Часть 3

Глава 3: Тень новой фаворитки и яд интриг 1. Интрига Селесты: Разделяй и властвуй Селеста Трови сидела в чайном салоне дворца, окруженная фрейлинами Императрицы. Лаура Таритал и другие дамы внимали каждому её слову. Селеста, будучи кузиной Навьер, знала все слабые места этой семьи, и сейчас она аккуратно вливала яд в их уши. — Ах, бедная Навьер... — вздохнула Селеста, помешивая чай серебряной ложечкой. — Видеть, как Его Величество проводит ночи с этой... как её... Аделиной? Семнадцать лет, ни капли воспитания, просто рабыня из лесов. Это такое унижение для нашей крови. — Это возмутительно! — вспыхнула Лаура. — Императрица страдает, а эта девка смеет улыбаться ему! Селеста бросила мимолетный взгляд на Розалию, которая сидела чуть поодаль, читая книгу по высшей магии. Розалия выглядела как богиня, сошедшая с небес — её изумрудное платье подчеркивало идеальную осанку. — Знаете, что самое печальное? — понизила голос Селеста. — Навьер так занята борьбой с этой маленькой рабыней, что совсем потеряла блеск. Посмотрите на Розалию Дарлингтон. Вот это — истинное величие. Говорят, даже Хейнли, принц Западного королевства, не может отвести от неё глаз. Навьер боится, что на фоне Розалии она выглядит... просто старой и холодной чиновницей. Фрейлины переглянулись. Зерно сомнения было посеяно. Они начали сравнивать свою «ледяную» госпожу с сияющей Розалией, и сравнение было не в пользу Навьер. 2. Ревность Императрицы Навьер Трови стояла на балконе, сжимая перила так сильно, что побелели костяшки пальцев. Она видела, как внизу, в саду, Совешу прогуливается с Аделиной — юной, смешливой девчонкой, которая смотрела на него с обожанием. «Еще одна рабыня... Очередное пятно на чести Империи», — думала Навьер. Но по-настоящему её пугала не Аделина. Её пугала Розалия. Вечером того же дня Навьер столкнулась с Розалией в коридоре. Розалия шла под руку с Адрианом, они о чем-то тихо переговаривались и смеялись. Когда они поравнялись с Императрицей, Розалия вежливо, но почти формально склонилась. — Ваше Величество, вы выглядите утомленной, — мягко сказала Розалия. В её голосе не было издевки, только вежливое участие, которое бесило Навьер сильнее любого оскорбления. — Политический кризис и... личные неурядицы, должно быть, очень изматывают. — Герцогиня Дарлингтон, занимайтесь своими делами, — холодно отрезала Навьер. — Ваше внезапное появление в столице и так создало слишком много шума. — Шум создают те, кому есть что скрывать, — вставил Адриан, его голубые глаза блеснули льдом. — Мы же открыты миру. Кстати, Навьер, Кошар всё еще не научился контролировать свой гнев? Говорят, он напугал юную Аделину. Некрасиво для великого дворянина — обижать слабых. Хотя... вам к этому не привыкать, верно? Навьер промолчала, но внутри неё всё кипело. Она ненавидела Розалию за её красоту, за её свободу и за то, что Адриан — талантливый стратег, которого она сама когда-то игнорировала — теперь защищает эту «чужачку» с такой преданностью. 3. Предвестники развода В кабинете Совешу всё чаще звучали споры. Император был очарован Аделиной, её молодостью и покорностью, но в то же время его тянуло к Розалии. Однако Розалия была для него недоступна — статус Дарлингтонов и тень Адриана создавали непробиваемую стену. — Я разведусь с ней, — бросил Совешу в лицо Элги, который только подливал масла в огонь. — Навьер слишком холодна. Она не дает мне наследника и только попрекает Аделиной. Я сделаю Аделину императрицей на год, а потом... найду ту, кто достоин этого трона по-настоящему. Элги хитро улыбнулся. Всё шло по плану. Он уже отправил письмо Хейнли: «Восточная Империя трещит по швам. Императрица скоро будет свободна, но берегись — здесь появилась женщина, которая может затмить солнце».