Глава 8. Карты

      Солнце стояла в зените, но камера была в полутьме. Это нисколько не мешало читать эмиссару книгу, что принесла Женевьева. За окном кипела жизнь, а здесь царила полнейшая тишина, нарушаемая лишь мерным дыханием пленника. Он водил пальцем по страницам, впитывая каждое слово.       «Интересно, почему она принесла именно это? — думал про себя пленник, — Это что-то значит?»       История повествовала о некой лучнице, что потеряла родителей и вынуждена выкупить младшую сестру из работного дома. Она так сосредоточена на своем долге, что не замечает как оказывается впутанной в политические интриги между враждующими королевствами, где принц — загадочный охотник решающийся помочь ей охотиться в неизведанных землях.       «Это этакий крик о помощи, что ей тоже нужна любовь? Или же она просто принесла книгу, потому что ничего другого найти не смогла? Какая же вы загадочная, леди Эрхарт».       — Пс, пленник.       Эмиссар удивленно посмотрел на дверь. Давненько он не видел заносчивого капитана кавалерии, как впрочем, и действующую леди-протектора. Пленник прекрасно понимал, что сейчас — при свете дня — она бы вряд ли могла прийти. А вот капитан кавалерии был здесь впервые.       — Скучаешь? — на лице просияла широчайшая улыбка.       — Есть повод для веселья? — поинтересовался эмиссар, поднимаясь с места. Он размял затекшие плечи и накрыл одеялом книгу. Не хотелось ему проблем для Женевьевы.       — Я думал, быть может, ты составишь мне компанию? — тот вытащил колоду карт, демонстративно, словно шулер мешая их.       — Это стандартная практика для заключенных?       — Так ты вроде уже без наручников, — оглянул его капитан.       — Что это значит?       — А у нас уровень преступности ноль.       Эмиссар скрестил руки на груди. Он не поверил.       — Ой, да брось ты, — отмахнулся Корин, — может у нас и нет разбойников и убийц в широком смысле слова, но зато есть алкоголики и должники.       — Очаровательно.       Капитан немного потоптался на месте. Он стоял на пороге камеры, как бы оценивая, стоит ли игра свеч. Но все же сделал шаг вперед:       — Я, к слову, Корин Блэквуд. Капитан кава… — он протянул руку эмиссару. Тот её крепко пожал в ответ.       — А, тот самый приемный сын рода Блэквудов? — насмешливо произнес эмиссар, — наслышан, наслышан.       Корин скривил губы:       — И как это понимать?       — Да так. Никак, — ответил уклончиво эмиссар.       — Так ты принимаешь мое приглашение?       — А в какую из двух категорий ты меня занесешь после?       — Зависит от того, насколько хорошо ты играешь, — подмигнул капитан.       — Тогда милости прошу, — эмиссар склонил голову.       Капитан с широкой улыбкой присел рядом и вытащил из сумки бутылку вина.       — Не рановато для алкоголя? Рабочий день в самом разгаре, — эмиссар кивнул в сторону окна.       — Ты прям как Женевьева. Корин, еще слишком рано для того чтобы пить. Корин, нет, мы не можем играть в карты на деньги. Скукота, да и только.       — Могу предположить, что кому-то просто не нравится быть под руководством женщины.       Корин закатил глаза:       — Женевьева — не просто женщина. Она — ходячий свод правил и законов. Дело вовсе не в том, что она ходит в юбке. Дело в ее воспитании, — капитан плюхнулся на пол. Откупорил бутылку, налил жидкость в стакан.       — Будешь?       — Я вижу, что ты делаешь.       — И что же?       — Провоцируешь меня, чтоб я снял маску, — эмиссар постучал по металлу.       — Что? Нет, конечно, — Корин наигранно отмахнулся, — я что, буду пить один?       — Видимо так.       Корин прищурившись посмотрел в прорези маски эмиссара.       — И не утомляет вечно быть в ней?       — Со временем привыкаешь.       — И давно ты в ней?       — Лет 5-6… Уже и не помню.       Капитан кавалерии присвистнул.       — Ваша преданность Северному Союзу это что-то.       Эмиссар дернул плечом. Постучал пальцами по деревянному полу:       — Ты раздаешь?       — На что-то играть будем? — глаза Корина тут же загорелись азартом.       — Мне нечего ставить.       — А это? — Корин тыкнул пальцем в маску.       — Это принципы.       — А не пошло бы оно все к черту?       — Капитан, вы меня удивляете.       — Ну серьёзно. Твоя жизнь от этого не станет ни хуже, ни лучше. Так зачем себя мучить этим куском металла?       Эмиссар ничего не ответил. Он лишь посмотрел в окно, через прутья которого было видно бескрайнее голубое небо. Где-то в дали пели птицы. Заметив что эмиссар замолк, Корин сделал большой глоток. И шумом поставил кружку на пол.       — Чем ты здесь вообще занимаешься? — капитан огляделся по сторонам. Матрас на полу, небрежно скомканное одеяло, валяющаяся подушка где-то в углу импровизированной кровати.       — Думаю и смотрю, — отозвался, пожав плечами Эмиссар.       — Смотришь? На что? Здесь же вообще ничего нет! — Корин обеспокоенно глянул на пленника, словно тот был психом.       — Окно, мистер капитан, окно. Я так часто торопился жить, что никогда не останавливался просто насладиться тем, что меня окружает, - он поднялся с пола и подошёл к источнику света, — ваш город очень отличается от Кристальных пустошей. Здесь я словно…       Корин внимательно слушал, не перебивал. Ему правда было интересно услышать мысли эмиссара. Не потому что он враг или знает что-то, что могло бы прояснить ситуацию относительно организации Северного союза. Корину был симпатичен эмиссар, потому что он и сам для Стонхейвен был чужим.       — Дом?       Эмиссар сжал руку в кулаке, да так что хрустнули пальцы. А после разжал её, словно совладав с внезапным приступом агрессии. Он шумно выдохнул и произнес с печалью в голосе:       — Лучше слова и не подобрать.       — Хорошо, я понял, что ты не хочешь играть на маску. Но можно обсудить другие варианты ставок, - Корин обновил выпивку в стакане. Он внимательно посмотрел в стакан, словно увидел там что-то лишнее. Сначала на лице отобразилась брезгливость, а после пожал плечом и осушил его.       — Ты не можешь играть просто для того чтобы играть?       — Профессиональная деформация. Для всего нужен смысл.       Эмиссар усмехнулся. Он глянул на Корина, который с жадностью осушал очередной стакан.       — Хорошо. Тогда я сыграю с тобой.       — На что?       — На то, что ты целый месяц не будешь пить в рабочее время.       — Мистер эмиссар — вы зануда.       — Так ты принимаешь ставку?       — Зачем тебе оно надо? — Корин вглядывается в стакан.       Эмиссар глянул на свою постель, где в ворохе тканей была книга действующей леди-протектор. Он делал это вовсе не для себя, а для неё. Её внешний вид, тихий, вкрадчивый голос. Эмиссар догадывался насколько тяжело работать с такими людьми, как Корин. Ему захотелось сделать жизнь Ветрокрылой сделать чуточку легче.