Глава 10 - Марионетка

      · · · · · · ·       Тишина…       · · · · · · ·       В этом коротком, хрупком слове сейчас отражалось слишком многое. Она то безжалостно разрушалась, превращаясь в бушующую ментальную бурю, то покорно возвращалась к натянутому балансу между абсолютной пустотой и скрытым, зловещим смыслом.       Пока на одной стороне этого невидимого фронта, глубоко в чаще Дремучего леса, разрасталось яростное пламя, которое отчаянно пытались погасить своими слабеющими силами две другие девушки, здесь, в пустоте Облачной Башни, царило глухое, томительное ожидание. Оно застыло в пространстве без единого звука. Оставалась лишь слепая вера в подругу и её способность найти решение…       Но третья, самая тёмная сторона этого ночного кошмара продолжала изощрённо испытывать друг друга на прочность колкостями, рождёнными из взаимного непринятия, затаённой боли и силы характеров. Маг настойчиво пытался сломить гордую девичью фигуру, а упрямая фея принципиально не желала уступать в словесной схватке тому, кого считала бесчеловечным чудовищем. Их спор продолжался на грани фола, пока Стелла не зацепилась разумом за новую, брошенную им фразу.       «Священную жертву может искупить другой Хранитель…»       Среди всех запугиваний Валтора про масштабную боль и нескончаемые страдания, которыми он планировал насладиться при оказании помощи Блум, эта короткая реплика показалась Стелле единственным реальным просветом во тьме.       Закономерный вопрос феи Солнца и Луны не заставил себя долго ждать: — И каким же конкретно способом? — потребовала она.       Девушка продолжала стоять напротив него, всё так же демонстративно сомкнув руки на груди. Её красивое лицо было предельно сосредоточено, но тело оставалось расслабленным — со стороны могло показаться, будто истинной хозяйкой положения являлась именно она, а вовсе не этот могущественный демон. К тому же его нынешнее шаткое состояние из-за приступов боли никак не вязалось со смертоносной угрозой, которую обычно шестёрка Винкс считала крайне весомой при встрече со своим главным врагом. — Неужели мои скромные предложения наконец-то тебя заинтересовали, принцесса? — с очередной язвительной, ленивой улыбкой бархатисто отозвался демон, медленно выпрямляясь во весь рост. — Отвечай! Хватит намеренно растягивать время! — рыкнула в его сторону Стелла.       Её королевское терпение подходило к концу. Этот затянувшийся обмен репликами выходил крайне изнуряющим, особенно учитывая то, сколько уже времени мужчина стоически сносил адскую боль — прямое отражение разрушительной магии Блум, которую та столь опрометчиво позаимствовала у первородной тьмы.       Но самое страшное для Стеллы заключалось в том, что она не только не знала, сколько этот демон удерживает её здесь, в иллюзорном пространстве, но и понятия не имела, как выбраться из липкого плена. И что важнее — против кого в этот самый миг Блум применяет столь смертоносную магию, учитывая, что она должна была оставаться в безопасности в Алфее вместе с Лейлой и Флорой… — Мне выразиться помягче, ваше королевское величество, или тебе интересно узнать прямые и крайне… пикантные подробности данного спасения? — низким, вкрадчивым тоном произнёс Валтор, слегка приподнимая брови.       Его издевательская улыбка становилась только шире и порочнее, пока до испуганного разума принцессы Солярии не дошло отвратительное осознание, мгновенно отозвавшееся по всему телу колкими, ледяными мурашками. — Нет… меня абсолютно не интересует твоя очередная грязная провокация, — брезгливо отрезала Стелла, бледнея. — Напротив, принцесса, это самый приятный и действенный из всех существующих способов для огненной феи, — вкрадчиво шепнул маг.       Стелла возмущённо фыркнула и презрительно прошептала, отворачивая лицо: — Какая же это мерзость…       На что тёмный маг лишь театрально усмехнулся, картинно разведя широкие ладони в стороны: — Какая невосполнимая жалость, что мы с тобой вновь не смогли договориться… — Валтор едва заметно покачал головой, изображая притворную грусть.       Положение его тела не менялось уже довольно давно: палящая боль внутри груди то жгла на пределе человеческих возможностей, то коварно притуплялась, готовясь взорваться новой, ещё более сокрушительной бурей. Валтор выжидающе, хищно смотрел на замершую принцессу Солярии и, так и не дождавшись от неё капитуляции, решил раз и навсегда закончить эту затянувшуюся бессмыслицу.       Всё то, что ему удачно удалось выудить у этой глупой феи за время беседы, — это знание об огромной, непроглядной пропасти, пролегающей между Блум и всем остальным миром. Это играло мужчине исключительно на руку. Преданные подруги до этой ночи были совершенно не в курсе её ментальных проблем, пока он лично не раскрыл глаза одной из них, а школьное руководство и вовсе считало девчонку опасной и нестабильной угрозой. Что, к слову, также входило в зону полного неведения феи Солнца и Луны…       А это означало лишь одно: оружие, способное навредить Огню Дракона, до сих пор не найдено. Пять глупеньких фей ещё до конца не осознали, в какие глубокие заговоры Алфея была погребена веками. — В таком случае, как истинный, благородный джентльмен, я с радостью возьму всё в свои руки и сам решу, чем именно мне утешить и усмирить взбунтовавшуюся магию твоей горячо любимой подруги… — с особым, пугающим энтузиазмом отозвался маг. — Ты… — гневно начала было принцесса Солярии, резко вскидывая руку для удара, но её звонкий голос по первому дуновению тёмной магии бесследно исчез.       Продолжение яростной фразы так и не отразилось в удушливом пространстве — фея беззвучно хватала ртом воздух, сначала лишившись возможности говорить, а затем и двигаться. Валтор сделал уверенный, стремительный шаг в её сторону, окончательно разорвав дистанцию.       Зловеще усмехнувшись, маг продолжил, нависая над ней всей мощью своего силуэта: — Я великодушно помогу вашему высочеству разобраться с этой небольшой, деликатной проблемой милой Блум. Но, как я тебе и обещал ранее — она будет невыносимо, страшно страдать, а ты… ты будешь молча смотреть на плоды своих собственных трудов. Без единого слова, без права рассказать кому-либо ещё во Вселенной о нашей маленькой ночной беседе.       Громкость его низкого, рокочущего голоса стремительно нарастала, заполняя собой всё пространство, а сильная ладонь в резком приступе властности грубо захватила подбородок девушки. Он с силой заставил её запрокинуть голову, вынуждая Стеллу ещё плотнее вкушать эту страшную плату, которую демон продолжал хладнокровно выставлять на свет. — Поверь мне на слово… это будет незабываемая, сладкая боль. Настоящая агония. Настолько сильная, что принцесса Домино в конечном итоге будет искренне ненавидеть меня, но ещё сильнее, всей душой она будет ненавидеть именно тебя… за то, что ни одна из её хвалёных подруг так и не смогла вовремя прийти и помочь ей в этой борьбе.       Валтор ядовито прищурился, и его зрачки вновь полыхнули фиолетовым огнём: — Отныне ни ты, ни твои никчёмные подружки не сможете мешать моим планам. Вы будете лишь безмолвными, жалкими наблюдателями собственного краха. А если посмеете нарушить запрет и попытаетесь вмешаться — ваши процветающие миры рухнут в одночасье, а родные города будут сожжены дотла первородной тьмой и пламенем…       На его порочном лице расцвела широкая, безумная улыбка, а затем он, едва приблизившись, горячо и пугающе прошептал ей прямо в подрагивающие губы: — …А затем сокрушительный и окончательный крах потерпите и вы сами.       Резкое движение — маг, едва ощутимо сжав напоследок её побелевший подбородок, отпустил его, стремительно отступая на шаг назад.       Одинокая крупная слеза скатилась по бледной щеке принцессы Солярии. Тяжёлая капля сорвалась с подбородка и глухо упала на холодный каменный пол, отозвавшись во мраке слабым, сиротливым звуком.       Оцепенение мгновенно отступило. Из груди судорожно вырвался рваный всхлип, прозвучавший, как жестокий приказ того, кто безжалостно ломал её судьбу. Было невыносимо, удушающе больно, но хуже всего — осознавать истину: эта ошибка гарантированно приведёт Клуб Винкс к сокрушительному поражению. Демон слишком ловко обошёл её на ментальном поле боя. Ей попросту не хватило опыта, чтобы на равных тягаться с существом, о котором так часто предупреждали старшие. Слепые эмоции вновь взяли верх над разумом, и теперь, когда буря утихла, внутри неё не осталось ничего.       Валтор молча наблюдал за тихим триумфом над девчонкой, с гурманским удовольствием вкушая результат. Выбить из зоны комфорта вечно беззаботную принцессу Солярии изначально было непросто. Но теперь, в зловещем опиуме густых теней, она осталась совершенно одна. Этот промежуточный итог воодушевлял мага. Его тёмная энергия довольно урчала, впитывая мощный поток чистого негатива и ступора, накрывших несчастную фею.       Лишь где-то на задворках очерствевшей души мимолётно проскользнула циничная нотка жалости — не только к ней, но и к Блум, чья прошлая слабость теперь неумолимо преследовала рыжеволосую Хранительницу. — Ну же, милая принцесса, не стоит так сильно печалиться из-за сделки, условия которой с самого начала были на моей стороне… — неожиданно произнёс демон.       Его пронзительный взгляд выражал леденящее равнодушие. Это были пустые звуки, брошенные не ради утешения, а чтобы подточить её внутренний хребет ещё сильнее. Но принцесса продолжала упорно молчать, и мужчина с напускным сочувствием продолжил: — Это был славный, весьма поучительный урок, Стелла…       Он произнёс её имя так приторно, будто осквернял само понятие великого королевского древа Солярии. — …Никогда не стоит давать демону полную свободу действий.       Стелла стояла замерев, почти не дыша. Пустой взгляд был устремлён в пол, пока потрясённое тело судорожно отражало ментальные удары. В голове лихорадочно проносились пугающие исходы, но в каждом из них теперь фигурировали лишь её честное имя и непроглядная тьма. Фея больше не видела себя на прежней, безупречно светлой стороне. Молчание никогда не было её коньком, но любые сказанные вслух слова отныне мгновенно сломают не только её жизнь, но и судьбы остальных миров Магикса. Сама того не желая, она превратилась в безвольное оружие врага, который так изящно и беспощадно подчинил её своей воле.       Но даже посреди этого распада где-то в глубине души пробился знакомый, чистый свет. Именно этот солнечный стержень вывел Стеллу из тумана обречённости. Её изящный силуэт едва заметно пошатнулся, а потемневший взгляд уверенно нашёл мага, выражая непоколебимую твёрдость и неприкрытую ненависть. Глаза девушки покраснели, но новых слёз на щеках больше не было — их не должно быть у будущей королевы. В тишине кабинета раздался её надломленный, вязкий шёпот: — Какое же ты… бездушное… чудовище…       Она целенаправленно дробила каждое слово, чтобы маг понял, насколько глубоко эта травма коснулась её существа. Однако мужчина лишь снисходительно улыбнулся: — Безусловно, — с видимым удовлетворением подтвердил он, а затем безразлично добавил: — Но мне, признаться, жутко плевать на подобные сентиментальные замечания.       Он открыто издевался над её слабостью, демонстрируя абсолютное превосходство, которое заключалось в древних знаниях и выдержке. Валтор филигранно манипулировал ею, намеренно выстраивая каждую фразу исключительно в свою пользу. — Что… что ещё я должна сделать, чтобы ты прямо сейчас вернул моих подруг? — превозмогая гордость и борясь с сухостью в горле, спросила Стелла. — Что сделать, чтобы ты наконец… начал действовать?       Из её уст так и не смогло вырваться благородное слово «помогать». Тот кромешный ад, что маг так красочно описал ранее, невозможно было назвать помощью — это были изощрённые мучения, растянутые во времени. Из-за гнетущей паузы Стелла подумала, что он не удостоит её ответом, но Валтор вновь величественно зашагал к ней из тени. — Для начала — достаточно просто хорошо вжиться в свою новую роль, принцесса… — низким ровным тембром произнёс он, останавливаясь в паре шагов. — Думаю, для такой артистичной натуры, как ты, это не составит труда.       Монументальное лицо мужчины сейчас никак не вязалось с безумием, которое иногда пугающе вспыхивало в его глазах. Если бы кто-то не знал этого выродка, то мог бы счесть его непредсказуемым психопатом. Но каждое его действие и слово были идеально выверенными. Это был его грандиозный театр, призванный показать, каким великим мастерством ведения сложнейшей игры он обладает. — Отныне мы с тобой вынужденные союзники, — маг коротко усмехнулся. — Хотя, исходя из ситуации, тебе будет до тошноты противна данная формулировка. Но принцессе Солярии в любом случае придётся смириться и безупречно играть выданную в этом спектакле роль…       Он вновь опасно приблизился, почти касаясь её уха горячим дыханием, и жёстко закончил: — …Играть так, чтобы ни одна твоя глупая подружка из Винкс больше никогда не посмела мне помешать.       Пустота и тишина сменились изнуряющими раздумьями, похожими на бесконечное падение в бездну. Яркий свет в теле феи медленно гас под удушающим взглядом демона, который с хирургической точностью навязывал ей извращённую идею — новую жизнь, полную липкой лжи.       Но среди обречённости в душе принцессы Солярии теплилось и нечто иное: отчаянное желание идти вперёд вопреки роковой ошибке, которой она только что опрометчиво позволила исполниться в стенах этого кабинета. — Я временно притуплю тьму, — среди оглушительного безмолвия раздался низкий, бархатистый голос, заставивший Стеллу вздрогнуть. — Но как долго это продлится — мне неизвестно. Возможно, уже завтрашним утром милая Блум вновь поддастся зову голодной тени.       Солнечная фея упорно молчала, стараясь сохранить остатки королевского достоинства. Разорванные мысли никак не желали стыковаться, но имя рыжеволосой подруги вызвало в измученной девушке щемящее волнение.       Только теперь до неё дошла суть брошенной магом фразы.

      «И в этом заключается его хвалёная помощь?»

«В том, чтобы как можно дольше измываться над ними?»

      Стоило ожидать подобного коварства от порочного существа, но дерзость не позволила Стелле безропотно сносить эту душную тишину. — Тогда сделай всё, чтобы этого не произошло, о великий и всемогущий… демон… — с неприкрытым сарказмом процедила она сквозь зубы, бесстрашно вскинув подбородок.       Маг снисходительно усмехнулся. В его глазах на мгновение блеснуло опасное фиолетовое пламя, сменившееся азартным огоньком заядлого игрока. — Боюсь, хрупкая Блум попросту не переживёт столь агрессивную терапию, принцесса, — протяжно, смакуя каждое слово, произнёс мужчина. А затем, откровенно издеваясь над познаниями феи в высшей магии, с приторной ухмылкой добавил: — Тебе ли не знать, Стелла, что истинным исцелением обладает лишь светлый Хранитель первозданного Пламени Дракона…       Валтор выдержал театральную паузу и, резко сменив вкрадчивый тон на холодный и приказной, отрезал: — Но сейчас разговор не об этом. Ни ты, ни твои никчёмные подружки всё равно не сможете мне помешать в этом… деликатном исцелении.       Девушка вновь внутренне напряглась, чувствуя себя невероятно мерзко под этим давящим авторитетом. Но в тени её раненого эго находились вполне логичные оправдания чужой язвительности. Этот проклятый маг был абсолютно прав в одном — у Клуба Винкс действительно не хватало глубинных знаний об устройстве древнего мира.       Однако признаваться в слабости гордая фея не желала. Тем более сейчас, когда коварный демон уже что-то задумал, и у них не оставалось шанса это изменить. — Я в курсе… — сухо отмахнулась Стелла, сделав неопределённый жест рукой. Она произнесла это машинально, без малейшего желания продолжать бессмысленный спор.       Но Валтор не собирался прекращать досаждать ей своим удушающим вниманием, умело цепляясь за её реакцию. — Прежде чем я великодушно верну твоих заждавшихся подружек… — лениво произнёс демон, плавно отталкиваясь руками от края деревянного стола и выпрямляясь во весь внушительный рост, — я, пожалуй, поведаю тебе одну маленькую, весьма занятную тайну. Считай это скромной наградой за то усердие, с которым ты в итоге согласилась на сделку со мной.       Мужчина задумчиво прищурился, глядя куда-то поверх её золотистой макушки, а после вновь выпустил тихий, язвительный смешок: — Всё же, признаться честно, на своём веку я встречал существ гораздо глупее тебя.       Тонкие пальцы Стеллы судорожно сжались в кулак, издав отчётливый хруст костяшек. На её лице яркой вспышкой отразился праведный гнев, но она так и не рискнула вымолвить ни слова. Девушка просто замерла, затаив дыхание, ожидая сокровенной тайны, которую маг соизволил ей открыть. — Даже первородное Тёмное Пламя Дракона имеет редкое свойство исцелять, — вкрадчиво, почти шёпотом начал разъяснять демон, медленно прохаживаясь по кабинету. — Но живой объект, к которому направлена эта агрессивная магия, должен находиться в полном здравом уме, и, что желательно, — искренне не бояться самого носителя силы…       Он сделал томительную паузу, на секунду усмехнувшись мрачным мыслям, и продолжил: — Как ты понимаешь, и то, и другое сейчас далеко до идеала в случае с нашей дорогой Блум. Любое неосторожное проникновение чужеродной магии в её нестабильный разум мгновенно разорвёт её хрупкую личность на две противоборствующие половины. Именно поэтому, принцесса Солярии, этот запущенный случай тяжелейшего волшебного отравления требует колоссального времени и терпения…       Валтор вальяжно вернулся к рабочему месту и слегка облокотился на спинку массивного кресла, победоносно резюмируя: — Надеюсь, я вполне исчерпывающе ответил на твои громкие и столь пафосные вопросы?       Девушка ничего не ответила. Она лишь молча, с глубоким подозрением посмотрела на мага, лихорадочно обдумывая и взвешивая каждое услышанное слово. Всё происходящее казалось слишком странным и пугающим.       Самое подозрительное заключалось в том, что в стенах Алфеи за все годы обучения авторитетные преподаватели никогда даже вскользь не упоминали подобный магический факт. Директриса Фарагонда лишь обтекаемо говорила на лекциях о высшей магии исцеления, утверждая, что эта редкая способность дана природой лишь дипломированным целителям и самой Блум…       И ни единого слова о существовании другого, тёмного носителя схожей силы. Из этого напрашивался один вывод: либо Валтор сейчас изощрённо лгал ей в лицо, либо их многоуважаемая наставница сознательно что-то недоговаривала.       Резкий, звонкий щелчок мужских пальцев мгновенно вывел принцессу из затянувшихся раздумий. Пространство кабинета на секунду исказилось, а затем плотная тёмная магия материализовала из пустоты два знакомых силуэта.       Пышные крылья Музы и Текны, переливающиеся волшебным блеском, сразу заполнили мрачную комнату ярким неоновым светом. На лицах обеих фей явственно прослеживалось глубокое беспокойство, но стоило им увидеть живую и невредимую Стеллу, как каждая из них мысленно вздохнула с облегчением. Они принялись лихорадочно осматривать окружающее пространство и саму подругу на предмет скрытых повреждений.       В головах прибывших девушек сейчас крутились тысячи невысказанных вопросов, учитывая, что они пробыли в пространственной пустоте неизвестное количество времени, утешая себя лишь компанией друг друга и зыбкими надеждами на лучший исход. Однако долгожданная, радостная встреча подруг так и не состоялась. Тяжёлую тишину бесцеремонно нарушил демон, о существовании которого взбудораженные феи на радостях напрочь забыли. — Итак, теперь, когда все главные действующие лица наконец-то в сборе… — подал голос Валтор, и его уверенный, властный тембр заставил Музу и Текну испуганно встать в боевую позицию. — Выделяю вам ровно пару минут на ваше слезливое счастье встречи. А затем мы дружно отправимся успокаивать вашу обезумевшую подружку, пока она окончательно не спалила дотла двух других маленьких фей и весь лес. — С каких это пор ты стал открыто командовать нами? — презрительно, с вызовом бросила Муза, не намереваясь безропотно терпеть приказы злейшего врага.       В отличие от Стеллы, которая лишь обречённо поникла и тихо покачала головой, вновь прибывшие феи выглядели бойко и решительно. Самодовольная улыбка мага и зловещая тишина породили массу вопросов.       Текна, анализируя пугающе изменившуюся атмосферу кабинета, сделала шаг вперёд. — Стелла, что здесь происходит? — тихо, с явной тревогой спросила она, вглядываясь в побледневшее лицо подруги.       Принцесса Солярии долго молчала, словно подбирая безопасные слова, а затем глухо ответила, упрямо глядя прямо перед собой: — Всё гораздо хуже, чем мы могли предположить…       Этот ответ прозвучал настолько надломленно, что Валтор торжествующе усмехнулся, вкушая начало долгожданного действа. Гордая королевская наследница теперь откровенно боялась назвать первопричину их беды. Она бросила в его сторону затравленный взгляд и поспешно уставилась в пустоту.       Но демона было не обмануть: липкий, первобытный страх за Блум балансировал на грани душевного распада. Именно он удачно посеял нужное зерно в её светлую душу. И это было только начало. Чем дальше продвинется их вынужденный отряд, тем больше тёмных тайн встанет между Винкс. А Стелла, скованная его ментальным запретом, просто не сможет разделить свою ношу с подругами.       Для мужчины это было самым изысканным удовольствием. — Думаю, ты можешь лично посвятить подруг в суть проблемы, принцесса, — вкрадчиво произнёс Валтор, мгновенно приковывая к себе удивлённые взгляды.       Его низкий голос звучал приторно. Маг явно наслаждался этим коротким приказом и слабостью солнечной феи. Панические взгляды и напряжение девушек стали для демона высшим эстетическим зрелищем, а их слепая, бессильная ярость лишь забавляла его. — Стелла?.. — требовательно произнесла Муза, недоверчиво переводя взгляд с довольного лица демона на застывшую подругу. — Да не смотрите вы на меня так! — резко воскликнула фея, демонстративно закатив глаза. — Со мной всё в полном порядке.       Она нервно мотнула головой. Пока Валтор на мгновение скрылся из виду, вернувшись к столу, девушка отчаянным взглядом намекнула подругам: тяжёлый разговор обязательно состоится, но позже, не при этом монстре.       Она уже пообещала себе, что найдёт нужные слова, даже если эта ошибка нанесёт непоправимое клеймо на её душу и разрушит прежнее доверие. — Заражение магии Даркара… оно вернулось к Блум, — с трудом сдерживая дрожь, выдохнула Стелла. — Что?! — в один голос поражённо воскликнули Текна и Муза, округлив глаза от ужаса. — Ты уверена? — с сомнением поинтересовалась Текна. — Ещё утром, когда я проверяла её показатели в Алфее, никакой тёмной ауры не было… — В любом случае нам стоит проверить… — резко перебила её Стелла, не желая затягивать изнуряющие разговоры под пристальным взором врага.       К огромному удивлению подруг, она решительно повернулась к Валтору и, бесстрашно встретив насмешливый взгляд его холодных глаз, твёрдо сказала: — Не будем терять время… Веди. — Как прикажете, ваше королевское высочество, — с изящной издёвкой отозвался маг, изысканно поклонившись.       Он не скрывал победной улыбки. Из-за гнетущей лжи сцена девичьего общения казалась жутко натянутой. Мужчина выпрямился и сделал широкий, уверенный шаг навстречу замершим феям. Он краем глаза отметил оборонительную позицию Музы и Текны и маскировочное безразличие солнечной принцессы.       По его мысленному велению густая первородная тьма стремительно поползла по каменным стенам, плотно формируясь вокруг четырёх силуэтов.       Стоило девушкам на мгновение зажмуриться, как замкнутое пространство Облачной Башни резко сменилось оглушительным шумом ветра и грозным треском ломающихся ветвей. Вокруг стеной стоял ночной Дремучий лес, а над головами, перемешиваясь с раскатами грома, уже разносился дьявольский хохот, блуждающий пугающим эхом где-то в непроглядной чаще…       ─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───       В самом сердце Дремучего леса разворачивался настоящий кошмар. Яростное тёмное пламя било на поражение, без малейшего сожаления, а его безумная носительница не желала слушать разумных доводов. Все отчаянные фразы, которые из последних сил выкрикивали Лейла и Флора, бесследно тонули в треске горящих сухих ветвей и шквальном ветре, лишь сильнее раздувавшем адский огонь.       Магические силы девушек были на исходе. Великая магия Энчантикса оказалась бесполезной перед лицом этой стихийной ярости. С каждым новым сокрушительным ударом магия Блум становилась темнее и мощнее, а её дикая ненависть росла. Пока бушующий пожар кольцом обходил беззащитных фей, им оставалось лишь держать совместный барьер и слепо уповать на чудо.       Волшебная пыльца, направленная на подругу в первых попытках исцеления, мгновенно сгорела. Парящий в воздухе силуэт рыжеволосой феи и её леденящий душу смех заставляли девушек лихорадочно искать спасительное решение. Но его попросту не существовало. Приходилось покорно держать оборону, надеясь на призрачный шанс отступить.       Смертоносное пламя находило их в любых укрытиях. Даже мимолётное касание этой тёмной магии обжигало кожу так невыносимо, что вызывало лишь горькие слёзы и парализующую боль.       Постепенно защита, выстроенная общими усилиями, начала истончаться. В этот критический момент фей пронзила паническая мысль:

«А сможем ли мы вообще выбраться отсюда живыми?»

      Жестокое существо, захватившее разум Блум, не шло на мирные соглашения. Утробный смех холодил кровь, а редкие обрывочные фразы доводили Лейлу и Флору до глубочайшего шока. Но главный вопрос оставался без ответа: как это вновь могло случиться с Хранительницей Огня Дракона?       Очередная мощная атака едва оставила Лейлу на ногах. Древние корни Флоры, оплетавшие барьер из розового морфикса, в мгновение ока сгорели дотла, причинив фее Природы острую ментальную боль. Девушка не выдержала удара и с глухим стоном рухнула на колени прямо в опалённую траву, судорожно хватаясь за раскалывающуюся голову. — Я… я больше не могу… Больно… — со слезами в голосе простонала она. — Блум! Умоляю, остановись! — яростно, со срывом в голосе крикнула Лейла, закрывая Флору своим телом.       Вместо ответа девушек вновь настиг безумный хохот. Блум подлетела почти вплотную к разрушающемуся барьеру, формируя в исчерченных тёмными венами ладонях новую атаку. — Вы… ха-ха… вы сгорите здесь первыми! — оглушительно рассмеялась она со скрежещущим, металлическим презрением в голосе. — А затем я с особым удовольствием уничтожу остальных!       Этот шёпот-надрыв звучал настолько жутко, что стирал грань между человеческим и звериным. Горящие жёлтые глаза со змеиными зрачками, дорожки запёкшейся крови на бледном лице и неестественно тёмные ладони, сочащиеся ядовитой магией, внушали ужас.       Это состояние бесконечно отличалось от Тёмной Блум, с которой они сталкивались в замке Даркара. Древняя тень теперь выглядела иначе: её ментальный каркас в теле светлой Хранительницы стал в сотни раз крепче. Теперь эта тварь говорила от своего имени, а не слепо подчинялась чужим приказам. — Прощайте… жалкие, никчёмные феи… — плотоядно прорычал силуэт, резко направляя раскрытую ладонь в сторону трескающейся защиты.       Измученные девушки в ужасе зажмурились, мысленно прощаясь с жизнью. Но вместо смертоносного удара в ночной чаще раздался удивлённый вопль самой Блум. В тёмный силуэт на огромной скорости прилетел сокрушительный импульс совершенно иной, колоссальной магии. Одержимая фея отлетела на несколько метров назад и с громким треском врезалась спиной в ствол старого раскидистого дерева.       Защитный барьер, исчерпав последние крохи энергии, с хрустальным звоном рассыпался стеклянной пылью. Бушевавшее пламя утихло, оставив обугленное пепелище. Над чёрной землёй колыхалось раскалённое марево, и сизый дым медленно сливался с предрассветным туманом.       Среди этого смога появилась высокая мужская фигура. Маг ступал по выжженной земле медленно и бесшумно, направляясь прямо к распластавшейся у дерева Блум. — Какая наигранная кровожадность, милая… — раздался его низкий голос, окутывая пространство маревом непререкаемой силы. — Валтор… — гневно, одними губами процедила потрясённая Лейла, закрывая собой раненую подругу.       Мужчина шёл лениво, заложив руки за спину. Он смотрел исключительно на огненную фею, с холодным интересом изучая её ментальное состояние. — Он… он что, только что спас нас? — едва слышно прошептала Флора.       Абсолютное неверие сковало измученных фей. Многолетний опыт прошлых сражений твердил: от этого коварного демона нужно ежесекундно ждать подвоха. Но сделать выпад они не успели. Позади раздался синхронный шелест крыльев, и на обугленную траву приземлились три девушки. — Вы как? Живы?! — взволнованно спросила Муза, искоса бросая полный ненависти взгляд на Валтора. — Кажется, теперь да, — тихо отозвалась Флора, принимая помощь Текны, которая помогла ей подняться. — Спасибо… — Как вы нашли нас в этой глуши? — тяжело дыша, спросила Лейла. — Воспользовались любезными услугами демона… — с глубоким презрением прошептала Стелла.       Она хотела добавить что-то ещё, но внезапный холодный смех, полный первобытного безумия, заставил всех обернуться к сломанному дереву. Шок отразился на лицах тех из Винкс, кто ещё не видел этого кошмара воочию. — Что за чёрт… — шёпотом произнесла Муза.       Из густой тени у потрескавшейся коры восставал зловещий силуэт. Но это была уже не Блум. Это была истинная Тёмная фея. Её большие, некогда прекрасные и сияющие крылья теперь напоминали жуткие лоскуты разорванной, полупрозрачной грязной ткани. Они выглядели так нелепо и страшно, словно недоразвились в утробе тьмы, родившись из спины жалкими, разноразмерными отрезками. Прежнее нежное платье было изуродовано до неузнаваемости, став тёмным, как грозовая ночь. Тот привычный, лёгкий голубой каскад любимого сарафана сейчас напоминал бездонный, бесформенный мешок, поглощающий свет. А красивые перчатки и босоножки превратились в густую черную слизь, которая медленно и тягуче окутывала бледные конечности и туловище Хранительницы. Девушка смеялась. Жутко, надрывно, и этот безумный смех разлетался по чаще новым, страшным предостережением, заставляя всех Винкс до предела напрячься. — Концентрация тёмной энергии зашкаливает, — упавшим голосом произнесла Текна, глядя на экран портативного компьютера. — Мои сенсоры вообще не улавливают светлую магию. Ни единого процента.       Это заключение прозвучало как смертный приговор. — Нужно немедленно что-то делать… — тихо, сдерживая слёзы, произнесла Флора.       Покачиваясь от слабости, она переступила с ноги на ногу и тяжело оперлась на плечо Музы. — Не нужно, — резко оборвала её Стелла, стараясь сохранить твёрдый тон. — Он поможет. Но мы не должны ему мешать. — Ты предлагаешь просто стоять в сторонке и ждать?! — грубо, с явной обидой спросила Лейла.       Она с искренним возмущением наблюдала за тем, как солнечная принцесса пытается сохранять какое-то странное, фальшивое безразличие. Ведь всего несколькими часами ранее именно Стелла рьяно желала разузнать правду, отомстить и выгадать у демона всё то, что он скрывал. Но теперь её поведение казалось жутко подозрительным. — Я не предлагаю… — почти беззвучно ответила Стелла. Понимая, как предательски это звучит для команды, она поспешно добавила, — Это условие... Я клянусь, что всё объясню. Но не сейчас и точно не здесь… Она сделала болезненную паузу и тяжело, щемяще выдохнула, умоляюще глядя на подруг: — Пожалуйста… просто доверьтесь мне в этот раз.       Оглушительный смех вперемешку с утробным рыком, разорвавшийся со стороны одержимой подруги, заставил девушек прервать натянутый спор и судорожно обернуться. Быть безвольными зрителями в такой критический момент — пожалуй, худшая, самая мучительная часть кошмара. Особенно когда единственным потенциальным спасителем выступает могущественный демон, чьи истинные мотивы покрыты мраком, а методы боя всегда отличались крайней жестокостью. — Сногсшибательный наряд, милая, — язвительно, с неприкрытым сарказмом протянул Валтор, вальяжно делая шаг вперёд. — Признаться честно, твои прошлые крылья смотрелись на тебе в разы лучше этого убожества…       Его монументальная фигура, уверенно скрещённые на груди руки и длинные тёмные волосы, едва заметно колыхавшиеся на стихшем ветру, внушали пугающую уверенность. Он держался так, словно полностью контролировал каждый сантиметр этого выжженного леса. — Он что… на полном серьёзе издевается над ней? — едва дыша от возмущения, прошептала Стелла. — Скорее всего, сознательно провоцирует её, чтобы точечно проанализировать стабильность её новой силы, — сухим, лишённым эмоций голосом отозвалась Текна, не отрывая взгляда от экрана портативного компьютера. — А по-моему, этот самовлюблённый павлин просто тянет время, наслаждаясь своей властью, — раздражённо добавила Муза, сжимая кулаки.       Но Валтор не просто выжидал идеальный момент. Первобытная ярость внутри тёмной сущности, захватившей разум и тело Блум, сейчас зашкаливала, а доля её собственной, чистой магии упала настолько низко, что ощущалась лишь как едва уловимое колебание воздуха.       Среди этого жуткого фантома демон отчётливо чувствовал чужую, невыносимую боль — настоящую, разрывающую изнутри агонию истинной Хранительницы. Она душила рыжеволосую фею настолько безжалостно, что сил на осознанную внутреннюю борьбу у несчастной девчонки больше не оставалось. Обычный разговор в данном случае был бесполезен, но хорошенько раззадорить и уколоть строптивое существо, что сейчас нагло носило имя Блум, было вполне рабочим планом.       Королевский характер феи, даже осквернённый мраком, не заставил себя долго ждать. Яростный удар обжигающей тёмной магии сорвался с почерневших ладоней Блум, устремляясь прямо в грудь мага, но тут же был лениво перехвачен им на лету. Валтор лишь слегка отстранил в сторону одну ладонь, нарушив расслабленную стойку, и выпущенная энергия пугающе легко впиталась в его тело, не нанеся никакого видимого урона. — Нехорошо так нагло заимствовать чужую магию, принцесса, — с приторной укоризной протянул он, вальяжно покачивая головой. — Особенно когда ты так и не научилась управлять своей собственной…       Этот ядовитый, расчётливый укол мгновенно отозвался новой, ещё более разрушительной серией яростных ударов. Со стороны эти хаотичные вспышки выглядели поистине смертоносными. Однако Валтор либо грациозно уклонялся от летящих снарядов, позволяя чужой магии беспощадно опалять землю, либо намеренно подставлялся, сознательно питаясь этим первородным огнём и получая от сладостной боли лишь удовольствие.       Нынешняя магия Блум разительно отличалась от её прежних атак. Она была карающей, рождённой исключительно из чистой ярости и слепой ненависти. Её эмоции были крайне нестабильны, хаотичны и до жути немилосердны к окружающему миру.       Такая игра вполне устраивала искушённого мага, но она злила тень, что временно заменяла тело Блум. Древняя тьма категорически не желала видеть перед собой настолько сильного противника. Она страстно желала лишь его мгновенной капитуляции и унизительной мольбы о пощаде. — Ты… сгоришь! — едко, скрежеща зубами, прорычала Тёмная фея.       Её искажённый, надрывный голос раскатистым эхом отбился от вековых деревьев. Маг лишь дерзко, предвкушающе хмыкнул в ответ. А вот замершие в стороне Винкс в полном оцепенении смотрели на свою некогда добрую подругу.       Прямо за её сгорбленной спиной, соткавшись из ядовитых миазмов и густого полумрака, стремительно рос призрачный силуэт огромного Дракона, изрыгающего яростное тёмное пламя. Когда по лесу раздался его оглушительный победный рык, крупные капли жидкого огня стали падать с полупрозрачной чешуи, мгновенно прожигая землю.       Чудовище, повинуясь мысленному приказу, резко рвануло по воздуху прямо на замершего мага, желая триумфально завершить эту историю полным уничтожением врага. Непроглядное тёмное марево с колоссальной силой ударило в Валтора, поднимая тучи чёрной пыли и пепла…       ─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───