Бал

Регулус поднялся на второй этаж почти бесшумно, хотя внутри у него всё кипело. За последние недели он столько раз представлял этот разговор, что теперь уже не был уверен, злится он или просто смертельно устал бояться. Каждый раз всё повторялось одинаково. Веспера исчезала, никого не предупреждала, а потом возвращалась так, словно ничего особенного не произошло. Только вот для неё это действительно, возможно, уже стало привычным. А для него — нет. Для него каждый её уход превращался в бесконечное ожидание, наполненное самыми страшными мыслями. Он уже однажды видел её без сознания, видел кровь на одежде, видел, как Северус сутками сидел у её постели, не понимая, как ей помочь. Он больше не хотел переживать это снова. Он остановился перед дверью её комнаты и, даже не постучав, вошёл. Веспера стояла у окна спиной к двери. После душа пепельные волосы мягкими волнами спадали почти до поясницы, а домашнее платье свободно облегало фигуру. Она услышала шаги ещё до того, как он переступил порог, но не обернулась. Только едва заметно улыбнулась своему отражению в стекле. — Я уж думала, ты поднимешься быстрее. Дверь за его спиной негромко закрылась. — Ты знала, что я приду? — Конечно. — Она наконец повернулась к нему лицом. — Я даже удивилась, что ты дал мне целых пять минут. Регулус не улыбнулся. Совсем. Он молча смотрел на неё несколько долгих секунд. Веспера сразу поняла — привычными шутками сегодня не отделаться. Она слишком хорошо успела изучить выражение его лица. Это была не злость. Вернее, не только злость. За ней пряталось что-то гораздо более тяжёлое. — Что? — тихо спросила она. Он сделал несколько шагов вперёд. — Это всё, что ты можешь сказать? Она непонимающе нахмурилась. — А что я должна сказать? Регулус невесело усмехнулся. — Например: «Прости». Или: «Я понимаю, что заставила вас всех сойти с ума». Или хотя бы: «Я больше так не буду». Веспера тяжело вздохнула. — Регулус… — Нет, дай мне закончить. Хоть раз не перебивай меня. Она замолчала. Он медленно провёл ладонью по лицу, словно пытался собрать мысли. — Ты знаешь, что происходило в этом доме, пока тебя не было? Нет, не знаешь. Потому что тебя здесь не было. Маркус каждые полчаса выходил в коридор, будто надеялся, что ты вдруг появишься. Северус перебрал половину своей библиотеки, пытаясь понять, что происходит с этими чёртовыми рунами. Даже Сириус почти каждый день таскался сюда. Гермиона приходила. Все чего-то ждали. Все надеялись. А ты лежала наверху и не открывала глаза. А потом… — он нервно рассмеялся, — потом ты наконец просыпаешься, и знаешь, что делаешь первым делом? Исчезаешь. Опять. Даже не поговорив с нами. Веспера опустила взгляд. — Мне нужно было… — Да перестань ты повторять это! — неожиданно сорвался он. — Всё время одно и то же! «Мне нужно». «Я должна». «Так будет лучше». Для кого лучше? Для тебя? Для нас? Ты хоть раз подумала, что чувствует человек, который остаётся ждать? Она молчала. — Я устал ждать, Веспера. Он сказал это совсем тихо. Настолько тихо, что от этих слов стало только больнее. — Я устал каждый раз гадать, вернёшься ты или нет. Устал видеть кровь на твоей одежде. Устал понимать, что ты снова куда-то полезла одна, потому что решила, будто никому нельзя доверить свою жизнь. Ты даже не представляешь, что я почувствовал сегодня утром, когда Северус прибежал вниз и сказал, что ты опять исчезла. Знаешь, какая была моя первая мысль? Не то, что ты отправилась в Министерство. Не то, что пошла в Гринготтс. Я подумал, что ты снова умираешь где-нибудь одна. В комнате воцарилась тишина. Веспера никогда не видела Регулуса таким. Он не повышал голос. Не кричал. Именно это пугало больше всего. Она медленно подошла к нему, но он не сделал ни шага навстречу. — Посмотри на меня, — тихо сказала она. Он посмотрел. В его серых глазах не было ни капли раздражения. Только бесконечная усталость. — Я испугался, — признался он, словно каждое слово давалось ему с огромным трудом. — По-настоящему испугался. И знаешь, что самое ужасное? Я понял, что ничего не могу изменить. Я не могу защитить тебя, потому что ты не позволяешь этого сделать. Ты всё решаешь одна. Всегда одна. Будто рядом нет людей, которым не всё равно. Веспера медленно подняла руку и осторожно коснулась его щеки. Он не отстранился. — Я не хотела делать тебе больно. — Но сделала. Она виновато опустила глаза. — Знаю. — Тогда почему? Этот вопрос прозвучал почти шёпотом. Не обвинение. Не упрёк. Просто вопрос человека, который действительно хотел понять. Веспера долго молчала, прежде чем ответить. — Потому что я привыкла. — К чему? — Быть одной. Она грустно улыбнулась. — Там, в будущем… если решение нужно было принять быстро, его принимала я. Если нужно было кого-то спасать, шла я. Если нужно было умереть… тоже шла я. Со временем перестаёшь даже задумываться, что можно попросить кого-то помочь. Регулус медленно покачал головой. — Но это не будущее. — Я знаю. — Это не тот мир. — Знаю. — Тогда перестань жить так, будто всё ещё находишься там. Она закрыла глаза. Эти слова попали точно в цель. Потому что именно это она и продолжала делать. Жить так, словно каждое утро могло стать последним. Словно нельзя позволить себе привязаться. Словно безопаснее всё сделать самой. Регулус осторожно взял её ладони в свои. — Я не прошу тебя отказаться от своих планов. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы надеяться на такое чудо. Но если ты снова соберёшься куда-то, где есть хотя бы малейшая вероятность, что ты не вернёшься… скажи мне. Позволь хотя бы проводить тебя. Позволь знать, где ты. Не заставляй меня снова сходить с ума от неизвестности. Веспера почувствовала, как в груди что-то болезненно сжалось. Он не просил невозможного. Не пытался её изменить. Не ставил условий. Он просто просил перестать исчезать молча. Она медленно шагнула вперёд и крепко обняла его, уткнувшись лбом ему в плечо. — Прости меня. Регулус замер. Это были слова, которых он никак не ожидал услышать. — Правда прости. Иногда мне кажется, что я до сих пор живу в том времени и забываю, что теперь рядом есть люди, которым можно доверять. Я… постараюсь научиться. Он медленно обнял её в ответ, зарылся лицом в её пепельные волосы и глубоко вдохнул знакомый запах. — Не постарайся. Она подняла голову. — Научись. Несколько секунд они молча смотрели друг другу в глаза. Потом Веспера вдруг улыбнулась своей озорной улыбкой. — Но бал я всё равно устрою. Регулус закрыл глаза и тихо рассмеялся. — Вот теперь я окончательно убедился, что ты полностью здорова. — Почему? — Потому что нормальный человек после такого разговора пошёл бы отдыхать. — А я ненормальная. — Это я уже давно понял. Она тихо рассмеялась, а он, наконец отпустив всю накопившуюся за эти недели тревогу, притянул её к себе и поцеловал — не жадно, не отчаянно, а спокойно и долго, словно убеждался, что она действительно здесь. Живая. Рядом. И хотя бы сегодня больше никуда не исчезнет. В комнате повисла тишина. Она больше не была тяжёлой или болезненной. Наоборот. Казалось, вместе с последними словами Весперы между ними исчезла стена, которую она сама годами возводила вокруг себя. Регулус всё ещё держал её в объятиях, осторожно перебирая пальцами пепельные пряди волос. Он боялся пошевелиться, словно одно неосторожное движение могло разрушить этот редкий момент искренности. За всё время их знакомства он впервые увидел её такой. Без привычной насмешки в глазах. Без маски уверенности. Просто женщиной, которая устала быть сильной. — Знаешь, — тихо произнёс он, не выпуская её из объятий, — пока ты была без сознания… я понял одну вещь. Веспера подняла голову. — Какую? Он невесело усмехнулся. — Я всё время думал, что ещё успею сказать тебе многое. Потом. Когда закончится война. Когда станет спокойнее. Когда ты перестанешь исчезать. Когда у нас появится свободный вечер. Всё откладывал… А потом увидел тебя без сознания и понял, что никакого «потом» может просто не быть. Она молча слушала. Регулус осторожно коснулся её щеки большим пальцем. — Мне двадцать лет, Веспера. Я не знаю, сколько ещё проживу. В нашей жизни никто этого не знает. Но я совершенно точно знаю одно. Он сделал глубокий вдох. — Я хочу прожить эти годы рядом с тобой. Она не отвела взгляд. Он продолжил, и голос его становился всё тише, но вместе с тем всё увереннее. — Я хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро. Хочу первым видеть твою улыбку и последним желать тебе спокойной ночи. Хочу ворчать, когда ты опять забудешь поесть или полезешь в очередную смертельно опасную авантюру. Хочу спорить с тобой о всякой ерунде, потом мириться. Хочу сопровождать тебя на приёмах, стоять рядом, когда весь мир будет смотреть на леди Гонт, и знать, что вечером эта грозная хозяйка древнего рода снова будет смеяться над моими шутками. Веспера почувствовала, как защипало глаза. Регулус слегка улыбнулся. — Я хочу поддерживать тебя, когда тебе тяжело. Прикрывать тебе спину, когда впереди опасность. Быть рядом, когда ты устанешь. Быть тем человеком, которому ты сможешь доверить любую тайну. И если однажды придётся выбирать между моей жизнью и твоей… Он спокойно посмотрел ей в глаза. — Я умру за тебя без единого сожаления. — Не говори так… Она почти шёпотом произнесла эти слова, но он лишь покачал головой. — Почему? Это правда. Ты постоянно пытаешься защитить всех вокруг. Позволь хоть кому-нибудь защищать тебя. Веспера медленно закрыла глаза. Ей было страшно. Не потому, что она сомневалась в его чувствах. Наоборот. Потому что впервые за долгие годы кто-то любил её настолько искренне, настолько спокойно и безоговорочно, что она совершенно не знала, как на это реагировать. Регулус сделал ещё один шаг ближе. — Веспера… Он замолчал всего на секунду. Потом опустился перед ней на одно колено. Она удивлённо распахнула глаза. — Что ты… Он достал из внутреннего кармана маленькую бархатную коробочку. Не вычурную. Совсем простую. Открыл. Внутри лежало тонкое кольцо из белого золота с небольшим изумрудом. — Я не успел подготовить красивую речь, — тихо сказал он, чуть улыбнувшись. — Да и, если честно, никогда не умел говорить так красиво, как ты. Но я скажу главное. Он взял её руку в свою. — Веспера… ты выйдешь за меня? Она замерла. Мир словно остановился. Комната исчезла. Она больше не видела ничего, кроме стоящего перед ней Регулуса. Перед глазами неожиданно промелькнула совсем другая жизнь. Холодные коридоры Малфой-мэнора. Тёмная метка. Крики. Кровь. Разрушенный Хогвартс. Мёртвые друзья. Драко. Совсем мальчишка, который отчаянно пытался казаться взрослым. Пэнси, скрывающая страх за язвительной улыбкой. Тео, который научился смеяться только рядом с ней. Блейз. Дафна. Все они. Все, кого она так отчаянно пыталась уберечь. И вдруг её словно ударила простая мысль. Их здесь ещё нет. Драко ещё даже не родился. Пэнси тоже. Дафна. Тео. Блейз. Они ещё только должны появиться на свет. У них ещё будет детство. Первый смех. Первые друзья. Первые ошибки. И она может сделать так, чтобы всё это у них действительно было. Она может защитить их ещё до того, как на их плечи ляжет война. Она может сделать всё иначе. Не потому, что обязана. А потому, что теперь у неё есть время. Есть будущее. Настоящее будущее. И вдруг она с поразительной ясностью поняла ещё одну вещь. Прошлого больше нет. Оно осталось там. Навсегда. Она больше никогда не проснётся в той реальности. Не увидит разрушенный замок. Не услышит приказов Волан-де-Морта. Не станет тем человеком, которым была. Перед ней лежала совсем другая жизнь. Та, которую можно прожить так, как хочется именно ей. Не выживать. Жить. Любить. Создать семью. Смеяться. Стареть рядом с человеком, которого она действительно любит. Она медленно перевела взгляд на Регулуса. Он всё ещё ждал ответа. Нервничал. Хотя изо всех сил старался этого не показывать. Веспера неожиданно улыбнулась. По-настоящему. Так светло, как не улыбалась уже очень давно. По её щекам тихо покатились слёзы. — Глупый Блэк… Регулус испуганно замер. — Это… значит нет? Она тихо рассмеялась сквозь слёзы и покачала головой. — Это значит… да. Он несколько секунд просто смотрел на неё. Словно не поверил. — Правда? Она опустилась перед ним на колени, чтобы их лица оказались на одном уровне, осторожно коснулась его щеки и прошептала: — Я люблю тебя, Регулус. Эти слова прозвучали настолько тихо, что он едва их расслышал. Но именно их он ждал всю свою жизнь. — Я тоже люблю тебя, Веспера. Она кивнула. — И я хочу прожить эту жизнь рядом с тобой. Хочу видеть, как рождаются наши дети. Хочу, чтобы дети наших друзей росли в мире, где не будет той войны, которую видела я. Хочу защитить Драко. Пэнси. Дафну. Тео. Блейза. Всех тех, кого когда-то не смогла уберечь до конца. Хочу однажды познакомить их с тобой и знать, что они никогда не увидят того будущего, которое пришлось пережить мне. Регулус осторожно надел кольцо ей на палец. Оно вспыхнуло мягким зелёным светом, признавая новую хозяйку. Он улыбнулся. — Значит… — Да. — Леди Гонт… Веспера сразу прищурилась. — Только попробуй сейчас начать обращаться ко мне официально. Он тихо рассмеялся. — Тогда… будущая леди Блэк? Она сделала вид, что задумалась. — Звучит неплохо. Регулус больше не выдержал. Он притянул её к себе и поцеловал — долго, нежно и так счастливо, словно в этот момент исчезли все войны, все пророчества, все крестражи и сама Смерть. Впервые за долгие годы Веспера позволила себе поверить, что судьба может подарить ей не только обязанность спасать других, но и простое человеческое счастье.

***

Следующие несколько дней в поместье Гонтов царил настоящий хаос. Домовики носились по коридорам так быстро, что казалось, будто у каждого из них появилось по четыре пары рук. Огромные люстры снимали с потолков, чтобы очистить до последней хрустальной подвески, старинные портреты меняли потускневшие рамы, в бальном зале натирали до зеркального блеска паркет, а в садах десятки магических садовников восстанавливали живые изгороди и цветочные арки. Дом словно просыпался после многовекового сна. Магия, ещё недавно тихо дремавшая в его стенах, теперь свободно струилась по каждому коридору, откликаясь на волю новой хозяйки. Веспера с раннего утра обходила поместье, лично проверяя каждую комнату, каждую лестницу, каждую гостиную. Она не собиралась устраивать просто красивый вечер. Этот бал должен был стать заявлением для всей магической Британии. Пока Веспера руководила подготовкой, Регулус отправился к Маркусу. Старый Гонт находился в библиотеке, перебирая древние семейные книги. Услышав шаги, он даже не поднял головы, лишь спокойно произнёс: — Судя по тому, как ты топаешь, разговор будет серьёзным. Регулус невольно усмехнулся. — Настолько заметно? — Ты ещё слишком молод, чтобы скрывать свои мысли от стариков. Регулус подошёл ближе и несколько секунд молчал. Не потому, что сомневался. Просто неожиданно понял, что впервые в жизни действительно волнуется. Маркус наконец закрыл книгу и внимательно посмотрел на него. — Ну? — Я хотел попросить вашего благословения. — На что? — На брак с Весперой. В библиотеке стало тихо. Маркус долго смотрел ему в глаза, словно пытаясь найти хотя бы тень сомнения. Не нашёл. — Она согласилась? Регулус улыбнулся так открыто, что ответ был очевиден ещё до слов. — Да. Маркус медленно откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. — Значит… всё-таки согласилась. Он неожиданно тихо рассмеялся. — Моя племянница определённо умеет удивлять. Регулус насторожился. — Вы против? Маркус посмотрел на него так, словно тот сказал величайшую глупость. — Против? Если бы был против, ты бы сейчас не разговаривал со мной так спокойно. Регулус облегчённо выдохнул. Маркус поднялся из кресла и подошёл к нему вплотную. — Когда я впервые увидел тебя рядом с ней, то подумал, что очередной молодой Блэк решил увлечься красивой девушкой. Потом увидел, как ты искал её, когда она исчезла. Как сидел возле её комнаты, пока она была без сознания. Как смотрел на неё так, будто готов был поменяться с ней местами.После ее возвращения из Албании окончательно убедился. Он положил ладонь на плечо Регулуса. — Ты действительно любишь её. Регулус даже не пытался этого отрицать. — Больше жизни. — Хороший ответ. Маркус слегка сжал его плечо. — Тогда слушай внимательно. Веспера упрямая. Иногда совершенно невыносимая. Постоянно забывает отдыхать, считает, что обязана решать все проблемы одна, и совершенно не умеет думать о собственной безопасности. Регулус тихо усмехнулся. — Уже заметил. — Тогда моя просьба очень проста. Маркус посмотрел ему прямо в глаза. — Если однажды она снова попытается взвалить всё на себя — не позволяй. — Не позволю. — Если будет молча уходить в очередное безумие — возвращай. — Верну. — Если перестанет улыбаться… Регулус улыбнулся. — Заставлю. Маркус удовлетворённо кивнул. — Тогда у меня нет причин отказывать. Он сделал шаг назад. — Я благословляю ваш союз. Регулус неожиданно крепко обнял старого Гонта. Маркус недовольно проворчал: — Совсем распустились эти молодые… Но всё же похлопал его по спине. В тот же день Регулус аппарировал на площадь Гриммо. Вальбурга и Орион как раз заканчивали обедать, когда домовик сообщил о неожиданном визите младшего сына. — Регулус? — удивилась Вальбурга. — Что-то случилось? Он вошёл в столовую с таким выражением лица, что оба родителя сразу насторожились. — Мне нужно вам кое-что сказать. Орион спокойно сложил салфетку. — Мы слушаем. Регулус неожиданно улыбнулся. — Веспера согласилась выйти за меня. Несколько секунд никто не произносил ни слова. Потом Вальбурга тихо ахнула. — Что?.. — Я сделал ей предложение. — И она… — Согласилась. В следующую секунду Вальбурга уже обнимала сына. — Салазар Всемогущий… Она даже прослезилась. — Наконец-то… Орион поднялся из-за стола и впервые за долгое время крепко пожал сыну руку. — Поздравляю. — Спасибо. — Она станет достойной хозяйкой дома Блэков. Регулус улыбнулся. — Уверен, она станет достойной хозяйкой любого дома. Вальбурга уже мысленно представляла свадьбу. — Надо написать Сигнусу… Друэлле… Белле… — Мама. — Что? — Пока никому не говорите. Она удивлённо посмотрела на сына. — Почему? — Пока ещё не время. Вальбурга нехотя кивнула. — Хорошо. Но улыбка с её лица так и не исчезла. Вечером Регулуса вызвал к себе Арктур Блэк. Глава рода сидел в своём кабинете возле камина, держа в руках бокал огневиски. — Подойди. Регулус молча выполнил просьбу. Арктур некоторое время внимательно изучал внука. — Твоя мать уже успела рассказать. Регулус невольно усмехнулся. — Быстро. — Она всегда была слишком эмоциональной. Арктур поставил бокал на столик. — Ты уверен? — Да. — Это любовь? — Да. — Не расчёт? Регулус даже нахмурился. — Никогда. Арктур довольно кивнул. — Именно это я и хотел услышать. Он медленно поднялся. Несмотря на возраст, осанка главы рода оставалась безупречной. — Тогда слушай меня внимательно, Регулус Блэк. Жениться на красивой женщине несложно. Гораздо труднее прожить рядом с ней всю жизнь так, чтобы однажды она посмотрела на тебя с той же любовью, что и в день свадьбы. Регулус молча слушал. — Не пытайся сделать её удобной. Не ломай её характер. Именно за него ты её полюбил. Арктур положил руку ему на плечо. — Моё благословение у тебя есть. Регулус слегка склонил голову. — Благодарю, дедушка. Тем временем Веспера устроилась в своём кабинете за огромным дубовым столом. Перед ней лежали десятки плотных конвертов из тёмно-зелёной бумаги, серебряные печати рода Гонтов и длинный список фамилий. Она медленно выводила каждое имя собственноручно. Не потому, что домовики не справились бы. Просто так требовала древняя традиция. Первое приглашение отправилось Блэкам. Потом Малфоям. Ноттам. Эйвери. Розье. Яксли. Краучам. Макмилланам. Булстроудам. Селвинам. Лестрейнджам. Абботам. Фоули. Карроу. Шеклболтам. Прюэттам. Лонгботтомам. Поттерам. Уизли. Даже семьям, которых многие чистокровные предпочитали не замечать. Последним она вывела имя человека, появление которого обещало стать самым обсуждаемым событием вечера. Альбус Дамблдор. Веспера поставила последнюю точку и довольно улыбнулась. Маркус, наблюдавший за этим из соседнего кресла, тихо хмыкнул. — Ты действительно решила пригласить весь Орден? — Конечно. — Даже Поттеров? — Обязательно. — И Уизли? Она подняла на него глаза. — Особенно Уизли. Маркус покачал головой. — Завидую тем чистокровным снобам, которые придут в полной уверенности, что их ждёт очередной закрытый вечер для избранных. Веспера рассмеялась. — Представляешь их лица, когда они увидят в бальном зале Поттеров, Уизли, Прюэттов, Лонгботтомов… и самого Дамблдора? Маркус не выдержал и тоже улыбнулся. — Скандал будет грандиозный. Веспера подняла тяжёлую серебряную печать с гербом рода Гонтов и по очереди запечатала все конверты тёмно-зелёным воском. На каждом из них медленно проступала древняя надпись: «Глава рода Гонтов приглашает…» Имени хозяина бала не было. Пока ещё нет. Именно это заставит всю магическую Британию ломать голову до самого дня приёма, строя самые невероятные догадки о том, кто же оказался тем самым таинственным наследником Салазара Слизерина, сумевшим вернуть к жизни древнейший род Британии

***

День бала наступил неожиданно быстро. Ещё с самого рассвета поместье Гонтов напоминало потревоженный улей. Домовики сновали по коридорам, последние композиции из белых роз и тёмно-зелёного плюща занимали свои места в огромном бальном зале, сотни зачарованных свечей сами поднимались под высокий расписной потолок, а магические люстры вспыхивали одна за другой мягким золотистым светом. Вдоль главной лестницы стояли старинные доспехи, начищенные до зеркального блеска, а многочисленные портреты предков Гонтов впервые за долгие годы оживлённо переговаривались между собой, обсуждая предстоящий вечер. Они знали то, чего пока ещё не знал никто из приглашённых. Веспера с самого утра ни минуты не сидела на месте. Она лично проверила кухню, осмотрела бальный зал, прошлась по саду, где уже были расставлены столики для вечернего чаепития, убедилась, что защитные чары работают безупречно, и только после этого поднялась к себе. Её праздничное платье всё ещё висело за плотным бархатным пологом, скрытое даже от любопытных домовиков. Она намеренно не появлялась перед гостями. Пока весь вечер должен был принадлежать одной-единственной интриге. Маркус же выглядел так, словно родился для подобных мероприятий. Он стоял у главных дверей поместья в тёмно-зелёной парадной мантии с серебряной вышивкой, опираясь на трость лишь скорее по привычке, чем по необходимости. На груди поблёскивал древний герб рода Гонтов, а в глазах читалось едва заметное удовольствие. За свою долгую жизнь он присутствовал на десятках балов, но сегодняшний обещал стать особенным. Первые кареты начали подъезжать ещё до заката. Сначала прибыли Абботы, затем Макмилланы, Фоули, Булстроуды, Краучи, Шеклболты, Розье, Нотты, Эйвери и Яксли. Каждую семью Маркус встречал одинаково спокойно, с достоинством хозяина дома, но ни один из гостей не мог удержаться от одного и того же вопроса. — Лорд Гонт, позвольте узнать… кто же всё-таки является новым главой рода? Маркус неизменно улыбался уголками губ. — Потерпите немного. Вечер только начинается. Этого ответа хватало, чтобы любопытство разгоралось ещё сильнее. Следующей у ворот появилась длинная чёрная карета с серебряным гербом Блэков. Маркус невольно выпрямился. Из кареты первым вышел Арктур Блэк. Несмотря на возраст, глава рода двигался уверенно, сохраняя ту осанку, которой могли позавидовать многие молодые волшебники. Следом появился Орион, предложив руку Вальбурге. Леди Блэк выглядела величественно в тёмно-синем платье, расшитом серебряными нитями. За ними вышли Сигнус и Друэлла, затем Альфард Блэк, привычно улыбавшийся так, словно приехал не на официальный приём, а в гости к старым друзьям. — Маркус, — первым заговорил Арктур, пожимая ему руку. — Рад видеть, что дом Гонтов вновь открыт. — Благодарю, Арктур. Для меня честь принимать род Блэков. Вальбурга с нескрываемым интересом оглядела восстановленное поместье. — Оно… великолепно. Честно говоря, я ожидала увидеть руины. Маркус тихо усмехнулся. — Многие сегодня ожидали именно этого. Орион внимательно посмотрел на хозяина дома. — Интрига уже сводит половину гостей с ума. — Тем лучше. Арктур слегка прищурился. — Значит, наследник действительно сумел удивить даже тебя? Маркус посмотрел в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, и едва заметно улыбнулся. — Более чем. Он не сказал ничего больше. Именно этого ответа оказалось достаточно, чтобы интерес Блэков только усилился. Почти сразу вслед за ними к поместью подъехала ещё одна карета. Флимонт Поттер помог выбраться супруге. Юфимия, как всегда, выглядела элегантно и спокойно. Рядом с ними уже нетерпеливо топтался Джеймс, которому официальный приём казался слишком скучным мероприятием. Последним из кареты выпрыгнул Сириус, моментально осматривая поместье с нескрываемым восхищением. — Вот это дом… — тихо присвистнул он. — Малфой-мэнор отдыхает. Джеймс тихо рассмеялся. — Если ты сейчас начнёшь мечтать переехать сюда, Регулус тебя точно убьёт. — А кто сказал, что я собираюсь жить здесь? Я просто оцениваю архитектуру. Флимонт только покачал головой. — Иногда мне кажется, что вас обоих в детстве перепутали. — Нас и сейчас многие путают, — довольно ответил Сириус. Маркус спустился им навстречу. — Рад видеть вас в своём доме. Флимонт крепко пожал ему руку. — Спасибо за приглашение. Должен признаться, оно стало для нас неожиданностью. Юфимия тепло улыбнулась. — Не каждый день глава столь древнего рода приглашает на бал Поттеров. Маркус ответил ей лёгким поклоном. — Некоторые традиции пора менять. Сириус уже собирался спросить про Весперу, но вовремя вспомнил её просьбу не раскрывать тайну и лишь улыбнулся про себя. Тем временем к поместью начали прибывать всё новые и новые гости. Прюэтты, Лонгботтомы, представители Министерства, авроры, которых пригласил лично Грюм. Появился и Альбус Дамблдор. Стоило директору Хогвартса переступить порог поместья, как по залу прокатился удивлённый шёпот. Чистокровные семьи переглядывались, не понимая, почему глава рода Гонтов пригласил человека, которого многие из них считали своим главным политическим противником. Дамблдор, казалось, совершенно не обращал внимания на взгляды окружающих. Он приветливо поздоровался с Маркусом и спокойно прошёл в зал, с интересом рассматривая старинное поместье. Шёпот становился всё громче. — Почему здесь Поттеры? — Что делают Уизли среди приглашённых? — Лонгботтомы тоже приехали… — И Дамблдор… — Что происходит? — Кто вообще этот новый глава рода? — Неужели он решил объединить все стороны? — Или это ловушка? Маркус слышал каждое слово. И чем больше росло напряжение среди гостей, тем сильнее ему хотелось улыбнуться. Но главного гостя ещё не было. Снаружи раздался низкий рокот ещё одной кареты. Разговоры мгновенно стихли. Даже музыка словно стала тише. Домовик поспешно распахнул тяжёлые двери. К поместью медленно подъехала длинная чёрная карета без герба. Она остановилась. Дверца открылась. Первым появился высокий мужчина в безупречно сшитой чёрной мантии. Том Риддл. Красивый. Безупречно спокойный. Опасный. Он неторопливо поднялся по ступеням, будто был уверен, что весь вечер принадлежит ему. Но, переступив порог дома, едва заметно остановился. Что-то изменилось. Поместье… Не приняло его. Том почти физически почувствовал это. Древняя магия дома скользнула по нему, изучая незваного потомка, и тут же отступила с холодным равнодушием. Не враждебностью. Именно равнодушием. Так смотрят на совершенно чужого человека, случайно оказавшегося в семейном доме. Это ощущение длилось всего мгновение. Но Том его заметил. Очень хорошо заметил. Он перевёл взгляд на Маркуса. — Лорд Гонт. Маркус спокойно выдержал его взгляд. — Благодарю, что приняли приглашение. — Столь необычное событие трудно было пропустить. Том медленно осмотрел великолепный холл. — Признаться, я ожидал увидеть совсем другое. — Руины? На губах Маркуса появилась лёгкая усмешка. — Многие ожидали именно их. Том ответил такой же вежливой улыбкой. — Надеюсь, сегодня мне представят нового главу рода. — Непременно. Маркус сделал приглашающий жест в сторону бального зала. — Осталось совсем немного подождать. И впервые за весь вечер Том Риддл почувствовал странное, непривычное ощущение. Он не контролировал происходящее. Сегодня правила игры писал кто-то другой. Прошёл почти час с начала бала. Музыка неспешно лилась под сводами древнего поместья, гости переходили от одной беседы к другой, обсуждая убранство дома, восстановленные сады и хозяина вечера, которого никто так и не увидел. Теорий становилось всё больше. Одни были уверены, что наследником оказался какой-нибудь дальний родственник Маркуса, другие были готовы поклясться, что речь идёт о неизвестном потомке Меропы, третьи вообще считали, что Маркус намеренно разыгрывает всю магическую Британию. Лишь один человек в этом зале понимал, что всё происходящее не случайность. Том Риддл. Он держал в руках бокал, но так и не сделал ни глотка. Его взгляд раз за разом поднимался к широкой мраморной лестнице, ведущей на второй этаж. Что-то здесь было неправильно. Слишком много совпадений за последнее время. Исчезновение Маркуса. Его неожиданное оправдание. Возрождённое поместье. Новый глава рода. Всё это происходило слишком быстро, словно кто-то давно просчитал каждый шаг. И чем дольше Том размышлял, тем чаще перед его глазами всплывало одно лицо. Пепельные волосы. Серые глаза. Ехидная улыбка. Веспера Селвин. Он ещё не понимал, каким образом она связана с происходящим, но внутреннее чутьё всё настойчивее подсказывало — она здесь не просто так. В этот момент хрустальный бокал негромко звякнул. Маркус Гонт, стоявший у подножия лестницы, легко постучал серебряной ложечкой по стеклу. Разговоры мгновенно стихли. Музыканты опустили смычки. Все взгляды устремились к хозяину дома. Маркус спокойно обвёл гостей глазами и заговорил звучным, уверенным голосом: — Дамы и господа, благодарю каждого из вас за то, что приняли моё приглашение. Сегодня для рода Гонтов особенный день. Многие годы этот дом пустовал. Многие годы наш род считался практически исчезнувшим. Но судьба оказалась гораздо мудрее людских предположений. Он сделал короткую паузу. — Позвольте представить вам нового… Маркус едва заметно улыбнулся. — Новую главу рода Гонтов. Последнее слово он произнёс с особым ударением. По залу прокатился удивлённый шёпот. Женщина? Даже Арктур Блэк чуть заметно поднял брови. Вальбурга удивлённо переглянулась с Орионом. Том медленно поставил бокал на ближайший столик. Маркус повернулся к лестнице. — Моя племянница… Он говорил спокойно. С гордостью. — Леди Веспера Гонт. В зале стало так тихо, что можно было услышать треск свечей. Все головы одновременно повернулись к лестнице. И в следующую секунду появилась она. Веспера медленно спускалась по широкой мраморной лестнице. Алое платье, плотно облегавшее её фигуру, переливалось в свете сотен свечей, длинные пепельные волосы свободно струились по плечам, а на руках поблёскивали два древних родовых перстня Гонтов. Она держалась так спокойно, словно всю жизнь принимала подобные взгляды. Вальбурга Блэк невольно прижала ладонь к груди. — Мерлин… Она не могла отвести глаз. Орион молча смотрел на девушку. Арктур улыбнулся. Совсем немного. Но этой улыбки оказалось достаточно, чтобы Регулус понял — дед полностью одобряет происходящее. По всему залу пронеслись поражённые голоса. — Веспера Селвин?.. — Это невозможно… — Она… — Она Гонт? — Но как?.. Сигнус Блэк даже забыл сделать глоток вина. Друэлла растерянно смотрела то на Маркуса, то на девушку. Абраксас Малфой нахмурился. Люциус и Нарцисса переглянулись. В их глазах читалось не удивление, а понимание. Теперь слишком многое становилось на свои места. Только Том не сводил с неё взгляда. И внутри него медленно закипала ярость. «Чертовка…» Он вдруг вспомнил тот самый вечер. Бал. Их разговор. Слухи о полукровке. Маркуса. Меропу. Азкабан. Всё. Абсолютно всё. Она знала. Не могла не знать. Это невозможно узнать случайно. Не за неделю. Не за месяц. Она знала давно. Очень давно. И всё это время смотрела ему в глаза, улыбалась, язвила, подталкивала его именно туда, куда ей было нужно. Именно она вывела его из равновесия. Именно она заставила его искать Маркуса. Именно она… «Вытащила его из Азкабана.» Челюсть Тома едва заметно напряглась. «И Регулус Блэк тоже знал.» Эта мысль почему-то разозлила его ещё сильнее. Все знали. Кроме него. Впервые за долгие годы его переиграли. Причём сделали это настолько красиво, что он даже не заметил. Тем временем Веспера дошла до последних ступеней. Регулус, до этого спокойно ожидавший её внизу, сделал шаг вперёд. Молча протянул руку. Она улыбнулась. Вложила свою ладонь в его. И вместе они вышли в самый центр бального зала. По залу вновь пробежал шёпот. Стоявшие рядом друг с другом они выглядели так естественно, словно всегда должны были идти именно так — рука об руку. Маркус смотрел на них с такой теплотой, какой никто прежде не видел в его глазах. — Когда-то я думал, что останусь последним представителем своего рода, — негромко произнёс он. — Что вместе со мной исчезнет имя Гонтов. Но судьба распорядилась иначе. Она подарила мне племянницу. Девушку, которая вернула мне не только свободу, но и желание жить. Ту, что сумела вытащить меня из пучины злости, одиночества и многолетней боли. И сегодня я счастлив официально назвать её главой нашего рода. Он сделал ещё одну короткую паузу. — И раз уж сегодняшний вечер посвящён новым страницам истории, позвольте сообщить ещё одну радостную новость. Регулус слегка сжал ладонь Весперы. Маркус улыбнулся. — Род Гонтов и род Блэков вскоре соединятся узами брака. На несколько секунд в зале воцарилась абсолютная тишина. А затем… Сириус поперхнулся шампанским. Джеймс хлопнул его по спине так сильно, что тот закашлялся ещё сильнее. Лили удивлённо прикрыла рот ладонью. Гермиона тоже едва не подавилась. — Что?.. Джеймс наконец смог выговорить: — Я… кажется… ослышался… Сириус продолжал кашлять. — Нет… не ослышался… Маркус тем временем перевёл весёлый взгляд на Арктура и Ориона. — Надеюсь, господа Блэки, вы не заберёте своего благословения только потому, что Веспера оказалась Гонт, а не Селвин? Арктур негромко рассмеялся. — Напротив, Маркус. Боюсь, теперь нашему мальчику придётся соответствовать супруге ещё сильнее. По залу прокатились добродушные смешки. Даже Орион позволил себе улыбнуться. Вальбурга сияла от счастья. Она смотрела на Весперу с такой гордостью, словно та уже много лет носила фамилию Блэк. Маркус подошёл к племяннице и протянул ей руку. — Позволишь? Веспера тепло улыбнулась. — Для тебя — всегда. Заиграл медленный вальс. Первый танец новой главы рода Гонтов по древней традиции принадлежал старшему представителю семьи. Маркус вёл уверенно, несмотря на возраст. Они двигались по залу легко и спокойно, а гости не сводили с них глаз. Когда музыка смолкла, Маркус подвёл Весперу к Регулусу и с улыбкой вложил её руку в ладонь молодого Блэка. — Теперь твоя очередь. Регулус поклонился. Их второй танец оказался совсем другим. Более живым. Более тёплым. Они почти не замечали никого вокруг. Беллатриса тем временем восторженно тараторила сразу нескольким людям одновременно. — Вы понимаете, что это значит? Гонты и Блэки! Это же величайший союз за последние десятилетия! Рабастан, ты только подумай! Рудольфус! Нарцисса! Люциус! Дядя Абраксас, вы только представьте, какая кровь будет у их детей! Абраксас задумчиво наблюдал за танцующей парой. — История действительно делает очень любопытный поворот… В другом конце зала Гермиона не могла отвести взгляда от Тома. Она слишком хорошо знала этого человека. Знала, каким он станет. Знала, сколько боли принесёт миру. И сейчас впервые видела в его глазах не холодное превосходство. А поражение. Пусть небольшое. Пусть временное. Но поражение. Она невольно улыбнулась. «Ты переиграла его, Веспера…» Теперь всё менялось. Теперь Том больше не мог единолично называть себя наследником Слизерина. Потому что перед всей магической Британией стояла настоящая наследница древнего рода. И Гермиона не сомневалась ни секунды. Как бы ни сложилась дальнейшая история… Веспера Гонт никогда не признает Тома Риддла частью своей семьи.