Часть 33

Я вылетаю из комнаты почти сразу за ним, даже не до конца понимая, что именно собираюсь сказать — просто знаю, что мне надо его догнать. Возмущение кипит внутри, слова уже крутятся на языке, и я почти открываю рот, сворачивая в коридор… И останавливаюсь. Передо мной стоит Нарцисса. Спокойная. Собранная. С той самой мягкой, но внимательной улыбкой, от которой становится… неловко. — Милая, — говорит она спокойно, словно всё совершенно нормально, — Драко уже ушёл по делам. Я моргаю. — Уже?.. — Да, — она кивает. — Он не любит задерживаться. Пауза. Моё раздражение никуда не делось, но теперь ему не на кого выливаться. — Значит… мы остались вдвоём, — мягко добавляет она, и в её голосе появляется едва заметное тепло. — Девочками. Я неловко переминаюсь с ноги на ногу, не совсем понимая, как на это реагировать. — Полагаю… да. — Прекрасно, — Нарцисса чуть оживляется. — Тогда мы можем заняться чем-то более приятным, чем его бесконечные дела. Я уже догадываюсь, к чему это идёт. — Например, твоим платьем. Ну конечно. Я сдержанно выдыхаю. — Это… не обязательно. — Обязательно, — мягко, но без возможности возразить отвечает она. — Даже если церемония будет скромной, это не повод пренебрегать деталями. Я отвожу взгляд. — Я не… придавала этому особого значения. — Тогда начнём сейчас, — она делает жест рукой, приглашая меня пройти дальше. — Ты можешь выбрать фасон, ткань… или даже нарисовать эскиз. Я чуть хмурюсь. — Нарисовать? — Конечно, — она улыбается. — Мы сошьём всё, что ты захочешь. Я на секунду представляю это. Платье. Свадьба. И сразу же внутри что-то неприятно сжимается. — Я не думаю, что это необходимо, — говорю я чуть тише. Она смотрит внимательно. Слишком внимательно. Будто видит больше, чем я говорю. — Гермиона, — мягко произносит она, — иногда даже в сложных обстоятельствах стоит позволить себе хотя бы немного… нормальности. Я молчу. Не спорю. Но и не соглашаюсь. Пауза затягивается. И в итоге я просто сдаюсь — не потому что хочу, а потому что не вижу смысла продолжать. — Выберите, пожалуйста… на свой вкус. Слова звучат ровно, но внутри остаётся странное ощущение — будто я снова отдала кому-то право решать за себя. Нарцисса на секунду замирает. А потом мягко кивает. — Хорошо. И в её голосе нет ни капли разочарования. Только спокойная уверенность, будто она и так знала, что я скажу именно это. Я только успеваю сесть в гостиной рядом с Нарциссой, как камин вспыхивает зелёным пламенем. Я вздрагиваю от неожиданности, а через секунду из него буквально вылетает Пэнси. — Нарцисса! — радостно восклицает она и, даже не остановившись нормально, подлетает к ней с объятиями. Нарцисса тихо смеётся, принимая этот ураган в человеческом обличии, но почти сразу качает головой: — Где твои манеры, мисс Паркинсон? — Остались где-то между Италией и Францией, — невозмутимо отвечает Пэнси, отстраняясь. — Я слишком соскучилась. Она выглядит как всегда — идеально уложенное каре, чёрное пальто поверх какого-то явно дорогого платья, красные губы и абсолютная уверенность в себе. Потом её взгляд падает на меня. — О, Грейнджер тоже тут. Как мило. — Паркинсон, — сухо отвечаю я. — Уже обсуждаем платье? — Пэнси тут же падает в кресло, закидывая ногу на ногу. — Надеюсь, вы не позволили ей выбирать самой. Я медленно перевожу на неё взгляд. — Прошу прощения? — Ну не обижайся, Грейнджер, — лениво тянет она. — Но у тебя ужасный вкус в одежде. Эти ваши гриффиндорские свитера, растянутые кардиганы и вечное «мне удобно» — преступление против моды. — Пэнси, — с лёгким упрёком произносит Нарцисса. — Что? Я говорю правду, — она пожимает плечами и смотрит уже на Нарциссу. — Нельзя доверять невесте выбор платья, если эта невеста семь лет выглядела так, будто одевалась в темноте. — Очень смешно, — сухо отвечаю я. — Я и не шутила. Нарцисса вздыхает, но в глазах у неё мелькает amusement. — Вообще-то я считаю, что платье должна выбирать сама Гермиона. Пэнси драматично округляет глаза. — Тогда мы все обречены. — Пэнси! — Хорошо, хорошо, — она поднимает руки, сдаваясь. — Но я всё равно отказываюсь смотреть, как будущая миссис Малфой выходит замуж в чём-то скучном. Я раздражённо скрещиваю руки на груди. — Я ещё здесь вообще-то. — Именно поэтому я переживаю, — невозмутимо отвечает она. Нарцисса тихо смеётся и поворачивается ко мне: — Не слушай её. У тебя хорошее чувство стиля, просто… немного практичное. Пэнси фыркает. — Практичное — это когда человек выбирает сапоги для похода в библиотеку. А свадьба — не библиотека. — Ты ведёшь себя так, будто это твоя свадьба, — не выдерживаю я. — Если бы это была моя свадьба, всё было бы гораздо драматичнее, — тут же отвечает Пэнси. — Но, увы, женится наш ледяной принц. Нарцисса качает головой, улыбаясь уже откровенно. — Вы обе невозможны. — Зато весело, — довольно заявляет Пэнси и снова смотрит на меня. — Ладно, Грейнджер, давай хотя бы договоримся, что ты не выберешь что-нибудь… монашеское. Я закатываю глаза. — Я вообще не собиралась выбирать. На секунду повисает тишина. Нарцисса внимательно смотрит на меня. Пэнси тоже — но уже без привычной насмешки. — Тогда выберем вместе, — мягко говорит Нарцисса. — И обещаю, тебе понравится. Пэнси тут же оживляется: — О, теперь это звучит как настоящий план. Через полчаса гостиная уже начинает напоминать салон высокой моды. Домовики появляются один за другим, осторожно раскладывая платья на длинных диванах, креслах и даже специальных манекенах, которые Нарцисса вызвала одним взмахом палочки. Я смотрю на всё это почти с растерянностью. Платья были… невероятными. Тяжёлый шёлк, жемчуг, серебряная вышивка, тончайшие ткани, переливающиеся при свете так, будто в них вплели звёзды. Некоторые были расшиты драгоценными камнями настолько щедро, что казались скорее музейными экспонатами, чем одеждой. — Меряй, — с энтузиазмом заявляет Пэнси, устраиваясь в кресле как королева показов. — Мы не уйдём отсюда, пока не превратим тебя во что-то приличное. — Обнадёживает, — сухо отвечаю я. Первое платье сидело идеально. Слишком идеально. Белоснежное, с длинным шлейфом и сверкающей вышивкой по корсету. Я смотрела на своё отражение и понимала — красиво. Очень. Но… не моё. — Нет, — говорю я почти сразу. Пэнси страдальчески вздыхает. Второе было ещё дороже. И ещё тяжелее. — Ты выглядишь как королевская особа, — восхищённо замечает Нарцисса. — Как люстра в Министерстве, — бормочу я, пытаясь пошевелиться. Пэнси смеётся так громко, что Нарцисса укоризненно качает головой. Третье. Четвёртое. Пятое. Каждое красивое. Дорогое. Безупречно сшитое. И всё — не то. Мне становилось всё неловче от того, сколько это наверняка стоило. От того, с каким вниманием Нарцисса наблюдала за каждой моей реакцией. От того, как серьёзно они обе к этому относились. — Может, просто оставим первое? — устало предлагаю я, выходя из очередной примерочной ширмы. — Нет, — одновременно отвечают Пэнси и Нарцисса. Я тяжело вздыхаю. И тогда один из домовиков приносит ещё одно платье. Оно сразу кажется другим. Без россыпи камней. Без тяжёлого корсета. Без вызывающей роскоши. Простое. По сравнению с остальными — почти скромное. Мягкая ткань, лёгкий силуэт и тонкое кружево, расшитое по всему платью так аккуратно, что оно казалось нарисованным. Я беру его в руки — и почему-то впервые не чувствую желания сразу отказаться. Когда я выхожу в нём, в комнате на секунду становится тихо. Я медленно поднимаю взгляд на зеркало. И впервые за весь день… мне нравится. Правда нравится. Платье не выглядело чужим. Не давило. Не превращало меня в кого-то другого. Оно просто было красивым. — Мне нравится это, — тихо говорю я, всё ещё рассматривая отражение. Пэнси тут же морщит нос. — Простовато. — Пэнси, — спокойно произносит Нарцисса, не отрывая от меня взгляда. — Ну что? Оно красивое, но… слишком нежное для свадьбы Малфоя. Я ожидала больше драмы. Я уже собираюсь снять его обратно, но Нарцисса неожиданно улыбается. Тепло. Искренне. — А мне нравится, — говорит она мягко. — Очень. Я смотрю на неё чуть удивлённо. Она подходит ближе, аккуратно поправляет кружево на рукаве и кивает, будто окончательно убедилась в чём-то своём. — Оно тебе подходит. Не платье затмевает тебя, а ты — его. Это редкость. Пэнси закатывает глаза. — Ну всё, теперь я одна здесь с чувством вкуса. Но даже она улыбается. А я снова смотрю в зеркало. И почему-то впервые за всё это время думаю не о свадьбе. А просто о платье, которое мне действительно понравилось. Я всё ещё стояла перед зеркалом, машинально проводя пальцами по кружеву на рукаве, когда Пэнси уже успела снова развалиться в кресле и, кажется, окончательно взять ситуацию под свой контроль. — Так, платье есть, — деловито заявила она. — Теперь нужно решить, где будет арка. Я медленно обернулась. — Арка?.. Нарцисса спокойно отпила чай, будто разговор шёл о чём-то совершенно обычном. — В саду будет очень красиво. Особенно ближе к вечеру. — И белые розы, — тут же подхватила Пэнси. — Очень много белых роз. Только не этих скучных миниатюрных, а нормальных. Огромных. — Пэнси, — мягко заметила Нарцисса, — не всё должно выглядеть как сцена из драматического романа. — Почему нет? Это свадьба Малфоя, а не собрание клуба любителей вышивания. Я нахмурилась, слушая, как они обсуждают всё это так… естественно. Будто речь не обо мне. Будто никакой войны нет. Будто за пределами этого дома мир не рушится. — Вообще-то, — осторожно начала я, — это просто роспись. Обе посмотрели на меня. Я неловко отвела взгляд. — Ну… мне кажется, всё это немного… слишком. Пэнси уставилась на меня так, будто я сказала величайшую глупость в своей жизни. — Слишком? — Идёт война, — тихо пояснила я. — Люди умирают. А мы обсуждаем фату и арки из цветов. Это как-то… неуместно. На секунду повисла тишина. А потом Пэнси фыркнула так громко, что я даже вздрогнула. — Ага, сейчас, — заявила она, закатывая глаза. — То есть из-за одного лысого ублюдка мы должны отменить свадьбу, о которой Драко мечтает лет с шестнадцати? Я моргнула. — Что?.. — Ой, только не делай такое лицо, Грейнджер, — она махнула рукой. — Этот идиот прожужжал нам все уши ещё в школе. — Пэнси, — предупреждающе протянула Нарцисса, хотя в уголках её губ уже появилась улыбка. — Ну а что? Это правда. Думаешь, мы просто так семь лет слушали его нытьё? Я почувствовала, как внутри всё странно сжалось. — Он не… — Ещё как, — перебила Пэнси. — Ты просто не замечала, потому что была занята своим рыжим бедствием. — Пэнси. — Всё-всё, молчу, — она подняла руки, но явно не чувствовала ни капли вины. — Но серьёзно, Грейнджер, война войной, а жизнь никто не отменял. Особенно если наш ледяной генерал наконец-то дожил до дня, когда ты официально станешь миссис Малфой. — Звучит ужасно, — пробормотала я раньше, чем успела подумать. Пэнси расхохоталась. Даже Нарцисса тихо улыбнулась, качнув головой. — Тебе ещё привыкать и привыкать, — с лёгкой усмешкой сказала она. Я тяжело выдохнула и снова посмотрела на платье. Они уже обсуждали украшения сада, свечи, музыку, спорили о длине фаты, а я сидела среди всего этого и чувствовала себя так, будто случайно оказалась внутри чьей-то чужой жизни. И хуже всего было то, что эта жизнь постепенно переставала казаться мне совсем уж чужой.