Глава VI. Разбитое доверие

Холод отступил не сразу. Он ещё долго сидел в костях, даже когда тяжёлая дубовая дверь захлопнулась за спиной, отсекая вой метели. В холле пахло жареным хлебом и корицей. Николас помог Еве снять куртку, его пальцы на мгновение задержались на её ледяной шее. — Ты совсем замёрзла, — мягко сказал он. Ева благодарно улыбнулась и оглядела гостиную. Та была пуста. Только Кристина сидела в глубоком кресле у камина, неподвижная, будто провела так уже целый час. Книга в её руках казалась скорее реквизитом. — А где все? — неловко спросила Ева. Кристина медленно перевернула страницу, даже не сразу подняв глаза. Когда подняла — взгляд был серый, ровный и совершенно без тепла. — Расползлись по щелям, — тихо ответила она. Николас мягко, но настойчиво перехватил внимание Евы: — Иди прими горячий душ и переоденься. Я пока сделаю тебе какао. С той самой корицей, как ты любишь. Ева кивнула и направилась к лестнице. Дерево тихо поскрипывало под ногами — просто старый дом. На втором этаже она сначала заглянула в комнату Артура и Киры. Дверь была приоткрыта. Артур валялся на кровати, лениво листая что-то в телефоне без связи. Кира сидела рядом, закинув ноги ему на живот, и красила ногти чёрным лаком. — О, Ева пришла, — Артур улыбнулся и приподнялся на локтях. — Ну как вы там? Не замёрзли совсем? Ева зашла и села на край кровати. — Замёрзли, конечно. Но вроде отогрелись. Вы как тут? Кира фыркнула, не отрываясь от ногтей: — Артур уже в третий раз пересматривает старые фото и вздыхает, что без связи с ума сходит. А я ему говорю — наслаждайся тишиной, пока есть возможность. — Легко тебе говорить, — буркнул Артур. — У тебя хотя бы ногти есть чем заняться. А я уже начинаю сходить с ума от этой пустоты в телефоне. Ева тихо улыбнулась. — София у себя? — спросила она. — Только что пошла в душ. Выглядела нормально, — пожала плечами Кира. — А ты как? Как вы там с Ником время провели? Ева улыбнулась, но улыбка вышла чуть задумчивой. — Нормально. Даже снежки кидали. — Ого, — Артур приподнял бровь. — Уже снежки? Быстро вы там прогрессируете. — Не начинай, — Ева легонько толкнула его в плечо. — Просто… хорошо, что мы все вместе. Даже в этой глуши. Кира внимательно посмотрела на подругу, немного прищурившись. — Слушай… а Ник тебе нравится? Ева чуть растерялась. Вопрос прозвучал неожиданно прямо. — В смысле? — Ну в смысле… как парень, — Кира пожала плечами. — Он за тобой ухаживает довольно заметно. Артур тут же оживился и повернул голову. Ева на секунду отвела взгляд в окно, где всё так же валил густой снег. — Я не знаю… — честно ответила она. — С ним комфортно. Спокойно. Он… надёжный, что ли. После всего того, что было с Деймоном, это приятно. Но я пока не готова думать об этом серьёзно. Кира кивнула, но по её лицу было видно, что ответ её не до конца убедил. — Ладно, зайду к Софии, — сказала Ева, поднимаясь. Она вышла из комнаты, прикрыла за собой дверь и прошла по коридору несколько шагов. Половицы тихо поскрипывали под ногами. Дверь в комнату Софии была закрыта. — Соф? Ты там? — позвала Ева и постучала. Тишина. Ева подождала пару секунд и осторожно приоткрыла дверь. Комната была пуста. Постель идеально заправлена, в ванной темно и тихо. Она спустилась вниз. Уже в коридоре, ведущем к прачечной, услышала звуки. Тяжёлое дыхание. Шорох одежды. Сдавленный стон. Дверь в техническое помещение была приоткрыта. Ева заглянула. Марк прижимал Софию к стене — грубо и жадно. Его рука в её волосах, вторая — на бедре. София вцепилась в его кожанку, очки съехали набок. Марк оторвался от её губ и усмехнулся: — Ну ты и сука… Строишь из себя лучшую подругу, а сама с её парнем трахалась. София дёрнулась: — Откуда ты, блядь, это знаешь?! — Неважно, — он сильнее вдавил её в стену. — Пока она тебе плакалась, что Деймон холодный, ты ему ночью ноги раздвигала? Тебе нравилось? — Заткнись… — голос Софии дрожал. Марк тихо рассмеялся ей в губы: — А я думал, ты хотя бы отрицать будешь. Ева стояла, зажав рот рукой так сильно, что ногти впились в кожу и выступила кровь. Внутри всё оборвалось. Мир сузился до этой щели в двери. Она отвернулась и почти побежала к себе. В комнате ноги подкосились. Ева сползла по двери на пол, прижалась лбом к коленям и впервые за очень долгое время позволила себе сломаться. Беззвучные, яростные рыдания сотрясали тело. Её вырвало — раз, потом второй. Она сидела на холодном полу ванной, смотрела на своё отражение и не узнавала себя. «Не София… Только не она…» Когда слёзы наконец иссякли, Ева долго умывалась ледяной водой. Нанесла макияж. Надела мягкий свитер. Посмотрела на себя в зеркало долгим, пустым взглядом. — Улыбайся, — тихо приказала она своему отражению. — Никто не должен ничего заметить.