Глава III. Новая роль

      Я проснулась под толстым бледно-жёлтым одеялом на одноместной кровати. Маленькая комната, квадратов на пятнадцать, была практически пустой, если не считать небольшого письменного столика и деревянного стула возле него. На стенах были обои — неслыханная ныне для людей роскошь — мягких тонов. Из комнаты вели две двери: первая располагалась на противоположной от кровати стене, вторая — наоборот, рядом, в одном шаге справа.              Несмотря на размер и скупое содержание, комната не давила на разум и я бы даже назвала атмосферу в ней уютной или домашней, если бы не произошедшее перед тем, как я сюда попала. Буду честной, это — лучшая комната, в которой я когда-либо ночевала, но… Как я здесь оказалась? Ничего не помню.              — Ай! — закричала я вслух от резкой головной боли. По голове будто бы неслабо приложились кувалдой. А следом к этому добавилась и боль в спине.              К счастью… Нет, к сожалению, боль — лишь головная — практически сразу уменьшилась до терпимого уровня, хоть и не прошла полностью. Почему же тогда "к сожалению"? Прямо пропорционально уходящей боли ко мне возвращались воспоминания… И… Боль терпеть было легче.              Всё мигом заполнило мою голову — кровавая стрела, торчащая из груди Фреда, вампир, сразивший меня и Фостера, горящий Саймон… И он. Виновник всех людских бед. Причина, из-за которой люди потеряли возможность нормально жить. Главный враг человечества… Люциус.              Едва я мысленно произнесла его имя, как оно начало бесконечным эхом отзываться в ушах. Инстинктивно я закрыла уши руками, но это не помогало. Перед глазами, даже закрытыми на тот момент, появилось изображение вампирского лица. Его лица, со всеми соответствующими атрибутами. Взгляд, всем своим существом выражающий надменность его владельца по отношению ко всем вокруг, даже другим тварям; ядовитая улыбка, полная презрения; голос, сам по себе вводящий слушающего в ужас… Он терроризирует мой разум, даже не находясь рядом… Как я могу одолеть его?.. Не знаю, как, но я обязана сделать это. Ради всех павших в этой войне. Я найду способ. Сделаю всё ради этого.              Мои размышления прервал стук в дальнюю от меня дверь. Не отвечая, — разговаривать лишний раз с вампиром мне не хотелось — я поднялась с кровати и встала в стойку, готовая защищаться. Очевидно, в сражении с кровососом у меня шансов немного, но всяко лучше, чем сдаваться.              Едва же я встала, как осознала всю необходимость одеяла — с самых пяток до макушки тело пронзал холодный воздух, дувший неизвестно откуда. Единственное окно в комнате было закрытым и с расстояния в пару метров я не заметила никакой щели. До сих пор на мне была лишь одна пижама (факт того, что сознание я теряла в другой одежде, мне совсем не нравился), что, конечно, тоже не помогало.              — Извините, я захожу. — за дверью раздался женский голос, звучавший с явным дружелюбием. Меня, правда, таким не обмануть; приготовившись к возможной схватке, я взяла в руки стул (скорее, даже табуретку) и ждала, пока откроется дверь.              И долго мне ждать не пришлось — дверь отворилась, запуская внутрь… Нет, не вампира, что было достаточно удивительным для меня.              В комнату зашла пухлая улыбающаяся старушка, не имеющая ни клыков, ни крыльев. Хотя, называть её старушкой было бы неправильно… Вернее, правильно, но лишь в тех обстоятельствах, в которых люди находятся сейчас, когда дожить до шестого десятилетия считается невероятной удачей. Или неудачей, как посмотреть.              В этот момент, продолжая держать стул наготове, я, взглянув на гостью, заметила страх в её глазах, который, впрочем, объяснялся моим видом.              — Я принесла вещи… — произнесла она на удивление бодрым голосом. В эту секунду я заметила стопку в её руках.              — Вы не вампир?.. — уже опуская стул на пол, я, желая немного объяснить свои действия, спросила у неё.              — О нет! — она практически вскрикнула. — Я просто слежу за чистотой в замке. — уже обычным тоном продолжила она, положив стопку вещей на край временно моей кровати.              — Не переживайте, скоро нас спасут. Мы одолеем этих тварей. — веры в это с каждым моментом даже у меня становилось всё меньше, учитывая последнее поражение. Станет ли Адам собирать очередную группу для ещё одной попытки наступления? Нет. Он просто не выдержит, если и решится. Да и я не хотела бы этого, если быть полностью честной… А больше и некому ведь: достаточного опыта, чтобы вести за собой целый отряд кроме нас и Фостера нет ни у кого. Фостер…              Голову вновь заполнили мысли о нём. Выжил ли он? Шансов на это крайне мало — среди тех, кого я видела перед потерей сознания его не было. Может ли человек — хотя бы в теории — убежать от десятка вампиров? Нет, не может.              — Я в этом уверена. — с трудом сдерживая слезу в себе, я договорила.              — От кого ж нам спасаться? — с удивлением переспросила старушка, будто бы я говорила странные вещи. Подозреваю, что со стороны моё лицо выглядело точно также.              — От вампиров, конечно. — недоумевающе ответила я.              Старушка расхохоталась, словно услышала какой-то анекдот.              — Вот как ты шутишь с таким серьёзным лицом? Не понимаю! — продолжая смеяться, сказала она. Наконец успокоившись, женщина вновь заговорила. — Я, кстати, Мишель. Будем знакомы, внучка.              — Мика. — с наигранным спокойствием ответила я. К этому моменту я смирилась с тем, что не пойму её. — Приятно познакомиться.              — Ой, точно! Я затем же пришла, что меня попросили сообщить о том, что господин Люциус желает видеть тебя.              — Господин? — меня изнутри покорёжило от того, как она назвала эту тварь. — Зачем?              — Ой, чего не знаю, того не знаю. — замолчав на секунду, Мишель продолжила. — Его комната прямо по коридору до конца, затем первая дверь налево. Могу проводить, как оденешься.              — Не стоит. — вежливо отказалась я, не желая проводить с ней больше времени, чем необходимо. Может, это и жестоко, но слишком странно она себя вела. — Не можете ж Вы всегда меня сопровождать, правда?              — Ох, конечно. Что ж, я пойду тогда дальше прибираться. Хорошего дня тебе! — добродушно помахав рукой, она вышла из комнаты.              Ею управляют? Усевшись на край кровати, я стала думать об этом. Если да, то как? И можно ли как-то выстоять? Тут мне в голову пришло воспоминание о сцене разговора с главным кровососом. Можно ли считать контролем разума то, что было со мной тогда? Допустим. Но тогда появляются другие вопросы — почему сейчас я владею своим телом и мыслями? Подождите, а владею ли я? Что мешает этому кровососу заставить меня думать о том, что я сама контролирую свой разум?              Я почти подняла руку, — и это было бы сугубо моим желанием — но остановилась. Неважно, кто контролирует мой мозг. Даже если это не я, то неважно — я всё равно продолжу бороться, пока есть такая возможность. Даже если её мне даёт свой собственный враг.              Я попыталась лечь, но, задев ногой стопку вещей, вспомнила о том, что мне необходимо сделать — встретиться с этой тварью. Радовало одно: идти к нему я должна была одна. Сбежать, конечно, шансов не было, но изучить округу или хотя бы её часть — вполне.              Встав, я начала рыться в вещах. Первым, что мне попалось на глаза, оказалось нижнее бельё. Надев его, я в ускоренном темпе — температура в комнате, всё ещё бывшая очень низкой, давала о себе знать — продолжила изучать стопку вещей. Вся она состояла из платьев, которые, хоть и хорошо выглядели, — ещё чуть-чуть и можно было бы сказать "роскошно" — но не были новыми.              Выбрав одно из платьев попроще и выйдя из комнаты, я вновь задумалась о том, есть ли шансы быть спасённой. Нет, шансов не прибавилось, — я бы даже сказала, что убавилось, но число в данном случае не может быть отрицательным — я вспомнила о том, что не произнесла ни слова о других группах людей, воюющих с тварями.              Да, такие действительно существуют, но тут всплывает пару нюансов. Результатов у любой из них в схватках ещё меньше, чем у нас, что уже говорит о многом. И, может, что-то получилось бы, — речь идёт уже не о моём спасении, а о глобальной войне с вампирами — но всему мешает невероятная разрозненность. Даже в столь критической ситуации люди не научились работать в команде и действовать слаженно. Все считают себя самыми умными и заслуживающими быть главными. Говорят, люди всегда были такими. Если бы только все объединились, общая военная сила выросла бы в разы и у людей, может, появился бы реальный шанс, но, к сожалению, этого не случилось.              Неспеша прогуливаясь по коридору — оказался он длиннее, чем я предполагала — с завышенным на пару метров потолком, я удивилась полному отсутствию охраны. Меня настолько ни во что не ставят? Так и хочется взять и наделать дел им на зло. Если бы я могла…              Мне до сих пор не попалось ни единого окна, как и обоев, или хотя бы покрашенных стен. Везде был лишь голый камень, изредка прикрывавший себя факелами и портретами каких-то вампиров. Подозреваю, что все изображённые на них являлись или являются важными шишками в Империи. Понимая это, я не могла сдержать себя от представления их смертей в долгих-долгих муках…              Если же отложить в сторону мои грёзы о страданиях кровососов и вернуться к окружающему меня, то, судя по внутренней составляющей (хотя и, не видя здания снаружи, нельзя сделать точных выводов), я нахожусь в замке — может, в настоящем средневековом, а может и в современном, построенном под копирку.              Так, один поворот налево и здравствуй, тяжёлая дубовая дверь высотой практически с двух меня. Решив не стучаться, — как-нибудь тварь внутри обойдётся — я потянула дверь на себя и зашла внутрь.              Встретило меня пронзавшее глаза рубиновое освещение; привыкнув к странному свету, что заняло определённое время, я смогла оглядеться. Стены мало отличались от тех, что я встретила в коридоре, разве что камень выглядел более свежим. На правой стене виднелось ещё две двери, таких же массивных, как и входная в эту комнату. Куда они ведут, у меня нет представления. В самом центре комнаты стоял небольшой стол с кухонными принадлежностями, — единственная мебель в помещении, не считая множества высоких стульев тёмно-коричневого цвета, таких же деревянных, как и сам стол, вокруг него — сразу за которым располагался выход на каменный балкон, где, оперевшись об ограду, стоял и глядел вниз кровосос, вызвавший меня.              — Прости меня. — спокойно произнёс он, поворачиваясь лицом ко мне. Жёлтые глаза сверкнули в лунном свете.              — Ты думаешь, что можешь убивать миллионы людей и потом просто сказать "прости"? Знаешь, что… — я сильно разозлилась от тона собеседника, не заметив того, как прошла через всю комнату и уже стояла в двух метрах от него; меня сумел прервать лишь надменный смешок.              — Я не за это извинялся. — мне показалось, что его надменность сменилась отторжением, сделав голос того более грубым. — Всего лишь за то, что перестарался во время нашей первой встречи. Я не хотел, чтобы ты теряла сознание. — Люциус, аж лицо корчит от одного только имени, выжидающе посмотрел на меня. — Нечего сказать? Неужели ты и в самом деле думала, что я буду извиняться за лучшее дело в своей жизни? Я был одним из тех, кто гарантировал будущим поколениям вампиров счастливое будущее, и ты считаешь, что я буду просить прощения за это? — продолжил он, так и не дождавшись ответа. — И где же твоя ненависть? О нет, она на месте, но почему же ты не пытаешься ничего сделать? Почему не взяла нож со стола, пока подходила ко мне?              «Это глупо и не имеет ни единого, даже самого маленького, шанса на успех» — ответила я, но лишь в своей голове. В реальности же я сделала ещё более глупую вещь — сжала руку в кулак и бросилась на него. Целиться в голову было бесполезно, — а хотелось — учитывая разницу в росте между нами, из-за чего мой кулак встретился с грудной клеткой кровососа. Сразу после этого раздался хруст. К сожалению, это была не раздробленная грудина оппонента. К счастью, хотя и было достаточно больно, обошлось и без переломов с моей стороны.              — Прелестно. Ты мне нравишься. — ухмылка расползлась по его лицу. — Теперь попробуешь скинуть меня? Или продолжишь бить? Или попытаешься сбежать из замка? А, может, сдашься и примешь свою судьбу? Выбор полностью за тобой. Только, если выберешь последнее, сохрани эту ненависть в глазах, так будет веселее. — вампир прошёл мимо меня к столу.              — Ты позвал меня, чтобы издеваться?              — Нет, это — всего лишь приятный бонус. — он опустился на один из стульев. — Я позвал тебя, чтобы извиниться — что я уже сделал — и ответить на твои вопросы. Веришь мне или нет, но я не вижу смысла врать сейчас, когда ты полностью в моей власти. Так что можешь рассчитывать на правду. Садись и спрашивай, если хочешь.              — Ничерта я делать не собираюсь, пока не узнаю. Что с остальными людьми, которых пленили в том сражении? — сразу же я перешла к наиболее интересующему меня вопросу.              — Не знаю, сколько вас всего было, но большая часть погибла либо во время боя, либо во время перевозки их в столицу Империи, Эрдей. Всех выживших распределили между вампирами.              — Меня интересует Фостер. Что с ним?              — Понятия не имею. Я не знаю их имён и не смогу дать тебе конкретики. Теперь же успокойся и сядь уже.              Последние его слова прозвучали достаточно правдиво, чтобы я поверила ему. Поэтому я, подавив свою гордость, села на стул, стоявший напротив вампира, пока самодовольные глаза кровососа бегали по мне.              — Зачем я тебе? — тут же продолжила я.              — Побольше уважения: не тебе, а Вам. — спокойно ответил вампир, продолжая изучать меня глазами. — А насчёт твоего вопроса… В целом, ты мне не нужна, всего лишь развлечение. — своими длинными, но тонкими пальцами он несильно постукивал по столу, нервируя меня ещё сильнее, что вылилось в более импульсивный ответ.              — Не дождёшься. Мне не за что уважать таких тварей, как ты и твои приспешники. — лицо кровососа озарила насмехающаяся улыбка. — Я презираю тебя и тебе подобных. — гнев внутри меня разрастался всё сильнее и сильнее.              — Ты презираешь нас… — мой собеседник развёл руки. — За то, что мы устали прятаться от людей? Захотели подняться и тоже пожить в своё удовольствие? Отличается ли это от того, что вы сами, то есть люди, делали друг с другом на протяжении всей своей истории? Или отличается ли это от того, что ты пытаешься сделать прямо сейчас? — во время всей речи на лице вампира продолжала сиять всё та же улыбка, полная надменности, но при этом абсолютно не серьёзная, будто бы всё это игра.              — Как вы это делали?! — моё терпение было на исходе и я уже практически кричала. — Вы истребляли людей!              — Мы делали это, следуя законам природы. — прервал меня вампир, хотя мне хотелось ещё многое сказать. — Мы воевали с твоими предками. И, знаешь, у вас было несколько тысяч лет форы с тех пор, как вампиры спрятались. И мне стоит признать… Люди использовали это время, создав много разнообразного оружия… А чего стоят «Малыш» с «Толстяком»… Для неё это стало символом людской безнадёжности…              В это мгновение надменность впервые стёрлась с лица кровососа, сменившись на некоторую грусть в глазах, причина которой, впрочем, не была мне ясна. Как и многое из того, о чём он говорил — и, конечно, вампир заметил это.              — Скоро ты узнаешь обо всём… Обо всех людских грехах… — во взгляде Люциуса появилась сильная злость, направленная на меня. — Впрочем, мы немного отвлеклись от нашей изначальной темы…              Злость, секунду назад мелькнувшая во взгляде вампира, тут же пропала, сменившись надменностью… Меня это, честно говоря, уже начинало немного бесить и на стуле я оставалась сидеть из последних сил.              — А возвращаясь к ней… — продолжал говорить кровосос. — Ты ненавидишь меня, имея на то причины, и я не прошу тебя менять это. — на секунду он замолчал, взглянув на украшенный золотыми узорами потолок — Но как насчёт взгляда со стороны? Я — один из возвращавших вампирам былое величие. Один из тех, кто сумел сменить мировой порядок. Неужели этого, по-твоему, недостаточно для уважения? Я бы, например, зауважал тебя, если бы ты смогла убить меня и вернуть планету людям.              Вампир выжидающе улыбнулся, смотря в мою сторону, пока я, сгорая от злости, вставала со стула с желанием покинуть комнату.              — Сядь обратно.              Снова. Снова это эхо в ушах, это изгнание из своего же тела, это неконтролируемое мною подчинение его, что худшее, приказам. Но в этот раз всё закончилось быстрее. Стоило мне сесть, как разум вернулся в тело. С головной болью, но я была в своём теле.              — Какого хрена ты со мной сделал? — прошипела я через зубы, свирепо смотря на вампира.              — Я что-то делал с тобой? Всего лишь попросил вернуться. Но мне льстит твоя покорность: вернулась без пререканий. — изо рта Люциуса вылетела кроткая усмешка.              — Ты контролировал меня. — от стоявшей в комнате жары я злилась ещё сильнее.              — Глупости.              — Знаешь что? — я вновь захотела уйти, но, вспомнив прошлую попытку, осталась на месте. — Я не собираюсь становиться шутом и развлекать тебя. Ты сказал, что будешь честно отвечать на мои вопросы, вот и отвечай на них. Если же нет, то просто дай мне уйти.              — С каждым разом всё сильнее поражаюсь тому, насколько ограниченным может быть человеческий мозг. Раз уж это действительно так сложно для тебя, то я объясню. Контролировать другого человека — или вампира — невозможно. — кровосос задумался, после чего продолжил. — Начнём издалека. Речь, как и любой звук, — это волновое колебание. Секрет в вампирской способности модулировать эти волны, накладывая на них сигнал иной, неслышимой частоты, который не воспринимает человеческое ухо, но для мозга он неприятен и даже болезнен. В результате человек чувствует отчуждение от собственного же тела, а мозг без твоего разрешения выполняет команды вампира, лишь бы избавиться от вредных волн. Конечно, чего-то серьёзного я не смог бы получить — ответы на вопросы или мелкие действия, как сесть на стул, вероятно, являются максимумом. Да и для вампира это крайне энергозатратно.              Буду честной, из всего рассказа кровопийца до меня дошла очень маленькая часть. Но и то, что я смогла понять, в моём мозге никак не отличалось от контроля. К концу терпение у меня закончилось.              — Это и есть чёртов контроль. — перебила я его, в очередной раз выражая недовольство.              — Как же люди скучны. Вечное упрощение. Впрочем, как тебе угодно — глупо требовать от кошки высокого интеллекта.              — Я похожа на кошку?              — Скорее люди в целом похожи на кошек. Чью роль — домашних питомцев — вы и должны выполнять. — в эту секунду меня изнутри начала переполнять злость. — Тебя же конкретно я бы назвал лягушкой. Безобидной, маленькой, но уродливой. Тем не менее, находятся безумцы, желающие держать их дома.              Я не должна была приходить к нему. Я не должна была попадаться в плен. Смерть была бы лучшим исходом, чем служба придворным шутом у этих тварей. Нет, даже не шутом, а ещё хуже — маленьким зверьком, излучающим ненависть ко всему вокруг. И он даже не скрывает этого!              Я не собираюсь мириться с этим.              Запрыгнув на стол, я взяла в руки стул, на котором только что сидела, и ринулась на вампира. Не знаю, каким местом я думала, но я действительно сделала это…              Стоило мне подбежать и замахнуться, как он в воздухе поймал приближающуюся лакированную ножку предмета мебели и откинул стул вместе со мной в угол, находившийся за ним. Невзирая на боль в спине от встречи со стеной на скорости пары десятков километров в час, я тут же поднялась. Предмет мебели, правда, полёта не пережил, развалившись на части после столкновения со стеной. Может, оно и к лучшему — с одной оторвавшейся ножкой, которая теперь была у меня в руках, двигаться будет легче, чем со всем стулом. Вампир решил не вставать, продолжая сидеть за столом спиной ко мне, чем я и попробовала воспользоваться, снова побежав на кровососа. В этот раз вышло ещё хуже.              Оказавшись прямо позади Люциуса, я ударила его острой стороной импровизированного орудия. Ничего не произошло: острие не смогло проткнуть кожу вампира, вызвав у того лишь краткий смешок.              — Не злись на меня. — заговорил он, вставая из-за стола — Хотя нет, злись. — повернувшись ко мне, он продолжил. — Мне нравится это, хотя я и не виноват ни в чём. Это всего лишь природа. — я начала пятиться назад; чем дальше он от меня находится, тем мне спокойнее. — Вампиры стоят выше людей в эволюционной цепи. Мы во всём лучше вас.              Только получив необходимое расстояние между нами для разбега и собравшись побежать — в этот раз с голыми кулаками — на соперника, его фигура сразу же исчезла.              — Отсюда следует два возможных развития событий. — голос вампира раздался у меня из-за спины. Какого чёрта он так быстро оказался там?! — Либо мы убиваем людей, что и происходило бы, живи мы несколько миллионов лет назад… — вдруг тяжёлая рука вампира обхватила мою шею, лишая меня доступа к кислороду. — Либо держим вас в качестве… Слуг? Питомцев? Рабов? Называй так, как тебе будет приятнее. — я пыталась сопротивляться и вырваться из захвата кровососа, но с каждой пройденной секундой это становилось всё труднее из-за уменьшающегося количества поступающего воздуха. — Единственный шанс людей был в мозге. Нет, я не говорю об интеллекте… Я имею в виду технический прогресс, который был у вас тогда, когда наше восстание только началось. — вампир сначала ослабил хватку, а затем и полностью отпустил меня… Лишь, чтобы подбросить в воздух почти под самый потолок, бывший более десятка метров высотой.              Время будто остановилось, когда я оказалась на самой высокой точке своего полёта. Я безмолвно висела в воздухе, когда всё вокруг замерло. Ненадолго, всего лишь на мгновение. Пока прямо надо мной не появился Люциус с широко расправленными чёрными крыльями, гордо тянущимися из его спины. Каким бы сам вампир ни был ужасным, сейчас он выглядел… Впечатляюще? Грандиозно?..              Перед тем, как я успела мысленно подобрать наиболее подходящее слово для описания его внешнего вида, ладонь вампира дотронулась до моей грудной клетки. Именно дотронулась, это не было даже самым слабым ударом… Лишь прикосновение. Я отчётливо видела это в презирающем меня взгляде кровососа, в его глазах, одновременно безразличных и наполненных хищнической жаждой убивать, в его могучих руках, в его размашистых крыльях… Во всём нём, чёрт возьми. Я действительно была лишь насекомым, которое можно в любой момент задавить, по сравнению с ним… И как мне бороться с таким чудовищем?..              Каждую клеточку моего тела пронзила невыносимая боль, когда я встретилась с каменным полом, предварительно насквозь пробив собой стол. Насколько же всё стало бы легче, если бы я умерла от падения с большой высоты, правда? Но я выжила и смотрела на приземлившегося рядом вампира.              Тот заговорил, опускаясь на корточки рядом со мной. Теперь тон его голоса резко сменился, лишившись своей привычной надменности:              — Знаешь, нам действительно тяжело было воевать с голыми кулаками против танков и прочей военной техники. Признаюсь, тогда мы действительно были близки к проигрышу. — неожиданно Люциус поднял свою руку и начал поглаживать меня по макушке головы. По неизвестной мне причине боль уменьшилась, хоть и оставалась адской. — Когда я увидел тебя, то подумал, что ты напоминаешь мне одну девушку. Теперь я вижу, что ты также похожа и на меня самого. Всю свою жизнь до восстания я убивал случайных людей, никак не связанных друг с другом. Просто из ненависти. Как думаешь, приблизило ли это контроль над миром? Конечно нет. Это было пустой тратой энергии и времени. Спасибо Оливии, что помогла мне понять своё заблуждение… — он замолчал, но быстро продолжил. — Ты сейчас совершаешь ту же ошибку, что и я: ты не думаешь. Вернее, думаешь, но после того, как сделаешь что-либо. Поработай над этим и твои шансы даже на такую глупую вещь, как побег, многократно увеличатся.              — Зачем ты говоришь и делаешь всё это? — закрыв глаза и повернув голову в сторону от собеседника, хриплым голосом спросила.              — Как минимум, это — хорошее развлечение. Кроме того, я не способен жить без борьбы: это просто надоедает со временем. А ещё… Конкуренция — двигатель эволюции. Без конкуренции наступает стагнация. А стагнация сегодня — это деградация завтра. Поэтому я готов давать тебе ответы на вопросы и некоторую информацию, которую ты больше никак не смогла бы получить.              Вампир, приподнявшись с пола, вернулся на свой стул, за которым он уже сидел ранее. Стол хоть и оказался разломанным на две части, но стул остался нетронутым. Я же только в этот момент поняла, что лежу в смеси своих слёз и крови. И, судя по количеству красного цвета вокруг, второго было намного больше.              — Почему я ещё жива? — снова хриплым голосом спросила я у вампира, не оглядываясь в его сторону.              — Напоили кое-чем. Не волнуйся, это поможет тебе восстановиться… Мика, продолжай бороться, обязательно… А сейчас поспи.              Не знаю, было ли это опять контролем с его стороны или просто совпадением, но сразу после этой фразы я действительно упала в забытие.