Глава I Неделя до каникул

Глава 1. Неделя до каникул. Понедельник 23 марта. На улице плюс десять, снег тает так быстро, будто его здесь никогда и не было. С крыш капает, сосульки висят. Под ногами хлюпает. И, конечно, куда без собачьего говна. Город вступает в свою самую мерзкую стадию, когда снег наполовину сошёл, а вторая половина превратилась в серую кашу. Я иду в школу, засунув руки в карманы ветровки. В наушниках играет музыка. Голова занята мыслями о том, что осталась всего неделя до весенних каникул. Целая неделя. Пять дней. Потом свобода. Можно будет дольше спать, зависать в танках и вообще не видеть некоторых лиц, например Тимофея. До школы идти минут пятнадцать, если не торопиться. Я не тороплюсь. Всё равно сегодня ко второму уроку. Захожу в школу. Вестибюль полупустой. Снимаю ветровку в раздевалке, вешаю на свой крючок, достаю из рюкзака сменку. Одел кроссовки. Поднимаюсь на второй этаж. Наш кабинет русского языка — двадцать шестой. Захожу внутрь, окидываю взглядом класс. Последние парты — наше всё. Третий ряд, последняя парта — там уже сидит Данил Нефедьев. Он что-то листает в телефоне, не поднимая головы. Я прохожу мимо, скидываю рюкзак, сажусь рядом. — Здарова, — киваю ему. — Ага, — отвечает Данил, даже не отрываясь от экрана. На последней парте первого ряда расположились Броня с Кириллом. Броня что-то говорит Кириллу. На втором ряду, тоже на последней парте, сидит Саня Стрекалёв. Он копается в рюкзаке, вытаскивает тетрадку, потом пенал. Класс потихоньку заполняется. Я оглядываюсь: последние парты снова наши. Марк где-то там, на первой парте, что-то обсуждает с Настей. Вика уже села на своё место с Милой. Влада заходит в класс с Полиной Козловой. Они проходят мимо моей парты. — Привет. — Привет, — отвечаю я. Я подхожу к окну. Снег там тает, стекает по стеклу мутными ручейками. --- Звенит звонок. В кабинет заходит Жанна Сергеевна. Она, как всегда, в хорошем настроении, ставит на стол журнал и стопку тетрадей. — Здравствуйте, присаживайтесь. Надеюсь, выходные прошли хорошо? — Открываем тетради, записываем число. Сегодня мы продолжаем разбирать деепричастные обороты. Я открываю тетрадь. Пишу 23 марта, «Классная работа». Жанна Сергеевна начинает объяснять тему. Говорит она понятно, иногда кидает взгляд на класс, проверяет, все ли записывают. Я слушаю вполуха. Знакомый материал. Данил рядом со мной вообще не пишет. На первой парте кто-то задаёт вопрос про то, как отличить деепричастный оборот от причастного. Жанна Сергеевна терпеливо объясняет. Класс слушает, хотя многие уже начали отключаться — предканикульное состояние, наверное. Урок проходит спокойно, я глянул в окно. За стеклом серое небо, мокрые крыши соседних домов. — Молодцы, — говорит Жанна Сергеевна в конце. — Домашнее задание: упражнение 245. Сдаём тетради на проверку. Звенит звонок. Урок окончен. --- Следующий урок — классный час. Это значит, что мы идём в семнадцатый кабинет, на музыку. К Маргарите Леонидовне. — Ну, погнали, — вздыхает Броня, вставая из-за парты. Мы переходим в другой кабинет. Внутри уже всё готово — парты расставлены, стулья на месте. Наша классуха сидит за учительским столом. Культурный внешний вид и строгий взгляд из-под очков. Выглядит она так, будто мы уже в чём-то провинились, хотя урок ещё не начался. — Садитесь — говорит она, едва мы заходим. Мы рассаживаемся. Я сажусь на вторую парту второго ряда, рядом с Дариной. Она уже что-то строчит в телефоне, пряча его под партой. — Убери а то Маргаритка заметит, — тихо говорю я. — Сейчас, — шепчет она, но убирает. Маргарита Леонидовна начинает с того, что оглядывает класс. — Напоминаю, что до каникул осталась неделя. Неделя, когда вы должны показать, на что способны. — Она делает паузу. — Некоторые из вас, — — Особенно хочу обратить внимание на поведение. — Маргаритка переводит взгляд на меня. — Есть те, кто считает, что им всё можно. Но это не так. Я смотрю прямо на неё. Лицо стараюсь держать спокойным. Она не отводит взгляд, но и я не отвожу. Несколько секунд мы так смотрим друг на друга. — Мурин, — наконец говорит она. — Ты что-то хочешь сказать? — Нет, Маргарита Леонидовна, — отвечаю я ровно. — Я слушаю. — Вот и слушай. Внимательно. Маргаритка продолжает. Говорит о том, что на каникулах никто не должен забывать про безопасность, про то, что домашние задания нужно сдать всем, без исключений. Потом переходит к «Мессенджеру Макс». Опять. — Я напоминаю, что у каждого из вас должен быть установлен этот мессенджер. Это необходимо для связи с родителями и оперативного информирования. Кто до сих пор не установил — прошу сделать сегодня же. Все знают, что Маргаритка заставляет качать этот мессенджер с начала года. Все знают, что никто его не хочет качать. Но вслух никто не спорит. Спорить с ней бесполезно. — Я проверю, — добавляет она. — Не в этот раз, но проверю. Мы переглядываемся с Дариной. Она закатывает глаза. Звонок на перемену спасает ситуацию. Маргаритка что-то ещё говорит, но мы уже не слушаем. Я встаю из-за парты, выхожу в коридор. --- Следующий урок — биология. Кабинет двенадцатый, на первом этаже. Мы идём туда всей толпой. По дороге встречаем Милу Казакову. Мы с ней сидим на биологии, я прохожу на своё место, она садится рядом. Галина Михайловна — биологичка — уже у доски. Она стоит, опираясь на стол, и листает журнал. Толстая и жирная как динозавр. Выглядит она так, будто сегодня опять не выспалась, хотя, возможно, это её обычное состояние. — Здравствуйте, садитесь, — говорит она монотонным голосом. — Тема сегодняшнего урока: внешнее строение млекопитающих. Класс затихает. На биологии у нас всегда тихо. Потому что наказания у неё суровые: вызов родителей, двойки, записи в дневник. И она никогда не забывает обещанного. — Открываем тетради, записываем тему, — командует она. Я открываю тетрадь. Мила рядом уже пишет. Мы иногда перекидываемся парой фраз на уроке, но сегодня, видимо, не до разговоров — Галина Михайловна с самого начала ходит между рядами и поглядывает, кто что пишет. Урок идёт скучно. Галина Михайловна монотонно рассказывает про шерстный покров, про железы, про то, как устроена кожа млекопитающих. Я стараюсь слушать, но мне хочется заснуть. Думаю о каникулах. О том, что можно будет наконец-то выспаться. О том, что Маргаритка оставит нас в покое хотя бы на неделю. Мила пишет конспект аккуратно, даже схемку какую-то рисует. Я копирую у неё то, что пропустил. — Млекопитающие, в отличие от пресмыкающихся, имеют волосяной покров, — вещает Галина Михайловна. — Кожа у них содержит потовые и сальные железы... Я смотрю в окно. Там всё так же тает снег. Звонок с урока — как глоток свежего воздуха. Галина Михайловна что-то говорит про параграф, про домашнее задание, но я уже собираю вещи. — Скукотища, — говорит Мила, когда мы выходим. — Ага, — соглашаюсь я. — Но хотя бы не орала сегодня. — Это потому что тихо было. Мы расходимся: Мила идёт искать Вику, я — к нашей компании. --- На труды мы идём в тридцать седьмой кабинет. Не к нашему трудовику, а к девочкам. У них сегодня урок с нашим классом — Нас поменяли местами с третьей четверти временно. Учительница — Наталья Васильевна, пожилая женщина, ей, наверное, уже за шестьдесят. Она немного странная, но вроде добрая. Мы заходим в кабинет. Девочек нет — они сейчас на трудах у Ивана Александровича, в мастерской. В кабинете пахнет деревом и клеем, на стенах развешаны какие-то поделки, вышивки, рисунки. — Садитесь, мальчики, — говорит Наталья Васильевна, поправляя очки. — Сегодня у нас будет теория. Я вам расскажу про технику безопасности, а потом запишем конспект. Мы рассаживаемся. Броня садится рядом со мной, Кирилл — напротив, Марк где-то впереди. — Честно, я думал, будет что-то интересное, — шепчет Броня. — А тут опять писать. — Расслабься, — отвечаю я. — Это лучше, чем что-то строгать. — Ну не знаю. У Ивана Александровича хоть весело. Наталья Васильевна начинает рассказывать. Голос у неё тихий, иногда она отвлекается на свои мысли, делает паузы, потом продолжает. — Техника безопасности — это важно, — говорит она. — В прошлом году у нас был случай... ну да ладно, не будем о плохом. Я беру ручку, записываю основные пункты. Конспект получается коротким, но этого, наверное, хватит. Наталья Васильевна не строгая. Броня рядом со мной тоже пишет. К концу урока Наталья Васильевна собирает тетради на проверку. — Я посмотрю, кто как писал, — говорит она с улыбкой. — Кто старался, тот получит хорошую оценку. Я отдаю тетрадь. Оценка меня не особо волнует, но пусть будет. Звенит звонок. Урок закончился. --- На большой перемене мы собираемся в коридоре. Броня достаёт из рюкзака булку, откусывает кусок. — Чё дальше? — спрашивает он. — География и история, — отвечаю я. — Марк подходит к нам. — На географии опять ВПР решать будем, — говорит он. — — И чё, сложно? — спрашивает Броня. — Да нет, нормально. Я киваю. ВПР — это Всероссийская проверочная работа. Пишут её в середине четвёртой четверти, но готовиться начинают уже сейчас. Учителя постоянно говорят, что это важно, что от этого зависит что-то там, но никто толком не знает, что именно. Просто пишем и всё. Звонок на урок. Мы идём в двадцать второй кабинет, на географию. --- Михаил Александрович встречает нас у двери. Он в Брюках, рубашке и очках, с чашкой кофе в руках. Как всегда, выглядит бодро, хотя уже четвёртый урок идёт. — Здравствуйте, заходите, — говорит он, пропуская нас в кабинет. Я сажусь на первую парту, ближе к доске. Географию я обожаю, и слушать Михаила Александровича интересно. Он рассказывает не скучно, иногда вставляет шутки, показывает что-то на карте. — Сегодня, — начинает он, когда все уселись, — мы будем решать задания из ВПР. Да-да, не удивляйтесь. Надо готовиться заранее, чтобы потом не было мучительно больно. Кто-то вздыхает, но без энтузиазма. Все понимают, что это неизбежно. Михаил Александрович раздаёт распечатки с заданиями. Я беру свой лист, смотрю. Там карта России, вопросы про климат, про природные зоны, про население. — Всё сами, — говорит Михаил Александрович. — Можно советоваться, но не громко. Я начал решать. Сосредотачиваюсь на заданиях. ВПР — это не страшно, если не тупить. Я доделываю задания. Проверяю ещё раз, потом сдаю лист Михаилу Александровичу. — Молодец, — говорит он, бегло просматривая мои ответы. — На четвёрку. Я возвращаюсь на место. Остаётся ещё минут пятнадцать до звонка. Сижу, смотрю в окно. На улице всё так же серо, но снег почти везде сошёл. Только на газонах остались грязные островки. --- Последний урок — история. Кабинет двадцать третий. Надежда Владимировна уже у доски. Она строгая, но рассказывает интересно. На её уроках всегда тишина. — Садитесь, — говорит она, когда мы заходим. — Тема сегодняшнего урока: войны России с Османской империей в XVIII веке. Я сажусь на своё место — вторая парта второго ряда, рядом с Дариной. Она уже открыла тетрадь и приготовилась писать. Надежда Владимировна не любит, когда отвлекаются. — Итак, — начинает она, — русско-турецкие войны. Первая из них пришлась на время правления Анны Иоанновны, затем при Елизавете Петровне, и самые значимые — при Екатерине Великой. Я записываю. Даты, имена, названия сражений. Надежда Владимировна рассказывает чётко, выстраивает всё в логическую цепочку. Крым, Азов. — Особенно важно, — говорит она, — что в результате этих войн Россия получила выход к Чёрному морю и укрепила свои позиции на юге. Я смотрю на карту, которая висит над доской. Там чёрным и красным показаны территории, которые отошли к России. Впечатляет, если подумать. Столько земли отвоевали. Урок пролетает быстро. Когда звенит звонок, я даже не сразу понимаю, что это конец. — Параграф семнадцать, вопросы после параграфа, — говорит Надежда Владимировна. — К среде. Я собираю рюкзак. Дарина рядом что-то говорит про домашку, но я уже не слушаю. Хочется скорее выйти на улицу и вдохнуть свежий воздух. --- После школы мы выходим всей компанией. На улице всё так же сыро, но свежо. Броня и Кирилл идут рядом со мной. — Тебе куда? — спрашивает Броня. — Налево? — Ага, — киваю я. — Но я с вами прогуляюсь немного. — Ну пошли, — говорит Кирилл. — Мы идём по тротуару. — Ладно, — говорю я, когда мы подходим к дому Брони. — Я обратно. — Давай, до завтра, — Броня хлопает меня по плечу. — Не скучай там, — добавляет Кирилл. Я киваю, разворачиваюсь и иду обратно. Дорога домой занимает ещё минут пятнадцать. Захожу в свой подъезд, поднимаюсь на пятый этаж. Достаю ключи, открываю дверь квартиры. Дома никого. Папа на работе, мама у бабушки. Я кидаю рюкзак в коридоре, прохожу в комнату, сажусь за компьютер. Осталась неделя до каникул. Четыре дня. Потом свобода.