Эпизод 2. Небо и земля, или встреча с высшим охотником

Нокаут в отличном настроение возвращался домой после очередной удачной ночной гонки. Стоит ли говорить о том, что эта гонка была нелегальной, но алому меху было на это плевать. Для него это был очередной раз, когда он мог доказать остальным, что является самым быстрым на Кибертроне (по его собственному мнению). Конечно, не обошлось и без угроз в его адрес после окончания гонки. Одного меха явно не устраивало второе место, ведь на гонках присутствовала фемка, за которой он так долго ухаживал, а еще до этого добивался её расположения к себе. И теперь он ударил лицевой пластиной прямо в грязь в её присутствии. Мех был рассержен, ведь он был уверен, что фемка ушла из-за того, что он проиграл. На самом деле, она ушла после начала гонок, потому что они ей не никогда нравились, как и тот мех, что так яро приглашал её на них. Темная ночь. На небе видны только тонкие подсвеченные края двух лун. Звезды слабо мигают еле видными точками на черном небе. Нокаут шел через подворотни, потому что не хотел тратить время на длинные дороги залитые светом, ведь по ним уже в это время бродили патрули. Алый мех не хотел, чтобы того останавливали и допрашивали на предмет того, что он забыл на улице в столь позднее время. Из ещё одних плюсов, сюда не долетает ночной холодный ветер. Из минусов, мех, который крадется за Нокаутом, выжидая удобного момента, чтобы напасть. Из минусов для того самого проигравшего меха, еще один бот, который выпасает его с крыш. Старскрим как раз вышел поохотиться и в своих "охотничьих угодьях" он так удачно заметил знакомый алый корпус и почуял резких запах полировки, в которой Нокаут чуть ли не купался каждый свободный клик. Этот запах, по мнению вампира, мог бы перебить запах жертвы, которая истекает энергоном. А потом Старскрим заметил и меха, который крался за Нокаутом. Вампир следил за обоими, чтобы понять в какой момент лучше напасть на свою жертву. Можно было бы дождаться, когда мех окликнет Нокаута и те начнут выяснять отношения прямо на улице. Или дождаться, когда проигравший решит напасть со спины и в этот момент атаковать. Или... Старскрим, зацепившись когтями за стену, бесшумно спустился вниз. Иногда он мог специально давать своим жертвам понять, что он совсем рядом и скоро они станут его очередной ночной закуской, но об этом они даже и не вспомнят. Но сейчас вампир бесшумно подходил со спины к своей жертве. Слышал биение искры меха. Слышал, как по его магистралям бежит свежий энергон. К сожалению, он не чуял его запаха (спасибо убойной дозе полировки Нокаута). Но это было не важно. Для Старскрима сейчас главную роль играла жестокая шутка судьбы: охотник сам становиться добычей. Неизвестный мех охотиться на Нокаута, чтобы отплатить тому сполна за проигрыш, в то время как за ним самим уже охотиться живой мертвец. Старскрим подкрался к тому ещё ближе. Мех как раз остановился за мусорными баками, когда Нокаут встал на небольшом перекрестке между домов, чтобы понять в какую сторону ему нужно двигаться теперь. Вампир зажал манипулятором рот неизвестному и уволок того подальше во тьму. Проигравший даже пикнуть не успел. Он лишь чувствовал мертвецкий холод, исходящий от нападавшего сзади. А потом он почувствовал, как ему наклоняют голову и вонзают острые клыки в шею. Мех лишь тихо что-то промычал. Теперь он чувствовал, как кто-то медленно выпивает из него энергон, шевеля клыками в ране. Всего лишь три глотка, больше Старскрим никогда не делал. Исключением были более крупные жертвы и те из числа так называемых "охотников на вампиров". Жертва оставалась все еще в сознании, поэтому сикер повернул того к себе и посмотрел ему прямо в оптику. Повезло, что у того все хорошо было со зрением и его не выбило в оффлайн от болевого шока или резкой потери энергона. Старскрим моментально ввел меха в транс и приказал тому забыть о том, что произошло этой ночью, и перейти в оффлайн. Жертве ничего не оставалось кроме как подчиниться воле вампира. Мех отключился и просто повис безвольной марионеткой в когтях сикера. Чудо было, что Нокаут вообще смог услышать шорох позади себя. Обернувшись он никого и ничего не заметил. Алый мех начал вглядываться в темноту, в то место, откуда исходил звук. Нокаут сделал шаг к проулку, пытаясь высмотреть в непроглядной тьме хоть что-то или кого-то, любой источник шума. Алый мех хотел понять: обманывают его аудиосенсоры или нет. Стоит ли Нокауту бежать прямо к дороге, моля Праймуса о том, чтобы там был кто-то из патрульных, или это была очередная крыса или кошка, что роется в мусоре? И тут алый мех увидел в темноте два ярких алых огонька. Нокаут в страхе сделал несколько шагов назад. Он понимал, что видит чьи-то окуляры и они смотрят прямо на него. И было в этой оптике что-то знакомое. То, что алый мех отчасти пытался забыть, потому что он боялся. Память моментально начала подбрасывать воспоминания о том, кому конкретно принадлежал этот взгляд. Старый знакомый, который не так давно перестал считаться живым. Тот перед кем навсегда стерта граница между жизнью и смертью. В воспоминаниях всплыла клыкастая улыбка вампира и ужасные картины, связанные с неутолимой жаждой живого мертвеца. Как и Мегатрон, Нокаут был так же сильно удивлен, когда узнал, что Старскрим отныне и навсегда является вампиром. Сильно испугался, когда увидел огромную летучую мышь, в которую умел перевоплощаться сикер, сменив одни крылья на другие. Алый мех увидел небывалую жестокость, когда Старскрим напал на небольшой отряд вместе со стаей летучих мышей. Хоть Нокаут и стоял далеко, но он видел, как вампир вылавливал в паникующем отряде, который с небывалым остервенением атаковали летучие зверьки, мехов, поднимал их высоко и явно впивался им в шею. Потом Старскрим просто мог швырнуть еще живого бота и его тут же подхватывали летучие мыши, разрывая прямо в воздухе. И алый мех навсегда запомнил, как вампир с легкостью смог поднять Мегатрона, схватив того за горло. Нокаут начал бояться Старскрима больше, чем когда-либо, ведь он прекрасно понимал, что сикер теперь легко разорвет кого угодно в клочья и в этом случае алому меху придется молить вампира, чтобы он как раньше, в старые добрые времена, когда оба еще гордо носили свои десептиконские знаки, просто поцарапал ему броню, незначительно испортив полировку. Нокаут услышал, как по тротуару тащат что-то тяжелое. Из темной подворотни показался сикер, который тащил за собой пребывающего в оффлайне меха. Алый мех сразу узнал обоих, особенно вампира. Нокаут сделал несколько шагов назад и моментально сжался, боясь, что Старскрим не побрезгует и ему вцепится в шею своими острыми клыками. - Привет, Нокаут. - улыбнулся сикер, демонстрируя свои клыки. На них все еще можно было увидеть размазанные линии энергона. - Привет, Старскрим. - сглотнул алый мех и слегка помахал манипулятором в приветственном жесте. - Ты бы оборачивался почаще, а то вот этот прямиком за тобой крался. Вампир приподнял тело меха, чтобы Нокаут мог его лучше рассмотреть. Проигравший что-то промычал, морщась, сквозь оффлайн, но не было похоже, что он вот-вот придет в себя. Слева его шейные провода были слегка взъерошены, видимо после укуса. - Удачная очередная гонка? - усмехнулся Старскрим. - Ну... Я не хочу хвастаться... - протянул алый мех, предвкушая свой собственный рассказ всей гонки в самых ярких красках, в которых он выставил бы себя в наилучшем свете. - И не стоит. - фыркнул сикер, отбросив тело меха. Проигравший отлетел к стене, все еще пребывая в оффлайне. Тот, упав на мостовую, лишь вновь что-то сказал и поерзал на твердом тротуаре. Нокаут даже сначала обиделся, поняв, что его хвалебный рассказ о себе любимом никто не хочет слушать. А потом алый мех вспомнил, кто перед ним стоит и страх новой волной окатил его. Нокаут с опаской посмотрел на вампира, отметив что у того во взгляде все еще наблюдается странный голод, понятный лишь таким же живым мертвецам. - Боишься? - фыркнул Старскрим, в свойственной ему манере. - Я знаю, что ты боишься, можешь даже не пробовать отрицать это. Я слышу биение твоей искры. Сикер начал хлопать в ладоши, демонстрируя алому меху ритм его искры. Темп был довольно быстрым, предательски выдающим страх своего владельца, и он пугающе совпадал с ритмом биения искры медика. Но Нокаута больше пугало не то, что вампир слышит биение его искры. Алого меха больше пугал стук острых когтей. Лязг острого металла, который после смерти владельца стал еще крепче и острее. Старскрим теперь не мог втягивать когти как раньше. Теперь он был вынужден вечно ходить с выпущенными напоказ острыми когтями. Хоть сикер это делал и не в первый раз (демонстрировал жертвам ритм их напуганных искр), но это вновь произвело пугающий эффект на Нокаута. - Ритм такой, что в пору чечетку танцевать. - зарычал вампир. Алый мех от этого рыка ещё сильнее испугался, хотя казалось куда ещё сильнее. Лязг острых когтей, вид длинных и острых клыков, взгляд алых голодных окуляров, да ещё и этот рык, так похожий на звериный. Нокаут просто присел, закрывая голову манипуляторами, хоть он и знал, что Старскрима это не остановит. Если будет нужно, то он применит силу и доберется до его шеи, сломав или оторвав тому манипуляторы. - Пожалуйста, не трогай меня. - шептал алый мех. Сикер просто смотрел на Нокаута, уже не зная чего от него ожидать. Раньше, когда вампир был ещё живым, алый мех того боялся потому, что рисковал поплатиться своей полировкой. Так же Нокаут довольно часто показывал свою лояльность относительно Старскрима, зная что тот всеми силами пытается свергнуть Мегатрона и занять его место. А как говорится, любому повелителю нужен свой заместитель, коим алый мех и намеревался рано или поздно стать. С того момента произошло столько всего и в конечном итоге Нокаут попал в плен к автоботам, где он согласился выдать им сикера в обмен на полировку и свободу. Если бы Нокаут знал, что эта сделка для него может так круто аукнутся в будущем, он бы ни за что не согласился. Алый мех предпочел бы ходить с царапинами, оставленными пребыванием в камере с другими вехиконами, нежели знать, что в любой момент за его спиной появится живой мертвец, у которого наточены клыки как раз для того, чтобы разорвать медику глотку и выпить весь его энергон. Нокаут теперь знал, что вампир может его вновь выследить даже с воздуха. Догнать, не смотря на весь его немалый табун быстрых лошадок под капотом. Поднять высоко в воздух и сбросить вниз. Если алый мех выживет после падения, переломав себе все что только можно и нельзя, то станет легкой добычей для Старскрима, которому не придется вонзать свои клыки ему в шею. Достаточно будет просто вонзить свою острую на конце глоссу в одну из открытых ран или просто расширить одну из них, чтобы энергоном полил ручье и жадно начать его слизывать. Когда Мегатрон решил восстановить дело десептиконов, Нокаут решил вновь поработать под его началом. Он не ожидал, что сикер тоже вернется. Ещё меньше он ожидал, что тот лишиться Т-шестерни и своих крыльев, став бесполезным на взгляд гладиатора. А когда оба узнали, что Старскрим теперь является вампиром и у того есть крылья, способные поднимать сикера и его жертв в воздух, тут уже было не до смеха обоим. Алый мех попытался как в прежние времена показать свой пафос, намекнув, что он более полезный, чем вечно голодный живой мертвец. Конечно, он попытался убедить Мегатрона в том, что Старскрим-вампир им не нужен и тот будет только мешать. Алый мех ссылался на всё ту же жажду чужого энергона, активность в ночное время суток и другие минусы вампирской жизни. Мол еще место для гроба сикера нужно выделять и для его компании летучих мышей нужно место. Конечно Старскрим об этом довольно быстро узнал благодаря тем самым крылатым зверькам. А точнее одной, которая в поисках пищи ползала по вентиляции и услышала разговор Нокаута с гладиатором. Мышка поспешила всё передать своему крупному собрату, который понимал её писк. Зверек даже предложил сикеру, чтобы стая сама разобралась с алым мехом: летучие мыши напали бы темной тучей на Нокаута и медленно начала бы его рвать на мелкие части, поедая. Вампир лишь отмахнулся от этой идеи, ведь он знал, что медик не будет просто стоять и ждать, пока мелкие крылатые зверьки обглодают его вплоть до экзоскелета. В результате этого нападения могли погибнуть несколько летучих мышей. Это того не стоило. Старскрим просто явился на мостик в тот момент, когда Мегатрон обдумывал слова Нокаута, чтобы подбросить тому для раздумья несколько своих аргументов. Началось всё с того, что голод сикер давно научился контролировать и ему не обязательно выпивать весь энергон из жертвы. Он может спокойно бродить и при солнечном свете, да и вообще способен довольно долгое время бодрствовать, не испытывая усталости или необходимости погружаться в оффлайн. Вампир опроверг слухи про гроб, мотивируя это тем, что он гибрид и может спокойно уходить в оффлайн на обычной платформе. А в качестве плюса стаи летучих мышей Старскрим выделили тот факт, что они поедают вредителей на Немезиде: скраплетов и прочих мелких букашек. - "Если речь вновь пойдет о лидерстве, то мы ведь прекрасно понимаем, кто тут будет править парадом в случае чего. Верно, Мегатрон?" - прошипел сикер. Гладиатор заметно забеспокоился, увидев острые клыки. К тому моменту Мегатрон знал, что с вампиром шутки плохи. - "Но меня лидерство, честно говоря, особо не привлекает, потому что я уже привык к тому, что я отвечаю только за самого себя. Ведь я прекрасно знаю, что вынужден прожить бесконечное число смертных жизней. Могила из меня всю эту дурь выбила в буквальном смысле." - в этот момент Старскрим посмотрел на Нокаута. - "Я вынужден жить дольше чем кто-либо и не изменюсь ни на один орн. Кто-то будет медленно стареть, зная что он ничего с этим не сможет сделать. Его корпус будет покрываться ржавчиной и царапинами, которые в скором времени ни одна полировка не возьмет. А дальше могут начаться проблемы с серво-приводами, суставами, из-за чего кое-кто будет вынужден оставить свои любимые гоночки и быть прикованным к инвалидному креслу. Ты ведь прекрасно знаешь, Нокаут, что рано или поздно ты отправишься в дезактив и с этим ты ничего не поделаешь. А вот я переживу тебя, твоих бет, если они у тебя появятся, и их бет и так далее по списку. Я увижу, как они взрослеют, заводят свои семьи и в конечном итоге умирают, в то время как ты будешь лежать в том самом гробу и тебя будут медленно поедать скраплеты. И если ты хочешь спокойно дожить до своей старости и не уйти в дезактив раньше времени, то поменьше открывай пасть, особенно в мою сторону. Надеюсь я понятно выразился." После этих слов алый мех стал вести себя тихо, боясь, что сикер его убьет. Вот и сейчас Нокаут боялся, что вампир просто отправит его в дезактив. Что ему чужая жизнь, когда его собственная искра давно перестала биться? Алый мех прекрасно помнил, как вампир с особой жестокостью расправился с вехиконами, которые перешли на сторону автоботов и охраняли Немезиду. Нокаут невольно стал свидетелем столь жуткой сцены. Перед алым мехом из коридора вывалились вехикон и Старскрим. Последний прижал рабочего к полу одним манипулятором, а вторым - запрокинул своей новой жертве голову. Нокаут увидел резкий выпад. Сикер словно змея бросился вперед и вонзил свои клыки в шею вехикона. К сожалению, рабочий был обращен лицевой пластиной, закрытой маской, к алому меху. Нокаут навсегда запомнил, как тот хрипло молил о помощи, как тянул к нему слабеющий манипулятор. Услышал его последний вздох и увидел, как навсегда потухает его оптика. Увидел, как Старскрим отпускает свою уже мертвую жертву, как с его клыков капает энергон, как он стекает по его подбородку. Вампир мало когда выпивал весь энергон у жертв, только у своих врагов. На тот момент все те вехиконы были его врагами. Некоторым просто не посчастливилось встретиться с сытым на короткое мгновение Старскримом-вампиром. Он просто рвал их на куски с небывалой легкостью. Одного сикер загнал в небольшой стеклянный отсек. Вехикон наблюдал, как к нему приближается сама смерть во плоти, если можно так выразиться. Видел как острые когти царапают стекло, создавая противный скрежет от которого хочется выключить аудиосенсоры, но страх перед обладателем тех самых опасных когтей слишком велик. Рабочий в тупике: сзади - стена, впереди - вампир. Нет пространства, чтобы попытаться оббежать противника. Старскрим сделал резкий рывок вперед и вцепился в глотку вехикону. Один наноклик, сикер сжал челюсти с опасными клыками и вырвал целый кусок проводов из шеи жертвы. Энергон моментально забил фонтаном из свежей раны, испачкав стекло. Были слышны лишь булькающие хрипы и через несколько кликов падение тела. - Не буду я тебя убивать. - фыркнул вампир. - Тоже мне, больно нужно потом весь остаток ночи сплевывать всю ту полировку, что ты на себя наносишь. Нокаут удивленно посмотрел на Старскрима, все еще закрывая голову манипуляторами. Сложно было поверить в то, что сикер не держит зла на алого меха за все то, что последний сделал. Ведь именно по вине Нокаута предаконы поймали Старскрима и лишили того крыльев, грубо сорвав их и оставив жуткие шрамы, которые вампир так старательно прятал под курткой. Именно из-за алого меха сикер попал в тюрьму, где умер, а потом воскрес в качестве живого мертвеца. - Эм... Ну если ты не собираешься меня трогать, то почему ты всё ещё здесь? - поинтересовался Нокаут, поднимаясь и убирая манипуляторы от своей головы. Вампир наклонил голову на бок и сузил оптику. Даже с таким хищным прищуром его окуляры все так же ярко горели. - Начнем с того, что тут моя территория. - спокойно сказал Старскрим. - Если тебе будет понятнее, тут мои "охотничьи угодья". Алый мех нервно сглотнул, чувствуя себя словно олененок в лесу. Загнанный в западню слабый олененок, у которого еще даже не начали расти рога для защиты от хищника. И перед столь беззащитным зверьком стоит свирепый зверь с огромными клыками. Олененок видит только два злых алых огонька, горящих в темноте. - Слушай... Почему бы тебе не пойти охотиться дальше?.. - наигранно улыбнулся Нокаут, зная что сикер всё равно чует его страх. Вампир грозно оскалился, показывая свои клыки, и зарычал. Взгляд Старскрима тоже не предвещал ничего хорошего. - А ты не думаешь, что я сам в состоянии решать: когда мне охотиться и на кого именно. - прошипел сикер. - Я, возможно, тебе жизнь спас. Жизнь, которую ты не ценишь вовсе. Вампир сделал шаг к алому меху. За ним второй, третий... Нокаут в свою очередь начал пятиться назад, не выпуская из вида Старскрима, осознавая что это ему всё равно не поможет. Сикер мог двигаться так быстро, что если он решит напасть, то медик даже не успеет активировать пилу. Он даже не успеет трансформировать свой манипулятор, чтобы защититься от вампира. Да и вряд ли пила сможет защитить от нападения живого мертвеца. Прорежет куртку и поцарапает и так уже мертвую броню и провода, которые уже давно не восприимчивы к любому виду боли. Нокаут только разозлит вампира, из-за чего рискует отправится в дезактив самой страшной, мучительной и бесславной смертью. Старскрим приближался, что пугало алого меха. Ещё больше он испугался, когда уперся пятой точкой в стену и понял: бежать ему теперь некуда. Нокаут просто вжался в стенку позади себя, молясь Праймусу и всем Праймам. Алый мех очень сильно боялся дезактива, особенно от клыков вампира, который уже был совсем близко к медику. Нокаут ощущал тот самый могильный холод, исходящий от Старскрима. Холод самой смерти. Как же алый мех сейчас хотел стать частью той самой стены позади себя, надеясь что хоть это его спасет. Сикер грубо повернул голову Нокаута и прижал того к стене, открывая себе легкий доступ к шее жертвы. Алый мех со страхом смотрел на вампира, а тот с удовольствием ловил его страх. Страх своей жертвы. Но взгляд не мог сказать столько же, сколько и искра, которая металась сейчас в своей камере словно паникующая птица в клетке. Птица, которая заметила кота рядом с собой. Она металась в своей темнице, понимая что в любой момент кот опрокинет клетку и достанет крохотное пернатое создание и съест, оставив лишь размазанное кровавое пятно и несколько перышек. Старскрим приблизился к шее Нокаута и довольно улыбнулся, демонстрируя клыки. Алому меху уже казалось, что его искра вот-вот сама проломит броню на груди и ускачет во тьму. Шейные провода Нокаута обдало могильным холодом. Алый мех зажмурился, чтобы не видеть, как сикер вонзает свои острые клыки в его шею. Вампир выпрямился и с усмешкой посмотрел на перепуганного до смерти Нокаута, все еше прижимая того к стене. Если бы позволяла конструкция, то алый мех уже был бы белее стены. Нокаут боялся той самой неизвестности: он не знал в какой именно момент почувствует, как его шейные провода разрезают клыки и из него начинают буквально выпивать жизнь капля за каплей. Эта самая "игра" заставляла алого меха бояться ещё сильнее. Нокаут услышал тихий смешок и почувствовал как его отпускают. Алый мех не решался сразу активировать оптику, боясь, что так Старскрим с ним играет, считал это частью одной большой игры. Только Нокауту стоит включить окуляры, как сикер моментально нападет на него, и последнее, что успеет увидеть жертва, - клыкастую пасть, которая обрывает его жизненный цикл. Алый мех все-таки решился приоткрыть окуляры и посмотреть в сторону вампира. Старскрим просто стоял в нескольких шагах от Нокаута, немного наклонив голову на бок и улыбаясь, показывая свои клыки, которые уже уменьшились в размере, но всё так же продолжали выделяться на фоне обычных дентопластин. - Я ведь тебе сказал, что не хочу остаток ночи сплевывать твою полировку. - улыбался сикер. Алый мех немного наклонился вперед, опершись манипуляторами в колени и борясь с накатывающим приступом истерики. Нокаут уже готов был к тому, что из его окуляров потечет омыватель. Его всего трясло от всего того, что он только что испытал и успел себе напридумывать. - Какого Уникрона тогда это было? - не справился с истерикой Нокаут. Алый мех с ненавистью посмотрел на вампира, забыв про то, что последний являлся убийцей и в случае дерзости мог просто порвать жертву на куски. Старскрим наклонил голову на другой бок и стал серьезнее. - Просто напомнил тебе, чтобы ты пастью в мою сторону поменьше щелкал. - фыркнул сикер. - Или ты забыл, кем я теперь являюсь? Забыл, что надо мной смерть больше не властна? Нет боли, нет страха... Нет смерти. Ты постареешь - это тот самый факт, который ты не в силах опровергнуть. Твоя броня начнет покрываться ржавчиной и царапинами. Ты состаришься. Твои системы состарятся. Ты отправишься в дезактив, а вот я продолжу жить дальше. Я увижу смену эпох, застану смену поколений. Даже застану те времена, когда твое имя будет забыто и, возможно, стерто из учебников Кибертронской истории. Никто про тебя не будет помнить, кроме меня и, мало вероятно, твоих потомков. Нокаут снова вспомнил, кто перед ним. Монстр, сошедший со страниц историй, повествующих о древних существах, которые прячутся в ночи и пьют энергон живых мехов и фемок. Настоящий вампир. Гибрид, если быть точнее. Медику не нравилось, что Старскрим в который раз козырнул своей главной картой: он бессмертен. Нокаут с ужасом думал о том, что рано или поздно он состарится, не сможет больше гоняться, потеряет свой былой шарм и красоту и единственное, что ему останется, ждать свою смерть. А в этот самый момент сикер так у будет бродить среди живых, прячась за маской смертного, в своем прежнем облике. Вампир никогда не измениться внешне. Алого меха даже брала небольшая зависть, что Старскрим навсегда застрял в том облике и возрасте, в котором он был обращен. Нокаут понимал, что его полировка спасает от клыков сикера, но она не в силах защитить столь хрупкий корпус от мощных и острых когтей. Да и защитит ли полировка от клыков, если вампир проголодается? В крайнем случае тот сможет ударить когтями по шейным проводам, разрезая главную магистраль, и энергон сам фонтаном хлынет из раны. - Извини... - сказал алый мех. - Я порой забываю, что ты... - Мертв? - презрительно фыркнул Старскрим. - И это тоже... Раньше ведь ты был трусом... Не обижайся... А теперь ты Мегатрона легко выпотрошишь. - А какова цена всего этого, ты знаешь? Нокаут отрицательно покачал головой. Сикер особо не трепался на счет того, как он вообще стал вампиром. Алый мех видел лишь бессмертие, силу, скорость, обостренные чувства (обоняние, зрение и слух) и быструю регенерацию. Всё это мешало ему рассмотреть ту цену, которую платит Старскрим в обмен на всё это. Чужой энергон, а порой и чужие жизни. Всё это плата за то, чтобы жить вечно и не знать ни страха, ни боли, ни самой смерти. Некоторые вампиры убивают только ради того, чтобы попытаться заглушить тот самый вечный голод. Другим просто нравится убивать и они испытывают удовольствие, потроша свою очередную жертву. Но таких совсем немного, если судить по всем видам вместе, включая Первородных. Обращенные это всегда была отдельная каста, ведь было неизвестно как они себя поведут. Большинство начинали ценить чужие жизни, даже если до этого им было плевать на остальных. Это случилось и со Старскримом. С осознанием бессмертия к нему вскоре и пришло понимание того, что он теперь монстр. В тюрьме он убивал мехов и фемок из группы "на убой" даже просто за один косой взгляд, не задумываясь о ценности их жизней. Это были преступники с несколькими пожизненными и тогда они все рассматривались вампирами-гибридами как корм. Живая добыча с ещё бьющейся в груди искрой. Новообращенным сложно контролировать свой голод, а первую жертву они запоминают навсегда. И сикер помнил своего первого убитого им меха. Дерзкий бандит, которого было приказано убить и именно Старскрим должен был стать тем, кто прервет его жизненный цикл. Сикеру тогда пришлось убивать в одиночку. Никого не было рядом, никто ему не помогал. Ему пришлось убивать в первый раз. Вампир просто шел за своей жертвой, выжидая удобного случая, чтобы напасть. И тут этот самый случай предоставился сам собой. Мех поцарапался и из раны медленно потек энергон. Старскрим тогда впервые почуял его запах. Это было самое странное, ведь обычный энергон, что тек по магистралям ботов ничем не пахнет. Может слегка отдавать металлом, но этот запах сложно обнаружить даже если включить обонятельные сенсоры на полную. А вот сикер учуял. И для него это был не запах металла, а нечто иное. Нечто сладкое и такое манящее, что сложно описать этот запах словами. Для вампира это было сравнимо с детским любопытством: пахнет вкусно, а вот какое оно на вкус? Старскрим тогда не заметил, как его клыки стали еще длиннее, а оптика горела ярче пламени в ночи. В его процессоре будто прозвучал коротки приказ:

"Нападай!"

Сикер в один клик сократил расстояние до преступника, схватил того и вцепился своими клыками ему в шею. Мех пытался сопротивляться и что-то хрипел, возможно угрожал или звал на помощь, но когда в твою глотку вонзается что-то острое и длинное, а рот зажат, это сделать сложнее. Тогда вампир и впервые испил энергон своей жертвы. Старскрим не ожидал, что тот окажется таким сладким, желанным, теплым. С небольшой остротой, которая предавалась из-за возросшего у жертвы адреналина. Сикер жадно пил энергон меха, стараясь разорвать клыками еще больше проводов. Все закончилось настолько быстро, что вампир даже разочаровался. Мертвый мех с глухим звоном упал на мостовую, но Старскриму было мало. Он почувствовал тот самый азарт охоты и хотел ещё. Ещё больше жертв, больше энергона. Больше страха смертных, вкус которого ощущается в их энергоне. Потом были редкие перекусы обычными смертными преступниками, которым не посчастливилось умереть от клыков сикера, но всё это уже было не то. Первая жертва... Вот от кого вампир впервые чувствует тот самый кайф, который потом становится недостижим с каждой последующей жертвой. Потом побег из тюрьмы и Старскрим был вынужден вводить своих жертв в транс, потихоньку питаясь ими. В какой именно момент сикер начал ценить жизни тех, у кого он их отнимал? Даже сам вампир не смог бы ответить на этот вопрос. Может в тот момент, когда его уже можно было выследить по дороге, выложенной трупами лишенных энергона? А может когда он в очередной раз напал на жертву, та успела назвать его "монстром" и Старскрим увидел в отражении её (или его) оптики клыкастое безжалостное чудовище? Или так же, когда пил энергон из смертного и увидел себя в зеркале? А может когда на его след из трупов напали охотники на вампиров? А может понял, что если будет осушать жертв, убивая их, то рискует привлечь к себе ненужное внимание? Или осознал, что жертвы не будут множиться быстрее, чем он их убивает? Может всё это было сразу, но сикеру уже надоело быть тем самым монстром и он хотел просто тихо жить в своей смерти. - Цена моего бессмертия - энергон смертных. - прошипел вампир. - Может я и могу пить обычный энергон, даже могу сверхзаряженного целую цистерну выпить, но для меня это ничто. Я не почувствую вкуса и даже не опьянею. И мой голод не утихнет. Сколько бы я не выпил чужого энергона, даже если сделаю несколько ходок за ночь, осушив смертных досуха, он не утихнет. Живу как какой-то паразит: за счет других. Нокаут просто смотрел на Старскрима, всё ещё его не понимая. Алый мех не смог бы понять сикера, не побывав в его шкуре. Он просто не знал, что испытывает вампир каждую ночь. Не знал, что тому приходится противостоять самому себе, иначе бы весь Кибертрон уже был бы залит энергоном, а останками ботов уже пировали вредители и летучие мыши. Старскрим стал бы более опустошающим злом для планеты, чем Мегатрон в свое время. Последний не сразу привел Кибертрон к гибели, а вот сикеру хватило бы несколько орнов. Может быть Старскрим решил бы создать других вампиров, но более низших и слабых, которые потом просто подохли бы от самого банального голода. Сикер бы смотрел на то, как смертные до последнего борются за свои жизни. Всего этого террора так желал монстр, сидящий внутри него. Один из генов, что теперь был встроен в системы гибрида, требовал этого. - Я не хочу об этом сейчас говорить. - сквозь клыки прорычал Старскрим. - Оу... Я... Тогда я пойду?.. - осторожно сказал Нокаут, заранее обдумывая каждое слово. - Ты к перекрестку? - уже спокойнее спросил сикер. - Да... - Давай тогда вместе пройдемся, мне как раз в ту сторону нужно. Алый мех просто кивнул. А что ему оставалось? Он мог соврать и пойти в другую сторону, немного поплутать и выйти куда ему нужно, но медик мог потерять время. Да и небольшая защита в лице вампира ему бы не помешала. Нокаут шел справа от Старскрима, соблюдая дистанцию для своей собственной безопасности. Иногда он поглядывал на сикера, который смотрел вперед, не обращая внимания на алого меха. Ему хватало и того, что он слышал биение искры Нокаута и знал, где тот находится. Алый мех впервые увидел клеймо на шее вампира. Впервые он вообще обратил внимание на горло Старскрима за все это время. Возможно он пытался понять, как его обратили, и начал искать след от укуса. А нашел клеймо, которое выглядело довольно болезненным. Какая-то галка или буква "V", от которой шли плавные линии, напоминающие ветки лозы. - Можно спросить?.. - осторожно сказал Нокаут. - Я предпочел бы идти молча. - фыркнул сикер. - Но если тебе так хочется, спрашивай. - А это... это было больно?.. Ну, когда тебя обращали в вампира... - Там целый ритуал, а не какой-то там банальный укус, о котором ты скорее всего подумал. Тебе делают надрезы на запястьях и горле. Режут главные магистрали, чтобы из тебя быстрее энергон вытек. Чтобы ты не просто балансировал на тонкой грани между жизнью и смертью, а начал умирать в буквальном смысле этого слова. Потом Хозяин дал мне выпить своего энергона, когда я уже считай был мертв. Он так сам сказал, потому что я тот момент вообще не помню. И пока регенерация не встроилась, мне нанесли это клеймо. - вампир провел манипулятором по оставленному ожогу на шейных проводах. - К этому моменту я уже не чувствовал боли. - А ты кого-нибудь обращал? - В такого же вампира как и я? Нет. Давал выпить своего энергона, создавая низших вампиров. Трэллов. Они слабые и менее живучие. Их убить можно так же как и смертного. Они от банального голода могут сдохнуть. Их полезность заключается только в том, что это по своей сути ходячие болванчики, готовые за своего хозяина отдать свою жизнь в буквальном смысле этого слова. А еще это ходячий донорский энергон, который ни в чем не откажет своему повелителю. Правда, если после момента обращения трэлл в течение трех орнов не выпьет чужого энергона, как вампир, то он станет обратно смертным. Одному меху дал, потому что он заканал меня и я ему просто тест-драйв устроил. Где-то два или три часа прошло и он уже пришел ко мне жаловаться как ему теперь тяжело. Голод ему видите ли мешает спокойно жить. Три орна перетерпел и все он вновь стал смертным, даже потом не пикнул о том, чтобы я его обратил. А вот второму я дал своего энергона, потому что он умирал. Либо искать лекарство, с чем могли опоздать, либо я давал ему так же на время ограниченные силы вампира и он таким образом излечивался. И снова три орна, он смертный, а от болезни и следа не осталось. - То есть, ты решил быть одиночкой? - Это мой выбор и не тебе меня судить. - фыркнул Старскрим. - Мне так удобнее: я отвечаю только за себя. - И не скучно одному? - Со мной живет стая летучих мышей, если ты помнишь. Я их понимаю. Как раз одна из них тебя и сдала, когда ты пытался уговорить Мегатрона меня выгнать. - Да... Извини... Не хорошо тогда вышло... - Я знаю, что ты боялся меня. Ты и сейчас боишься. Стоило мне сдохнуть и вернуться обратно в качестве вампира, так меня тут же все начали бояться. Все столько раз желали мне смерти, а я им всем на зло стал бессмертным. - Честно говоря, я уже думал, что ты обратил несколько ботов, чтобы они составили тебе компанию в твоей жизни после дезактива. Может, какую-нибудь фанатку вампиров обратил. - Слушай, это проклятье, если ты до сих пор этого не понял. Ты видишь в этом только бессмертие и возможность не изменяться с течением времени, а вот я с этим живу каждый орн. Я знаю о чем говорю... А что касается фанаток... Связался с одной совсем недавно. Пристала похлеще кибер-клеща, так что пока позволил ей рядом с собой побыть. Но, я уверен, что это всё временно. - Что, твоя темная искра вновь забилась? - усмехнулся алый мех. - И теперь твоя искра бьется в ритме имени той фанатки? - Очень смешно. За такие шутки, между прочим, в дентах бывают промежутки. Могу обеспечить. - Молчу... Просто, на тебя реально запала фемка? С твоим-то характером? Не сердись, но ты и раньше был не подарок, а сейчас так вообще... - Она ко мне пристала только из-за того, что я - вампир. - Ну и когда свадьба? - не унимался Нокаут. - Скоро. Как раз на твоей могиле, так что у тебя будет место в первом ряду, прямо из гроба. Из темноты в сикера прилетел болт, который вошел в плечо, пронзив куртку. Блестящий наконечник торчал из раны и с него стекали капли черного энергона. Вампир не почувствовал боли от того, что острый предмет пронзил мертвый металл, провода и системы. Для него это было лишь сравнимо с небольшим толчком в плечо. Старскрим остановился, оскалившись. Сикер понимал, что ему придется подраться с тем, кем был выпушен этот болт. Нокаут тоже остановился и сделал несколько шагов в сторону, наблюдая за раненным вампиром. Старскрим просто вытащил болт из своего плеча и начал его рассматривать. Блестящий наконечник будто светился белым цветом. - Серебро. - прошипел сикер. Вампир прекрасно знал, кто именно использует болты с серебряными наконечниками. Охотники на вампиров. Используют старое оружие давно ушедшей эпохи, убивая живых мертвецов, которые в ночное время пьют энергон простых смертных ботов. Вот только на Старскрима серебро никак не действовало. Не причиняло ему боли и не заставляло его броню, провода и системы гореть при прикосновении к этому опасному для нежити металлу. Сикер уже столько раз показывал этим самым охотникам, что он не чета остальным вампирам. Им еще никогда не приходилось охотится на Первородных, которое имели одну единственную слабость: солнце. Они буквально слепли при дневном свете, но их остальные чувства обострялись, давая им возможность видеть с отключенным зрением. Старскрим не слеп при солнечном свете, хоть и обладал генами тех самых Первородных. Сикер развернулся и начал всматриваться в темноту между домов, из которых предположительно и прилетел серебряный болт. Но вампир и так прекрасно знал, что если это и был охотник, то скорее всего новичок. Только новенькие в рядах охотников на вампиров еще не опытны в стрельбе и в слабых точках живых мертвецов. Более опытные, старшие охотники всегда целятся в голову или в искру, намереваясь сразу покончить с омерзительной тварью. Новички стреляют в плечо, ногу или глотку, чтобы затормозить вампира или заставить того держаться подальше от молодого охотника. Вот только на Старскрима это не действовало. Он быстро заметил в темноте еще юного меха, который дрожащими манипуляторами заряжал арбалет и взводил курок для нового выстрела. Еще сикер знал, что новичков в одиночные охоты не отпускают. Рядом должен был находится старший из охотников, который следил и учил новобранца, а в случае нападения вампира мог бы защитить и показать, как следует убивать этих чудовищ. Старскрим слышал, как рядом с ним бьется в страхе искра Нокаута. Тот же ритм имела и искра новобранца, но это был не только страх перед монстром с острыми клыками и когтями. Еще и страх показать себя не с лучшей стороны, оплошав на своем первом задании. Не так далеко в спокойном ритме билась искра по старше. Не было слышно ни намека на страх, ведь это был более опытный охотник, который обычных низших вампиров, как их сами называли Первородные, убивал пачками. Еще один болт вылетел из темноты и вонзился прямо в глотку сикера ровно по середине. Вампир сплюнул немного своего черного энергона, который в момент удара и пронзания проводов попал ему в горло. Старскриму было плевать и на этот выстрел, причем буквально. Вот только сейчас серебряный кончик застрял прямо в горле сикера, а ствол торчал снаружи и с него медленно капали черные капли. Вампир мог бы увернуться от этого выстрела, но не захотел. Он смотрел прямо на новичка, который с ужасом наблюдал за живым мертвецом. Старскрим показательно вытащил из своей шеи серебряный болт и откинул его в сторону. Сикер хотел просто припугнуть юнца, показав тому того монстра, на которого он охотиться. Показать вампира, от чьей жестокости погибло множество охотников. - Нокаут, уходи. - прошипел сквозь клыки Старскрим, всё ещё смотря на прячущегося в темной подворотне новичка. - Что?.. Что это вообще было?.. - растерялся алый мех. - Охотники. Мне уже не в первый раз приходится усмирять их пыл. - Ты точно справишься? Сикер просто повернулся к Нокауту и в этот момент в вампира полетел еще один болт, который тот поймал. Старскрим откинул это болт куда-то к ближайшим мусорным бакам. Ответ на вопрос, справится ли сикер сам в подобной ситуации, был крайне красноречив. Алый мех просто сглотнул, кивнул головой, развернулся и бросился бежать, понимая что в этой драке он явно будет лишним. Вампир снова повернулся к подворотне, где новичок уже заряжал арбалет и уже готов был снова прицелиться. Старскрим лишь хищно улыбнулся, демонстрируя свои клыки. - Новичок, верно? - усмехнулся сикер. - Только новички целятся куда угодно, только не туда, куда следует. Я вас уже столько "охотничков" перевидал. Я знаю, что к вашим арбалетам вам выдают кобуру, где вы и храните болты. Их там стандартно двенадцать штук. Три из них ты уже использовал, осталось девять. Из темноты прилетел серебряный болт и пронзил вампиру коленный сустав. Старскрим лишь закатил окуляры, показав, что ему все равно, нагнулся, вытащил предмет, который повредил ему броню, провода и системы и выкинул его в сторону. Раны моментально начали затягиваться, восстанавливая все повреждения. Лишь капли черного энергона выдавали место былой раны. - Восемь. - прошипел сикер и сделал первый шаг к подворотне, к тому самому новичку, что прятался в темноте. Еще один болт просвистел в воздухе и вонзился вампиру прямо в правый окуляр. Желтоватая жидкость стала быстро вытекать из разбитой оптики, перемешиваясь с черным энергоном. Но Старскрим снова не почувствовал боли. Он просто вытащил болт вместе с остатками своего окуляра, которые моментально начали рассыпаться перед ним по тротуару, слабо блестя. В пустой глазнице было заметно какое-то небольшое движение. Вместо потерянного окуляра сам по себе по частичкам начал собираться новый. Сначала появилось прозрачное стекло, в нем уже начали появляться частички, благодаря которым окуляр почти ничем не отличался от потерянного, но он был пока что выключен. Вскоре новая оптика начала моргать алым светом, прежде чем включиться. Новый окуляр ничем не отличался от выбитого и от целого левого. - Семь. - улыбался вампир, приближаясь к подворотне. - Должен признаться, твои предшественники уже убегали, сверкая броней на спине, уже после двух-трех выстрелов. А ты упертый. Так давай, удиви меня. Очередной болт вновь попал в горло Старскрима. В тоже самое место, что и во время второго выстрела. Сикер лишь усмехнулся, в результате чего из его раны выплеснулось немного черного энергона. И снова вампир просто вытащил болт и отбросил его в сторону. - Повторяешься, новичок. - довольно шипел Старскрим, ощущая нарастающий страх еще юного охотника. - Шесть. Новобранец уже заметно начал волноваться, из-за чего во время взведения курка он случайно нажал на спусковой механизм и болт моментально вылетел из арбалета, но в этот раз он не достиг своей цели. Болт пролетел дугой над сикером, приземлившись где-то позади. Вампир просто пронаблюдал за полетом неудачного выстрела и с нескрываемым разочарованием посмотрел на новичка. Старскрим лишь покачал головой, показывая тому, что выстрел был самым неудачным и что юнец буквально только что опозорился перед вампиром. - Пять. - продолжил отсчет сикер, медленно приближаясь к новичку. Расстояние между вампиром и юным охотником становилось все меньше. Последнего уже одолевал самый настоящий страх от того, что приближающийся хищник не падает, не останавливается или не пытается убежать после нескольких выстрелов из арбалета. Когда новобранец проходил обучение на уже пойманных слабых вампирах, которых специально не кормили и всегда держали прикованными к стенам, было намного проще. Те боялись серебра и даже после первого выстрела прижимались к стенам, шипя от невыносимой жгучей боли, которое приносило им серебро. А этот живой мертвец, что сейчас находился перед юнцом сильно отличался от них. Серебро не причиняло ему боли, да и похоже обычных выстрелов он особо не чувствовал. Новобранец выстрелил снова и болт попал Старскриму прямо в область живота, вновь порвав куртку. Сикер лишь остановился, чтобы осмотреть свою рану и вытащить болт. Снова все сопроводилось небольшими брызгами черного энергона и моментальным заживлением. Вновь болт с серебряным наконечником был отброшен в сторону. - Давай сразу договоримся: если выстрелишь мне в паховую область, то угадай, что я тогда тебе отгрызу и даже не побрезгаю. - прорычал вампир. - Хоть я и не почувствую боли, но ты сам понимаешь как это низко и не приятно... Четыре. Новобранец вновь взвел курок и прицелился, но из-за страха у него дрожали манипуляторы. В результате очередной болт не достиг своей цели, пролетев мимо и лишь слегка оцарапав шею Старскрима. Сикер был всё ближе к новичку, который до последнего пытался что-то кому-то доказать. - Три. - шипел вампир, улыбаясь и показывая свои клыки. - Может пора уже твоему наставнику объявиться и помочь тебе? У юнца уже в открытую дрожали манипуляторы. Новобранец уронил болт и в панике стал ворошить манипулятором в темноте, стараясь его отыскать. Старскрим заметил это и остановился, давая новичку призрачный шанс на успех. Просто сикер хотел дать тому понять, во что он сам ввязался. Кинулся в битву против вампира, которого не берут серебро, пронзание уже мертвой искры, отрубание головы и сжигание. Юный охотник сумел найти болт и зарядить его в арбалет. Очередной выстрел, в результате которого выяснилось, что новичок поставил болт не правильно. Стержень ударился об куртку Старскрима в области камеры искры и упал со звоном вниз. - Хорошая была попытка, вот только неудачная. - довольно шипел сикер. - Два. Новобранец быстрее стал доставать очередной болт, ведь вампир был уже совсем близко, но тот снова упал и на этот раз откатился прямо к Старскриму. Сикер мог бы его пнуть назад, себе за спину, засчитав это как неудачный выстрел, но вместо этого он поднял болт и кинул его к новичку. Вампир ждал, когда оцепеневший от удивления юнец, открывший широко рот, соберется и возьмет болт. Снова арбалет заряжен и теперь целиться намного легче, ведь Старскрим был совсем близко. Болт угодил сикеру снова в шею, но на этот раз немного ниже и правее. Не сложно догадаться, что он так же был безэмоционально извлечен из свежей раны и отброшен в сторону. - Один. - так же безэмоционально сказал вампир. - Последняя попытка удивить меня. Новичок зарядил арбалет, из-за чего он немного отвлекся, а когда вновь поднял оптику, то увидел Старскрима прямо перед собой. Сикер присел перед юным охотник так, чтобы его лицевая пластина находилась как раз напротив лица новичка. Юнец смотрел прямо на вампира, держа арбалет трясущимися манипуляторами. В один момент Старскрим схватил того за манипулятор и начал его приподнимать. Арбалет теперь находился прямо напротив головы сикера. Казалось, тот сам дает себе выстрелить прямо в голову. - Давай. Стреляй. - довольно шипел вампир. - Порадуй своего наставника. Убей того, кого они пытаются убить уже не в первый раз. Новичок с нескрываемым страхом смотрел прямо в лицо Старскриму. С самого начала новобранцу казалось, что это будет обычное полевое упражнение. Найти и убить вампира, казалось, что может быть проще. Вот они его выследили. Выследили вампира, который просто шел рядом с обычным смертным мехом. Как они определили кто из них живой, а кто давно мертв? Охотники использовали тепловизор, который и показал, что сикер давно уже перешел грань между жизнью и смертью. Юнец чувствовал холод, исходящий от вампира перед ним. Чувствовал холод от прикосновения его мертвого манипулятора. Видел эти два ярких алых окуляра перед собой, в которых пылал неестественный голод. Юный охотник зажмурился и выстрелил. Был слышен щелчок, а за ним хруст ломающейся брони и противное чавканье, свидетельствующее о разрыве проводов и систем. Новобранец уже не понимал: держит ли его вампир за манипулятор или нет. Его собственные манипуляторы похолодели от страха, который ему пришлось только что пережить. Новичок решил активировать оптику и понял, что зря это сделал. Старскрим все еще был жив. Из его головы торчал ствол болта, прямо между двумя алыми окулярами, а сам он всем видом показывал, что ничего не почувствовал как и всегда. Юнец отпустил арбалет и тот свалился вниз, прямо на тротуар. Сикер чувствовал как дрожит новичок. Чувствовал его страх и непонимание. Вампир снова вытащил болт, на этот раз из своей головы. Вновь это сопроводилось противным чавканьем и мелкими брызгами энергона. Старскрим держал болт перед собой, смотря сразу и на юного охотника. - Тебя как звать? - спросил сикер. - Я... я... Санстрайкер... - дрожащим голосом ответил юнец. - Слышал я уже этот псевдоним. Ты не первый новобранец с таким именем и не последний. Давай я обрисую тебе всю ситуацию: я не будут тебя убивать, кусать или ещё как-то мучить. Ты ещё молодой, а в ряды охотников вступил из-за своей борзости. На учениях ведь всё было легко, верно? Вампиры дохли считай сразу, так? Старскрим посмотрел прямо на Санстрайкера, подкинув и поймав болт. Он смотрел прямо на новобранца, понимая что тот был совсем не готов к настоящей схватке с сытым вампиром. - Вот только знаешь сколько я уже успел убить более опытных охотников? - продолжил сикер. - Даже я тебе точную цифру не скажу. А ты сам сможешь сказать, по какой такой причине ты решил стать охотником на вампиров? Я не спорю, есть среди них... нас... называй как хочешь. Короче, есть и те, кто заслуживает дезактива из-за своей кровожадности. А есть те, кого случайно обратили и теперь они вынуждены так жить. Не задумывался об этом? И еще один вопрос. Ты уверен, что все те вампиры, на которых тебя натаскивали, беспощадные убийцы? Юный охотник сразу вспомнил несколько таких вампир. Фемку и двоих мехов, которые отличались от своих сородичей поведением. Если остальные пытались перегрызть цепь или тянули её в жалких попытках освободиться, то эти трое жались к стене в надежде, что их не заметят и оставят в покое. Тогда Санстрайкер вместе с остальными новобранцами должны были потренироваться в стрельбе. Стоило им выйти на своеобразную арену, где и находились прикованные вампиры, как последние моментально бросились в сторону смертных, упав когда их цепи натянулись. Лишь те трое закрыли голову манипуляторами и сжались в комочек. Юный охотник помнил, как одичавшие от голода вампиры пытались дотянутся до охотников, игнорируя длину их цепей. Помнил, как они отбегали назад, когда болт с серебряным наконечником попадал им в манипулятор или ногу. Как некоторые из них падали и катались, шипя от невыносимой жгучей боли. Вскоре цепи стали сматываться куда-то в стену, увлекая за собой голодных и злых вампиров. Один из старших вышел на арену и подошел к фемке, что все время вжималась в угол. Другие вампиры пытались выкрутиться из своих тесных ошейников и кандалов, щелкая клыкастой пастью. Старший охотник освободил фемку, но только для того, чтобы подтащить её к новичкам. Вампирша не выказывала агрессии. Она всё пыталась вырваться из захвата и отползти обратно к стене, даже к голодным сородичам, надеясь, что те смогут цапнуть старшего, который каждый раз хватал её и возвращал на место. Охотник рассказывал новичкам о том, чтобы убить вампира из арбалета, нужно выстрелить ему в голову или в искру. Фемка в этот момент испуганно смотрела по сторонам, не имея теперь возможности сбежать, ведь ее грубо схватили прямо за манипулятор. Вампиршу скоро швырнули к ногам Санстрайкера и приказали ему её убить. Фемка со страхом в окулярах смотрела на юного охотника. Она молила его о пощаде, просила её отпустить. Клялась, что она никому и никогда не причиняла вреда и всё это какая-то ошибка. Новобранец взвел арбалет и стал целиться вампирше в голову. Выстрел и мертвец уже окончательно упокоился. Фемка упала на пол, а из её головы торчал болт. Её оптика потухла. Вскоре тело вампирши стало превращаться в серый пепел и осыпаться. Тогда Санстрайкер убил не задумываясь. Он убил, потому что ему вбили в процессор, что все вампиры без исключения - монстры, жаждущие чужого энергона. Он не задумался о том, что возможно та фемка была не виновата. Её обратили против воли, возможно даже случайно. Она не хотела этого, а в итоге она просто умерла на арене, где издевались над вампирами. - А ну убери от него свои манипуляторы, чудовище! - послышалось из темноты. Санстрайкер вздрогнул, услышав этот голос, а вот Старскрим лишь усмехнулся. - Сейнткиллер, так ты ещё жив, старикан? - усмехнулся сикер. Из темноты вышел довольно мощный мех в тяжелой броне, которая защищала даже его шею. Пластины были покрыты царапинами от когтей и клыков. Сама броня отливала белым светом, что говорило о том, что она имела серебряное напыление, защищающее от вампиров. Мех был довольно стар, что и так было заметно. Его лицевую пластину украшали шрамы от былых битв с живыми мертвецами. Желтая оптика с ненавистью смотрела прямо на вампира. Броня Сейнткиллера была обвешана разными странными колбочками и оружием, начиная от простых небольших кинжалов и заканчивая довольно увесистым арбалетом с более сложным механизмом, чем у тех же новичков. Старскрим отпустил манипулятор Санстрайкера и выпрямился, смотря старшему охотнику прямо в оптику. Новобранец моментально отбежал к своему наставнику, за что получил удар по лицу. - Никогда не смей поворачиваться к вампирам спиной! - крикнул на юнца Сейнткиллер. - Простите, сэр... - виновато прошептал Санстрайкер. - Возвращайся обратно на базу. Я сам с ним покончу. - старший охотник с ненавистью посмотрел на сикера. - Сэр, я бы мог... - Возвращайся на базу, Санстрайкер! - крикнул Сейнткиллер. - Твое полевое задание окончено! Ты хорошо старался, но к полноценной битве с вампиром ты ещё не готов! - Хорош наставник. - присвистнул Старскрим. - Прям сама забота и учтивость. - А твоего мнения никто не спрашивал, чудовище! Новобранец поспешил забрать свой арбалет и поскорее скрыться в темных поворотах между домов, чтобы вновь не схлопотать нагоняй от своего наставника. В подворотне остались только двое: вампир и охотник. - А я уже надеялся, что ты в конец заблудился и сдох в той шахте. - улыбался сикер.

***

Убийство интер-фемки, ее сутенера и трех его помощников на одной планете заставило охотников обратить на этот инцидент внимание. Их привлек тот факт, что все жертвы были почти лишены энергона и убиты странным способом, который не подходил ни одному животному. Как раз Сейнткиллеру было поручено расследовать это убийство. Расспрашивая жителей той самой планеты, охотник узнал, что по городу бродит странный серый мех, который из-за травм носит черную куртку. Видят его довольно часто в баре именно в ночное время суток. Кто-то даже вспомнил, что видел того меха вместе с погибшей интер-фемкой на улице, а на следующее утром её как раз нашли мертвой. Сейнткиллер попытался узнать, где именно живет тот самый странный мех, но все только разводили манипуляторами, ссылаясь на окраину города, где его видели, и на шахты, где он работал ночным охранником. Охотник решил обследовать окраину города пока светило солнце, надеясь найти логово предполагаемого вампира и убить его, пока тот спал, но он мало что нашел в руинах брошенной части города. В одном полуразрушенном доме он нашел лишь замытые на "отвали" следы энергона на полу. Еще он обнаружил хорошо обставленную квартиру с явными следами недавней драки и свежим ремонтом: окно было заставлено большой пластиной и прибито к стене; дыра, ведущая как еще одна "дверь" в ванную комнату, так же была заколочена какими-то досками. Стоило Сейнткиллеру открыть дверь в комнату, как оттуда моментально вылетело несколько летучих мышей, противно пища. Охотнику казалось, что ему повезло и он нашел логово вампира, но комната оказалась пуста. Были лишь намеки на то, что тут кто-то бывает. Сейнткиллер решил дождаться ночи и дойти до той самой шахты. И вот он уже наблюдал за Старскримом, который просто обходил территорию за забором, ограждающим шахту от города. Серый мех в черной куртке с яркими алыми окулярами. Несколько раз сикер останавливался и поворачивался в сторону, откуда за ним следил охотник. Со стороны могло показаться, что Старскрим просто что-то услышал и уже готовился прогонять очередных юных бет с территории. Вот только вскоре Сейнткиллер потерял сикера из поля зрения. Самое удивительное было то, что тот просто исчез. Охотник уже решил, что потерял потенциального вампира, когда заметил какого-то меха, перелезающего через забор. Довольно молодой бот быстро оказался на территории шахты и начал осматриваться, но это ему не помогло. Стоило ему сделать несколько шагов от забора, как его моментально кто-то схватил и довольно быстро потащил к вагончику, где в рабочее время отдыхали работники. По своей сути это было что-то вроде "курилки" и сейчас она как раз пустовала. Сейнткиллер поспешил догнать меха и того, кто его утащил в вагончик. Забор пришлось сломать, так как охотник был довольно крупным и не мог так просто через него перелезть. Сейнткиллер приблизился к вагончику и прижался к стене, вслушиваясь в звуки. Он слышал тихое мычание и рычание. Охотник достал арбалет и зарядил его: вставил вниз небольшой цилиндр, в котором было несколько десятков серебряных болтов. Сейнткиллер быстро забежал в вагончик и застал вампира как раз за трапезой. Старскрим пил энергон меха, вцепившись тому в горло. Почуяв охотника совсем рядом, сикер убрал клыки из шеи жертвы и грозно зашипел. Он уже знал кто перед ним. Знал, что его буквально застукали на месте преступления, приговорили и уже готовятся привести смертельный приговор в действие. Сейнткиллер направил арбалет в голову вампира и выстрелил. Два болта просвистели в воздухе и вошли в каменистый пол. Старскрим успел бросить меха и отскочить в сторону, а точнее на потолок. Сикер смотрел на охотника, грозно скалясь и шипя, зная что ему пора убираться отсюда. Вампир прыгнул прямо на Сейнткиллера и повалил его на спину, а перед этим в его тело прилетело два болта: один в правое плечо, второй в область живота. Старскрим это сделал не для того, чтобы впиться ему в шею, а лишь ради того, чтобы освободить единственный проход, ведущий наружу, и сбежать. Еще тогда охотник сильно удивился тому, что серебро не подействовало на этого вампир. Даже болты не остановили его. Сикеру оставалось бежать только в сами шахты. Превращаться сейчас в тупорыла было довольно опасно, как и просто стараться убежать в город. Сейнткиллер следовал за Старскримом, но все равно отставал от довольно шустрого раненного вампира. Однако охотник уже знал, что сикер сам себя загоняет в ловушку, ведь выход из шахты был только один, он же и был входом. Сейнткиллер спускался вниз в шахту, держа арбалет наготове. Никаких следов внизу, свидетельствующих о том, что вампир дал деру именно сюда. Оставалось только идти дальше по коридору, прислушиваясь к каждому шороху. Охотник шел прямо по рельсам, по которым гоняли вагонетки с добытым энергоном или ценными камнями и рудами, коих здесь было так же не мало. Коридор вел в просторный зал шахты, где уже имелось разделение на уровни и лифт. А еще и огромная дыра, ведущая куда-то в темноту. Она была огорожена, видимо ее еще не изучили или не поставили спусковой механизм, хотя на потолке были закреплены цепи, которые свисали вниз и уходили глубоко в недра ямы. Сейнткиллер услышал какой-то звон у себя под ногами. Посмотрев вниз он обнаружил два болта с серебряными наконечниками, которые были испачканы в какой-то черной вязкой субстанции. Охотник опустился на одно колено, чтобы получше рассмотреть болты. Явно их вырвали из тела недавно, на одном даже имелся кусочек черной кожи, из которых делают куртки. Это значило, что вампир где-то здесь. Сейнткиллер стал обходить все конструкции, считая что Старскрим должен где-то прятаться. - Ну и где же ты, чудовище? - прорычал сквозь денты охотник. - Так ты пришел, чтобы убить меня? Вопрос эхом отражался от стен шахты, из-за чего Сейнткиллер не мог понять, откуда именно говорил сикер. - Я что, в прошлой жизни обидел тебя? - продолжил вампир. - Одно твоё существование - это одна сплошная ошибка. - сказал охотник. - Ты не представляешь, сколько раз я слышал эти слова в свой адрес, когда был ещё живым. - Чего ты прячешься? Неужели боишься меня? - Ты явно тот, кто сначала стреляет, а уже потом задает вопросы. - Ну же, покажи свою клыкастую мордочку и я с огромной радостью выстрелю в нее всей обоймой серебряных болтов. - Ты так говоришь, будто это очень приятно. Может тогда себе в лицо выстрелишь? - Ты ведь понимаешь, паршивец, что отсюда живым уйдет только один? - Это такой тонкий намек на то, что под "живым" ты подразумеваешь себя? - А ты догадлив. Намного умнее остальных, на кого мне приходилось охотиться. - Может объяснишь мне, почему ты так желаешь меня убить? Повторно, между прочим. - Ты - мерзкое богохульное создание, не достойное права на существование. То, что когда-то умерло должно таким и оставаться, так гласит воля Праймуса. - В мире столько мехов и фемок, которые заслуживают смерти. Так чего ты за ними не охотишься? - Чтобы ты продолжал убивать невинных ботов? - Я никого не убиваю, только отпиваю немного и стираю память об этом инциденте... Если ты о той фемке, сутенере и еще троих мехах, то тут была самооборона. Да и заслуживают ли жить те, кто в фемках видит лишь товар и пользуются ими как куклами? А та интер-фемка сама напросилась, вероломная дрянь. Хотела украсть у меня кредиты и удрать. - Молчать, тварь! Твоим действиям нет оправдания! Просто выйди и прими свою смерть без сопротивлений! И да дарует тебе Праймус прощение! - У вас там у охотников секта какая-то? Ничего себе вам там процессор промывают. - Ты не выйдешь отсюда больше никогда, клянусь самим Праймусом! На Сейнткиллера из темноты поехала вагонетка с такой скоростью, что тот едва успел уклониться от удара. Из-за этого охотник выронил свой арбалет, который отлетел в сторону. Сейнткиллер понимал, что все это был очередной трюк Старскрима и нужно как можно быстрее вернуть свое оружие. К сожалению сикер оказался быстрее. Тот пробежал прямо перед охотником, когда последний уже хотел схватить свой арбалет, перехватил оружие и вместе с ним побежал к яме. Вампиру хватило ловкости и скорости, чтобы допрыгнуть до цепи. Старскрим смотрел на Сейнткиллера, направив на того арбалет. Охотник ожидал, что сикер выстрелит в него и не только потому, что тот выстрелил в него первым. Не только в отместку за два болта, которые попортили вампиру броню и куртку. Старскрим мог начать стрелять в Сейнткиллера, чтобы избавиться от того. Выпустить в охотника всю обойму болтов, серьезно ранив. Но вместо этого сикер отпустил арбалет и тот просто упал в яму, скрываясь в непроглядной тьме. Снизу послышался глухой звук удара и разбивания чего-то на части, что говорило о том, что глубина тут приличная. Как оказалось, та цепь вела куда-то наверх, пробивая потолок. Небольшая дыра в потолке, через которую мог пролезть Старскрим и выбраться наружу, сбежав от фанатичного Сейнткиллера. Сикер так и собирался сделать, но тут в него прилетела какая-то склянка. Стекло было довольно тонким, из-за чего бутылочка сразу разбилась, встретившись со спиной вампира. В склянке было что-то, что содержало в себе кислоту, ведь разлившаяся жидкость моментально начала шипеть, прожигая куртку, обнажая часть шрамов на спине Старскрима. Сикер остановился и зарычал, стиснув клыки. Вот такого он в свой адрес уже простить не мог. Живой мертвец развернулся к охотнику, который держал ещё одну небольшую бутылочку с мутной зеленой жидкостью. Вампир понимал, что тот не оставит его в покое. У Старскрима снова не оставалось выбора. Он вновь должен был убить своего врага, чтобы спокойно существовать дальше. Сикер немного раскачался на цепи, чтобы прыгнуть в сторону Сейнткиллера, который успел увернуться от атаки вампира. Острые когти выбили несколько ярких искр, тормозя об каменистый пол шахты. Старскрим словно зверь стоял на четвереньках, слегка прогнув спину, заранее готовясь к новому прыжку, и скалясь. Охотник достал два кинжала, отливавших белым цветом при тусклом свете ламп в шахте. Серебро. Алые окуляры сикера стали светиться еще ярче, словно разгоревшийся в ночи пожар. Новый прыжок и вампир попал прямо на один из кинжалов. Сейнткиллер удивился тому, что Старскрим был всё ещё жив, ведь металл однозначно пробил камеру искры. А сикер продолжал пытаться добраться до охотника, царапая тому манипулятор. Под острыми когтями прочная броня резалась так, будто она состояла из бумаги или еще какого-нибудь хлипкого материала. Из ран уже тек энергон, но Сейнткиллер старался изо всех сил держать клацающую пасть вампира и его острые когти подальше от себя. Один раз тот позволил приблизить Старскрима к себе, чтобы вторым кинжалом перерезать тому глотку. Но сикер всё равно не унимался и даже не думал умирать. Охотник откинул вампира подальше от себя и тот вновь затормозил когтями. Искры ярче фонарей освещали звериный оскал Старскрима. К когтям сикера прилипло немного частичек пыли, потому что они были перепачканы энергоном Сейнткиллера. Вампир встал и посмотрел на светящиеся голубые линии, растекающиеся по рукавам куртки. Брызги энергона украшали почти всю куртку и несколько капель имелись даже на лицевой пластине Старскрима. Сикер высунул глоссу и провел ею по одной из голубых линий, пробуя энергон охотника. Вампир тут же с отвращением сплюнул. - Дурной энергон. - фыркнул Старскрим. Дурной энергон. Вампиры очень избирательны в плане своих жертв и если энергон не приходится им по вкусу, то они его не пьют. Чувствуя только вкус энергона, что течет по магистралям живых, они сравнивают его с дорогим выдержанным сверхзаряженным энергоном. Но для Сейнткиллера слова сикера были оскорбительными. Как этот вампир, безумное порождение самого отрицания смерти посмел сказать охотнику, праведному блюстителю святых учений самого Праймуса, что у того дурной энергон? Ведь он не знал, что конкретно это значит. Для любого смертного фраза "дурной энергон" могла значить, что у бота что-то не так с энергоном. Сейнткиллер считал, что если эту фразу говорит вампир, то это значит лишь одно: тот не будет пить твой энергон, ведь он ему не понравился на вкус. И лишь сам Старскрим, как и любой живой мертвец, знал истинное значение этого словосочетания. Это означало, что душа бота начала гнить и это отражалось на самом энергоне. Сикер это понял еще во время разговора с Сейнткиллером. Охотник слишком рьяно следовал всем тем предписаниям, которые вбили ему в процессор. Все вампиры зло и их нужно истребить, всех без исключения. Раны вампира быстро затянулись и он уже был готов к новой атаке, но медлили. Он видел израненный манипулятор Сейнткиллера и надеялся, что тот сам отступит, но охотник оказался упертым. Превозмогая боль он крепко сжал два кинжала и бросился на Старскрима. Сикер отпрыгнул в сторону, грозно скалясь и шипя. Вампир понимал, что Сейнткиллер точно не даст ему отсюда уйти, но ведь можно было просто вымотать его. Раны и усталость могли бы дать возможность Старскриму сбежать и переждать ночь в укромном месте. Рано утром, с первыми лучами солнца, в аэропорту был первый рейс и сикер мог по-тихому пробраться на корабль, затаится там и убраться с этой планеты. Конечно, потом были бы проблемы с тем, что вампир удрал в самоволку, но другого выбора не было. Еще один труп, да еще и в шахте мог заставить местных полицейских начать расследование, в результате чего начался бы допрос всех работников шахты, включая самих охранников. В первую очередь тех, кто заступал в ночную смену. Старскриму не хотелось, чтобы кто-то в ходе расследования запросил его дело, ведь тогда могло выясниться, что тот отбыл несколько аноциклов в тюрьме и у него несколько пожизненных. А если еще учитывать, что он беглец... Бежать приходилось при любом развитии событий. Охотник вновь пошел в атаку, а сикер только уворачивался от ударов, иногда орудуя когтями, нанося новые раны противнику. Сейнткиллер тоже не собирался так просто сдаваться, а уж тем более не собирался отпускать вампира обратно наружу. И тут в процессоре Старскрима проскользнула мысль: та самая яма ещё не была исследована до конца. Он как-то услышал, что там очень мало кристаллов энергона, да и драгоценностей тоже меньше, чем ожидалось. Туда вообще спускаются раз в декацикл и то на небольшую глубину. Сикер решил показать охотнику себя настоящего. Первое, что увидел Сейнткиллер были два огромных черных крыла, которые буквально вылезли из поясничного отдела вампира, раскрылись, демонстрируя свои масштабы и способность поднять в воздух довольно крупное тело вампира, и уперлись когтистыми сгибами в каменистый пол. Старскрим так же немного увеличился в размерах. Когти стали ещё больше, а пальцы более цепкими. Мощные задние лапы как у горгулий были загнуты назад и скрывались темными крыльями. На охотника смотрели два злых алых окуляра. Сейнткиллер видел морду летучей мыши, с наростами напоминающие ушки. Сикер раскрыл клыкастую пасть и издал свой фирменный непонятный рев. Охотник лишь улыбнулся и приготовился к атаке. Тупорылов осталось не так уж и много, и все они очень хорошо прячутся. За всю историю удалось найти и убить только три особи. Эти крылатые твари известны своей силой и яростью. Для любого охотника убить тупорыла это больше, чем дело чести. И вот перед Сейнткиллером стояла та самая бестия. Охотник бросился на вампира, но и последний не стоял на месте и тоже бросился в атаку, довольно быстро набирая скорость и пригинаясь. Старскрим сумел схватить охотника и моментально взлетел. Он услышал чавкающий звук в перемешку со слабым звоном. Серебряный кинжал вонзился в спину сикера, но это не остановило его. Вампир завис прямо над ямой и бросил Сейнткиллера, но тот смог зацепиться за цепь, выронив оба кинжала. Цепь немного качнулась, когда чуть выше за нее схватился Старскрим. Он цеплялся всеми своими когтистыми конечностями, включая когти на сгибах крыльев, за каждое звено, медленно спускаясь к охотнику и смотря прямо на него. Сикер мог бы просто сбросить того вниз, но нужно было, чтобы его не нашли, по крайней мере до конца астроцикла. Вампир остановился и теперь от Сейнткиллера его отделял несколько метров. Старскрим зафиксировался на цепи при помощи задних лап и крыльев и стал подтягивать к себе часть цепи. Охотник готовился к тому, что тот подтащит его к себе, но он был сильно удивлен, когда вампир начал разъединять звенья. Старскриму хватало сил, чтобы держаться за цепь и удерживать увесистого Сейнткиллера. Сикеру оставалось только разжать пальцы. - Ты - чудовище! - прорычал сквозь денты охотник. - От чудовища слышу. - прошипел вампир. Старскрим отпустил кусок цепи и Сейнткиллер начал падать во тьму. Он не кричал. Не проклинал сикера, летя в темную пасть ямы. Он с ненавистью смотрел на вампира, которому не только удалось ускользнуть от него, но и победить. Старскрим не вглядывался тогда во тьму и не знал, что охотник сумел вытащить еще один кинжал и зацепиться при помощи него за скалу. В результате вниз начали падать камни, которые создали шум, чем-то напоминающий падение увесистого тела, чего сикеру и хватило. Вампир выбрался из шахты, вновь приняв облик смертного и отдежурил до конца смены. Своему сменщику он сказал, что к шахтам пытался пробраться какой-то буйный тип. Старскрим ссылался на то, что не смог его разглядеть как следует и что тот сбежал в лес. Отработав ещё декацикл, сикер уволился, купил себе новую куртку и первым же рейсом вернулся на Кибертрон.

***

И вот теперь вампир и охотник вновь встретились. Последний явно сам желал свести счеты с первым. - Тебе следовало спуститься в ту яму и проверить, что я действительно мертв. - презрительно усмехнулся Сейнткиллер. - Не такой уж ты и умный. - Я не убийца в отличие от тебя. - фыркнул в ответ Старскрим. - Сам Праймус спас меня от смерти, чтобы я довел начатое дело до конца: убил мерзкое чудовище! - Ты опять заладил старую песню? Пластинку заело? Или ты не понимаешь, что ты такое же чудовище как и я? - Я исполняю благое дело, избавляя мир от тебе подобных! - разозлился охотник. - Ты убиваешь других вампиров, не думая о том, что у многих из них просто нет теперь выбора. Они ведь тоже когда-то были обычными смертными мехами и фемками, но судьба обошлась с ними жестоко. Ты винишь меня в том, что мне иногда приходится убивать ботов, но сам не лучше. Ты так же убиваешь мехов и фемок, что делает тебя таким же чудовищем как и я. И в этом ты не можешь увидеть одну истину: ты большее чудовище, чем я. Я смог остановиться и прекратить убивать, а вот за тобой тянется след из трупов. Сейнткиллер одним быстрым движением снял арбалет и направил его в сторону вампира. Один выстрел и два серебряных болта полетели в сторону Старскрима, но буквально через наноклик сикера уже не было на прежнем месте. Болты просвистели в воздухе, улетая куда-то в проход между домами. Охотник начал осматриваться по сторонам, ища вампира. Он был уверен, что тот так просто не сбежит. Наверняка Старскрим захочет закончить не так давно начатое дело и убьет Сейнткиллера. - Ну и кто теперь охотник? Сейнткиллер посмотрел наверх, заранее наводя оружие. Сикер просто стоял на крыше, немного нагнувшись вперед и опершись на край. Вампир смотрел прямо на охотника, при этом как-то странно его оценивая. Старскрим был уверен, что Сейнткиллер погиб тогда в шахте, упав вниз и разбившись. Но этот охотник оказался упертым, не как остальные. Сикеру даже стало интересно, что ещё придумает Сейнткиллер, чтобы отправить вампира в мир иной. Да и возможно ли это вообще? Многие до него пытались умертвить Старскрима, но все они потерпели неудачи, а многие сами распрощались со своими жизнями. Даже если сикер не убьет охотника сейчас, то это ничего не изменит: один из них должен будет убить другого в самом конце. И этого не изменить. Есть вампиры, которые вынуждены питаться энергоном смертных, а есть охотники, которые оберегают ботов от тех самых живых мертвецов. Обе стороны убивают друг друга, преследуя свои цели. Сейнткиллер не успокоится, пока Старскрим не умрет во второй раз, но навсегда. Сикер не решил дожидаться того момента, когда в него вновь полетят болты, портя его и так уже дырявую куртку и пронзая мертвую броню и системы. Он довольно быстро принял облик тупорыла, зная, что единственным свидетелем этого будет охотник, расправил огромные черные крылья и взлетел, поднимая в воздух пыль. Сильный поток ветра и пыль заставили Сейнткиллера притушить оптику и закрыть её манипулятором. Когда охотник вновь посмотрел наверх, пытаясь отыскать вампира, то уже не мог его найти. - Клянусь Праймусом, я найду эту тварь! - рычал сквозь дентопластины Сейнткиллер. - Клянусь, что покончу с его существованием или же погибну сам! Моя клятва перед лицом Праймуса нерушима и вечна! Старскрим взлетел довольно высоко, чтобы его было сложнее всего обнаружить и поспешил отлететь от ненормального охотника на вампиров как можно дальше. Сикер просто решил поискать ещё одну жертву и та так удачно плутала среди лабиринтов домов. Причем, это был старый знакомый. Новенький из числа охотников. Санстрайкер. Хоть вампир и обещал, что не убьет и не укусит его, но ведь Старскрим ничего не сказал по поводу того, что он немного выпьет его энергона. Ведь тот ничего не сказал о времени, за которое он не будет трогать охотника. Помимо того, что сикер показал тому, что он не такой, как остальные вампиры, его не берет серебро или выстрелы по слабым местам, Старскрим ещё решил показать юнцу, с какими именно монстрами тому придется воевать. Ведь пока вампира сдерживает цепь у стены, тот особо не представляет угрозы. Но если ты оказываешься с таким существом один на один, да ещё и мертвецу дана полная свобода в действиях, то тут уже со стороны смертного будет идти борьба за жизнь. Сикер приземлился не так далеко, слегка пошумев. Он слышал биение искры Санстрайкера и знал, что тот напуган. Неопытный охотник, услышав шум позади себя, резко развернулся, снова уронив арбалет. Пока он его торопливо поднимал, Старскрим вышел из-за угла и подошел к тому почти в плотную. Юнец увидел только темную броню. И к своему огромному сожалению он помнил, кому она принадлежит. Санстрайкер поднял голову и увидел перед собой того самого вампира, в которого не так давно выстрелил почти все двенадцать болтов. Опять арбалет упал на тротуар, клацнув незаряженным механизмом. Новичок от неожиданности упал на пятую точку и начал отползать от Старскрима. А сикер, в свою очередь не отставал от Санстрайкера. Когда тот уперся спиной в стену, вампир взял того за горло и поднял. Юнец мог только болтать в воздухе ногами и хвататься за когтистый манипулятор Старскрима. - Ты ведь сказал, что не убьешь меня... - прохрипел юный охотник. - И я держу свое слово. - прошипел сикер, улыбнувшись. - Но я ведь ничего не сказал о том, что выпью немного твоего энергона. И я ведь не сказал, что вообще не буду тебя кусать. Вампир заставил Санстрайкера нагнуть голову на бок, открывая легкий доступ к шее. Юнец лишь видел, как Старскрим раскрывает пасть и как его клыки становятся длиннее и опаснее. Шейные провода обдало могильным холодом. Клыки становились все ближе, но сикера грубо прервали в самом начале его небольшой трапезы. Сейнткиллер каким-то чудом смог найти и своего ученика, и ненавистного вампира. Но атаковать сзади, выстрелив Старскриму прямо в спину было опасно, ведь болт мог пройти насквозь и попасть в Санстрайкера. Если сикера болт не убьет, то неопытного охотника моментально может отправить в мир иной. Поэтому более опытный охотник достал что-то вроде удавки, которой пользовались, чтобы оттащить вампира от жертвы или завязать тому пасть. Старскрим лишь почувствовал, как что-то накинули ему на шею и резко потащили подальше от его перекуса. Сикеру уже было не до юнца. Вампир понимал, что прямо за его спиной находится Сейнткиллер, который похоже решил отправится на тот свет. Старскрим попытался скинуть удавку, которая уже передавливала ему горло, но никак не влияла на его состояние. Не было ошибок о резкой потере энергона. На удивление самого сикера, вскоре охотник сам ослабил хватку. Вампир резко развернулся, ожидая, что Сейнткиллер попытается вновь всадить в него обойму серебряных болтов, но обнаружил, что тот просто сполз вниз. Мина как раз вышла погулять, что в ночное время могло быть для неё весьма опасным занятием. Фемка бродила по подворотням, ожидая прихода Старскрима или внезапного нападения какого-нибудь бандита, в результате чего сикер всё равно явился бы. Второй вариант был бы для Мины более предпочтительным, ведь в этом случае получилось бы так, что она раздобыла случайную жертву для вампира. Она лишь увидела, как между домов пробегал совсем юный мех, держа арбалет. Конечно же фемке стало интересно и она проследовала за ним. Как же Мина была рада, когда увидела Старскрима, который уже собирался перекусить тем самым мехом. А потом она заметила более крупного бота, который просто подошел к сикеру сзади и накинул какую-то петлю на его шею. Фемка решила спасти вампира, ожидая услышать от него благодарность и не думая, что она таким образом может себя подставить. Мина заметила рядом с собой кусок старой трубы. Кусок был довольно увесистым и фемка его еле подняла. Ещё тяжелее ей было подойти к Сейнткиллеру сзади, поднять кусок трубы повыше и треснуть того по голове. Мине ещё повезло, что рядом стоял ящик, на который она смогла подняться, и что из-за тяжести трубы удар вниз был сильным. Охотник ослабил хватку и сполз на тротуар, но он всё ещё был в сознании. Старскрим развернулся и увидел фемку, которая держала в манипуляторах тяжелую трубу и смотрела на Сейнткиллера. Мина посмотрела на сикера и радостно улыбнулась. Если бы у неё был хвост, он бы уже заходился как у довольной собаки, которую похвалили. - Я всё правильно сделала? - радостно спросила фемка. - Ты что вытворяешь? - прошипел вампир. Старскрим знал, что Санстрайкер не видит Мину, но Сейнткиллер находится рядом и стоит ему только оклематься и повернуть голову в сторону фемки, как он тут же её заметит. Сикеру вновь пришлось быстро перевоплощаться в огромную летучую мышь, но на этот раз он это сделал не для самообороны, а для того, чтобы спрятать за своей спиной Мину. Он быстро смог развернуться к юному охотнику, схватить фемку и заставить её залезть к себе на спину. Вампир отступал назад, скрывая за собой Мину и не давая той даже мельком выглянуть из-за своей спины. Старший охотник ужё пришел в себя и поднялся. Снова он видел тупорыла прямо перед собой, но в этот раз он вёл себя как-то странно. Сейнткиллер заметил, что Старскрим явно что-то прячет за своей спиной и делает всё что угодно, лишь бы никто не увидел то, что он так старательно пытается скрыть. Казалось, вот он идеальный момент для выстрела. Санстрайкер в ужасе пытается вжаться в стенку и эта роль отводится его наставнику, но последний не спешил поднимать арбалет и наводить его прямо на сикера. Вампир мог переключиться на случайного свидетеля и теперь прятал его или её за своей спиной. Кодекс охотников запрещал причинять вред живым, в том числе и случайным жертвам вампиров. Только Сейнткиллер не понимал мотива: если у Старскрима появился заложник, то почему он его или её прячет? Ведь сикер может пригрозить тем, что убьет жертву, и, пользуясь замешательством двух охотников, сбежать. Если только... Если только вампир не прятал за своей спиной того, кто стал ему дорог. Мина всё пыталась выглянуть из-за спины Старскрима и хоть краешком окуляра рассмотреть двух охотников на вампиров. Она сразу поняла, что эти двое - охотники. По оружию, которое отливало белым серебристым цветом. И ещё по той причине, что один из них напал на сикера. Вот только вампир толкал фемку локтями, давая той понять, что ей не следует высовываться, и прикрывал крыльями. Старскрим понимал, что пора давать деру, чтобы уберечь Мину. Огромные черные крылья сделали первый взмах, поднимая увесистого сикера в воздух вместе с фемкой, которую он продолжал прятать за своей спиной. Ещё взмах и вампир оказался высоко в темном ночном небе, где его уже труднее было разглядеть. Старскрим резко развернулся и полетел подальше от охотников. Раньше бы он конечно остался и показал бы Сейнткиллеру и его ученику, что с таким вампиром как он шутки плохи. Он рвал бы старшего охотника на мелкие куски и заставил бы Санстрайкера наблюдать за всем этим. Но сейчас он не хотел подвергать Мину опасности. Ветер тихо свистел под огромными черными крыльями. Сикер сумел поймать один из потоков, который мог удерживать крупную летучую мышь в воздухе. Старскрим подлетел к огромной башне с часами. Как же повезло, что двери, ведущие на балкон были открыты. Вампир приземлился прямо на балкон, давая Мине слезть с себя. Фемка не ожидала, что в следующий наноклик сикер грубо толкнет её прямо внутрь башни. Мину окружал стук шестерней, редкий звон цепей и запах свежего масла, которым смазали механизм часов. Видимо именно поэтому балкон на башне решили оставить открытым: чтобы не было сильного запаха. Однако вонь была всё равно сильной и фемку даже начало немного мутить. Мина не успела прийти в себя, как её вновь грубо взяли за плечо и развернули. - Ты вообще понимаешь, что ты творишь? - шипел Старскрим. - Я просто хотела помочь... - непонимающе сказала фемка. - Я бы и сам справился. До этого с охотниками справлялся и без твоей помощи. Ты вообще понимаешь, какой угрозе себя чуть не подвергла? - Но я ведь... - Ты хоть понимаешь, что если один из них тебя успел заметить, то твоя жизнь будет подвергнута опасности? Ты понимаешь, что они могут тебя найти и использовать для того, чтобы выманить меня? А если они решат, что ты вампир? - Так это и вправду были охотники на вампиров? - улыбнулась Мина. - Так это ведь круто! - Ничего крутого в этом нет, Мина. Они охотятся на таких как я. Вот только я - гибрид, они ещё с таким не сталкивались. Но как убивать других вампиров они знают и поверь, их не сдерживают никакие нормы морали. - Ты что, обо мне беспокоишься? - хитро улыбнулась фемка. - Конечно беспокоюсь. Может я и живой труп, но это не значит, что мне на всех плевать. - Если ты обо мне беспокоишься, то это значит, что ты меня любишь. Сикер оскалился и грозно зашипел. Со стороны это выглядело так, будто вампир вот-вот набросится на хрупкую Мину и разорвет ей горло, но через клик он отпустил её. Старскрим немного расстегнул свою куртку и фемка впервые увидела его броню. Серая пластина с украшавшим ее алым знаком десептиконов. Вампир одним резким ударом пробил свою собственную броню и начал копаться в камере искры. Слышался хруст, свидетельствующий о ломании чего-то. Броня, системы, сама камера: что угодно могло издавать в тот момент треск, может всё сразу. Старскрим стал вытаскивать какой-то шар, состоящий из металла и стекла, за которым тянулись провода и металлические стержни с подвижными механизмами. Сикер буквально вырвал свою собственную мертвую искру, грубо извлекая её и ломая при этом броню и провода. Вампир положил искру на ближайший стол, слегка её придавив и спровоцировав ту хрустнуть. - Ты у моей искры спроси: люблю я тебя или просто играюсь. - фыркнул Старскрим. - Если бы я знал, что ты за мной начнешь таскаться повсюду, то давно бы махнул на тебя манипулятором во всех смыслах. Сикер от злости ударил когтями по стене, оставив глубокие борозды. Мина лишь смотрела на лежащую на столе мертвую искру. Смотрела на слегка помятый металл каркаса, треснутое стекло и переплетение порванных проводов. Вампир стоял к ней спиной и фемка решила подойти поближе. Она осторожно дотронулась кончиком пальца до мертвой холодной искры. Никакой реакции после этого не последовало: источник жизни так и остался серым и безжизненным. То, что должно было испускать голубой свет жизни был холоден как у мертвеца. Мина провела пальчиками по искре, когда заметила небольшое свечение. Фемка убрала манипулятор от безжизненной конструкции. Вновь в глубине искры под разбитым стеклом появилась маленькая пульсирующая светящаяся точка. Она была настолько маленькой, что казалось хрупкой. Казалось, что она вот-вот снова погаснет, но вскоре она начала разгораться сильнее, потихоньку освещая небольшое расстояние вокруг себя. Не смотря на помятый металл и разбитое стекло, искра работала так, будто она снова ожила. Мина смотрела на всё это словно загипнотизированная. Смотрела на пульсирующий голубой свет, не думая о том, что искра должна находится в теле бота, чтобы работать. И всё это было не более, чем просто имитация жизни. Старскрим лишь сам захотел показать фемке, что он мертв и что если его искра и забьется, то только в том случае, если он сам этого захочет. Возвращать обратно разбитую искру сикер не захотел, а чтобы восстановить даже мертвый механизм, ему нужно было избавиться от старого. Некоторые вампиры могут превращать свои оторванные конечности или вырванные куски в прах, чтобы не оставлять следов своего пребывания. Поломанная искра на столе вскоре перестала биться. Она стала медленно превращаться в пыль, которая оседала на столе. Вскоре от неё осталась лишь кучка пепла, которая даже полунамеком не говорила о том, что когда-то она являлась источником жизни, хоть и мертвым. Как только это произошло, Старскрим тут же запустил регенерацию уже внутри своей камеры искры. Сначала выравнивались стенки камеры, которые сикер успел поцарапать и помять пока доставал искру. Потом остатки проводов начали тянуться друг другу, удлиняясь и соединяясь между собой. Металлический подвижный стержень рос будто был каким-то растением. Сам по себе начал расти каркас, который заполнялся стеклом словно водой. Процесс был немного неприятный для вампира. Боли он не чувствовал, но для него это ощущалось как будто кто-то ползает у него внутри и вытягивает системы. Словно кто-то собирал его изнутри. Стоило ещё и учитывать, что при этом Старскрим тратил часть энергона, который выпивал из своих жертв. Вот она, та самая плата за бессмертие и регенерацию. Когда искра вместе со всеми соединениями восстановилась, сикер решил проверить её работу, на случай, если ему придется имитировать жизнь. Внутри новой искры стал разгораться голубой свет, но теперь это было не больше, чем своеобразная лампа. Почти тот же принцип работы: когда вампиру необходимо, он её включает, но большую часть времени она не работает в связи с ненадобностью. Это сияние заметила Мина. Хоть она и стояла спиной, но голубой свет отражался даже на серой стене башни. Фемка повернулась к Старскриму и увидела, как тот оценивающе смотрит на дыру, которую не так давно сам и сделал. Вскоре искра потухла и её начала закрывать пластина, которая так же как и механизм искры просто нарастала. Прошло всего несколько кликов и от раны не осталось даже намека. Всё выглядело так, как и было до того, как сикер сам своими собственными когтями вырвал свою искру. Теперь даже Мина понимала, что всё это была лишь имитация. Искра вампира давно мертва. - Теперь ты понимаешь, что я давно мертв и ничего кроме голода чувствовать не могу. - прошипел Старскрим, застегивая куртку. Фемка в ответ лишь кивнула. А что ей ещё оставалось? Она понимала, что все романы про вампиров, которыми она зачитывалась раньше, не будут работать в реальной жизни. Настоящие вампиры не проявляют особых чувств к своим жертвам. И Мина знала, что она такая же очередная жертва, с которой сикер просто играет, пока ему не надоест или пока фемка сама не сдастся и не уйдет. Вот только сама Мина не желала, чтобы всё так заканчивалось. Она не хотела, чтобы весь её мир снова рухнул в бездну. - Хозяин... - тихо сказала фемка. - Сколько раз говорил, не называй меня так! - зарычал вампир. - Вы... ты... Ты не голоден? - неуверенным голосом спросила Мина. Старскрим был голоден и он это сам знал. За эту ночь он лишь перекусил тем мехом, что крался за Нокаутом. Вонзить клыки в шею Санстрайкеру сикеру не дал Сейнткиллер. Вампир столько потратил сил на свою регенерацию после выстрелов серебряными болтами, а потом и на показательную регенерацию своей искры. Сейчас в перспективе ему нужно было бы вновь отправится на охоту. Найти какую-нибудь фемку или какого-нибудь меха, которые в столь позднее время спешат вернуться домой. Загипнотизировать жертву, увести её в подальше в темный переулок, где риск нарваться на ненужных свидетелей будет сведен к минимуму, и там вонзить свои клыки в шейные провода и насытиться энергоном. Сделать несколько глотков. Несколько жадных глотков столь желанного энергона. Вновь на мгновение почувствовать себя живым. Почувствовать как теплые потоки разливаются по всему телу через магистрали, согревая их на столь короткий момент. О том, чтобы жертва не вспомнила о нападении, Старскрим всегда заботился заранее. Если после укуса бот оставался в сознании, то сикер просто уходил, зная, что стоит ему скрыться за поворотом и через несколько кликов жертва придет в себя, непонимающе смотря по сторонам. Если же мех или фемка ушли в оффлайн, то вампир прятал тело, чтобы на него не набрели бандиты. Жертва так же вскоре приходила в себя и просто шла домой. Он уже заранее знал какой именно приказ нужно дать жертве еще до укуса. - Конечно, голоден. - фыркнул Старскрим. - Кстати, если бы не ты, я бы закусил тем самым охотником. - Прости... - виновата опустила голову Мина. - Может тогда... Дать тебе выпить моего энергона? Сикер сглотнул. Ему нравился энергон Мины. Она была ещё молодой фемкой, а у таких энергон всегда отдает чем-то сладеньким. Да и тем более, Мина всегда охотно давала вампиру сама себя укусить. Сама добровольно позволяла Старскриму вонзить клыки в её шею. Но сикер не хотел этим злоупотреблять, потому что боялся. Вампир боялся, что из-за этого может привязаться к фемке. Что он станет зависим от её энергона словно какой-то наркоман. Но сейчас Старскрим был голоден и на поиски новой жертвы могло уйти много времени. Мина оказался резко прижата к столу. Резкое движение заставило пыль от искры рассыпаться по вертикально поверхности. Фемка лишь слегка улыбнулась и покорно наклонила голову на бок, когда сикер прижал её к столу. Было заметно место, где провода были немного взъерошены и повреждены. Хоть Мина и старалась скрывать место, куда её кусал вампир, но это было сложно. Провода хоть и довольно быстро восстанавливались, но из-за частых укусов в одно и тоже место верхние всегда выглядели потрепанными. Снова фемка чувствовала могильный холод, который обдавал её шейные провода. Вновь видела раскрывающуюся пасть с острыми клыками. Она знала, что один клик и они вонзятся ей в шею, но она была к этому готова. И вот острые клыки впиваются в её горло. Мина цепляется манипуляторами за куртку Старскрима, протяжно застонав и прикусив губы. Ей нравилось чувствовать, как сикер буквально выпивает из неё жизнь. Хоть и три глотка, но для фемки это было чем-то большим. Она чувствовала, как огромные клыки двигаются в её проводах, пропуская небольшое количество энергона в пасть вампира. Мина чувствовала, как Старскрим глотает её энергон. Каждый раз пробирало до покалываний кончиков пальцев. И каждый раз от этого фемка чувствовала необычное возбуждение. Её искра начинала разгораться и тянуться к мертвой искре сикера, не понимая, что та не ответит ей взаимностью. Лишь таким же безразличием, что и её обладатель. Но всё хорошее имеет дурную привычку быстро заканчиваться. Отпив немного энергона Мины, вампир убрал клыки и посмотрел на фемку, чтобы убедиться, что та все ещё пребывает в онлайне. Та лишь улыбалась и смотрела на Старскрима, всё ещё не понимая, какой опасности она сама себя подвергает. Мина до сих пор держалась за куртку сикера и благодаря этому смогла немного подтянуться и поцеловать вампира. Она чувствовала холод и вкус собственного энергона. Фемка так и не научилась целоваться, но ей хватало и того, что Старскрим в этом случае всегда отвечал ей взаимностью. - Может, поиграем в "вампира и охотника"? - игриво спросила Мина. - В том смысле, что ты - охотница, а я - вампир, которого ты поймала? - усмехнулся сикер. - Ну... не совсем... - хихикнула фемка. - Я могу отыграть роль вампирши, а ты побудешь охотником. - Побыть в шкуре своего врага? И что? Мне нужно вонзить серебряный кол тебе в искру? - Не совсем кол и не совсем в искру. Мина игриво провела пальчиком прямо по молнии, слегка цепляясь ухоженной ногтевой пластиной за каждую зазубрину. Для нее подвеска, за которую можно было схватиться и потянуть вниз расстегивая молнию, давно стала запретной зоной, но она не была против. - Хотелось бы поиграть с тобой, но... - вампир провел глоссой по шее фемки, захватив и место укуса, услышав при этом стон пропитанный желанием. - Мне правда нужно снова выйти на охоту. Ты ведь не хочешь, чтобы я остался голодным, верно? Мина умоляюще смотрела на Старскрима, но на него этот трюк не действовал. Тогда фемка решила набиться сикеру в помощницы. И вновь в действие шел план, в котором она играла роль случайно жертвы, которая могла привлечь какого-нибудь вора или насильника. Словно ночные мотыльки они летели бы на яркий свет, а в итоге попадали в пасть летучей мыши, которая словно ястреб кружила вокруг источника света. Взамен Мина лишь хотела, чтобы вампир овладел ею, вновь заставил бы стонать от удовольствия. В принципе, такой обмен Старскрима устраивал, ведь фемка могла наткнуться даже на обычных ботов, которые шли бы домой. Мина могла заговорить им и так уже переходящий в оффлайн процессор, пока сикер подкрадывался сзади. Вампир спустился с фемкой вниз на улицу. Мина радостно скакала рядом, пока Старскрим выбирал позицию, откуда ему будет удобно следить за ней и оставаться незамеченным для потенциальных жертв. А тем временем за ними обоими наблюдал Сейнткиллер. Он и его ученик находились далеко, так что сикер не смог бы услышать биение их искр. Старшему охотнику понравилось то, что он увидел. Он сразу понял, что фемка является обычной смертной, ведь она не сама спускалась с башни по стене. Её спускал вниз вампир, пока она со страхом сжимала его куртку, прижимаясь всем телом к Старскриму. - Так значит, у чудовища есть своя красавица. - довольно улыбнулся Сейнткиллер. - Она его очередная жертва? - спросил Санстрайкер. - Возможно. Но она согласилась на эту роль по своей собственной воле. - Это как? - Вспоминай, ученик, как отличить загипнотизированную жертву вампира? - фыркнул старший охотник. - Загипнотизированные ведут себя как куклы и имеют ограниченное количество фраз. - Правильно. А вот эта скачет и не похоже, что вампир её контролирует. Скорее всего, это просто его живая игрушка. И её нужно спасти от этого монстра, пока не стало слишком поздно. - Может она сама уйдет от него? - Запомни, ученик, вампиры хоть и выглядят как обычные смертные, вроде меня и тебя, но внутри они мертвы. У них нет совести или чести. Они не испытывают любви или привязанности. Та фемка буквально ходит по тонкой линии, разделяющей жизнь и смерть. Даже если она захочет уйти, вампир её убьет. Он и так её может убить и наша главная задача - не дать этому случится. Мы должны убить чудовище, пока оно не совершило свое темное дело. Во славу Праймуса!