Пять утра по Мюнхену

Неподалеку от деревни было восемь человек. Один из них смотрит на дом еврейской команды. Этого человека звали «Исса», и он был их лидером. Другими были его заместитель «Тони» и более молодые члены «Паоло», «Салах», «Абу Халла», «Бадран», «Денави» и его двоюродный брат «Самир». «Исса» был одет в просторную светлую одежду и шляпу, а его лицо было вымазано гуталином. На нем были солнцезащитные очки. «Тони» был одет как ковбой: на нем была большая ковбойская шляпа и красная футболка. О, и он много курил. Остальные мужчины не привлекали внимания. Они были одеты в повседневную одежду, и на их лицах застыло мрачное, серьезное выражение. Исса повернулся к своим сообщникам. — Итак, товарищи, — сказал он. — Давайте ещё раз: зачем мы здесь? — Отомстить евреям! — кричали остальные. — Совершенно верно, товарищи! — сказал Исса с улыбкой. — И за что же мы мстим евреям? — За то, что они сделали с нашим народом! — скандировали остальные. — И для кого мы это делаем, как не для нашего народа? — спросила Исса. — Ради Бога! — скандировали остальные. — И кто же наш Бог? — задал риторический вопрос Исса, его глаза горели решимостью. — Аллах — наш Бог! — хором воскликнули остальные. Исса кивнул с торжественным выражением лица. — И сегодня, товарищи, мы продемонстрируем нашу преданность ему, нанеся удар в сердце сионистского врага. Еврейской команде! Мы покажем им, что они не могут продолжать угнетать наш народ без последствий! Один из них, по имени Салах, засомневался: — Исса, ты уверен, что поступаешь правильно? — прошептал он. — А что, если от этого только хуже станет? Исса внимательно посмотрел на него. — Салах, в наших сердцах нет места сомнениям! Мы делаем это ради общего блага нашего народа! Он немного помолчал, а затем продолжил: — Но мы не будем действовать безрассудно. Как сказал наш босс Абу Дауд, операция, для которой вы были выбраны, очень важна в политическом плане… Необходимо захватить этих израильтян живыми. Никто не отрицает, что у нас есть право использовать оружие для самообороны. Однако открывайте огонь только в том случае, если вы не можете поступить иначе. Это не устранение наших врагов, а их захват для последующего обмена. Гранаты мы прибережём на потом, только чтобы произвести впечатление на немецких переговорщиков и защитить себя. Мы не нарушим приказы нашего босса. Мы нанесём быстрый удар и отступим в тень. И мы победим! Остальные участники кивнули в знак согласия. Паоло прошептал что-то Денави, который улыбнулся немного нервно. — А если они не поймут наш язык? — спросил Салах. — Исса усмехнулся. Тогда нам придётся показать им, чего мы хотим, своими руками, не так ли? Он указал на остальных: они разделились и заняли позиции по периметру деревни. Какое-то время они ждали, наблюдая, как по территории патрулируют охранники. — К счастью, охрана здесь слабая… — сказал Исса. — Чего нам стоит обмануть их! Группа пьяных перелезает через забор, и никто их даже не замечает! Он рассмеялся. Остальные тоже много смеялись. — Но довольно прелюдий, — зло сказал Исса. — Начинаем операцию «Икрит и Бирам»! Мужчины обменялись взглядами и кивнули в знак согласия. Они переоделись спортсменами. Они почти не изменились, просто были одеты в спортивную одежду. Но как им попасть внутрь? Внезапно они заметили двух канадских спортсменов, возвращавшихся с какой-то вечеринки. — Гм, ребята, — с невинным видом спросил Исса, — вы можете помочь нам попасть туда? — О, вы тоже были на вечеринке? — спросил один из двух канадских спортсменов. Да, я вас понимаю… Кстати, откуда вы? — Мы… — Исса на мгновение задумался. — Мы из одной команды. Точнее, из той же команды, что и евреи. Он указал на здание, где расположились спортсмены. — Мы должны были посоревноваться с ними, но по пути сюда мы заблудились. Вы можете нам помочь? — Ну… — переглянулись два спортсмена из Канады. — «Думаю, мы могли бы помочь вам пройти внутрь. Просто следуйте за нами и старайтесь не отставать, хорошо? Исса благодарно кивнул. — Спасибо, большое спасибо. Вы не представляете, как много это для нас значит. Остальные кивнули в знак согласия. Они последовали за двумя канадцами, стараясь не показывать своего нетерпения. Охранники, казалось, ничего не заметили. Они быстро вошли в ворота. — Ну что ж, нам пора, — сказал канадец. —До встречи! С этими словами канадцы быстро перелезли через забор. — Большое спасибо! — ответил Исса так же искренне. А потом он подумал: «Стоп, а ведь мы могли бы просто перелезть через забор?». Повисло неловкое молчание. —Ну, что же мы ждём? — спросил Исса своих людей. — Всё готово? АК-47, гранаты, пистолеты? Всё работает? Тогда идём. Только не шумите. В это время разговор услышал Смоки. Он подумал, что должен предупредить кого-нибудь, но ничего не мог поделать. Он решил понаблюдать за ними и поискать подходящую возможность. Команда двигалась быстро и бесшумно, словно кошки. Они достигли одной из дверей, и Исса приложил палец к губам и зашипел. Один из них открыл дверь, используя украденные ключи. Он медленно приоткрыл дверь, но она всё равно скрипнула. Он заглянул в щель и увидел, что остальные мирно спят. В комнате было темно, лишь несколько лампочек горели. Они заметили несколько кроватей и немного мебели. Внезапно один из спящих проснулся. Его взгляд встретился со взглядом палестинца… Этим евреем был Йосеф Гутфройнд. — Просыпайтесь все! — крикнул Гутфренд. Исса и его люди были поражены. Они не ожидали, что еврей проснётся так быстро. Они переглянулись, не зная, что делать дальше. Гутфройнд навалился всем своим весом в 135 кг на дверь, пытаясь помешать злоумышленникам проникнуть внутрь. Действия Гутфройнда дали его соседу по комнате, тренеру по тяжелой атлетике Тувии Соколовски, достаточно времени, чтобы разбить окно и сбежать. Исса был поражён силой Гутфренда и приказал своим людям помочь ему открыть дверь. Люди вступили в схватку с Гутфрендом, и, в конце концов, им удалось снова открыть дверь. Они вошли в комнату и начали беспорядочно стрелять. Их автоматы АК-47 изрыгали огонь и пули. От шквала выстрелов проснулись ещё несколько членов команды, которые с криками ужаса бросились искать укрытие. Внезапно они схватили одного из евреев. Это был Моше Вайнберг. — Эй, жид! — крикнул Исса и грубо схватил Вайнберга. Моше получил ранение в щёку. — Где твои друзья? Где остальные члены твоей команды? — спросил он. Остальные мужчины продолжали стрелять, пули летали по комнате, убивая и раня всё больше спортсменов. Некоторые из террористов даже начали обыскивать тела, забирая всё ценное и документы. — Что вам от меня нужно? — спросил Вайнберг, сплюнув кровь и пытаясь сохранить вызывающий вид. — Просто отведи нас к своим друзьям, — потребовал Исса. — И тогда ты останешься жив. — А почему мы должны что-то требовать от него?! — сказал один из террористов. — ДАВАЙТЕ ПРОСТО ПРИСТРЕЛИМ ЕГО!!! — Нет! — закричал Исса. — Я имею в виду… пока нет. Нам нужна информация, мы ещё можем получить от него больше. Лидер сделал паузу и посмотрел на перепуганного Вайнберга. — Хорошо, Моше. Покажи нам, где находится твоя команда, и ты останешься в живых. Моше пришлось подчиниться им. У него не было выбора. Они пошли с ним. В это время Смоки будил остальных своих товарищей. — Просыпайтесь, просыпайтесь! — завопил Смоки, грубо встряхивая остальных членов команды. Чак-Мооль недовольно замурлыкал. — Что? Что случилось? — сонно спросил Шусс, потирая глаза. — Пора нам позавтракать? — Нет, сейчас не время завтракать, тупица! — Огрызнулся Смоки, терпение которого было на исходе. — Нам нужно убираться отсюда немедленно! — Что происходит? — спросил Чак-Мооль, потягиваясь всем своим массивным телом. — Мы должны немедленно последовать за этими людьми! — призвал Смоки свою команду, указывая на террористов и их пленников. — Они — те, кто это сделал! Олимпийской Пятерке и их новым друзьям пришлось пойти за ними. У них не было выбора. Они последовали за террористами по темным коридорам деревни. Наконец, они подошли к другому дому. Все пятеро стали наблюдать. Моше привел террористов не в то место: проведя злоумышленников мимо квартиры № 2, Вайнберг солгал, сказав им, что жильцы квартиры не были израильтянами. Вместо этого Вайнберг привел их в квартиру № 3, где боевики захватили шестерых борцов и тяжелоатлетов в качестве дополнительных заложников. Когда спортсменов из квартиры № 3 проводили обратно к тренерам, раненый Вайнберг снова вступил в бой с боевиками. Он позволил одному из своих товарищей, Гаду Цобари, спастись через подземный гараж. Вайнберг смог сбить с ног одного из нападавших и ранить другого фруктовым ножом, но не смог добить его. В этот момент его застрелили. И вот они заметили Йосефа Романо. Он был шестидневным ветераном и хромал. — Йосеф, но твоя нога!.. — один из евреев попытался остановить его. — Всё в порядке… — ответил Йосеф. — Я все еще могу ходить. Романо напал на незваных гостей, ударил Паоло ножом для нарезки овощей по лицу и отобрал у него АК-47, после чего был застрелен. Однако он умер не сразу. — Ну что, придурок? — передразнил другой террорист. — Думал, ты круче нас? Думал, ты такой мачо? Ну, теперь ты нам нужен… — И он отрезал Романо гениталии на глазах у других евреев. Романо кричал. Остальные евреи зажимали уши, но не могли оторвать глаз от происходящего. Террорист, изувечивший Романо, ухмыльнулся и направил пистолет на одного из спортсменов: — Видите, что происходит, когда пытаешься сопротивляться? Террористы ушли. Йосеф Романо был ранен, но ещё был жив. В этот момент к Смоки подошел Вальди. Он смотрел на спортсмена. — Что с ним такое? — спросил он. — Он что-то пролил на себя? Это соус табаско? Смоки знал, что Вальди был невинен как ягненок. И теперь старому псу предстояло развеять его наивность. — Вальди, это не табаско, это… — начал объяснять Смоки. — Это… кровь. И он кричит, потому что ему отрезали гениталии. Ему больно. Он в отчаянии… — голос Смоки дрогнул. Он посмотрел на остальных, и его глаза были широко раскрыты от ужаса. — Он был… спортсменом, еврейским спортсменом. А теперь… Внезапно послышался звук выстрела. Один из террористов, Салах, хотел застрелить их. — Что ж, теперь нам остается только бежать… — потребовал Смоки. — И КАК МОЖНО СКОРЕЕ! Олимпийская пятерка, с Паломой, Вальди, Францем и Лумпи, бежала по подоконникам и крыше. Они бежали так быстро, как только могли нести их уставшие ноги, пытаясь оторваться от террористов. Позади себя они услышали крики и еще несколько выстрелов. Они побежали на Олимпиатурм. Наконец, они вбежали в лифт. и он тут же закрылся. Салах растерялся. Внезапно прибежал Исса. — Куда ты убежал, чёрт возьми? — закричал Исса. — Уходи отсюда! Мы не обязаны херёй страдать! Олимпийская Пятерка и их друзья поднялись на лифте на вершину башни. Отсюда они могли видеть больше: в сторону деревни летели вертолеты. Наконец, они добрались до самого верха. Двери лифта открылись, и они вышли на яркий солнечный свет. От открывшегося вида захватывало дух; они могли видеть весь город, раскинувшийся под ними. Но, несмотря на красоту, их сердца были переполнены страхом и отчаянием. — Так, подождите минутку, — подумал Смоки. — К деревне летит несколько вертолётов, и в них вооружённые люди. И поскольку вертолётов много, это значит… Он молчал целых полторы минуты. — Блять. Похоже, организаторы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО облажались… Смоки не нужно было больше ничего говорить. Осознание, поразившее их всех одновременно, было почти болезненным. — Какой ужас, — прошептал Вальди. — Они должны были быть в безопасности… Несколько мгновений все стояли молча, каждый был погружен в свои мысли. — Это… это всё из-за меня? — наконец набрался смелости Вальди. — Это не твоя вина, Вальди, — успокоил его Смоки, положив лапу ему на плечо. — Никто из нас не мог этого предвидеть… — Да, нам все-таки следовало послушать Смоки… — сказал Франц. — Он был прав. — Вот как всё плохо обернулось, — сказал Капа. — Я имею в виду, мы не могли поступить по-другому, но… — Ну, могло же быть ещё хуже, — сказал Шусс. — Мы же живы, добрались сюда. Может, ещё не всё потеряно. — Я не уверен, Шусс, — мрачно ответил Смоки. — Мы видели, на что способны эти люди. — Но что нам делать дальше? — спросил Чак-Мооль. — Мы не можем оставаться здесь вечно. — Это правда! — ответил ему Смоки. — И поэтому нам лучше уехать из Мюнхена. Остальные выглядели явно расстроенными. — Не унывайте!» — сказал Такучан. — Я понимаю, что ситуация не самая приятная, но… Знаете, я могу сыграть вам на флейте! — Так ты умеешь играть на флейте? — спросил Вальди. — Да! — весело сказал Такучан. — Я много тренировался и теперь знаю несколько песен, которые могут поднять нам настроение! Он достал свою флейту и начал играть весёлую мелодию. Остальные слушали, притопывая ногами и кивая в такт. Даже Смоки, который раньше был настроен уйти, не смог сдержать улыбки. Тем временем внизу за восемью террористами уже охотились снайперы с вертолетов. Но Исса не сдавался. Он не думал об этом. — Черт возьми… — пробормотал Тони. — Они собираются убить нас всех… — Ну и что в этом такого? — ответил Исса. Внезапно один из снайперов решил воспользоваться последней возможностью и устранить Иссу, что лишило бы группу её лидера. Однако из-за плохого освещения он с трудом разглядел Иссу и вместо этого попал Тони в бедро. — Что?! — вскричал Тони.Исса подумала, что он не понял ответа. — Я спросил: «Что в этом такого?» — ответил он, поднимаясь на ноги. — Я ВСЕГДА МЕЧТАЛ ИМЕННО О ТАКОЙ СРАНОЙ СУДЬБЕ, ВСЮ СВОЮ ЖИЗНЬ!!! Выстрел. Исса упал на землю. Его тело дернулось, а затем затихло. Да, он умер. Салах попытался сбежать и был застрелен одним из снайперов. Трое оставшихся террористов лежали на земле. Один из них притворился мёртвым, и вскоре их схватила полиция. Самир был ранен в правое запястье, а Бадрана легко ранили в ногу. Денави удалось избежать ранений. Тони скрылся с места преступления, но через 40 минут полицейские собаки выследили его на стоянке авиабазы. Он был загнан в угол, полиция применила слезоточивый газ. После короткой перестрелки Тони был застрелен. Примерно к часу ночи 6 сентября сражение завершилось. Кто же эти люди? Это «Чёрный сентябрь». У них богатая история террористических акций. А что это за инцидент? А это мюнхенская резня — кровавая рана в истории Олимпийских игр. Мир был потрясён этой новостью. В результате террористического акта погибли 17 человек: 11 израильских спортсменов, западногерманский полицейский и пятеро террористов. Это событие оказало значительное влияние на олимпийское движение. В результате были усилены меры безопасности, а некоторые страны отказались от участия в Олимпийских играх 1972 года. Кроме того, это привело к усилению напряжённости в отношениях между Израилем и палестинцами, а также между МОКом и террористическими организациями, которые были вовлечены в эту трагедию. Теперь все стало по-другому.