Часть 4

Кошмары… Что же это — наши глупые страхи, отражение скрытых тревог или предвестники реальной опасности? Этот вопрос терзал бы меня сильнее, если бы я проснулась в стерильной палате лазарета, под мерное жужжание аппаратов. Но я лежу в своей собственной комнате, под резким светом ярких ламп, а напротив меня сидит управляющий лагерем, его лицо непроницаемо. Он замечает, как я открываю глаза, и коротко бросает: «Все вопросы потом». Из кармана он извлекает мой охотничий нож – изящный клинок с гравировкой королевского герба, который я всегда ношу с собой. Усмешка застывает на моих губах, превращаясь в болезненный хрип. «Вы так глупы, – наконец, удаётся мне проговорить, – не узнать нож королевской семьи и королевскую особу». Я даже умудряюсь выдавить ироничную ухмылку, хотя это стоит мне немалых усилий. Управляющий крутит нож в руках, осматривает его с любопытством, а затем возвращает мне. — Добро пожаловать, мисс Мюллер. Простите за такой… не совсем радушный приём, — он поднимается с кушетки, его движения немного скованны, и направляется к двери. Он не выглядит искренне раскаивающимся, скорее, он выполняет некий ритуал, отбывает повинность. Я снова ложусь, чувствуя себя неуютно. Этот человек вызывает во мне недоверие, что-то в его манерах напоминает о хищнике, притворяющемся добродушным. В дверь робко стучат. Я ожидаю управляющего, но вместо него на пороге появляется Несса. И я, к своему удивлению, чувствую, что её присутствие пропитано еще большей холодной враждебностью, чем прежде. Она садится на кушетку, и это настолько неожиданно, что заставляет меня приподняться. Странно видеть Нессу в роли не агрессора, а посетительницы. Это как минимум любопытно. С трудом преодолевая боль, я говорю: — Разве ты не планировала выселиться из этого дома? Я не прогоняю тебя, просто… всё это кажется странным. Она смотрит на меня внимательно, оценивающе, словно решая, стоит ли указывать на моё ужасное состояние или лучше промолчать. Я прерываю этот молчаливый разбор моего вида: — Что тебе нужно? Её ответ оказывается достаточно сдержанным, чтобы не вызвать резкого отторжения. Собравшись с мыслями, я собираюсь спросить её о том, что она думает о наших отношениях, но в этотмомент в комнату врывается медсестра, резко прерывая наш неловкий разговор. Она обращается к Нессе, не давая мне ни слова сказать: — Мисс Бафри, вам следует покинуть помещение и вернуться к тренировкам. У вас будет время обсудить все вечером. Несса с силой захлопывает дверь, словно обидевшись на то, что я не препятствовала уходу медсестры. Не важно. Я и так уже достаточно измучена. Двенадцать убийств за первый день — это более чем достаточно. На хамство у меня просто не осталось сил.