Глава 27. Обратно в Лондон

      Отъезд из Хогвартса, к счастью, прошел без каких-либо инцидентов. Поезд отправился вовремя и Гарри занял одно купе вместе с Гермионой и Невиллом. Рон к ним не присоединился, так и не снизойдя до того, чтобы простить его неизвестно за что.       Даже близнецы синхронно пожимали плечами, не понимая мировоззрения своего младшего брата. Их лично все устраивало и менять своего отношения к Поттеру они не собирались, хотя они и выразили небольшие сожаления о том, что он не приедет к ним в гости этим летом.       Вместе с тем Фред (или Джордж) заговорщицки подмигнул Гарри, напоминая о том, что они теперь совершеннолетние и, если его родственники снова устроят что-то подобное тому, что было два года назад… Что ж, у них в запасе много шуточных товаров, которые они желали бы на ком-то опробовать.       Гарри лишь чуть улыбнулся, когда Гермиона начала активно выражать свой протест подобным идеям со стороны близнецов, но сам ничего не ответил о том, что в его планы не входило проводить это или какое-либо следующее лето в доме родственников. Ни к чему продолжать нежеланное сожительство без каких-либо причин.       Его взгляд перешел на окно, за которым проносилась какая-то местность, а его рука бессознательно коснулась металлической броши в виде льва (Гарри получил ее в старом Хогвартсе, но, вернувшись, уже не носил). Он многому научился за этот год и еще больше ему предстояло узнать. Пока же он должен испытать свою способность жить вне безопасных стен замка.

***

      Альбус стоял возле окна в своем кабинете и смотрел в сторону, где, он знал, уходил в Лондон поезд, увозя с собой юного Поттера. Его губы чуть поджались в недовольстве, когда он обдумывал события этого года и те изменения, которые произошли в мальчишке после того, как тот пропал во временном коридоре на несколько недель.       Альбусу так и не удалось выяснить, куда именно попал подросток в своих скитаниях. Исследования ничего не давали, а Поттер не спешил делиться историями с однокурсниками даже после того, как их отношение к нему стало более ровным и терпимым.       Зелья тоже не помогли сделать мальчишку более откровенным и разговорчивым по причине того, что тот с поразительной точностью (что не могло быть просто случайностью или удачей) игнорировал любые напитки за столом, стоило Альбусу только поместить снадобье в его кубок. Ни зелье доверия, ни то, что побуждает к тому, чтобы делиться секретами, ни даже приворотное так и не коснулись губ Поттера.       Попытка же лично разговорить подростка или просканировать его разум также провалилась. Поттер держался с ним вежливо, однако словно бы настороженно, не приняв никаких угощений и отказавшись от чая. И единственное, что оставалось Альбусу, это слушать рассказы учителей и анализировать то, с чем мальчишка вернулся из своего путешествия.       Наибольшее внимание привлекало кольцо, которое тот продолжал носить несмотря на то, что змеиную символику откровенно не жаловали на гриффиндоре. На вопрос Альбуса о появлении у него этого несвойственного для его факультета украшения Поттер ответил лишь то, что перстень был подарком его наставника, который учил его в его путешествии в прошлое. И если ему не разрешили носить меч, как гриффиндорцу, то он оставил при себе то, что было допустимее с точки зрения школьной формы учеников.       Дамблдор подозревал, что кольцо и было причиной того, что мальчишка стал избегать всего, в чем оказывались подмешаны любые зелья. Это было разумным предположением и в конечном итоге ему пришлось отказаться от попыток опоить Поттера, пока на нем кольцо.       Попытка же подосланного эльфа подменить перстень на похожий, но не обладающий никакими свойствами определителя, в одну из ночей также не увенчалась успехом. Кто бы ни дал подростку это украшение, он привязал то к его магии, сделав неотторжимым без добровольного согласия.       Все это вызывало определенное беспокойство, но все же Альбус пока не переживал слишком сильно. По крайней мере ничего существенного, к счастью, не изменилось. Да, Поттер стал пытаться показывать характер, но глобально он все еще был повязан по рукам и ногам магическими контрактами, которые позволяли Дамблдору контролировать его и направлять в рамках своих планов. Все же подросток не мог покинуть Хогвартс без его позволения и не мог отказаться от Турнира из-за Кубка.       С другой стороны, то, что мальчишка стал менее управляемым и ведомым, было тревожным звоночком. И пусть возрождение Тома прошло согласно плану, тот все же оказал существенное влияние на конечный результат. Поттер не схлестнулся в пикировке с Корнелиусом, как было запланировано, он даже ему не заявил однозначно, что видел возрождение именно Темного Лорда.       Когда же Альбус направился в министерство, чтобы прощупать лояльных к тому, чтобы поверить в произошедшее, сторонников, он обнаружил, что аврорат уже в курсе случившегося и усиленно ищет место ритуала и следы проведшего его Петтигрю. Они надеялись найти на месте событий его кровь, чтобы затем установить его местонахождение и задержать для подробного допроса.       На его слова о возрождении Тома и о том, что они должны готовиться сомкнуть ряды, чтобы противостоять великой Тьме, несколько слушавших его магов заявили, что они не нуждаются в пересказе чужих свидетельских показаний. Им нужны были факты, а представить таковых Альбус не смог. Идти же за ним во имя идеи и Света никто не спешил.       Из всего этого он сделал неприятный для себя вывод о том, что Поттер оказался достаточно самостоятельным и осведомленным, чтобы выйти на аврорат напрямую, без чьего-либо посредничества или покровительства. При том, что до этого Альбус тщательно ограждал героя от знаний о том, что нечто подобное существует в их мире и что туда можно обратиться. Должно быть, это Скиттер спутала ему все планы на этот счет. Чертова журналистка…       Ну да ладно, на свершившееся возрождение Тома и грядущее наступление Тьмы это не должно было сильно повлиять. Он умел прятаться сам и прятать своих сторонников. А может, если повезет, он уже и сам прикончил Петтигрю. Это было бы вполне в его стиле, все же Поттер смог сбежать от него в тот момент, когда крыса должна была за ним следить.       Куда больше Альбуса сейчас беспокоили воспоминания о том, как он обсуждал с мальчишкой летние каникулы в связи с возрождением Темного Лорда. Он битый час вещал ему об опасности Тома и его сторонников, о его одержимости им и о кровной защите Лили, которая оберегала Поттера.       Все это он делал для того, чтобы подросток отправился к магглам и находился в их доме, где он мог бы попробовать наладить контроль над ним. Однако у Альбуса (пусть он и не мог полноценно читать мальчишку) сложилось впечатление, что тот, выслушав его, остался при каком-то своем мнении, узнать которое у него не получилось.       Радовало лишь то, что, будучи несовершеннолетним, Поттер был легко отслеживаем по своей палочке. Да и не только по ней.

***

      Хогвартс-экспресс прибыл в Лондон около двух часов дня и Гарри, пожалуй, как никогда был рад тому, что обратная дорога занимала на порядок меньше времени, чем в замок. Парадокс этой пространственной аномалии тоже был по-своему любопытен, но на его исследование у него не было времени.       Выйдя из поезда, он попрощался с друзьями и потащил к разделительной арке свой чемодан и пустую птичью клетку (Букля пару дней назад улетела с письмом Сириусу и еще не вернулась). Можно было, конечно, убрать все это в тайник под пряжкой, но Гарри не хотел привлекать внимание к его существованию. В конце концов, выглядело бы странно, если бы он ехал из школы без вещей.       Подойдя к разделительному барьеру, открывающему выход на маггловский вокзал, он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Ему предстояло первое испытание этих каникул – встреча с Дурслями. Теми, кого он не мог предупредить о своих изменившихся планах по причине того, что они бы взбесились, попробуй он только подумать о том, чтобы послать им сову с сообщением.       Сделав несколько дыхательных упражнений Когтевран, Гарри все же шагнул в арку и оказался в толпе пассажиров на Кингс-Кросс. Его появление прямо из стены, как и всегда, осталось незамеченным магглами. Он полагал, что вокруг прохода были наложены какие-то дополнительные чары отвода глаз или что-то подобное, благодаря которым аномалия все еще не привлекла внимание сотрудников вокзала и случайных свидетелей.       Дядя ждал его у выхода и, едва заметив, сразу стал выглядеть еще более недовольно, чем до этого.       - Пошевеливайся, мальчишка, – бросил он, стоило Гарри подойти хоть немного ближе. – У меня нет времени ждать тебя целый день.       Поттер счел за лучшее промолчать и пойти следом за родственником в сторону парковки. Там их ждали его тетя и кузен. Судя по следам мороженного на толстом лице Дадли, ранее именно оно стало взяткой, чтобы тот заехал с ними на вокзал, дабы встретить этого ненормального урода.       Дядя рывком открыл багажник и свирепо посмотрел на Гарри своими маленькими глазами.       - Живей грузи свои манатки и только попробуй оставить хоть царапину на моей машине, паршивец, и я тебе покажу, – прорычал он.       Гарри поместил вещи в багажник и посмотрел на дядю. Нужно было обсудить с родственниками ситуацию.       - Спасибо, что встретили меня, – произнес он осторожно, но вежливо и твердо, не отводя взгляда и не склоняя головы. – Но меня вызвали в наш банк, чтобы обсудить наследство родителей. Мне нужно съездить туда. Я сам смогу добраться до вашего дома чуть позже.       На виске дяди опасно запульсировала жилка.       - Тогда какого черта ты, паршивец, заставил меня ехать в Лондон? – прорычал он – Ты знаешь, сколько стоит бензин? А время? И как ты вообще собираешься ехать сам? Не думай, что получишь от нас хоть пенни на дорогу.       Гарри промолчал, позволяя дяде сбросить пар, прежде чем спокойно ответить.       - Я получил письмо о наследстве только вчера, – произнес он. – И я знаю, что вы были бы не рады, если бы я предупредил вас об изменении моих планов обычным для нас способом, поскольку иного у меня не было, – он подчеркнул тоном слово «нас» и заметил, как родственники чуть вздрогнули при этой мысли. – Что касается денег, то у меня есть достаточно фунтов, чтобы доехать до банка, а после я смогу поменять еще, – его губы изогнулись. – Я даже могу компенсировать вам ваши расходы на бензин, если вас это успокоит, дядя. У меня также есть определенные планы на это лето, но я предпочту обсудить их с вами вечером. Полагаю, мое предложение позволит нам прийти к договоренности, которая устроит и меня, и вас.       Дядя молчал, пожевывая губу, а его кулаки сжимались и разжимались, словно он не мог выбрать линию поведения. Но в конце концов желание сохранять хотя бы видимость пристойных отношений при свидетелях победило. Он захлопнул багажник.       - Если ты не явишься вечером, я сожгу всю эту дрянь и после этого можешь даже не пытаться возвращаться, понял? – прорычал он, прожигая Гарри взглядом своих маленьких глазок.       Поттер кивнул. Его устраивал такой расклад. Он так и так планировал провести в доме родственников максимум лишь эту ночь, а уже завтра и ноги его не будет на Тисовой улице. Во всяком случае он был готов сделать все, чтобы так оно и случилось.