Ворон

Кассандра заметила кое-что необычное. После рассказа Евгения и криков Елены, её начали преследовать неудачи. Один раз в день обязательно что-то случалось. За завтраком, когда девочка держала в руках горячее молоко, кружка, словно смазанная маслом, выскользнула из её рук, разливая белую жидкость не только на пол или скатерть, но и на саму девочку. Ирина, в этот момент убирающая посуду, без слов выкинула осколки, продолжив своё занятие, словно всё было в порядке вещей. Днем, когда она спускалась из библиотеки, нога вдруг соскользнула со ступеньки. Не подвернулась или зацепилась, а именно соскользнула, как на льду. Во время падения Кассандра локтем и коленом зацепила перила. Хорошо хоть она была короткой и заканчивалась мягким ковром. Анна прибежала на грохот почти сразу, руками начиная ощупывать тело девочки. Грачева молчала, только смотрела на ладонь с глубокой царапиной. — Просто случайно. Неудачный день. — сказала Анна, бережно заклеивая рану пластырем. — Разве случайности бывают так часто? — очень тихо, скорее саму себя, чем кого-то, спросила Сандра. Служанка замерла, через пару секунд продолжив обрабатывать синяки. Или вечером, когда она обернулась на металлический звон и увидела нож в сантиметре от босой ноги. До этого он лежал на комоде и не должен был как-либо упасть. Особенно лезвием вниз. Три месяца спустя Кассандра сбилась со счета синякам. Она вписывалась во все косяки с частой периодичностью, как будто у неё было нарушено восприятие пространства. Пара-тройка проверок, и это абсолютно не так. Просто что-то постоянно пытается сбить её с намеченного пути. Или кто-то. Ворон, которого она видела после первого выпадания из окна, теперь преследовал ее в открытую, даже не пытаясь спрятаться. И всегда удивительно оказывался очень близко перед опасностью. И сколько бы Кассандра не пилила его взглядом, птица лишь наклоняла голову, упорно оставаясь на месте. Первое, о чём думала девочка, — он виноват во всех бедах. Всё указывало на его причастность. И она бы продолжила так думать, если бы не ещё одна деталь из истории о матери, рассказанной Анной. — Госпожу Агату тоже преследовала птица. Она никогда не давала ей имя, но часто можно было увидеть их в саду или около реки. Слуги шептались, черный ворон к несчастью, а она смеялась. — сказала Анна, методично расчесывая волосы девочки рано утром. Назойливое животное сидело на подоконнике, иногда клювом постукивая по окну. — На удивление, они очень похожи. Та же стать, тот же взгляд и повадки. — Мне кажется, это не совпадение. — тихо проговорила Кассандра, следя за последовательностью ритма. Он начинал её раздражать. Около старой речки она решилась с ним поговорить. Разговор выйдет односторонним, но она хотя бы попытается. Солнце дробилось на мелкие блики на поверхности воды. Лёгкий ветер шевелил листву, трава под ногами была прохладной и мягкой. Она сидела около берега, перебирая воду пальчиками, наслаждаясь приятной погодой. В ветках мелькнула уже знакомая тень. — Может, хватит прятаться? Давай познакомимся. — сказала Кассандра негромко, не поднимая головы, продолжая успокаивающее занятие. Прозвучал шелест перьев и негромкий окрик. Ворон сидел на ветке прямо над ней. Так низко, что, будь у неё нормальный рост, она могла бы дотянуться до гладкого клюва. Но она была маленькой трехлетней девочкой, пусть и с сознанием взрослого человека. — Спускайся. Ворон лишь весело наклонил голову, переступив с лапки на лапку. Девочка легонько нахмурилась, оглядывая пространство. Дерево выглядело безопасно, его ветки начинались намного ниже обычного, и Сандра сощурилась, начиная догадываться, что он от неё хочет. — Зря ты думаешь, что у меня не получится, — коварно улыбнулась она. Ворон замер. Кажется, даже перья на нём слегка вздыбились, то ли от удивления, то ли от предвкушения. Она уверенно схватилась за кору, начиная карабкаться вверх и глазами ища безопасный маршрут. Земля уходила вниз медленно, но верно. Кассандра двигалась осторожно, проверяя каждую ветку, каждый выступ. Внутри кипел детский азарт. Розовый бант на платье съехал куда-то назад, а чулки спустились. Длинная чёлка прилипла, неприятно закрывая обзор. Но девочка не остановилась, она лишь откинула волосы, начиная ползти дальше. Ворон, заметив приближение, отступил, не позволяя дотянуться до себя какие-то жалкие сантиметры. Блондинка надула губы, подползая ещё ближе. — Ты специально? — выдохнула она, чувствуя, как ветка начинает прогибаться под её весом. В ответ раздалось короткое и наглое карканье. Когда ему уже некуда было деться, Кассандра торжественно улыбнулась. Пальцы уже почти коснулись перьев, когда раздался отчётливый хруст. Ворон наклонил голову, глумливо каркнул и подпрыгнул. Ветка надломилась. Грачева успела только подумать обо всех неудачах, преследующих её, и назойливости ворона, как знакомо летела вниз. Адреналин захлестнул мозг, и девочка ухватилась за то, до чего смогла дотянуться. Ворон бил крыльями, пытался вырваться, но Кассандра вцепилась в него мёртвой хваткой. Она падала, чувствуя приближающийся удар. Вода была ледяной. Кассандра на мгновение потеряла ориентацию, захлебнулась, пытаясь найти выход. Руки инстинктивно выпустили птицу. И вдруг ноги нащупали дно. Она вынырнула, хватая ртом воздух, откидывая мокрые волосы с лица и мелкие капли руками. — Жуть, — выдохнула она дрожащим голосом. Ворон метался рядом, хлопал крыльями по воде, пытаясь взлететь. Но не мог оторваться, цепляясь клювом за платье и когтями за руку девочки, оставляя царапины. Кассандра ловко перехватила птицу, игнорируя злой выкрик и выбираясь на сушу. Чувствуя злорадное торжество, она резко подняла его выше головы и рассмеялась. — Поймала! — ворон замер и только смотрел на неё не мигая. В его взгляде больше не было насмешки. Там читалось изумление и вопрос. До тела начал доходить холод и осознание происходящего. Девочка осела на землю, отпуская птицу напротив и обхватывая дрожащие плечи руками. Ворон сидел спокойно и либо все еще находился в шоке, либо пытался придумать, куда бы еще её цапнуть. — Теперь не улетаешь? — спросила Кассандра, и голос её дрожал вместе с зубами, выстукивающими чечётку. — Удивил. Она протянула дрожащую руку и осторожно, боясь спугнуть, погладила его по голове одним пальцем. Ворон вздрогнул, но не улетел. Наоборот, чуть прикрыл бусинки, потянувшись навстречу прикосновению. — А ты, оказывается, ручной, — ворон тут же клюнул её в палец. Кассандра зашипела, отдёрнула руку, но птица, вместо того чтобы улететь или снова напасть, вдруг прижалась к ней, зарываясь мокрой головой под её ладонь. Блондинка замерла, услышав почти кошачье мурлыканье. — Почему же мама не давала тебе имя? Девочка, заметив перемену в атмосфере, остановилась, всматриваясь в застывшего ворона. Его глаза смотрели как-то слишком осознанно, затягивая чёрной бездной. Казалось, мир застыл в этом мгновении, подчиняясь неведомой силе. Кассандра с опаской убрала руку и, не отводя взгляда, встала, все еще сотрясаясь от холода. — Тогда... Диаваль. — тихим голосом произнесла Грачева, кивнув самой себе. — Теперь тебя зовут Диаваль. Мир вокруг дрогнул. Кассандра могла поклясться, на одну секунду свет погас. Всё вокруг стало абсолютно, непроницаемо чёрным. А потом солнце вспыхнуло снова, больно ударив по глазам, заставив зажмуриться. Ворона уже не было на своем месте. Девочка в страхе оглянулась, не слыша ни шелеста перьев, ни громкого карканья. Он просто исчез. — Диаваль? Оглядываясь назад, она бы много раз подумала, прежде чем давать имя этой птице. Кассандра болела две недели после этого, несмотря на то что, когда она, мокрая и продрогшая до костей, пришла в поместье, её переодели и высушили. Следы от царапин остались лёгкими шрамами и напоминанием.

***

— Зачем мы едем в Лондон? — Нужно сшить вам новые платья и снять деньги. — А откуда... — О, Елена Петровна, мы готовы! Девочка закрыла рот, не собираясь нарываться на старшую горничную. Её хорошее настроение всегда держится на очень тонкой ниточке. Лишний раз думаешь, как бы не порвать. — Точно... — Вы что-то сказали? — Алексей сел в повозку вместе с Еленой, посадив девочку к себе на колени. Его серые глаза оглядели хрупкое тело, остановившись на румянце. — Нет! Все хорошо! Прислуге же нужны деньги за работу. В фильмах или манге это никогда не афишируется, всегда остается за кадром, и Кристина как-то совсем забыла, что любой труд должен оплачиваться, даже если люди работают ради удовольствия или из чувства долга. Возможно, сказывается её здешний возраст трехлетки. Поездка от их дома до Лондона заняла не больше двух часов. За окном проплывали бесконечные поля, редкие деревни с церквями, аккуратные изгороди. Воздух был чистым, прозрачным, без единой примеси того смога, который Кассандра привыкла ассоциировать с городом. Она жадно вдыхала его, глупо улыбаясь, пока не облазила всю повозку. Остановилась только на коленях у Алексея, когда дворецкий, не выказав ни капли удивления, мягко придержал её за талию, чтобы не свалилась на очередном ухабе. Над головой пролетело чёрное пятно. Грачева улыбнулась. Диаваль начал появляться чаще и ближе. Словно после того дня у реки он получил разрешение. И она не была против. Он не делал больно, не пытался помешать, когда девочка училась или играла в саду. Чёрный ворон постоянно ластился, подставлял голову под пальцы, а если уж и норовил клюнуть, то нежно, обозначая присутствие, а не причиняя боль. Одним словом ручной. — Ох, он и правда здесь. — Люди опять начнут шептаться... — Тебе не все равно? Кассандра в тайне закатила глаза, обращая свое внимание на город. Лондон был хмур, впрочем, как и всегда. Как только Алексей поставил её на мостовую рядом с местным банком, она забавно сморщила носик, чувствуя все прелести прошлого. — Ужасный запах... — Да, миледи, — ответил дворецкий, поправляя кудрявые волосы, собранные в хвостик. На удивление, фиолетовое платье с накидкой почти не помялось, чему внутренне радовались обе горничные. — Это, пожалуй, один из самых главных минусов жизни в городе. — Нам в эту сторону, Сандра. Девочка, уже сделавшая шаг в сторону дверей банка, нахмурилась, но не сопротивлялась, покорно следуя за Анной. Она спросит о процедуре снятия денег у Алексея лично, когда они вернутся. В ателье пахло свежим шёлком и лавандой. Кассандру поставили на низкий табурет, и швея — суетливая женщина с сантиметром на шее — принялась снимать мерки, одобрительно прищёлкивая языком: — Быстро растёт, вес набирает… Хорошая леди будет. Кассандра буквально ковырялась в ухе, пока служанка щебетала о фасонах со швеёй, и совсем неудивительно, что та не заметила, как блондинка ловко спрыгнула с софы, сбегая из ателье. Оглянувшись и не заметив нигде черных перьев, Грачева расстроилась, надеясь скрасить скуку. В прошлой жизни она всегда мечтала именно о птице в качестве домашнего животного. И здесь она эту возможность упускать не собирается, даже если это ненадолго и в скором времени Диавалю надоест. Вдалеке послышался тяжелый и частый топот копыт. Кассандра, наученная горьким опытом, предусмотрительно шагнула назад, поближе к стене. Но кто-то задел её плечом, то ли пробегающий мальчишка, то ли взрослая леди с зонтиком. Она упала прямо на булыжную мостовую, больно ободрав ладони. Накидка, которую Анна так тщательно завязывала утром, распахнулась и запачкалась в грязи. Кассандра услышала собственный вскрик, но он потонул в нарастающем грохоте. Громкий топот и ржание лошадей раздалось совсем близко. Грачева встретила опасность лицом к лицу, мельком поймав бешеный и совершенно неосознанный взгляд черной кобылы, прежде чем та встала на дыбы прямо перед ней. И снова чудо спасло её от опасности. Расслабиться ей не дал мужчина, руки схватили её поперёк талии и рывком выдернули из-под самых копыт. Что-то внутри организма поднялось вверх и это испугало больше, чем неуправляемая повозка. — Ты в порядке? — блондинка смогла только кивнуть, поднимая глаза и вглядываясь в человека, который так бесцеремонно взял ее на руки. Кристина задержала дыхание. Перед ней было само воплощение слова «аристократ». Крепкие руки в тонких кожаных перчатках держали её без малейшего усилия, будто она ничего не весила. Прямой стан, сдержанные, точно выверенные движения. Его волосы — глубокого, почти чернильного оттенка с едва уловимым синим отливом — были аккуратно уложены, ни одной лишней пряди не выбивалось из прически. Костюм сшит из дорогой ткани без единого намёка на показную роскошь: только лаконичный, идеально сидящий силуэт, говорящий о статусе без лишних слов. Манжеты выглядывали из рукавов ровно настолько, насколько требовали правила хорошего тона. На запястье, под краем перчатки, блеснула золотая цепочка карманных часов. Но самое главное — глаза. Ярко-голубые, они словно пронизывают насквозь, отмечая каждую деталь: наряд, манеру держаться, обстановку вокруг и даже самого себя. В них читается ум, опыт и лёгкая, едва уловимая насмешка, будто он уже понял о ней больше, чем она сама может о себе знать. Под левым глазом — небольшая родинка, придающая облику особую индивидуальность, чуть смягчающая строгость черт. Когда мужчина заметил страх в теле маленькой леди, его взгляд изменился. Если секунду назад он был отстраненным, то теперь стал внимательным, почти испытывающим. В глубине зрачков вспыхнула искра то ли интереса, то ли расчёта. Он видел насквозь, не осуждал, просто фиксировал. — Мисс? — Кристина не слышала, она была не здесь, всё ещё рассматривая что-то в зрачках. — Сандра! Знакомый голос наконец-то прорвался сквозь белый шум, и блондинка больно впилась в запястья мужчины, заставляя его незаметно нахмуриться, но почему-то молча и бережно передать в теплые руки. Анна низко поклонилась, бормоча благодарственные слова. Она развернулась, когда заметила собравшуюся вокруг толпу, покидая место аварии. Кассандра перекинула руку через плечо Анны и посмотрела назад. Люди шептались, кучер успокаивал все ещё взбешенных лошадей, а мужчина провожал уходящих с ленивым любопытством в глазах. Потому что девочка из-за плеча бросила на него такой пропитанный грустью взгляд, какой не должен быть у такой маленькой особы без причины. Винсент Фантомхайв оставил в сознании Кристины ощущение холодных рук и запах сигарет.