В правде нет страха

И дым мучения их будет восходить во веки веков, и не будут иметь покоя ни днём, ни ночью поклоняющиеся зверю и образу его и принимающие начертание имени его

Откр.14,11

      Я думала, что умерла.       Несмотря на удачный прыжок прямо в воду, я едва не потеряла сознание от резкого холода. Это лучше, чем приземлиться на камни, но в середине зимы море совсем ледяное. Собственное тело отказывалось слушаться, кровь стыла в жилах. Я пыталась развести руки в стороны и начать грести на поверхность, но ничего не получалось. Кислород в лёгких заканчивался, и я почти смирилась со своей участью, пока не увидела его – Господа Бога, не меньше.       Он плыл навстречу ко мне, чтобы помочь выбраться на берег. Или сразу забрать с собой на тот свет. Я счастливо улыбнулась от осознания, что я теперь не одна, а потом всё погрузилось во мрак.       Осталась только тишина. Звенящая в ушах тишина.       Я не знала, где находилась и была ли жива до сих пор. Нескончаемый холод следовал за мной по пятам. Иногда это чувство притуплялось, и я собиралась провалиться в забвение, но потом оно возникало вновь. Неприятно. Впрочем, это была единственная связь с реальностью. Пока в один момент я не услышала до боли знакомый голос. — Арин.       Кто-то звал меня по имени. Часто. Много. Словно я была важна. Словно Бог не забрал меня себе, а оставил этому кому-то.       Я не могла вспомнить его имя, как он выглядел или чем от него пахло. Однако мне прекрасно помнилось, что с ним было безопасно. Находясь на грани жизни и смерти, это было единственное, чего мне так хотелось, – вновь почувствовать себя защищённой. Он знал это. Потому, хоть я и не видела его, я ощущала его присутствие. Мне было совершенно неважно, какая из двух чаш перевесит, если он будет рядом со мной.

***

      В какой-то момент холод сменился жаром. Я будто попала в преисподнюю. Мне мерещилось, что я танцевала в самом центре разведённого в лесу огня, вокруг которого невпопад двигались высокие тени. Ынсо сидела на коленях в снегу и рыдала навзрыд. Происходящее походило на сумасшествие. Оно поглощало меня до тех пор, пока я наконец не очнулась.       Резко распахнув глаза, я испуганно схватила ртом воздух и тут же подавилась кашлем. — Тише, тише, всё хорошо. Слышишь? — раздался взволнованный голос сбоку. — Арин?       Я спрятала лицо в ладонях, растирая выступившие слёзы и всё ещё содрогаясь всем телом. — Вот, выпей.       Взять предложенный стакан воды оказалось непросто. Меня трясло до самых кончиков пальцев. Опустив дрожащие руки на одеяло, я наклонилась и прикоснулась к стакану губами. Мне помогли сделать пару жадных глотков. — Вот так, — ласковые пальцы погладили по волосам. — Отдыхай, я сейчас позову медсестру. — Нет, подожди.       Испуганно уставившись на Джея, я до боли закусила губу. Неудивительно, что именно он был со мной рядом. Я чувствовала чьё-то присутствие, пока находилась без сознания. И что-то подсказывало, что у моей кровати сидел вовсе не Сону. — Что со мной случилось?       Замешкавшись лишь на мгновение, Джей шагнул к двери. — Давай всё же сначала медсестру. — Джей, — я постаралась придать голосу уверенности, — скажи, что со мной случилось?       За секунды на его лице сменилась уйма эмоций. От испуга и гнева до жалости и раскаяния. Он боролся с желанием позвать медсестру и выполнить мою просьбу. Последнее победило. Опустив дверную ручку, Джей вернулся ко мне.       На нём всё также была надета повседневная одежда, а не ученическая форма. Я слегка порадовалась, что хотя бы не провалялась без сознания все каникулы. — Смотритель маяка нашёл тебя на берегу моря ночью, — тяжело вздохнув, Джей сел на стул и придвинул его к моей постели. — Вызвал скорую, они быстро подоспели и привезли тебя сюда. Арин, я…       Он запнулся. Из-за этой паузы внутри меня что-то оборвалось. Голос Джея звучал надломленно, я никогда не слышала его таким. Как бы тяжело ни было, старшеклассник продолжил. — Когда раздалась сирена, сразу стало понятно, что ничего хорошего ожидать не стоит. Но когда из кареты скорой помощи выкатили носилки, и я увидел тебя… Господи, Арин, я так сильно испугался. Я думал, ты повторила судьбу Ынсо. Почему ты была ночью не в постели?       Джей спрятал лицо в ладонях и упёрся локтями о край больничной койки. Казалось, он не хотел даже смотреть на меня. Наверное, он злился. Не находя оправдания своему поступку, я испытала ужасное чувство стыда. Потащилась ночью в лес, прекрасно зная, что в академии происходило что-то неладное. Заставила Джея переживать. Наверняка и Сону не находил себе места, пока я лежала тут. Оставалось только надеяться, что директор Бан не сообщил родителям. — Я видела кого-то в лесу, они убили лошадь, а ещё кроликов и…       Я осеклась на полуслове. Спешила объяснить Джею, что риск для жизни был оправдан, и мне удалось продвинуться в расследовании, вот только тяжёлый взгляд тёмных глаз напротив пригвоздил меня к месту. Джей не хотел слышать никаких оправданий. — Прости, — я поникла и опустила взгляд на одеяло. — Честно, не знаю, чем ты думала, — Джей тяжело вздохнул и сжал мои руки в своих, — но я не буду читать тебе нотации. Не когда ты находишься в таком состоянии. Надеюсь, тебя скоро выпишут, и тогда мы сможем нормально поговорить. А пока твоя задача как можно скорее поправиться. Договорились?       Он разговаривал со мной, как с ребёнком. Виновато поджав губы, я молча кивнула. Смотреть на старшеклассника всё ещё было жуть как стыдно. Взгляд продолжал рассеянно блуждать по постели. В Сочельник я уснула в кабинете медсестры на жалкой кушетке, теперь неизвестно сколько должна проваляться в больничном крыле. Складывалось ощущение, что без Саран мне нет места в нашей спальной комнате.       Джей наклонился ко мне и, откинув прилипшие к лицу волосы, оставил нежный поцелуй на лбу. Прикрыв глаза, я тяжело вздохнула. — Можешь, пожалуйста, попросить Сону зайти ко мне? — опомнилась я, когда Джей уже отошёл от кровати и вернул стул на место. — Он вёл себя как-то странно в последнее время, я бы хотела поговорить с ним. — Я передам Сону твою просьбу. Но Арин, тебе нужно сейчас отдыхать и думать только о себе.       Разве я могла держаться в стороне, когда речь шла о моём лучшем друге? Для меня ответ был очевиден. Точно как для Джея. Вот только думали мы совсем о разном. — Хорошо, — тем не менее согласилась я. — До тех пор, пока меня не выпишут. — И мы с тобой не поговорим обо всём, что случилось. — Ладно, договорились.       Джей точно мне не поверил, но разводить полемику на ровном месте не стал. Вместо этого он вышел, чтобы позвать медсестру. Уже через пару секунд молодая женщина спешно ворвалась в палату с целым ворохом медицинских приспособлений в руках. Не без труда подавив стон отчаяния, я скатилась по спинке кровати. Оставшиеся каникулы мне очевидно придётся провести в постели.

***

      Я проболела до самого начала учебного года. Купание в море в середине зимы не прошло бесследно, я ожидаемо простудилась. Хотя бы не заработала воспаление лёгких, что было бы весьма ожидаемо. Медсестра не переставала повторять о том, как сильно мне повезло. Температура перестала подниматься уже на третьи сутки, а кашель стал сходить на нет примерно к концу недели. За всё это время Сону ни разу не зашёл ко мне. Хотя, по словам Джея, пока я была без сознания, он не отходил от больничной койки. Что поменялось после моего пробуждения я не знала.       В последний день каникул ученики возвращались назад в академию, и автобусы заполняли стоянку один за другим прямо на глазах. Младшеклассники радостно спрыгивали на землю и неслись в объятия любимых учителей, тогда как старшеклассники держались более сухо и даже понуро. Да, учиться – это не Нетфликс с утра до вечера смотреть.       Меня выписали после обеда. Джей просил позвать его, чтобы он помог мне дойти до комнаты, но я в столь усиленной опеке не нуждалась. Вдобавок хотелось побыть наедине с собой и своими мыслями. Присутствие парня рядом не давало разложить по полочкам мысли в голове.       Я видела их, язычников. Они устроили ритуал прямо в полнолуние, как, очевидно, делали каждый месяц до этого. Сколько их было? За мной погналось трое, но фигур у костра стояло значительно больше. Четыре? Пять? Я никак не могла вспомнить и раздражалась, что не сфотографировала их. Будто от этого был бы толк. Смотритель маяка всё равно нашёл меня без телефона. Оставалось радоваться, что той ночью я не взяла с собой телефон Ынсо. Свой потерять не так жалко.       В коридоре замка были слышны голоса. Замедлившись, я узнала в одном из говоривших директора Бана. А ведь он даже не спросил у меня, что случилось той самой ночью. Будто падающие с утёса ученицы стали для него чем-то обыденным. Я не могла допустить, чтобы пострадал ещё хоть кто-то, и потому пошла на голос, намереваясь рассказать директору всё, что видела. — Да, нам нужен тендер. Хотя бы лошадей на десять. С финансированием проблем не будет, главное поставить как можно скорее. Соревнования уже совсем скоро, а у нас половина стойл пустует.       Подслушанная часть разговора убедила меня в правильности внезапных намерений. Если директор узнает, куда пропала ещё одна лошадь, то в дальнейшем закупать их в таких объёмах не придётся. — Директор, здравствуйте, — я громко поздоровалась, обращая на себя внимание. — Я перезвоню чуть позже, — директор Бан спешно завершил звонок. — Госпожа Шим, здравствуйте, как ваше здоровье? — Уже намного лучше, спасибо. — Вот и замечательно.       От улыбки во внешних уголках глаз директора образовались пучки морщин. Он очевидно полагал, что наш диалог на этом закончен, и собирался вернуться к своим делам, но я его остановила. — Директор, я хотела вам кое-что рассказать. Той ночью, прежде чем я оказалась в море, за мной гнались люди в мантиях. Я думаю, они могли быть причастны к смерти Нам Ынсо.       Довольно было вести своё любительское расследование. События набирали ужасающие обороты, для сохранности учеников требовалось подключить к делу взрослых. — То, что случилось с госпожой Нам – огромная трагедия для академии. Мне очень жаль, но вряд ли люди, которых вы видели, к этому причастны. Неподалёку от леса есть небольшая деревня, в ней живут обычные люди, как мы с вами — задумчиво поделился директор Бан. — Не знаю, кому из её жителей могло что-то понадобиться ночью в лесу, впрочем ведь вы тоже были там по какой-то причине.       Сердце ухнуло куда-то в пятки. Директор не верил в ужас происходящего. — Но директор! Я видела там мёртвую лошадь, а ещё кроликов! Эти люди занимались жертвоприношениями. — Да, в современном мире всё ещё существуют язычники, и они вольны исповедовать свою религию, сколько бы богов в ней ни было. Про воровство животных из академии с ними давно ведутся переговоры, но изначально это были их земли, а потому нам в большей степени приходится идти на уступки. Это не то, чем должна быть занята голова одиннадцатиклассницы, вы ведь понимаете? Какой была бы реакция ваших родителей, случись что-то похуже с вами той ночью? Я не стал сообщать им, хоть и следовало. Насколько я знаю, учитель Со оставил вас на каникулы в академии, чтобы вы занимались проваленной латынью. Как много вы успели пройти за это время? — Немного, — я пристыженно опустила взгляд в пол, — но ведь я провела все каникулы в больничном крыле. — И по чьей это случилось вине? Госпожа Шим, вам нужно сосредоточиться на учёбе, если вы хотите стать выпускницей академии в следующем году. — Да, директор.       На этом наш разговор был завершён. Сказать, что после него я чувствовала себя неважно, значит, ничего не сказать. Конечно, я не думала, что директор Бан вручит мне медаль за храбрость, однако я ожидала от него хоть какого-то признания и благодарности за содействие расследованию.       Когда я добрела до своей спальной комнаты и толкнула дверь внутрь, в нос с порога ударил запах знакомых духов. То, что Саран вернулась в академию, подтвердил её взволнованный голос. — Арин! — подруга налетела на меня, сгребая в охапку. — Я приехала, а тебя нет. Чонсон сказал, ты в больничном крыле. Что случилось? Ты простудилась? Как так вышло?       Кажется, Джей не поделился с Саран подробностями о моих ночных приключениях. Мне тоже не хотелось этого делать после разговора с директором. Однако, оставшиеся в академии на каникулы ученики наверняка уже были в курсе всего. Если я скрою правду от Саран, она совершенно случайно узнает её от кого-нибудь другого. Это подорвёт наши отношения. Сделав глубокий вдох, я отстранила подругу от себя и заглянула ей в лицо. — Я расскажу тебе всё, только давай присядем.       Слабость из-за недели, проведённой в кровати, давала о себе знать. Мне не хотелось упасть в обморок, а стоять дальше становилось совсем сложно. Особенно учитывая вес тела навалившейся на меня Саран. Раньше она вела себя более сдержанно, но после каникул казалась сама не своя. Менее собранная и более торопливая. Хотелось перевести стрелки и узнать, как же она провела праздничные дни. И всё же сначала была моя очередь. — Ой, конечно, давай.       Саран понимающе спохватилась и выпустила меня из объятий. Пройдя вглубь комнаты, мы сели на её кровать. — Меня привезли в академию на карете скорой помощи, — начала я с последних событий, считая их наименее странными. — Чего? Арин, что случилось?!       Брови подруги собрались на переносице. Её лицо, обыкновенно небогатое на эмоции, сейчас исказилось от искреннего негодования. Вспомнился вечер Хэллоуина, когда Саран сорвалась и высказала Сонхуну всё, что о нём думала. Иногда она всё же давала эмоциям волю, но было это крайне редко. — Смотритель маяка нашёл меня без сознания на берегу моря, — я продолжала вести свой рассказ от обратного. — Чёрт подери, Шим Арин!       Саран гневно всплеснула руками, то ли недовольная фактом моего ночного купания, то ли столь неторопливым повествованием. Я испугалась, что молнии, которые она начала метать взглядом, непременно заденут меня, а потому поспешила продолжить. — Я ходила в церковь, помолиться перед сном, — маленькая ложь во благо, — а после решила прогуляться. Свежим воздухом подышать, голову проветрить. В общем, зашла я в лес, а там какие-то люди в плащах. Лошадь убили, представляешь? Думала, улизну незаметно, но они заметили меня. Пришлось убегать. Ну, в общем, загнали они меня на самый край утёса, и я не придумала ничего лучше, чем спрыгнуть вниз. — Совсем из ума что ли выжила?! Кто будет гулять ночью по лесу? Да туда днём ни один нормальный человек не сунется. Только самоубийца! Решила повторить судьбу Ынсо? Я тебе покажу сейчас!       Смачный удар прилетел мне прямо по шее, и я отпрянула от Саран на другой край постели. В мгновение ока она оказалась рядом и зарядила кулаком мне по спине. — Ай, больно ведь. — А с утёса прыгать не больно? Ненормальная. — Саран, я… — Нет. — она вскинула ладонь в предупреждающем жесте. — Ты хоть понимаешь, чем это могло закончиться?       Она думала об Ынсо. Я видела отражение лица одноклассницы на дне её разъярённых глаз. Сердце больно сдавило от тоски. Первая подруга Саран погибла, вторая уехала из страны. Она осталась совсем одна в компании жениха, которого не любила. И только у неё появился близкий человек в холодных стенах замка, как и он оказался на волоске от смерти. Правда, был в её жизни ещё Ли Хисын, но об этом история умалчивала. — Прости.       За последние дни извиняться мне приходилось удивительно часто. — Не надо.       Саран быстро вернула себе самообладание, хоть её грудь до сих пор продолжала ритмично вздыматься от тяжёлого дыхания. — В твоей прошлой школе, наверное, было нормальным гулять где-нибудь на заднем дворе поздним вечером или ночью, но Арин… замок находится у самого леса. Незнакомцы в плащах – меньшее, с чем ты могла там столкнуться. Неужели история с Ынсо ничему тебя не научила?       Она говорила спокойно, тем не менее у меня внутри всё выворачивалось наизнанку. Казалось, все знали об опасности, таившейся в лесу, и принимали это, как само собой разумеющееся. А это мы ещё с Джеем не дошли до обещанного разговора по душам. Накал страстей там обещал быть куда сильнее. — Ты не веришь в несчастный случай? — я постаралась перевести тему. — Это в какой? Что Ынсо унесло с утёса сильным порывом ветра? Нет, знаешь, как-то слабо верится.       Я до боли закусила губу. Саран никого не обвиняла в смерти подруги, однако версию с убийством не отбрасывала. При всём недоверии к официальной теории случившегося с Нам Ынсо, она не пыталась вести своё расследование, чтобы добраться до правды. Она не была борцом за справедливость, и я не могла её в этом винить. Мёртвых уже не вернуть. Пожалуй, мне стоило поступить также, если я не планировала умереть следом в ближайшем будущем. — И с каких пор ты вообще стала верующей настолько, что отправилась ночью в церковь? Мы живём вместе не одну неделю, и что-то я не припомню, чтобы ты молилась перед сном.       Я успела испугаться, что меня сейчас раскусят. Не хотелось делиться с подругой тем, что на протяжении целой осени я вела тайное расследование. Версия со случайной встречей язычников звучала не так дико. Вдруг Саран вновь вспыхнула. — Ты слишком много общаешься с Джеюном! Эта его игра в святого и грешника никогда мне не нравилась. Что вообще вас связывает? Неужели Чонсон не ревнует?       Когда тема свернула в сторону парней, я заметно расслабилась. К чему эта игра в следователя с риском для собственной жизни? Я могла жить, как обычный подросток, думать о мальчишках и листать каталоги с модными платьями. Так было безопаснее. Пожалуй, мне стоило многому поучиться у Саран. — Лучше расскажи, как прошли каникулы в компании ужасного Пак Сонхуна?       Губы Саран собрались в тонкую линию. Она не хотела обсуждать своего жениха, очевидно насытившись его компанией за минувшие каникулы. Так думала я. Однако подруга опровергла мои домыслы. — Мы провели вместе не так много времени, Сонхун уехал сразу после Рождества. — О, и чем ты занималась? Гуляла с Хисыном?       До этого мы не обсуждали Хисына. Однако Саран понимала, что я не могла не заметить их медленный танец на балу, а ещё я прекрасно помнила ту сцену с Сонхуном, который кричал о поцелуе невесты с его другом буквально на всю улицу. — Нет, Хисын тоже был не в городе, — не придав особого значения моему вопросу, отмахнулась Саран. — Всю неделю я провела с матушкой, слушая её причитания о том, почему она не родила меня годом ранее. Нашим с Сонхуном семьям нужна свадьба этим летом, а я ещё даже академию не закончу. Иногда мне кажется, что меня уже ничем не удивить, но потом они находят новые способы. — Разве несовершеннолетним можно жениться? Даже Сонхуну не будет ещё девятнадцати, у него ведь день рождения только зимой. — Можно, при согласовании родителей или опекунов. Наши, как ты понимаешь, только за. — И что, ты переедешь к нему и уйдешь на домашнее обучение, чтобы воспитывать маленьких Паков?       Саран натурально взвыла от досады. Я решила переступить черту дозволенного в нашем общении. — А Хисын никак не сможет сорвать помолвку? — С чего бы? — подруга коротко усмехнулась. — Фармацевтический завод его семьи, конечно, пользуется логистическими услугами фирмы моих родителей, но всё же наш брак не принесёт им особого экономического эффекта. То ли дело строительная компания Паков. Объёмы их грузов куда больше, да и перевозка требуется гораздо чаще.       Рассуждения Саран о браке основывались в первую очередь на выгоде. Эмоциональную составляющую в расчёт она не брала. — Разве Хисын не влюблён в тебя, а ты в него? Я думала, любовь всегда побеждает.       По комнате прокатился несдержанный смех Саран. Наполнен он был скорее болью, чем радостью. — Ох, Арин, ты придаёшь чувствам слишком большое значение. Брак – это соглашение сторон быть вместе. Одной любви для этого недостаточно. К тому же, я бы не сказала, что мы с Хисыном любим друг друга. — А как же ваш поцелуй? — Не наш, а его. Он поцеловал меня, я его оттолкнула. Больше ничего не было. — Подожди, мы ведь про тот поцелуй, о котором говорил Сонхун? — Ну да, других то и не было, — Саран развела руками. — Этот дурак увидел, как Хисын меня поцеловал, а то, что я его оттолкнула, не додумался досмотреть. — У вас какая-то нездоровая привычка подглядывать друг за другом. — Ага, только ту девицу он точно не собирался отталкивать. Сомневаюсь, что она неожиданно оказалась в его штанах.       Секундное молчание сменилось громким хохотом. — Так, значит, вас с Хисыном ничего не связывает, а я себе уже надумала историю о запретной любви. — Ты смотришь слишком много романтических фильмов. Мне нравится проводить время с Хисыном. В отличие от Сонхуна, он как глоток свежего воздуха, но не более того.       Я скучала по Саран. Больше, чем думала, что буду. Так себе оказались каникулы без неё. За исключением свидания с Джеем, ничего хорошего за это время не произошло. Только со смертью чуть не встретилась лицом к лицу. Зато узнала, что неподалёку и правда существовал культ. Большой шаг в моём расследовании. Оставался вопрос, хотелось ли мне дальше двигаться в заданном направлении.       Вдоволь наобщавшись, мы с Саран вышли из комнаты ближе к ужину, когда все ученики уже вернулись в академию. В стенах замка стало непривычно шумно. Малышня путалась под ногами, старшие сплетничали на каждом углу. Казалось, в холодные коридоры вернулась жизнь. На душе от этой мысли необычайно потеплело. За какую-то жалкую неделю я отвыкла от этого чувства.       В столовой тем временем было не протолкнуться. Мне невольно вспомнились приёмы пищи в просторном главном зале. В отличие от него, столовая не была рассчитана на одновременное присутствие всех обитателей замка. Тем не менее ученики, ещё не вернувшиеся к привычному распорядку дня, устроили здесь настоящий хаос. Все столы были заняты, на раздачу выстроилась гигантская очередь. Я недовольно ворчала себе под нос представляя, сколько времени придётся сейчас простоять в ней.       Словно благословение свыше, двери в столовую распахнулись и на пороге показалась семёрка. Магическим образом гул начал стихать, а толпа расступаться. Один за другим, парни шли к раздаче, точно святые. В глазах учеников они были другими. Недосягаемыми, неприкасаемыми. Я позабыла об этом, на равных общаясь с ними. Однако всеобщее восхищение за это время ни капли не убавилось.       Мне пришло озарение. Почему бы не устроить фотосессию семёрки для нового выпуска газеты? По типу тех календарей, где мужчины переодеваются в садовников, врачей и пожарных, только без костюмов и излишней пошлости. Тогда у Джея получится не просто раздать рекордное количество копий. Эти газеты разлетятся в мгновение ока и будут храниться в библиотеке ближайшую тысячу лет.       Крепкая хватка на локте вернула меня к реальности. Саран прекрасно осознавала своё положение в пищевой цепи академии и умело этим пользовалась. Пока толпа вновь не поглотила нас, подруга потащила меня вслед за семёркой к стойке с подносами. — Привет. — она улыбнулась шедшему позади остальных Рики и заняла место прямо около него. — Как дела? Как каникулы?       Одноклассник неоднозначно покосился на меня. Кажется, он уже был в курсе моих приключений. Не хватало ещё прослыть сумасшедшей в его глазах. Или даже в глазах всех учащихся. — Нормально, только с семьёй не слишком долго побыл. А ваши? Чем занимались? — Нормально, — повторила я. — Болела. — А мои, видимо, просто отлично, — продолжила диалог Саран. — В больницу не попала и каждый день была со своей семьёй. Из нас троих, у меня праздники прошли лучшим образом.       Мы с Рики переглянулись. Всё, что я знала о нём, – это пристрастие к алкоголю и принадлежность к семье потомственных представителей правоохранительных органов. Когда я упала с утёса, мог ли господин Нишимура нагрянуть в академию с проверкой? Саран говорила, что видела его в замке после смерти Ынсо. В таком случае то, почему Рики провёл мало времени с семьёй, было легко объяснимо. Я почувствовала лёгкий укол вины. Не случись ночью того кошмара, и одноклассник, вероятно, провёл бы с отцом куда больше времени. Интересно правда, почему со мной никто не провёл беседу для уточнения деталей случившегося?       В дальнейшем разговоре я не участвовала. Саран интересовалась у Рики о делах его матери и сестёр, мастерски показывая свою причастность к семёрке, чтобы никто в очереди не мог и подумать, что мы безосновательно пробрались вперёд. Будто помолвки Саран с Сонхуном и моих отношений с Джеем и дружбы с Сону для подобного было недостаточно. Всё же я не вмешивалась, молча разглядывала уставшее лицо друга детства, стоявшего впереди, и накладывала ужин себе в тарелку.       Для семёрки в забитой учениками столовой нашёлся совершенно пустой стол, чему я совсем не удивилась. Джей, заметив меня с подносом в руках, попросил Чонвона сесть на другой стул и отодвинул ближайший к себе в приглашающем жесте. Я опустилась на предложенное место между Джеем и Сону. Саран села между Хисыном и Рики, намеренно игнорируя нахождение рядом Сонхуна. Когда все стулья были заняты, мы приступили к ужину.       Гул в столовой начал заново набирать обороты. Ученики вернулись к еде, будто сбросив наваждение и забыв про семёрку. Последние всеобщего обожания, казалось, даже не заметили. Вальяжно рассевшись на местах, ковыряли содержимое своих тарелок без видимого аппетита. Из-за недавней болезни я и сама позабыла, как ощущался неконтролируемый голод. — Как ты себя чувствуешь? — точно прочитав мысли, Джей наклонился ближе ко мне. — Тебе нужно поесть, чтобы были силы на восстановление. — Не переживай, — я ласково улыбнулась и опустила свободную руку ему на бедро, — я поем. Картофельное пюре выглядит весьма аппетитно.       Мышцы бедра Джея напряглись под моей ладонью. Меня будто обожгло. Я одёрнула руку и запустила в рот ложку пюре, стараясь отвлечься. Не лучшее место для проявления своих чувств. — Сестрёнка, ты покраснела, — смена моего настроение не осталась без внимания Джейка. — Была такая бледная, а сейчас похожа на свёклу. Это верный признак скорого выздоровления.       Все за столом уставились на меня, от чего я, должно быть, стала только краснее. — Сонхун, а чем ты занимался на каникулах? — я предприняла жалкую попытку перевести стрелки. — Саран сказала, ты куда-то уехал после Рождества. Был с родителями?       Я ожидала услышать историю старшеклассника о семейной поездке куда-нибудь в горы. Но её начало прервал Сону, со звоном уронивший вилку на пол. Она прикатилась прямо к моим ногам, и я наклонилась вслед за другом. — Не надо, я сам!       Идя на опережение, Сону схватил вилку с пола и выпрямился. Есть ею он уже не собирался, а потому пошёл за чистым прибором. Я так думала, пока не услышала, как хлопнула дверь столовой. И что это было? Теряясь в догадках, я также выпрямилась. Друга уже и след простыл. Джей наоборот стал сидеть ко мне только ближе. Он ладонью отгородил столешницу, чтобы я не ударилась головой поднимаясь. — Мы с Хисыном уехали кататься на лыжах, — спокойно поделился Сонхун. — А как ты оказалась в больничной койке? — Наткнулась на язычников в лесу, пришлось спрыгнуть в море.       Сказанное мной растормошило всех за столом. Наконец они перестали напоминать сонных мух. — Не знал, что в нашем лесу есть другие люди, — удивился Чонвон. — С чего ты взяла, что это были язычники? — нахмурился Джеюн. — Наверняка это были просто маньяки, — отмахнулась Саран. — А что? Вы не смотрите тру крайм что ли?       Заданная тема разговора взбудоражила всех. Одни не верили, что рядом с академией мог кто-то обитать, другие сваливали всё на маргиналов, сбежавших из города. Я поделилась тем, что узнала от директора Бана – рядом с замком была какая-то деревня, и её жители в своё время оказались не сильно довольны строительством академии. — Какая ты отважная, — подметил Хисын, задумчиво потирая шею. — Я думал, ты маленькая трусливая мышка, а ты оказалась настоящей дикой кошкой. Неужели сунулась в лес к каким-то отморозкам совсем одна? — Да, но я не знала, что там кто-то обитает. — А почему ты вообще была ночью в лесу? — покачал головой Чонвон. — Не спалось? — Ага, — я проговаривала эту ложь так часто, что уже сама почти поверила в неё, — решила подышать свежим воздухом после церкви. — Твою ж мать.       Джейк выругался так смачно, что я на мгновение оторопела. Наверное, не стоило говорить про церковь. Я собралась уточнить у старшеклассника более подробную причину его яркой реакции, но вопрос так и остался не озвучен. Джейк даже не смотрел на меня. Его взгляд был устремлён в сторону выхода из столовой. Если говорить точнее, Джейк в открытую пялился на какую-то девушку. Я последовала его примеру.       Каштановые волосы незнакомки волнами опускались на плечи, а узкие губы то и дело растягивались в улыбке во время разговора с одной из старшеклассниц. Благодаря коротким рукавам футболки можно было разглядеть чёткость бицепса, а благодаря декольте – пышность груди. Я не могла оторвать взгляда от девушки. Если сравнивать её внешность с Саран, это были настоящие противоположности. Подруга была классической красавицей, тогда как незнакомка приковывала взгляд своей яркостью. — Это наш последний год, ты помнишь? — былая игривость пропала из голоса Хисына, когда он обратился к Джейку. — Внезапное возвращение бывшей не должно отвлекать тебя от поистине важных вещей. — Она не моя бывшая, — вспыхнул Джейк. — Без разницы. Называйте свои отношения, как хотите. Суть ты понял. Развели чёрт знает что.       С этими словами Хисын встал из-за стола вместе с подносом. Я вопросительно уставилась на Джея. Конечно, про бурное прошлое Джейка было несложно догадаться, однако он никогда не обращал внимания на своих пассий за пределами ночных тусовок. Эта девушка чем-то отличалась от них всех.       Джейк поднялся с места вслед за Хисыном. Вот и поужинали.       Мне казалось, я хорошо знала Сону и Джеюна, но с каждым днём я убеждалась в обратном. В академии у всех имелись свои секреты. Разве что мне скрывать было нечего. — Кстати, я хотела спросить, — я наклонилась к Джею в надежде разрядить обстановку, — у тебя есть идея для первого выпуска газеты в этом году? — Хочешь написать про эпичное возвращение Ю Николь? — усмехнулся Джей. — Лучше не стоит. — Нет. Я хотела предложить фотосессию для семёрки. Думаю, выпуск с главными красавчиками академии разлетится на ура.       От удивления у Джея пропал дар речи. Пожалуй, я звучала, точно одержимая бойсбендом фанатка, но ведь реакция учеников на появление семёрки в столовой говорила сама за себя. — А что, я за, — вмешался в разговор Чонвон. — Восьмиклассницы хотели сфотографироваться со мной на балу, но я им отказал. Уверен, они будут рады заполучить напечатанный экземпляр этой милой мордашки.       В подтверждение своих слов староста моего класса обхватил лицо ладонями и вытянул губы в воздушном поцелуе. Джей прыснул со смеху. — Мне без разницы, — отмахнулся Рики, следом утыкаясь в телефон.       Я умоляюще взглянула на Сонхуна, но он был полностью сосредоточен на содержимом своей тарелки, а потому даже не расслышал моё предложение. Поняв это одновременно со мной, Саран пнула Сонхуна под столом. — Ай, — старшеклассник зашипел от боли и схватился за ногу, — какого…       Губы Саран растянулись в самой невинной улыбке. — Извини, я случайно, — нагло врала подруга, глядя прямо в глаза жениху, — но раз уж ты теперь с нами, Арин хочет устроить фотосессию для нового выпуска газеты. Ты в числе моделей.       Сонхун состроил такую гримасу, будто съел целый лимон. — Где я и где моделинг. Не выдумывайте.       Кажется, Саран собиралась ещё раз хорошенько пнуть жениха, но тот схватил её за ногу и потянул на себя. Подруга чуть не рухнула прямо под стол. Старшеклассника устроенная им потасовка забавляла. — Ничего сложного делать не нужно, — я поспешила заверить Сонхуна, пока они с Саран не поубивали друг друга. — Я могу пофотографировать тебя перед тренировкой по конкуру, например. Это не займёт много времени.       Сонхун всё ещё не выглядел довольным моей идеей, однако терроризировать Саран прекратил и безразлично пожал плечами. Джей приобнял меня за талию, возвращая внимание к себе самому. — Значит, договорились. Я ещё спрошу у остальных, но, думаю, идея действительно замечательная.