[001] «Hadal Blacksite»

      Через толстые стенки субмарины перестали быть слышимыми звуки с поверхности: плеск воды, разговоры провожатых, трение металла о песчаное дно. Но и не сказать, что воцарилась тотальная тишина, поскольку внутри подлодки всё время что-то монотонно шумело, будь то рокот двигателя или дребезжание балласта. Сочетание всех этих звуков напоминало рёв измученного животного.       Вооружившись берушами и закусив жвачку, чтобы не закладывало уши, Рэйчел морально настраивалась на свою миссию. Ей не так много дали времени настроиться на суше, так что делает это уже по ходу пьесы.       Впереди несколько томных минут ожидания прибытия в пункт назначения — в подводный комплекс Hadal Blacksite. Ей мало что известно об организации Urbanshade, а про комплекс, в который она направляется, и подавно. Можно сказать, она не знает практически ничего.       Обычно в тот подводный комплекс посылают зэков, осуждённых на пожизненный срок или на смертную казнь. Однако Рэйчел к ним не относится, но имеет отношение. Она работает тайным агентом МI6, который, как раз-таки, и занимается выведением таких организаций, как Urbanshade, на чистую воду.       В её интересах вершить правосудие и делать так, чтобы все, кто заслуживал быть заключённым, получали это сполна.       Её направили сюда именно за этим. Найти как можно больше информации против Urbanshade. Рэйчел, безусловно, была в смятении из-за того, что именно её послали на такое задание. Не сказать, что оно простое и безопасное, что оно по зубам даже девушке. Между прочим, эта девушка по своим физическим параметрам мало чем уступает мужчинам в своей разведывательной коалиции, несмотря на некоторые имеющиеся проблемы со здоровьем.       Но если опустить эти показатели, из чистой формальности, почему решили отправить её в одиночку, без хотя бы одного напарника? Может, из-за нехватки информации: суть в том, что отправлять целый отряд под воду на субмарине как-то нерационально и неэффективно, а уж тем более очень рискованно. И из всех выбрали именно Рэйчел… потому что она женщина? Типа, выбивается из общины, всё-такое.       Вероятно, причина может заключаться в том, что предпоследняя операция, в которой участвовал отряд «Агидель», участницей которого является Рэйчел, закончилась крайне плачевно: по вине одного агента погибло аж 9 человек, двое из которых — агенты MI6. Можно сказать, погибло 10 человек, так как того агента вскоре приговорили к смертной казни… хотя потом выяснилось, что вины на нём никакой не было. Но из-за этого события отряд был официально заморожен на длительный срок, и только при острой необходимости отряд «воскресили», собственно, поэтому Рэйчел здесь и выполняет задания. А теперь MI6 более «экономна», как бы это грубо и цинично не звучало, с участниками своих отрядов, поэтому, может быть, посылает как можно меньше агентов на одно, причём с виду не такое уж и сложное задание.       Может, за ней подошлют подкрепление, если она не вернётся в указанный срок. Это вовсе не голословные надежды, её организация уже неоднократно вытаскивала её из настоящей задницы, что бывало редко, но всё же бывало. И взамен на всю оказанную помощь Рэйчел выполняла свою работу на ура. Она была ценным агентом… Была?       Хотя за не один и даже не два года службы она показала себя местами круче, чем остальные агенты мужского пола. Наверное, есть и другие причины, о которых Рэйчел остаётся только догадываться. Её национальность, например…       По крайней мере, она знала, что надо делать. Это ей объяснили популярнее некуда. В двух словах — собирать компромат. Простая работа, да?       У неё была довольно увесистая униформа, так как к ней было прикреплено всякое оборудование: рация с длинной антенной, негабаритный тактический рюкзак. На груди лёгкий бронежилет, по бокам которого расфасованы боеприпасы, типа магазинов с патронами. На поясе висела кобура, в которой находился самозарядный пистолет фирмы Glock, специально модифицированный под установку глушителя.       Также к её одежде прицепили маячок — специальное устройство, с помощью которого люди на поверхности отслеживают её маршрут и тем самым создают некую карту данного подземного комплекса. Через рацию Рэйчел по возможности докладывает обстановку. По возможности в том смысле, что на такой глубине, ещё и с перебивающими связь факторами, её сообщения по рации зачастую не доходят до поверхности.       Неудивительно, телефон также остался без доступа к связи, а уж тем более к интернету. Зато на нём можно делать фотографии и видео, что непременно поможет ей на её спецзадании.       С осторожностью, прислушиваясь к каждому звуку, девушка открывала дверь за дверью, проникала глубже в бесконечные лабиринты Hadal Blacksite, пробиралась по однообразным путям, через множество коридоров, комнат, каждая из которых могла таить в себе какую-нибудь неожиданную дрянь, способную убивать и кромсать органы жертвы, пока она ещё в сознании. Хоть и было это всё совершенно ново и неведомо, она постепенно привыкла к мрачной атмосфере полузаброшенной подводной станции.       Допускается и то, что Рэйчел управляет азарт и чувство долга. Всё ради того, чтобы передать их потом в МI-6 — а там и начнутся беспощадные судебные разбирательства в отношении организации Urbanshade. Их деятельность однозначно незаконна.       Перешагнув порог 050-й комнаты, сердце Рэйчел начало биться отчаянным маршем. Она мельком читала большую часть документов, которые находила, прежде чем сложить их в свой рюкзак. Таким образом ей уже известно о некоторых местных обывателях и как следует себя вести с ними во избежание всяких казусов.       По мерцающим лампочкам из потолка она поняла, что надвигается бедствие в лице огромного тёмного облака, орущего и несущегося по коридорам с бешеной скоростью. Если бы не тот документ в начале её «путешествия», она бы умерла от этой твари ещё на седьмой комнате, когда она впервые атаковала Рэйчел.       В её комнате не было ни одного места для пряток, тех же шкафчиков. Даже столов, стеллажей нет, за которыми можно схорониться, пока облако не улетучится. Поторопившись к следующей комнате, она услышала голос из вентиляции с отсутствующей решёткой.       — Эй… лезь сюда, — зазывал он её полушёпотом.       Девушка остановилась. Голову захватил дурман тревожных мыслей. Вопросы так и сыпались, что, кто, зачем… Вдруг обманка? Решив не вестись на провокации, она проигнорировала его, продолжая думать над тем, как спастись.       — Я говорю, сюда! — уже более настойчиво приказал ей голос, переходя на повышенные, агрессивные тона.       Это точно ловушка. Ей следует поторопиться в соседнюю комнату, чтобы спрятаться там. Но и тут незадача. Чтоб дверь открылась, нужно вставить ключ-карту. А где её взять? По всей видимости, там, откуда доносится голос.       Схватившись за голову, девушка заметалась на одном месте. Её глаза бегали по сторонам, ящичкам, полкам… Нигде нет карты. Все предыдущие комнаты были чуть ли не вылизаны на предмет искомых компроматов, и даже среди них не нашлось нужной карты, значит, возвращаться и искать в уже обысканных комнатах не больше, чем трата времени.       Чем дольше она стоит и ничего не предпринимает, тем быстрее она сможет лицезреть свою смерть. Жить двадцать пять лет на этой планете, чтобы отучиться, переехать в Великобританию, стать агентом разведывательной организации, дать присягу, побывать на похоронах своих погибших напарников, пережить такое, от чего у обычного человека разом откажут все нервы… и сдохнуть глубоко под водой, где её никто и никогда не отыщет? Вот так всё и происходит в этой жизни?       Выход один — рискнуть и сунуться в эту вентиляцию. Больше делать нечего, а стоять и тупо ждать своей кончины вариант ещё беспечнее. Мигом она заползла внутрь и просочилась по туннелю прямиком в соседнюю комнату. Она уже слышала, как позади неё несётся смерть… Благо, девушка скрылась в вентиляции раньше, чем эта тварь пронеслась по коридору с просто душераздирающими криками.       — М-да, у нас здесь никогда не скучно, — сожалеющим тоном произнёс голос. Девушка ещё не выползла из вентиляции полностью, всё-таки, ей не известно прям точно, что её там ждёт, — Ну, где ты там? Я не кусаюсь.       Его настойчивость раздражала девушку. «Я не кусаюсь»… Рэйчел мысленно отвечала: «Зато я кусаюсь», думая о заряженном пистолете, прибранном в кобуру на её ремне. Больше всего ей хочется сейчас всё бросить и вернуться домой, на поверхность, подальше от этих тварей, с которыми ей приходится иметь дело. До жути ей не нравятся ситуации, когда всё выходит из-под контроля, когда она вообще не имеет понятия, чего ожидать. В принципе, вся её работа и состоит из таких ситуаций. И Рэйчел должна всё по итогу уравновесить, взять под контроль… Как?       Выйдя из вентиляции, но пока ещё сидя на полу, она смогла разглядеть, кто всё-таки находился в комнате и так настойчиво звал её сюда.       Его тело имело форму, похожую на морскую змею, в том смысле, что оно удлинённое и покрыто синей чешуей. На конце его тела находился большой хвостовой плавник, который опирался на стену, не умещаясь на полу. Существо метра три в длину, не меньше. Что сразу бросилось в глаза и что явно отличало его от всех представителей человеческого рода — его кожа обладала светло-голубым оттенком, больше серым; туловище человеческое, а всё ниже пояса — как у рыбы. Видя это исчадье подводного ада, Рэйчел вжалась в стену и схватилась за рукоять своего пистолета, чтобы быть готовой к перестрелке сразу же, как почувствует накал обстановки, которая и так напряжённая до предела и вот-вот взорвётся.       Не зная, что можно сделать в такой ситуации — она была напугана почти до состояния панической атаки — она схватила свою рацию и попыталась установить связь с базой. Но эта рация даже не включилась. Она словно сдохла окончательно. На это существо в одной комнате с ней злорадно хихикнуло.       Он не видел испуганного выражения её лица из-за тактической маски, покрывающей его, но по телодвижениям понял, что та, очевидно, была значительно напугана происходящим. Тем временем, по ту сторону вентиляционной шахты стало тише, видимо, это орущее облако чёрного дыма уже улетучилось. Пока обстоятельства не приняли ещё более ужасные обороты, Рэйчел оставалась начеку, держала руку на пистолете, готовясь открыть огонь в любую секунду. Попутно она вспоминала, в каких карманах лежат все её гранаты, патроны, ножики.       Она потеряла дар речи. Не повидав в своей жизни разного рода мерзости, не будучи психологически закалённой, не проведя на подводной станции какое-то время, девушка бы отреагировала гораздо острее. Она не стреляла только потому, что существо ведёт себя в пределах разумного, не совершает резких движений, малоподвижно. Может и на людской разговор выйти получится? Иль подскажет чего-нибудь?       — Добро пожаловать! Не боись, я не собираюсь причинять тебе вреда, — говорил он спокойным голосом. Ему не в новинку видеть подобную реакцию его «новых знакомых». И он не собирается как-то объясняться, зачем и кому это надо? — Меня зовут Себастьян. Твой единственный друг. Ты не выглядишь, как те, кто сюда обычно приходит. Но, как и они, ты собираешь все эти доки, флешки… Так вот, я предлагаю сделку. Ты отдаёшь мне все данные, что есть у тебя на руках, а я взамен — вещички, которые нашёл сам. Вот они, на хвосте. Согласись, от них куда больше пользы, чем от этих «глупых данных». Без лишних слов: ты берёшь своё, я своё.       Пялиться не хорошо, но тут исключительный случай, конечно. Он говорил довольно бодрым голосом, однако в нём сложно было не заметить оттенки усталости (не в плане сонливости, а в плане, что всё надоело), некой издёвки, будто разговаривает с умственно отсталым. Такая… знакомая манера общения. Рэйчел не могла поверить своим глазам, когда начала узнавать в этом создании кого-то, кого однажды знала.       Стало тяжело дышать. Сначала немного расстегнув верх униформы, Рэйчел стянула маску, давая себе больше кислорода и открывая лицо. В скудно освещённом помещении было довольно затруднительно осматривать Себастьяна, и всё же, она смогла различить его черты лица, чёрные волосы до плеч… да и имя у него такое же.       — Солас?.. — немного отойдя от шока, произнесла она. Вставать с пола она не намеревалась пока, ибо было страшно, что от неосторожного движения это создание начнёт вести себя агрессивно и единственный ход отступления есть именно эта вентиляция, так что отходить от неё себе дороже. С виду только такое поведение от него и можно ожидать… Особенно при всех подробностях того, что это был за человек. И при том, что с ним стало.       Себастьян смотрел на неё с непониманием, будто на умалишённую. Но и ему не понадобилось шибко много времени, чтобы узнать её в ответ. До этого момента «прозрения» на его лице была слабая, может натянутая, но улыбка, а теперь он смотрел совершенно серьёзно и слегка ошеломлённо.       В комнате повисло тяжёлое молчание. Рэйчел начала потихоньку успокаиваться, ну, по крайней мере, уже не была на грани нервного срыва. Она рассчитывала на то, что Себастьян действительно признал её и не замышляет ничего вредного касательно Рэйчел. Они не были врагами, так что Себастьян не должен как-то… не так реагировать. Рэйчел замерла в ожидании.       — Тебя тоже в смертников записали? Иначе я не понимаю, какого хрена я опять тебя вижу, — выдержав добрую минуту осмыслительного молчания в конце концов выдавил он из себя, с любопытством и сожалением осматривая гостью.       Рэйчел слышала в его голосе нотку досады. Ей непонятно, рад он её видеть или нет.       — Нет, я на задании, — сглотнув, ответила Рэйчел решительно. Это так непривычно разговаривать с тем… кого уже пять лет считала мёртвым.       Вообще, он мог и сам догадаться по её виду, что она не зэк. Вполне известные ему нашивки с логотипом контрразведки «Агидель», чёрно-голубая военная униформа, оружие в конце концов… разве зэку выдали бы оружие? А, наверное, он просто не видит всего этого, так как она до сих пор шкерится у вентиляции, сидя на холодном полу.       Себастьян озадаченно кивнул. Он ждал от Рэйчел дальнейших объяснений и своим сверлящим взглядом открыто намекал на это.       — Извини, но… как ты жив? — некорректно сформулировав предложение на английском языке, спросила Рэйчел, — Мы все думаем, что ты-       — Как видишь, я всё-таки жив, — перебил её Себастьян, откашлявшись, — Удивлён, что ты тоже.       — Что случилось с тобой? — не унималась Рэйчел, осыпая его вопросами. По факту, кто б на её месте не любопытствовал.       В эту секунду Себастьян потянулся рукой в карман своей кожаной куртки, похожей на ту, что носят пираты. От неожиданности, Рэйчел в тот же миг вытащила пистолет и направила ствол на Себастьяна. Тот, напрочь игнорируя её порывы страха, вытянул из кармана пачку сигарет и зажигалку вместе с ней.       Рэйчел опустила пистолет, но не сводила глаз с Себастьяна ни на мгновение; она даже перестала моргать.       Себастьян отмалчивался, закуривая сигарету. Он был нахмурен и находился не в меньшем напряжении, чем Рэйчел.       — Это… Urbanshade сделали, да? — пыталась она его разговорить. Если ответ Себастьяна будет положительный, то можно будет попробовать и договориться с ним на деловые-партнёрские отношения, как в старые добрые времена. Привлечь к совместной работе.       Всё ещё храня обет молчания, темноволосый только то и делал, что курил, за раз выдувая чуть ли не всю сигарету целиком прям с фильтром. Всё от нервов. Но по выражению его лица, по глазам, которые он угрюмо уткнул в пол, было ясно, что ответ «да». Ему хотелось бы съязвить что-нибудь обидное, но на ум ничего стоящего не приходило.       Рэйчел бы принесла ему искренние соболезнования, но статус не позволяет, поэтому может ограничиться разве что неискренними.       — Солас… мне жаль, что так вышло. Ты не был виновен. Ты всегда знал это и не пошёл на чистосердечное. И ты не заслужил… этого наказания. И того, что с тобой сделали, — говорила Рэйчел обрывисто, часто коверкая слова. Выражая сочувствие, она рассчитывает расположить Соласа к беседе, — Я не могу помочь исправить тебя, но могу предложить… поддержать мою миссию. Это… Чтобы накрыть Urbanshade. Чтобы они больше не имели возможности повторять такое.       Ей никогда прежде не доводилось вести беседы, хотя бы приблизительно похожие на эту. Все переговоры с потенциальными или уже определёнными преступниками вели её напарники, но точно не она сама, учитывая её постыдные способности в говорении на английском языке. Она чувствует, что опять сказала что-то неправильно, из-за чего смысл её слов исказился. Она молилась на то, чтоб Себастьян понял её правильно. Так, как она хотела, чтоб он её понял.       Но он не отвечал ей. То был такой разговорчивый, то… вот. Рэйчел интересно, какой бурный мыслительный процесс сейчас происходит в его голове.       — И каким образом ты планируешь «накрыть Urbanshade?» — ядовитым тоном всё же произнёс Себастьян, выдыхая клуб никотинового дыма. Говоря это, он усмехнулся без улыбки. И всё же в его светлых глазах явно виден интерес. Это логично и исходя из вопросов, которые он задаёт — спрашивал бы он, не будь он заинтересован? Если только поиздеваться.       — Нужны все документы и хранители данных, чтобы использовать их… против Urbanshade. Они во многом не правы. Любой компромат. Ты поможешь нам?       Рэйчел помнит его более общительным. Когда он был на стрессе, он мог на всех ругаться, искать виноватых там, где их априори нет, даже отшучиваться пытался, чтобы разрядиться, но во всяком случае он не превращался в «тибетского монаха».       — Ну, а что потом? Выведешь меня на поверхность?       — Выведу, — в принципе, Рэйчел знала, как это сделать, всё что нужно — найти путь к субмарине. Поэтому она не побоялась обнадёживать его.       — И куда? — ехидно спрашивал Солас, одаряя Рэйчел насмешливой ухмылкой.       — Дэвонпорт, военно-морская база Королевского флота Великобритании около Плимута, — протараторила Рэйчел, уже начиная слабо дрожать от ощущения постоянного волнения, — Мы прибудем туда. А дальше… Я не могу знать точно, извини. Но уверена, что тебе помогут. Хуже, чем сейчас, уже навряд ли будет.       Жизнь изрядно потрепала Себастьяна. Рэйчел уже начинает жалеть, что попросила его о помощи — вдруг он не в себе после всего случившегося? Умом тронутый. Вот такие люди максимально ненадёжны. Она бы точно с ума сошла на его месте. Хотя почём ей знать?       — Солас… — в надежде она пыталась до него достучаться. Зная его, он примет её предложение. Так бы сделал Солас пять лет назад.       — Возвращайся к своим обязанностям, — в итоге ответил ей Себастьян, отводя глаза.       Рэйчел уже начала активно представлять, как они поднимутся на субмарине на поверхность, как их встретят, как она будет помогать ему адаптироваться, решить хотя бы часть его проблем. А тут… как отрезал. Рэйчел поникла и огорчённо вздохнула.       Может, ему нужно просто немного больше времени, чтобы решиться, чем несколько секунд? Или… может, он присоединится к ней позже, ведь он не сказал же ей прямо «нет, проваливай»…       Всё же она видела, как он хотел согласиться на выпавшую авантюру, но, возможно, просто не доверяет Рэйчел, что естественно в его случае. Может она агент Urbanshade под прикрытием? Это вполне вероятно, ведь той организации как раз нужно как-то достать Себастьяна. А Рэйчел… но она же давала присягу MI6, разве она могла её нарушить? За кого Себастьян её принимает, раз считает, что она способна на такое? Хм, или просто МI6 и Urbanshade стали партнёрами и теперь задались одной и той же целью. Но разве в таком случае не прислали бы больше агентов на такое задание? Всё-таки одна голова хорошо, а чем больше, тем лучше.       Понимающе кивнув, Рэйчел подошла чуть ближе к хвосту бывшего агента.       — Я это… возьму… фонарик… — пробубнила она, в ошалевшем состоянии с трудом вспомнив слово «фонарик» на английском языке. В ту же секунду Рэйчел заметила трёхствольное ружьё на его поясе, прикреплённое к ремню, которое он тут же прикрыл третьей рукой. «Третьей рукой, прости Господи…» — думала девушка.       Значит, этот мутант ещё и вооружён. Нужно валить поскорее. Рэйчел думала попробовать ещё немного постоять здесь и попробовать переубедить Соласа, но увидев ружьё передумала. Перехочет, найдёт её. Девушка почти уверена, что так он по итогу и сделает. Хоть они и не виделись долгое время, она успела познакомиться с его принципами и характером, так что имеет основания думать, что он одумается. Да и потом, разве он не хочет вернуться на поверхность?       Вытащив его из крепительных ремней на его хвосте, Рэйчел достала нужный ей предмет. К слову, его хвост был довольно холодным… в принципе, ожидаемо, это ведь не человеческая кожа. Чешуёй блин оброс… От него пахнет морской водой и немного залежавшейся рыбой… Это точно происходит в реальности? Рэйчел никак не может сложить все кусочки пазла воедино. Это так сюрреалистично, что похоже на какой-то психоделический сон.       Забыв про «валюту», которую Себастьян указал в своём приветственном монологе, Рэйчел положила банковскую карту на место, где был прикреплён фонарик, она поспешила удалиться из комнаты, так как делать ей здесь больше нечего. Конечно, прихватив ключ-карту от следующей двери. Она так торопилась, что совсем не задумалась о том, нахера ему её безналичка. Выглядело комично.       Себастьян, однако, не сказал ей ни слова.              Какая это уже по счёту комната? На дверях написано 066. Но проблема в том, что двери две, они обе доступны… но как будто бы странно. В какую ей идти? И стоит ли как-то определять, какая из них правильная, неправильная, вообще есть ли у них такие разделения? Или она с ума сходит?       Она часто оглядывалась, рассчитывая получить хоть какую-то подсказку. Как слепой котёнок, беззащитная и потерянная. Она ума не приложит, как будет возвращаться. И сколько документов ещё нужно собрать, чтобы она поняла: «Ну, пожалуй, достаточно»?       Да и торопиться надо, в любую секунду её могут засечь по камерам и тогда мало не покажется. Конечно, при том условии, если они работают и их отслеживают. А рация не подскажет ей ничего, она так и не воскресла. И, похоже, не воскреснет ещё очень долго. Видимо, ей совсем каюк. Придётся обходиться без рации.       Мобильный телефон тоже оставался без связи. Она делала попытки дозвониться до шефа, но и это не вышло. Вот тебе и технологии современного мира. Она подумала, что будет разумно присесть где-нибудь, где безопасно, и поотсылать компрометирующие фотографии в штаб. Мало ли что может случиться… а если телефон всё же поймает сеть, фотки отправятся и задание всё равно будет выполнено.       Теперь, после этой донельзя странной встречи, Рэйчел на короткий момент забыла, где она находится и что ей нужно. Она была уверена, что этот человек мёртв… А теперь она встретила его в обличии мутировавшей рыбы-чёрта с огромным хвостом. Звучит фантастично. Жаль, она не сфоткала его. Эта лаборатория полна аномалий. И Себастьян — главная местная аномалия. Она вообще сомневается теперь, что она видела его, говорила с ним.       Решив, что это всё воздействие какого-то галлюциногенного газа или подобного, Рэйчел просто продолжила делать то, за чем пришла — собирать документы, флешки и любой другой компромат.       Если Себастьян всё же реален, и то, что он из себя представляет сейчас — дело рук Urbanshade, Рэйчел бросит все свои силы и навыки на то, чтобы не просто привлечь организацию к ответственности, а уничтожить всех людей, причастных к столь жестоким экспериментам на ни в чём не повинных людях.       Рэйчел была сбита с толку. Если раньше она была прямо настроена на свою миссию, и она была сконцентрирована на ней и ни на чём больше, то сейчас почти все мысли занимал Себастьян, их совместная история, и игры воображения того, что с ним случилось за все эти годы отсутствия. И каково это… и как над ним поиздевались… Даже думать страшно, не то, что представлять себя на его месте.       Со стороны предыдущей комнаты начали доноситься до боли знакомые звуки, похожие на слившиеся воедино крики множества людей. Рэйчел сразу заметалась, глазами начала искать хоть какие-нибудь шкафчики, где можно спрятаться от этого существа. В комнате есть лампочки, почему они не замигали, предупреждая о надвигающейся опасности?       Страх имеет особенность… искажать реальность, теряться в ней чуть ли не с концами. Это облако смерти летело со скоростью, чуть ли не пробивающий звуковой барьер, но в глазах девушки этот момент растянулся по ощущениям до минуты.       Один единственный шкафчик в конце комнаты звал её в свои спасительные объятия. Рэйчел побежала к нему на ватных от страха ногах, она уже могла видеть это тёмно-розовое существо боковым зрением. Облако-убийца.       Дверцы железного шкафчика были распахнуты.       Рэйчел не сразу поняла, что в нём кто-то уже сидел. Чёрные, склизкие щупальца обхватили её талию и затянули в шкафчик, дверцы которого сразу захлопнулись у девушки за спиной.       Она закричала громче, чем та тварь, летящая по коридору, попыталась достать пистолет, но её руки, ноги и всё остальное тело были перехвачены другими щупальцами, которые с каждой секундой усиливали хват, и Рэйчел чувствовала, что это вот-вот убьёт её. Удавит заживо, как питон.       Щупальца обхватили её грудную клетку и кости таза, оттягивая их в противоположные стороны, что в конечном итоге приведёт к тому, что её тело разорвётся напополам на уровне живота. Рэйчел всё ещё кричала и пыталась вырваться, но её силы и силы этого чёрного осьминога с фиолетовыми, подсвечивающимися присосками несоизмеримы. Тем более, что одна из щупалец поменьше принялась душить агента, сдавливая шею, поэтому теперь она даже кричать не имела возможности, звать на помощь. Хотя они одни в огромной подводной лаборатории, кого она может дозваться?       Голова начала кипеть и, по ощущениям, надуваться кровью из-за асфиксии. Стало горячо по всему телу, а глаза казались готовы были лопнуть в любую секунду. Секунда за секундой она уже не могла чувствовать своё тело, сознание мутнело, сливалось с этой отнюдь не пустой темнотой, в которой она оказалась. Грудная клетка была сдавлена так сильно, что было странно, как рёбра ещё не проломились под таким давлением.       Рэйчел смотрела в тонкие щёлочки изнутри шкафчика, в которые прорывался гаснущий, мерцающий на последнем издыхании свет потолочных ламп, бледный, как в больнице. Или это просто у неё уже темнеет в глазах в ожидании наступающей смерти.       В кромешной тьме послышался скрип дверц шкафчика, а затем оглушающий выстрел. Настолько громкий, что после него Рэйчел уже не слышала ничего. Могла только чувствовать. Как ослабела хватка щупалец, открыв ей путь к дыханию, и как когтистая рука схватила её запястье и грубо потянула из шкафчика. Щупальца всё ещё держали её, не желая упускать уже пойманную добычу, но в конце концов сдались и Рэйчел была освобождена из их ухвата.       Чёрный осьминог сразу же закрыл дверцы шкафчика, прячась в своей засаде, чтобы залечить раны и продолжить охоту.       Тяжело дыша, Рэйчел пыталась устоять на ногах, но это удавалось с трудом и она упала на колени, чтобы отдышаться. В глазах всё ещё было темно и мутно… но скорее из-за того, что в комнате самого по себе света не было. Только что же пролетело то дьявольское облако, которое за собой уничтожает все источники света.       Однако кое-какой свет всё же загорелся прямо над ней. Немного придя в себя, переведя страх, Рэйчел подняла голову, посмотрев, что теперь намеревается её убить.       — Прежде чем вытащить тебя, я подумал, а может лучше присоединиться, пока горяченькое? — с игривостью и обвинением сказал Себастьян, убирая своё ружьё обратно на пояс. Две его основные руки были скрещены на груди. А иллиций горел приятным глазу тёплым оттенком света.       — Что? — прохрипела Рэйчел, поднимаясь на ноги.       — Что? — насмешливо повторил за ней он.       Восстанавливая дыхание, Рэйчел осматривалась. Кроме светящегося иллиция на голове Себастьяна и его глаз в комнате больше ничто не излучало свет, так что и рассматривать было особо нечего. Она было хотела прижаться спиной к шкафчику, чтобы отдохнуть, но вовремя вспомнила, что только что её там чуть не убили и встала по стойке смирно.       — Быстро же ты передумал, — в конце концов сказала девушка. Её голос заметно осел после того, как её горло хорошо помяли.       — Если что, у меня и на тебя патронов хватит. Даже не вздумай меня обманывать.       — …Обманывать? — Рэйчел сделала шаг в сторону, услышав угрозы.       — Я надеюсь, что ты не навешала мне лапши, когда выдала план «накрытия Urbanshade». Что это не какой-то подвох для меня.       — Э-э… — девушка понимала его позицию. Недоверие в их отношениях это естественное явление, учитывая, что они не виделись пять лет и за это время многое поменяться. У Себастьяна все изменения, что называется, на лицо, а Рэйчел — кто знает. Может, она уже и на Urbanshade работает, может, MI6 с ними сотрудничает, и Рэйчел подослали в подводную лабораторию как раз для того, чтобы уничтожить Себастьяна. Конечно, это всё неправда, но ведь не докажешь это ему. Он не ясновидящий, а посему полагается лишь на свою голову. Рэйчел должна это понимать и вести себя так, чтобы в итоге между ними воскресло былое доверие, — Подвоха нет.       В процессе разговора они уже прошли в соседнюю комнату. Об этом, было две одинаковые комнаты, как Рэйчел заметила раньше, и Себастьян направился к одной из них, которая была подальше. Он что-то знает?       — Допустим, но понимаешь… тебя спасает только то, что я знаю, кто ты и кто тебя подослал. Но ты не первая и, я уверен, не последняя, кто к нам заявлялся. Urbanshade отправляли сюда своих «супернатренерованных» агентов с целью прикончить меня. Поверь, ты не хочешь знать, как у них теперь дела. И уж тем более не хочешь к ним присоединиться, только если ты ещё не сошла с ума.       Своими словами Солас объяснял ей причины своей подозрительности в отношении агента, но та, можно сказать, не слушала его, поскольку в мыслях она до сих пор находилась в том кошмарном шкафчике с монстром. Боже, если б не Себастьян, ей тошно представить, что бы с ней сейчас было.       — Спасибо, что спас, — вымолвила она, когда дыхание полностью восстановилось.       — На здоровье, — сразу ответил Себастьян, как будто ждал её благодарностей, — Должна будешь.       По сути, она и правда теперь у него в крупном долгу. Они оба это понимают. Теперь-то она с точностью на 200% должна вернуть его к более-менее нормальной жизни.       Пока они продвигались дальше по коридору, Рэйчел изредка поглядывала на него, на выражение его лица, пытаясь запечатлеть как можно больше деталей. Недоверие у них взаимное, и поэтому она так насторожена рядом с ним. В напряжении. И по невербальным сигналам пыталась считать какие-то угрозы с его стороны. Хотя и невооружённым глазом видно, что он сам по себе одна большая угроза.       Он изменился с их последней встречи… и не только внешне.             Рэйчел не знала, куда они идут, но Себастьян будто сам направлял её вперёд. Ей и раньше казалось, что этот человек знает всё наперёд. «Всё, да не всё,» — скептически процедила она у себя в голове, вспоминая обо всех обстоятельствах жизни Себастьяна, которые она могла лицезреть. И что далеко не во всех он проявлял свою редкостную прагматичность. Голова кругом идёт.       Девушка продолжала собирать компромат из ящичков, тумбочек, как никак работа есть работа. Солас выглядел безучастным, но Рэйчел думает, что это временно, и вскоре он выдаст ей такой компромат, что «Агидель» и мечтать не смела. В одной из комнат, как только они в ней оказались, раздался звуки начавших работу механизмов. Себастьян резко остановился, Рэйчел последовала его примеру. Они увидели, как красные лучи лазера двигаются по комнате, отслеживая всех и вся. Агенту не стоило шибко думать о том, что это может быть — турели. В таком случае, им придётся…       Себастьян раздражённо вздохнул и прополз внутрь комнаты, игнорируя шиканья Рэйчел о том, что это опасно делать. И что самое странное, он вышел прям на середину комнаты, так, чтобы попасть в поле зрения сразу всех турелей.       — Солас! — Рэйчел металась на месте, не решаясь ринуться к нему на помощь. Что он вытворяет? Он пуленепробиваемый? — Ты больной?       Все турельные установки были направлены на него и уже пищали, готовясь стрелять. Рэйчел сделала неуверенный шаг вперёд, будто хотела помешать тому, что вот-вот должно было случиться…       Вопреки ожиданию, турели не сработали. Более того, они убрались в потолок.       — Вот тебе и «фрэндли фаер»! — уперев руки в боки, возмутился Себастьян, — Что ты себе позволяешь, «друг»?       — Прости меня! — раздался довольно причудливый, забавный роботический голос откуда-то из потолка, — Но я вижу расходника рядом с тобой!       — Во-первых, это не расходник, — Себастьян утомлённо потёр лоб, — Во-вторых, мы идём к тебе в гости. В какой ты комнате? Ах, точно, ты ж ходить не можешь.       — В гости?       Рэйчел всё это время смотрела в потолок и пыталась увидеть, кто тут ещё разговаривает помимо Себастьяна.       — Да, жди нас. И лучше прибереги своих хороших людей и турелей для кого-то другого. Пожа-а-алуйста, — Себастьян взмахнул рукой, смотря на Рэйчел, показывая ей, что дорога дальше открыта для них и можно идти дальше. Девушка неуверенно поковыляла за ним.       Коридор стал светлее, как только они покинули охраняемую комнату. Использовав фиолетовую ключ-карту, они вышли в более широкие коридоры, в которых были уже не простенькие двери, а как будто-то бы гаражные двери. И открывались они с лязганьем, отдалённо похожим на вопли того чёрного облака смерти.       — И что это было?.. — подала голос Рэйчел, всё ещё думая о турелях.       — Сейчас узнаешь, — Себастьян завернул в одну из дверей в боковой стене, к ней не требовалось никаких ключей.       Солас пропустил девушку вперёд, они тут же проникли в сравнительно небольшую комнату, где рядами стояли системные блоки размером до потолка. Все они гудели, в них мерцали, как крохотные звёзды, лампочки. А в конце комнаты располагалась словно тюремная камера, ограждённая решётками, а в качестве заключённого был… компьютер.       На мониторе с низкой яркостью, которая повысилась, как только Рэйчел и Себастьян попали в его поле зрения, была изображена корявая моська, нарисованная, по всей видимости, в самой допотопной версии Paint. Агент остановилась у одного блока питания, в то время как Солас прошёл поближе к решётке с компьютером.       — Привет, Себастьян, — нарисованное лицо зашевелилось.       — Шалом, — улыбнулся Солас, — Есть серьёзный разговор.       — Ты меня пугаешь, — лицо перестало улыбаться, сменившись озадаченно выпученными глазами-кружочками, — И кто это с тобой?       — Это агент Кристалл. Не поверишь, работали вместе пять лет назад, до заключения. А тут явилась, говорит, на задании, — Солас ехидно поглядывал на девушку, которая мялась в стороне с тотальным недоумением в глазах. Он пересказывал всё произошедшее так, будто это анекдот какой-то, — Собирает компромат на Urbanshade.       — Компромат? — переспросил компьютер.       — Ну да, вот, прикинь. Честно, сам не ожидал. Ты бы ей поверил?       — Я… — лицо на компьютере выглядело озадаченным, — Я не знаю.       — Вот и я весь в сомнениях. Но она обещает вытащить меня на поверхность, а там и тебя за одно, когда ситуация будет прояснена. Да, Рэйчел?       — На поверхность?! — перебил его компьютер на повышенной громкости, — И ты так спокойно об этом говоришь?!       — Какой спокойно, видишь, у меня руки трясутся, — Себастьян продемонстрировал свою третью, маленькую руку, которая действительно тряслась. К слову, она ещё была перебинтована, местами через бинт просачивалась кровь. Довольно свежая.       — Так, — встряла Рэйчел, — Какого чёрта происходит?       — Морского чёрта, — просмеялся Себастьян, — Так вот о чём это я. Послушай, дорогой мой друг. Я всегда желал тебе только лучшего. И я обещал вытащить тебя на свободу, как только я найду способ. Помнишь?       — Да, Себастьян, — нарисованная физиономия стала невероятно грустной. Это какое-то приложение с искусственным интеллектом? Выглядит очень странно. Аномально.       — А я всегда держу свои обещания, — Солас придвинулся поближе к решётке, — Мне жаль, что я не могу сделать всё сразу, как мы бы этого хотели. Прости меня за это. Но ты знаешь, что я просто не могу оставить тебя здесь навсегда. Я должен знать, куда приведу своего лучшего друга. Чтобы обеспечить ему безопасность, понимаешь?       — Но Себастьян… — жалобно заговорил компьютер, — Я не хочу, чтоб ты уходил.       — Уходил? Шутишь что ли? Я не ухожу от тебя. Ну, по крайней мере, на совсем… — Солас взглянул в глаза стоявшей позади Рэйчел и тихо дополнил: «…Надеюсь», — Я всё равно вернусь за тобой. Я не могу поступить иначе.       Компьютер словно завис, но на самом деле всё исправно работало. Выражение лица сменилось безэмоциональным, нейтральным, но это нисколько не обнадёживало. Рэйчел сжала свои локти, тревожность просто скоблила её изнутри.       — Я верю тебе, Себастьян, — медленно проговорил компьютер, — Просто я так боюсь остаться один… навсегда.       — Но при этом знаешь, что этого не произойдёт, — с улыбкой уверял его Себастьян, — Знаешь, дела пойдут быстрее и вернусь я за тобой раньше, если ты нам немножечко поможешь. Если ты хочешь, конечно, нам помочь.       — Как помочь?       Себастьян перевёл взгляд на агента, передавая ей слово.       — Э… как Солас уже сказал, мне нужен любой компромат на… Urbanshade, — Рэйчел достала из кармана телефон, — Если Вы таким располагаете…       — Располагаю, — лицо на компьютере приобрело какую-то глупую, полоумную улыбку, от которой у Рэйчел пробежали мурашки. А Себастьян всё это время таинственно, одобрительно ухмылялся.       Кроме помощи в сборе всего компромата на злополучную организацию, Рэйчел с Себастьяном получили помощь с тем, как им добраться обратно, до пристани с субмариной, по более безопасному пути. Рюкзак Рэйчел был забит всякого рода документами, флешками, дисками, всё это окажет большую помощь для MI6. Агент уже отправила фотографии документов и помещений, которые обходила, в личные сообщения своему шефу. Она бы попыталась сфоткать и Себастьяна, и компьютер, если бы те не следили за каждым её вздохом.       Они выполнили свою часть уговора: выложили весь компромат, в целости и сохранности довели до пристани. Теперь дело только за Рэйчел и отрядом «Агидель», поджидающих на поверхности.             Когда вход в субмарину был открыт, они оба проникли в неё. Рэйчел знала, что, по кодексу, она — правонарушитель. Она допустила вольность, инициативу, которая не была согласована с штабом, хоть и по техническим причинам. За такое может прилететь нехилый выговор. Или что похуже, смотря какие будут последствия и в каком расположении духа окажется шеф, когда к нему придут с докладом. Но Рэйчел посчитала, что иначе поступать… ну просто нельзя. Соласа незаконно осудили, несправедливо наказали, ещё и не один год проторчал в, получается, одном из самых опасных мест на планете Земля, разве он не заслуживает вернуться к более уравновешенной жизни? Глотнуть свежего, земного воздуха…       Она хотела бы обсудить это с Себастьяном, но это вышло на невербальном уровне. То есть, без лишних слов, взглядов, они зашли в субмарину вдвоём. Даже взглядами не перекинулись, по типу, «а так можно?». Объективно, это и так понятно, что можно. Нужно. Он же в роли живого компромата, свидетеля.       Рэйчел вся была окутана сомнениями и опасениями, впрочем, как и Себастьян, однако он был настроен куда более решительно. Ему нужна свобода, это и ежу понятно. И Рэйчел всё понимает.       Солас интересовался, как отреагирует отряд «Агидель» (ведь он даже когда-то работал вмести с ними), увидев непонятное рыбоподобное существо, внезапно вернувшееся из морских глубин, до зубов вооружённое огнестрельным и холодным оружием. Агент и сама не могла предположить. Но отвечала ему что-то оптимистичное. По типу, что всё будет нормально, если тот будет вести себя нормально и не распускать руки. Но она знала, что за люди ждут её на поверхности. На вряд ли приём окажется радушным. Очень на вряд ли. Но пути назад уже нет.       Ещё её настораживал вопрос о перевесе. Сможет ли субмарина их доставить, вообще отчалить, учитывая, что возник ещё один пассажир, который весит, наверное, как два пассажира. Или даже три. На сколько человек рассчитана субмарина? Рэйчел неизвестно.       Солас молчаливо и пристально следил за ней, как камера видеонаблюдения, и упускал её из виду только разве что, когда моргал. Агент понимала его недоверие, слежку, но всё же хотела бы, чтоб он прекратил так безотводно пялиться на неё. Разве его в тюрьме не научили, что пялиться не хорошо?       Шлюзы субмарины закрылись, началось движение. В этот момент Рэйчел заметила, что Соласу стало как-то совсем неуютно, он вечно пытался как-то съёжиться, уменьшить занимаемое им пространство. Кстати, с его габаритами субмарина была полностью занята, что не вздохнуть лишний раз. Девушка всё время стояла у пульта управления и старалась думать только о хорошем. Что они поднимутся на поверхность и никакая перестрелка не начнётся. Что всё пройдёт гладко и без помех. Что они доплывут и не произойдёт никаких происшествий…       Двигатель перестал рокотать, на миг стало тихо, будто в вакууме. Рэйчел замерла, ожидая, что сейчас под воздействием давления субмарина сожмётся, как банка из-под соды, и расплющит их. Солас тоже замер, поглядывая на пульт управления в попытке понять, в чём причина остановки. И тут двигатель снова заработал. В подлодке начал мигать красный свет, тогда Рэйчел была на пороге потери сознания. В такой ситуации у кого угодно начнётся клаустрофобия.       — Что это было… — вспоминая молитвы, пробормотала Рэйчел, — Что это было…       — Отставить панику, агент, — сказал Солас на грани паники, — Если что, смерть будет быстрая и безболезненная.       — Лучше помолчи сейчас… — Рэйчел протёрла лицо руками. Она снова немного расстегнула жилет на груди, чтобы свободнее дышалось.       Может, тут есть ещё какие-то аномалии? Вне пределов Hadal Blacksite. Какие-нибудь Ктулху, Кракены, кто ещё. Почему красная лампочка не перестаёт мигать-то?              Субмарина начала пищать, что свидетельствовало о том, что они прибыли в пункт назначения и можно открывать шлюзы. Они на поверхности.       — Мы на поверхности? — боязливо промолвил Себастьян. Это прозвучало относительно неожиданно, учитывая, что с момента зажжения красной лампочки внутри субмарины он не проронил ни слова.       — Да, похоже на то… — Рэйчел начала слышать, как дно субмарины трётся о каменистый берег, — Боже, неужели…       По глазам Себастьяна, в мерцании красных ламп, было ясно, что он начал очень сильно нервничать. Теперь-то его руки трясутся по-настоящему. После пяти лет под водой… вновь увидеть свет, вновь ощутить отсутствие потолка над головой, оказаться в таком огромном пространстве, с бесконечным небом, с необъятными просторами, куда можно пойти… Рэйчел даже побывав всего несколько часов в той лаборатории уже чувствовала усталость, желание вернуться на землю, а что сейчас чувствует Себастьян, когда он достиг этого спустя целых пять лет… можно только фантазировать.       — Ты как? — спросила она, прежде чем предупредить о том, что собирается открывать двери.       — Голова болит, — ответил Себастьян, массируя виски.       — Наверное, из-за давления. Ничего, пройдёт. Главное, что ты не лопнул, — усмехнулась Рэйчел устало, — Я открываю дверь.       Ещё до того, как она нажала кнопку, её смутил тот факт, что она не слышала голосов с поверхности. Может, они все по машинам сидят, ждут, потому что вечно стоять у пирса такая себе тема, особенно весной, когда холода ещё не прошли, а уж тем более на берегу моря, откуда вечно дует морозный атлантический ветер.       Выходной мост откинулся, немного ледяной морской воды затекло в субмарину. На улице была ночь. Кромешная тьма, никакие фонари не освещали берег. Как-то странно…       Рэйчел вышла первая. Весь берег был окутан тьмой, не видно было ни зги. Только звёзды, лунный свет и красные фонарики из субмарины освещали окрестности. Рэйчел вытащила фонарик, который она добыла у Себастьяна, и обвела им периметр всего берега.       Никаких машин, которые бы её встретили, она не обнаружила. Берег был пуст и словно не обитаем. Хотя на холме, где мыс, виднеется невысокий цилиндрообразный маяк, макушка которого не светится. Ни мыса, ни маяка в точке отправления не было.       Всё это наводило на один довольно суровый, прискорбный вывод. Субмарина сбилась с курса и её вынесло на совершенно другой берег. Где они сейчас и что делать дальше — им ещё только предстоит узнать.