Глава VII: Заложники

      Холодный, влажный воздух впивался в лёгкие, словно ледяные иглы. Казалось, даже бетонные стены пропитались тлением. Коридоры, выложенные серой плиткой, казались бесконечными. Их мрачные стены были испещрены трещинами, в которых таились тени. Стены были усеяны ржавыми трубами, из которых сочилась грязная вода, стекая по полу узкими, мерзкими ручейками. В воздухе витал резкий запах формальдегида, смешанный с затхлым ароматом сырости и гниющей плоти. Стены были покрыты кровавыми пятнами, свидетельствующими о страшных событиях, происходивших в этих стенах. С потолка свисали потрескавшиеся лампы, излучающие тусклый, желтоватый свет. Тень от них дрожала и плясала, увеличивая и без того удручающую атмосферу. На стенах висели старые плакаты с предупреждениями о биологической опасности. Я шла медленно, осматриваясь по сторонам. Казалось, будто с каждой секундой силы покидают меня всё быстрее. Пирс шёл сзади, постоянно оборачиваясь и вслушиваясь в каждый звук или шёпот. Кто-то восстановил крыло лаборатории для экспериментов, но совершенно позабыл о других блоках. По моим воспоминаниям, мы находились в восточном крыле. Ещё немного и выйдем к оранжерее.       — Выглядит как ботанический сад... — пробормотал он, осматриваясь вокруг. Стены были увешаны вьющимися растениями, их листья, неестественно яркие и сочные, светились в тусклом свете.       — Здесь была оранжерея, — прошептала я, задерживая взгляд на растениях, которые окружали нас. — Где выращивали цветок с вирусом "Предок". Вот только потом все пошло не по плану. Растения ожили.       Он замер, его взгляд стал острым, проницательным.       — Ты знаешь слишком много об этом. Откуда? — Он смерил меня взглядом.       — Расскажу, но позже. Мне и без твоих подозрений слишком плохо. — Я остановилась, чтобы перевести дыхание, а после снова пошла вперёд.       Его взгляд, холодный и острый, словно лезвие, скользил по мне, не отрываясь ни на секунду. Я чувствовала, как недоверие ко мне, которое он так тщательно скрывал, растет с каждой секундой. Пускай топор войны был закопан между нами, но подозрения в моей причастности ко всему этому никуда не делись. Он словно ожидал, что я, в любой момент, нападу на него, сверну ему шею и закончу этот фарс. Я выдохнула, пытаясь отбросить эти мысли, но сделала это слишком поздно. Толстые, зелёные стебли растений, окружавшие нас, внезапно ожили. Они словно змеи, быстро и плавно, обвились вокруг моих ног. Доля секунды и я висела вниз головой, смотря на опешившего парня. Растение с огромным ртом, полным острых зубов, стремилось подтащить меня к себе. В его глазах блестела красная жидкость, похожая на кровь. Я старалась хоть как-то сбить эти стебли с моих ног, но не получалось. Приступ кашля начинал усиливаться от быстрых действий.       Ещё несколько сантиметров, и его пасть, усеянная острыми зубами, сомкнется на моих ногах, чтобы после заглотить меня полностью. Я чувствовала, как холодный пот пробегает по спине, а сердце бешено колотится в груди. Но вместо этого, я услышала противный вскрик - резкий, пронзительный, словно разбитое стекло. Пирс, не теряя времени, схватил с земли арматуру, ржавую и острую и воткнул его в глаз существа. Растение извивалось, шипя и выпуская из себя едкий дух гнилой плоти, раскачивая меня из стороны в сторону. Моя голова болталась, и я чувствовала, как кровь стучит в висках. Воспользовавшись моментом, Пирс подпрыгнул и потянул меня за руки, вырывая из хватки растения. Я упала на него, выставив руки по обе стороны от его головы, лишь слегка стукнувшись лбами. Мы смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем встать и побежать прочь. С каждым шагом мы отдалялись от этого кошмара. За нашими спинами раздавались грохот и треск, но мы не оглядывались.       Мы ввалились в комнату управления. Я упала на стулья, не в силах удержать свой вес. Мои ноги дрожали, а дыхание сбивалось от усталости и страха. На щиколотках ярко красовались ожоги от стеблей растения. Я снова ощутила приступ безудержного кашля, который пронзил моё тело с неистовой силой. Но в этот раз он прошёл быстрее, оставив после себя лишь неприятное жжение в груди. Я пыталась привести своё дыхание в норму. Пирс внимательно наблюдал за мной, а после подошёл к стеклу, рассматривая оранжерею. Густые заросли, а по мостикам бродили ожившие существа похожие на людей, вот только облепленные стеблями растений.       — Соседняя комната... Там можно создать вакцину для Леона. Нужен только антиген и усилитель, — я встала, оперевшись на стену, чтобы не упасть. Моё тело ещё дрожало от страха, а в голове гудела постоянная боль. — Нужно только попасть в подвал, вон там, — я указала пальцем на середину оранжереи, где тяжёлые двери вели к тайному входу. — В морозильнике должен быть антиген. А усилитель в той комнате.       — Для начала нужно достать твой вирус, — Пирс взял меня под руку и отвёл от стены, его лицо было серьёзным и сосредоточенным. — Без него ты чахнешь и очень быстро.       Я кивнула соглашаясь. Я знала, что он прав. Без вируса я была беспомощна и слаба. Тело еще дрожало от страха, а в голове гудела постоянная боль. Но мы теряли время, ходя туда-сюда вместе. Я выпрямилась, смотря на него, в моем голосе появилась решительность.       — Мой вирус должен находиться в западном крыле. Там они хранят все пробирки в специальном отсеке.       — Значит идём туда. Я так понимаю, мы сможем пройти через ту дверь. Если основываться на карте. — Пирс кивнул, уже разглядывая карту стенда.       — Ты пойдёшь туда. Я же пойду создавать вакцину. Так мы управимся быстрее. — Я подошла к небольшому устройству, вводя код и отворяя обе двери. — Тебя чуть не убило то существо. И ты хочешь идти одна в оранжерею, которая кишит этими тварями? — Пирс схватил меня за руку, не отпуская.       — Я справлюсь. Мы не можем потратить время впустую. — Я сделала шаг назад. — Я не хочу, чтобы Леон умер. Поэтому давай разделимся и встретимся у центрального лифта. Только будь осторожен, ведь в западном крыле вероятно, есть люди и охрана.       — Я постараюсь побыстрее. — Пирс кивнул и, не оглядываясь, пропал за дверью. Его слова прозвучали спокойно, но в его глазах я увидела недоверие и страх.       Я же несколько секунд стояла и смотрела на дверь. В голове проносились страшные картинки из оранжереи: извивающиеся стебли, острые зубы, мертвый взгляд. Я взяла себя в руки, уже не могла больше ждать. Я направилась в оранжерею, прихватив с собой острую арматуру, которой Пирс пробил глаз того существа. Она была тяжелой и неуклюжей в моих руках, но давала чувство защищенности. В оранжерее стоял тяжелый воздух, пропитанный запахом гнилой плоти и влаги. Я осторожно двигалась вперёд, оглядываясь по сторонам. В сердце ещё стучала паника, но я пыталась её подавить.       Пирс, словно тень, скользнул в коридор. Он двигался быстро, но бесшумно, словно призрак. Его взгляд был острый и внимательный, он сканировал каждый угол, каждую щель, ожидая угрозы. Он дошёл до первой камеры наблюдения и, пригнувшись, подкрался к ней. Камера была установлена на вытянутой трубе, и до неё было не дотянуться. Он прошёл под ней, смотря за угол. Двое охранников, обсуждающих что-то у двери с яркой красной меткой: "Вход запрещен".       — Чёрт... Что ж, ладно. — Он внимательно осмотрел расположение их оружия и сняв с руки браслет кинул его в сторону.       Их глаза устремились на источник звука — громкий удар металла о пол, прозвучавший с той стороны коридора. Они переглянулись, и в их глазах мелькнула настороженность. Охранники быстро схватились за своё оружие, не теряя времени на раздумья. Они были готовы к любой угрозе. Один из них, более крупный и мускулистый, направился в сторону звука, уже прицеливаясь из своего пистолета. Второй, более хитрый и осторожный, остался у двери, держа руку на кнопке тревоги. Но подходя ближе к углу, охранник не был готов в резкому удару арматурой по лицу. Охранник заорал от боли и отшатнулся. Он успел схватить выпавший пистолет и быстро направить его на оставшегося в живых охранника, который стоял парализованным от страха и удивления. Пирс уже было хотел выстрелить, но в этот момент раздался сигнал тревоги. Красный свет залил всё пространство, а гудящая сирена вызывала дискомфорт. Он выстрелил в охранника и взяв пистолет с собой, побежал дальше. Западный коридор был совсем близко.       Мужчина, облаченный в дорогой костюм, сидел в кожаном кресле, скрестив руки на груди. Его острый взгляд был прикован к мерцающему экрану монитора, где на фоне пульсирующих графиков и цифр колыхались разноцветные полосы - словно визуализация какого-то зловещего алгоритма. На его правой руке, на изящном пальце, блестел дорогой перстень, инкрустированный крупным рубином, который, словно огненный глаз, отражал холодный свет монитора. На губах мужчины играла хитрая ухмылка, сквозь которую проглядывала жестокость и безжалостность.       — Пускай возьмёт вирус, — произнес он, голос его был спокоен, но полон нескрываемого злорадства. — Это будет интересным шоу. Найди Шерри Биркин и Джейка Мюллера. Доставь их на подводный комплекс. Время создавать копии.       Он откинулся на спинку кресла, и его взгляд затуманился, словно он уже видит себя победителем в этой зловещей игре. В комнате, за спиной у него, стоял высокий и худой человек в черном костюме, с резкими чертами лица и холодным взглядом. Он был как тень за хозяином, не оставляя ни малейшего следа своего присутствия.       — Хорошо, хозяин, — ответил он спокойным голосом, его глаза были пусты и невыразительны, словно он был просто инструментом в руках хозяина.       Скрывшись от охранников в комнате и закрыв дверь, парень наконец-то выдохнул и стал осматриваться. Лаборатория — сердце научного исследования. Воздух пропитан запахом химикатов: легкий аромат спирта, немного резковатый запах формальдегида и тонкий, едва уловимый запах йода. В центре лаборатории располагается большой, покрытый красной ламинацией стол, усеянный пробирками. Они, как крошечные стеклянные солдатики, выстроились в ряды, заполненные разноцветными жидкостями. Некоторые пробирки опечатаны пробками, а другие открыты, над ними поднимаются пары, создавая причудливые узоры в лучах света. Справа от стола, за стеклянным экраном, стоит лабораторная вытяжка. Она словно огромный робот с металлическим корпусом, из которого торчат трубы и краны. Рядом, на стеллаже, расположены стеклянные колбы разных размеров, некоторые из них пустые, а другие полны мерцающих жидкостей. На стенах висят схемы, таблицы, графики, которые разворачивают перед тобой тайны научного мира. В углу, на высоком металлическом штативе, стоит микроскоп, готовый раскрыть скрытые от глаз детали микромира. По углам лаборатории разбросаны тумбы, ящики, заполненные инструментами и принадлежностями. Шпатели, пипетки, мерные стаканы, чашки Петри, химические реактивы - все это необходимые инструменты для проведения экспериментов.       — Даже интересно, стоит за этим Амбрелла или ещё кто-то... — Он быстро осмотрелся и подошёл к пробиркам. — Так... Т-Фобос, — бегал глазами по надписям, — вот он.       Он уже хотел уходить, как его внимание привлекли документы лежащие на столе. Он схватил их, быстро проводя глазами по буквам. "28 сентября 1998 года. Роксана и Майкл Вескер. Два сосуда, наполненных новым штаммом вируса Уроборос. Идеальные экземпляры сверхлюдей, поддающиеся контролю, послушные марионетки, готовые танцевать под мою дудку. Но даже среди идеалов есть различия. Майкл, парень, значительно слабее Роксаны, как и утверждала Алекс. Она - чистый алмаз, совершенная модель, идеальный прототип для дальнейших экспериментов и совершенствования вируса. Её нужно поместить в специальное отделение в северном крыле, ограничить доступ ко всему, кроме меня. Отобрать дитя у матери – жестокое преступление. Но когда на кону стоит великое открытие, даже это будет лишь мелким хулиганством.

Альберт Вескер."

      — Роксана дочь Алекс Вескер? — Он нахмурился, сжимая документ. — Поэтому у неё такие глаза и сила. Знали ли об этом остальные?       Парень выдохнул, после чего сжал пробирку в руке и побежал обратно. Наконец-то, выбравшись из западного крыла, он вышел к центральному лифту. Я была внутри, крепко сжимая вакцину и смотря на свои ноги. Стебли растений оставили не только ожоги, но и впрыснули яд через раны. Я больше не могла двинуться. Облокотившись на холодную стену, я смотрела вверх. В голове пронеслось множество воспоминаний, от чего в груди неприятно сдавило. Я прикрыла глаза, ощущая жуткое бессилие. Он забежал внутрь, смотря на меня таким взглядом, будто я врала ему и всему миру. Он внимательно смотрел на вирус в своей руке и на моё состояние.       — Вколоть ей вирус и снова создать монстра... — Пирс тихо прошептал, рассматривая моё лицо, — но является она монстром?       Парень сомневался в своих действиях, но всё-таки подошёл и приподняв мою голову, выделил содержимое пробирки мне в рот. Я открыла глаза, смотря на него, а после упала на пол. Меня словно пронзили тысячи мечей, заставляя биться в конвульсиях. Голову сдавило как тисками, я чувствовала как вирус поглощает мои клетки. Ужасная минутная боль, наконец-то прошла. Я выдохнула, лежа на холодном полу. Он наблюдал за мной, отбросив пробирку в сторону и нажав на кнопку лифта, заставляя его поехать вниз. Он осторожно взяв из моей руки вакцину и убрал в карман. Теперь я была похожа на тряпичную куклу, которую жестоко растрепали и выкинули на улицу. Я не чувствовала ничего. Ни прикосновений, ни боли, даже собственных мыслей. Казалось, что время замерло и ни осталось ничего, кроме зияющей пустоты внутри.