Остатки тепла

Нет момента такого же радостного, волнующего и разочаровывающего, как выпускной в квадранте всадников. По сути, это единственный момент, когда я искренне завидовал пехоте. Уж те-то парни знают, как провести торжественную церемонию.

Майор Афендра. Руководство для драконьих всадников (запрещенное издание)

Селин

Летное поле Басгиата было все еще темным и казалось совсем пустынным, когда мы приблизились к нему за час до рассвета, который лишь готовился обнять склоны гор солнечными лучами. Наш отряд делал все, лишь бы остаться незамеченным. В голове иногда отдавалась боль, да и я уже практически не держалась на своём драконе, Райс поддерживал меня магией. Почему-то мне казалось, что как только я встану ногами на землю, то начну блевать кровью. - Может быть, если бы ты не позволила ранить себя, то не было бы так хреново. - Да, Райс продолжал бубнить в голове и это совсем не успокаивало меня. - А может ты перестанешь вести себя как засранец ? - Спросила я мысленно и тут же усилила хват, почувствовав слабину в его магии. - А может мне перестать тебя держать и найти более способного всадника ? - Наши придирки не заканчивались, даже не знаю почему, для нас это уже стало привычкой, наверное больше плохой, чем хорошей. - Удачи, Райс, - фыркнула я мысленно, изо всех сил стараясь, чтобы в мой ментальный тон не просочилась боль от раны. - Ищи. Очередь из желающих, уверена, растянется до самого горизонта. Жаль только, они разбегутся в ужасе, как только ты откроешь пасть. - Моё величие неоспоримо, человек, - в его ледяном голосе промелькнуло опасное рычание, а по моей связи с ним пронёсся резкий, арктический холод, от которого закололо в висках. - Любой кадет в Басгиате душу бы продал за честь связать себя с единственным белым ледяным драконом. - О да, они бы продали душу ровно до того момента, пока не осознали бы, что в комплекте с «величием» идёт характер редкостной задницы, - я стиснула зубы, сильнее вжимаясь в чешую на его загривке, пока мы закладывали крутой вираж. - Твою скверную натуру не вынесет никто, Райс. Никто! Они бы сбежали от тебя обратно к мамочке через два дня твоего вечного бубнежа. Так что цени то, что имеешь. - Я имею всадника, который умудрился поймать удар там, где нужно было просто уклониться, - парировал этот чешуйчатый эгоист, но я почувствовала, как поток его магии, окутывающий меня, стал чуть плотнее и теплее, удерживая моё слабеющее тело в седле. - И если ты сейчас свалишься от потери крови, я лично выжгу твоё имя на скале позора. - Исключительно из уважения к твоему эстетическому вкусу - я постараюсь выжить, - мысленно огрызнулась я, чувствуя, как губы сами расплываются в слабой улыбке. Всё-таки в этой его невыносимой манере издеваться было то, что заставляло меня держаться за сознание мёртвой хваткой. - Кажется, в этом году нам следовало поработать над приземлением в прыжке, - пошутила я, крепко держась за луку седла. Райс снижался, и мой вес смещался вперед. Травмированное тело уже начинало мстить мне за каждый час, проведённый в воздухе, но это ощущение летнего ветра, бьющего в лицо, я бы ни за что не променяла. - В прыжке? - фыркнул Райс в моей голове, и от его ментального тона повеяло арктическим холодом. - При твоих «выдающихся» талантах тебя просто размажет по скалам при ударе. С учётом того, что ты даже в седле держаться толком не умеешь и болтаешься там как мешок с овсом, этот прыжок станет твоим последним секундным полетом. - Твоя вера в меня просто окрыляет, Райс, - мысленно огрызнулась я, сдерживая улыбку, несмотря на ноющую боль. - Я просто реалист, Северная. Мне слишком дорого обходится твоё упрямство. Мои мышцы болезненно напряглись, а ремень на бедрах глубоко впился в кожу, когда Райс круто нырнул вниз. Мы пронеслись над самым краем горы Басгиат, и перед нами снова открылось летное поле. - Все еще пустынно, - заметил ледяной дракон, высматривая малейшие признаки засады. - Знаешь, прыжки - это маневр, обязательный для второго курса, - напомнила я ему. Не то чтобы я горела желанием испытывать судьбу, но устав академии никто не отменял. - Нам всё равно придётся это сдавать. - В отработке этого бреда ты участвовать не будешь, - отрезал Райс. - Я не собираюсь позориться перед всем квадрантом, пока ты будешь со свистом лететь к земле из-за того, что опять не затянула крепления. Ох. Это будет невероятно долгий и тяжелый год. Мой желудок ухнул куда-то вниз, когда Райс резко сбросил высоту, заходя в каньон с до боли знакомым летным полем. - Я сделаю круг над Долиной, а затем вернусь и буду кружить неподалеку вместе с Тэйрном и Сгаэль, - его ментальный голос внезапно потерял всю спесь, став серьёзным. - Мы будем следить за каждым их шагом. - Тебе нужен отдых, Райс. Твоя магия и так удерживала меня всё это время. - Отдыхать будем на том свете, Северная. Если эти ублюдки решат казнить вас прямо на поле, мне и этой парочке понадобится каждая крупица силы. От непривычного беспокойства и глухой ярости, зазвучавших в его мыслях, у меня перехватило горло. - Зови меня, - приказал он, и лёд в его голосе стал острее бритвы. - Если хотя бы на секунду покажется, что всё идёт не по плану. Мы превратим это поле в ад. - Всё будет нормально, - заверила я его, пытаясь унять дрожь в руках. - Сделай одолжение, передай Сгаэль, что мне нужно поговорить с Ксейденом сразу, как только мы спустимся. - Держись крепче. Сажаю эту тушу. Земля стремительно устремилась нам навстречу. Нащупав онемевшими пальцами пряжку на бедренном ремне, я приготовилась. Райс мощно взмахнул огромными белыми крыльями, гася скорость, но в момент касания меня всё равно с силой бросило вперед. Едва удержавшись, чтобы не взвыть от вспышки боли в ране, я судорожно отстегнула замки. - Улетай, быстрее, - скомандовала я Райсу, перебираясь на его массивное плечо. Каждая мышца в моём теле выла от усталости, требуя немедленного покоя. - Не смей геройствовать там, - проворчал он, осторожно опуская лапу, чтобы мне было легче спуститься. Мои ноги тяжело врезались в траву. Я покачнулась, спотыкаясь, но заставила себя удержать равновесие. - Я тоже тебя люблю, чешуйчатый эгоист, - тихо прошептала я. Обернувшись, я быстро похлопала Райса по белоснежной лапе и бросилась в сторону, убираясь с траектории взлёта. Райс резко повернул голову вправо. Там, поднимая тучи пыли, жестко и стремительно приземлялась огромная синяя дракониха. Её всадник уже готовился спрыгнуть на землю - в своём неизменно безупречном, эффектном стиле. - Твой командир прибыл. Я знала: Ксейден Риорсон будет моим командиром ещё от силы несколько часов… Если, конечно, мы переживём этот день. Он легко соскочил на траву и по широкой дуге направился прямо ко мне, давая Райсу пространство для мощного толчка. Сгаэль с оглушительным ревом взмыла в небо вслед за Райсом и огромным чёрным Тэйрном. Следом за ними в воздух поднялись драконы остальных бунтовщиков. Что ж, теперь мы были абсолютно сами по себе. Ксейден подошёл ко мне сразу же, кажется Вайолет тоже хотела с ним поговорить, но ей придётся встать в очередь. - Сгаэль сказала, что ты хочешь поговорить. Что случилось ? - Я поджала губы, даже не знала о чём говорить, но меня что-то тревожило. - Выпускной. Твои последние часы в качестве командира крыла. - Ответила я, снимая капюшон и маску. - Селинда, неужели ты будешь по мне тосковать ? - Слегка подразнил меня мужчина, я закатила глаза. Наверное он был прав, я не была готова к тому, что он уходит. Ксейден был для меня не просто командиром, но и хорошим союзником, а может даже другом. - Не волнуйся, если Аэтос будет тебя слишком досаждать, ты всегда можешь сказать Боди. - Или Райсу. - Пожала я плечами, на что мужчину улыбнулся. - Ты настолько сильно ненавидишь его, бедный парнишка, от него же даже косточек не останется. - Я знала что его глупые шутки, это попытка отвлечь меня от жестокой реальности. - Что мне делать, когда ты улетишь ? - Риорсон приподнял бровь, всё это время мы шли, но внезапно остановились и смотрели друг на друга, видимо он чего-то ждал. - Мне заняться вербовкой меченных вместо тебя ? Конечно до твоих навыков мне далеко, но я бы могла попытаться заняться их тренировками и... - Пока я говорила, то услышала хриплый смех, от которого мне стало не по себе, я снова посмотрела на Ксейдена, он прикрывал лицо ладонью и ухмылялся. - Ты чего ? - Боже Селинда, ты сведешь меня с ума. - Я искренне не понимала о чём он говорит, когда Ксейден снова посмотрел на меня, пусть он и улыбался, мне показалось что он разочарован. - Забудь, просто не влипай в неприятности, чтобы мне не пришлось волноваться о тебе. - Волноваться обо мне ? Ты что-то путаешь. Я же не Вай. Обо мне не надо волноваться. - Пожала я плечами и он вдруг стал каким-то серьезным. - Ты... - Пошли, нам предстоит кое-что поинтереснее. Я посмотрела в след Риорсону, который уверенным шагом шёл вперед. Одному богу известно что крутится у него в голове. Рана снова за пульсировала, из-за волнения или может от того, что я вот-вот встречусь с главной причиной этой травмы. Моей руки коснулись и я инстинктивно отпрянула, а потом посмотрела на подругу. - Ты в порядке ? - С беспокойством спросила Вайолет, я нахмурилась. - Не очень. - Коротко ответила я, но девушка продолжала смотреть на меня вопросительным взглядом, поэтому я вздохнула. - Руки чешутся перерезать кое-кому горло. - Вай нахмурилась, я уже ждала что меня будут отчитывать, что так нельзя, но ответ подруги чуть не сбил меня с ног. - Я тебя понимаю, у самой те же чувства. Всё ещё в голове не укладывается, как Даин мог так с нами поступить, ладно Ксейден и остальные, но мы ведь были друзьями детства. - Вай, никакие обстоятельства не дают ему распоряжаться чужой жизнью, будь то друг или враг. Только бог Малек в праве решать, кто уйдёт с ним, а кто останется. - Девушка неуверенно кивнула. - Будем держаться вместе. - Я нахмурилась, потом натянула на лицо маску, надела на голову капюшон. - Идите вперёд, я догоню. - Селин... - Кажется она попыталась поймать меня за руку, но я была проворнее. Я резко развернулась и скользнула в тень между массивными каменными уступами, окружавшими лётное поле. Двигаться приходилось быстро, прижимая руку к раненому боку и стараясь не привлекать внимания кадетов, которые уже начали стягиваться к месту приземления крыла. Капюшон надежно скрывал лицо, а маска глушила моё тяжелое дыхание. Моей целью был старый, полузаброшенный проход под скалой, ведущий к нижним ярусам каньона. Всадники сюда почти не заглядывали — здесь не было ничего, кроме сырости и разбитых камней, зато это место идеально подходило для того, чтобы скрыться. Едва я перешагнула границу темноты, из глубокой тени колонны кто-то стремительно рванулся ко мне. Сработал чистый инстинкт выживания, вбитый за месяцы в академии: я мгновенно выхватила кинжал, но чужие руки уже крепко, до хруста в ребрах, обхватили меня, прижимая к себе. Вспышка боли от раны ослепила меня, и я, извернувшись, с силой прижала лезвие к горлу нападавшего, готовая пустить кровь. - Назад! - прорычала я сквозь зубы. - Селин… О боги, Селин, ты жива, - раздался прерывистый, дрожащий шепот над моим ухом. Я замерла. Лезвие кинжала застыло в миллиметре от чужой кожи. Этот голос я узнала бы из тысячи. Я медленно опустила оружие, не веря собственным глазам. Из полумрака на меня смотрел Дориан. Его строгая форма преподавателя Квадранта Писцов выглядела абсолютно чужеродно здесь, на территории Всадников, где ему находиться было строго запрещено. Его руки всё еще дрожали, удерживая меня за плечи, а в глазах стояли неподдельный страх и облегчение. - Дориан? - выдохнула я, пряча клинок в ножны. - Ты с ума сошел? Тебя же казнят, если поймают в Квадранте Всадников! И… как ты вообще узнал, что я вернулась? Брат судорожно выдохнул, всё еще не отпуская меня, будто боялся, что я исчезну. Он попытался вернуть лицу своё привычное, слегка ироничное выражение, но голос всё равно выдавал его с потрохами: - Издеваешься? Селин, я, конечно, писец и провожу дни в Архиве, но я не слепой. Как только над Басгиатом закружила огромная, сверкающая на солнце туша единственного белого ледяного дракона, я бросил всё и побежал сюда. Райса невозможно не заметить. Его взгляд упал на мою пропитанную кровью куртку, и он снова побледнел, крепче перехватывая меня за локоть, чтобы помочь опереться на стену. - Нам сказали, что ваш отряд уничтожен. Сказали, что вы все мертвы… - Дориан сглотнул, и в его глазах вспыхнула глухая ярость. - Что произошло на этом задании, Селин? Во что вы вляпались? Я замялась, не знала стоит ли говорить Дориану о произошедшем, а если он в курсе. Если не только родители мне врали, но и мои братья тоже, как мне тогда себя вести, как смотреть ему в глаза. - Расскажи ему, но не в деталях, только факты Северная. - Раздался в моей голове голос дракона. - Рассказать ? Как вообще можно опустить факт того, что я в курсе что не родная дочь Ашеров, стоит ли мне вообще называть его братом ? - Я сжала руки в кулак, смотря на Дориана я и правда верила в его беспокойство за меня, как за сестру. - Прекрати распускать сопли! - Рыкнул дракон и я всё же подала голос. - На нас напали, как только мы прибыли в Антебайн. Форнпост никто не защищал. Видимо от нас попытались избавиться. - Ответила я коротко. Я не могла с уверенностью заявить, что нашими врагами были ездоки на грифонах, потому что это не так, они сражались с нами бок о бок. Дориан нахмурился, видимо понял что я что-то недоговариваю. - Ты знаешь кто вас подставил ? - Спросил он, а я задумалась. Если я расскажу Дориану, что виной всему семья Аэтосов, то он может мне просто не поверить, хотя бы потому что старший Аэтос являлся близким другом нашей матери, хотя отцу он никогда не нравился. - Селин, я хочу знать. Мне нужно знать, чтобы защитить тебя, понимаешь ? - Даин Аэтос. - Ответила я в пол голоса. Брат (?) нахмурился. - Ты уверена ? - Спросил он строго, я знала что он не поверит, была уверена. - Селин это серьезные обвинения. - Я на все сто уверена, потому что перед отлётом, он лично попрощался со мной, так словно отправлял на смерть. - Я ждала, мне хотелось верить, что семья, если я ещё могу их так называть, не отвернётся от меня. - Ты не обязан мне верить Дориан, я могу сама... - Свяжусь с близнецами, они проведут расследования в отношения семьи Даина, попробуем что-нибудь нарыть. Будем действовать скрытно. Нельзя чтобы Демиан или родители узнали об этом. Как только нароем информацию я с тобой свяжусь. Понадобится помощь, можешь просто приходить в башню писцов, назовёшь моё имя и тебя проводят в мой кабинет. - Я смотрела на него удивлённым взглядом, сама не заметила как капюшон чуть сполз открывая половину моего лица. - Ты на моей стороне ? - Неуверенно спросила я, и Дориан был явно удивлен. - Селин, ты моя младшая сестра, конечно я на твоей стороне. - Дориан коснулся своей ладонью моей головы. - Будь осторожно ладно, я прекрасно знаю твой характер, и представляю что сейчас крутится в твоей голове, но не действуй не подумав, дай нам разобраться с этим. - Я кивнула и поправила капюшон. - Мне нужно идти, скоро начнут объявлять имена погибших. - Дориан поджал губы и когда я только собиралась уходить, он окликнул меня. - Селин. Пожалуйста, будь осторожна. - Я кивнула. Забавно, секунду назад я сомневалась в нем, а теперь просто улыбалась его заботе обо мне. - Обещаю. Я ведь А... - Я хотела сказать фамилию, но могу ли я теперь называть её своей. - Ничего, забудь. Я буду в порядке. Встретимся через неделю. - Я махнула рукой и отправилась подальше. Грудь разрывало от переполняющих меня чувств, он верит мне, он готов встать на мою сторону и даже не усомнился в моих словах, но факт того, что они врали мне, всю мою осознанную жизнь. Нужно лишь найти доказательства, которые наверняка хранятся в кабинете матери, ведь это единственное место, куда было запрещено заходить всем членам семьи. - Сосредоточься Северная, тебе предстоит трудный бой. - Я прекрасно понимала, что Райс говорит не про махания кулаками, а про интеллектуальное сражение, но всё равно, от этого легче мне не стало. - А ещё тебе предстоит разобраться с чувствами твоего командира. Меня передернуло от этих слов, я остановилась и была готова закричать в голос. - Что ты несешь ? - Мои зубы заскрипели, а сама я сжала руки в кулаки. - А то ты сама не видишь, человек, - в мыслях Райса послышался тяжёлый, утробный вздох, от которого в сознании пронёсся шлейф морозного воздуха. - Этот твой Риорсон смотрит на тебя так, будто готов сжечь весь Басгиат до основания, если с твоей головы упадёт хоть один волос. Его тени буквально вьются вокруг твоих щиколоток, Северная. Он едва сдерживается, чтобы не забрать тебя силой прямо с этого поля. - Ты бредишь, Райс! - мысленно закричала я, чувствуя, как к горлу подступает удушливая волна гнева. - О каких чувствах ты говоришь?! Его «чувства» - это просто ответственность командира за своего бойца. Или, что ещё вернее, страх, что я сдам его мятежников руководству Наварры! Между нами ничего нет и быть не может! Я яростно отрицала это, почти физически пытаясь вытолкнуть слова дракона из своей головы. Но внутри, за плотными ментальными щитами, перед глазами на долю секунды предательски вспыхнул совсем другой образ. Золотистые волосы, мягкая, тёплая улыбка и вечные деревянные фигурки, которые он вырезал своими мозолистыми пальцами. Лиам. Грудь сдавило так сильно, будто виверна снова вонзила когти мне в грудь. Мы были вместе. Мы любили друг друга. Каждое воспоминание о его смехе теперь отзывалось острой, невыносимой болью, ведь всё это навсегда осталось там, в залитом кровью Атебайне. Он погиб, защищая нас, и часть меня навсегда осталась лежать на тех проклятых камнях рядом с его телом. - Северная… - тон Райса внезапно изменился, потеряв привычную язвительность. В нём прорезалась глухая, вековая мудрость существа, которое видит человеческую душу насквозь. - Живым нужна любовь живых. Лиама больше нет. А Риорсон - здесь. И он дышит тебе в затылок. - Заткнись! Просто заткнись! - я сжала кулаки так сильно, что услышала скрежет кожи, от моей экипировки. Злость, перемешанная с горем, жгла изнутри, требуя выхода. - У Ксейдена ничего ко мне нет, а у меня нет ничего к нему! Моё сердце умерло в Атебайне, Райс. Понимаешь? Умерло вместе с Лиамом! Там больше ничего не осталось, кроме пепла и злости. Так что пусть мой «командир» держит свои тени и свои чувства при себе, если они у него вообще есть. Райс ничего не ответил, лишь тихо, сочувственно рыкнул где-то на границе сознания, оставляя меня наедине с моей яростью и разрывающей грудь тоской. Я глубоко вздохнула, заталкивая бушующую боль обратно в самый темный угол сознания, и двинулась вперед, в сторону Ротонды. Капюшон скрывал лицо, маска глушила вздохи, а ноги сами несли меня по знакомым каменным переходам. Вокруг суетились курсанты, но для меня весь мир превратился в смазанное пятно. В памяти, сменяя друг друга, удушливой лавиной поползли воспоминания. Наши пальцы, переплетенные во время редких минут затишья. То, как тепло его ладони мгновенно прогоняло ледяной холод магии Райса. То, как Лиам хмурился и ворчал, обрабатывая мои очередные ссадины, ругая меня за беспечность и за то, что я летаю без седла. Я помнила, как сидела рядом с ним, помогая писать письмо его сестре, пока он сосредоточенно подбирал слова... И, наконец, тот самый последний вечер в лазарете Атебайна. Мы ютились на узкой больничной койке, где едва хватало места для двоих. Я помнила, как прошептала: «Я люблю тебя», и как он резко поднялся, заставив меня заволноваться. Серьезный, с чуть подрагивающими руками, он бережно коснулся моей щеки и попросил повторить. А когда я снова выдохнула эти слова, Лиам поцеловал меня - нежно, отчаянно, словно боялся, что я исчезну. «Я обожаю тебя, Селин Ашер, - шептал он тогда, утыкаясь своим носом в мой, а его глаза блестели в полумраке. - Твои золотые волосы на подушке, твой взрывной характер, то, как ты показываешь кончик языка Ксейдену, думая, что никто не видит. Люблю твои голубые глаза, твой сарказм, то, как ты вечно теребишь застежку на перчатке, когда волнуешься. Кто бы что ни говорил, я всегда буду любить только тебя». Я шмыгала носом, уверяя его, что мне просто соринка попала в глаз, а он усмехался и выцеловывал мое лицо, шепча: «Как скажешь, моя сильная девочка». Тогда, засыпая на его груди под стук сердца и вдыхая его родной запах меда, дождя и древесины, я умоляла его: «Не умирай, пожалуйста». И он ответил: «Не умру». Он обещал... А потом был бой. И его безжизненное тело на кровавых камнях. Воспоминание оборвалось, оставив после себя лишь выжженную пустыню в груди. Он не сдержал обещание. Но я свое сдержу. Я остановилась прямо перед входом в Ротонду. Судорожно вдохнув холодный воздух сквозь плотную ткань маски, я расправила плечи и уверенно, гордо подняла голову. В моих голубых глазах под нависшим капюшоном больше не было слез - там застыла чистая, беспощадная сталь. - Я отомщу за тебя, Лиам, - едва слышно, одними губами прошептала я в темноту. - Обещаю. Они все за это заплатят. Сделав твердый шаг, я шагнула из тени прямо навстречу поджидавшей нас опасности.