i.

      Сессия ударила по Хонджуну со всей силы, перекрыла ему кислород и в качестве бонуса наградила болями во всём теле. Бедный студент отдавал девяносто восемь процентов своего времени на учёбу, гнулся кривой креветкой над столом с конспектами; и скрипя зубами, читал учебники. Остальные два процента он пытался спать в любом месте, где только мог. Зачастую это было так: Ким, свернувшись в три погибели и обняв свой портфель, спал на галёрке поточной аудитории во время обеда. Принимать горизонтальное положение было опасно и чревато полным отрубом на несколько суток. А у Хонджуна не было столько времени.       От полного безумия Кима спасали друзья, подкармливающие его каждый день и смиренно сопровождающие его в библиотеку, где они до сумерек изучали материалы для экзаменов и зачётов.       Ещё у Хонджуна была Сонхва, присылающая ему ободряющие сообщения каждый день. Киму пришлось постараться для ограничения их встреч на период экзаменов, чтобы полностью сосредоточиться на учёбе и иметь как можно меньше свободного времени, уходящего на мысли о замужней взрослой женщине, которая оплатила долгосрочную аренду в голове Хонджуна. С тех самых пор, как между ними что-то произошло, Сонхва уделяла ему много внимания: присылала подарки, пару раз забирала Хонджуна на выходные и устраивала им отпуск, всячески присутствовала в его жизни, и Ким уже привык к ней, не представляя, что он будет делать, если вдруг Сонхва не окажется где-то поблизости.       Сейчас, несмотря на постоянные сообщения и редкие звонки в свободные минуты, Хонджун как никогда остро ощущал себя не только безумно уставшим, но и нуждающимся в ней. Он не мог бы сказать наверняка, что влюблён в неё или что-то в таком роде, на правах «щеночка с очаровательными глазками» едва ли он имел право претендовать на такие высокие чувства.       Ломая очередной карандаш перед тем, как дочитать страницу учебника, Ким думал лишь о том, что очень соскучился по Сонхва и хотел бы без зазрения совести упасть лицом между её грудей и жалобно попросить, чтобы она его утешила. Она это умела, Хонджун проверял. После такого опыта никакое иное утешение не будет для него таким же действенным.       Текст учебника непонятный. Перед глазами поплыло ещё час назад, но Ким пытался убедить себя, что всё в порядке. Когда фокус мыслей вовсе ушёл в другую сторону, прочитанное в книге осталось простынёй без смысла. Завтра его ждал самый сложный экзамен и если он не сдаст его хотя бы на «хорошо», совесть сожрёт его с потрохами. Ким думал, что он не только ужасный человек, очарованный (или очаровавший?) чужой женой, но и плохой студент, не способный вовремя изучать все материалы.       Пальцы сами нащупали под завалом распечатанных лекций телефон и долго не думая, Ким набрал её номер. Долгие гудки протянулись из динамика и Хонджун откинулся на спинку кресла, нахмурившись от тянущей боли в пояснице.       — Детка? — прозвучало из динамика и по уставшему напряжённому телу Кима пробежали мурашки. Её «детка» было таким сладким, как кленовый сироп, как сахарная вата, как… Ким не знал столько сладостей, сколько она умещала в это слово, называя им его.       — Привет, — устало отозвался парень, потирая переносицу. На другом конце было слышно учащённое дыхание, негромкая музыка и шорох. — Чем занимаешься?       — Снимаю напряжение, — она хихикнула. — Включи видео.       Хонджун прикусил щёку, но долго не думая нажал на соответствующую иконку на экране. После загрузки появился светлый потолок, но очень быстро телефон оказался в руках Сонхва и Хонджун укусил себя сильнее. По её лицу стекал пот и волосы липли к коже. Улыбаясь в камеру, она поправила сползшую с плеча бретельку спортивного топа и приподняла телефон выше, показывая пространство вокруг. Хонджун мельком заметил коврик для йоги, массажный ролл, несколько мячиков и резинки, но в основном он смотрел на Сонхва. Чёрные леггинсы удлиняли её и без того длинные ноги, а плотная ткань топа так обтягивала грудь, что Киму ещё сильнее захотелось упасть между них лицом и, наверное, задохнуться там.       — Так-с, поставим тебя вот сюда, — сказала она и установила телефон перед ковриком, на который следом села, скрестив ноги и уложив на колени руки. — Я переживаю за тебя. Ты хорошо питаешься в эти дни? Выглядишь не очень.       — Знания никого не щадят, — пошутил Хонджун и почесал неловко затылок. Её забота самое драгоценное, что у него было, но выпрашивать любезного отношения ему, конкретно сейчас, не хотелось. — Я съел рамён пару часов назад.       — Может заказать тебе мяса? — Сонхва поменяла своё положение. Ответ на её вопрос застрял у Кима где-то в районе пищевода. Она отвела одну ногу в сторону, зафиксировала вторую в исходном положении, и потянулась корпусом к носку. — Или курочку? Хочешь курочку? Я знаю хорошее место.       — Я ещё не сдал экзамены, чтобы радовать себя вкусной едой, — проворчал Ким в ответ и на лице Сонхва показалось недовольство.       — Ты мазохист, — без капли удивления сказала она, снова поправляя съезжающую с плеча шлейку топа. Хонджун усмехнулся и её словам, и её движению.       — Разве ты не была такой же в студенчестве?       — К старшим курсам я стала расставлять приоритеты, — ответила она, поменяв положение ног. — Упорство и усердие — это хорошо, но здоровье превыше всего. Завтра у тебя трудный экзамен, перед ним не помешало бы выспаться и хорошо поесть. Знания плохо усваиваются на голодный желудок.       Хонджун замолчал. Он внимательно смотрел, как Сонхва двигалась, меняя позу. Сначала она легла на живот, а после подняла туловище и выгнулась в спине, выпятив грудь и задрав подбородок повыше. Блестящие ручейки пота катились по её шее, груди, животу. Хонджун сглотнул вязкость во рту и громко втянул воздух через ноздри.       — Я согласен на курочку, — проворчал он, подпирая щёку кулаком. — Не острую. Без овощей.       — И никаких больше учебников на сегодня, — сказала Сонхва. — Дай себе немного отдохнуть.       Её тон напомнил Хонджуну те моменты, когда мама учила его жизни. Очередная параллель такая неправильная, но такая… подходящая.       — А как твои дела? — Хонджун решил поменять тему. От себя он и так уже устал.       — Сегодня я много работала, — Сонхва глубоко дышала, её грудь вздымалась под тугим топом и обе бретельки сползли с плеч. Хонджун прикусил нижнюю губу. — Деловые встречи истощают мои богатые духовные запасы. Эти люди, они знаешь, вампиры, что сосут энергию. Променяла бы их на пару спокойных недель где-нибудь на побережье океана в компании с очаровательным парнем.       — Каким таким парнем?       — Ты его не знаешь, — Сонхва подняла голову и её хитрый взгляд врезался Хонджуну под дых. Шлейки топа всё ещё покоились на плечах и Сонхва поменяла положение, приблизившись к камере. — Он такой милый. Как щеночек.       — И что бы ты делала все эти недели? — Хонджун смотрел ей в глаза и с клокочущим чувством внутри ждал, когда её розовые губы примут кривизну хитрой улыбки.       — Мне всё перечислить? — Сонхва накрутила прядку волос на палец и похлопала ресницами. — Для начала заставила бы его расслабиться. Он такой упёртый трудяжка, совсем не хочет слушать мои полезные советы и отдыхать.       — Как же ты его заставишь? — Хонджун облизнул губы, сдерживая улыбку.       — Я знаю много разных способов, — шальные пальцы Сонхва потянули опавшую шлейку топа вниз и Хонджун задержал дыхание. Сонхва игриво помахала пальчиком в камеру и вернула бретельку на место. — И ему нравятся все.       Ким закрыл глаза и закусил нижнюю губу. Лицо обожгло смущение и стыдное желание, чтобы Сонхва снизошла до его горделивой персоны и сделала всё, что только придёт ей в голову. В воспалённом мозгу уже начали рождаться фантазии и в горле пересохло.       Приоткрыв один глаз, Ким посмотрел на экран телефона. Сонхва лежала на коврике, подперев подбородок ладошкой, и смотрела на него с полуулыбкой.       — Мне нужно закончить тренировку, — сказала она разочарованно. — И заказать тебе ужин. Я напишу вечером. Целую, детка.       Она отключилась, отправив Киму воздушный поцелуй. Хонджун смотрел в темноту потолка своей комнаты, продолжая держать телефон с открытым контактом Сонхва. Он никогда не выделялся желанием идти по простому пути. Сонхва изначально представлялась ему лишь партнёршей, ведь в постели они проводили время чаще, чем где-то ещё. Он ни на что не надеялся в этом случае, жил моментом и ожиданием, но Сонхва стала ему дорога. Она была важной частью его жизни и Хонджун в который раз был благодарен сам себе за проявленную смелость некоторое время назад, когда рискнул и принял предложение о работе в особняке Паков.       У Сонхва отлично получалось расшатывать винтики. В хорошем смысле. Она умела склонять людей к тем или иным вещам, независимо от того, безумно очарованы они ею, как Хонджун, или нет. В существовании вторых Ким сомневался, ведь он пал жертвой миссис Пак в момент первой встречи и с тех пор не видел смысла этому сопротивляться. Несмотря на опасность её брака, всё остальное Кима более чем устраивало.       Ему привезли еду через час. Хонджун послушался и отложил книги в сторону. Вместо этого позволил себе немного потупить в игре, посмотреть пару видео на YouTube и вкусно поесть.       Курочка правда оказалась отличной.       Хонджун принял душ и забрался под одеяло, когда экран телефона засветился от пришедшего уведомления. Ким взбил подушку и упав на неё, потянулся за телефоном. Он ожидал какой-нибудь ерунды или паники от университетского друга Уёна, но увидев иконку Сонхва, не смог сдержать глупой улыбки. s Надеюсь, ужин был вкусным и ты отложил свои учебники.

khngjооn

спасибо за курочку ☺

s *стикер* После завтрашнего экзамена у тебя должно быть пару выходных, да?

khngjооn

угу

завтра самый сложный экзамен и душный препод

если я переживу его, всё остальное будет easypeasy

s Ты умница и у тебя всё обязательно получится!😘

khngjооn

спасибо за поддержку

я очень это ценю

надеюсь мне хватит моих знаний чтобы сдать эту хрень

*стикер*

s Расслабься, Джуни~ Я восхищена твоим стремлением к учёбе, но я хочу видеть тебя здоровым после сессии. Я скучаю по тебе…😫       Хонджун вжался лицом в подушку и почувствовал себя подростком. Она скучала по нему. Она. Скучала. По. Нему. Ему хотелось заорать как восторженная девочка. Он вовсе не влюблён, но сердечко застучало чаще после этих слов.

khngjооn

🥺🥺🥺

s Мой милый щеночек ❤ Мне пора. Доброй ночи! *фото х4* На сон грядущий~ Расслабься, детка 💋😏       Хонджун набрал в лёгкие воздуха и задержал палец над заблюренными фотографиями. Зелёный значок возле имени пропал. Сонхва вышла из сети. Оставила его один на один с этими четырьмя смертельными файлами. Ким покусал губы и положив телефон на грудь, посмотрел в потолок. Там же именно такие фото? Она видела Хонджуна насквозь, а Хонджун никогда не противился этому. Вместе с Сонхва он проходился по всем граням возможностей своего тела. Точнее, они постепенно изучали этот вопрос. Рассматривал под разным углом и принимали различные позы. Сонхва могла вить из него верёвки, управлять и командовать, а Хонджун беспрекословно подчинялся и даже не думал о том, что за всё время ему так и не довелось заняться с ней банальным сексом. Это казалось ему игрой, и он ещё не достиг уровня, когда эта опция станет доступной.       Обкусав потрескавшиеся губы, Хонджун набрался смелости и взял телефон в руки. Он нажал на первое фото и его передёрнуло от нескольких секунд загрузки и мутного изображения на фоне. Когда фотография загрузилась, Ким сел на кровати и укусил себя за фалангу указательного пальца.              Бретельки спортивного топа свисали над сгибами локтей. Она сидела на коврике для йоги и смотрела в камеру с хитрой ухмылкой, пока её ладонь сжимала одну из грудей. Хонджун поджал пальцы и содрогнулся от прошедшего по телу импульса.       Парень скинул с себя одеяло и перелистнул на второе фото.       Сонхва выгнулась в спине и спутанные волосы ниспадали ей на лицо, липли к приоткрытым губам. Она держала себя одной рукой под грудью. Бретельки топа сползли ниже локтей. Её вторая рука тянула вниз резинку облегающих леггинсов, обнажая подтянутый живот.       Хонджун рухнул обратно на подушку и зажмурился. В голове резко не осталось места для экзаменов. Лишь Сонхва и все её прекрасные части тела. Последний раз они виделись несколько недель назад, пили кофе в кофейне, а после долго целовались на заднем сидении её машины. Хонджун проскулил тихо и попытался вспомнить, что тогда было. Его тело и так охотно реагировало на фотографии и фантазии о ней, но листать дальше он пока не был готов.       Приспустив бельё, Ким плюнул на руку и несколько раз провёл ладонью по члену. Он потёрся щекой о подушку и посмотрел на фото вновь. Приблизил, обвёл пальцами линии её тела и разряд возбуждения вновь прострелил его насквозь, осев внизу живота. Его лицо густо покраснело.       Бесстыжий.       Сонхва нравилось ласкать его. Трогать кончиками пальцев вдоль боков, гладить живот и грудь, рисовать узоры на его коже и целовать. Хонджун задрал футболку и повторял её движения по памяти, стараясь держаться и не срываться на отчаянную сухую дрочку. Сонхва научила его как растягивать удовольствие и Хонджун надеялся, что урок был усвоен на отлично.       Расслабиться. Вот зачем она зачастую так нежна перед тем, как перейти к ключевым моментам. Она давала телу привыкнуть, снимала напряжение, разжижала затвердевшие мышцы касаниями и поцелуями. Хонджун вспоминал, как Сонхва шептала неприличные глупости, пока ласкала его медленно-медленно от низа живота до ключиц, и с его губ сорвался первый полустон. Естественная смазка осела тёплой влагой на пальцах. Он водил по члену медленно, настолько медленно, насколько мог. Некоторое время назад, до Сонхва, он бы никогда не вздумал так себя удовлетворять. Важен был результат, а не процесс. Быстрый дофамин, выброс энергии и приятная нега после. Но теперь Ким понимал, что подобное его разве что разозлит. Эта дерзость удалила бы образ из памяти, оставив лишь тупое ноющее ощущение.       Член затвердел у него в руке и Хонджун подобрал телефон с простыней. Ластясь щекой о подушку, думая о том, как хорошо было бы оказаться лежащим на коленках Сонхва, Ким перелистнул на следующее фото.       Ровная спина Сонхва. Аккуратные плечи, тонкие очертания лопаток и идеальная талия. Ким провёл пальцем по линии позвоночника и поджав на ногах пальцы, громко выдохнул горячий воздух. Обтягивающая матовая ткань леггинсов больше не была помехой. Кружевные ниточки белья тянулись вдоль изгибов и Хонджуну захотелось нежно просунуть под них пальцы, почувствовать бархат её кожи и натяжение ткани.       Ким растёр смазку по головке, выгнулся чуть в спине и меж бровей показалась морщинка. Тихое влажное хлюпанье смешивалось с его тяжёлым дыханием. Хонджун ускорил темп, толкался в свою руку и сминал простыни под собой. В его памяти всплывали растрёпанные волосы Сонхва и её томный взгляд, как вздымалась её грудь от сбитого дыхания, как приятно ощущалась её ухоженная кожа, как она пахла, какая она на вкус… Он хрипло простонал и прикусил уголок подушки, ощущая каждой клеточкой тела подступающий оргазм. Он резко замедлился и на остатках сознания смахнул фото в сторону, переключаясь на последнюю.       Член дёрнулся в руке, живот свело и электрический ток прошёлся вдоль бедра под колено. Хонджун тонко простонал, косые мышцы дёрнулись в нетерпении, но Ким облизнул пересохшие губы, собрал все свои силы и двумя пальцами чуть приблизил фотографию.       Она лежала на постели. Полы чёрного шёлкового халата распластались по простыням и смялись под ней. Сперва Хонджун посмотрел на её лицо: безумно красивое и застывшее в удовольствии. Приоткрытые пухлые губы, увлажнённые слюной. Лёгкая складочка между бровей, она всегда появлялась, когда Сонхва было хорошо. Она сжимала одну свою грудь. Зажатый между пальцев сосок затвердел и Хонджун сглотнул вязкую слюну, несдержанно провёл вверх-вниз по члену и всё тело вновь свело предоргазменной судорогой. Ниже, по втянутому животу, тазовым косточкам, гладкому лобку тянулись блестящие капельки смазки. Её ноги были раздвинуты и чёрное кружево трусов опоясывало приподнятое бедро. Два длинных пальца, влажные от смазки, по вторую фалангу исчезали в ней. Тюбик лубриканта лежал поодаль, рядом с лиловым «кроликом». Она смотрела прямиком в камеру, но Хонджун знал, что она хотела бы посмотреть ему в глаза, пока делает это с собой.       Хонджун задохнулся.       Он толкнулся в свою руку несколько раз и роняя телефон на подушки, низко и протяжно застонал. Горячая сперма брызнула на поджатый живот и пальцы. Бедро свело от переизбытка ощущений. Пересохшими губами он хватал горячий воздух и по инерции продолжал толкаться в ладонь, пока резкая слабость не атаковала все его мышцы.       Хонджун довольно долго лежал неподвижно, переводил дыхание и собирал себя. Эта приятная сонливость уже успела позабыться с этими чёртовыми зачётами и экзаменами. Он чувствовал лишь её, а не гнетущую усталость. Вот оно — расслабление.       Набравшись сил, Ким приподнялся, открыл диалог с Сонхва и скачал все фотки. Для личной коллекции. И только потом его настигло осознание беспорядка и отступившее раздражение вновь вдарило, как молоток по гвоздю.       В душ нужно идти повторно.