Часть 10

Первые недели сентября Келли ходила пешком. От её новой квартиры до университета было пятнадцать минут быстрым шагом, и она почти полюбила эту дорогу — мимо старых домов с цветущими бугенвиллиями, мимо маленькой кофейни, где всегда пахло корицей, мимо парка, в котором они когда-то встретились. Но с тубусом, в котором лежали ватманы формата А1, и тяжёлой сумкой с ноутбуком и учебниками пятнадцать минут превращались в тридцаьь, а к концу недели плечо ныло так, что она не могла поднять руку. — Ты чего такая кривая? — спросил Алишер, когда она в пятницу вечером завалилась к нему на ужин, по обыкновению, с тубусом наперевес. — Ничего, — она скинула сумку на пол, прислонила тубус к стене и плюхнулась на диван. — Просто устала. — Пешком ходишь? — Ага. Нормально, я привыкну. Он ничего не сказал, только посмотрел на её плечо, на то, как она трёт его, делая вид, что не больно. В понедельник утром, когда Келли вышла из подъезда, на другой стороне улицы стояла его машина-графитный бентли кабриолет. Алишер сидел за рулём, в тёмных очках, и делал вид, что читает новости в телефоне. — Ты чего? — она подошла, прищурилась. — Еду по делам — он убрал телефон. — По пути как раз твой универ. Подбросить? — Ты же обычно в другую сторону направляешься. — Сегодня мимо твоего универа — он кивнул на пассажирское сиденье. — Садись, а то опоздаешь. Она села. Машина пахла кожей и его одеколоном, и Келли поймала себя на том, что улыбается, глядя в окно. — Ты специально приехал, да? — спросила она, когда они отъехали от дома. — Не понял? — он не повернул головы. — Ты никогда не ездил через мой универ. Он сжал руль, потом усмехнулся. — Ну, — он перестроился в ряд, пропуская какой-то велосипед. — Холодает. Скоро дожди. Не хочу, чтобы ты по лужам шлёпала с тубусом. — Ага, — она кивнула, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое. — Конечно,дожди в сентябре.Они только в ноябре будут. Он покосился на неё, но промолчал. Так и повелось. Не каждый день, но когда он мог — приезжал утром, стоял на другой стороне улицы, делая вид, что случайно оказался здесь по дороге. Иногда они успевали выпить кофе.Точнее,он-кофе,а она-холодный чай.Иногда просто ехали молча, слушая радио. — Слушай..ты не обязанменя возить, — сказала она однажды, когда он подвёз её уже в третий раз за неделю. — Знаю, — он припарковался у университета, заглушил двигатель. — Я отвожу не потому,что обязан. — А почему? Он повернулся к ней, снял очки. Солнце светило ему в лицо, и она видела, как в карих глазах пляшут золотые искры. — Потому что мне нравится с тобой ездить, — сказал он просто. — Потому что утром, когда ты садишься в машину, день становится лучше. Потому что... — он замолчал, будто испугался, что сказал лишнего. Келли смотрела на него, и сердце колотилось где-то в горле. — Потому что? — переспросила она тихо. — Потому что ты не одна, — закончил он. — И я хочу, чтобы ты это знала. Она не знала, что ответить. Вместо этого кивнула, взяла тубус, открыла дверь. — Спасибо, — сказала, глядя на него. — За... за всё. — Вечером забрать? — спросил он, заведя двигатель. — Если успеешь. — Успею, — он улыбнулся, и она вышла из машины, чувствуя, как улыбка расползается по лицу. --- В ноябре пошли дожди. Алишер теперь забирал её почти каждый день — утром и вечером, а иногда и в обед, если она писала, что забыла дома важные чертежи. Машина стояла под окнами её квартиры так часто, что соседка снизу, пожилая тётя Роза, однажды спросила: — Келли,милая, а это что..твой молодой человек? Келли покраснела, открыла рот, чтобы сказать «нет, просто друг», но слова застряли в горле. Потому что друг — это не тот, кто приезжает в дождь, потому что ты забыла зонт. Не тот, кто кладёт на пассажирское сиденье тёплый плед, потому что в машине холодно. Не тот, кто смотрит на тебя так, что хочется смотреть в ответ. — Да, — сказала она, удивив себя и как можно быстрее убежала вниз,к выходу из подъезда,ведь точно опаздывала. --- Это случилось в конце ноября. Дождь лил как из ведра, и Алишер, как обычно, ждал её у университета, но на этот раз Келли вышла не одна — с каким-то парнем. Смеялась, поправляла очки, что-то оживлённо рассказывала. Парень кивнул, похлопал её по плечу, и она направилась к машине. Алишер сжал руль так, что побелели костяшки. Он знал этого парня — однокурсник, кажется, Дима или Миша, который постоянно таскался за Келли с начала семестра. Она говорила, что они просто делают проект вместе. Но сейчас, глядя на то, как она ему улыбается, Алишер почувствовал что-то, что не мог назвать иначе, чем удушье. Она открыла дверь, села, стряхивая капли с куртки. — Привет. Извини, задержалась. Мы с Мишей... — Я видел, — голос прозвучал жёстче, чем он хотел. Келли замерла, посмотрела на него. — Ты чего? — Ничего, — он завёл машину, вцепился в руль. — Просто... кто он? — Миша? Ну, я же говорила, мы вместе с ним проект делаем. Он помогал с расчётами, потому что я совсем... — Он тебя трогал. Она замолчала. В машине повисла тишина, нарушаемая только шумом дождя по крыше. — Он похлопал меня по плечу, — сказала она медленно.-Это что,беда? Он не ответил. Выехал на дорогу, вёл молча, глядя прямо перед собой. Келли сидела, сцепив пальцы на коленях, и он чувствовал на себе её взгляд. — Ты ревнуешь? — спросила она тихо. — Нет, — слишком быстро. — Точно? Он резко свернул на парковку у какой-то кофейни, заглушил двигатель. Дождь барабанил по крыше, закрывая их от всего мира. — Да, — сказал он, глядя в лобовое стекло. — Ревную. К этому... Мише. К любому, кто заставляет тебя так улыбаться. К каждому, кто стоит рядом с тобой и думает, что имеет право... — Никто не имеет права, — перебила она. — А я? — он повернулся к ней, и она увидела в его глазах то, чего раньше не видела — страх. Не перед кем-то, а перед её ответом. — Я имею право? Келли смотрела на него, не дыша. — Ты..о чём? — прошептала она. —О чём? — он протянул руку, коснулся её пальцев, лежащих на коленях. — Я не могу без тебя. Я просыпаюсь и думаю, что сегодня ты снова пойдёшь пешком, если я не приеду. Я засыпаю и проверяю, не написала ли ты, что вернулась домой. Я смотрю на тебя и... и не могу представить, чтобы кто-то другой сидел на этом месте. Слушал твои рассказы про проекты. Встречал тебя под дождём. Она не отвечала. Он убрал руку, откинулся на спинку кресла, провёл по лицу. — Извини, — сказал глухо и явно недовольно. — Нет...не извиняйся. Он посмотрел на неё. Она улыбалась — робко, неуверенно, но глаза светились. — Ты чего? — спросил он. — Я думала, ты никогда не скажешь, — выдохнула она. — Я думала, я для тебя просто... та девчонка, которую ты подобрал на улице. Которую жалко. — Жалко? — он нахмурился. — Кел.. — А я ждала, — она говорила быстро, будто боялась, что он передумает. — Ждала, когда ты поймёшь. Думала, может, после моего дня рождения, или когда я поступила, или... — Я боялся, — сказал он. — Думал, ты не готова. Думал, я тебе нужен только как... как старший брат...как крыша над головой. — Глупый, — она сжала его руку сильнее. Он смотрел на неё, на её покрасневшие щёки, на очки, на эту её смешную серьёзность, и понимал, что не хочет больше ждать ни секунды. — Келли, — он переплёл её пальцы со своими. — Давай встречаться?По-нормальному — А мы разве не? — она подняла бровь, и он рассмеялся — впервые за этот дурацкий день. — Мы не говорили об этом. — Ну так скажи, — она улыбнулась, и у него внутри всё перевернулось. — Келли, — он наклонился ближе, чувствуя, как пахнет её волосами — дождём и яблоками. — Ты будешь моей девушкой? Она ответила не сразу. Смотрела на него, и в глазах у неё стояло что-то, от чего сердце пропустило удар. — Давно уже, — сказала она. — Ты просто не замечал. Он не помнил, кто поцеловал первым. Может, она. Может, он. Но когда их губы встретились, дождь за окном перестал иметь значение. И машина, и университет, и все Миши на свете — всё исчезло. Осталась только она — тёплая, близкая, его девушка.