Глава 31. Декабрь 2014 — «Новый год для пятерых, или Итоги большого марафона»

Декабрь 2014 года вступил в свои права морозным скрипом снега под окнами и предновогодней суетой, охватившей всю Москву. Но в квартире №32 подготовка к главному празднику года больше напоминала секретную инженерную операцию на режимном объекте. В центре гостиной возвышалась пушистая искусственная ёлка, которую Веник извлек из кладовой с видом главного пиротехника страны. К этому моменту Сонечке исполнилось уже три года и семь месяцев — возраст, когда ребенок превращается в неукротимую исследовательскую станцию с повышенным интересом к гравитации, вертикальным поверхностям и блестящим предметам. Веник подошел к делу установки новогоднего дерева с абсолютной, железобетонной научной строгостью. Разложив на диване чертежи, линейку и калькулятор, он перед началом сборки провел расчеты сопротивления материалов и центра тяжести. — Так, Даш, смотри, — с серьезным видом ученого вещал Веник, прищурившись на пушистые ветви. — Если коэффициент импульсивного воздействия Сони на ствол ёлки превысит критические три ньютона, вектор падения будет направлен строго на журнальный столик. Следовательно, острая фаза опрокидывания неизбежна, если мы не примем контрмеры. Не дожидаясь ответа, Веник закрепил основание ёлки массивными строительными хомутами, привязал её незаметными лесками к тяжелому чугунному радиатору отопления и дополнительно зафиксировал основание стопкой старых советских энциклопедий по физике. Теперь дерево стояло намертво — сдвинуть его с места не смог бы даже взрослый мужчина, не говоря уже о трехлетнем исследователе. Следующим этапом шел выбор елочных игрушек. Ни о каких хрупких стеклянных шарах из бабушкиного серванта не могло быть и речи — это противоречило всем протоколам безопасности молодой семьи. Веник открыл коробку, где лежа исключительно небьющийся пластиковый арсенал: ярко-красные глянцевые сферы, легкие серебряные сосульки и небьющиеся звездочки из прочного полимера. Каждая игрушка крепилась к веткам с помощью двойного узла из прочной капроновой нити. Сонечка сидела рядом на ковре, задрав голову вверх, и с легким скепсисом наблюдала за папиными манипуляциями. Поедая печенье, она критически оценивала суету отца. — Пап, а где стеклянные шишки? Которые звенят? — деловито поинтересовалась Соня, указывая пальцем на пластмассовый шарик. — Это некрасиво. Это как пластмассовые конфеты — фантик есть, а внутри пусто. — Это, Соня, называется «безопасность жизнедеятельности», — с гордостью пояснил Веник, поправляя очки. — Эти шары выдерживают прямое попадание мяча, удар пластиковым совком и даже попытку попробовать их на зуб. В нашей текущей конфигурации семьи эстетика уступает место баллистической устойчивости. Даша, проходя мимо с сопящей на руках Лизой, лишь улыбнулась, наблюдая эту картину. Ёлка действительно получилась на славу: монолитная, безопасная и невероятно аккуратная. Квартира №32 официально открывала обратный отсчет до своего первого Нового года в составе из пяти человек. Пока Веник завершал последние расчеты по баллистической устойчивости новогодней ёлки, в спальне разворачивалась своя, не менее масштабная операция — эстетическая. Декабрь стремительно набирал обороты, и до главного праздника оставались считаные дни, а пятимесячным Лизе и Диане срочно требовалось придать праздничный и максимально умилительный вид. Даша заранее заказала в интернет-магазине два одинаковых миниатюрных костюмчика маленьких Санта-Клаусов. Мягкий красный флис, белая пушистая опушка на воротниках и крошечные черные пояски с золотистыми пряжками превращали младенцев в две абсолютно сказочные открытки. — Так, девочки, не шевелимся, — с улыбкой шептала Даша, пытаясь аккуратно просунуть крошечные ручки Лизы в рукава праздничного комбинезона. — Мама должна успеть застегнуть все кнопки до того, как вы решите объявить всеобщую забастовку. Диана, облаченная в точно такой же костюмчик, лежала на пеленальном столике рядом и с философским спокойствием разглядывала собственный красный колпачок с помпоном, который упорно сползал ей на нос. В эпицентре этого текстильного процесса активно «помогала» трехлетняя Сонечка. Обладая шилом в одном месте и грандиозными организаторскими способностями, она инспектировала каждый элемент новогоднего гардероба. Соня бегала вокруг пеленального столика с мотком блестящей серебряной мишуры наперевес. Заметив, что её любимый плюшевый медведь — тот самый, который месяц назад пережил «осенний контуринг» винной помадой — сидит в углу дивана совершенно непраздничным и хмурым, Сонечка решила исправить эту историческую несправедливость. Она подбежала к игрушке, ловко обмотала шею зверя пушистой мишурой в три слоя, а сзади попыталась зафиксировать длинный хвост из «дождика», завязав его узлом на медвежьем хвосте. Соня отошла на шаг назад, прищурила правый глаз, оценивая композицию, и громко, на всю комнату, отрапортовала: — Мама, смотри! Миська — тозе ёлка! У него теперича лапки сверкают и хвост парадный! Разве не ка-а-сиво? Даша, удержавшись от того, чтобы рассмеяться в голос и разбудить Лизу, повернулась к старшей дочке. Медведь действительно выглядел комично: обмотанный серебром, с сияющей гирляндой наперевес, он походил на растерянного лесного жителя, попавшего в эпицентр новогоднего корпоратива. — Очень красиво, Сонечка, просто шедевр дизайнерской мысли, — похвалила дочку Даша, застегивая последнюю кнопочку на костюмчике Лизы. — Теперь у нас не просто квартира, а филиал резиденции Деда Мороза. Две маленькие «санта-клаусовские» копии лежали теперь рядом, тихонько посапывая и согревая комнату своим крошечным теплом. Соня гордо уселась рядом с медведем-елкой, ожидая прихода папы, чтобы продемонстрировать ему результаты всеобщего новогоднего преображения. Декабрь в столице традиционно вступал в свои права под знаком тотального безумия, пробок и предновогодней лихорадки. Для Маши это время года давно превратилось в профессиональный звездный час. В её уютном кабинете-студии в центре Москвы не было ни одной свободной минуты: расписание клиентов было расписано по секундам, а телефон разрывался от звонков с просьбами срочно спасти чей-то корпоратив, новогоднюю фотосессию или праздничный эфир. Столичный бомонд и рядовые модницы единогласно решили, что встречать наступающий 2015 год они будут исключительно с авторским макияжем от Маши Васнецовой. Сама Маша держалась на чистом энтузиазме, литрах крепкого кофе и железобетонной уверенности в собственных силах. Её верная подержанная «ласточка» к середине декабря превратилась в настоящий мобильный склад бьюти-индустрии. Багажник и заднее сиденье малолитражки были под завязку забиты картонными коробками со спонжами премиум-класса, профессиональными палетками теней, банками рассыпчатых блесков, килограммами искусственных ресниц и, конечно же, новогодними подарками для племянниц — огромными коробками с куклами, развивающими играми и праздничными наборами. Утром этого морозного дня Маша вихрем влетела на парковку у своего салона, лихо припарковала машину впритык к сугробу и, едва захлопнув дверь, схватила телефон, одновременно пытаясь удержать подмышкой увесистый пакет с косметикой. — Да, алло! Студия на связи! — весело, но с нотками деловой строгости вещала она на ходу. — Нет, на тридцать первое декабря свободных окон физически нет, разве что в шесть утра, если вы готовы ради идеального смоки-айс пожертвовать сном! Всё, лечу на съемочную площадку, у меня через двадцать минут невеста сгорает! Она чувствовала себя одновременно генералом армии и рок-звездой на гастролях. Пусть на часах было всего восемь утра, на улице трещал декабрьский мороз, а под глазами из-за хронического недосыпа залегли тени (которые она, впрочем, замаскировала за две минуты фирменным консилером), Маша была на вершине успеха. Её бизнес на колесах работал как швейцарские часы, доказывая всем скептикам, что бьюти-директор Васнецова способна покорить любую высоту, даже если для этого приходится возить с собой половину ассортимента косметического магазина. За два дня до Нового года суматоха достигла своего апогея. В квартире №32 витал аромат еловой хвои, смешанный с запахами предпраздничной готовки, когда дверь распахнулась, и в гостиную вихрем ворвалась Маша. Она не просто пришла — она совершила триумфальное вторжение, втащив за собой огромную, ярко раскрашенную коробку. — Торжественный момент! — объявила она, с грохотом ставя подарок посреди комнаты. — Сонечка, принимай стратегический объект: интерактивная кухня с подсветкой, звуком кипящей воды и съемными конфорками! Последняя модель в линейке, между прочим. Соня, забыв про все свои важные дела, мгновенно окружила коробку, помогая тете распаковывать подарок. Пока Даша возилась на кухне с нарезкой оливье, Маша присела рядом с племянницей на диван, вытянулась, с удовольствием потягивая чай, и посмотрела на Сонечку с таким выражением, будто та была её лучшей деловой партнершей. — Слушай, Соня, ты даже не представляешь, какой был год, — задумчиво начала Маша, переходя на доверительный тон. — Вот представь: ноябрь был просто провальным, один этот штраф ГИБДД чего стоил! Я уже думала, что всё — карьера визажиста пойдет под откос. А декабрь? Этот декабрь просто перекрыл все убытки! Клиентки встали в очередь, корпоративы идут один за другим. Я поняла: в следующем году я точно расширяю бизнес. Сниму кабинет побольше, найму помощницу, буду настоящим боссом, а не просто "девушкой с кисточками". Маша воодушевленно размахивала руками, рисуя в воздухе контуры будущей бизнес-империи. Соня, уже успевшая собрать кухню, деловито крутила пластмассовые ручки плиты, изображая процесс приготовления чего-то невероятно сложного. Она подняла глаза на тетю, внимательно выслушала тираду о доходах, расходах и расширении штата, и кивнула с видом эксперта, который понимает ситуацию лучше всех. — Да, Маса! — подтвердила Соня, энергично щелкнув переключателем на игрушечной плите. — Кабинет — биби, ням-ням! Маша расхохоталась, подхватила племянницу на руки и поцеловала её в щеку. — Золотые слова, партнер! Кабинет будет и "биби", и "ням-ням", и всё, что захочешь. Мы с тобой в следующем году еще всем покажем, как надо вести дела, правда? Даша, наблюдая за ними из кухни, улыбнулась. Пусть Маша и Соня говорили на своих, только им понятных языках — одна про бизнес-стратегии, другая про игрушечную плиту — в их маленьком "девичнике" под звуки нарезаемого оливье было столько искреннего, уютного предчувствия перемен, что на душе становилось по-настоящему светло. Большой марафон 2014 года подходил к концу, оставляя героев на пороге чего-то нового и очень важного. Днем 31 декабря во дворе дома царила поистине сказочная атмосфера. Жильцы решили не дожидаться боя курантов и устроили небольшое предпраздничное поздравление прямо у центрального подъезда, где силами энтузиастов была наряжена большая пушистая ёлка. Воздух падал хлопьями пушистого снега, пахло хвоей, мандаринами и бенгальскими огнями, которые кто-то уже осторожно зажигал в стороне. Даша и Веник выкатили двойную коляску со спящими в теплых конвертах Лизой и Дианой, кутаясь в пуховики. Возле праздничного дерева уже вовсю кипела жизнь. Там они столкнулись с Ириной Якушевой и её трёхлетним сыном Игорем. Маленький Игорь, наряженный в смешной пушистый новогодний колпак с помпоном, весело и беззаботно носился вокруг ёлки наперегонки с Сонечкой, которая тоже успела нацепить праздничный ободок с оленьими рожками. Дети хохотали, поднимая тучи искрящегося снега, и за этой картиной было невозможно наблюдать без улыбки. Ира стояла чуть в стороне, держа в руках стаканчик с горячим чаем из термоса. Заметив Дашу и Веника, она слегка замерла, но тут же мягко улыбнулась. Этот Новый год был для нее особенным — первым за много лет, который она встречала в новом статусе матери-одиночки и независимой хозяйки собственной жизни. В её взгляде читалась легкая тень пережитого за год напряжения, но теперь в нем было куда больше свободы и уверенности. Даша подошла ближе, чувствуя, как крепнет их новое, выстраданное соседское тепло. Она достала из кармана элегантную подарочную коробочку, перевязанную серебряной лентой , — фирменный новогодний бьюти-набор от Маши, к которому прилагалась открытка с теплыми пожеланиями счастья в новом доме и новом году. — Ира, это тебе. От нас с Машей, — тепло произнесла Даша, протягивая подарок. — С наступающим. Пусть этот год принесет тебе только спокойствие и радость. Ирина опешила. Она замерла с открыткой в руках, глядя на красивую упаковку и искренние, добрые глаза Даши. Впервые за много лет — со времен тех самых глупых школьных стычек, взаимных шпилек в её душе не осталось ни единой крошки старой обиды. Всё это рухнуло, сгорело в огне уходящего года, уступив место простой и чистой женской солидарности. Якушева тихо выдохнула, отставила стаканчик на лавочку, шагнула вперед и крепко, по-настоящему искренне обняла Дашу. — Спасибо, Васнецова, — шепнула она ей на ухо, сдерживая подступающие к глазам слезы. — Вы... вы классные соседи. Правда. С Новым годом! Веник галантно приподнял шапку, поздравляя соседку, а в это время неподалеку Соня с Игорем подбежали к ёлке и громко закричали, требуя, чтобы взрослые немедленно присоединились к хороводу. Школьные годы, давние претензии и детские споры окончательно остались в прошлом, растворившись в морозном воздухе Москвы, а впереди их всех ждал самый лучший, семейный и долгожданный праздник. За пару часов до полночи, когда в квартире №32 уже вовсю шуршала оберточная бумага и доносился умопомрачительный аромат мандаринов, Веник подозвал Дашу к окну. Лицо его светилось смесью гордости и профессионального облегчения. — Даш, у меня для тебя лучший новогодний бонус, — с улыбкой произнес он, протягивая распечатку с официальным уведомлением. — Только что скинули приказ по бюро. Мой проект вентиляционных систем для промышленного комплекса утвердили на высшем уровне! Дали крупную годовую премию. Даша ахнула, прикрыв рот ладонью. Веник подхватил её за руки и закружил посреди комнаты. Страшная, давящая ипотека за квартиру №32, которая казалась неподъемной горой в начале года, теперь, с учетом этой премии и стабильных подработок, уже не пугала. Они справились. Они закрепились в этом доме намертво. Праздничный вечер продолжился по видеосвязи. На экране ноутбука, установленного на журнальном столике, зашумела большая родственная компания. Сначала на связь вышли Папа и Людмила Сергеевна — вместе с ними в кадре махали руками маленький Саша и Пуговка, передавая приветы и зачитывая шуточные стихи собственного сочинения. Едва они отключились, как зазвонил Скайп из заснеженной Моравии: на экране появилась Галина Сергеевна. Окутанная европейским зимним шарфом, она уверенно и сдержанно поздравила всех с наступающим, пожелав семейству Васильевых инженерной стабильности и гармонии. К моменту, когда до боя курантов оставались считанные минуты, стихия детского баловства окончательно исчерпала ресурсы юных обитателей. Пятимесячные близняшки Диана и Лиза уже мирно и сладко сопели в своих кроватках, убаюканные мягким светом гирлянд. А трехлетняя Сонечка, честно пытавшаяся дождаться полночи и поздравить президента, сдалась на последней минуте — она крепко заснула прямо на новом диване, свернувшись калачиком в обнимку со своим наряженным мишурой медведем. Квартира погрузилась в удивительную, звенящую тишину, наполненную лишь мерцанием разноцветных огней на инженерно закрепленной ёлке. Веник и Даша остались вдвоём в праздничной гостиной. Спасская башня на экране телевизора начала отбивать последние секунды уходящего года. Под торжественный бой курантов Веник бережно обнял Дашу за плечи, прижал к себе и крепко поцеловал в макушку. — Спасибо тебе, моя родная, — тихо и искренне шепнул он сквозь раскатистый звон бокалов. — За этот безумный, невероятный, полный сюрпризов... но самый счастливый 2014 год в нашей жизни. Мы сделали это. Даша улыбнулась сквозь подступающие к глазам слезы счастья. Она прижалась щекой к теплому свитеру мужа, чувствуя надежность его рук, и бросила ласковый взгляд на кроватки спящих дочерей и мирно посапывающую Соню. Грандиозный марафон остался позади. Впереди лежало чистое, светлое будущее, а их дом был наполнен подлинной, выстраданной любовью.