Часть 7. За наши ошибки в ответе мы сами

      Ему казалось, что тележка катится слишком лениво для того, чтобы успеть не влипнуть в новую неприятность. Собравшись ускорить её заклинанием, Гарри заметил, что Варгок приходит в себя. Направив на гоблина палочку, мракоборец повелительно приказал снять с Билла заклятье.       Смерив волшебника и его оружие недружелюбным взглядом, гоблин коснулся запястья Уизли и сжал кулак, будто потянув за невидимую нить. Глаза Билла распахнулись, он часто задышал, опираясь на тележку. Взгляд его упал на Гарри, и тут, едва заметив Варгока, Билл рывком достал до него и крепко обнял. Такого не то что Поттер – сам гоблин не ждал.       - Он не желает тебе добра, - напомнил Гарри. – Зря ты его…       Но Билл не слушал. Его обиды будто и не было вовсе, словно это не Варгок заколдовал его. Больше всего Уизли беспокоился за состояние пожилого гоблина, что, использовав магию, подверг себя смертельной опасности.       Самого же Варгока застигла врасплох эта неожиданная нежность коллеги, - он был ошеломлён и растроган таким к себе отношением.       - Не делай так больше… отец, - прошептал Билл, уткнувшись гоблину в висок. – Лучше отпусти. Клянусь, я не держу ни на кого из вас зла. Просто… просто кое-что у нас с вами не сложилось. Гарри прав, как и Грингруфф. Восстание нужно подавить.       Как бы ни был Варгок тронут его словами, он не перестал быть гоблином, и не мог при всём желании уступить волшебникам, встать на их сторону. Сейчас он тоже крепко обнимал «сына», но не желал предавать свой народ. Однако прежде, чем Варгок успел им ответить, драконий рёв огласил пространство, возвестив о том, что крылатые твари совсем близко.       - Хочешь ты того, или нет, но ты у нас в плену, - предупредил Поттер. – Поэтому – без глупостей! Билл, куда мы движемся? Почему к драконам? Где точно находится король гоблинов?       - На уровне под «драконьим гнездом» - так называется место, где гоблины держат их и разводят, - пояснил Билл. – Но вряд ли он сейчас просто сидит у себя и…       Узкоколейка рухнула под ударом огромной лапы. Гарри успел дёрнуть за рычаг, остановив тележку. Билл с Варгоком упали на него, едва не сшибив в пропасть. Оборвав им путь, впереди возвышался, расправив крылья, дракон с чешуёй цвета стали. И тут он… заговорил, не открывая пасти:       - Снова ты, Избранный?! На сей раз мы тебя уже не отпустим!       - Что… - вырвалось у Гарри, но Билл уже понял. Он узнал этот голос, и, увидев, что мракоборец в ступоре, сам направил палочку на дракона.       - Предатель! – зашипел монстр, готовый выпустить пламя.       - Стойте! – завопил Варгок, понимая, что сейчас произойдёт. – Я не с ними! Не с ними!       Рука Билла опустилась ему на плечо ободряющим жестом. Гоблину дали понять, что он под защитой. И тут же Уизли начертил руну - аналог заклинания Агуаменти, создав большой водяной щит, а следом и опомнившийся Поттер вызвал свой, объединив оба щита в один, побольше и помощнее.       Варгока так возмутило решение короля, вздумавшего пожертвовать одним из подданных, что гоблин уже и не знал, на чью сторону встать. Ему только и оставалось, что наблюдать, как его жизнь пытаются защитить волшебники. Неужели Грингруфф прав, и попытка сделать Билла их оружием – большая ошибка? Вот он, гоблинский герой, защищает не только себя, но и того, кто совсем недавно воспрепятствовал решению «сына» предать гоблинов, осознав, что такая жизнь – не для него. Жить в состоянии вечной войны и вести эту войну против собственного рода – рода волшебников – это всё равно, что гоблин, предавший гоблина. Именно так и поступал ныне король против него, Варгока. Осмыслив это, пожилой гоблин решил не только отпустить Билла, но и, возмущённый действиями короля, перейти на сторону волшебников.       В поле их зрения возникло ещё несколько монстров, и все они спешили сюда, выбираясь из отверстий в стенах, извиваясь по сталактитам наверху, карабкаясь из глубин по узкоколейке… Билла вмиг охватила паника. С такой оравой драконов им точно не справиться! Трансгрессия тут не работала, пути назад тоже нет. И тут Варгок вынул из-за пазухи гномью монетку.       - Коснитесь её, живо!       Ухватив Гарри за свободную руку, Билл, не задавая вопросов, потянулся к монетке на ладони гоблина. Не в силах в одиночку сдержать драконье пламя, мракоборец улучил момент и бросился к остальным. Их пальцы коснулись монетки одновременно со второй рукою гоблина, и все трое исчезли.       Драконья свора издала хоровой рёв негодования, больше похожий на гоблинские ругательства.       В доме Грингруффа после какофонии сражения с драконом слух резала звенящая тишина. Начальник банка сидел в своём кресле и разглядывал новоприбывших. У него на столе лежала такая же монетка, что и у Варгока.       Больше всего Биллу хотелось узнать, зачем оба гоблина создали портключ из монет. Учитывая, сколько времени Варгок владеет своей монеткой, портключ создан недавно. А если ещё и учесть, что взгляды двух высокопоставленных гоблинов Гринготтса разошлись, то…       - Как же сильно, Билл, я в тебе ошибался, - услышал он Варгока, и ничего спросить не успел: гоблин зачем-то встал на колени и склонил голову. – Хотел я недавно так сказать, но теперь у этой фразы иной контекст.       Билл понял. Понял – и бросился к «отцу», вновь заключив его в объятья. Грингруфф улыбался, наблюдая за трогательной сценой, а Гарри оставалось лишь переваривать всё, что случилось за последний час, и мракоборец молчал.       - Рад, что ты, Варгок, с нами, - подал голос управляющий. – И то, что ты на правильной стороне, и то, что выжил. Снова. Благодаря им, - кивнул он на волшебников. – Говорил же тебе, что портключ, случись что, пригодится.       - Спасибо вам, - едва не плача, обернулся Варгок, не отпуская Билла. – И тебе, сынок. Не могу поверить, что король собирался мною пожертвовать. Ни один гоблин…       - …Так не поступает, знаю, - утешал его Уизли. – Всё хорошо, отец, мы выбрались, но, похоже, тебе уже нет пути назад, как и вам, сэр, - взглянул он на Грингруффа.       - Король в ярости, - кивнул управляющий. – И ещё долго будет в ней пребывать. Плохо и то, что подготовка к восстанию наберёт обороты.       - Он атаковал нас драконами, сэр, - поведал Гарри. – И каждый из них, как я заметил перед трансгрессией, говорил. Самый первый – голосом вашего короля, а остальные – другими. Гоблины говорили через драконов.       - Это требует колоссальных усилий, - заметил Грингруфф. – Подчинить себе разум дракона – дело непростое. Что вы собираетесь делать сейчас, после того как вырвались оттуда?       - Прежде всего – заберу вас с Варгоком подальше отсюда, - решительно произнёс Билл, выступив вперёд. – Рано или поздно, сэр, ваши поступки против воли короля вскроются, либо… либо вы признаетесь сами, - заключил он с горькой улыбкой. – Уж я вас знаю.       - Тут ты прав, мальчик мой, защитить от их гнева я тебя не смогу, - согласился начальник. – И кому-то придётся искать нового управляющего банком. – Склонившись над столом, он забрал свою монетку и стал её разглядывать. – Какая ирония: когда-то мой путь начался с неё, и ею же завершился. Мои счета будут арестованы, и как бы дорого эта монета ни стоила, даже она не сможет меня обеспечить.       - Свою я точно не продам, даже если от голода отгрызу себе пальцы, - объявил Варгок, прислонив ладонь к нагрудному карману. – И вам не советую, сэр. Благодаря Биллу я вновь обрёл её, а заодно – и мудрость. И даже сейчас ничто не изменит того, что он – мой названый сын.       - Ну а ты, Гарри Поттер, как бы ни был я на тебя зол за разрушение банка и кражу чужого имущества, извлёк, надеюсь, хоть какой-то урок из этой истории?       Мракоборец пожал плечами.       - Урок? Уроки я и в Хогвартсе-то не любил, особенно историю магии. Она, как история в маггловских школах, скучна, изобилует датами и событиями, которые надо запоминать. Конечно, я запомню то, что сегодня случилось. А вот о гоблинских восстаниях я не знаю ничего, и даже теперь вспоминать о них не желаю.       - Тем не менее, ничего пока не кончено, - напомнил Грингруфф. – Разум драконов захвачен отнюдь не ради того, чтобы вас напугать и прикончить, чего им так и не удалось. Они выпустят драконов наружу, приказав атаковать, не щадя никого.       - Нет, - в один голос воскликнули маги.       - Это и будет началом восстания, - продолжил гоблин. – Затем, когда драконы «расчистят путь», армия короля выйдет на поверхность. Ваша задача – не допустить второй фазы, а в идеале – истребить драконов, получивших приказ.       - И как же они это сделают, сэр? – спросил донельзя удивлённый Варгок.       - Магией, конечно, - улыбнулся Грингруфф. НАШЕЙ магией.       Билл прекрасно помнил всё, чему обучил его Геккин. Жаль, до второго этапа, где его ждали магические бои с гоблинским оружием, не дошло. А ещё он боялся за Варгока и Грингруффа. Эти гоблины вовсе не в безопасности, - рано или поздно за ними придут. Гарри предложил им укрыться в поместье Поттеров, где жили они с Джинни, но оба отказались.       - Мы гоблины, - напомнил Грингруфф, - и можем за себя постоять. – Он показал небольшой клинок, что вынул из-за пояса. Следом и Варгок показал свой. Острые грани лезвий ярко блестели. – Не магией, так оружием.       - Хорошо… - с трудом согласился Билл. – Берегите себя.       Это были его последние слова перед тем, как уйти. Вместе с Гарри они вернулись на угол Лютного и Косого переулков, чтобы принять бой и пресечь восстание.       - Может, они всё же не решатся выступить без меня? – попробовал пошутить Билл.       - Лучше следи, чтобы и твоё сознание не взяли под контроль, - предупредил Гарри. – Иначе снова на меня палочку наставишь.       - Об этом не беспокойся, - улыбнулся Билл. – А вот я беспокоюсь за то, что ты не призвал сюда всех, кого только можно. Мы снова вдвоём полезем в это пекло? Без подкрепления?       - Ты же знаешь, как волшебники относятся к гоблинам и их «восстаниям», - напомнил Гарри. – Никто не примет это всерьёз, даже не потрудятся просмотреть наши воспоминания. Хоть тех двух гоблинов на блюдечке им поднеси – их даже слушать не станут. К тому же, Билл, я теперь знаю, как высоко ты ценишь их жизни. Призови я подмогу из тех, кто поверит в новое восстание, они начнут убивать. Я своими глазами наблюдал, какие у вас с названым отцом отношения. И понял, что не хочу этого видеть, даже если ныне всё с гоблинами серьёзно. Нам просто нужно до них донести, не прибегая к тотальному насилию, что восстания бессмысленны и ничего не изменят. Гермиона могла бы что-то сделать, но пока она лишь кандидат на министерское кресло. Уверен, она найдёт выход, сделав домовых эльфов свободными, а гоблинов… Прости, Билл, но сейчас даже я не представляю, как уравнять их с нами в правах, и что Гермионе по плечу настолько сложная задачка.       - Гермиона и не такие ребусы разгадывала с самого первого курса, - напомнил Билл. - Уверен, она найдёт решение, когда станет министром.       - ЕСЛИ станет, - поправил Гарри.       - Уверен, что станет, - улыбнулся Уизли.       Земля под ними вздрогнула, затем ещё и ещё, да так, что маги едва удержались на ногах.       - Что это? – встревожился Билл.       - Не знаю. Но точно не землетрясение, - отозвался Поттер, поднимая палочку.       Дрожь земли участилась, будто снизу кто-то стучал огромной кувалдой. Они не видели, как позади банка земляные комья с каждым ударом подбрасывало в воздух, а наружу из образовавшихся проходов выползали драконы, молодые и не очень умные, и чей разум легче взять под контроль. Стая потянулась на открытую местность, к переднему фасаду Гринготтса. Гоблины, что управляли волей драконов, уже приказали им убить всех, кого повстречают.       - Ну и как мы их остановим? – обратился Билл к мракоборцу.       - Как-нибудь справимся, - отозвался тот. – Во всяком случае, Круцио тут не поможет. Боль не отпугнёт их, а лишь сильней разозлит.       Драконы подступали, скалясь, приметив первых жертв. И тут кто-то окликнул Билла у входа в банк. Тот глянул – и не поверил глазам.       Гоблин Геккин стоял на единственной ноге, опираясь на колонну. Было заметно, насколько он слаб, но всё же каким-то чудом сюда дополз. Он поборол травмы, очнулся, но радость за учителя заглушал в Билле отчаянный страх за его жизнь.       - Драконы! В укрытие! – взмахнул рукой ученик. Половина из стаи обернулась. Драконы получили приказ убить всё живое и послушно следовали ему. Заставить их сделать исключение не мог даже король, что прямо сейчас рисковал лишиться сына.       Геккин не ушёл за спасительные стены банка. Его мотивы Билл разгадать не пытался, но гоблин одним своим видом показывал, что они предельно ясны.       Сын пошёл против отца, и теперь у короля был выбор: изменить планы, либо пожертвовать самым дорогим – своим продолжением.       Во взгляде гоблина читался ответ на немой вопрос ученика, и Билл, осознав, что тот собирается сделать, впервые с ним не согласился. Почти все драконы наступали теперь на более доступную жертву – беззащитного гоблина. Одного из тех, кто удерживал их под банком, не давая расправить крылья и жить по своим законам в небе, а не под землёй. И магия гоблинов ничего не могла сделать с настолько сильным желанием монстров отыграться на одном из мучителей.       Теперь двое волшебников могли быстро обезвредить драконов, напав на них с тыла, но Билл понимал: целей много, и вдвоём они не успеют. К тому моменту Геккин будет уже растерзан или сожжён. Поэтому, крикнув Поттеру «Действуй!», Уизли бросился прямо в гущу драконьей стаи. Трансгрессия и тут не работала: магия гоблинов защищала драконов от внезапных появлений врага. Это означало ещё и то, что подмогу призывать бесполезно: всех магов попросту выкинет, в лучшем случае, на соседнюю улицу, и пока они доберутся сюда, драконы уже улетят.       Чудом не попадая им под лапы, Билл приближался к крыльцу, раздавая магией «тумаки» тем из них, кто готовился пустить пламя. Ближайший к Геккину дракон щёлкнул пастью и зашипел. Бросившись к нему, Уизли отбросил монстра заклинанием. Мельком он успел заметить, как и Гарри пошёл в атаку, посеяв хаос в драконьих рядах. Взглянув на Билла, гоблин-учитель улыбнулся ему, но слева один из драконов открыл пасть, и пламя уже неслось навстречу.       Каким-то чудом Билл успел схватить Геккина, обнять его, заслонить собой и повалиться наземь. Пламя накрыло его с головой, и мужчина громко закричал. Он никогда не испытывал столь ужасной боли, и удержать сознание не сумел. Проваливаясь в пустоту, осознавал он одно: Геккин с ним, и он спасён.       «Они должны узнать, - говорил знакомый голос посреди тёмной бездны. – Это единственный способ подавить восстание».       «Но что будет с вами? Я не хочу вас терять. Если король узнает, что нападение на Геккина – ваших рук дело, вас казнят! Подумайте, сэр…»       Грингруфф, как и Геккин, собирался пожертвовать собой. Но разве король поверит ему?       Поверит, что на гоблина напал гоблин?       Кто-то коснулся его ладони, - будто извне этой тьмы, - и перед тем, как очнуться, Билл услышал:       «За наши ошибки в ответе мы сами».       Прошёл месяц. Чудо, что Билла спасли – его ожоги, почти несовместимые с жизнью, изуродовали всё тело, кроме лица и груди. Мунго его бы не спас, и лечили мужчину в маггловском госпитале. Поэтому самые важные вести он услышал от Гарри – семья обмолвилась лишь о том, что восстание остановлено ими двумя. О гоблинах и их судьбе никто из Уизли не упоминал – всех больше волновала дорогостоящая пластика кожи и оплата долго пребывания в клинике. Так что Билл был очень рад появлению Гарри, и вот что узнал.       Геккин остался жив, но тот его план не подразумевал того, что Билл его спасёт. Отвлечь внимание драконов, чтобы Гарри с Биллом быстрее их уничтожили, а в идеале – дать понять отцу-королю, что его сын против восстания – вот в чём он заключался. Правда, Геккин не знал, что отец и другие гоблины не могли приказать драконам не трогать его. Король видел сына через зрение драконов, но ничего сделать не мог. И тут неожиданно Билл спасает Геккину жизнь. Это и заставило гоблинов свернуть свои планы. Потрясённый король долго не мог прийти в себя, когда увидел живого сына под обугленным телом волшебника и с трудом увёл оттуда Геккина, что не желал покидать ученика и всё повторял: «Помощь нужна ему, а не мне!» Гарри к тому времени уже расправился с драконами и вызвал помощь. Билла успели спасти, но себя он чувствовал так, будто постарел лет на двадцать. Вспомнив сон, где начальник просил выдать его, Уизли не рискнул рассказать это Поттеру. И Грингруфф, и Варгок – предатели, им точно не сносить головы, узнай король, кто спровоцировал восстание, из-за которого Геккин едва не погиб дважды.       - Третье посвящение в гоблины – и опять неудача, - посмеивался Билл, когда, наконец, его кожу привели в порядок, и он вновь оказался в доме Грингруффа. – Полагаю, я уволен? – спросил он начальника.       - Пока я на своём посту – нет, - улыбнулся внушительный гоблин. – Говоришь, я приснился тебе и попросил себя выдать? Ну, если бы восстание не было остановлено вашей с Геккином жертвой, я бы так и поступил. А раз вышло иначе, зачем же мне себя выдавать? И я, и ты остаёмся в Гринготтсе. Надеюсь, король извлёк важный урок из случившегося и узнал, что не все гоблины готовы поддерживать такие решения, раз уж собственный сын оказался против.       - Мы с Геккином очень сблизились за время общения, поэтому он лучше понимал нас, волшебников, чем остальные гоблины. Им придётся научиться жить с этим, как и мне – с их магией, раз родная сила не вернётся обратно. Думаю, мне стоит встретиться с королём и дать ему слово, что магия, данная мне, никогда не применится против них.       - Думаю, в этом нет необходимости, - возразил Грингруфф. – Наш король уже знает об этом. Твой поступок, когда ты накрыл собой от пламени его сына, говорит о многом. Если он захочет – вызовет тебя сам, но первым не иди.       Но король молчал. А гоблины банка, когда Билл вернулся к работе, глядели, казалось, с ещё большим уважением, ведь с волшебника так и не сняли всё, что дал ему обряд. Варгок по-прежнему называл его сыном, но обучение своё Уизли так и не продолжил. Такой «компромисс» короля позволял Биллу находиться посередине между другом и врагом – почти как раньше, до посвящения. И это его вполне устраивало. Предатель, которого уважают, и которого простили – это ли не награда? Зная, что в мире гоблинов об их прощении нельзя и мечтать, Билл считал себя очень везучим, и ни о какой иной награде или статусе даже не думал.       Его родная, негоблинская семья, оттаяла следом, ведь Билл предотвратил восстание. Они признались, что орда вооружённых до зубов гоблинов не напугала бы их сильней, чем вылезшие из-под земли драконы, с которыми они с Гарри сражались. Да и гоблинов семья Уизли, как и прежде, недолюбливала. Сын их понимал, и пообещал больше не углубляться так необдуманно в их авантюры. Став сильнее благодаря гоблинской магии, отныне он мог помогать Гарри в его мракоборческих делах, но предпочёл остаться работать в Гринготтсе, рядом с Грингруффом, Варгоком и Геккином – тремя гоблинами, сыгравшими немаловажную роль в этой невероятной истории.