, чтобы спасти её. Ей было жаль Гарри Поттера. Коррумпированной нации всегда требовалось, чтобы он спасал её. Сначала, когда случилось чудо, и годовалый ребенок победил темнейшего волшебника всех времен, Волдеморта, который считался даже более могущественным и безжалостным, чем Грин-де-Вальд, а затем снова, когда он недавно спас положение на чемпионате мира. Она просто надеялась, что маленькому мальчику не придется снова выходить вперед, рискуя своей жизнью ради спасения глупой нации. Она бросила газету на кровать и направилась к дуэльному залу. С палочкой в руке она творила мощную и впечатляющую магию для девушки её возраста. Она была не только самой сексуальной девушкой в мире, но и самой могущественной ведьмой своего возраста, по крайней мере, так она думала о себе и хотела доказать это всем. Да, она была красивой, сексуальной, великолепной. Да, было забавно заставлять слабовольных мальчишек и мужчин пускать слюни при виде неё, но также было забавно видеть их удивление и страх, когда она владела своей палочкой. В конце концов, все узнают об этом. Она будет вызывать у людей не только похотливые взгляды, но также взгляды, полные уважения и страха. Скоро, это будет скоро. Она ухмыльнулась, выходя из комнаты и направляясь в душ. Теплый душ на ее вспотевшем теле всегда ощущался приятно после изнурительной тренировки. Она сбросила одежду и встала под струю совершенно голая. От теплой воды у нее вырвался вздох. На ее розовых пухлых губах заиграла улыбка, пока она позволяла воде касаться себя повсюду: ее серебристо-светлых волос, прекрасного идеального лица, пышной груди, стройных бедер и округлых изгибов ягодиц, ее девственного лона. У нее перехватило дыхание, когда ее пальцы заплясали на ее киске. Она громко застонала, прижавшись к кафельной стене и лаская себя пальцами сзади. — Да... ах... да... возьми меня... — фантазировала она, пока её палец скользил внутри её тесной щелки. Она застонала, опускаясь на колени, продолжая трахать себя пальцем, одновременно пощипывая и оттягивая сосок. Она беззвучно закричала, быстро достигнув кульминации. Она тяжело дышала под душем, пока влага стекала по её бедру. Вода и её соки смешивались на мокром полу. Она вздохнула и поднялась, принимаясь теперь за нормальное мытье, когда её затуманенный возбуждением мозг наконец прояснился. Иногда она жалела, что была настолько гордым существом и не могла просто выбрать любого мужчину, чтобы расстаться с девственностью. Но она не была кем угодно — она была Флёр Делакур, прекраснейшей вейлой и могущественнейшей ведьмой; обычный мужчина ей не подходил. Ей нужен был кто-то столь же сильный и прекрасный, как она сама. Она заслуживала только лучшего. Её девственность была бесценна. Кому попало не светило и шанса трахнуть её. Она была богиней среди женщин и не собиралась выбирать себе в спутники простого смертного. Либо она получит бога среди мужчин, либо не выберет никого. Спустя десять минут приятного душа она вышла в комнату и остановилась перед зеркалом в полный рост, любуясь своим идеальным телом. — Я заслуживаю лучшего, — пробормотала она себе под нос, проводя рукой по ложбинке между своих идеально пропорциональных грудей.

***

Гарри левитировал свой и Айрис сундуки, когда они поднялись в Хогвартс-экспресс. Они зашли в пустующее купе, и Гарри задвинул сундуки под сиденье. Он убрал палочку и поудобнее устроился на месте. Айрис села напротив, но даже не взглянула на него, предпочтя смотреть в окно. — Что случилось, Айрис? Ты ведешь себя странно с самого своего дня рождения, — снова спросил Гарри. Как и всегда, Айрис хранила молчание, не отвечая на его вопрос. Гарри потер лоб: его порядком раздражало, что его девушки не желают делиться своими проблемами — сначала Трейси, а теперь еще и Айрис. Тут Айрис пробормотала что-то, что очень удивило Гарри. — Повтори-ка? — спросил он, приподняв бровь. Наверняка ему послышалось… — Мне уже тринадцать, а у меня всё ещё нет большой груди, — капризно пожаловалась Айрис. Ладно, она это сказала. Она действительно это сказала. Он взмахнул рукой, чтобы никто снаружи не смог увидеть, что происходит в купе. Затем Гарри встал и сел рядом с ней, приобняв её за плечо. — Айрис, буду честен: ты говоришь глупости. Не у всех девочек в тринадцать лет есть грудь. Чёрт, у некоторых её нет даже во взрослом возрасте, — объяснил Гарри, пытаясь скрыть нахлынувшее веселье и недоумение. Однако, судя по всему, это было не то, что следовало говорить. Айрис резко повернулась к нему. — На что ты намекаешь? Ты хочешь сказать, что у меня её никогда не будет? — в ужасе спросила она, хватая его за плечи. Гарри дважды моргнул, пытаясь понять, не снится ли ему какой-то нелепый сон. Нет, он не спал. — Я этого не говорил. Я просто сказал, что тринадцатилетний возраст вовсе не означает, что у тебя уже должна быть грудь, — терпеливо разъяснил Гарри. Айрис издала жалобный, ноющий звук. — Но я хочу сиськи! Я хочу сиськи прямо сейчас! Используй свой Деус! — яростно потребовала она. Гарри был ошарашен её напором. Он глубоко вздохнул, сдерживая смех, и сжал её плечи. — Моя дорогая Айрис, я не хочу использовать свой Деус подобным образом. Ты и так идеальна. Мне не нужно менять твое тело. В моих глазах ты уже самая красивая девочка. И почему у тебя эта нездоровая фиксация на груди? — искренне спросил Гарри. Айрис мило покраснела от его похвалы. — Ух, кажется, ты забыл. Разве ты не помнишь уговор, который мы заключили? О том, что ты начнешь вступать со мной в сексуальную близость, если у меня вырастет грудь? — спросила она с недоверием. Глаза Гарри расширились, когда он наконец вспомнил слова, сказанные два года назад. Он не смог сдержать смешок и похлопал себя по коленям. — Иди сюда, — улыбнулся он. Айрис с радостью уселась к нему на колени, прижавшись спиной к его груди и устроившись задом на его паху, пока его руки обнимали её за живот. — Я помню это. Честно говоря, тогда я по большей части шутил. Но, похоже, ты не совсем правильно поняла. Когда я говорил «вырастет грудь», я не имел в виду висячее вымя, как у коровы. Я просто имел в виду, что если она подрастет хоть немного, это станет знаком твоего полового созревания, и время для того, чтобы я воспринимал тебя в сексуальном плане, станет приемлемым, — прошептал Гарри ей на ухо, нежно целуя в щеку. Айрис ухмыльнулась, почувствовав, как он напрягся под её задом; она ощутила, как его эрекция упирается в неё сзади. — Я уже воспринимаю тебя в сексуальном плане, и твоя грудь определенно подросла, сестренка, — хрипло прошептал Гарри ей на ухо, и его руки скользнули вверх с её живота. Айрис затаила дыхание в предвкушении. Она громко застонала, когда он накрыл её грудь ладонями, и потерлась попкой о его возбуждение, наслаждаясь его стоном удовольствия. — Ты прекрасная девушка, малявка. И неважно, насколько велика или мала твоя грудь. Я всегда буду возбуждаться рядом с тобой. Ты просто так на меня действуешь, — сказал он, сжимая её грудь, которая уже стала чуть больше «первого размера». Айрис издала еще один, более громкий стон, пока брат ласкал её. — Займись со мной любовью, брат. Возьми меня, возьми меня прямо сейчас, — выдохнула она, неистово ерзая у него на коленях. Её тело возбуждалось от этого трения. Гарри поцеловал её в шею и прикусил мочку уха. — Не сейчас, Айрис. Не сейчас. Ты еще не готова, да и время и место неподходящие. Но будь уверена, скоро я по-настоящему сделаю тебя своей. Мне становится всё труднее и труднее сдерживаться, — произнес Гарри, подавляя желание сорвать с неё джинсы и войти в её тесную щелку. Айрис раздосадованно вздохнула, но понимающе кивнула. Она перебралась с его колен и села рядом, прильнув к его боку. Гарри обнял её и крепко прижал к себе, наслаждаясь мягкостью и теплом её тела. Он отозвал свой Деус, который наложил на купе ранее, снова сделав их видимыми для внешнего мира. В этот момент дверь открылась, и в купе вошли Трейси, Дафна и Астория. Гарри улыбнулся им, позволяя своему взгляду скользнуть по их фигурам и с удовольствием отмечая, как они превращаются в прекрасных женщин. — Сиськи! — пожаловалась Айрис, сидя рядом с ним и обвиняюще указывая пальцем на грудь Трейси. — О, черт. Опять началось, — проворчал Гарри, вызвав недоуменные взгляды у трех вошедших. — И вам привет, Айрис и Гарри, — весело отозвалась Трейси. Гарри поднялся, обнял подруг и крепко поцеловал Трейси и Дафну в губы. Он снова сел рядом с Айрис, которая с ревностью рассматривала пышную и ладную грудь Трейси. — Что это с ней? — спросила Астория, указывая на Айрис и усаживаясь по другую сторону от него. Астория победно ухмыльнулась, когда они с Айрис заняли места по бокам от Гарри, вынудив Дафну и Трейси сесть напротив. Дафна бросила на сестру недовольный взгляд. — Айрис комплексует из-за своей фигуры, — пожал плечами Гарри. Айрис что-то невнятно проворчала. — Ну и как тебе такое, Дафна? У Трейси грудь уже больше, чем у тебя. Ты отстаешь в соревновании, — хихикнула Астория, пытаясь заставить сестру ревновать. Дафна лишь небрежно пожала плечами. — Это неважно. Гарри без ума от моих изгибов и прекрасной попки. Я вполне могу позволить Трейси лидировать по части груди, — парировала Дафна с усмешкой, не собираясь сдаваться. — О, с этим не поспоришь, — лукаво улыбнулся Гарри, подыгрывая ей. — И грудь, и задница, — проворчала Айрис, сердито поглядывая то на Трейси, то на Дафну. — Не переживай, любовь моя. Твоя фигурка мне тоже очень нравится, — Гарри ласково похлопал Айрис по бедру. Та застенчиво улыбнулась и положила голову ему на плечо. Остальные три девушки рассмеялись над их перепалкой. — К сожалению, Астория отстает по всем категориям, — подшутила Айрис. — Скажи им, Гарри! Скажи, что у меня тоже отличное тело. Ты ведь не позволишь своей сестре оскорблять меня, верно? — в тон ей ответила Астория. — Прости, любимая. Я еще недостаточно видел и трогал тебя, чтобы поручиться за твою фигуру, — ухмыльнулся Гарри. Астория приставила палец к подбородку, делая вид, что усиленно думает. — Хм, ну что ж, тогда потрогай и оцени, — ухмыльнулась Астория. Она встала прямо перед ним и повернулась спиной, выставив свою попку прямо перед его лицом. — Тори! — предостерегающе окликнула её Дафна. — Что? Я могу делать всё, что захочу. У нас свободная страна, — огрызнулась Астория, вызывающе глядя на неё и словно подначивая сестру на спор. Дафна лишь фыркнула, но больше протестовать не стала. Гарри тем временем замер, не зная, как поступить. Ему определенно хотелось потискать Асторию, но он не желал навлекать на себя гнев Дафны. — Ну же, смелее, — подстегнула его Астория, покачивая задом прямо перед его лицом. Гарри взглянул на Дафну, которая лишь пожала плечами и сделала разрешающий жест. Гарри с облегчением выдохнул, положил руки ей на колени и позволил своим пальцам скользнуть выше. На Астории были облегающие хлопковые брюки, так что он прекрасно чувствовал тепло её кожи сквозь ткань. Его ладони остановились на её ягодицах. Он мягко обхватил её попку и сжал, наслаждаясь приятным ощущением её форм в своих руках. Астория застонала. — Да, Астория, задница у тебя что надо. С уверенностью могу сказать, что в следующем году у тебя будет такая же аппетитная попка, как и у твоей сестры. Похоже, сексуальный зад у вас в генах, — произнес Гарри с довольной улыбкой. Он не верил своей удаче: ему официально разрешили пощупать кого-то за мягкое место. Он облизнул губы, сжимая её ягодицы чуть сильнее. Спустя минуту такого ощупывания он игриво шлепнул её напоследок. — Я ставлю твоей заднице оценку «Превосходно», — ухмыльнулся он. Астория обернулась и одарила его кокетливой улыбкой. — Благодарю вас, профессор Поттер. Увидимся на отработке сегодня вечером, — многозначительно подмигнула она, похлопав его по щеке. Гарри разразился смехом, когда Астория снова уселась рядом с ним. — Что это сейчас было? — недоверчиво спросила Айрис, наблюдая за тем, как Гарри и Астория вовсю флиртуют друг с другом. — Это Астория попалась в сети Гарри и наконец-то присоединилась к гарему, — проворчала Дафна, весело качая головой. — Хм, пожалуй. Если уж мне и нужен парень, то почему бы не Гарри? — произнесла Астория, поворачиваясь к нему. Она не отрываясь смотрела на него. — Э-э... что? — переспросил Гарри. — Просто поцелуй меня, дурачок. И постарайся, чтобы это было по-особенному. В конце концов, это мой первый поцелуй, — потребовала Астория. Гарри тупо кивнул, обхватил её за талию и крепко прижал к себе. Астория жадно смотрела на него, пока их тела были вплотную прижаты друг к другу. Она закрыла глаза, когда Гарри наклонился к ней. Секунду спустя весь её мир сосредоточился на приятном трепете в животе, пока его губы нежно сминали её собственные. Она с готовностью ответила на поцелуй, впитывая его ни с чем не сравнимый запах. Они отстранились друг от друга, тяжело дыша и глядя друг на друга совершенно иным взглядом. Внезапно Астория схватила его за воротник и снова страстно поцеловала. Трейси и Дафна смотрели на них с раздражением, в то время как Айрис мягко улыбалась, наблюдая за этой сценой. — Ты этого ожидала? — спросила Трейси, подтолкнув Дафну локтем. — Само собой. За кого ты меня принимаешь? Я знала, что Астория выберет Гарри, просто не знала, когда именно, — ответила Дафна, пожав плечами. Астория отстранилась, когда досадная потребность в кислороде стала необходимостью. Она ухмыльнулась ему и похлопала по щеке. — А ты неплохо целуешься, любимый. — Я стараюсь угодить, — улыбнулся Гарри. — Что ж, тогда давай еще раз. У нас впереди прорва времени, и я думаю, мне понравится осваивать это искусство поцелуев, — проговорила Астория с лукавой улыбкой и уселась к нему на колени, обвив руками его шею. Гарри усмехнулся, обхватил её за талию и снова поцеловал. — Эй, я тоже хочу поцеловать своего брата, — проворчала Айрис. — И про нас не забывайте. Нам тоже нужен наш лучший друг, — объявила Дафна. — Отвалите. Айрис, у тебя будет вся ночь с ним. Поцелуешь его тогда. А вы двое и так всегда с ним, так что составьте себе расписание. Я забираю Гарри на всю поездку в поезде. И отказы не принимаются, — сказала Астория и начала покусывать его нижнюю губу. — Полагаю, это честно, — недовольно согласилась Айрис. — Ах, Гарри, — громко застонала Астория, когда Гарри сжал её. — Не могли бы вы найти другое купе для изучения вашей новообретенной страсти? Мне не очень-то хочется выслушивать твои стоны, — возмущенно бросила Дафна Астории. Та была с ней полностью согласна: ей бы тоже совершенно не понравилось слушать стоны удовольствия своей сестры. Это было бы чересчур странно. — Пойдем, любимый, — позвала Астория, поднимаясь и хватая его за руку. — Мы вернемся через какое-то время. А может, и нет, — бросила она остальным и потащила Гарри за собой. Гарри озорно подмигнул им, выходя вслед за своей новой любовницей. — Ну, о чем поговорим? — спросила Трейси, когда их осталось только трое. — О груди? О том, как сделать её больше, круглее и при этом упругой? — серьезно предложила Айрис, не сводя глаз с бюста Трейси. Дафна фыркнула и разразилась смехом, в то время как Трейси прикрыла грудь руками, а её щеки густо покраснели от смущения. — Нет, спасибо, обойдемся без этого, — отрезала она.