Глава 11. Тени прошлого.

Хогвартс. Восемь лет назад. Ветер свистел в ушах, вырывал пряди рыжих волос из‑под резинки, бросал их в лицо. Джинни Уизли резко заложила вираж над полем для квиддича, выровняла метлу и пошла на новый круг. Пятнадцать лет, а упорства — на взрослую. Она уже полчаса гоняла одиночные круги, отрабатывая ускорение и резкие повороты. — Ещё раз, — прошептала она, сжимая древко. — Ещё один заход, и попробую тот финт, что показывал Чарли. Она набрала высоту, прицелилась к воображаемой отметке и рванула вниз, почти касаясь травы, в последний момент выправив метлу в горизонтальный полёт. Получилось! Джинни торжествующе вскинула кулак, но тут же нахмурилась: Недостаточно резко. Надо еще. Она начала новый заход, когда краем глаза заметила движение на трибунах. Блейз Забини. Он стоял у перил, небрежно прислонившись, и наблюдал за ней. Джинни чуть не потеряла равновесие. Она резко затормозила, зависнув в воздухе, и опустила метлу до уровня трибун. — Ты что здесь делаешь? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно . Блейз пожал плечами, его губы тронула легкая улыбка. — Забыл сумку. Возвращался за ней и увидел… впечатляющее зрелище. Джинни почувствовала, как вспыхнули щёки. — Я просто тренируюсь. — Вижу. — Он сделал шаг ближе. — И давно ты так? — Почти каждый день после занятий, когда поле свободно. Блейз помолчал, потом кивнул в сторону ее метлы. — Хочешь совет? В том финте ты слишком рано выравниваешь. Попробуй чуть позже — выиграешь в скорости. Джинни удивлённо подняла брови. — Ты… наблюдаешь за мной? — Скажем так, — он усмехнулся, — я заметил, что ты здесь не первый раз. И ты упорная. Это впечатляет. Джинни невольно улыбнулась. — Значит, ты мог бы… показать, как правильно? — С удовольствием, — Блейз отстранился от перил. — Завтра в это же время? Джинни кивнула, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Договорились. Она взмахнула метлой, чтобы подняться выше, но остановилась. — Спасибо, Забини. — Пока не за что, Уизли, — он подмигнул. — Пока не за что. — Ты прогрессируешь, — говорит Блейз, глядя куда‑то вдаль. — Через год тебя точно возьмут в команду. — Благодаря тебе, — Джинни поворачивается к нему. — Ты мог бы не тратить на меня время. — Но я хочу его тратить. — Он поворачивается, их взгляды встречаются. Джинни улыбнулась и смущаясь отвела взгляд.

***

Атриум. Министерство магии. Сейчас. Гермиона, погруженная в работу, совсем не заметила, как в кабинет вошли. — Добрый день, мисс Грейнджер, — мягкий женский голос нарушил тишину приемной. Гермиона вздрогнула, резко вскинула голову и оторвалась от пергамента. Её взгляд скользнул по фигуре гостьи, и она тут же вскочила на ноги, отодвигая стул. — Здравствуйте, — вставая из-за стола, поприветствовала она гостью. Перед ней стояла женщина, от одного вида которой перехватывало дыхание. Высокая, стройная, с горделивой осанкой, она словно излучала ауру власти и утончённости. Смуглая кожа отливала бронзой в мягком свете, а темные волосы, убранные назад в сложную прическу, подчеркивали безупречные черты лица. Но больше всего поражали её глаза — темно-зеленые, почти изумрудные, не карие, не чёрные, а именно такие, какие редко встретишь. На мгновение Гермиона замерла, встретившись с ней взглядом. Что‑то в этих глазах показалось ей знакомым. Женщина улыбнулась — не широко, а едва заметно, но этой улыбки хватило, чтобы в ней проявилось что‑то завораживающее, почти гипнотическое. — Вероятно, мы с вами не знакомы лично, — продолжила она, протягивая руку. — Моё имя — Сабина Забини. — О, конечно! — поспешила ответить Гермиона, пожимая её ладонь. — Рада познакомиться лично. Чем могу помочь? Женщина слегка склонила голову, изучая ее взглядом — внимательным, проницательным, но не колючим. — Драко Малфой у себя? — Да, одну минуту, пожалуйста. Гермиона повернулась к двери кабинета. Та была плотно закрыта — он всегда запирался, когда работал над чем‑то важным. Она глубоко вздохнула, и постучала. — Малфой? — тихо позвала она, приоткрывая дверь. Он сидел за столом, окружённый кипами пергаментов, карт и отчётов. Рукава рубашки закатаны до локтей, волосы слегка растрепанны, кончик пера зажат между зубами — он что-то чертил на большом листе пергамента, хмуря брови. — Да? — он поднял глаза, не сразу оторвавшись от работы. — К тебе миссис Забини, — сказала Гермиона. Драко замер на мгновение, затем отложил перо и провел рукой по волосам, приводя их в порядок. — Пригласи её, — кивнул он. Гермиона вернулась в приёмную. — Прошу, проходите, — она открыла дверь шире и сделала шаг в сторону. Сабина улыбнулась ей — чуть шире, чем прежде, — и шагнула внутрь. Когда она проходила мимо, Гермиона уловила шлейф её духов: мягкий, женственный, обволакивающий. В кабинете Драко уже встал, чтобы поприветствовать гостью. — Сабина, — произнёс он, чуть склонив голову. — Какой приятный сюрприз. — Драко, милый, — она коснулась его руки. — Надеюсь, я не помешала? — Вовсе нет. Присаживайся. Кофе? — С удовольствием, чёрный, без сахара. — Сейчас принесу, — добавила Гермиона, улыбаясь. Женщина огляделась. Её взгляд скользнул по книжным полкам, картинам на стенах, задержался на колдографии Драко с родителями. — Как мило у тебя тут, — сказала она. — — Чему обязан такому неожиданному визиту? — запахивая полы пиджака, улыбнулся Драко, не сводя с гостьи взгляда. В этот момент на пороге появилась Гермиона с подносом в руках. — Прошу, если что-то будет нужно, я рядом, — она закрыла за собой дверь, покидая кабинет. — Она красивая, — сделала глоток миссис Забини, не спуская взгляда с блондина. — Сабина, я знаю, что ты не за этим вошла в мой кабинет, — слегка наклоняясь вперед, произнес настороженно Малфой. — Расслабься, я решила устроить небольшой вечер через несколько недель в честь дня своего рождения. Ничего помпезного — просто близкие люди, хороший ужин, разговоры. И я бы очень хотела видеть тебя, — она сделала паузу, опуская взгляд. — Вас обоих. Она протянула два приглашения — Драко замер. У него всегда было ощущение, что эта женщина всегда что-то знала и всегда была на несколько шагов впереди. — Спасибо, это очень… неожиданно и приятно. Я обязательно передам Грейнджер. Сабина кивнула, её глаза на мгновение потеплели. — Ах да, как мой сын? Все ли у него хорошо? — она снова сделала глоток. — Насколько знаю, все неплохо, работает. Ты можешь заглянуть к нему, он будет рад тебя видеть. — Да? А мне показалось, что что-то случилось, раз он разорвал помолвку с Габриэлой, ничего не сообщив мне, — ее взгляд стал жестоким. — Об этом ничего не знаю, — пожал плечами Малфой, скрывая свое удивление. Блейз, ты с ума сошел? Какого черта? Женщина поднялась, — что ж, в таком случае, мне пора, не смею тебя более задерживать, — она широко улыбнулась, будто минуту назад и не было той холодности в ее голосе. — Был рад видеть, мы придем, — он склонил голову, и прядь волос упала ему на лоб. Женщина покинула его кабинет и плечи Драко слегка расслабились. Нужно поговорить с Блейзом… За приоткрытой дверью он услышал, как она обратилась к Гермионе: — Мисс Грейнджер, передайте пожалуйста это Пэнси, я знаю, вы очень близки, — она одела темные очки и направилась к выходу, — всего доброго и до встречи. Гермиона покрутила в руках небольшой конверт. — Грейнджер, зайди. — Послышался приглушенный голос Драко.

***

Квартира Пэнси. Суббота. Ей не хотелось ничего. Настроения не было за прошедшие пять недель. День за днем сменяли друг друга. За окном шумел дождь. Даже погода не в восторге. Нет, это не депрессия. Это… Ее мысли нарушил стук в дверь. Какого черта принесло? Отложив книгу в сторону, она накинула легкий домашний халат и двинулась к двери. Стук повторился. — Да иду я! На пороге, держа руки в карманах брюк стоял Теодор. — Что ты тут делаешь? — скрестив руки на груди, она оперлась о дверной проем. — Как ты меня нашел? — Пэнс я… — он поднял на нее свои карие глаза. В них было что-то печальное, она не могла понять что именно. — Я хотел тебя увидеть, — пауза, он отвел взгляд, затем снова посмотрел на нее, — ты избегаешь меня? Она вздернула подбородок: — Нет, с чего ты взял? — Тогда в клубе ты держалась, как можно дальше от меня. А после и вовсе пропала, я даже подумал, что ты снова уехала. Брюнетка отошла в сторону: — Может потому, что я не хотела мешать тебе соблазнять женщин, снующих вокруг без остановки?! Он нервно усмехнулся, делая шаг в квартиру, закрывая за собой дверь: — С тех пор… — он замолчал, — с тех пор, как ты вернулась, меня ни одна женщина, снующая рядом не интересует. — Его взгляд стал жестче. Девушка сделала шаг назад. — Я тебе не верю. — Пэнси я… прости меня, я не знал, что тебя задевает мое поведение. — он схватил ее за руку. — Ведь после того, как ты вернулась, ты ясно дала понять, что между нами ничего не может быть. Она молчала.

— Ты же знаешь, что я люблю… — Нет! — ее ладонь накрыла его рот так быстро, что он не успел договорить. Она смотрела на него в упор. — Не смей. Говорить мне это. Я вернулась только для того, чтобы получить наследство после смерти отца. Я знала, что встреча с тобой будет неизбежной. И я… я думала, что все осталось в прошлом. Но стоило мне оказаться рядом с тобой, как меня накрыло волной воспоминаний. — Ее глаза наполнились слезами. «Я так соскучился по тебе, по твоему аромату» Он медленно убрал ее руку, но не отпустил — сжимая. — Я люблю тебя… — он коснулся ее щеки стирая слезы. — Я люблю тебя. — Тео, я не могу… когда я вижу тебя, столько боли… но при этом, — она облизнула пересохшие губы. — При этом ни один мужчина в моей жизни не вызвал столько эмоций, как ты. Я боюсь… — Чего? — он нахмурил брови, выискивая ответ на ее лице… — Я не переживу это еще раз… — Ты же знаешь, что сейчас все иначе? — он прижался губами к ее ладони, которую сжимал в руке. — Война кончилась, нас некому разлучить. Мой ублюдок отец, давно мертв, твой тоже… Пэнси, пожалуйста, дай нам шанс? Она подняла на него взгляд зеленых глаз. Подбородок дрожал. — Мне нужно время, чтобы разобраться во всем. — Блейз сказал, что тебя мучают кошмары… — Это не важно! — Нет, важно черт возьми! Я постоянно думаю о тебе!

***

Поместье Паркинсон. Семь лет назад. — Когда вернется твой отец? — Пэнси лежа на груди Тэо, выводила на ней узоры. Он глубоко вздохнул и наклонился чтобы вдохнуть аромат ее волос. — Недели через три, не знаю, может позже. Он четко дал понять, если я не справлюсь с заданием Темного лорда, то мне не поздоровится. Она приподнялась на локте, вглядываясь в его глаза: — Что мы скажем? Ведь мы… — смущаясь она отвела взгляд. — Эй-эй, — он подхватил ее за подбородок, поворачивая к себе. — Все будет хорошо, я сообщу ему, что хочу жениться на тебе. — Но ведь я обручена с Флинтом. — Маркусу придется принять тот факт, что ты ему не достанешься. К тому же, — он провел рукой по ее талии, спускаясь к бедру, — мы нарушили правила уже столько раз, что им придется смириться с нашим выбором. — Отец будет в ярости. — Не думай об этом, хорошо? — он нежно поцеловал ее в висок. Пэнси кивнула, затем провела ладонью по его плечу и потянулась, чтобы поцеловать еще глубже. Одеяло соскользнуло, оголяя ее грудь. Тео простонал. — Ты такая красивая, я до сих пор не верю, что все это происходит с нами, — он повалил ее, нависая над ней, продолжая целовать. — Никому тебя не отдам, не после всего, я так счастлив, ты просто не представляешь. Ее сердце забилось быстрее. — Я тоже счастлива…

***

Они продолжали скрывать свои отношения, тайком прячась, то в библиотеке, то в садах. Дни пролетали один за другим. Несмотря на обстановку вокруг — это было лучшее время. По крайней мере, они так думали. — Пэнси, милая, не передашь мне соль? — мать спокойным тоном обратилась к дочери. — Конечно, — протянула небольшой пузырек со специей, девушка. — У тебя такой хороший аппетит. Ты вся так и светишься. Не можешь дождаться, когда выйдешь замуж за Маркуса? Послышался резкий звон приборов. — Мама, пожалуйста… — она стиснула зубы, — не напоминай мне об этом тролле! До этого момента, у меня действительно было хорошее настроение, но сейчас от него не осталось и следа! — Она резко встала, бросая салфетку на стол. — Я к себе! — Стой! — Голос отца нарушил тишину. — Я хочу, чтобы ты понимала, почему именно Флинт, а не кто-либо другой. Девушка медленно развернулась, сжимая руки в кулак так, что на коже вероятно останутся следы от ногтей. — Я знаю, почему, — она вздернула подбородок, — потому что ты хочешь выслужиться перед этим темным ублюдком! — Не смей так разговаривать! — Мужчина стукнул кулаком по столу. — Это воля не только Темного лорда… Это было взвешенное решение. Не тебя одну выдают замуж таким образом, и ты прекрасно знаешь об этом! — Мне все равно на других! — она скрестила руки на груди, принимая оборонительную позу. Ее сердце забилось чаще. Сейчас, я скажу сейчас! — Все равно свадьбы не будет! Такое ощущение, что температура воздуха в обеденной зале понизилась на несколько градусов. Все замолчали. — Почему? — суровый голос отца звучал, как сталь. — Я не девственница! — выплюнула девушка. Мать вскинула на дочь удивленный взгляд. Отец поднялся со своего места и медленно направился в сторону дочери. Пэнси попятилась назад. Она никогда не видела отца таким. — Папа… — Потаскуха! — взревел мужчина и послышался удар. Щека горела, сердце стучало в ушах. Она боялась посмотреть на отца. — Кто он?! — он схватил ее за хрупкие плечи и начал трясти. — Отвечай! Спустя минуту, тихим голосом, почти шепотом, — неважно кто, я люблю его и вы не сможете нас разлучить… — Мадлена, ты слышала? — он рассмеялся, — они любят друг друга! И что мне прикажешь с тобой делать?! Глупая девчонка? Флинт откажется от испорченной невесты! — Я надеялась на это! — она снова вздернула подбородок вверх, щека была красной от удара, вероятно останется синяк. — Ты думаешь я отпущу тебя к этому глупцу, который испортил все мои планы? — мужчина снова рассмеялся, — ошибаешься. Бернард! Раздался хлопок, и на пороге столовой появился личный эльф хозяина дома. Его лицо было таким же суровым, а взгляд тяжелым. — Хозяин, — существо поклонилось. — Запри мою дочь в ее комнате. Никого к ней ни пускать и никуда не выпускать! Пока я не решу, что с ней делать! — Нет! Отец! — девушка начала вырываться из мертвой хватки мужчины. Тщетно. — Пожалуйста! Мама! Помоги! Женщина по прежнему молча сидела, уже опустив взгляд. Мольбы ее дочери никак не отражались на ее лице. — А с тобой, дорогая моя супруга, — плечи женщины дрогнули от злого голоса мужа, — мы поговорим позже, как же так, ты не углядела за нашей дочерью! Бернард подошел к Пэнси и взял ее за тонкое запястье. Щелчок и они растворились.

Появившись в своей комнате девушка бросилась на кровать, рыдая. Эльф сразу же исчез. Послышался щелчок замков ее спальни. Она бросилась к двери стуча по ней кулаками, умоляя выпустить ее. Но ее уже никто не слышал. Спустя несколько часов, она сидела у изголовья кровати и думала. Слез больше не было. Решение устроить голодовку пришло быстро, она не знала на сколько ее хватит, но чувства и эмоции застилали ее разум. — Я покажу им.

***

Теодор, как обычно постучал в двери поместья Паркинсон. Спустя какое-то время на пороге появилась Лекси, эльф Пэнси. — Молодой господин, — эльфийка принимала уши, — к сожалению я не могу вас впустить в дом. — Почему? — с тревогой в голосе удивился юноша. — Хозяин разозлился на молодую мисс и запретил кого-либо впускать к ней. — Черт, — он походил взад вперед, — Лекси, а ты можешь ей передать записку? — Меня тоже к ней не пускают, — эльфийка сжала край своего платья, — но я могу попробовать, но только один раз, иначе Лекси накажут. — Конечно, только раз. — он достал палочку и наколдовал кусочек пергамента из листа клена, валявшегося на дорожке. Быстро нацарапал на ней несколько строк и отдал эльфу. — Могу еще попросить об одолжении, Лекси? — Ох, хозяин будет ругаться! — Я понял-понял. Тогда это все. — Он отступил назад. — спасибо.

***

Прошло несколько недель с момента, как ее заперли, отец не спешил менять своего решения. Ей лишь сообщили, что помолвка была расторгнута. Осень вступала в свои права, листья падали, участились дожди. Наступил сентябрь. Скоро день рождения Тео… Пэнси сидела у окна, слабость которая стала ее постоянным союзником из-за отказа от еды, давила на нее усталостью. Ей ничего не хотелось. Практически все дни, она проводила в постели, сон это единственное средство, которое ускоряло время. Хлопок, в комнате появилась Лекси. — Мисс, вы должны кушать, вы так сильно похудели. — Прости Лекси, но мне все равно, что будет со мной… Пэнси встала, и направилась к туалетному столику, чтобы привести себя в порядок. Неожиданно в глазах потемнело и она рухнула на пол, не успев ухватиться за стул. Все, что она помнила это писк Лекси.

Открыв глаза, она увидела незнакомый белый потолок, в комнате был полумрак. Повернув голову, девушка заметила в кресле рядом мать, которая дремала. — Мама… — хрипло позвала она. Женщина пошевелилась и медленно открыла глаза. — Ох, милая, я так испугалась за тебя, когда Лекси пришла ко мне. — Где это я? — облизнув пересохшие губы, спросила Пэнси. — Мы в Мунго, ты потеряла сознание, но сейчас уже все хорошо, через несколько дней тебя отпустят домой, — женщина слабо улыбнулась, сжимая ладонь дочери. — Что со мной? Это из-за голода? — И да и нет… ты беременна, — мать не отрывала взгляд. Глаза девушки расширились от шока, а сердце забилось чаще. — Я… беременна? — Да милая, у тебя будет малыш, — по щеке матери скатилась слеза. — Почему ты плачешь, мама? — Ты же знаешь, что отец не позволит тебе оставить этого ребенка, когда узнает… — Что?! Нет! — девушка из последних сил попыталась подняться с постели, но не смогла и она рухнула назад, горячая влага заструилась по вискам, — я хочу оставить его, мама, я умоляю тебя! Не говори отцу, прошу! У меня будет малыш… Наш малыш… — Дорогая, я не знаю, получится ли у меня… Ты же знаешь, я часто бываю бессильна перед ним. — Мама, я умоляю тебя, помоги мне…

***

Нотт Мэнор. Несколько дней спустя. Теодор сидел у стола, рассеянно перебирая пергаменты с расчётами. Мысли блуждали где‑то далеко… Резко тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Скрипнула дверь. Теодор вздрогнул и обернулся. На пороге стоял его отец. Высокий, плечистый, с лицом, искажённым гневом. Его глаза, холодные и жёсткие, впились в сына. — Тёмный лорд недоволен. Из‑за твоей халатности сорвалось важное поручение. Ты подвёл не только меня — ты подвёл его. Теодор поднялся, стараясь говорить ровно: — Отец, я… — Молчать! — рявкнул мужчина, стремительно пересекая комнату. — Ты всегда был слабым. Я надеялся, что ты станешь опорой семьи, но ты такой же слабый, как твоя мать, — он схватил сына за ворот рубашки и с силой встряхнул. — Ты разочаровал меня. Кулак врезался в челюсть. Теодор отлетел к стене, ударившись затылком. В глазах потемнело, во рту появился металлический привкус крови. — Ты знаешь, что будет за провал, — прошипел отец, приближаясь. Теодор попытался отползти, но отец схватил его за руку и рывком поставил на ноги. — Нет, отец, прошу… — выдохнул Теодор. — Глупый мальчишка, — холодно отрезал мужчина. — Ты должен понять цену ошибки. Он поволок сына по коридору к лестнице, ведущей в подземелье. Ступени были скользкими, Теодор спотыкался, но отец не давал ему упасть — лишь ещё сильнее сжимал руку, оставляя синяки. Дверь подземелья распахнулась с протяжным скрипом. Сырость и запах плесени ударили в нос. Каменные стены покрывал мох, с потолка капала вода, оставляя тёмные пятна на полу. Факелы едва теплились, бросая дрожащие тени на стены. Отец швырнул Теодора на холодный, мокрый камень. Тот упал на колено, острая боль пронзила ногу. Он попытался подняться, упираясь рукой в пол, но не успел — второй удар кулаком пришёлся в живот. Теодор захрипел, сгибаясь пополам, и рухнул на бок. — Встать! — прогремел голос отца. Теодор с трудом приподнялся на локтях, опираясь о стену. Дыхание сбилось, каждый вдох отдавался болью в рёбрах. Он поднял взгляд — силуэт отца в полумраке казался огромной, подавляющей тенью. — Ты жалкий, — мужчина поднял палочку. — Круцио! Боль пронзила тело, словно тысячи раскалённых игл впились в кожу. Теодор закричал, выгнулся дугой, но не смог пошевелиться — заклинание пригвоздило его к полу. — Я на тебя так надеялся! — отец склонился над ним, лицо исказилось яростью. — А ты подвёл меня! Он отпустил заклинание, но лишь на мгновение, чтобы нанести удар ногой в бок. Теодор застонал, пытаясь вдохнуть. — Прошу… — прошептал он, сплевывая кровь. — Ты будешь страдать, пока не усвоишь урок. Круцио! На этот раз боль была ещё острее. Теодор выгнулся, пальцы судорожно вцепились в камень пола. Перед глазами плясали чёрные точки. Дыхание стало прерывистым, в ушах стучала кровь. — Запомни это, — прошипел отец, опуская палочку. — Слабость наказуема. Ты либо станешь сильным, либо умрёшь. Он развернулся и направился к выходу. Дверь подземелья захлопнулась с глухим стуком. Теодор остался один. Он лежал на холодном, сыром полу, едва дыша. Тело ломило, каждая мышца кричала от боли. Он сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы не потерять сознание. Где‑то далеко капала вода — монотонный звук, отсчитывающий минуты в этой каменной могиле.