благословение

Палата была слишком тихой после всего, что произошло. Лёгкий запах медикаментов, ровное дыхание, приглушённый свет — всё казалось нереальным, будто бой остался где-то очень далеко. Темари сидела рядом с кроватью. Её пальцы мягко сжимали руку Шикамару. Сакура уже закончила — она достаточно быстро стабилизировала чакру парня. Она что-то коротко сказала про покой и вышла, оставив их одних. Шикамару уснул почти сразу. Темари не двигалась. Она смотрела на него — на расслабленные черты лица, на чуть нахмуренные брови, на то, как спокойно он дышал. Куноичи медленно выдохнула, чуть сильнее сжав его руку. Усталость накатывала волнами, тянула вниз, заставляла закрыть глаза, но она не хотела уходить, не после всего, что произошло. Дверь тихо скрипнула. Темари подняла взгляд, увидев Ино. Она зашла без лишнего шума, но по её раздраженному лицу сразу было видно — что-то не так. Ино прикрыла за собой дверь и подошла ближе, бросив быстрый взгляд на Шикамару. — Спит? — тихо спросила она. Темари кивнула. — Хорошо. Ино скрестила руки и чуть наклонилась ближе. — Там… пришли старейшины клана Нара, — её голос стал заметно холоднее. — После того, как я вывела их из гендзюцу, они, видите ли, хотят попросить прощения за всё. Темари медленно моргнула. — Старые жабы, — выругалась Ино, посмотрев на Шикамару. — На его месте, я бы выгнала их из дома. Темари задержала взгляд на Шикамару, затем аккуратно отпустила его руку и поднялась. Её взгляд стал холодным. — Я поговорю с ними, — тихо сказала она. Ино приподняла бровь. — Уверена? Темари коротко кивнула. — Да. Она бросила ещё один взгляд на Шикамару и направилась к двери. Когда она вышла в коридор, старейшины тут же выпрямились. Старший из них сделал шаг вперёд и склонил голову. Темари застыла. — Принцесса Темари, мы пришли— — Я знаю, зачем вы пришли, — перебила она спокойно. Старик замолчал. Темари медленно сделала шаг вперёд. — Вы были под гендзюцу, — продолжила она. — И вас использовали. Но это не отменяет того, что вы сделали. Тишина в коридоре стала тяжёлой. Старейшины опустили взгляды. — Мы… — начал один из них, — мы не контролировали— — Контроль — это удобное оправдание, — холодно отрезала Темари. Её голос оставался тихим. — Вы сомневались в нём. В его решениях. В его выборе. Во мне. Старший из них сжал губы. — …мы были неправы. Темари не смягчилась. — Знаете… вы, на самом деле, ничем не отличаетесь от старейшин Суны. Они тоже выражали Гааре своё недовольство по поводу наших с Шикамару отношений, говорили, что если всё зайдет далеко и у нас появится ребёнок — он может родиться с редкими способностями к управлению элементом золота, которым обладал мой отец, Четвёртый Казекаге… что Коноха может получить доступ к тому, что принадлежало Суне. Всё те же слова, те же страхи, только, я бы сказала, рисков больше для Суны, ведь геном моего отца куда ценнее генома клана Нара, не находите? Её голос стал холоднее. — Но есть одна разница. Старейшины не подняли глаз. — В отличие от вас, — сказала Темари, — Казекаге не прятался за этими страхами. Он отстаивал моё право выбирать, понимая все риски. Понимая последствия. Понимая, что может произойти. Тишина сгустилась. — Но всё равно — он встал на мою сторону, — Темари сделала ещё шаг вперёд. — А вы? Вы даже не попытались посмотреть на ситуацию глазами лидера своего клана, который прошёл через многое… Старейшины молчали. — Видимо… — тихо добавила она, — я действительно недостаточно хороша для клана Нара и, возможно, мне стоит разорвать отношения с Шикамару. Я не хочу вставать между ним и его семьей… но, помните — если я это сделаю, я обязательно сообщу Шикамару, что это решение я приняла не по своей воле, а из-за старейшин его клана. Её слова прозвучали без повышения голоса, но резче любого крика. Старейшины переглянулись, на этот раз — неуверенно. Старший сделал шаг вперёд. — Нет, — тихо, но твёрдо сказал он. Темари чуть прищурилась. — Мы не этого хотим. Мы не хотим, чтобы вы расставались с Шикамару. Другой старейшина поднял взгляд. — Мы не хотим разрушать его выбор, — добавил он. — И тем более — не хотим, чтобы он считал, что мы заставили вас уйти. Старший медленно кивнул. — Он слишком многое уже вынес… чтобы потерять ещё и это. Темари внимательно смотрела на них. — Тогда чего вы хотите? — холодно спросила она. — Мы хотели бы… дать вам то, что должны были дать с самого начала — наше благословение. Темари моргнула. — На ваш брак с Шикамару, — закончил старейшина. Девушка медленно вдохнула. Она отвела взгляд в сторону, будто пытаясь собраться с мыслями, а затем тихо произнесла: — Такие вещи… я не могу решать одна. Её голос был ровным, но в нём чувствовалась усталость. — Без него. Она на мгновение посмотрела на дверь палаты. — И… — Темари слегка сжала губы, — неизвестно, хочет ли он вообще… жениться на мне. Слова дались тяжело. Старейшины переглянулись, затем старший из них сделал шаг вперёд. — Он хочет. Ответ прозвучал сразу, без колебаний. Темари нахмурилась. — Вы не можете— — Пару дней назад, — перебил он мягко, — он созвал собрание. И сказал нам, что намерен жениться на вас. Мир словно остановился. — И что он… — голос стал тише, но твёрже, — любит вас. Темари застыла, словно время оборвалось на этом мгновении. Она не двигалась, не дышала, только смотрела на него и внутри что-то дрогнуло. Тепло разлилось по груди, медленно вытесняя ту тяжесть, что копилась все эти дни — после холода и всех тех слов, которые он говорил не будучи собой. Она прикрыла глаза. Шикамару говорил об этом со старейшинами… говорил им, что любит. Её. Губы Темари едва заметно дрогнули. Она тихо выдохнула и впервые за долгое время внутри стало… спокойно. Темари стояла неподвижно. Слова всё ещё звучали в голове. Она медленно выдохнула. Пальцы чуть сжались — будто пытаясь удержать это ощущение, не дать ему исчезнуть. Тишина в коридоре стала другой. — …он идиот, — тихо сказала она. Старейшины замерли, а затем один из них неуверенно выдохнул, словно не зная, можно ли это считать хорошим знаком. Темари чуть отвернулась, пряча едва заметную улыбку. — Говорить такое вам, а не мне… — пробормотала она. Она снова повернулась к ним и стала серьёзной. — Ваше «благословение»… — медленно произнесла она. — Оставьте при себе до тех пор, пока он не скажет это мне сам. Старший кивнул. — Разумеется. Темари чуть наклонила голову. — Но если вы действительно изменили своё мнение… тогда докажите это не словами, — её взгляд стал жёстче. — А тем, как вы будете вести себя дальше. Старейшины склонили головы. — Мы поняли. Темари ещё секунду смотрела на них, затем развернулась. Её рука легла на дверь. Она замерла на мгновение, затем вдруг обернулась к ним и поклонилась. — Спасибо за… вашу мудрость. Слова прозвучали почти неслышно, но они услышали. Старейшины тоже ещё раз поклонились и Темари, не задерживаясь, зашла обратно в палату. * Вечер мягко опускался на Коноху, окрашивая крыши домов в тёплые оттенки заката. Крыша госпиталя была почти пустой — лишь редкий ветер приносил запах лекарственных трав и прохладу приближающейся ночи. Темари помогла Шикамару подняться по последним ступеням — он всё ещё был слаб, но двигался уже более уверенно. Когда они вышли на крышу, она мягко усадила его на скамью, затем опустилась рядом. Некоторое время они молчали. Ветер перебирал её волосы, где-то внизу глухо звучали шаги дежурных шиноби, а над ними медленно зажигались первые звёзды. Всё казалось странно спокойным — слишком спокойным после всего, что произошло. Темари глубоко вдохнула. — Пока ты отдыхал… — начала она, не глядя на него, — я говорила со старейшинами твоего клана. Шикамару слегка повернул голову в её сторону, но ничего не сказал. — Они… извинялись, — продолжила она тише. — За всё, что произошло. Несколько секунд повисла тишина. Лицо Шикамару осталось почти неподвижным, но в его взгляде появилась жёсткость, которая редко в нём проскальзывала. — Я с ними ещё поговорю, — спокойно, но строго произнёс он. — Как только выйду из больницы. В его голосе не было ни сомнения, ни колебания — только твёрдое решение. Темари наконец повернулась к нему. В её взгляде мелькнула смесь облегчения и тревоги. — Я так и думала, что ты это скажешь… Она слегка усмехнулась, но улыбка вышла усталой. — Только не переусердствуй, — тихо добавила она. — Ты ещё не в том состоянии, чтобы устраивать разборки. Шикамару лишь тихо фыркнул. — Хлопотно… Он перевёл взгляд на горизонт, где солнце окончательно скрывалось за крышами деревни. — Некоторые вещи лучше решать сразу. Темари некоторое время молчала, будто собираясь с мыслями, затем вдруг заговорила, всё так же глядя куда-то вперёд: — Кстати… — спокойно произнесла она. — Старейшины сказали, что ты говорил с ними о… женитьбе. Шикамару застыл — как тень, внезапно потерявшая движение. Его взгляд на мгновение потемнел, а дыхание стало чуть тише. Темари, будто не заметив этого, продолжила тем же ровным тоном: — И знаешь, что самое интересное? Они дали своё «благословение». Она коротко усмехнулась, но в этой усмешке не было ни капли веселья. — Конечно… — её голос стал жёстче. — После всего, что произошло. После того, как один из них вступил в сговор с нукенином из Суны, которая… Она резко замолчала. Слова оборвались на полувдохе, потому что в этот момент Шикамару взял её за руку. Темари замерла, будто не сразу осознав, что произошло. Её взгляд опустился вниз, на их руки. Ветер всё ещё тихо гулял по крыше, но теперь этот звук словно отдалился. Шикамару не смотрел на неё. Он по-прежнему глядел куда-то вперёд, на темнеющий горизонт, но его хватка была достаточно крепкой, чтобы не оставить сомнений — это не случайность. Несколько мгновений они сидели молча. Шикамару всё так же держал её за руку, словно это было самым естественным в мире, и только потом тихо произнёс: — Я… хотел сделать это по-другому. Он слегка выдохнул, как будто признавая собственное поражение. — Но, видимо, судьба распорядилась иначе. Темари не перебивала. Она смотрела на него, уже не скрывая внимательности, и в её взгляде больше не было раздражения — только настороженное ожидание. Шикамару чуть сильнее сжал её ладонь, будто собираясь с мыслями. — Мы с тобой знакомы уже давно, — начал он, глядя куда-то вперёд. — Сколько миссий… сколько раз приходилось работать вместе. Он усмехнулся краешком губ. — Ты всё время спорила со мной. Темари тихо фыркнула, но ничего не сказала. — И всё равно… — продолжил он спокойнее, — мы всегда находили общий язык. Были хорошими друзьями… и многое прошли вместе. Его голос стал чуть тише, серьёзнее. Свободной рукой он медленно опустился в карман штанов. Движение было осторожным, но уверенным. Через секунду он достал небольшую тёмную коробочку. Она выглядела простой, неприметной, но в его руке казалась чем-то куда более весомым. Темари замерла. Её пальцы невольно сжались в его ладони. Шикамару наконец повернул голову и посмотрел на неё. — Я не слишком хорош в красивых словах, — честно сказал он. В его голосе не было ни тени смущения — только спокойная, упрямая искренность. Он на секунду замолчал, словно подбирая правильные слова — не идеальные, а именно свои. — Я понял это… не сразу, — начал он. — Не было какого-то одного момента, где всё стало очевидно. Он слегка нахмурился, вспоминая. — Просто… со временем, — его взгляд стал мягче. — Когда ты уходила обратно в Суну — становилось как-то… особенно грустно. Он чуть усмехнулся. — И раздражало больше, чем любые миссии. Темари едва заметно приподняла бровь. — А потом я поймал себя на том, что начинаю рассчитывать задания так, чтобы мы оказывались в одной команде, — продолжил он. — Хотя это… хлопотно. Теперь уже в его голосе появилась знакомая тень иронии. — И в какой-то момент стало очевидно, — он сделал короткую паузу. — Это уже не просто дружба. Шикамару чуть сильнее сжал её руку, не отводя взгляда. — И, как ни крути… — тихо добавил он, — от этого не избавиться. Он слегка наклонил голову, глядя на неё внимательно и серьёзно — так, как делал только в действительно важных вещах. Коробочка в его другой руке оставалась закрытой. Шикамару на секунду отвёл взгляд, будто возвращаясь к собственным мыслям, а затем продолжил, уже чуть тише: — Честно… я был удивлён, когда ты согласилась пойти со мной на свидание. В его голосе мелькнула лёгкая, почти незаметная усмешка. — Думал, скажешь, что я — лентяй и плакса, и тебе нечего делать с таким, как я. Темари чуть прищурилась, но в уголках её губ дрогнула тень улыбки. — А потом… — продолжил он, — всё стало как-то… естественно. Он говорил медленно, будто осторожно раскладывал каждое чувство по местам. — Твоя рука в моей, — его пальцы чуть сжались вокруг её ладони, словно подтверждая сказанное. — Наши вечера вместе, поцелуи и… другое. На этом слове Шикамару неожиданно замолчал и едва заметно нахмурился, будто сам не ожидал, что скажет это вслух. На его лице мелькнуло лёгкое смущение — редкое, непривычное для него. Он тихо выдохнул, будто отбрасывая лишние мысли, и снова посмотрел на Темари — прямо, спокойно, но уже без прежней дистанции. — В какой-то момент, мне стало ясно, о чём когда-то говорил мой старик… — произнёс он. — Я люблю тебя. Он на секунду задержал на ней взгляд, а затем медленно открыл коробочку. Внутри лежало кольцо — небольшое, аккуратное, но в мягком свете уходящего дня оно казалось невероятно красивым. — Я… — начал он и чуть запнулся, но тут же продолжил, — хочу провести с тобой всю свою жизнь. Его голос стал твёрже. — Если ты не против. Он не опускался на колено. Не делал ничего показного. Просто сидел рядом с ней — уставший, но абсолютно уверенный в своих словах. Кольцо в его руке слегка дрогнуло на ветру и вместе с ним — замер весь мир вокруг. Темари смотрела на кольцо, но не видела его — взгляд зацепился за что-то глубже, за сами слова, за то, как он их сказал. — Ты… — начала она, но голос на секунду подвёл. Девушка тихо выдохнула, прикрыв глаза, будто собираясь с мыслями, которые неожиданно стали слишком громкими. — Ты невозможный человек, Шикамару, — сказала она наконец, открыв глаза и посмотрев на него прямо. В её голосе не было раздражения, только тепло. — Делаешь предложение… на крыше госпиталя, после того, как был под действием гендзюцу… Она покачала головой, и на этот раз улыбка была настоящей. — Это точно не тот «правильный» сценарий, о котором мечтают девушки. Шикамару тихо хмыкнул: — Я же говорил… не силён в красивых вещах. Темари на секунду прикусила губу, а затем её взгляд снова стал серьёзным. — Знаешь, — тихо сказала она, — я тоже не сразу поняла. Она чуть сильнее сжала его руку в ответ. — Когда мы впервые встретились — ты меня раздражал. — Взаимно, — не выдержав, отозвался он. Она усмехнулась. — А потом… ты оказался единственным, с кем можно было нормально говорить. Единственным, кто понимал. Её голос стал тише. — И когда я уходила из Конохи… — она на секунду отвела взгляд, — это было тяжелее, чем я хотела признать. Ветер мягко качнул её волосы. — Я пыталась убедить себя, что это просто привычка. Что мы — союзники, друзья, ничего больше. Она снова посмотрела на него. — Но это никогда не было правдой. Тишина между ними стала плотной, но тёплой. Темари медленно перевела взгляд на кольцо и затем — обратно на Шикамару. — Я согласна. На этот раз ветер будто стал теплее. Шикамару замер на долю секунды, словно проверяя, не ослышался ли. А затем — едва заметно выдохнул. Напряжение, которое он сам, возможно, даже не осознавал, ушло. Он осторожно достал кольцо из коробочки. Его движения были медленными. Темари протянула руку сама. Он на секунду задержался, глядя на её пальцы, будто запоминая этот момент, а затем аккуратно надел кольцо. Оно село идеально, будто всегда должно было быть там. Темари тихо усмехнулась: — Надо же… ты даже размер угадал. — Предположил, — спокойно ответил он. — Конечно. Они оба на секунду замолчали, а потом Темари наклонилась ближе и мягко поцеловала его. Когда она отстранилась, их лбы на мгновение соприкоснулись. — Только попробуй теперь передумать, — тихо сказала она. — Хлопотно, — так же тихо ответил он. Шикамару ещё мгновение смотрел на неё, будто не до конца веря, что всё это действительно происходит, а затем уже сам наклонился ближе — и снова поцеловал её, на этот раз — глубже, увереннее, с той редкой для него решимостью, в которой уже не было ни тени сомнений. Он медленно прошелся по её ноге, задирая подол кимоно. Темари на секунду ответила — её пальцы чуть сильнее сжали его руку, дыхание сбилось, но уже через мгновение она мягко, но настойчиво остановила его, уперевшись ладонью ему в грудь. — Нет. Шикамару замер, чуть нахмурившись, но не отстраняясь до конца. — Нет?.. — переспросил он тихо, будто проверяя, не ослышался ли. Темари посмотрела на него строго, хотя в глазах всё ещё оставалось тепло. — Нет, — повторила она. Шикамару слегка прищурился, и в его взгляде мелькнула привычная логика. — Мы на крыше, — начал он, чуть наклоняя голову. — Только что было предложение. Романтика, вечер, ветер… Он сделал паузу, как будто подводя итог: — Всё складывается. Темари приподняла бровь. — Серьёзно? — Абсолютно, — невозмутимо подтвердил он. Она покачала головой, и на губах снова появилась улыбка — уже с оттенком лёгкого недоверия. — Тогда позволь мне добавить к твоей идеальной картине ещё пару деталей. Она наклонилась ближе, но её голос стал строже: — Ты ещё слаб. Шикамару едва заметно поморщился. — Больница. Он вздохнул. — И то, что тебе вообще-то нужно отдыхать, — закончила она. Шикамару отвёл взгляд в сторону, будто обдумывая её слова. — Хлопотно… — пробормотал он. Темари усмехнулась: — Вот именно, — она осторожно коснулась его щеки, уже мягче. — Ты и так сегодня сделал больше, чем нужно. Шикамару посмотрел на неё снова — уже без спора. — Значит… откладываем это деликатное дело на завтра? — тихо уточнил он. Темари чуть склонила голову, и в её взгляде мелькнуло что-то лукавое. — Посмотрим, как быстро ты восстановишься. Он едва заметно усмехнулся. — Приму это как мотивацию. — И правильно, — ответила она. На этот раз он не стал спорить, просто снова слегка сжал её руку — уже спокойнее и остался рядом.