Глава 12. Всё осталось позади.

      Задумавшись о своей нелёгкой жизни, я не заметила, что мои волосы уже сухие и Крис стоит передо мной, держа штаны и футболку.               – Дай мне поверх одну из своих тёплых худи, – попросила я. Каллен хмыкнул и исчез. Вернулся с той самой чёрной толстовкой с капюшоном, в которой он таскал меня на руках по пути к медпункту. Я улыбнулась и попросила его отвернуться.              Переодевшись, сразу накинула капюшон на голову. Крис усадил меня на кровать и принёс бинты. Нежно поцеловав в щиколотку, он заставил меня хихикнуть от щекотливого прикосновения. Закончив бинтовать лодыжку, Каллен надел на мои ноги теплые носки.       Очевидно, он заметил, что от синяка почти ничего не осталось, однако вопросы задавать не спешил, но нахмурился.               – Они всё ещё ведут себя как дети, прости за это, – сказал он, вставая с места и намекая на Райно. Я улыбнулась и потянулась к нему за поцелуем. Этот поцелуй отличался от того, что у нас было до этого: он был нежным, сладким и с привкусом заботы.               – Всё в порядке. Почему у вас разные фамилии? – спросила я.              Сев рядом со мной и заключив меня в холодные объятия, Крис ответил:               – На самом деле наша семья очень большая. Из-за того, что подростков у нас много и им надо в школу, она разделилась надвое, – Каллен слегка призадумался. – Я был обращён своим отцом, когда их в семье было только двое: папа и его младший брат – Карлайл. Потом мы встретили семью на Аляске, состоящую из четырёх женщин: Хелен, Ирину, Таню и Кейт. Мама на то время была главой клана.               – И они с твоим отцом запечатлелись друг на друге? – спросила я.              Крис вдохнул и чмокнул меня в висок.               – Да, и мы начали жить вместе. Спустя несколько лет мой отец захотел путешествовать по миру, и мы с мамой пошли за ним. Карлайл остался во главе семьи. Таким образом я сначала встретил Питера – он потерял родителей. Пит выглядел очень маленьким и беззащитным. Ему было всего пять лет.               – Что? – потрясенно уставилась я на Каллена.               – Да, он был ещё человеком. Нас уже тогда не мучила жажда крови, так как мы все работали в госпиталях и практически не выходили из операционной. На самом деле это очень удивительно, что в нашей семье ни у кого не возникало проблемы с этим. После обращения каждый из нас понимал, что жизнь любого человека ценнее и важнее, чем собственный аппетит. Питер даже рассуждал, как можно съесть того, кем ты был вчера, – Крис засмеялся. – Я его вырастил сам, родители временами помогали мне, и когда ему исполнилось семнадцать, он подхватил болезнь лёгких. Не выдержав его мучений, я обратил его. В то время в нашей семье появился ещё один человек. Льюис был очень худым, мама кормила его чуть ли не каждый час. Отец занимался с ним спортом, и вот так за три года из мальчика-с-пальчик он вырос до гиганта. Лю сам попросил Стива обратить его, когда ему исполнилось двадцать.               – Он старше Райно?               – Нет, у них разница в год. Райно двадцать один. Мама нашла его на побережье Хоккайдо. Он сбросился со скалы, когда родители хотели продать его якудза в качестве повиновения. В то же время, не выдержав утраты ребенка, будущая жена Карлайла – Эсми – тоже совершила самоубийство. Когда её привезли в морг, сердце ещё билось. Дядя сам обратил её. Через пять лет, когда они запечатлелись и наша семья снова собралась вместе…              Я задумчиво хмыкнула. Крис делился историей происхождения семьи, и я невольно представляла перед собой картины безликих влюблённых. Надо попросить показать их фотографии, чтобы я внешне могла ориентироваться, кто есть кто.               – В один дождливый день Таня притащила домой израненного парня. Когда Сэм полностью преобразился, никого красивее его в нашем клане, не считая Ская, не было, даже кроваво-красные глаза не портили его ангельский вид. Вампиров после этого в нашем клане стало ещё больше, так как к нам потом присоединились друг Стива и Карлайла Элеазар со своей женой Кармен. Пришлось снова разделиться. Райно хотел в Японию, и мама поддержала его. По пути мы забрали Феликса, Ская и Кая от китайской триады, хотевшей продать мальчиков за бешеные деньги на аукционе. – Крис со злостью прошипел остальные слова. – Им было всего лишь пятнадцать лет!               – Вы обратили их в таком юном возрасте? – обеспокоенно спросила я.               – Нет. У Феликса спустя год обнаружили рак крови. Когда прозвучал его диагноз, в нашем доме гостили Карлайл, Эсми и Кармен. У тети Эсми разыгрались материнские чувства, и она забрала его с собой. Кармен тоже решилась обзавестись ребёнком и, обратив шестнадцатилетнего Кая, забрала в свою семью. Позднее мы узнали, что Сэм и Феликс оказались истинными. Феликс долго бегал от него и прятался за Эсми, – Крис повеселел и снова засмеялся. – Чуть не забыл: спустя месяц после этого события тетя Кейт из того самого притона, где мы забрали младших, украла одного тринадцатилетнего подростка.               – Что, прямо украла? – я засмеялась.               – Да, она говорит, что не устояла перед его оленьими глазами. Знаешь, как она его называла? – выдержав паузу, Крис сам ответил на свой вопрос. – Бэмби.               – О боже, надеюсь, он не злится на неё.               – Да нет, Бэм наоборот счастлив. Хотя официально в документах мы указываем его настоящее имя – Бен. Бэмби стало его прозвищем. – Крис наморщил нос. – Когда он повзрослел, то нечаянно упал с лестницы и сломал себе позвоночник, Кейт обратила его сразу, не дожидаясь помощи.               – Сколько ему было? – бедные дети, им столько всего пришлось натерпеться.               – Почти шестнадцать, до заветного дня рождения оставалось только пару недель. Таким образом, наш клан состоял из девяти взрослых вампиров от тридцати до сорока, троих по двадцать и шестерых подростков, пока я не обратил Йена – и их стало семь.               – Йен? – кажется, до меня примерно дошло, чей образ я вчера на миг уловила перед особняком Калленов. Если этот мальчик не был изначально вампиром, значит…               – Да, он самый последний, его тоже я вырастил, – подтвердил мои догадки Крис. – Однако Йен сам попросил обратить его в шестнадцатый день рождения. Затем, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, мы разделили клан на две части Калленов, но для других семья под руководством Карлайла называется – клан Денали. В первую, в качестве Калленов, входят: отец, Льюис и я, мама остается под двойной фамилией, дальше Хейлы – Райно и Скай, потом мои дети – Питер и Йен. Второй клан Денали – это сначала Каллены: Карлайл, Эсми и Феликс, а потом остальные под фамилией Демиан.               – Получается, кто обратил – тот и родитель? – в очередной раз перебила я его.              Крис утвердительно кивнул.               – У Сэма и Бена фамилия своих матерей – Демиан, Кай тоже её получил, так как его родители находятся во втором клане вместе с триадой сестер.               – Вау, как вас много и как запутанно, – восторженно прошептала я. – А где сейчас Йен, если он должен быть в вашем клане?               – Он хотел попробовать пожить с Карлайлом и Эсми, так что сейчас находится в Денали.               – Каждая мать нашла свое дитя, как интересно, – тихо прошептала я. Крис взглянул на меня, улыбаясь и показывая свои забавные ямочки.               – Не все, тетя Ирина единственная, кто не хочет ребенка, – покачал головой он.              Я снова ушла в свои мысли. Так много вампиров... Интересно, как они будут относиться к тому, что я уже состою в стае оборотней? И как те отнесутся к тому, что придётся породниться с вампирами? Всё так чертовски запутанно.               – Мама приготовила тебе поесть, – сказал после некоторого молчания Крис и встал с кровати. Он протянул руки ко мне.               – Где остальные? – я сама запрыгнула на него и повисла, как коала. Ни разу не дернувшись, Каллен подхватил меня за бедра и слегка подкинул вверх. Обнимая его за шею, я ещё раз спросила: – Где они?               – Дома, разбрелись по своим комнатам, – ответил парень и, слегка наклонившись, зарылся в мою шею своим холодным носом.               – Крис, – прошипела я от внезапной смены температуры на своем теле. Каллен усмехнулся и провел губами от горла до лица. Я повернула голову в сторону, когда он дошёл до губ. Громко вздохнув, Крис чмокнул меня в ухо и, что-то напевая, понёс, очевидно, на кухню.              Просто кухней это место называть было кощунством – дизайн превосходил даже самые богатые рестораны. Очевидно, тот, кто занимался обустройством этого дома, постарался, чтобы каждая комната была изысканно превосходна.              Усадив меня за стол, парень оказался рядом с плитой. Внезапно меня поцеловали в лоб, и, повернувшись, я увидела миссис Каллен. Растягивая рот в улыбке, я потянулась к ней за обнимашками.               – Что-то никогда не меняется, – сказала она со смехом.               – Мам, – укоризненно покачал головой Крис.               – Ой, ты ей до сих пор не сказал? – спросила она виновато.               – Нет.               – Вы про что? – влезла я, не понимая, о чем они, но соображая, что это относится ко мне.               – Потом, милая, сначала покушай, – Хелен погладила меня по голове.              Мать с сыном долго переглядывались между собой. Крис то и дело кивал или, наоборот, вертел головой из стороны в сторону, будто отрицая что-то. Я пожала плечами. Очевидно, они до этого общались мысленно, и, сдавшись чему-то, он вышел с миссис Каллен из комнаты.              Когда я закончила обедать, на кухню влетел ураган по имени Питер. Он сразу же заключил меня в объятия.               – Ты её сейчас задушишь, и брат задушит тебя, – сказал Скай, заходя следом.               – Я хочу сделать ставку, кто важнее: сын или жена? – вот и Райно.               – Почему ты называл меня его женой, если мы даже не помолвлены? – обратилась я к старшему Хейлу.              Ответ мне дал подошедший Льюис.               – Вампиры в паре имеют полное право называть так друг друга и до женитьбы. Ведь это истинная пара, и никуда от неё не убежишь, – он пожал плечами и притянул своего мужа, кладя голову на его плечо.              На кухню, разговаривая с кем-то по телефону, вошел отец семейства. Закончив, он положил его в карман.               – Рея, как ты себя чувствуешь? – спросил он у меня, подходя и кладя ладонь на мой лоб, проверяя температуру.               – Хорошо.               – Ты нас сильно напугала, – улыбнулся Стив. – Есть ещё то, что может потревожить твою травму?               – Только телефонный звонок, – смущённо ответила я. – Триггер не всегда срабатывает, не волнуйтесь, – продолжила я спокойно, но волна тревоги от остальных напрямую шла ко мне. – На самом деле у меня не было панических атак с начала учебного года, я не знаю, что произошло вчера.              Райно и Льюис нахмурились, Стив выглядел сильно обеспокоенным, но не подавал виду, Питер и Скай подошли ко мне и обняли с двух сторон.               – Думаю, тебе стоит поговорить с Хелен, – поделился мыслями мистер Каллен.              Я пожала плечами.              Аромат в воздухе был настолько разнообразным и смешанным, что я чихнула.               – Будь здорова, – проголосили мне с разных сторон.               – Спасибо.               – Звонил Виктор, – сообщил Стив. – Мы ему рассказали вкратце, что случилось. Напиши на почту или позвони ему с домашнего телефона. Он беспокоится о тебе.              Я кивнула. Ужин вышел просто превосходным, давно я так не отъедалась. Скай отлип от меня и отошёл к Льюису, тот просто без слов обнял его и вдохнул запах с волос.               – Ты у нас надолго останешься? – спросил Райно.               – Пока не знаю, наверное, после выходных поеду домой, – я снова пожала плечами и улыбнулась. – А что, уже скучаешь?              Хейл ухмыльнулся в ответ.               – Непременно, – ответил он. – Жаль, что сегодня вечером нам придется разлучиться. Мы идём на охоту.              Я моргнула, а Питер уже успел обвить ногами и руками своего дедушку.               – Бельчонок, – мягко сказал мужчина, – слезь с меня.               – Не-а, – игриво ответил Пит. – Почему ты не в больнице?               – Я тоже на охоту, – он поцеловал парня в висок и похлопал его по бедру. – Слезай, обезьянка.               – Не хочу, – Пит надул губы.               – Это теперь надолго, – простонал Льюис.               – Нет. – Крис подошёл к ним и просто принял роль дерева на себя, забирая Пита у отца. – Малыш, нам нужно на охоту, я знаю, что ты не хочешь расставаться с нами. Но ведь с тобой останутся ещё мама, Скай и Рея.               – В следующий раз я пойду с вами.               – Хорошо, – сдался Крис. Младший Каллен слез со старшего.              Райно, защурив глаза, подозрительно посмотрел на меня. Крис обернулся на него и тоже уставился на меня. Ну, поняла я их, и что с того? Эх, придётся ещё немножко рассказать о жизни в Аризоне, не отстанут ведь.               – Что?               – Ничего, вернемся утром. – Поцеловав меня в лоб, Крис буквально вылетел с окна, захватив с собой Райно.               – Что это с ними? – никто не ответил на мой вопрос, а Льюис, чмокнув в щёку меня на прощание, ушёл следом за братьями.               – Я так рад, что моя дочь вернулась, – мистер Каллен по-отечески обнял меня и поцеловал в висок. Я прижалась к нему в ответ.              Миссис Каллен смотрела на нас с солнечной улыбкой.               – Иди, пока они не ушли далеко, – отправила она мужа следом за детьми.              Когда Стив изящно выскользнул из комнаты через всё то же окно, Скай спросил:               – Чем займемся?              Я пожала плечами и обратила внимание на унылого Питера.               – Пит?               – Ох, это надолго. Мам? – Скай подхватил меня на руки, и через мгновенье мы оказались в просторной гостиной. Скорее уж, домашнем кинотеатре: перед диваном на стене располагался большой телевизор. Я чуть ли не зависла с открытым ртом.               – Не любите, когда медлят? – подколола я его, устраиваясь на диване поудобнее.               – Ага, особенно в школе, – ответил Скай и двинулся обратно. Я следила за ним очень внимательно, и размытое пятно остановилось передо мной, протягивая мне пачку чипсов.               – Спасибо. Что с Питом? – спросила я.               – Долгая история, – Хейл вздохнул и продолжил. – Единственное, чем я могу поделиться: он не любит надолго расставаться с Крисом или Райно.               – А сколько тебе лет? – Крис не упомянул возраст, когда обратился Скай.               – Семнадцать, – Хейл немножко призадумался и поведал. – В тот день лил дождь и везде было скользко. Мы с мамой захотели пойти в горы подышать свежим воздухом, но попали под ливень. Моя нога соскользнула. Мама упустила меня из виду и не успела вовремя среагировать. Я упал в обрыв с гадюками, – Скай наморщил свой милый носик.              Под конец разговора рядом с нами возникли Питер и миссис Каллен. Пит предложил посмотреть “Гарри Поттера”, начиная с первой части, и я согласилась. Так что мы перешли к просмотру и обсуждению фильма.       Хелен призналась, что пару раз бывала на съемочной площадке.              Пришлось в какой-то момент оторваться и написать папе, что я в порядке. От пользователя Виктор Грант: «Малышка, будешь в сети – напиши, как ты».

От пользователя Рената Грант:

“Папа, прости, что

раньше не написала,

я в порядке. У меня

снова упал гемоглобин,

и мистер Каллен

позаботился обо мне”

От пользователя Виктор Грант: “Хорошо, что Стив – доктор”

От пользователя Рената Грант:

“Он предложил остаться

у них ещё пару дней,

чтобы присмотреть

за моим состоянием”

От пользователя Виктор Грант: “Хорошая идея. Захочешь домой – попроси Стива или Хелен набрать меня”

От пользователя Рената Грант:

“Хорошо”

От пользователя Виктор Грант: “Как ты себя сейчас чувствуешь?”

От пользователя Рената Грант:

“Вполне нормально”

От пользователя Виктор Грант: “Это была паническая атака, она снова вернулась?”

От пользователя Рената Грант:

“Да”

От пользователя Виктор Грант: “Ты уверена, что не хочешь домой?”

От пользователя Рената Грант:

“Хелен сказала, что

нам с ней надо поговорить

немножко о моей травме”

От пользователя Виктор Грант: “Это действительно хорошие новости”

От пользователя Рената Грант:

“Да, поэтому я,

пожалуй, задержусь

ещё ненадолго”

От пользователя Виктор Грант: “Привыкай к своему будущему дому”

От пользователя Рената Грант:

“Пап!”

От пользователя Виктор Грант: “Шучу (возможно, нет). Напиши Джеку, он скучает по тебе”

От пользователя Рената Грант:

“Хорошо. И, пап?”

От пользователя Виктор Грант: “Да, солнышко?”

От пользователя Рената Грант:

“Прости за то, что

заставила тебя сильно

волноваться”

От пользователя Виктор Грант: “Принцесса, никогда не проси прощения за то, за что ты не можешь быть в ответе. Договорились?”

От пользователя Рената Грант:

“Договорились, люблю

тебя очень сильно”

От пользователя Виктор Грант: “И я тебя, малышка”       Закрыв чат с папой, я открыла окошко с Джеком. Он снова так много всего напечатал и отправил, что мне стало стыдно: в какой-то мере я забыла о нём и не видела его сообщений. От пользователя Джексон Блэк: “Привет, принцесса” От пользователя Джексон Блэк: “Как у тебя дела?” От пользователя Джексон Блэк: “Я знаю, что ты прочтешь всё, как только будешь в сети” От пользователя Джексон Блэк: “Знаешь, мне недавно приснился дедушка” От пользователя Джексон Блэк: “Он сказал, что я должен охранять тебя от тебя самой” От пользователя Джексон Блэк: “Я так и не понял, почему он дал мне такой указ. Я чего-то не знаю?”       Моё сердце ёкнуло. Джексон хоть и был моим самым близким другом, но и он не был осведомлён о том, что случилось в тот вечер. Я не нашла в себе сил признаться, что я натворила, и собралась забрать это с собой до самого последнего своего вздоха. От пользователя Джексон Блэк: “Не знаю, что к чему ведет, но я постараюсь летом переехать в дом дяди Билли” От пользователя Джексон Блэк: “Будто бы моя душа зовет меня домой” От пользователя Джексон Блэк: “Даже не просто душа, а моя волчья сущность” От пользователя Джексон Блэк: “Впрочем, я жду от тебя скорейшего ответа, наша дорогая принцесса Теана”

От пользователя Рената Грант:

“Привет, Джек-Джек”

От пользователя Рената Грант:

“Я в порядке, ты как?”

От пользователя Рената Грант:

“Ты даже представить

себе не сможешь,

что со мной случилось

всего за одну неделю”

От пользователя Рената Грант:

“Мы с Крисом теперь

вместе, не знаю,

рассказывал ли про

это тебе Джейк”

От пользователя Рената Грант:

“Я подвернула ногу”

От пользователя Рената Грант:

“Дважды”

От пользователя Рената Грант:

“Одну и ту же”

От пользователя Рената Грант:

“Каллены пригласили

меня в гости”

От пользователя Рената Грант:

“Я бы тоже хотела

встретиться с дедушкой.

Так сильно соскучилась

по нашему любимому

Старичку”

От пользователя Рената Грант:

“Не знаю почему, но

мне хочется ненадолго

вернуться в Финикс”

От пользователя Рената Грант:

“Честно-причестно,

у меня всё в порядке,

будем на связи,

дорогой дружок”

      Когда мы покончили со второй частью Поттерианы, мне нужно было ужинать. После того как я покушала, мы снова сели перед телевизором. Хелен заплела мне косички и нанесла маску на лицо, сказав, что уход за кожей никто не отменял.       Время пролетело быстро и незаметно. Последнее, что я запомнила перед тем, как мои глаза закрылись от усталости, – это то, как Сириус улетает на Клювокрыле.              Мы катались на американских горках. Это был тот первый раз, когда я днём и открыто гуляла с ними. Длинные волосы Энджела трепыхались каждый раз, когда аттракцион дёргался.       Его ангельская улыбка полностью оправдывала его имя.              Этой весной мне исполнилось тринадцать лет, и старшие решили, что неплохо было бы развеяться всем вместе. Идею предложил Джошуа, так как он давно не посещал парки аттракционов. Остальные поддержали его; пришлось звонить папе, чтобы он нашёл причину уговорить маму отпустить меня на весь день.              Это самый лучший день в моей жизни. Я взглянула на Энджела, он подмигнул мне. Вдруг перед нами пролетел шар, и я оказалась в уютной гостиной Эскупса и Джи. Я сидела между ними.              Очевидно, это был вечер кино, так как столик чуть ли не валился от еды, которая стояла на нём. Вернон и Джошуа сидели в креслах по бокам. Они так странно расположились, что видели экран и в то же время могли спокойно брать еду или без проблем глядеть на нас.               – Кто самый красивый? – внезапно спросил Энджел.               – Мой муж! – с готовностью ответил его парень.               – Иу, снимите себе комнату! – поморщился Джошуа.               – И вообще, самый красивый тут только тот, кто сидит напротив Вернона! – ехидно произнесла я.               – Ах ты мелкая! – Энджел потянулся ко мне и начал щекотать.               – Всё, больше не буду! Не буду! Ангел самый красивый! – я громко визжала, пока остальные веселились от нашей маленькой потасовки.              В какой-то момент, пока защищалась от Энджела, я закрыла глаза, а открыв их, увидела, что стою перед домом Вернона. Сам он устало сидел на ступеньках.               – Нонни, тебя что-то тревожит? – спросила я его.               – Нет, малышка. Как дела в школе? – улыбнулся старший мне.               – Отлично, но ненавижу математику.               – Я тоже, – он беззаботно засмеялся и растрепал мои волосы, – но я знаю того, кто тебе поможет с этим.              Когда он открыл дверь, я оказалась перед зеркалом, и на мне был самый ненавистный наряд – для занятий балетом.              Энджел жизнерадостно улыбался со своим парнем, глядя на меня в балетной пачке.               – Она розовая! – ныла я.               – Мне жаль. Хочешь, пригрожу твоей маме, чтобы тебе купили чёрный комплект?              Джи утешительно погладил меня по голове.               – Лучше фиолетовый, – Эс прижал меня к себе и чмокнул в макушку. – Моя дочь достойна королевского цвета.               – Эй, она вообще-то и моя дочь, – возмущённо произнёс Энджел.               – Отлично: папа, мама, дядя Вернон и тетя Джошуа, – произнесла я с сарказмом, отчего они громко заржали.              На следующий день в школьном рюкзаке я обнаружила сиреневую пачку и жемчуженные пуанты с золотистыми узорами. Держа в руках свои атрибуты, подаренные самыми любимыми людьми для нелюбимого вида танца, я снова закрыла глаза. А когда их вновь открыла, то оказалась на улице рядом с домом Джошуа, в паре кварталов от нашего.       Ночной воздух был пропитан бензином.              До моего пятнадцатилетия осталась неделя. Я стояла рядом со старшими и чёрным Harley Эса, который он купил пару лет назад.               – Ну-ка, ножку сюда, – одной рукой придерживая меня за талию, другой держа руку на руле, Купс помогал мне сесть на мотоцикл. – Отлично, солнышко, а теперь выпрямись.              Я повиновалась его словам.               – Малыш, может, не надо? – взволнованно спросил Джи сзади.               – Всё в порядке, с ней ничего не случится.              Это были самые яркие и горячие воспоминания, что дарили тепло моему сердцу. Я будто видела себя со стороны. Особенно этот момент, когда я впервые училась кататься на двухколёсном друге, который впоследствии стал одним из моих слабостей.              Следующую картину долго ждать не пришлось: я оказалась в балетной студии. Эс опустился передо мной на колени, мне пришлось обнимая его уложить на пол. В воздухе разлетелось отвратительное зловоние, раздражая меня. Руки окрасились в алый из-за крови. Глаза наполнились слезами, а весь мой внутренний мир – гневом и безрассудством.              Старший взглянул на меня перед тем, как закрыть глаза. С его губ тянулся кровавый след, пачкая белую футболку. На груди, прямо там, где сердце, красный бутон распускал свои лепестки, окрашивая одежду в яркий цвет.               – Люблю тебя, Юн Дж… – не успев договорить, Чоль замолчал уже навсегда.              Я смотрела на это всё, не в силах что-либо сделать. Как мне смотреть в глаза Энджелу? Что сказать ему? Как сказать, что из-за одного неосторожного движения он потерял свою любовь? Свою жизнь? Своё сердце?              Душа обливалась кровью, в ушах стоял шум от выстрела... Дальше я не ясно помню, что конкретно случилось. Но первой моей жертвой стал тот самый ублюдок, который выстрелил в моего друга, почти что брата. Нож, который я отобрала одним движением из его рук, легко вонзился в его грудь – туда, где должно было быть сердце. Почему должно было? Потому что такие чудовища, кроме холодного рассудка и жестокости, ничего не имеют.              А потом всё вокруг размылось. Я кому-то снова воткнула нож – то ли в шею, то ли в ключицу. Ощутила отвратительный запах железа и солоноватый вкус, стало трудно дышать. Я с головы до ног оказалась в крови моих врагов.              Снова и снова... Отточенные движения, будто бы я не первый раз убиваю кого-то. Будто бы всю жизнь была палачом для других. Их было всего семеро. Пятерых я уже уложила, и вот шестой, хрипя передо мной, испустил дух. Я встала с его тела, меня сильно колотило от дрожи. Краем глаза заметила, как последний выбегает за дверь.               – Рея! – хрипло воскликнул Вернон.              Судорожно бродя среди трупов налитыми кровью глазами, я наткнулась на старшего, чьи карамельные очи были полны страха и боли. Всё его лицо украшали ссадины и синяки, парень прижимал руки к груди. Откинув нож в сторону, я побежала к нему и села перед ним на колени.               – Вернон, Вернон, Вернон, – шептала я его имя, будто бы он мог исчезнуть или закрыть глаза навечно, как Эс. Подняв голову, отыскала тело Чоля – он лежал на том же месте, где упал ранее. Я отчаянно взвыла от безысходности.              Мои руки обвили голову Вернона, он пару раз кашлянул и, проморгавшись, тихо прошептал:               – Всё будет в порядке, – ему было очень страшно и больно, хотя было тяжело судить, чьи эмоции сейчас чувствовала я, так как сама тоже была не в лучшем состоянии. – Самое главное – ты жива, солнышко наше.               – Нет, – крикнула я, затем мой голос сник, и я шептала и шептала: – Нет. Нет. Нет. Нет...              Не знаю, сколько раз, отрицая, я проговорила одно и то же слово.               – Осторожно! – оттолкнув меня в сторону, Вернон принял на себя удар. Он громко вскрикнул от неожиданности и повалился вперёд. Это был последний из ублюдков. Мы встретились взглядами. Его руки всё ещё сжимали рукоятку ножа, от которого я недавно избавилась. В один момент его чёрные глаза наполнились животным ужасом, и, попятившись назад, он упал на землю. Однако орудия не выпускал, словно прилип к этому куску металла.              Я медленно приближалась к нему. Мужчина от страха не смог лишний раз двинуться и лишь продолжал, оперевшись на руки, ползти спиной. Он не видел траектории, однако я видела. Левая рука вскинулась вверх и дрожала, кинжал дрожал вместе с ней, и одинокая слезинка оставила дорожку на щеке моей жертвы.              Случайно сменив фокус, я уставилась на отражение в зеркале. Испугавшись, шагнула назад. На меня в ответ смотрела фигура, вся в багровых брызгах. Красные волосы были запутаны и приобрели тёмный окрас, лицо измазано кровью, некогда белоснежное платье превратилось в разорванное нечто. Глаза горели от ярости, губы исказились в отвратительной гримасе, и я вскрикнула. Девушка напротив меня так же открыла рот в немом крике.              Из транса меня вывело это чудовище. Хотя я теперь не уверена, кто из нас монстр. Мужчина, использовав то, что я замешкалась, быстро встал на ноги и, сбив меня, хромая, направился в сторону выхода. От толчка я упала на пол, и мои руки нащупали пистолет. У меня был выбор: либо я умираю вместе со всеми, либо становлюсь убийцей.              Закрыв глаза, услышала волчий рык. Нет. Я распахнула глаза и снова взгляд упал на зеркало. Мне нельзя умирать. Я не могу вот так вот взять и подвести свою стаю. Мой внутренний волк одобрительно зарычал. Вскинув руку вверх, я нацелилась на датчик дыма, но выстрел произвела на точку рядом. Сработала сигнализация, а потом на меня хлынула вода из потолка.              Подождав ещё пару минут и стоя под холодным дождем из трубы, я двинулась в сторону выхода, попутно кинув пистолет позади себя. Надо найти седьмого. Я увидела размытые следы крови, которые вели на крышу. Отлично, одной проблемой меньше.              С каждым моим шагом и каждым новым скрипом я всё ярче и ярче ощущала чувство страха и ярости от бессилия и неизведанности. Моя жертва стояла впереди, держа нож перед собой.              Я сняла браслет с руки и самым спокойным тоном произнесла:               – Ты убил их всех. Как ты думаешь, что полиция с тобой сделает? – глаза мужчины расширились от страха, он был очарован моим голосом. – Они упекут тебя в тюрьму, а там невесть что происходит.              Я шагнула вперёд, он стоял на месте.               – Знаешь, будет лучше, если ты присоединишься к друзьям. Ты ведь так думаешь?              Когда я склонила голову, жертва кивнула и обернулась. Мужчина встал на парапет, однако больше не двинулся. Будто очнувшись от сна, он вздрогнул всем телом и повернулся ко мне, орудие всё ещё было в его руках.               – Прыгай, – приказала я.              Он шагнул назад. До меня донесся грохот упавшего тела.              Вот и всё.              Эта ночь заканчивается, а ведь какие у нас планы были! Я откинула голову назад и уставилась в темноту. А ведь просто-напросто Джошуа должен был встретить меня, и мы должны были идти в дом на работу к Энджелу, а потом к ним домой.              Джошуа!              О боже! Нет! Надо его найти!              Я побежала вниз по лестнице и вдруг, споткнувшись, кубарем полетела со ступенек. Всё моё тело ломало от боли, казалось, будто я сломала кости. Неожиданно бетон подо мной исчез, и я оказалась лежащей на снегу.              Вокруг было темно, слышался волчий вой, и я встретилась с тёплыми карими очами дедушки Уильяма.               – Долго прохлаждаться собралась, волчонок? – мягким голосом произнёс старик, и я, приняв руку помощи, встала.               – Ты не представляешь, как я по тебе скучала, – мои глаза наполнились слезами. Я проморгнула их; несколько слезинок сорвались, оставшись на щеке. Дедушка вытер эту дорожку своими ладонями. Я прижалась к нему – от него пахло так успокаивающе, древесным запахом.               – Тише, тише, не плачь, – старик убаюкивал меня в своих объятиях. – Всё осталось позади. Ты сильная.               – Я монстр, – прошептала я.               – Ты не монстр, а всего лишь несчастная жертва, которую загнали в угол.              Добрый голос дедушки Уильяма заполнил мои мысли. Я не вслушивалась в его слова, лишь нацелилась на его умиротворенные эмоции. Он говорил, шептал, угрожал, смеялся, но не останавливался. Его теплая речь, домашний уют дарили мне покой. Я закрыла глаза и осталась одна на знакомом заснеженном лугу.              Бродила по лесу, как в прошлый раз. Шла только вперёд, потому что знала, что конец дороги – у реки.              Я проснулась от робких поцелуев по лицу. Лоб, глаза, щёки и, наконец, губы. Прикосновения были легкими, как перышки. Поцелуй в губы задержался надолго: сначала верхняя, потом нижняя. Не выдержав, я приоткрыла рот и сама начала сминать чужие уста. Обхватив за шею своего нарушителя сна, я прижала его к себе. Нежность превратилась в игру, где каждый из нас хотел владеть другим. Я слегка прикусила нижнюю губу парня и спустилась поцелуями к шее.               – Рея, – прорычал сверху Крис.               – М? – я открыла глаза и увидела перед собой изголодавшего зверя.              Ничего не говоря дальше, он припал к моей шее, лаская и целуя.               – Щекотно, – хихикнула я. Каллен простонал и зарылся в мои волосы.               – Я хочу больше, но обещал папе, – он встал с меня и подошел к окну.               – Сколько времени?               – Почти четыре часа.               – Ночи?               – Дня, – он слегка приоткрыл зашторенное окно, доказывая свои слова. На улице и вправду было светло.              Я простонала и встала с кровати. Уже по постренному маршруту, шатаясь, направилась в ванную. Какой-то день сурка: третий день одно и то же. Первый день закончился обмороком, вчера – приятным просмотром фильма. Интересно, что же случится сегодня?              Секунда – и Крис уже стоит передо мной, держа меня за талию.               – Ты куда?               – Хочу в душ, – я наморщила нос.               – Наполнить ванну?              Я отрицательно покачала головой. Каллен помог мне дойти до ванной и остался снаружи. Я специально не закрыла дверь, чтобы мне могли занести одежду.              В отражении зеркала я увидела измученную себя в пижаме. Видимо, Хелен решила меня переодеть, пока я спала. Раздевшись, я включила кран и, стоя под горячими струями, начала думать о том, что мне приснилось. Почему именно сейчас, когда всё должно было идти хорошо, гадкие воспоминания из самых глубин выходят, оплетая своими неприятными щупальцами?              Это невозможно больно. Почему я тогда не дала себе умереть? Почему дедушка Уильям решил прийти именно сейчас? Я монстр. Чудовище, которое недостойно жизни со стаей.              Я столько держала всё это в себе, и лишь один откровенный разговор с Крисом вытащил из меня то, что я спрятала за семью замками. Стукнув в стену, я негромко вскрикнула от безысходности.              Когда я вышла из ванной, меня ожидал Скай с феном в руках. Что-то новенькое. Я подошла к кровати и села. Хейл сначала поцеловал меня в висок, а потом осторожно распутал полотенце на моей голове. Достав круглую расческу, он начал сушить и укладывать мои волосы в прическу. Я не знаю, что он там делал, но его нежные прикосновения дарили мне удовольствие.              К нам зашёл Питер, держа в руках чехол с одеждой.               – Мама по памяти сшила и добавила кое-что новое, – сказал он, протягивая мне скетчбук Криса, который тот носил всё время с собой.              На листке бумаги была нарисована я, но более молодая. Посмотрев внимательно, я поняла, что отсутствие макияжа и заплетенные ленты в волосах вместе с винтажным платьем делают меня похожей на невинную юную леди.               – Это я? – мне казалось, что нарисованная девушка – это прошлая я.               – Да, в том же возрасте, что и сейчас, – подтвердил Питер.               – Хотелось бы тебя тогда увидеть, – внезапно поделился Скай.              Я удивленно посмотрела на него. Пит ответил за него:               – Тогда в клане были только мы с Льюисом.              Мне не дали посмотреть в зеркало, пока я не переоделась. Когда я увидела себя полностью в отражении большого зеркала, то была удивлена. Тот самый образ с бумаги перенесся в реальность, но слегка в современном стиле. Белоснежное платье было не до щиколоток, а чуть выше бедра, как я обычно люблю, и черный корсет стягивал мою талию крепко. Шея была открыта, а кружевные рукава длились только до локтей. Волосы и макияж на лице напоминали тот самый день, когда я впервые заговорила с Калленами.               – Мне понравилась твоя прическа в тот день, – смущённо сказал Скай.               – Я тогда ещё словил флешбэки, – поделился Питер. – Вот ты сидишь передо мной спустя столько лет, вроде это ты, а вроде и нет, – закончил он стихами.               – Сядь, – Скай усадил меня на пуфик, – вытяни ногу.              Однако вдруг Хейл удивлённо вскинул голову на меня, сам он сидел на корточках передо мной.               – Подожди, ты же растянула ногу, – слегка заторможенно сказал он. Горько выдохнув, я поделилась правдой:               – На мне раны заживают быстрее, когда я сплю.              Питер с удивлением уставился на меня.               – Это ведь невозможно? – вампиры переглянулись между собой, и Скай мигом выскользнул из комнаты. Питер вместо него надел на меня кроссовки.              В комнату не спеша зашёл доктор Каллен, следом – Крис.               – Говоришь, раны быстро заживают? – спросил Стив задумчиво.               – Я думал, мне показалось, – сказал мой парень. – Но если это действительно так и происходит, то почему?               – Возможно, ответ знает Инне. – Он действительно должен знать ответ, так как у меня есть только предположения.              Питер, о чём-то задумавшись, пулей вылетел из комнаты, создав позади себя дуновение лёгкого ветра.               – При чём тут индейцы? – задался вопросом глава семейства.               – Ты ему не рассказывал? – я взглянула на Криса. Он покачал головой.               – Давайте оставим это на потом, – попросила я, взглянув на мужчину. – Я пока не готова рассказать вам всю историю.               – Хорошо, как ты хочешь.              Доктор Каллен улыбнулся и потрёпал меня по волосам.               – Крис, тебе нужно переодеться, – сказал Стив и вышел из комнаты.              Крис улыбнулся и, подмигнув мне, исчез куда-то. Когда он ушёл, вернулись Скай с Питером.               – У вас всё хорошо? – спросила я у парней.               – Относительно. У тебя? – вопросом на вопрос ответил Хейл.               – Нормально. И куда меня, такую нарядную, вы хотите отправить? – со смехом поинтересовалась я.              Братья синхронно подмигнули со словами:               – Секрет.              Встав с двух сторон, как мои личные телохранители, Скай с Питером сопроводили меня до лестницы и дальше, вихрем оказавшись внизу, ждали, когда я догоню их. Спускаясь, я услышала нежную мелодию, льющуюся из фортепиано. Играл Райно. Интересно, сколько ещё талантов скрывает эта семья?              Вот я на последней ступеньке, и Крис смотрит на меня, не отрывая глаз. Он переоделся: вместо белой футболки – чёрная рубашка, и сверху был накинут костюм. Наша одежда гармонировала, кажется, даже кроссовки были одной фирмы. Вчера миссис Каллен упомянула, что её старший сын просто обожает джинсы с всевозможными разрезами. Так что было не удивительно узреть пару рваных дорожек на его штанах.              Мистер Каллен стоял позади сына, обнимая жену за талию.               – Розабелла, – прошептала Хелен.               – Нет, Рената, – позади неё подал голос Скай.              Крис подошёл ко мне и протянул красную розу с открытым бутоном.              После того как Крис протянул ко мне цветок, я поняла, что назад пути нет и его никогда не было. Что бы я ни хотела делать, о какой бы свободе ни мечтала, я всё равно не смогу её получить. Нужно всего лишь жить, наслаждаясь подарками судьбы. Всё уже предрешено.              Нет. Крис меня ни в чём ограничивать не будет. Просто стать парой вампира – это звучит слегка страшновато. Для меня, как человека, который ничего, кроме симпатии и уважения, не испытывает, любить кого-то кажется дикостью. Может, я просто паникую? Надеюсь, эта самая вампирская связь заставит меня его полюбить после обращения.              Сейчас я лежала на луговине, где было много разных цветов и сияющий Каллен. Факт того, что вампиры становятся буквально диско-шарами на солнце, веселил меня. Я не могла не улыбнуться.               – Чему радуешься? – спросил Крис, наклоняясь ко мне.               – Find light in the beautiful sea, – начала я, принимая сидячее положение и отталкивая его чуть назад, при этом слегка смяв плед под нами. – I choose to be happy. You and I, you and I... – я села к нему на колени. – We're like diamonds in the sky.               – You're a shooting star I see, – продолжил Крис своим бархатным и нежным голосом. – A vision of ecstasy. When you hold me, I'm alive... – он притянул меня за талию ближе. – We're like diamonds in the sky.               – I knew that we'd become one right away. Oh, right away, – я смотрела в его глаза.               – At first sight I felt the energy of sun rays. I saw the life inside your eyes, – его медово-золотые глаза сияли ярко, как и его бриллиантовое тело.               – So shine bright, tonight, you and I. We're beautiful like diamonds in the sky. Eye to eye, so alive. We're beautiful like diamonds in the sky, – закончили мы вместе.              Мы радостно засмеялись. Я, чуть приподнимаясь, обняла Криса и потрепала его по волосам. Он зарылся в мою шею, откидывая мешающиеся волосы назад.               – Крис?               – М? – его голос отозвался приятной вибрацией в моем теле.               – Чем вы занимаетесь ночью?               – Спим, – поцеловал он меня в ключицу.               – Врешь, вампиры не спят.               – Вру. Джейк рассказал? – спросил он, глядя на меня. Я кивнула.               – Так и чем же вы занимаетесь?               – Учимся, – пожал плечами Каллен.               – А дышать?               – Воздух нам нужен лишь для того, чтобы почувствовать вкус и запах вокруг нас. Без обоняния некомфортно, – он сморщил нос. – Ну и среди людей же нужно вести себя естественно, как человек.               – Расскажешь мне про Розабеллу? Я хотела знать, какой я была раньше.               – Ты же понимаешь, что это ты, только жившая в почти чуть больше полвека назад?               – Ого, прямо я? – изумилась я. – Характер, внешность – всё похоже?              Крис рассмеялся и чмокнул меня в макушку, притягивая ещё ближе, так что я полностью оказалась на нём, прижатая к его крепкой груди.               – Характер, конечно, другой. Даже полная противоположность.               – Да ладно? – я уставилась на него неверующе.              Я думала, что когда человек перерождается, то именно характер остаётся на месте, а не внешность.               – Давай я лучше объясню сам факт перерождения, и мы потом поговорим о тебе? – Я кивнула. – Когда человеческая душа умирает и возрождается вновь, человек не помнит свою прежнюю жизнь. Внешность иногда меняется, но вот характер – это как ящик Пандоры. Если в прошлый раз ты была добросердечной, милой и храброй, в этот раз всё может оказаться наоборот: ты можешь стать трусливой, грубой, эгоистичной... Но некоторые привычки, личные интересы могут остаться. Например, ты раньше очень любила петь и танцевать – я думаю, это тебе и сейчас нравится. В одежде я тоже вижу схожесть: могу сказать, если бы тебе дали выбор, ты бы ходила в бальных платьях.              Я снова кивнула и спросила:               – А внешность?               – Практически никогда не меняется, за исключением волос – это зависит от моды. Говорю же, это всё как колесо: ты крутишь и не знаешь, что тебе попадется и когда именно. Я знаком с этим не так тесно, так как раньше не встречал.              Крис призадумался, очевидно, вспоминая какие-то факты. А меня волновал другой вопрос. Я знала, что чувствуют оборотни при запечатлении, и Крис вкратце объяснял, как это происходит у вампиров. Только вот интересно, что он сам чувствовал в тот момент.               – Что ты ощутил, когда нашёл свою пару во мне? – напрямую спросила я.               – Первый раз, когда я увидел тебя, то просто почувствовал: вот она, моя вечность. Та самая, ради которой можно отдать всего себя. Тебе тогда было четырнадцать лет, – Крис лукаво улыбнулся, а я была в шоке.               – Что?               – Хватит перебивать. Естественно, тогда такой страсти, как сейчас, не было. Мне просто хотелось оберегать тебя, защищать и любить до конца жизни. Только спустя три года во мне вспыхнуло желание хотеть тебя как женщину.               – Что-то ты в этот раз рано захотел, – ехидно сказала я. Крис сжал мою талию настолько сильно, что я ойкнула и обиженно посмотрела на него.               – В этот раз получилось по-другому: как только я увидел тебя, то сразу понял, что ты – моя вечность во всех смыслах. Здесь, наверное, у судьбы тоже есть свой алгоритм. У моих знакомых такого ещё не было, так что я снова сталкиваюсь с этим впервые.               – Но почему ты потом злился вместо того, чтобы обрадоваться? – я вспомнила нашу первую стычку у кабинета биологии.              Крис нахмурился и закусил губу.               – Это довольно болезненно. Перед тем как ты умерла, мы сильно поссорились. Ещё и Пит хотел с тобой поговорить.               – Ты был против нашего общения из-за этого? – теперь уже хмурилась я.               – Да, я боялся, что он сболтнет лишнего. – Крис грустно вздохнул и чмокнул меня в макушку. – Но я рад, что ты сейчас в моих объятиях.               – Почему мы поссорились? – я взглянула на него.               – Давай начнем с самого начала. Когда мы впервые тебя встретили на окраине Сан-Марино, ты была довольно истощена. Платье разорвано в нескольких местах, волосы ужасно растрёпаны – вид как у мученицы. Тем не менее ужасный вид не портил твою красоту.               – Кошмар, – я представила эту картину, и меня слегка передернуло.               – Потом, когда мы встретились взглядами, ты упала в обморок. Мы забрали тебя с собой. Мама вместе с Питером очень волновались и думали, что ты не очнёшься. Но ты открыла глаза. Мало того, что ты не испугалась нас, ты прекрасно знала, кто такие вампиры, чем они питаются и какие законы установлены Вольтури.               – Вольтури? – я наклонила голову. Это было что-то знакомое, но я не до конца понимала значение.               – Клан, расположенный в Италии. Они являются чем-то вроде королевской династии, которая следит за остальными вампирами, – объяснял Каллен. – Довольно кровожадные типы, но справедливые. Они установили правила, которых каждый вампир должен придерживаться, чтобы люди о нас не узнали.               – То есть история слегка повторяется? Ведь я и сейчас до знакомства знала, кто такие вампиры... ну, за исключением некоторых деталей.              Каллен кивнул. Странно, это очень странно. Сначала это казалось безумным совпадением, но сейчас всё выглядит намного запутаннее. Надо разузнать, кто такие Вольтури. Если они знали прошлую меня, то, наверное, знают и другие аспекты моей жизни. Возможно, та моя душа тоже была связана с волками.               – Итак, продолжим, – Крис перебил мои рассуждения. – Ты пробыла с нами три года. Милая, храбрая и отзывчивая. Льюис любил с тобой разговаривать. Ты часто просила его потаскать тебя на руках. Пока я работал вместе с отцом, ты развлекалась в компании моего брата и сыновей. Йену тогда было всего лишь пять лет. Мама почти каждый день шила тебе новое платье. Она всегда выбирала ткани розового или белого цвета, так как они были твоими любимыми.               – Ненавижу розовый, – я наморщила нос.               – Знаю, сейчас тебе больше по душе фиолетовый. Так вот, вы с Льюисом были как родственные души. Иногда я, читая мысли брата и считывая твою мимику, точно мог сказать, о чём ты думаешь.              Руки Криса прошлись по моим бокам и остановились на бёдрах. Он накинул на меня свой пиджак, будто защищая от кого-то невидимого.               – Получается, ты и тогда не мог мои мысли читать?               – Да. У тебя тогда таких способностей, как сейчас, не было. Но в людях ты очень хорошо разбиралась. Знаешь, что самое смешное? – я вопросительно посмотрела на него. – То, что ты умеешь драться, причём пользоваться оружием. А раньше ты панически боялась ножей.               – Поэтому ты исчез после того, как мы обнаружили мой тайник в день моего рождения? – рассмеялась я, вспомнив ошарашенное лицо Криса в тот день.               – Это было чертовски неожиданно, – со смехом произнёс Каллен. – Когда я об этом рассказал отцу и Льюису, то был уверен, что и сам так выглядел. Райно смеялся надо мной, пока сам не убедился в этом.               – Они что, были в моей комнате? – я уставилась на Криса вопросительно. Он чмокнул меня в губы.               – Только на пару секунд, чтобы доказать, что я прав. Прости нас.              Потом я решила вернуть разговор к прошлой мне и уточнила:               – Мы можем ту меня и здешнюю называть по именам?               – Почему бы и нет, – Каллен прижался головой к моему плечу. – Ты и Белла заметно отличаетесь, я не могу сказать насколько сильно. Кажется, что ты просто улучшенная версия её. Розабелла всегда говорила, что хочет знать, что чувствуют люди, и ты сейчас можешь это делать. Она всегда мечтала быть сильной, как ты, и, несмотря на трудности, твердо шагать вперёд, так как сама боялась и не хотела этого делать. Мы не знали, где она родилась, как жила, но у нас у всех были догадки, что она явно сбежавшая принцесса. Ей всегда нужно было подносить всё на руках: малейшее неповиновение – и она могла начать капризничать.              Крис о чем-то задумался и замолчал на несколько секунд. Я вытянула шею и поцеловала его в скулу. Когда он рядом, моё тело действует машинально. Возможно, в этом была прелесть любви, но я не понимала. Я лишь хотела, чтобы и физически, и морально Крис не отходил от меня далеко. С каждой минутой, что мы проводили вместе, я буквально утопала в его чувствах.               – Что потом случилось с Розабеллой?               – Прости, – он за секунду поменял наше положение, и теперь мы лежали лицом друг к другу. Крис нежным движением убрал прядь волос с моего лица. – А дальше... Перед тем как ты – извини, Белла – пропала... Примерно за три дня она начала вести себя подозрительно. Постоянно о чём-то задумывалась и совсем не обращала на нас внимания. Долго могла сидеть и смотреть в одну точку. Потом всё случилось как-то сумбурно. Я всего лишь задал вопрос о том, откуда она знает про вампиров и Вольтури.              Опять эти Вольтури. В секунду, когда я закрыла глаза, вспомнила того мужчину, которого встретила после выступления, – того, кто поцеловал мою ладонь и поблагодарил меня. Связаны ли между собой эти события?               – То есть за то время, пока я жила с вами, тебя это не волновало?              Это тоже странно. У них было столько времени и ресурсов всё разузнать, но они, кажется, почему-то ждали ответа именно от Розабеллы.               – Волновало, но она не хотела говорить. Сказала, что придёт время и расскажет сама. – Вот и подтверждение. – Но в те три дня, когда она уходила в себя, то во сне шептала имена, которые принадлежали этому клану. Чаще всего – имя их лидера.              Я села, пиджак остался лежать на пледе. Крис поднялся следом. Мы смотрели друг на друга, прежде чем я спросила:               – Как его зовут? Как он выглядит?              Каллен нахмурился.               – Что-то не так? – спросил он обеспокоенно.               – Нет, всё в порядке. Просто хочу знать – вдруг встречусь с ним, – я улыбнулась или, возможно, уже встретилась.              Крис глубоко выдохнул, и его золотые глаза на мгновение стали почти черными от напряжения. Он склонился ко мне и начал свой рассказ.               – Его зовут Аро. Как и у других вампиров, питающихся человеческой кровью, у него красные глаза, – голос Криса был низким и бархатным. – А если детально, то это глава всех вампиров, фактически – правитель всего нашего мира. Он – самая большая опасность, с которой ты когда-либо можешь столкнуться.              Мне это было не важно. Важно то, как он выглядит. Если это действительно тот человек... нет, теперь я убеждена – вампир, то стоит ли делиться этим с Калленами? Как же всё запутано.               – Внешне он выглядит как человек, которому очень, очень нездоровится. Его кожа белая до полной прозрачности, как выветренный мел. И если ты заглянешь ему в глаза, то увидишь не просто красные, а невероятно бледные радужки, которые буквально светятся во мраке. У него длинные чёрные волосы, очень густые, до плеч. Он движется плавно, как тень, и всегда, всегда улыбается. Он никогда не теряет самообладания.              Моё сердце ёкнуло.               – Длинные волосы? – прошептала я.              Крис взял мою руку, и его хватка была неожиданно сильной.               – Да, длинные, – снова подтвердил он. – Рея, ты в порядке?              Твою же мать. Что происходит? Грудь начало сдавливать. Стало очень трудно дышать. Мою начинающуюся паническую атаку прервали чужие эмоции. Крис снова поддался тревоге, его чувства хлестали, как бушующий ураган. Прежде чем взять себя в руки, мне пришлось сказать:               – Пожалуйста, перестань так тревожиться, мне плохо.              Я умоляюще взглянула на него. Крис вздохнул и закрыл глаза, становясь намного спокойнее. Почувствовав внутреннее странное тепло, я и сама успокоилась. В последнее время со мной случается слишком много странностей.               – Теперь я в порядке, – я улыбнулась и снова села на колени Криса лицом к нему.              Захватив ладонями щеки своего парня, я заметила, как он закусил губу. Янтарные глаза глядели на меня с болью и удивлением. Крис поцеловал меня в запястье и втянул в себя мой запах.               – В тебе так много загадок, – прошептал он. – Даже не знаю, смогу ли я их разгадать?              Его чувства кричали о любви, но малая часть беспокойства всё ещё не спешила покидать его.               – У тебя для этого есть вечность, – напомнила я ему.              Крис засмеялся, его бархатный голос приятным звоном ласкал мои уши. Я не могла не улыбнуться.               – Вечность, – повторил он, а потом нахмурился. Улыбка пропала с его лица.               – Что случилось?              Крис обнял меня и уткнулся носом мне в шею. Его холод был таким родным и странно тёплым. Руки парня прошлись по моему телу от ребер до бёдер и остановились, скреплённые у меня за спиной.               – Я не хочу снова тебя терять, принцесса, – прошептал Каллен. – Просто не вынесу.               – Продолжим разговор о Розабелле? – напомнила я ему.              Крис оторвался от моей шеи, но отпускать меня не спешил.               – Хорошо, – согласился он. – Она скрывала, кто она такая на самом деле, и не спешила делиться. Это причиняло мне боль. Последний раз, когда мы поссорились, Белла пришла ко мне мириться сама и сказала: “Я не могу пока тебе сказать, кто я и откуда я родом. Единственное, чем я могу поделиться, – своим именем. Меня зовут Рената. Это неотъемлемая часть моего прошлого. Я выросла в замке, кишащем вампирами. Если я сейчас откроюсь тебе, твоя семья будет под угрозой”. – Крис усмехнулся. – Знаешь, от этого легче не стало. Особенно от слов твоя семья. Мы снова поссорились, а потом Розабелла пропала. Мы искали её неделю, пока не нашли... – Крис закрыл глаза и сглотнул, – …обескровленный труп.              Не знаю, что больше меня шокировало: то, как её звали, или конец. Имя точно такое же, как у меня!               – Рената?! – воскликнула я.               – Я тоже был в шоке, когда узнал твоё имя в тот день, когда ты перевелась в нашу школу, – озадаченно поделился Крис. – Это действительно как-то странно. Помнишь, как мама удивилась, что ты не кореянка?              Я кивнула.               – У Розабеллы оба родителя – уроженцы из Кореи. Об этом мы узнали случайно, когда она сама проговорилась в один из вечеров.              Голова шла кругом от всей информации. От избытка чувств и от того, как закончилась жизнь той Ренаты, я неосознанно начала плакать. Не знаю почему, но слёзы сами напросились, и я начала всхлипывать, чувствуя всю боль парня напротив. Каллен прижал меня к себе и начал поцелуями собирать капельки с моего лица.               – Прости, прости, Рея, если я обидел тебя.               – Всё нормально, продолжай. – Я вытерла оставшиеся слёзы.              Крис нежно поцеловал меня в губы, забирая мою боль.               – Я вначале думал, что это дело рук Вольтури, но вот царапины на её лице и неестественная поза указывали на то, что она сначала откуда-то упала. А потом, когда она умерла, какой-то бродячий воспользовался ею как едой и перетащил тело в другое место.              Это действительно ужасно. Меня передёрнуло от мерзкого ощущения.               – Мне жаль, – я села и, притянув к себе колени, спрятала лицо.              Крис вмиг сел позади меня и, снова накинув на мои плечи свой пиджак, крепко обнял, даря ощущение безопасности.               – Прекрати. Я уверен: что бы ни случилось тогда, ты не виновата. Хватит. На этом история Розабеллы заканчивается. Теперь о тебе. Вся школа ждала твоего появления. То там, то тут я в мыслях видел, как парни влюбляются в незнакомку. – Каллен усмехнулся. – А потом увидел тебя и впал в оцепенение. Питер прошептал твоё имя, заставляя меня ощущать непонятное чувство.              Крис закрыл лицо одной рукой. Я положила поверх свою ладонь и убрала его руку, открывая себе прекрасное лицо моего столетнего вампира.               – Я не знал, осведомлена ли ты о вампирах, – продолжил он. – Какая у тебя на это будет реакция. Затем мы все услышали, как ты поучаешь Лорен с её свитой. Но нас поразило то, что от тебя несло холодом. Даже Райно невольно вздрогнул, и я понял, что ты точно не Белла.              Крис опустил наши руки и переплёл их на моём животе. Он уложил свою голову на моё плечо и коснулся холодными губами шеи. Меня передёрнуло. Тихая усмешка также оставила след на моём теле.               – Ты переродилась, но характер определенно не тот. На твоем месте она не вела бы себя так, а ты сразу поставила всех на место. Я начал копаться в мыслях тех, кто с тобой учился в то утро, и сходил с ума от того, что не могу читать твои. Я не знал, как нам вести себя рядом с тобой. Пит всё порывался поговорить. Дома он устроил истерику, и мне пришлось забрать его в Денали.               – Почему? – если я больше была близка с Льюисом, то почему именно Питер так реагировал?               – Если Льюис был твоей родственной душой, то Питер был... – Крис призадумался. – Я не знаю, как это можно объяснить. Возможно, мы все ошибаемся и вы втроём связаны. Питер за те годы успел очень сильно привязаться к Розабелле и больше всех горевал именно он после её смерти. Сейчас, сравнивая вас, я могу точно сказать, что Белла больше похожа на Льюиса, а вот ты скорее на Питера.               – В каком смысле? – не поняла я, и Каллен принялся объяснять:               – Льюис – открытый, добрый и веселый. Снаружи он кажется суровым, но внутри он очень мягкий. А вот Питер раньше, до встречи с Райно, вёл себя как ты: грубил тем, кто ему не нравится, и создавал немало проблем из-за своего длинного языка. Я его слишком избаловал. Потом он стал мягким и пушистым, но лишь до той поры, пока его не разозлят.              Мне было трудно представить, как Питер злится. В моей голове всё ещё стояла вчерашняя картина, где он капризничал и топал ногой. Определённо, эта сцена надолго сохранится в моей памяти как одна из лучших.               – А что потом случилось в Денали? – спросила я.               – Я поговорил с ним, уговорил общаться с тобой, но не говорить о Розабелле. Мы вернулись в пятницу. Я всю ночь боролся с собой, чтобы не навестить тебя. Не сдержался. – Крис убрал руку с моей талии. Обернувшись, я увидела, как он закрыл лицо.               – И ты всю субботу был со мной?              Он кивнул. Ладони снова прижались к моему животу.               – Сталкер.              Крис вздохнул от бессилия.               – Молчи. Ты меня в тот день пугала своими действиями. Особенно тем, что уехала ночью в неизвестность. Следя за тобой по пути в Ла-Пуш, я встретился с Джейком. Мы поговорили, и я узнал, что ты знаешь старые легенды квилетов.               – Стой, если ты знал Джейкоба, почему не прочитал его мысли? В таком случае знал бы про меня ещё раньше? – я нахмурилась. Этот вопрос давно засел в моей голове.               – Я не читаю мысли своих друзей и семьи без необходимости, – Крис пожал плечами. – Хватило того, что я четыре года после обращения боролся с этим. Это было адское мучение, когда в твоей голове есть ещё кто-то, помимо тебя.               – Постоянные тренировки дают результаты? – я была восхищена. Жаль, что на меня это не работает. Хотя... спасибо, что он не знает, что у меня на уме. Иначе кто из нас сойдет с ума первым – большой вопрос.               – Да. Мы вернулись в школу, ты снова ночью уехала. Джейк сказал, что это связано с твоими друзьями из Аризоны…               – Стой, не говори про них. Не давай мне новых поводов для ночных кошмаров. – Я была уверена, что эти кошмары ещё долго не дадут мне спокойно спать.               – Прости.               – Ничего, – я спокойно выдохнула.              Крис поменял положение: теперь мы снова были лицом к лицу, но он сидел боком, а мои ноги лежали поверх его бёдер. Я прижалась к его плечу.               – Потом случилась авария, где я чуть не потерял тебя снова.               – И начались дни, когда ты отправил Пита подальше и начал терроризировать меня, – с сарказмом произнесла я.               – Я сам не понимаю, зачем я это делал. Мне жаль. Я просто хотел уберечь тебя от прошлого, – Крис закинул голову назад. – Но не получилось. Потом этот поцелуй...               – Боже, Крис, не напоминай, – я спряталась на его груди, зарываясь лицом в рубашку и вдыхая его запах. – Ночью ты меня здорово напугал.               – Прости, не хотел, – он поцеловал меня в макушку. – Кейт чуть не убила меня, когда я пришел забирать Райно и Питера из Денали.               – Твоя крестная?               – Да. Стоп! Откуда знаешь? – он приподнял мою голову.               – Скай рассказал, как она гналась за тобой по всему городу.              Пришла очередь Криса смущаться, и я гаденько захихикала.               – Ох, ладно. После того как я чуть не потерял тебя в очередной раз, я всё время хотел быть с тобой. Папа предложил позвать Виктора на ужин, и я согласился. Рано или поздно этот разговор должен был состояться, и чем раньше, тем лучше. И вообще-то мы х…              Крис прервал предложение и нахмурился. Он крепко обнял меня и начал озираться по сторонам, будто хищник, который почуял другого. Его эмоции, которые до этого веяли спокойствием, вмиг превратились в ураган. Каллен наморщил нос и принюхался.              Внезапно мы ощутили вибрацию, и Крис вытащил сотовый из кармана. Когда он принял вызов и прислушался к собеседнику, его лицо приобрело болезненный и испуганный вид.               – Сейчас будем дома, – твёрдо сказал он и подхватил меня на руки.               – Крис, что происходит? – меня напугала такая внезапная перемена.              Дальше я не успела ничего сказать – мир вокруг изменился. Всё размылось. Каллен летел на предельной скорости.              Уже дома он запер меня в своей комнате, наказав никуда не выходить. Я села на кровать, и от нервов меня начало трясти. Снова происходит что-то странное.              Чёрт, когда же это всё закончится?!              Я прижала руки к лицу и негромко вскрикнула. Не знаю, сколько времени прошло. Пришла в себя только тогда, когда меня потрясли за плечи.               – Рея? Рея! – я увидела перед собой испуганного Питера.               – Что происходит? – просипела я.               – Один из бродячих кочевников начал на тебя охоту. Он увидел вас, когда вы были на поле, и ему очень приглянулся запах твоей крови.              Дверь открылась, и зашёл Крис. Он молниеносно подошёл ко мне и сел на колени, прижавшись головой к моим ногам.               – Тебе нужно поскорее убраться отсюда. Пока мы его не поймаем, – прошептал он. – Мне жаль, что так получилось.               – Ничего, ты же не знал, – я старалась успокоить его и начала перебирать золотистые волосы.              Он прав: если я здесь останусь, это опасно для всех. Калленам придется либо защищать меня, либо охотиться на того самого вампира. Однако ведь дома тогда останется папа, и совсем один.               – Папа! – воскликнула я.              Питер нахмурился, он всё ещё стоял у двери.               – Мы что-нибудь придумаем, – пообещал Крис, очевидно, отвечая мыслям Пита.               – Не надо ничего придумывать, – переубедила я их. – Я просто уеду в Финикс. Это единственное место, которое сейчас не вызовет подозрений.               – Что? Нельзя! – Каллен был в ужасе, он взглянул на меня с отчаянием.               – Послушай, – я сжала его твердое лицо в своих ладонях. – Я уверена, этот вампир вряд ли знает, где я до этого жила, а дома я никуда выходить не буду. К тому же сейчас это самый выигрышный вариант. Виктор не будет волноваться, так как он знает, что я всё равно именно на этой неделе могу попроситься в Аризону.               – Хорошо, но это всё равно неразумно, – согласился со мной старший Каллен. – Что ты скажешь маме?              Питер метал взгляды между нами и вышел из комнаты вихрем – очевидно, чтобы собраться в дорогу. Видимо, Крис не полностью рассказал своей семье о том, что произошло в прошлом году.              Я тяжело вздохнула.               – Завтра день, когда я потеряла друзей. Никто удивляться не будет. Я даже точно знаю, что Хью не спустит с меня глаз.               – Хорошо, – своим пухлыми губами он прижался к моим.              Крис поднялся, а потом снова пригнулся, и я закрыла глаза. Его холодные губы прижались к моим. В этот поцелуй я старалась вложить всё своё спокойствие и заботу.