Больше никаких сделок

Мрак. Предсмертные стоны десятков невинных жертв печальной симфонией глухо отражаются от стен опустевшего подземелья, словно коря главного виновника своих бед, и даже не думают угасать. Человеческий силуэт, покачиваясь, медленно подходит к последнему оставшемуся живому существу — небольшому золотому цветку, разумному и говорящему, по какой-то невнятной причине считающему его своим другом. Но какое вообще это имеет значение? Пару взмахов ножом — и его уже не существует. Нанеся последний добивающий удар, Фриск ожидает реакции демона, овладевшего им. Но почти мгновенного пришествия не произошло, как это бывало в прошлые разы, и поборник геноцида насторожился. Хозяйка действительно запаздывала. Он решил прочесать подземелье ещё раз, вдруг там остался кто-то ещё. Фриск совершил пару осторожных шагов и вновь остановился. Из его уст вырвался истерический смешок. — Хах, неужели она застеснялась какого-то Фроггита? — подумал Фриск и ухмыльнулся, — Так как это понимать? Хм… Может быть, ты всё же сама ответишь? Кто-то остался? Чара? Но никто не ответил. По спине Фриска пробежали мурашки. Неужели она раскрыла его замысел? В таком случае… Что предпримет демон? А может, все же это действительно маленький Фроггит где-то затерялся в руинах? Да, по-другому и быть не может, нужно сбегать и проверить. Но не прошёл он после того и нескольких шагов, как в его глазах все же потемнело. Демон пришёл, и сделка близка. В этот раз Фриск почувствовал облегчение, так как обошлось без неприятных сюрпризов. В кромешной тьме появился иной силуэт. Такой же, но чужой, и при этом уже знакомый до отвращения. Это была Чара. Фриск ненавидит её, как самого себя, ведь на самом деле она — его прямое моральное отражение: непорочное дитя снаружи и кровожадный монстр внутри. Не важно, чем считает себя Чара, и пусть она ещё двадцать раз упомянет извращённую сентиментальность Фриска, которая ей якобы не свойственна. В любом случае, она не является ему ни партнёром, ни господином, ни тем более слугой. Ранее она — лишь безликий дух, теперь же — одна из жертв этой же сентиментальности. Фриск осознал, что более не может перекладывать ответственность на невинную душу и оправдывать себя тем, что он — всего лишь одержимый, а она — кровожадный демон. Фриск понимает, что это самообман, и что именно его действия привели ко всем столь сильному осквернению и искажению её души. Только Фриск и только он виновен в происходящем здесь аде. Фриск сам неосознанно создал его себе, принося кучу страданий всем окружающим. Именно сейчас он желает положить этому конец. Однако не чтобы спасти себя, а дабы освободить всех своих жертв от бесконечного круга мучений. И Чару — в первую очередь. Молчаливое небытие для него — лучшая награда. Именно поэтому Фриск принял тяжёлое решение и нашёл способ для его осуществления. Этому дуэту следует подойти к концу, пусть даже смертью обоих. Если всё это закончится её смертью, то значит Чара должна умереть, во благо всем, в том числе и ей. Но не то невинное дитя, что пожертвовало своей жизнью ради счастья тех, кто её приютил, ведь оно было и так мертво ещё задолго до пришествия Последнего человека, а то страшное создание, что Фриск породил сам и отдался ему же. — Приветствую, я Чара. Демон, что приходит, когда люди называет его имя. В прочем, мы уже и так знакомы, Партнёр, — нежным и мелодичным голосом, но с непривычной для этого момента холодностью ответил демон. — В этот раз, должно быть, ты попытался меня удивить. Не самая лучшая попытка. Смысла в дальнейшем спектакле нет, однако я чувствую своим долгом пройти через все формальности… HP. ATK. DEF. GOLD. EXP. LV… Каждый раз, когда эти числа увеличивались, это чувство становилось лишь сильнее. И оно не моё. В очередной раз убедившись в извращенности твоих натуры и души, я прекратила попытки понять твои чувства. На самом деле, это произошло сравнительно недавно… два или три сброса назад… Впрочем, это неважно. — Я чувствую свою обязанность вновь предложить заключить сделку: давай просто сотрём этот бессмысленный мир и перейдём к следующему, — монотонно проговорила Чара и протянула руку. «Больше никаких сделок» — говорит внезапно появившийся внутренний голос Фриска, роль которого ранее исполняла Чара. Фриск ощущает силу, независимость, РЕШИМОСТЬ покончить с этим. Он молча поднимает нож. Демон терпеливо ожидает. Удар! Острое жало по наводке хозяина стремится пронзить грудь соперника, но… ничего не произошло. Чара невредима. Как же так? Поборник промахнулся? Или демон увернулся? Это невозможно, она стоит как ни в чём не бывало, даже не шелохнулась! Его удар отточен до идеала: максимально быстр, разителен и хладнокровен — он не мог как промахнуться, так и замешкать. Телепортация? Возможно. Искажение пространства? Как вариант. — Я принимаю твой выбор, — спокойно сказала Чара. — Теперь же пожми его плоды. Демон медленно раскрыл свою натуру. На её лице выступила неестественно жуткая улыбка, а светящиеся в темноте глаза алого цвета внезапно пропали — на их месте осталась лишь тьма. Из глазниц и рта выступила неизвестная черная жидкость, а тело начало искажаться. В воздухе запахло лютиками. «Аромат» Чары вызывает сильное жжение в носу и глазах. — «Пары протоанемонина, содержащийся в соке лютиков, вызывают сильнейшее раздражение слизистой оболочки глаз, носа, гортани…» Должно быть это что-то подобное… — вспомнил строчку одной из книг библиотеки Ториэль Фриск, щурясь еще сильнее обыкновенного дабы хоть как-то облегчить боль. — Ну что же, партнёр… — послышался искаженный голос демона, исходящий будто бы из глубин подсознания Фриска. — Теперь настал мой ход. Теперь же демон поднял вверх своё орудие. Чара элегантно и даже нежно нанесла слабенький удар по партнеру, словно отрезала кусок десерта на королевском банкете. Однако и этой царапины хватило, чтобы убить оппонента причинив ему практически безграничный урон. Он не мог даже пошевелиться. Демон максимально лаконично показал, что ему не требуется прилагать абсолютно никаких усилий, дабы поставить своего «партнёра» на место. Он пал, но вскоре вернулся. — Непроглядная тьма и блуждающий в пустоте ветер, — рассуждает Фриск. — Значит, Чара уже стерла мир, однако это не должно помешать. Стоит её подождать. Обождав около десяти минут, он вновь услышал знакомый голос. — Хм, так ты здесь… Ахах… А куда бы ты делся-то… Так что, играем дальше? — Нет. — — Ты не хочешь воссоздать мир? Занятно. В таком случае продолжай гнить здесь. — Нет. Сразись со мной, Чара. — Ты не понял моего намека даже так? Ты идиот. Играй по моим правилам либо сгнойся тут. — Пожа-а-луйста. — Тебе нравится не только причинять боль, но и терпеть её? Я подумаю об этом. В таком случае многое встанет на свои места… — Сразись. Со мной. Чара. — Я не стану ублажать тебя, идиотина. Пройди всё вновь — от начала и до конца, и тогда ты вновь увидишь моё личико. Тогда я и подумаю на счёт более жесткого ответа и достоин ли ты его вообще. — В таком случае можно попробовать Это прямо сейчас… — подумал Фриск. — «Это» лишит Чару всемогущества, даст мне независимость и половину всего LV и решимости, однако и я потеряю путь к отступлению. Битва будет равной, но попытка — всего одна. Последнее, в принципе, маловажно, ведь и в случае моей окончательной смерти я наконец обрету покой, но… того же я желаю и Чаре. Душа человека полна решимости разорвать саму себя. Она распадается на две половинки, но не погибает. Это событие вынуждает Чару появиться. Человеку всё-таки удалось удивить демона. Чара остолбенела и большими от удивления глазами наблюдает за тем, как две равные половинки души медленно отлетают в разные стороны: одна — к Фриску, другая — к ней. Чара вновь принимает свою искаженную форму и поднимает нож. Похоже, что девочка очень расстроилась. — Благодарю, Чара, — тихо пробормотал Фриск. — Здесь же наш путь и подойдет к концу. Человек попытался ударить демона, но тот быстро увернулся. Послышался дикий хохот. На Фриска обрушились градом десятки снующих из стороны в сторону лезвий. Он сумел увернуться от каждого, сам не понял как. — РЕШИМОСТЬ. — искаженным голосом проговорил демон. Чёрт разберет, сколько ещё пережили атак эти двое, но так никто из них не получил ни царапины. Силы были действительно равны, но слишком долго это продолжаться не может. На любые попытки Фриска заговорить с Чарой, демон отвечает лишь одним и тем же словом — «Решимость». Издали за боем с интересом уже довольно долго наблюдает третья сторона — уже постоянный «житель» сих мест, говорящий руками, похоже, что он подобрался достаточно близко, чтобы быть замеченным или услышанным. — Стоит ли мне вмешиваться? Наверное, нет. Вне зависимости от исхода, последствия этого… события могут быть максимально непредсказуемыми, — на своем собственном языке проговорил Гастер. — Очень занимательно. Думаю, обзову это Кризисом Решимости. Что думаете об этом? Неизвестно, кому был адресован его вопрос, но ответа не последовало, либо никто его просто не услышал. Всё же Фриск заметил наблюдателя, хоть и не ничего понял, что он сказал. За это же человек и поплатился: хватило одного лишь мига, в который Фриск отвлекся на гостя, чтобы быть задетым одним из ножей противника. Урон получен немалый, но и не критический. В любом случае, счёт уже 1-0 в пользу Чары. — Упс, я всё же невольно вмешался, думаю, что лучше стоит больше так не делать, — сказал Гастер и растворился во тьме. — Хм, я отвлёкся, — подумал Фриск. — Чару тоже стоит отвлечь… но чем? Она, похоже, даже и не слушает… Фриск наносит удар, Чара не успевает увернуться. Из раны начинает сочиться та же едкая жидкость. — А может, справлюсь и без этого. Во всяком случае, исход близок, судя по снижению её концентрации… Однако и действия Фриска всё более неуклюжи. Лепту вносит как усталость, так и смрад лютиков, почти что буквально выжигающий его глаза. Несколько последующих минут не показались безболезненными обоим. Обе стороны не раз попадали под вражеские атаки. — Ну так что, Партнёр, нравится моя кровь? — злорадно спросил демон — Ну… не совсем… Пары от твоей «крови» мешают мне смотреть… — Грубовато, — Чара приняла свой обычный облик и пожала плечами. — Мне казалось, что именно кровопролития ты и желал. — …на твои ласкаемые ветром волосы, что придавали мне решимости во всяком геноциде. — Опять за старое, да, Партнёр? Чего ты хочешь добиться этим жалким и весьма неудачным комплиментом? Вызвать у меня смущение? Растрогать? Вспомни, кто есть я, а кто — ты. Я вижу тебя насквозь. — Ну, попытка не пытка, — подумал Фриск, — можно попробовать напомнить ей об Азриэле. — Ты действительно прекрасна, Чара, серьёзно, — продолжил Фриск. — Хотел бы я тебя обнять, но, к сожалению, не в этой жизни. Я превратил тебя в настоящего монстра, я же и обязан вернуть тебе покой. — Хех, тогда удачи! — со смехом в голосе проговорила Чара и направила на противника еще десяток ножей. Фриск успешно увернулся. — Но что бы подумал ОН? Я чувствую вину перед ним. Азриэль явно был бы… — НЕ СМЕЙ УПОМИНАТЬ ЕГО ИМЯ! — громом раздался яростный возглас демона, — Умри молча. Всё пошло по плану. В порыве ярости демон беспорядочно разбрасывается заклинаниями и ножами, тратя при этом кучу своих сил. Единственной проблемой оставалось огромное количество острых предметов и хаотичных ударов, от которых уворачиваться становится всё сложнее. Тем не менее, Фриск с переменным успехом уворачивается от них, время от времени подразнивая противника. Наконец, демон выдохся. Тяжело дыша, Чара начинает готовить некое мощное заклинание. Вот этот момент! Именно сейчас необходимо нанести удар! Быстрый, точный и безжалостный! Несмотря на то, что Фриск уже почти утерял зрение, он полон решимости закончить начатое. Удар! Едкий запах стал еще резче, значит он попал точно в цель. Чара пошатнулась, держась за длинный разрез на животе, из которого хлещет темная жидкость. Демон издал некое подобие смешка, начал харкать «кровью», захрипел и упал. Фриск молча подошёл к едва живому телу, дабы добить противника. Бросив максимально хладнокровный взгляд, он замахнулся. — Молодец, Партнёр, — послышался голос демона, однако её тело всего лишь молча, сквозь боль, выдавило улыбку, — Ты действительно лучший. Ты не простой инструмент, я осознала это слишком поздно. Очень хочется верить, что мы будем вместе всегда. Человек молча наносит последний удар — демон мертв. Пока половина души распадается на молекулы, Фриск думает, что же делать дальше. — Тут есть кто-то ещё… или мне тогда показалось? — подумал он, пытаясь вглядеться в пустоту. После, казалось бы, тихого и безмятежного распада последняя частица произвела мощнейший взрыв, освободив огромное количество решимости. Конечно же, Фриск был задет волной. По цепной реакции и его половина души была уничтожена. — Самоликвидация, хм… логически ожидаемый, но теоретически маловероятный исход, — заметил Гастер. — И опять моё сознание живо… хм… Всё же происходит нечто необычное… Но что же? Неужели это временной откат? Слишком долгий… и мощный, что-ли? Интересно… Остается надеяться, что я получу второй шанс…