Глава 19 Двойные огоньки

      День приблизился к позднему вечеру. Сквозь городской смог едва пробивались уходящие солнечные лучи. По полутёмной улицы Марен шла неспешным шагом, периодически оборачиваясь назад. Сегодня, после частных занятий она решила взять дополнительную работу в пабе, пока бар “Храбрые сердца” ещё закрыт. Это место хоть и находится ближе к её дому, но посетители там вызывают большую тревогу. Потому лишняя осторожность не помешает.       Духовное зрение показывало в тенях не видело никого, кроме мелких животных. Маленькие огоньки душ, которые попадали на глаза, слегка мерехтели, передвигаясь по слабо освещенным тропинкам. Вот мимо пробежал вальяжный черный кот, чей огонек души был спокойнее озера. Где-то по ветке проскакал огонек белочки. На другой стороне улицы, не спеша шагают огоньки прохожих, которых становится всё меньше по мере приближения к дому. — Стоп. — Марен резко остановилась.       Её взгляд метнулся на крону древа, растущего подле четырехэтажного здания. Там, между ветвей метались маленькие огоньки душ, скорее всего воробушков или синиц. Ничего необычного, на первый взгляд. Но у этих птиц было по два огонька душ. Мимо пробежала мышь, но и она имела двойное сияние. Девушка проследила за зверьком недоумевающим взглядом прежде чем зайти в парадный вход. — Добрый вечер миссис Элеонор. — сказала Марен с улыбкой, увидев свою соседку снизу.       Эта немолодая женщина выполняла роль вахтёрши, хотя в этом мире такой профессии пока не придумали. Она часто ходит по этажам от скуки, собирая всевозможные сплетни и новости. Элеонора знает каждого жителя в лицо и нередко устраивает споры с новоприбывшими. — Привет, привет, голубушка. — ответила Элеонора дружелюбным тоном.       Марен, как одна из самых давних жителей дома, могла не волноваться о скандалах с этой женщиной, находясь с ней в дружеских отношениях. Девушка уже хотела пройти на следующий этаж, но: — Так, стоп… — Марен обернулась, снова глянув на свою соседку, не убирая духовное зрение.       Огонёк души Элеоноры, при ближайшем рассмотрении, тоже оказался двойным. Просто второй огонёк был небольшой, скорее напоминающий горящую звёздочку без мерцания. — Марен, что такое? У меня что-то на лице? — прозвучал голос соседки. — Нет, всё хорошо, просто… — образ лошади смешался с окружением. Огоньки погасли, позволив лучше рассмотреть состояние собеседницы. — А где ваши ключи?       На поясе Элеоноры всегда висела связка ключей. Для чего они нужны - не знал никто. Женщина с ними не расставалась, выдумывая новые сказки о их предназначении. — А вот без понятия! — вскинула руками "вахтёрша" — Украл поди кто! Наверняка хочет забрать что-то с моего тайника! — Вы же говорили, что они для подвального помещения. — не смогла удержаться от улыбки Марен. — Ну ты представляешь! Ещё и в подвал теперь не попаду! Кошмар!       Марен решила продолжить движение вверх по лестнице, добираясь до своей квартиры. Мисс Элеонора ведёт себя обыденно, без аномальных реакций и действий. Может просто показалось?       Наконец-то дойдя до нужной двери девушка потянулась к внутреннему карману, но вместо привычного металлического предмета руки нащупали пустоту. Глаза мигом проскользили по полу и ступенькам, высматривая небольшой ключик. В следующий момент она набрала полные груди воздуха, тихо шепнув: — Точно, я же отдала его Амону.       Мышцы расслабились, будто из них выкачали свинец, а губы растянулись в улыбке, насмехаясь над собственной забывчивостью. Но следующая мысль вытеснила мимолетное спокойствие. Как ей теперь попасть домой?       Запасной ключ у неё есть, но давно затерян где-то на полках среди пряжи прочих атрибутов хламовника. Марен осторожно постучала в дверь, с ожиданием уставившись на щель. Но терпение не принесли результатов, поэтому следующий стук прозвучал в разы громче, надеясь что её сосед услышит и таки соизволит отпереть замок. Однако даже после четвертой попытки за дверью не было слышно ни голоса, ни шагов, ни щелчка в замочной скважине. Похоже там никого нет и никто её возвращения не ждёт. Вопрос о том, как попасть внутрь оставался открытым.       Глаза пробежались по старой двери. В принципе можно попробовать её отпереть и без ключа. Петли старые и давно нуждаются в починке, а сам замок достаточно простой для вскрытия обычной отмычкой. Взявшись за ручку девушка слегка дёрнула на себя, желая проверить насколько крепко держится ригель. — А?       Дверь без проблем поддалась, отворившись перед хозяйкой квартиры. Марен округлила глаза осознавая что всё это время преграда была не заперта. Внутри, в комнате напротив прихожей, сидел молодой человек с моноклем на правом глазу, с невинной улыбкой смотря на вошедшую девушку. — Почему не открывал? Я же стучала. — первой тишину нарушила Марен, переступая порог и закрывая за собой входную дверь, уже на замок. — Подумал что ты проверяешь дверь на прочность, не стал мешать. — ответил Амон пожав плечами.       Марен подняла руку и резко её опустила, мысленно произнеся “Хрен с тобой”. Сейчас ей нужно скрыться в своей комнате, перепрыгнуть через разбросанные по полу вещи, параллельно не врезавшись в стремянку. Она быстро переоделась и, захватив с собой блокнот с ручкой, покинула хламовник, не обратив внимание на новые вещи, как например, связка медных ключей.       На пустом листе девушка записала сегодняшнюю дату и время. Не отрывая взгляда от бумаги она прошла в другую комнату. — Амон, ты бы хотел продолжить наш разговор сейчас или чуть позже? — О каком разговоре речь? — мужчина слегка поправил монокль щепетильным движением.       Девушка оторвала взгляд от блокнота, переведя его на соседа. Пару секунд психолог молчала, пытаясь понять было ли это сказано с сарказмом или он действительно не понял о чем речь. Не найдя подсказок, она решила уточнить: — Когда мы выходили из больницы у нас был разговор об одном, довольно сложном вопросе человеческой природы. — попыталась напомнить Марен. Собеседник прикрыл глаза, потирая подбородок указательным пальцем. — Да, какой-то разговор был. Но я его не помню.       Марен пару раз моргнула. Первая мысль что пришла в голову: ангел времени просто насмехается. Но выражение лица и голос, похоже, не таили подвоха. — Это было не так давно. Тебе тема кажется неинтересной?       Не мог же он просто забыть их диалог. Вряд ли у ангела пути Мародёры такая же короткаяпамять как у Марен. Скорее он просто потерял интерес. — Хех, похоже другие посчитали её более нужной. — ответил он тише обычного. Девушка примолкла, пытаясь понять, кого он подразумевает. Но в следующую секунду её осенило: — Другие аватары забрали у тебя воспоминание?       Амон не ответил сразу, отведя взгляд к стене, будто рассматривая что-то, чего там не было: — Они взяли то, что им было интересно, а мне не нужно. — наконец произнёс он. Марен кивнула. — Ты говоришь, что тебе это не нужно. Но позволю себе напомнить, что разговор о данной теме поднял именно ты, и ты же хотел его продолжить. — И что? Это не делает его важным. — отмахнулся собеседник, заметив, что карандаш в руках девушки что-то наскрёб. — Не делает важным для тебя или для них? — Марен устремила внимательный взгляд на человека с моноклем. Мужчина сдвинулся с места, линза блеснула в свете алой луны, что вышла из-за горизонта. — Ты слишком много думаешь о наших мыслях. — О твоих — поправила психолог, делая новую запись — Ты сказал “наших”. Другие рядом?       Она мельком перевела пытливый взгляд в окно. В черноте было трудно разглядеть пляшущие тени, но те странные души всё так же скачут с ветки на ветку, шуршат у домов, и ходят где-то по зданию. Внимание вернулась к собеседнику, отмечая отсутствие зрительного контакта. Прежде Амон всегда смотрел в глаза, проявлял интерес и шёл на контакт. Изменения были только вчера, после его разговора с другими аватарами. Тоже была отстранённость и закрытая позиция. Но сейчас это состояние усилилось и даже в его голосе можно было почувствовать резкость. — Бэклунд это столица. Здесь всегда кто-то рядом. — ответил он уклончиво. Не подтверждая, но и не отрицая наличие других себе подобных в округе. — Поэтому у птиц за окном двойные огоньки душ? — Тебе мешают птицы? — спросил он сухо, подперев ладонью щеку. Девушка пару секунд молчала, в очередной раз что-то записав на листок. — Птицы нет. Но эта ситуация напрягает. — она обратила внимание на собеседника, который наконец-то возобновил зрительный контакт. Психолог решила уточнить: — Аватары везде. На деревья, в закоулках, на лестничном марше.       “Это уже вторжение” подумала Марен, решив эту мысль вслух не озвучивать. В голове она уже представила жуткую, до дрожи, картину: выходя из квартиры её встречает сосед с моноклем, на нижних этажах соседи с моноклями, во дворе звери с кругами на глазах, а идя по улице каждый прохожий поправляет монокль. От такого зрелища тело невольно дрогнуло.       Мало того что аватары Амона пугают не на шутку, так они очень сильно мешают её работе. Только у её клиента появился интерес – его обесценивают. Только он поднял сложную тему, как мысли о ней просто украли. Любой прогресс аннулируется, стоит на горизонте появится другому аватару. А теперь их целая орава! — Ты боишься? — спросил он с усмешкой, поправив линзу указательным пальцем. — Тебе не кажется, что твои аватары немного мешают работе? — Люди мешают друг другу постоянно, тем не менее уживаются. — уголки его губ опустились, а вместе с ними и тон — Кажется ты забываешь с кем имеешь дело.       Марен промолчала, внимательно наблюдая за его действиями, выражением лица и интонацией. Новая строка легла на бумагу, подчеркивая слово “отстранён”. Дело плохо. Всё в его поведении указывает на полную закрытость. Более того, пошла пассивная агрессия.       Психолог тяжело вздохнула. Амон сам себе мешает обрести человечность, забирая у аватара память и заменяя интерес на коллективное решение. Чтобы убедить клиента следовать инструкциям необходимо чтобы он сам принимал свою позицию. Сейчас, очевидно, Амон решил выйти из статуса “клиента”, отказываясь слушать психолога.       В круговороте уставших мыслей промелькнула одна: “Похоже придётся позвать Адама. Как я заметила, он имеет влияние на своего брата. Может хоть убедит его по уходу убрать аватаров с дома? Эх, звучит так, будто готовлюсь вызывать родителя в школу.”       От мыслей отвлекла резкая колющая боль в груди. Мышцы напряглись так, будто готовы в любой момент отпрыгнуть куда либо. Мимолетное ощущение паники прошло так же быстро, как и появилось. Марен подняла взгляд на ангела времени, подозревая что это была его проделка. Но, черноглазый молодой человек смотрел не на неё, а куда-то в сторону. На угол комнаты, где только мгновение назад было пусто. Девушка дёрнулась, стоило ей осознать, что в доме появился ещё одна фигура: высокий мужчина в белых одеждах, с золотыми волосами, чьи руки были переплетены в молитвенном жесте у груди.       “А может звать и не придется…”