ii.

      Хонджун вылетел из аудитории и бегло осмотрев толпу, кинулся на Уёна. Он схватил его за ворот толстовки и с улыбкой до ушей сказал:       — Я сдал! На отлично!!!       Друг подхватил Хонджуна и крепко обнял. Через несколько секунд на лице Хонджуна промелькнуло раздражение и он начал делать вид, что задыхается от тесных объятий. Обменявшись долгими взглядами, они принялись обсуждать вопросы билета. Доцент валил Хонджуна с самого начала, но на светлую голову соображать было проще, чем если бы Ким всю ночь просидел над учебниками. В конце концов, Хонджун отбился от всех дополнительных вопросов и заработал последние баллы, решив простенькую задачку. Таких он решил с десяток в течение недели подготовки. Самый сложный и пугающий экзамен оказался довольно-таки простым, а внутри Кима было ещё полно энергии.       — А я, как обычно, пойду на пересдачу, — посмеялся Уён, когда они шли по коридору от студенческой столовой.       — А ты учил?       — Я пытался, — Чон покачал стаканчиком с кофе и надул губки. — Лучше расскажи, как ты смог во всём этом разобраться?       — Я просто лёг спать, — Ким пожал плечами и Уён прыснул со смеху. — Нет, я читал, учил, пометки делал, но-о-о…       — Отличное решение любой проблемы, — подметил Чон, продолжая посмеиваться над другом. — Чем планируешь заниматься до следующего экзамена?       — Искать себе новую спину на чёрном рынке, — пошутил Хонджун. Его спина даже после отдыха нежно и ласково постреливала от поясницы к лопаткам, напоминая ему, какой он не уважающий себя бездарь.       Они вышли на университетский кампус и прохладный ветер потрепал парням волосы. Хонджун удобнее взял рюкзак и подтянул шнурки толстовки, завязав из них бантик. Уён швырнул пустой стакан от кофе в урну и потянулся, сладко зевая при этом. У них освободилось несколько дней до следующего экзамена, не требующего такой усердной подготовки, поэтому нужно было придумать себе занятие.       — Спроси Санни по поводу спины, — зевнув ещё разок, сказал Уён. — Он много раз выручал меня с этим. Всякие растяжки, массажи… Тебе уже не пятнадцать, чтобы на утро ничего не болело.       — Но и не семьдесят.       — Сам виноват, что заворачиваешься буквой «зю», когда учишься.       — Как ты разговариваешь со своим хёном, Чон Уён? — заворчал Хонджун, стрельнув в друга сердитым взглядом. Уён на это только расхохотался.       Они подошли к парковке, когда телефон Хонджуна завибрировал у него в кармане. Уён удивлённо смотрел на друга, пока Ким доставал телефон, изучал тупым взглядом в экран и неуверенно смахнул зелёную кнопку ответа.       — Алло? — Ким прикусил едва-едва нижнюю губу, глянул косо на любопытного Уёна.       — Детка, у тебя всё получилось? — от бархатного голоса Сонхва, Хонджуна резко бросило в жар.       — Да, я… Слушай, я могу перезвонить тебе немного позже?       — Можешь рассказать мне лично, — посмеялась она. — Повернись.       Не отнимая телефон от уха, Хонджун повернул голову. Блеск отполированного капота заслепил глаза, но привыкнув, Ким рассмотрел уже знакомый ему Мерседес глубокого синего цвета. Воздух покинул лёгкие и знакомое чувство дикой мясорубки у него в голове вернулось, прокрутив всё на космической скорости с десяток раз.       Стоящий рядом Уён проследил за взглядом друга и присвистнул, увидев дорогую машину.       — Зачем ты… — Хонджун поджал губы и отключил звонок. Резко крутнувшись, он встретился взглядом с Уёном и волна смущения пронеслась по всему его телу. Лицо, должно быть, предательски покраснело.       — Я уже могу начинать задавать вопросы?       — Слушай, это… — запнулся Ким, услышав агрессивное рычание заводящегося двигателя синего Мерседеса. — Мне пора.       — Ну нет уж! — Уён схватил Кима за запястье и не отпускал.       Хонджун окинул беглым взглядом кампус и тревожное ощущение застучало у него поперёк горла. Они привлекли много внимания от других студентов. Или это внимание привлекла машина за неприличное количество долларов. Машина, что медленно подъехала к Киму и его другу. Хонджун, кажется, теперь побледнел. Если о ней кто-то узнает, если о ней Уён узнает вот так, Ким сам лично выроет себе могилу и ляжет туда. Не хватало, чтобы какой-нибудь придурок случайно твитнул об этом и могучая сила интернета принесла эту новость мистеру Паку на блюдечке. В голове Хонджуна пробежало несколько вариантов его убийства и краска, должно быть, совсем сошла с его лица.       Водительская дверь щёлкнула и открылась. Ким забыл все выученные слова. Вскоре оттуда показалась Сонхва. Чёрная медицинская маска закрывала половину её лица и тёмные солнцезащитные очки были опущены на глаза. Уён отпустил руку Хонджуна и выругался себе под нос, переключив всё своё внимание на женщину. Она развернулась к ним, положила руки на крышу машины и тяжело вздохнула, так, чтобы все услышали.       — И долго мне тебя ждать? — недовольно начала она, демонстративно постучав ноготками по блестящему покрытию крыши.       — Я… — Ким проглотил язык. Его сердце ушло в пятки.       — Садись в машину, — приказала Сонхва. — У тебя полно работы, а ты прохлаждаешься.       Ким вообще потерял суть происходящего. Кивнув неуверенно Уёну, он спустился с бордюра и спешно забрался на переднее пассажирское сидение. Сонхва продолжила стоять на месте и от этого Киму было втройне страшнее. Что за нахрен?       — Что-то нужно? — спросила она, очевидно, у Уёна.       — А вы…       — Его начальник, — твёрдо ответила Сонхва и помахав Уёну на прощание, вернулась на водительское сидение.       Она с совершенно спокойным видом повернула ключи в зажигании, тронулась с места и аккуратно выехала с парковки, не проронив ни слова. Ким видел в зеркало, что Уён остался стоять у бордюра и смотреть им вслед. Кого-то ждал серьёзный разговор к которому Хонджун не был готов. Сонхва тем временем сняла очки, швырнула их назад, а маску кинула между сидений, потрепала себя по волосам и сосредоточилась на вождении.       — На тебя лица нет, что такое? — спросила она у Кима, когда они остановились на первом светофоре. В этом Сонхва была права. Хонджун видел своё отражение. Белый, как призрак.       — Зачем ты сюда приехала? — Хонджун посмотрел ей в глаза и поджал губы, отчего наверняка больше походил на расстроенного щеночка. Сонхва свела брови и отпустив руль, протянула руку и коснулась его прохладной щеки. Её теплые пальцы пахли корицей и кофе.       — Ох, я совсем не подумала, — мягко начала она. — Нужно было сначала спросить. Теперь у тебя будут проблемы с тем парнем?       — Нет, не то чтобы, — Хонджун осторожно дотронулся до её запястья и потёрся о подставленную ему ладонь. — Но мне придётся ему рассказать.       — Это плохо? Ты стесняешься меня? — она чуть наклонилась к нему, смотря в глаза. — Ты всегда можешь сказать, что работаешь на меня. Это будет почти правда, если ты боишься раскрыть наши отношения.       «Я боюсь твоего мужа» застряло у Кима в горле. Больше всего он боялся, что мистер Пак однажды всё узнает. Хонджун просто ляжет спать, как обычно, но проснётся в тёмном багажнике по пути в лес или порт. Он ведь просто глупый мальчишка, павший перед невероятной женщиной. В этом, несомненно, только его вина, что поддался всем искушениям и не остановился ещё в самом начале, но вряд ли кто-то будет разбираться в его мотивах, привязывая к шее Хонджуна камень потяжелее.       — Я не стесняюсь тебя, — выжал он из себя наконец, хлопая глазками. Сонхва погладила большим пальцем его щёку. — Сонхва, я…       — Всё хорошо, — она улыбнулась и приблизилась ещё. Светофор переключился на жёлтый. — Я всего лишь хотела увидеть тебя, не смущать и заставать врасплох. Прости за это.       Хонджун подался вперёд, коснулся носом её и с шумом вдохнул воздух. От её губ пахло клубничной гигиенической помадой, а от волос свежим кофе. Хонджун ощутил, как тревога отступает куда-то глубоко в недра его живота и в груди растекается тепло. Тепло, по которому он ужасно соскучился. С Сонхва было не только грязно, горячо и до сорванного голоса, с ней было безумно комфортно. Он придумает потом, что сказать Уёну и другим любопытным ребятам из университета. Он подумает обо всём этом в следующий раз, когда останется один на один со своим неумолкающим мозгом. Сейчас…       Ким неуверенно потянулся к ней и Сонхва, чуть надавив ему на затылок, поцеловала первой. Сладкий привкус губной помады быстро достиг языка. Сонхва положила руку Киму на колено. Хонджун запутался пальцами в её волосах и жалостливо простонал ей в рот, надеясь на желанную снисходительность и утешение, которого ему так хотелось все эти дни.       Светофор перескочил на зелёный и сзади уже начали сигналить другие машины. Сонхва неохотно разорвала поцелуй, чмокнула его в уголок губ и вернулась за руль, быстро переключившись на дорогу.       Хонджун обвёл подушечкой пальца свои губы и улыбнувшись, сел удобнее на пассажирском. Сонхва сосредоточенно вела авто, но облизнула несколько раз губы и после достала из бардачка клубничную помаду.       — Как твой экзамен? — спросила она попозже.       — Отлично.       — Я не сомневалась в тебе, — Сонхва улыбнулась и посмотрела косо на Хонджуна.       Чем лучше он узнавал её, тем больше поражался, как в одном человеке помещались две такие разные грани. Она умела быть очаровательной и милой, такой нежной и заботливой, что хотелось посвятить ей всю свою жизнь и благодарить за теплоту души. Она умела быть строгой и требовательной, ставить на колени одним лишь своим взглядом или могла быть страстной мучительницей, доводящей до помутнения. Но как не крути, она оставалась собой. Пожалуй, это дуальность её характера нравилась Хонджуну больше всего. Он никогда не знал наверняка, как она поступит и это всегда подогревало к ней интерес, несмотря на непроходящую обсессию, Сонхва всегда имела парочку козырей в рукавах и не давала этому чувствую угаснуть.       — Куда мы едем?       — У меня есть пару свободных часов, — Сонхва глянула на время позади руля. — Отметим твою маленькую победу вкусной едой.       — Пару часов?       — К сожалению, — она погладила его по бедру, как бы утешая. Хонджуна встряхнуло от пробежавших по спине мурашек. — Пока мой муж в разъездах, я занимаюсь половиной его работы. Это так утомительно. Жду не дождусь, когда он наконец-то вернётся.       — Устроите совместный отпуск? — осторожно поинтересовался Хонджун, почему-то ощутив себя не в своей тарелке. От упоминания мистера Пака становилось боязно, но и… Ревностно, что Сонхва официально его жена, а не… Хонджун не смел даже в мыслях присваивать ей какой либо статус по отношению к себе, но, наверное, хотел бы.       — Пусть возится со своими учредителями, — фыркнула она и закатила глаза. — А я возьму билеты на Чеджу.       — Он отпускает тебя одну?       — Малыш, — Сонхва вновь повернулась к нему, когда они затормозили на очередном светофоре. — Он разрешает мне всё. Разве я похожа на ту, кто вышла бы замуж за надзирателя?       — Не похожа, — согласился Ким, качнув головой, отчего чёрные и белые пряди упали ему на лоб. — Он не переживает?       — Я уже большая девочка, — засмеялась Сонхва. — У нас с мужем деловые отношения. Переживания не входят в его расписание. Но да ладно. Что хочешь съесть?       Сонхва припарковалась около уютного кафе, окна которого выходили на реку Хан. Помимо основного зала и летней террасы, у них ещё был второй этаж с комфортабельными столиками, приятным освещением и выходом на открытый балкон. Сонхва потащила Хонджуна туда.       Они выбрали столик у панорамного окна. Разместились на мягких диванах друг напротив друга и стукнувшись под столом ногами, встретились глазами и замолчали на долгие секунды, пока официантка не поднесла меню.       — Здесь дорого, — подметил Ким, листая меню.       — Не беспокойся об этом, — Сонхва неохотно перебирала страницы, подперев щёку кулаком. Хонджуну подумалось, что она только и ждала, когда он выберет себе что-нибудь, а сама вовсе не была голодна. — Бери всё, что захочешь.       Ким не жил жизнью богатых поэтому половина продуктов, указанных под названиями блюд, мало о чём ему говорила. Он выбрал наугад то, что ему показалось наиболее привлекательным внешне. Сонхва заказала чашку кофе и маленький кусочек хлопкового чизкейка. Официантка забрала меню и сообщила, что их заказ будет готов в течение двадцати минут.       — Ты похудел, — она уложила голову на свои скрещенные пальцы и внимательно смотрела Киму в глаза.       — Это временно, — Хонджун пожал плечами. — Как только мой распорядок дня станет прежним, я наберу обратно. Об этом правда не стоит переживать.       — К слову об этом, — Сонхва хитро улыбнулась. — Ты же дал себе отдохнуть этой ночью?       Хонджун очень скоро ощутил, как его лицо тронул жар. Ворох мыслей закрутился клубком в голове и в памяти промелькнули четыре смертельных файла, которые ему довелось рассматривать весь вчерашний вечер.       — Твой совет мне помог, — прохрипел он, отводя взгляд в окно. На реке Хан поднялись волны. — Спасибо…       Сонхва хмыкнула. Хонджун собирался было выдохнуть, но почувствовал, как по его голени скользит её нога. Ким широко распахнул глаза и посмотрел на выражение лица Сонхва. Даже виду не подала. Её стопа скользнула по колену, а после по мягкой части бедра. Ким беспомощно и тихо заскулил сквозь сжатые губы.       — Тебе понравилось? — её взгляд стал тяжелее и в горле у Хонджуна сильно пересохло. Он опустил руку под стол и мазнул пальцами по её голени, не осмеливаясь хватать. Гладкий капрон скользнул под его ладонью и её стопа проделала медленный путь от левого бедра к правому, намеренно задевая ширинку.       — Да, — признался честно Ким, гуще краснея.       — Что понравилось больше всего? — её хищная улыбка сводила с ума и Ким больно укусил себя за щёку, но едва ли ему это помогло забыть, что между его ног покоится её ступня в чёрном гладком капроне. — Вид сверху?       Хонджун понимал, что ему нужно ответить. Она ведь не успокоится, пока не услышит. Пересохшее горло заскрипело и слова теряли свои смыслы, перебиваясь в метафорическом блендере. Всегда с ней так, сколько не пытался Ким привыкнуть и, вроде бы, привык уже, но Сонхва всегда запускала этот процесс «потери интеллекта», когда дело доходило до откровенных провокаций.       — Чего ты, детка? — промурлыкала она, ещё разок поводив ногой по прежнему пути.       — Мне всё понравилось, — подперев щёку кулаком, проворчал Ким. Озвучивать некоторые вещи, типа этих, не было его сильной стороной. — Но вид сверху особенно. Я бы…       — Ты бы что? — Сонхва остановила пытку и убрала свою ногу. Ким почувствовал облегчение вперемешку с разочарованием. Будто и рад, что это закончилось, а будто и хотелось бы унизиться и попросить продолжить. Но, наверное, кафе не лучшее место для таких вещей.       — Хотел увидеть это… — Хонджун отвёл смущённый взгляд. — В живую.       Сонхва засмеялась и в этот момент официантка поставила перед ними их заказ. Ким переключился на свою еду и старался не смотреть на Сонхва, однако её цепкий взгляд он очень сильно ощущал на себе. Она пила свой кофе, но Хонджун подумал, что чашка только для прикрытия её хитрой ухмылки. Вот именно этой двойственности он боялся в ней, но и одновременно считал самым сексуальным и великолепным качеством её богатого характера. Пары секунд хватило, чтобы выбить Кима из имитации порядка. Он никогда не контролировал ситуацию с Сонхва, она владела всем его вниманием и дёргала за поводок, когда ей было необходимо и когда не было, забавы ради. Она была единственной, кому Хонджун не мог в принципе этого запретить. И несмотря на весь стыд, Киму нравилось такое отношение. Быть под её наблюдением сильно будоражило.       — У меня осталось немного времени, — разочарованно вздохнула Сонхва, ковыряя ложечкой песочное тесто. Она съела всю начинку, а корж оставила не тронутым.       — Когда мы сможем… увидеться снова? — постукивая пальцами по столу, спросил Ким. У них было мало времени, чтобы поговорить и просто побыть вместе. Этот перекус оказался совсем крошечным по сравнению с ожиданием.       — Я думаю, послезавтра, — Сонхва глянула на свои смарт-часы и покачала головой. — Я буду свободна во второй половине дня.       Официантка появилась у их стола и Сонхва тут же попросила принести им счёт. Девушка собрала грязную посуду и удалилась. Сонхва поднялась со своего места и пересела на диванчик к Киму. Она придвинулась к нему поближе и провела пальцами по его волосам, нежно смахивая чёлку с глаз. Хонджун чуть подался к её рукам, словно жадный до ласки котик.       — Чем бы ты хотел заняться? — её глаза чуть потемнели из-за освещения и Ким двинулся вперёд, опуская взгляд на её приоткрытые губы.       — С тобой — чем угодно, — тише сказал он, прижимаясь щекой к её тёплой ладони.       Сонхва нежно улыбнулась и потянулась к Хонджуну, чтобы поцеловать. Ким чуть сдвинулся с прежнего положения и резкий спазм в пояснице промчался по позвоночнику. Парень сморщился от боли и замычал Сонхва прямо в лицо. Когда Хонджун открыл зажмуренные глаза и посмотрел на Сонхва, она изучала его лицо с толикой испуга. Киму стало очень стыдно.       — Что-то я постарел, — отшутился Хонджун, но Сонхва шутки не оценила и приподняла бровь, одним своим выражением лица заставила Кима подавиться воздухом и испытать весь спектр неловкости за раз.       — Дай угадаю, — её голос стал значительно твёрже и Хонджун от неожиданности послушно свёл коленки и выпрямился. — Это как-то связано с твоими ночными марафонами над учебниками?       — В позе креветки, — пробормотал он и получил ещё один укоризненный взгляд. Отчитала, ничего не сказав.       — Хочешь, чтобы к моим годам из тебя песок сыпался? — серьёзно спросила Сонхва и Хонджун тупо уставился на неё, даже не зная, стоит ли ему отвечать на этот вопрос. — Я придумала, чем мы займёмся. Тебе понадобится спортивная одежда.       — Сонхва…       — Не смотри на меня такими глазками! — она чуть надулась и Хонджун заметил, как едва-едва покраснели кончики её ушей. — Пошли, мне осталось времени впритык. Не хочу, чтобы ты добирался отсюда домой автобусами.       — Можно на метро.       — Нет.       — Ладно.       — Вот и не нужно со мной спорить.       — Как скажешь.