Глава 13. Жертвой на этот раз стала я

      На улице медленно наступали сумерки.       Я сидела и смотрела в окно машины, ожидая, пока Райно попрощается с мамой. Льюис, Крис и Питер уже были в погоне за кочевником. Сейчас мы должны поехать в Порт-Анджелес.              Дальше – долгие перелеты и пересадки.       Я предупредила Хью, что прилечу ближе к обеду. Как и предполагала, никто из домашних не удивился моему внезапному визиту.              Пока все думали, что делать, неожиданно к нам заявился друг того вампира, который начал на меня охоту. Его глаза были красные, словно только что спущенная кровь, он был чернокожим, и длина его дред доходила до спины. А запах был странно запоминающимся, словно несовместимое совместили: грейпфрут очень сильно перебивал запах бисквита, но всё равно вкус сливок был сильно приглушен первым. А сам вампир источал заинтересованность и какой-то неописуемый страх.       Видимо, Райно сильно напугал его своими мрачными волнами.               – Я впервые видел, чтобы он настолько сильно заинтересовался в ком-то, – изумлённо сказал мужчина. – Должен предупредить, что Джеймс просто так не отстанет от вас. И Виктория – будьте с ней поосторожнее, – предупредил он Криса и остальных.              Чужак ушёл, а мы остались обсуждать план действий, попутно собираясь. Точнее, Каллен-Хейлы передвигались размытым пятном по дому, а я сидела на диване в гостиной, не в силах шевельнуться с места.              Когда я без предупреждения пришла домой к отцу в сопровождении Криса и Стива, папа был слегка удивлён. Однако он быстро сообразил, что к чему, и начал искать ближайшие рейсы до Финикса. Жаль, что мы его так обманываем, ведь я еду в дом мамы не ради своих погибших друзей, а ради того, чтобы выжить.              Виктор был решительно настроен на то, чтобы сопроводить меня до аэропорта, но Стив поговорил с ним, соврав, что это, возможно, отрицательно скажется сейчас на моём состоянии. Будет лучше, если меня довезёт Крис. Так что с одним только рюкзаком за плечом я сейчас сидела в машине Райно.              Сам хозяин сел впереди. Скай присоединился ко мне. Хелен, попрощавшись с нами, присоединился к волкам. Джейка и Сэма Крис предупредил в первую очередь. Теперь те прочесывали весь лес в поисках чужаков.              Мерседес тронулся с места.               – Рея? – позвал меня Райно и на секунду бросил на меня взгляд через зеркало. – Слушай внимательно. Я посажу тебя в самолёт. Дальше пересадка, ты не волнуйся: за тобой будут следить наши братья из Денали, пока кто-то из нас не приедет и не заберёт тебя.              Скай рядом со мной обнял меня за плечи и прижал к груди. Запах сладкого персика, перемешанный с древесной корой, слегка ослабил мою тревожность.               – Я с ними встречусь? – спросила я.               – Возможно. Если они захотят, – Райно пожал плечами.              Младший Хейл свободной рукой сжал мою ладонь. Наша температура была почти идентична: снова мой гемоглобин снизился. Скай был слегка расстроен из-за сложившейся ситуации, но мы ничего не смогли с этим поделать, так как не понимали следующий шаг тех кочевников.               – Что будет, если вы не сможете поймать того вампира? – Хейл снова взглянул на меня через зеркало.               – Мы поймаем, – заверил он твёрдо.               – И сожжете? – я ухмыльнулась. Чтобы убить вампира, нужно было его разорвать на куски и сжечь. Благодаря старым легендам квилетов я была об этом осведомлена.              Райно ухмыльнулся в ответ.              Не помню, как я добралась до Аризоны. Кажется, дорога домой пролетела очень быстро. Хью, как и обещал, встретил меня у аэропорта. Где-то рядом я постоянно чувствовала медовый запах черешни. Морозный эвкалипт и древесный уголь были смешаны между собой, но также феромоны этих двух вампиров были отделены тем, что первый, помимо названного, источал аромат лайма, а второй – ирисок. От вампира с черешневым благоуханием иногда исходил знакомый оттенок ледяной мяты. Возможно, это был Йен, так как Скай ранее говорил, что наши запахи похожи, и раз уж его обратил Крис, то ментол явно присутствовал среди его ароматов.              Когда мы доехали домой, мои невидимые спутники оставили нас. Но их присутствие всё ещё эмоционально ощущалось. Будто они ходили в той же комнате, что и я. Поэтому я прекрасно знала, что вампиры где-то рядом.              Я лежала в своей бывшей комнате и слушала музыку. Мама поделилась, что через месяц превратят её в новую детскую спальню. Странно, что они не сделали это в тот момент, когда я переехала.              Крис звонил на домашний телефон час назад. Сказал, что их объект бегает от них по всему городу, и они сильно опасаются, что он сможет выйти на меня, так как Джеймс являлся самым настоящим ищейкой и найдет свою жертву, где бы та ни находилась. Меня от этих слов бросило в дрожь, но я знала, что парни справятся с ним.              Я была уже морально не в силах вывозить весь этот ужас Стивена Кинга наяву. Постепенно меня затянуло в сон, и я снова встретилась со старыми друзьями.              Солнце ярко светило, мы сидели на пледе, расставив вокруг себя еду и домашние задания. Это была идея Энджела. Он в последнее время говорил, что из-за сессии нам не удается нормально собраться.       Мы вышли на пикник только втроём, остальные уже разъехались по домам.               – Ну вот, снова ты не кушаешь, неугомонная, – причитал Джи. Он снова покрасился, в этот раз это был нежный голубой цвет.              Его одежда очень хорошо гармонировала с его новым внешним видом, так как небесного цвета рубашка и белые джинсы делали его более нежным и действительно похожим на ангела. А Джошуа, напротив, выглядел как молодой ассистент профессора из университета. Он был одет в светлую рубашку с закатанными рукавами и чёрные штаны.              Я осмотрела себя и с удивлением обнаружила очень знакомое белоснежное платьице. Оно было похоже на то самое одеяние, в котором я стала убийцей, и меня передёрнуло от ужаса.               – Оставь её, нормально она выглядит, – встал на мою сторону Джошуа.              Я закрыла глаза.              Когда открыла, то встретилась с песочными очами Джошуа, который очень громко смеялся, очевидно, над очередной шуткой Вернона.       Его улыбка была такой яркой и тёплой. Он снова покрасил волосы – ему очень идет быть блондином.              За ним в зеркале заметила себя. Красные волосы были собраны в пучок, а чёлка ровным ободком струилась по бокам лица. А вот и одежда: снова это белое платье и такие же белоснежные босоножки.       Этот образ, словно кошмар, преследует меня.       Чтобы отвлечь себя от ненужных мыслей, я обратила внимание на старших.               – Тебе бы ещё волосы отрастить – будешь копией Энджела, – слегка улыбаясь, сказала я.               – Малышка права, – Вернон потрепал Джошуа по его обновлённой шевелюре.              Хоть он и говорил это Шуа, его шоколадные глаза не сводили с меня взгляда. Я засмеялась.       Чёрт, так сильно, оказывается, скучала по ним.       Вернон неожиданно обнял меня и сказал:               – Я не хочу, чтобы ты взрослела, – его голос эхом пронёсся в моем сердце.               – Почему? – спросила я, положив руки ему на плечи.               – Через пару лет, когда тебе будет семнадцать, мы будем реже видеться, вредина ты наша, – Вернон чмокнул меня в макушку.               – Он прав, – присоединился к нему Джошуа. – Мы хотим запомнить тебя такой – юной и красивой.              Я вспомнила: это мой день рождения! За несколько дней до того рокового дня. О боже, как вернуться в это время по-настоящему? Я ведь сейчас точно сплю!              Открыв рот, я хотела что-то сказать, но мир резко перевернулся вверх ногами, меня закружило в странном вихре, и я оказалась на лестничной площадке. Рядом стоял Эскупс. Он растрёпал мои волосы.               – Как же ты выросла, – прошептал он, словно боясь спугнуть меня.              Его грубые, но такие заботливые ладони легли на мои щеки, и я, наклонив голову, прижалась к его рукам. Мне так не хватало этих заботливых жестов. Белоснежная улыбка расползлась по его лицу. Глаза застелила пелена слёз.              Эскупс не переставал улыбаться.              Не выдержав давления, я развернулась и побежала вверх по лестнице, вышла итоге вышла на крышу. Мне было так больно. Я не была в состоянии что-либо сказать. Слёзы катились по моим щекам, оставляя неприятное послевкусие. Я опустила голову и обнаружила, что на мне снова то самое короткое белое платье.

Снова.

Это.

Проклятое.

Платье.

             Рассвет в Финиксе с крыши именно этого девятиэтажного здания всегда был прекрасен. Но меня не покидала мысль: почему я в этой чертовой одежде?              Внезапно меня обняли сзади. Заметила знакомые массивные кольца на длинных тонких пальчиках.              Энджел.              Его любимый сладкий парфюм приятно защекотал нос. Руки крепко сцепились у моего живота, и парень прижался к моей спине, уложив голову мне на плечо. Мы смотрим, как лучи солнца медленно проступают сквозь сумерки.               – Иногда я думаю: что случилось бы, если бы мы тогда не встретились? – дрожащим голосом спросила я.              Всегда задавалась этим вопросом.               – Мы бы встретились в другой день. Я бы никогда не смог бросить тебя одну.              Ответ Энджела слегка озадачил меня. Он так говорил, будто наша неожиданная встреча была уготована самой судьбой ещё задолго до нашего рождения.               – Спасибо, – поблагодарила я его.              Взяв одну из рук парня, я поднесла её к губам и оставила на тыльной стороне поцелуй. Капелька из глаз сорвалась вслед за ним.               – Благодари судьбу за такой подарок, – ответил мне Энджел и мазнул губами по виску.              С ним было так спокойно. Казалось, будто он больше никуда не исчезнет и всегда будет рядом. Я думала, что Энджел не оставит меня никогда, тем более после всего, что произошло. Однако впоследствии он сломался духом и бросил меня одну в этом мире, полном страданий.              Когда я моргнула в очередной раз, смахивая пелену слёз, то снова оказалась в знакомом лесу.              Снег лежал ровным ковром, пахло зимой и морозом, но мне не было холодно. Это было так странно. Я не знала, что мне делать, и осталась стоять на одном месте, стараясь осмыслить происходящее вокруг.              Вдруг издалека ко мне подошёл очень большой волк с серой шерстью. Он был стар и двигался медленно. Когда хищник остановился передо мной, его облик изменился: тело вытянулось, он встал на ноги – так я встретила старика.              Седые волосы отлично гармонировали с белыми одеждами, а карие глаза всё так же искрили знакомым блеском.              Дедушка Уильям.              Я улыбнулась и бросилась в объятия мужчины. Его тёплые руки аккуратно окольцевали меня. Мои легкие заполнил знакомый древесный запах, который всегда дарил уют и чувство безопасности.              Я дома.              Мы разжали объятия, и, взяв меня за руку, дедушка повёл меня в сторону реки, что протекала недалеко от нас. Он молчал, и я тоже. Эта тишина была такой спокойной и нужной, что я невольно захотела остаться тут навечно, лишь бы не возвращаться в тот кошмар, который ждёт меня наяву.              Вдруг дедушка остановился и встал лицом к лицу со мной. Он смотрел на меня с гордостью. Его большие карие глаза сверкали от счастья.               – Не забывай, кто ты такая на самом деле. Неважно, если кто-то несёт абсолютную чушь про тебя. Неважно, у кого какие мысли о тебе. Не слушай их пустые слова. Ты – это ты. Никогда не пытайся изменить себя.              Его слова эхом отозвались в моей голове, и я резко проснулась.              Кто-то очень интенсивно стучал в дверь. Не дождавшись ответа, Алекс, всунув голову в проём, наморщил нос и сказал:               – Мама приглашает на ужин.               – Сейчас спущусь, – хрипло ответила я.              Однако он не собирался уходить. Его физиономия источала недовольную гримасу, и сам мальчик был сильно раздражен.               – Рия?              Мой сводный младший брат смотрел на меня как-то ожидающе.               – Алекс, ты что-то хочешь сказать? – заражаясь его эмоциями, сердито спросила я.              Он зашёл и закрыл за собой дверь. Я села на край кровати, опустив ноги. Алекс встал напротив меня. Сильно было заметно, что он борется с чем-то. Не зная, куда девать руки, Алекс пару раз встряхнул ими в воздухе и скрестил на груди. Вся его поза была сильно напряженной.               – Мне жаль, что я вёл себя рядом с тобой ужасно, – буквально выплюнул он из себя эти слова.               – Алекс? – воскликнула я.              Откуда в нём столько ненависти? И его прорвало.               – Я был слегка не рад, когда узнал что мама мне не родная, – начал Алекс. – Но представь моё удивление, когда я понял, что ты мне сводная сестра, но кровинка мамы. Такая красивая, милая и раздражающая, которая забирает её внимание на себя, – с отвращением говорил он.              Меня переполнял гнев. Да как он вообще смеет?!               – Знаешь, я был очень рад, когда мама стала уделять больше времени только мне, – с наслаждением поделился Алекс, но тут же прошипел: – Но ты всё испортила и стала портить её настроение и её планы на будущее!              Я резко вскочила с места и сжала руки в кулаки.               – Какого чёрта ты мне это всё рассказываешь? – гневно спросила я, чуть ли не рыча.               – С такого, что папа попросил меня об этом! – крикнул он.              Естественно, сам бы он не пошёл на такие разговоры. Боже, Хью всё ещё надеется, что мы с его сыном подружимся. Нет, этому не бывать никогда. Особенно сейчас, когда этот мелкий паршивец делится своей ненавистью со мной.              Карие глаза сузились от презрения, и Алекс сжал губы в тонкую полоску.       Я хотела ударить его, но сдержала себя.              Хотела разорвать этого мальчишку на мелкие кусочки.       Агрессия так и просачивалась даже сквозь проклятия, и я не знала, насколько меня хватит.               – Я был очень рад, когда ты ушла из нашего дома, – Алекс даже и не думал замолкать, тем самым роя себе могилу. Казалось, он будто не замечал моё состояние.               – И? Радуйся дальше, я скоро уйду, – прошипела я, глядя на него сверху вниз.               – В том-то и дело, что ты вернулась! – он выставил вперёд палец, указывая на меня. – Ты пришла, и всё внимание теперь достаётся тебе! Папа вообще приказал мне просить у тебя прощения. Зачем? Я не понимаю. У меня скоро будет сестрёнка, и мама волнуется из-за тебя!              Ах вот как?!       Вот же паршивец!               – Ты…              Я двинулась вперёд и точно собиралась дать ему пощёчину, как меня прервал голос Николь:               – Рината? Алекс? Спускайтесь ужинать! – донеслось с первого этажа.              Я ухмыльнулась и сняла браслет с руки. Гнев Алекса испарился, и от страха он попятился назад, больно стукнувшись спиной о дверь. Его глаза расширились от ужаса – я знала, что он чувствовал исходящую от меня ауру смерти, которую я запечатлела из того дня, когда заставила того мужчину спрыгнуть с крыши.              Мне не нужно было ничего говорить. С какой-то чудовищной силой я оторвала мальчишку от двери и подняла над полом, крепко схватив за горло.       Из его глаз брызнули слёзы. Алекс барахтался, пытаясь коснуться ногами твёрдой поверхности.       Не сказать, что я получала огромное удовольствие от этого действия, но оно принесло мне какую-то радость.              Я засмеялась и приблизилась к лицу Алекса.               – Рано или поздно ты умрёшь, но я могу в любой момент сделать так, чтобы ты больше не проснулся, – шепнула я ему в ухо.              Взглянув в глаза брата, я видела, насколько он был скован паникой: его взгляд бегал туда-сюда в поисках пути спасения. Хрипя, Алекс произнёс:               – Пожалуйста, отпусти меня.              Он плакал, слёзы катились по лицу, достигая моей руки на его шее.               – Ребята, ужин! – снова крикнула Николь.               – Я не буду! – в ответ повысила я голос и разжала руки.              Алекс быстро выскользнул за дверь.              Не знаю, сколько прошло времени. Я снова надела браслет на руку и плюхнулась на кровать. Глядя в потолок, громко вздохнула. Снизу слышалась возня – очевидно, Алекс жаловался на меня родителям.       Ну и пусть.       Я ясно помню, что Хью предупреждал его не лезть ко мне сегодня. Он мог попросить это дурацкое прощение и в другой день.              От досады я негромко вскрикнула.       В дверь снова постучали.               – Я могу войти? – спросил Хью.              Я снова вздохнула и села на кровати.               – Да, – разрешила я ему.              Хью вошёл в мою комнату. Он выглядел неважно: под глазами залегли синяки, каштановые волосы где-то окрасила седина. Рубашка слегка выбилась из-за крепкого ремня, который удерживал тёмно-синие джинсы.              Мужчина громко выдохнул и сел в кресло напротив меня. Его руки потянулись к голове, а потом он и вовсе закрыл своё измождённое лицо и провел ладонями от макушки до шеи.              Словно собираясь с мыслями, Хью задумался, а потом скрестил руки на груди. Он был чем-то сильно озадачен и слегка разгневан. Причину искать не стоило. Хью пришёл, чтобы поговорить из-за поведения Алекса.               – Ты в порядке? – неожиданно спросил он.              Я слегка опешила, так как не ожидала этого.               – Наверное? – ответила я, задаваясь этим же вопросом.               – Послушай, – мягко начал мужчина, – я не виню тебя в том, как ты обошлась с Алексом, потому что уверен, что он сам в этом виноват. Но, Рея, пожалуйста, сдерживай свою силу.              Это было очень неожиданно. Я стыдливо опустила голову.               – Я знаю, что тебе сейчас очень плохо, – Хью потянулся ко мне и положил свою ладонь поверх моей, что лежала на кровати.               – Прости, – промямлила я. Мне стало стыдно: ради него я могла и не трогать Алекса. Но мальчишка слишком уж сильно вывел меня из себя.               – Неважно, – сказав это, Хью отстранился от меня. – Я так понял, ты пока не хочешь ужинать?              Я кивнула головой. Мужчина встал с места и, больше ничего не говоря, вышел из комнаты.              Как же всё это трудно. Я снова легла на кровать и сжалась калачиком.       Интересно, Каллены нашли того чужака?       Что сейчас происходит в Ла-Пуше?       Старейшины в этот раз точно заточат меня в резервации. Почему-то я уверена, что Сэм и Джейк будут активно этому сопротивляться, так как запечатление вампира сродни их собственному, и Каллен не отдаст меня просто так.              Меня ждёт очень трудный и длинный разговор с квилетами.              Интересно, чем занят отец? В безопасности ли он?              Где же Крис? Я уверена, что он сейчас сильно зол из-за сложившейся ситуации. Нам много чего нужно обсудить. Особенно про ту меня, которая была Розабеллой.       Я хочу узнать её такой, какой помнили эту девушку Питер, Льюис и Хелен.       В их воспоминаниях она была таким же нежным цветком, каким её помнил мой парень, или была другой?              Столько мыслей крутилось в голове, не давая спокойно вздохнуть.              Вдруг тихая вибрация под подушкой нарушила мой покой. Я вытащила оттуда складной серебристый мобильник. Его передал мне перед уходом Крис, предварительно заботливо выключив звук и оставив только режим вибрации.              От него пришло сообщение:              «Я могу набрать тебя прямо сейчас?»              Напечатав положительный ответ, я стала ждать действий от Каллена.              Телефон снова завибрировал. Пришлось принять вызов, раз согласилась. Я сглотнула тошноту в горле и прижала мобильник к уху.               – Принцесса, привет, – облегченно выдохнул Крис.               – Привет, – в ответ поприветствовала я его.               – Ты в порядке? – спросил он.              Я улыбнулась. Как приятно снова услышать его бархатный голос. Кажется, за столь короткое время я успела сильно привязаться к нему и уже успела соскучиться.               – Относительно да, – ответила я, слегка искривив губы в отвращении из-за истории с Алексом.               – Что-то случилось?              Крис явно был встревожен моим ответом и тоном, которым я это произнесла.               – Это всё Алекс, – выдохнула я и закрыла глаза, снова свернувшись клубком на кровати. – Он вывел меня из себя, и я не знаю, как, но я… я…              Я сглотнула.               – Рея? – голос Каллена был полон паники.               – Я просто слегка придушила его и пригрозила расправой.              Крис охнул. Даже принимая тот факт, что мы находимся далеко друг от друга, я прекрасно знала, что он прикусил нижнюю губу. Я улыбнулась своим мыслям.               – Ты в порядке? – снова повторил он свой вопрос.               – Крис, мне страшно, – призналась я ему.               – Я скоро приеду, – пообещал мне Крис.              Я всхлипнула и заплакала от безысходности. Мне было так горько и неприятно на душе. Словно моё сердце разрывали на куски, я думала, что сейчас и здесь умру. На улице прогремел гром, в жаркий вечер Финикса ворвался неожиданный ливень.       Словно моя сущность решилась выплакать свои слёзы вместе со мной.               – Рея? Рея? Рея?! – донесся до меня издалека голос Криса.               – Прости.              Я села на кровати, попутно вытирая остатки мокрых дорожек рукавами кофточки.               – Расскажи мне, что у вас происходит, – хрипло попросила я Каллена.               – С тобой всё хорошо?              Я кивнула, а потом до меня дошло, что Крис меня сейчас не видит, и засмеялась от собственной глупости.               – Принцесса?! – донесся до меня возглас вампира.               – Прости, пожалуйста, – сказала я, отсмеявшись. – Я на твой вопрос кивнула головой.              Меня снова прорвало на смех, и на том конце я услышала бархатное и приятное хихиканье Криса. Его сладкий голос ласкал мои уши и был моим самым любимым звуком. Отсмеявшись, парень спросил:               – Кажется, мы понемногу сходим с ума, да? – потом он добавил: – Можешь кивнуть, я пойму.              Крис хихикнул. Я закатила глаза и вернула забытый вопрос:               – Так что у вас там происходит?               – Этот проклятый псих сумел сбежать от нас.              От былой веселой атмосферы не осталось и следа. Крис сильно разозлился, его ярость чувствовалась даже спустя тысячи километров. Я уверена, что его руки сжались в кулаки.               – Сейчас мы с Райно находимся в Ванкувере. Стив, Питер и Льюис вернулись в Форкс, а эта сволочь просто выскользнула прямо из-под нашего носа, – послышался удар чего-то тяжелого об стену.               – Крис?! – вскрикнула я.              Каллен вздохнул.               – Прости, принцесса, – он очевидно сожалел, что напугал меня. – Не могу понять, почему он так сильно нацелился на тебя. Я не смог толком услышать его мысли. Питер предположил, что он сейчас двинется в твою сторону, поэтому мы с Райно полетим к тебе совсем скоро.              Чёрт. Этот день явно был каким-то сумасшедшим. Не хватало, чтобы этот чокнутый кочевник добрался до меня.       Не жизнь, а сплошной кошмар.       Я была на грани того, чтобы пойти по стопам Энджела.               – Не волнуйся, Феликс, Сэм и Йэн сейчас прочесывают твой город в поисках Джеймса, – утешил меня Крис. – Они не дадут тебя в обиду.               – Я знаю.              Я улыбнулась. Как же мне не хватает сейчас холодных объятий моего вечного вампира.               – Мне пора идти, – с грустью поделился Каллен.       – С нетерпением жду нашу встречу, – отозвалась я.               – Я тоже, принцесса, – произнёс он. Было слышно, что Крис улыбнулся, так как фраза вышла очень искренней и правдивой. – Пока-пока.              Попрощавшись с ним, я откинула мобильник куда-то в сторону подушки. Прямо сейчас я действительно хотела оказаться в мире, где нет ни одного мифического существа из сказок, особенно оборотней и вампиров.              Моя жизнь – словно чей-то тяжелый рок.              Пока я витала в своих мыслях, уже успело стемнеть. Я вздрогнула всем телом, будто зная, что сегодня должно что-то произойти. Шестое чувство кричало об опасности на каждом шагу.              В моей голове всё снова смешалось. Я не могла думать конкретно об одной вещи.       Как там дела в Форксе?                     Что происходит сейчас в моём городе?       Куда делся ищейка?       Он действительно нашёл меня?       Чем занимается папа?       Как дела у оборотней?       Может, стоит пойти на крышу?              Не знаю, как, но я обнаружила себя у лестницы рядом с кухней. Видимо, сильно ушла в свои мысли и не особо заметила, как машинально вышла из комнаты в поисках воды.              Я проходила мимо гостиной, когда мама вдруг вскрикнула и схватилась за свой огромный живот. Посмотрев чуть ниже, я увидела, как у её ног появилась лужа. Алекс с ужасом отошёл назад и, зацепившись за ногу дивана, упал.               – Воды отошли! – Николь взглянула на меня со страхом, но потом обратила внимание на Хью. – Хью! Почему так рано?!               – Дорогая, всё будет хорошо, – успокаивал её отчим.              Я подошла к дивану и села, крепко сжимая стакан в руках. Какой-то сумасшедший день. Все вокруг суетливо забегали: мама искала сумку, причитая, что хорошо, что она подготовилась раньше; Хью искал ключи от машины; Алекс умолял родителей забрать его вместе с ними.              Лишь одна я, словно неподвижная статуя, обустроилась на мягкой софе, будто сидела на обычном семейном собрании, и смотрела на выключенный телевизор перед собой.              Внезапно мои плечи сжали, и я увидела встревоженное лицо Хью.               – Рея! Рея! – он потряс меня. – Мы поехали. Ты остаешься дома и никуда не выходишь! Ты меня поняла? Никуда не выходи!              Я кивнула головой. Он поцеловал меня в лоб и ушёл. Издалека до меня дошёл звук захлопнувшейся двери. Завелась машина, и семья в панике уехала в роддом встречать новую жизнь.              Я усмехнулась и встала с места. Стала бродить по дому: спальня Николь и Хью, детская Алекса, моя бывшая комната, рабочий кабинет отчима, библиотека мамы. Спустилась вниз: кухня, гостиная, большая кладовка, гостевые комнаты, наш с Алексом зал трофеев и вот – прихожая.              Кажется, прошло полчаса, прежде чем я добралась до выхода. Подергала за ручку – дверь ожидаемо не поддалась. Меня заперли, зная, что я предприму попытку уйти. Что же, Хью это предусмотрел. Похвально, если бы не одно, но.              Я поднялась на второй этаж и дошла до окна, где снаружи была труба, благодаря которой можно было незаметно сбежать из дома. Раньше именно так я бежала из этого душного места. Никто до сих пор не догадывается, как мне удавалось ускользнуть так незаметно. Так что, заперев меня одну дома с моими мыслями, они проиграли.              Какой-то неожиданный порыв заставил меня переодеться, прежде чем я вышла из дома. Я надела ту самую одежду, в которой мы с Крисом недавно были на свидании, даже получилось собрать волосы в знакомую прическу. Тот самый полу распущенный вид с косичками по бокам которые соеденились в конце. Странно, что рука ни разу не дёрнулась от перенапряжения.              Я открыла окно, и свежий воздух с запахом дождливого асфальта приятно разошёлся по комнате. С наслаждением втянув в себя этот аромат, я аккуратно выскользнула из дома, крепко держась за раму. Благодаря длинной трубе, находившейся под моим подоконником, я благополучно приземлилась на мокрую землю.              Казалось, вот-вот снова нагрянет ливень, и ошибки быть не могло. Не знаю, наверное, прошло пару минут, и мои догадки подтвердились: одинокие капельки упали на моё лицо. Я вытянула руки перед собой, и дождь начал усиливаться.              Ноги сами привели меня в балетную студию, где я мучилась десять лет. Место, ставшее причиной потери одних из лучших людей в моей жизни. Год назад из-за произошедших кровавых убийств её закрыли, и это место с тех пор считалось заброшенным. Старые хозяева просто запечатали её и оставили всё как есть. Знать бы им, что тот кошмар, достойный Оскара за самый лучший хоррор, устроила всего лишь одна обезумевшая пятнадцатилетняя девочка.              Открыть скрепкой закрытую дверь не составило труда. Я встряхнула головой, избавляясь от лишней влаги, и, затаив дыхание, зашла внутрь. Было очень темно, но благодаря лунному свету, спадавшему из высоких окон, можно было видеть, что есть в этом помещении.              Зеркала ещё не убрали из танцевального зала, и я видела себя. Но на этот раз я промокла не от крови, а от дождя. Вдруг позади меня возник ещё один человек. Нет. Не человек, а вампир. Красноглазый. По его безумному взгляду я поняла, что он и есть тот самый охотник. Сбежал, значит. Нашёл. И вправду – ищейка.              Я истерически растянула губы в улыбке, отражение исказилось, повторяя мои эмоции.               – Ну что же, сладкая, приятно снова с тобой встретиться, – произнёс Джеймс, явно предвкушая что-то. Его голос звучал глухо и хрипло. Выглядел он как бездомный пьяница: брюки, разорванные в некоторых местах, накинутая на голое тело джинсовая куртка, босые ноги без обуви.               – Мы разве знакомы? – я повернулась к нему, не ощущая никакого страха.              Если я должна покинуть этот мир сейчас и здесь – значит, так решено небесами. Меня пугала только боль, которую я должна испытать перед смертью. Надеюсь, он не будет меня долго мучить. С едой ведь играться нельзя. Это так глупо, но я была готова встретить свою смерть как старую знакомую.               – Ох, конечно, извини, ты ведь не знаешь, – ищейка начал жестикулировать руками, словно профессор, который читает необычную историческую лекцию. – Это было в далеком тысяча девятьсот двадцать восьмом году.              Он вёл себя со мной так, будто хотел насладиться тем, как я испугаюсь, а потом буду умолять о пощаде. Вампир ждал от меня хоть какой-либо эмоции, похожей на страх. Я скрестила руки и вскинула голову чуть вверх, бросая ему вызов: мол, не дождешься.               – Ты практически с тех пор не изменилась, даже эта кровь… – он протянул открытую ладонь ко мне и слегка повёл носом из стороны в сторону, вдыхая то, чего не ощущаю я. – Смелая девочка. Мне жаль, что я не смог насладиться твоей горячей кровью тогда. Но та картина, как сладкий сон, до сих пор стоит перед моими глазами. Ты спрыгнула со скалы и ударилась о самый большой камень, потом… ох… этот хруст сломанной шеи.              Губы Джеймса исказились в отвратительной гримасе – очевидно, это была улыбка. Меня передернуло от его слов. Так вот, значит, кто перетащил тело Розабеллы с места на место.               – А что потом? – спросила я, подавляя внезапные рвотные позывы.              Багряные глаза наполнились жаждой власти, и вампир коротко рыкнул.               – Потом прошли года, и я, как и в другое моё время, скитался по всему свету.              Мужчина поднёс руку к подбородку, словно задумался, и шагнул в сторону, потом повернулся ко мне спиной, осматривая помещение. Внезапно Джеймс оказался совсем рядом со мной, и меня стошнило от его запаха и чертовски отвратительных эмоций.               – А потом я увидел тебя с тем вампирчиком, – прошипел он мне в лицо, не отрывая взгляда. Вблизи его глаза казались цвета тёмного вина, и я поняла, что он голоден. – Кажется, Крис, да? – спросил он.              Я закусила губу и сжала руки в кулаки.               – Допустим, – огрызнулась я довольно громко.              Вампир отпрянул на довольно приличное расстояние, будто ошпарился кипятком. Не знаю, откуда взялось во мне столько злости, но мне хотелось вгрызться в лицо этого мудака и разорвать его тело на куски, чтобы он больше не мог ходить по этой земле, не мог дышать, существовать. Но я знала, что даже не успею пикнуть, как он мне одним лишь движением пальцев сломает шею.               – Ты… – мужчина потерял дар речи, а потом усмехнулся. – Ты, оказывается, зубастая. Не ожидал.               – Рада, что позабавила твою скукоту, – хмыкнула я, не отрывая взгляда от его мерзкого лица.               – Молчать! – заорал вампир. Мне показалось, что от его крика задрожали стены. – Вы с этим блондинчиком были такие милые. Лоран, как романтик-идиот, просил не трогать вас и продолжить путь. Но я услышал твой дивный и почти забытый аромат.              Он провёл языком по нижней губе и снова за секунду оказался за моей спиной. По телу поползли мурашки, но я не позволила себе сдвинуться ни на сантиметр. Не дождётся. Даже если я умру, я встречу свою смерть достойно: с улыбкой, а не со страхом в душе.              Ищейка, оставляя после себя дуновение лёгкого ветра, оказался напротив меня. Он скрылся в темноте комнаты, забился подальше в угол, тем самым строя из себя хищника.               – Стоило мне отвлечься – и ты исчезла. А потом во мне разогрелось желание найти тебя и испить твоей горячей крови. Но твои друзья испортили мои планы, – произносил он, скрываясь во мраке. – Было интересно морочить им голову, пока моя Виктория искала информацию о тебе. И вот я здесь. Я собирался пойти к тебе домой, но удача повернулась в мою сторону, и ты сама пришла в мои руки.              Вот значит, как. В моей голове, как в киноленте, прокручивались моменты, как я проводила счастливые дни в Форксе: учебные занятия с весёлыми подругами, семейная идиллия Калленов, подарок отца, радостное хохотание мамы на том конце провода, сны, где я видела самые лучшие моменты в Аризоне. Вот что означали те воспоминания с плохим концом.              Хорошо, ждите меня, мои любимые ангелы.              Раньше я уже думала о смерти, когда считала, что это единственный выход избавиться от боли и ненависти.       Представляя в своей голове тысячи сценариев своего конца в этом бренном мире, никогда бы не подумала, что умру именно так.       Старый шаман прав: где я – там и смерть. Неважно, кем бы этот человек ни был. Возможно, умрёт кто-то из моих близких, или чужой падёт от моих рук. Но сейчас ситуация приняла иной оборот.              Жертвой на этот раз стала я.              Остаётся лишь усмехнуться и смотреть в кровавые глаза моего палача. Багровые зрачки, полные жажды убийства, бдительно следили за каждым моим вздохом. Одна ошибка – и мне действительно конец. Жаль, что обещание, данное пару лет назад, придётся так грубо нарушить.              Прости, Инне. Твоя неблагодарная волчица совершила необдуманную ошибку, из-за которой ей предстоит уйти в иной мир гораздо раньше тебя. Не думала, что могу подвести нас таким образом. Но мне действительно жаль. Поддавшись своему импульсивному желанию, я подставила всех.              Кристофер…              Сможет ли он простить мой глупый поступок – я не знаю. Но искренне надеюсь, что Каллен снова найдёт мою душу через несколько лет. Возможно, даже после моей смерти. Не хочу, чтобы он ждал ещё век.              Ненавистный и горестный смрад сигаретного дыма вперемешку с кислым лимоном стремительно преобразился из холода в лёд, прожигая горло. Даже во рту осел едкий вкус. Смотря на меня с триумфом, ищейка приближался всё ближе и ближе.              Прощайте.              Я любила вас всех.              Стоило на миг закрыть глаза, и я ощутила, как запах смерти с ощущением триумфа встретил меня, раскрывая свои костлявые объятия. Вздох. Секунда. Потребовался всего лишь один короткий взмах, и я воспарила в воздухе. Уши уловили отвратительный звон битого стекла, а тело – осколки.              Я упала на пол и учуяла запах собственной крови. Мелкие стёкла, будто острые лезвия, жгли и кромсали мою плоть. Значит, без боли не обойтись, и этот монстр будет меня терзать до последней капли крови.               – Какая дивная и прекрасная картина, – стоило ищейке это сказать, гнев уступил место бессилию, и я осталась дожидаться своего конца.              Стоило мне открыть глаза, и я встретилась с алыми зрачками вампира. Он изучал моё лицо, словно музейный экспонат. Я не знаю, чего он ждал и что хочет сделать. Ничтожные кусочки зеркала больно впивались в кожу, пронзая своими острыми концами сквозь одежду.              Больно. Физическое мучение постепенно заглушало ту незримую агонию, что творилась в душе. Я горела и хотела, чтобы он сгорел со мной. Я хотела быть любимой и жить вечно. Мысли начали путаться, даже отвратительный запах железа отошёл на второй план.              Глаза зацепились за отражение в оставшихся частях зеркальной стены. Оно было сильно разбито, и трещины, словно изысканная картина безумного художника, сложились в очень красивый узор. Но меня больше зацепило другое. Дрожащие руки сами потянулись к лицу. Глаза слезились не от того, что мне страшно, а от того, что больно. Руки покрывали полоски крови.              Я испытала дежавю. Снова белоснежное платье, разорванное кое-где, всё лицо и тело обмылись багряной массой. Этот проклятый охотник прав: красивая картина.              Истерический хохот сам по себе сорвался с моих губ. Какая ирония. Год назад я устроила тут бойню, а сейчас меня саму лишать жизни. В обеих ситуациях виновата была я.              С трудом перевернувшись, я откинулась назад и посмотрела на потолок. Да, не хватает только пистолета ради вызова небольшого дождика. Руки тряслись, но я нашла в себе силы, чтобы поднять левую конечность. Пальчики сложились в пистолет.               – Бум, – прошептала я, выстреливая холостым в воздух.              Рука как-то резко отяжелела и упала, больно стукнувшись об пол. Сил больше не осталось. Я повернула голову снова к зеркалу. Поистине, такая глупая смерть.              Ищейка приблизился ко мне ещё на шаг, но вдруг с ужасом застыл на месте: к нему потянулись стебли лианы и, крепко облепив ноги, стянули назад.              Кажется, я уже схожу с ума и теряюсь в пространстве, раз мне мерещится такое.              Мои веки отяжелели, и я дала мраку взять надо мной верх.               – Мама! – послышался голос издалека.              Вдруг яркий свет озарил весь зал, и я, слегка приоткрыв глаза, увидела перед собой очень красивого юношу. Его светлые волосы лежали таким знакомым вихрем.               – Ангел? – спросила я ослабевшим голосом.               – Хоть кто угодно, – глаза парня остекленели, и лицо слегка исказилось.              Сквозь отвратительную вонь ищейки и моей собственной крови в мои лёгкие проник не воздух, а сладко-медовый аромат, но черешню перебивала мята, которая обострилась из-за сильной тревоги.               – Йен?              Блондин кивнул и улыбнулся. Его лисьи глаза прищурились; мне казалось, что он хочет плакать, но не может – что-то не позволяет ему это сделать. Трясущимися ладонями я коснулась его холодной щеки, и вампир прижал свою руку к моей. Испачкав его белоснежную кожу, мне стало слегка совестно.               – Пойдём домой, – голос нового знакомого был таким тихим и родным.              Меня, словно пушинку, подняли в воздух. Я увидела замерзшего, словно ледяная скульптура, охотника. Его тело буквально окутывали снежинки и мороз, только глаза с ужасом беспорядочно шевелились из стороны в сторону. А рядом, оскалившись, стояли два темноволосых вампира: один был высоким и очень красивым, а второй буквально горел – из его ладоней поднималось яркое пламя, озаряя всё вокруг.              Усталость охватила меня, и, снова прикрыв глаза, я позволила тьме поглотить меня.              Тело ломило от сильной боли, голова трещала и раскалывалась. Открыв глаза, я заметила белый потолок. В воздухе пахло стерильностью и медикаментами. Осмотревшись, я поняла, что нахожусь в больничной палате. На мне была кислородная маска, что создавало неприятные ощущения, и трясущимися руками я отцепила её.              Чуть изменив направление взгляда, я наткнулась на темноволосую макушку. Папа приехал. Всё моё тело пронзало адской болью, было тяжело дышать. Пошевелив левой рукой, я неожиданно вскрикнула от острого укола. Подняв голову, увидела причину: к руке была прицеплена иголка капельницы.               – Малышка? – голос папы звучал хрипло, и выглядел он неважно.               – Пап? Как долго ты здесь? – я улыбнулась в попытке подбодрить его.              Его беспокойство и тревога затопили всю палату. Я наморщила нос от его эмоций, однако Виктор принял это по-своему и заволновался ещё сильнее. Взглядом я нашла на тумбочке свой браслет. Эх, как бы мне прямо сейчас хотелось, чтобы он был на мне.               – Со вчерашнего утра, – откашлявшись, ответил папа. – Как услышал, что случилось, сразу вылетел.              Он облегченно выдохнул и поцеловал меня в лоб.               – Как ты себя чувствуешь?               – Как человек, которого сбил грузовик, – ответила я, слегка изгибая рот в улыбке.              Вокруг стояла тишина, но за пределами палаты я прочувствовала ещё несколько людей, которые сходили с ума от волнения. Сквозь специфический запах лекарств до меня отдаленно доходили знакомые феромоны. Особенно выделялась мята, которая приятно защекотала горло. Я несколько раз кашлянула. Папа протянул мне стакан с водой; осушив его до дна, я поблагодарила его.               – Это неудивительно, – карие глаза Виктора смотрели на меня с заботой. – Что ты вообще потеряла в той заброшке?               – Где? – прищурившись, спросила я.              Папа взглянул на меня с испугом и резко отпрянул назад, откидываясь на спинку стула. Он задумчиво уставился на стену, его лоб покрылся морщинами от напряжения. Я отвела взгляд, смотря на свои забинтованные руки и предугадывая, что дальше может произойти. Что случилось в балетной студии? И почему меня оттуда перенесли в какую-то заброшку? Виктор явно не тот человек, кому стоит задавать такие вопросы.               – Милая? – папа обратил на меня внимание. – Ох, мне жаль. Ты совсем ничего не помнишь?              Я покачала головой, строя из себя актрису, достойную Оскара. Я всё помню, но если речь идет о месте, которое я не посещала, то не имело смысла что-то выдумывать. Про студию уж точно стоило пока промолчать.               – Что произошло? – спросила я дрожащим голосом.              Десять лет, проведённых в стенах ненавистного зеркального зала, и актерское мастерство, отточенное на сцене, дали результат. Одно из немногих правильных решений Николь в моей жизни.               – Что ты помнишь последним? – устало допрашивал отец.               – Как у мамы отошли воды, – спокойно соврала я.               – Не знаю, как тебе это удается, но ты сбежала из запертого наглухо дома, – Виктор покачал головой, я же едва заметно улыбнулась. – Потом, видимо, ушла в себя и дошла до соседней улицы, где стоял огромный заброшенный склад. Кажется, ты хотела выйти на крышу, но нога соскользнула, и ты упала, наткнувшись на стеклянную дверь. Проходящий мимо человек, услышав звон разбитого стекла, сразу вызвал скорую, но сам ушёл. В итоге у тебя пара сломанных ребер, несколько порезов, ушибов и сотрясение мозга. Ты пролежала в коме два дня.              Вот это новости. Интересно, долго ли пришлось придумывать этот сценарий моим холодным дружкам? Да они даже меня переплюнули.               – Слава всем богам, что ты не пошла в балетную студию, – облегченно выдохнул отец.               – Почему?               – Кто-то проник внутрь и поджёг её. От здания почти ничего не осталось. Вспыхнула как спичка. – Папа покачал головой. – Хью, когда услышал об пожаре, подумал, что ты внутри. Представь, как ты нас всех напугала.              Наверное, очень сильно – я передёрнула плечами от мысли: а что, если бы я действительно сгорела заживо?               – Я могла бы быть и в школе, – невесело сказала я, нахмурив брови. – Папа, только не расстраивайся, пожалуйста. Я не хотела, чтобы они…              Не успела я договорить, как отец перебил меня, выставив руку вперед.               – Знаю. Тебе было это необходимо, я не зол на них. Хью чуть ли с ума не сошёл, пока объяснял, что происходит. Благо, что отец твоего бойфренда – врач, – папа хмыкнул. – Крис сильно беспокоится о тебе и добрался до тебя раньше нас. Мы со Стивом прилетели вместе. Они отошли, чтобы организовать твою выписку и полёт в Форкс.               – Домой?               – Домой, – согласился Виктор.              Интересно, за сколько времени я смогу встать на ноги? Я прекрасно знала, что регенерация уже готова справиться с ранами, но душевные она точно не исцелит.               – Поживешь пару месяцев до выпускного у Калленов? – спросил папа.               – И ты меня так просто отпустишь? – Кажется, я уже говорила это когда-то. Виктор, видимо, тоже вспомнил и хмыкнул.               – Стив – отличный доктор, да и психологическая помощь от Хелен тебе не помешает. Они вчера это сами предложили, – папа пожал плечами. – Я не против, тем более я работаю, и меня целыми днями нет дома. Буду навещать тебя по выходным.               – Я только за, – ответила я.              Два с половиной месяца до выпускного, и проведу я их в доме Калленов. Какая прекрасная новость... Так я думала, пока не вспомнила про Джейка и Сэма. Чёрт. Ла-Пуш и старейшины. От бессилия перед этими мыслями я коротко взвыла, чем напугала Виктора.               – Рея? – испуганно обратился ко мне отец.               – Ничего, – успокоила я его. – Просто меня ждёт куча домашки.              Я снова взвыла, но на этот раз от боли, так как дёрнула рукой, забыв про капельницу.               – Тоже мне, нашла над чем беспокоиться, – папа закатил глаза. – Скай и Питер учатся с тобой, я уверен, они с радостью возьмутся за твоё репетиторство. Дети доктора Каллена – круглые отличники.              Тут закатила глаза уже я.               – Что ещё нового? – задала я очевидный вопрос.               – Николь родила девочку в ту ночь, когда тебя госпитализировали. – Отец явно хотел оттянуть этот момент, но что есть, то есть.               – Вот это новость. А ведь меня не было всего лишь два дня, – я истерично хихикнула.              Дверь в палату открылась, и, словно в подтверждение слов папы, вошла Николь с маленьким свертком в руках. За ней маячили Хью и Алекс, однако мальчик остался ждать снаружи.              Я не вслушивалась в то, что говорят эти люди. Мне теперь было всё равно на них. Эта идеальная семья наконец нашла свой кусочек счастья. Меня не волновали их эмоции, их слова. Я словно через толщу воды ловила обрывки фраз о том, что им жаль и что они просят прощения.              А потом и вовсе специально отключила сознание. Я видела, как ярко светится от счастья Николь. Теперь я ей точно не нужна. Стало грустно от того, что ребенку в её руках достанется та любовь, которой я не была удостоена.               – Поздравляю с рождением любимой дочери. И с тем, что потеряла другую.              Эти слова сами, по-издевательски, вылетели из моего рта. Я уставилась на свои забинтованные руки, сжимавшие простынь; даже игла не тревожила меня. В больничной палате повисла тишина, которую можно было резать ножом. Никто не нашёл фразы, чтобы прервать этот неловкий момент.              Как вдруг, словно зная, что мне необходима помощь, Крис почти буквально влетел в палату, широко распахнув двери. Я хотела избавиться от ненужных гостей и начала всхлипывать. Надо же, глаза действительно застелила пелена слёз, и я вправду заплакала.              Крис сразу же бросился ко мне, и его древесно-ментоловый аромат окутал меня защитой. Он наклонился ко мне, пряча от остальных. Я прошептала максимально тихо:               – Пусть уйдут.               – Мне кажется, она слишком устала, – сказал Крис.              Я не подняла взгляда. Крис выпрямился, его напряженное тело чуть ли не вибрировало от злости. Он сжал кулаки, и я дотянулась правой ладонью до его руки, чтобы немного успокоить.               – Вы уже достаточно расстроили её, – его ледяной голос заставил всех вздрогнуть. – Прошу, покиньте палату.              Когда я вскинула голову, заметила, что Николь молча глотает слёзы. Хью, придерживая её, вывел из палаты, но перед тем как закрылась дверь, он бросил на меня болезненный взгляд.               – Думаю, мне тоже неплохо было бы выйти, – сказал Виктор. – Пойду заберу твои вещи из дома Хью, – осведомил он, специально не называя имени Николь.              Поцеловав меня в лоб, папа покинул комнату.              Мы с Крисом остались одни. Его холодные губы коснулись моих, но углублять поцелуй вампир не спешил. Мазнув по щеке ещё одним поцелуем, Каллен уселся на освободившееся место Виктора.               – Почему не оставили в балетной студии? – спросила я, глядя на него.               – Дура, – Каллен снова поцеловал меня, в этот раз в висок. – Зачем ты вообще вышла из дома?               – Не знаю, – призналась я. – Мне просто захотелось подышать свежим воздухом, а на улице как раз шёл дождь.               – Рената... – я содрогнулась от того, как Крис произнёс моё полное имя. – Почему именно балетная студия?              Его голубые глаза внимательно следили за моей реакцией. Очевидно, если я сейчас солгу, он быстро поймет это по языку тела. Я закусила губу. А потом спокойно задала вопрос:               – А где ещё я должна была быть?              Крис закрыл глаза.               – Когда твой папа рассказал нам историю, которая произошла год назад... – он снова посмотрел на меня и положил ладонь на мою руку. – Мама предположила, что если ты вернёшься в Финикс, то захочешь посетить дом Энджела и Эскупса. Никто не ожидал, что ты пойдёшь в студию.              Каллен был раздражен, и его изнутри сжирало любопытство. Я была на грани того, чтобы задохнуться от его эмоций. Повернула голову туда, где лежал мой браслет. Крис понял без слов и молча надел его на мою левую руку. Чужие чувства притупились, оставив лишь мой собственный ураган внутри.               – Потому что так надо было, – я закрыла глаза.               – Ты скрываешь правду, не так ли? – с болью в голосе спросил Крис.              Верно, потому что я чудовище.               – Если обещаешь не проговориться Виктору, я больше не буду ничего скрывать от тебя.              Я взглянула на него умоляюще, и Каллен сдался.               – Принцесса, мне очень жаль, что бы тогда ни случилось, – он ободряюще улыбнулся. – Я не сомневаюсь в том, что ты сильная, но теперь, когда я рядом, позволь мне взять на себя твою боль.              Его слова заставили сердце трепетать. Казалось, даже стало легче дышать, а воздух вокруг наполнился любовью.              А потом я вспомнила кое-что важное.               – Где Йен?              Крис искренне улыбнулся – впервые с тех пор, как вошёл в палату.               – Уехал в Денали, чтобы собрать вещи и встретить тебя у нас дома.              Я засмеялась, и душу заполнило странное чувство: то ли привязанность, то ли тоска.               – Он сильно испугался?               – Будь он человеком – проревел бы три дня и три ночи. – Крис поморщился, словно ему было больно, но потом вернул улыбку. – Он теперь не отойдет от тебя ни на шаг, крепись. – Предупредил меня Каллен, и я закатила глаза.               – А что вообще произошло после того, как меня кинули в зеркало?              Крис сжал губы и начал:               – Феликс, Сэм и Йен выслеживали ищейку по всему городу. Но он сумел схитрить и сбросить их с хвоста. Когда они нашли вас, то думали, что потеряли тебя навсегда. Парни опоздали буквально пару минут. Они думали, что найдут тебя либо на крыше девятиэтажки, либо у арки перед школой.              Крис замолчал. Да, приди они пораньше, возможно, удалось бы избежать всего этого. Но во всём виновата я – могла бы сидеть дома или пойти к дому старших. Но что случилось, то случилось. Значит, так уготовано судьбой.               – После того как они разобрались с ищейкой, – продолжил парень, – Сэм нашёл другое здание со стеклом и разбил его. За тобой наблюдали до самого приезда скорой. Сейчас ребята в Форксе и ждут не дождутся встречи с тобой.               – Яркий свет, мороз и лианы? – требовательно спросила я. Это точно не было игрой разума, я уверена.               – Давай они сами об этом скажут, хорошо? – лукаво улыбнулся Крис.              Я кивнула в знак согласия и поудобнее устроилась на кровати.               – И всё же, что случилось с балетной студией?               – Феликс сжёг её дотла.              Каллен сказал это так обыденно, будто это было в порядке вещей. Я уверена, что горела она прекрасно. Жаль, что не увидела этого сама.              Дверь в палату открылась, и вошёл мистер Каллен.               – Как ты себя чувствуешь, милая? – обратился ко мне Стив.               – Теперь уж точно почти в полном порядке, – ответила я.              Мужчина положил руку на плечо сыну и задумчиво осмотрел меня.               – Я так и не могу понять, почему твое тело обладает способностью к такой быстрой регенерации, – произнёс он с недоверием.               – Возможно, виноваты оборотни, – поделилась я мыслями. – Раз уж время подходит к завершению и полному принятию, то, возможно, и тело меняется. Инне, вероятно, знает ответ.               – При чём тут квилеты? – снова задался вопросом доктор Каллен.              Крис накрыл руку отца своей и сжал её.               – Думаю, с этим разберёмся уже дома.               – Да, лучше так, – согласился Стив.              Мы разговаривали ещё примерно час, обдумывая, стоит ли говорить правду отцу или лучше обсудить всё со старейшинами. Так как мистер Каллен не был полностью осведомлен о пророчестве, он покинул нас в начале дискуссии. Я успела утомиться и уснула.              Когда я проснулась, Крис был рядом. Я заметила в углу рюкзак с вещами, которые захватила во время побега с Форкса.               – Где папа? – спросила я.               – Отошёл поговорить с Хью.              Крис помог мне сесть. Тело всё ещё болело, но уже не так сильно.               – Николь выписали вчера, и твой отец вместе с ними заехал за твоими вещами, – осведомил он меня.              Значит, прошёл почти день, а не пара часов, как я думала. Вдруг мобильник на тумбочке завибрировал. Крис передал его мне, ободряюще улыбнувшись. Я приняла вызов.               – Алло? – мой голос охрип после сна, и я несколько раз кашлянула.               – Мам?.. – произнёс нежный голос. – Прости, Рея, – быстро исправился Йен.              Я улыбнулась и сжала ладонь Криса.               – Лисёнок, это ты?              Я, конечно, знала, кто это, но мне хотелось его подбодрить. Судя по сияющему лицу Криса, мне это удалось, и я угадала с прозвищем. Йен тоже рассмеялся. Его смех был звонким, как колокольчик, но с привкусом долго сдерживаемых слёз. Каллен был прав: будь у него выбор, он сейчас точно глотал бы слёзы.               – Да... – видимо, он закусил губу, так как слово вышло скомканным. Я закатила глаза: у них с Крисом так много общего. – Как ты себя чувствуешь?               – Хмм... – я нарочно призадумалась. – Я проснулась и увидела одного наглого вампира, но мне всё равно чего-то не хватало, хоть это чудо и сидело рядом.              Крис возмущённо уставился на меня, и я хихикнула.               – А потом мне позвонил самый милый вампир на свете, и моё настроение улучшилось.              Этот лёгкий дружеский флирт заставил меня почувствовать себя живой.               – Я бы обрадовал тебя ещё больше, но, увы, папа выгнал меня из больницы. Сказал: “Делать тебе тут нечего, и в Денали делать нечего, иди собирай вещи и дуй в Форкс!”              Я уверена, что Йен надулся, когда говорил это. Крис выхватил мобильник из моих рук.               – Эй!              Он нажал на кнопку громкой связи.               – Йен-а, а ты обо мне не подумал? – Крис наигранно всхлипнул. – Всё, папа тебе больше не нужен?               – Не дуйся, старик, я тебя тоже люблю! – снова прозвучал звонкий смех.               – Йен Кристофер Каллен! – воскликнул мой парень.              От его счастливых эмоций я приятно зажмурилась. Крис пересел ко мне и обнял. Его холодные объятия, как всегда, дарили тепло, а мелодичный смех Йена в трубке грел сердце. Кажется, я обрела тот самый покой, о котором мечтала так долго.              Я улыбнулась, глядя в восторженные янтарные глаза напротив.