Глава 48. Дуэль. Часть 1

      Ночью накануне дуэли Гриффиндора и Волан-де-Морта Гарри не мог уснуть. Слишком многое в ней стояло на кону, а в голове навязчиво крутились слова Трелони, пересказанные ему Невиллом – великая дуэль, что предопределит множество судеб.       Не добавляла ему спокойствия и новость о том, что он отправится на нее вместе с обоими Основателями, а значит впервые полноценно столкнется лицом к лицу с убийцей своих родителей, который пытался овладеть его телом. И даже мысль о выражении его лица, когда тот поймет, что сам Слизерин выступил на противоположной стороне, не сильно способствовала его расслабленности и хорошему настроению.       Поднявшись с поздним ноябрьским рассветом, Гарри оделся потеплее и вышел из башни, собираясь пробежаться по территории. Благо дождя не было, и погода в последнее время была хоть и морозной, но приятной. К счастью, по дороге он никого не встретил.       Во дворе он заметил Гриффиндора и замер в стороне, глядя на мужчину. Похоже, Основатель медитировал, а его магия почти видимо струилась вокруг. Гарри не стал отвлекать Мастера и, тихонько пробравшись мимо, побежал в сторону Черного озера, решив оббежать его пару раз.       Закончил он почти через час, перевыполнив свой изначальный план, и медленно направился обратно в школу. Нужно было вернуться в башню и собрать первокурсников на завтрак, некоторые из них все еще ходили одной группой и не чувствовали себя в замке уверенно.       Проходя мимо Основателя, Гарри заметил, что тот по-видимому тоже закончил утренний ритуал. Их взгляды встретились.       - Я слышал, в башне была дуэль, – произнес Гриффиндор и Гарри опустил голову.       - Да, Мастер, – ответил он. – Рон был расстроен тем, что он перестал быть старостой и что эта должность перешла мне. Он вызвал меня перед всем факультетом. Мне пришлось показать ему, что наши силы и навыки неравны, – он поднял взгляд. – Я хотел поговорить с вами об этом.       Гриффиндор кивнул и, сев на каменную скамью, указал на место рядом. Гарри опустился там и посмотрел на Основателя.       - Я много думал об этом, но мне не удалось найти иной способ поступить в тех обстоятельствах, – произнес он. – Лайнел и Ланц говорили о том, что демонстрация силы – допустимый инструмент для установки авторитета внутри Дома, но все же… Я опасаюсь, что это вызовет раскол и… Меня это тревожит, – он перевел взгляд на замок. – У меня была сложная история отношений с факультетом. Меня могли дружно выставлять напоказ другим или ненавидеть. Я не знаю, чего ожидать после этой внезапной дуэли. Кто-то, возможно, примкнет к Рону и назовет меня высокомерным предателем, которому давно место среди презренных змей. Это приведет к серьезному конфликту.       Гарри замолчал. Он чувствовал себя немного недостойно, жалуясь Основателю, но в глубине души понимал – у того куда больше опыта и его совет может оказаться ценным знанием. Да и, если проблема вылезет позже, тот не будет доволен, что его не поставили в известность раньше. В конце концов, это было одной из обязанностей ответственных за Дом – замечать подобное и, если нет возможности решить своими силами, докладывать выше.       - Возможно, однажды вам вернется эта дуэль, юноша, – произнес наконец Гриффиндор. – Однако, полагаю, она была оправдана в тот момент. Я сам поговорю с вызвавшим вас. Его эмоции и обида сейчас бурлят, нужно перенаправить их в иное русло. И, если он желает вернуть себе утраченный статус, пусть тренируется, чтобы победить вас в честном бою при свидетельстве всего Дома.       Гарри кивнул. Он был рад, что поговорил с Мастером о Роне, ему стало немного легче.

***

      Они уже возвращались в замок, когда сверху к ним неожиданно спустилась сова. Гарри принял от нее письмо, адресованное ему. Это оказалось сообщение от мадам Боунс, и оно было коротким.       «Мы нашли некроманта. Он готов взяться за дело, если у него будет хотя бы один фрагмент.»       - Что ж, радует, что этот мир еще не до конца пропал, – одобрительно кивнул Гриффиндор, прочитав письмо после него. – Надо сообщить Салазару, у него должен был остаться тот кусок, что он вытащил из вас. Насколько я знаю, он запечатал его в камне. Но сначала нужно позаботиться о дуэли.       Гарри задумчиво кивнул, пытаясь скрыть тот факт, что сильно нервничает. В этот момент ему пришла в голову мысль.       - Мастер, я хотел спросить по поводу дуэли, – произнес он и, получив кивок, продолжил: – Будем ли мы сообщать миру о ней и о ее результатах?       Гриффиндор чуть приподнял бровь.       - Желаешь что-то предложить?       Гарри, поколебавшись, кивнул.       - На самом деле, да. Я понимаю, что о возвращении Реддла не было сообщено, но мы не знаем, скольким своим сторонникам он успел подать знак и к чему приведет дальнейшая неопределенность. Поэтому, возможно, в случае вашей победы стоит объявить об этом. И, если честно, у меня есть знакомая журналистка, она оказала мне несколько довольно значимых услуг своим пером и связями за последний год. Она была бы счастлива сообщить о случившемся на всю Магическую Британию.       Гриффиндор чуть заметно усмехнулся.       - Услуги – это важно, на них держится и всегда держалось довольно многое. Что касается объявления, сперва нужно сделать дело. После того, как все закончится, можешь порадовать своего союзника своим рассказом и, возможно, даже воспоминаниями. Если, конечно, ты уверен в ее благонадежности и разумности, ибо информация может стать оружием не менее сильным и опасным, чем магия.       - Я понимаю, – медленно произнес Гарри, кивая.       В том, что с Ритой нужно было держать ухо востро, Мастер был совершенно прав.

***

      Завтрак прошел как в тумане, а после Поттер отправился готовиться к предстоящей дуэли. Пусть он и не должен был в ней сражаться, ему тоже нужно было настроиться на то, что будет происходить. На всякий случай.       Он собирался основательно. Даже более тщательно, чем к последнему туру Турнира, хотя внутреннее напряжение ощущалось похоже. И хотя Основатели гарантировали ему безопасность, Гарри также проверил исправность тех артефактов, которые ему прислали из аврората с месяц назад. В том, что касается самозащиты, он собирался быть параноиком, чтобы из-за собственной недальновидности не стать мертвым.       К одиннадцати часам он был полностью собран, экипирован и накачан успокоительным, после чего встретился с Основателями в холле замка, откуда те перенесли его на место планируемой дуэли.       Это оказалось довольно просторное и почти пустое плоскогорье, которое идеально подходило для поединка. Усадив Гарри на камень в стороне, оба мага начали чарами чертить прямо на земле какие-то построения.       Через полчаса на плоскогорье появились двое мужчин, которые, по всей видимости, были представителями Волан-де-Морта. Он поморщился, узнав старшего Малфоя, и не сдержал на лице шока, опознав во втором маге Снегга. Заметивший декана своего факультета Слизерин только слегка фыркнул и продолжил готовить поле.       Появление Темного Лорда было обставлено с помпой и Гарри против воли вздрогнул, когда жестокие и жаждущие его смерти алые глаза впились в его собственные, а безгубый рот на змеином лице растянулся в жутком подобии улыбки.       - Гарри Поттер, – от шипения в голосе Волан-де-Морта по его спине прошла дрожь. – Мальчик, который сам пришел к своей смерти.       Палочка начала подниматься, но замерла, когда между Гарри и магом встал Гриффиндор, чья магическая аура раскрылась примерно наполовину в предупреждающем жесте.       - Я – ваш противник, – жестко произнес он, сделав заметный акцент на первом слове, и с кончика его палочки слетело несколько искр. – А любая сознательная попытка атаки наблюдателей любой из сторон по магическим законам карается лишением магии. Желаете испытать это на себе?       В ответ раздался леденящий душу смех.       - Снова прячешься за чужой спиной, Гарри Поттер? Прекрасно. Наблюдение за чужой смертью научит тебя манерам. Пусть начнется дуэль!       - Повторяйте за мной, юноша, – велел Слизерин и сделал шаг в рунический круг, вскинув над головой свою палочку. – Я, Салазар Орвин Слизерин, сим свидетельствую дуэли между Годриком Ирвингом Гриффиндором и Томасом Марволо Реддлом. Да будет так!       Свечение неизвестного происхождения озарило Основателя и тот вышел из круга, сделав Гарри знак идти следующим. Краем глаза он заметил, как вытянулось лицо Люциуса Малфоя, который теперь в шоке смотрел на всех магов, чьи имена прозвучали. Было видно, что он не ожидал подобных сюрпризов, однако отклик Магии подтверждал истинность каждого сказанного в руническом круге слова.       Следом за Гарри в круг вошел Снегг, который сказал все то же самое, только поменяв местами имена дуэлянтов, тем самым обозначая то, от чьей стороны свидетельствует, а после и отец Драко. Завершив ритуал, они заняли места за пределами того пространства, которое было предназначено для битвы.       Гриффиндор и Волан-де-Морт обменялись положенными приветствиями, и легендарная дуэль началась.

***

      Первые несколько секунд не было выпущено ни одного заклятья. Противники столкнулись взглядами, а после оба раскрыли свои ауры, пытаясь заставить оппонента дрогнуть и допустить ошибку при первом же ударе.       У Гарри от всего этого зрелища волосы на руках встали дыбом. Воздух практически трещал от концентрации магии, и он не смог сдержать рефлекторного желания сглотнуть. То, что он видел сейчас, не шло ни в какое сравнение с тем, что он наблюдал ранее, глядя на Основателя. Сейчас перед ним действительно был не наставник и не Мастер, а воин, который вышел на смертельную битву.       - Авада Кедавра! – выкрикнул Волан-де-Морт и с первым вырвавшимся из его палочки лучом началась схватка.       Дуэль была страшна, но в то же время завораживающе прекрасна, заставляя задержать дыхание в восхищении мощью и мастерством обоих противников. Гарри был не в силах отвести от нее взгляд так же, как и подавить дрожь в руках при мысли о том, что по плану Дамблдора и его трактовке пророчества на месте Гриффиндора должен был находиться именно он. Да это же все равно, что ставить трехлетку против спецназовца или какого-нибудь там Брюса Ли!       Находящийся рядом с ним Слизерин, словно чувствуя его шок и смятение, опустил руку ему на плечо.       - Реддл слабее Годрика, – вынес он свой вердикт.       Гарри сглотнул, против воли ощущая, что слова Основателя подпитывают его надежду.       - Почему? – тихо спросил он скорее у себя, чем у него – Мы не знаем, на что он способен.       - Он первым начал бой, – ответил Слизерин. – Тем более так показушно, истерично, выкрикивая свою атаку на весь мир. Это признак слабости, которую он сам чует за собой, глядя на своего противника.       Гарри медленно кивнул и закусил губу. Ему отчаянно хотелось верить в том, что Основатель прав. Потому что он панически боялся думать о том, что будет с миром, если тот ошибается.