Часть 2.Разговоры в карете

Когда поезд остановился, началась суета: все сновали по коридорам, искав своих друзей, чтобы всей компанией отправиться в школу и продолжить весёлые и беззаботные беседы. Кто-то перетаскивал свои вещи, катив тяжелые чемоданы с клетками своих питомцев по всему коридору, преграждая путь и создавая столпотворения на выходе. Другие ребята впопыхах надевали мантии своих факультетов. Но самый большой переполох устроили первогодки, которые разволновались и вместо того, чтобы организованно выйти из вагонов под руководством старост факультета и следовать за Хагридом, который должен был сопровождать их до лодок и провести небольшое руководство на воде, как вести себя и куда идти, когда они доплывут до замка, разбежались в разные стороны. Им не терпелось увидеть Хогвартс своими глазами — ведь по рассказам родителей это будут самые лучшие годы, а школа станет их вторым домом, где они смогут беззаботно резвиться, найдут хороших друзей и конечно же получат ценные знания. Глядя на этих малышей, Гермиона вспомнила себя. Совсем недавно она так же стояла на этом перроне и волновалась, думая: примет ли её волшебное общество, будет ли она успевать за такой разнообразной школьной программой и найдёт ли новых друзей? Она бы хотела повернуть время вспять, оказаться на том же месте пять лет назад, успокоить и крепко обнять маленькую Гермиону и сказать, что всё будет хорошо и не надо так переживать, необязательно надо было изучить всю школьную программу на два года вперёд, придирчиво выбирать мантии и школьные принадлежности.  Ведь в конце этого года ей будет тяжело прощаться с этими до боли родными стенами замка, любимой библиотекой, пудингом с карамелью, который подавали по четвергам на ужин и людьми, которые окружали её все эти годы.  Оглядываясь назад, она с уверенностью могла сказать, что то письмо, упавшее на подоконник её дома в 12 лет сделало её жизнь по настоящему яркой и полной желания узнавать что-то новое с огромным задором и весельем. Этот запал остаётся с ней до сих пор, иногда в неверии ей хочется себя ущипнуть с мыслями: «А вдруг я просто сплю?».  Гарри с Роном успели выйти из поезда до столпотворения и поэтому решили помогать Хагриду собрать учеников и отправить их в школу в целости и сохранности. Бедный великан не успевал собрать всех в одну кучу, так как дети слишком развеселились и стали от него попросту убегать. А Гермиона тем временем осталась проверить купе: Рон мог что-нибудь забыть. Удостоверившись, что сиденья и полки пусты, весь мусор убран и купе выглядит так же чисто, как и утром, она наконец переступила порог поезда. В лицо ей сразу ударили потоки свежего воздуха, в котором отчётливо чувствовались ароматы полевых цветов, растущих неподалёку. Поблизости уже отчётливо проступали шпили замка, величественно возвышающемся на скалистом склоне.  Посмотрев по сторонам, она не увидела две знакомые макушки и решила не искать их, слоняясь по всей станции, а поехать в карете с другими однокурсниками, чтобы встретиться с мальчиками уже в холле замка и вместе пойти на ежегодное торжество. Когда она подошла к группе учеников, которые уже усаживались, её окликнула Полумна Лавгуд:  - Гермиона, привет. Я так рада тебя видеть! Как прошли летние каникулы?  Она обернулась и быстрым взглядом окинула её, замечая, что на ней стало ещё больше странных украшений, да и одежда походила на магловскую, а не привычную классику магов. Но именно ей это всё подходило и гармонировало с её внешностью.  - Привет, Луна. Всё хорошо. Я только две недели назад в Лондон вернулась, всё лето с родителями была в Австралии. У меня там тётя живёт, мамина сестра, – сказала она, вспоминая тёплые деньки заграницей.  - Вау, как классно! По тебе сразу видно — ты такая загорелая стала, да и мозгошмыгов стало меньше-хихикнула она, заправляя длинные белоснежные волосы за ухо.   Гермиона на заявление про «мозгошмыгов» только скептически улыбнулась, так как считала их выдумкой, научно не доказано, но разочаровывать её не хотелось. - Я летом работала у папы в редакции газеты «Придира». После школы хочу ему помогать…  Полумна резко замолчала и уставилась вдаль, пристально наблюдая, как кареты отправляются в Хогвартс.  - Что случилось? Почему ты так резко прервалась? — спросила Гермиона, встревоженно вглядываясь в лицо девушки. - Я наблюдаю за фестралами. В этом году их стало меньше. Мой папа писал про них статью. Он специально ездил в Румынию, где в естественной природе их осталось больше всего и проводил исследование. Выяснилось, что они находят пару на всю жизнь. Если самец или самка умирает, то и его пара покидает этот мир — так как не может функционировать без него. Поражённая данным фактом, девушка сначала и не знала, что сказать. Наконец собрав мысли, она произнесла: - Я нигде про такое не читала, только знаю, что их могут видеть те, кто видел смерть воочию. Это было написано в учебнике по «Магической Зоологии» Н. К. Доляпинса. Он про них только эту строчку написали и внешность описал и всё, представляешь! Гермиона не успела начать дальше возмущаться на эту тему, как Луна убежала к Энтони и Седрику. Из этого она сделала вывод, что подруга просто не захотела поднимать больную тему. Все кареты уже отправились в Хогвартс, осталась только одна. Гермиона быстро поднялась по ступенькам и открыла дверь. На неё сразу уставились три пары глаз: Забини, Нотта и Малфоя. Перспектива ждать ещё десять минут на прохладном ветру, да ещё и пропустить начало ежегодной речи Дамблдора, её не впечатлила. Да и Нотт своим разговором дал надежду, что Слизеринцы умеют вести себя сносно, поэтому она с гордо поднятой головой уселась на свободное место рядом с Забини, и карета тотчас взмыла в воздух. - Ты потеряла своих верных псов, Грязнокровка. Почему они не бегут за тобой сломя голову? —сказал Малфой, вздёрнув левую бровь и презрительно оглядывая её.  Вздохнув про себя, она уже поняла, что эта поездка не закончится ничем хорошим, лучше бы она пошла искать Гарри с Роном, но было уже поздно. - Нет, Малфой, просто они ушли помогать, в отличие от тебя. Твои белокожие ручки не могут притронуться ни к какой работе. Ты, наверное, только в этом году научился использовать заклинание «Агуаменти», чтобы попить. «До этого тебе всё на серебряных подносах таскали эльфы», —сказала Гермиона, яростно глядя на него.  Она невольно подметила, что за последний год он вытянулся, о чём свидетельствовали колени, которые находились очень близко от её собственных, хотя места в карете было предостаточно. Телосложение оставалось таким же худым. Волосы были в лёгком беспорядке — словно он нервно проводил по ним раз за разом. Лицо тоже вытянулось, проявилась аристократическая утончённость, ушла детская припухлость, и на месте щёк стали видны скулы. Но что ей бросилось больше всего- это его глаза. Они стали настолько отчуждёнными и холодными, как-будто он на автомате говорил заготовленные фразы, которые с лёгкостью слетали с его паршивого языка. - Да как ты вообще смеешь открывать свой поганый рот в мою сторону? Росла в своём хлеву под названием «магловский мир», так должна в ноги кланяться и петь оды, что тебе прислали это несчастное письмо и выпала такая возможность. «Я считаю: такая грязь не должна осквернять стены старинного замка», —сказал Драко, вперив взгляд серых глаз прямо в душу, словно пытаясь заморозить её.  - Твоё мнение в данном вопросе не учитывается, Малфой. Да и когда у тебя было своё мнение? Вечно лебезил перед отцом и делал всё, что он скажет, — проговорила Гермиона и растянула губы в улыбке. Она запоздало подумала, что возможно перешла черту, но было уже слишком поздно. Малфой услышал это заявление и сорвался с цепи:  - Ты слишком много на себя взяла, грязнокровная шлюха. Нацепила эту юбку в надежде, что тебя наконец трахнет Поттер или Уизли? Хотя нет, сначала будешь отсасывать Симусу в пыльной каморке, где хранится инвентарь для уборки, — выплюнул Малфой эти слова, c едкой ухмылкой смотря ей в лицо.  - Да что ты себе позволяешь… она не успела договорить свою зарождающуюся тираду, так как её перебил Теодор, пытаясь свести конфликт на нет. - Хватит, Малфой. Мы уже приехали, закончите свои разговоры в другой раз. - С падалью не разговаривают, — всё таки в сердцах бросила Гермиона, нервно поправляя подол юбки и проклиная в мыслях Джинни, которая заставила её надеть этот несуразный лоскут ткани.  У Драко на данные слова подозрительно блеснули глаза, которые до этого были отрешёнными, это говорило о том, что дальше случится что-то непоправимое. Она первая встала с места и стала спускаться по ступенькам. Когда ей оставалось преодолеть последнюю ступеньку, её обогнал Малфой и специально толкнул плечом. Гермиона не удержала равновесие и упала на колени, больно ударившись локтем и бедром о сырую землю, пытаясь не упасть лицом в грязь буквально. - На коленях тебе самое место, Грязнокровка. Будешь теперь главной шлюхой Хогвартса, — сказал он, зачерпнул пригоршню земли, испачкал руку и вымазал ей её подбородок. А пальцы, на которых у него осталась немного грязи, придвинул к её пухлым губам и произнёс: - Давай, открой свой поганый рот и обсоси их, потренируешься, первая тренировка перед матчем так сказать. Тебе ведь не привыкать облизывать грязь, ведь ты её порождение, – зло рассмеялся он, с каким-то нездоровым блеском в глазах, параллельно пытаясь протолкнуть свои пальцы ей в рот. Не выдержав такого унижения, Гермиона, с подступившими слезами на глазах взяла последние крохи достоинства, которые в данный момент так тяжело было найти и со всей злостью, которая скопилась на него, плюнула на его руку. Малфой от такого действия резко отшатнулся и с отвращением уставился на свою кисть, словно та покрылась фурункулами.  Уже не контролируя свои действия, так как гнев затопил каждую клеточку его тела, он занёс руку над щекой Гермионы, чтобы дать ей пощечину. Но вовремя подошедший Блейз остановил его и протянул платок, оберегая друга от непоправимой ошибки, ведь у чистокровных тоже были свои принципы и главный из них гласил о том: «Никогда не поднимать руку на противоположный пол».  - Возьми, и пойдём быстрее в замок. Я так хочу есть — съел бы целую курятину, — сказал он как ни в чём не бывало и направился к главным воротам.  С остервенением вытерев слюну и очнувшись как будто от транса, Малфой бросил платок к ногам Гермионы и быстрым шагом удалился за Блейзом, не посмотрев при этом на Тео, который наблюдал за всей картиной со стороны. От его глаз не укрылось, что плечи Драко слишком сильно подрагивали. Нотт поднял платок с земли и протянул руку Гермионе, которая всё ещё сидела на земле. Гермиона посмотрела на его руку уже красными от слёз глазами и крепко схватилась за неё, шмыгая носом. Она даже не заметила, что при падении юбка задралась, оголив большую часть бедра.  - Прости пожалуйста за эту сцену, у него сейчас сложный период, он только и ищет повод, на ком сорваться. Ты достойна хорошего отношения, Гермиона. «Не дай ему тебя сломить», —сказал он, вытирая её слёзы и грязь своим платком, не боясь испачкаться в грязи и таких горьких слезах.  Гермиона ничего не ответила, а быстрым шагом, почти бегом, направилась к Хогвартсу, надеясь успокоиться и собрать себя обратно по кусочкам. Нотт тем временем смотрел ей вслед.