Глава 1. Наследие

Холодный ноябрьский ветер гнал по улицам Лондона последние жёлтые листья. Гермиона Грейнджер, кутаясь в тёплый шарф, спешила к камину Министерства магии. В руках она сжимала конверт с официальным гербом — письмо, пришедшее ещё вчера, но до сих пор не дававшее ей покоя. «Мисс Гермиона Грейнджер, настоящим уведомляем вас, что вы являетесь единственной наследницей недвижимого имущества, расположенного по адресу: Литтл-Хэнглтон, Тупик Прядильщиков, дом 13. Согласно завещанию, составленному Томом Реддлом-старшим...» Она перечитывала эти строки десятки раз, не веря своим глазам. Том Реддл-старший? Отец Тёмного Лорда? Это казалось абсурдной шуткой или чьей-то злой выходкой. Но печать Министерства была настоящей, а гоблин из Гринготтса, с которым она связалась по каминной сети, лишь сухо подтвердил: завещание подлинное, наследство ждёт своего владельца. — Гермиона! — окликнул её знакомый голос. Она обернулась и увидела Гарри Поттера, выходящего из-за угла. Его очки были слегка запотевшими от мороза, а зелёные глаза смотрели с беспокойством. — Ты получила письмо? — спросил он, поравнявшись с ней. — Да, — кивнула она, протягивая ему конверт. Гарри быстро пробежал глазами по строчкам и нахмурился. — Это... странно, — произнёс он, возвращая письмо. — Очень странно. Ты уверена, что стоит туда ехать? — Я должна разобраться, Гарри, — твёрдо ответила Гермиона. — Это часть истории Волан-де... Того-Кого-Нельзя-Называть. Если там есть хоть малейший шанс найти что-то важное о его прошлом или о крестражах... — Я поеду с тобой, — перебил её друг. — Нет, — Гермиона покачала головой. — Министерство будет следить за каждым моим шагом. Если я появлюсь там с тобой или Роном, это вызовет слишком много вопросов. Я должна сделать это одна. Просто... будь на связи, ладно? Гарри долго смотрел на неё, затем тяжело вздохнул и кивнул: — Будь осторожна. И если что-то пойдёт не так — сразу же дай знать.

***

Дом в Литтл-Хэнглтоне встретил её гробовой тишиной. Это было ветхое двухэтажное строение из тёмного камня, почти полностью скрытое за разросшимся плющом и старыми вязами. Деревня казалась вымершей: окна соседних домов были плотно зашторены, а на улице не было ни души. Гермиона достала палочку и прошептала: — Люмос. Тёплый свет озарил крыльцо и массивную дубовую дверь с ржавым кольцом вместо ручки. Замок поддался легко, словно кто-то ждал её прихода. Дверь со скрипом отворилась, обдав девушку волной затхлого, промозглого воздуха. Внутри пахло сыростью, пылью и чем-то ещё — едва уловимым запахом тлена. Гермиона шагнула в просторный холл. Под ногами заскрипели половицы. Луч света выхватил из темноты потускневшие портреты на стенах, накрытые белыми простынями мебель и огромную паутину в углу потолка. Она осторожно двинулась вперёд, осматриваясь. Дом был огромен и запущен, но в нём ощущалась странная, давящая энергетика. Казалось, сами стены помнили что-то ужасное. На столе в гостиной лежала книга регистрации посетителей — старая, в кожаном переплёте. Последняя запись датировалась 1943 годом: «Том Реддл-старший». Гермиона почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она решила осмотреть подвал. Дверь вниз находилась за кухней — тяжёлая, железная, запертая на огромный амбарный замок. Гермиона направила палочку: — Алохомора. Ничего не произошло. — Бомбарда! Дверь лишь слабо дрогнула. Гермиона нахмурилась. Магия здесь не работала так, как должна была. Внезапно за её спиной раздался тихий шёпот: «Ты пришла...» Гермиона резко обернулась, выставив палочку. В холле никого не было. «Ты наконец-то пришла домой...» Голос был мужским, глубоким и властным, но звучал он не ушами — он звучал прямо у неё в голове. — Кто здесь? — крикнула она в пустоту. «Я ждал тебя долго... Очень долго...» Гермиона попятилась к лестнице. Сердце колотилось где-то в горле. «Ты похожа на него... На моего сына...» Внезапно свет от её палочки мигнул и погас. Дом погрузился в кромешную тьму. И в этой темноте Гермиона услышала шаги. Медленные, тяжёлые шаги, поднимающиеся из подвала по скрипучей лестнице.

***

Она проснулась на полу в холле. Палочка валялась рядом, тускло светясь остаточным теплом заклинания Люмос. Сколько она пролежала без сознания? Час? Два? Гермиона поднялась на ноги, чувствуя слабость во всём теле. Голова гудела от чужой воли, пытавшейся пробиться в её сознание. Она знала: дом не отпустит её просто так. Здесь жил призрак прошлого — отец величайшего злодея современности, и он хотел чего-то от неё. Гермиона поднялась на второй этаж, решив осмотреть спальни. В одной из комнат она нашла старый сундук под кроватью. Замок на нём был сломан. Внутри лежали вещи: мужской костюм середины прошлого века, серебряная щётка для волос с инициалами «Т.Р.» и дневник в чёрном кожаном переплёте. Дрожащими руками Гермиона открыла его. «Сегодня я покинул приют навсегда. Я еду к отцу. Он должен признать меня...» Почерк был аккуратным, но буквы местами расплывались от влаги или слёз. Гермиона перелистывала страницы, чувствуя, как дом словно сжимается вокруг неё. Воздух становился густым и вязким. «Отец оказался ничтожеством... Он живёт здесь один, в этой дыре... Он даже не помнит имени моей матери...» Последняя запись была сделана дрожащей рукой: «Он ударил меня... Сказал, что я лжец... Что моя мать была шлюхой... Я убью его... Я убью их всех...» Дальше страницы были вырваны. Гермиона захлопнула дневник и прижала его к груди. Теперь она понимала: дух Тома Реддла-старшего был заперт здесь не случайно. Он был пленником собственного гнева и ненависти — эмоций настолько сильных, что они удерживали его в этом мире даже после смерти. И теперь он видел в ней сосуд для возвращения. Внизу снова раздался скрип половиц. Гермиона схватила дневник и бросилась к лестнице. Нужно было найти способ выбраться отсюда до того, как призрак полностью подчинит её волю. Но входная дверь оказалась заперта наглухо. Окна покрылись толстым слоем инея изнутри, став непрозрачными. Дом стал ловушкой.

***

Ночь прошла в кошмаре наяву. Гермиона слышала шёпот постоянно: он обвинял её отца во лжи, рассказывал о своей несчастной жизни и о сыне-монстре. Голос пытался проникнуть в её разум, нашёптывать чужие мысли и желания. К утру она нашла в библиотеке старый гримуар по тёмным искусствам (как он здесь оказался?) и узнала о ритуале «Наследие крови». Чтобы дух мог обрести плоть через наследника, требовалось добровольное согласие жертвы или полное истощение её жизненных сил до критической точки. Гермиона поняла: Реддл-старший будет пытаться сломить её волю или убить её тело ради возвращения к жизни через связь крови (ведь она приняла наследство). Она забаррикадировалась в одной из спален второго этажа и принялась чертить защитные руны на полу и стенах солью из кухни. Это было слабой защитой против такого могущественного призрака прошлого, но другого выхода не было. Солнце село за горизонт слишком быстро. Дом наполнился тенями и шёпотом. «Ты не сможешь сопротивляться вечно...» — голос звучал уже не только в голове, но и эхом отражался от стен комнаты. Гермиона сжала палочку так сильно, что костяшки пальцев побелели: — Я не позволю тебе вернуться! «Ты уже принадлежишь этому дому...» Внезапно дверь спальни содрогнулась от мощного удара извне...