Глава 1. Самый странный день

В тот день, когда всё это безумие началось, Вероника проснулась рано. Обычно она не могла продрать глаза даже после стократных дребезжаний будильника и понуканий брата - впрочем, довольно слабых - и всегда вставала с жутко обозлённым отношением ко всему окружающему миру и желанием разнести эти тупые часы в пух и прах одним ударом. Потом девушка обычно ковыляла в душ, засыпая на ходу и ежесекундно стукаясь лбом о стенку, вяло ковыряла ложкой в миске приготовленной Олегом каши, натягивала школьную форму, путаясь в ремне и надевая штаны на руки, а пиджак на ноги, заплетала волосы, иногда обматывая ими лицо и даже не замечая этого… и всё в таком роде до тех пор, пока брат на мотоцикле не подвозил её до школы (к слову сказать, Олег возил сестру спереди, а не сзади – чтобы спросонок как-нибудь не свалилась). Но не в этот раз. Сегодня Вероника встала на удивление легко, её как будто ледяной водой окатили – во всяком случае, спать не хотелось. На пути к ванной она даже ни разу не врезалась в стену, футболку надела через верх, а шорты через низ – словом, всё, как полагается. Правда, на кухне полоса её маленьких утренних удач резко оборвалась. Поджаривая на плите омлет, Вероника не удержала в руке сковородку, и почти готовый завтрак шлёпнулся на пол, подняв при этом такой грохот, что, наверное, весь подъезд услышал. - Никуш, ты что там буянишь? – раздался из соседней комнаты сонный голос Олега. – И вообще, почему не спишь? Ты на часы смотрела? - Очень мне нужно на них смотреть! – проворчала Ника, выключая плиту. Но тут же ей стало стыдно, и она откликнулась: - Серьёзно, сколько сейчас времени? - Ещё даже нет шести! 5:46! Вероника ахнула – от удивления: - Сколько?! Брат в синей клетчатой пижаме и тапочках вошёл в кухню, потирая сонные голубые глаза. Которые, впрочем, тут же широко открылись, и Олег тоже ахнул – от ужаса: - Ты что тут устроила?! Да, было чему удивляться… И ужасаться тоже… При падении на пол полусырой омлет на сковородке непостижимым образом высоко подскочил, брызги разлетелись по всей кухне, заляпали стёкла окон, проехались по столу и холодильнику, обляпали всё, что только можно – словом, в помещении будто случился Апокалипсис. А может, и кое-что похуже. Сестра виновато развела руками: - Завтрак приготовила… - Какой классный завтрак! – Олег обвёл рукой вокруг себя и многозначительно уставился на люстру, с которой свисал и опасно покачивался кусок колбасы. – То, что ты устроила, просто физически невозможно! Кто теперь будет всё это убирать? Да тебя к кухне даже близко подпускать нельзя… Парень на секунду задумался, затем подошёл к плите и пощёлкал переключателем: - Да она, похоже, сломана… Вероника состроила щенячьи глазки: - Вот видишь! Это всё она виновата!.. Я не нарочно! - Ты никогда и ничего не делаешь нарочно! - А разве это плохо? - А разве хорошо? – Олег тяжело вздохнул. – И в кого ты такая? Вероника вспыхнула: - Какая? - Неуклюжая. Неумелая. Неповоротливая. Ещё с десяток разных «не», и вдобавок ходячая катастрофа. Продолжать? - А ты слишком правильный. Занудный. Доставучий. Хорошо готовишь, единственный твой плюс. - И на том спасибо, сестрёнка… Кто из нас зарабатывает деньги? На ком дер-жится всё хозяйство? Кого, в конце концов, будят в шесть утра, на весь дом грохая сковородкой? И у тебя ещё какие-то претензии. Что, мне и убрать за тобой надо? - Ну… Да, надо, - честно призналась Ника и виновато развела руками. - Никуш, давай хотя бы из-за этого не будем ссориться! – взмолился брат. – Дай человеку выспаться, у меня сегодня деловая встреча… Ещё ляпну что-нибудь не то… В свои двадцать два года Олег уже закончил оплаченный другом семьи ускоренный курс обучения и вполне успешно работал помощником директора в местной телевизионной фирме под названием «Голос Солнца». Брат широко зевнул и развернулся к двери в свою комнату, но Вероника схватила его за штанину: - Я не успею одна! А как же школа? - С каких это пор она тебя волнует? – усмехнулся брат. - А тебе не всё равно? - Ника, сегодня вос-кре-сенье! Значит, у тебя есть целый день, чтобы всё убрать. Вот мы с тобой препираемся, а эта гадость сохнет… Прилипнет к стенам – и всё, не отдерёшь. Это тебе ещё повезло, что у нас на кухне плитка, а не обои… В общем, так: когда я проснусь, чтобы всё было чисто! – Олег печально опустил голову. – В конце концов, кто, если не мы? Вероника опустила голову, вспомнив печальное прошлое своей семьи. Ей было пять лет, когда Анастасия и Вадим Березины расстались. Сама она мало что помнила, в силу возраста, но знала точно: мама отказалась от детей и отсудила у мужа квартиру. Отец не бросил сына и дочку, и они все вместе перебрались жить к бабушке Лизе, его родной тётке. И всё было бы хорошо, но уже через несколько лет, как раз накануне двена-дцатилетия сына, Вадим вышел в магазин – и не вернулся. Мужчина как будто провалился сквозь землю, полиция сбилась с ног, к поискам подключили весь го-род – но безуспешно. Уже почти десять лет прошло, а его не нашли. Наверное, Вероника с братом совсем пропали бы, если бы не бабушка Лиза. Добрая старушка оставила детей у себя, и они очень её полюбили. К ней в любое время дня и ночи можно было прийти со своей проблемой, она никому и никогда не отказывала в помощи. Бабушка Лиза заменила Олегу и Нике утерянных родителей, с ней им всегда было хорошо и спокойно. А полгода назад Елизавета Ильинична Березина умерла от сердечного приступа. Брат и сестра зашли в тупик. Отец пропал, мать судьбой своих отпрысков не интересовалась. Остались совсем одни. Слава Богу, Олег благодаря давней подруге их семьи Мирославе Липовской подтвердил право опеки над Вероникой. Девушка хорошо помнила, как в тот день брат, вернувшись из комиссии, обнял её и вдруг заплакал – впервые за последние месяцы. И она тоже. С тех пор прошло полгода. Олегу исполнилось двадцать два года, Ника закончила девятый класс. Жизнь медленно, но верно начала возвращаться на круги своя. Светило над маленькой двухкомнатной квартиркой в Солнцеграде вновь засияло в полную силу, заиграло всеми красками. От тяжёлого бремени, свалившегося на семью Березиных как снег на голову, остался лишь горький, неприятный осадок, да и тот в душе Вероники почти вытеснили ежедневные заботы и маленькие радости, успехи и неудачи, взлёты и падения. Брат был её самой настоящей семьёй, и иметь другую ей не хотелось. Олег устало улыбнулся, смял мокрую тряпку для пыли в некое подобие шарика и с боевым кличем запустил в сестру. Та, мгновенно среагировав, поймала импровизированный мяч и кинула обратно в сторону брата. Тряпка, развернувшись в воздухе, пролетела в сантиметре от его лица, приземлилась на стену и сползла на пол, мимоходом стерев с плитки красную кляксу кетчупа. - А ты ещё не хотела начинать! – со смехом прокричал Олег, срывая с подоконника другую тряпку. - Сам напросился! – крикнула в ответ Вероника, сминая в комок следующий «снаряд». Так они кидались тряпками минут двадцать, как в стены и потолок вдруг за-стучали заспанные соседи, разбуженные весёлыми орами и визгами. Олег сразу же вспомнил про свою встречу и ушёл в комнату досыпать, предварительно взяв с сестры обещание навести порядок. Вероника решительно вздохнула, приготовившись к подвигу. Вот что она за тяпа-растяпа? Девушка шваброй снимала с люстры застрявшие в ней куски, как вдруг квартира разразилась громогласными звуками тяжёлого рока. Соседи снова застучали со всех сторон, из комнаты Олега раздался вопль: - НИКА!!! Ну, Вероника-то знала, что ничего страшного не происходит, это у неё просто телефон зазвонил. Она потянулась за мобильником к столу и уронила швабру. Швабра сильно ударила её по ногам, девушка ойкнула от боли и грохнулась с табуретки, на которой стояла, почти сразу поскользнулась на лужице масла и растянулась на полу. При этом она ещё как-то ухитрилась подцепить ногой табуретку, которая тут же шлёпнулась на девушку сверху. Вероника со вздохом поднялась, потёрла ушибленный бок и взяла трубку. - Привет, подруга! – услышала она жизнерадостный голос Мани. – Извини, что разбудила. Мы сегодня собирались пойти в парк, ты помнишь? Марьяна Липовская была лучшей подругой Вероники чуть ли не с младенчества. Девочки, казалось бы, такие разные, легко нашли общий язык и очень быстро стали неразлучны. Озорная, легкомысленная Ника и скромница Маня проводили вместе всё свободное время, многому научились друг у друга. Конечно же, девчонки учились в одном классе и сидели за одной партой. В этом классе, кстати, их дружбе завидовали очень многие. Особенно старшая Заруцкая… но это уже совсем другая история. Маня жила в небольшом, но уютном частном домике вместе с мамой и двумя младшими сёстрами-близняшками, Асей и Васей (полные имена – Аксинья и Василиса). Обе девчонки были сверхшаловливыми, гиперактивными, непослушными и с одинаковыми голубыми глазищами. Их мама Мирослава была очень милой, приветливой и радушной женщиной. Нике нравилось бывать в этом доме. Там ей были абсолютно искренне рады в любое время дня и ночи, о ней беспокоились, её ждали. Её и Олега: брат тоже пользовался в этой семье уважением и любовью. - А в какой парк? – уточнила Ника. – В Центральный? Или в «Обитель сказки»? - В Центральный. Его же теперь обновили, отремонтировали. Интересно по-смотреть. Так что, идёшь? - Что за вопросы… Иду, конечно! Но обязательно звонить в такую рань? - Чувствовала, что ты не спишь. К тому же… Я не хотела бы, чтобы мама нас услышала, - призналась подруга. – А то опять начнёт говорить, что я провожу с тобой больше времени, чем с маленькими сёстрами. - Понимаю, - вздохнула Ника. – Эти две голубоглазых кнопки способны вы-вести из себя кого угодно! Манина мама, Мирослава Липовская, приехала в Солнцеград из какой-то ма-ленькой сибирской деревеньки ещё до рождения дочери. Её привёз сюда бывший муж, Игнат Липовский. Он называл Маню дочерью, однако девушка была уверена, что он не является её биологическим отцом, хотя никогда ему об этом не говорила. Игнат во время брака с её матерью даже не жил с ними, оправдывая всё бесконечной работой. Они с Мирославой попытались стать нормальной семьёй несколько лет спустя, так и появились Аська с Васькой, но Маня ничего не знала об этом периоде родительской жизни. В итоге Мирослава, которая поначалу не хотела жить в Солнцеграде, приняла решение остаться здесь навсегда. Она сама отлично устроила свою жизнь: получила огромное наследство от неизвестно откуда взявшихся родственников, встала во главе собственного бизнеса – частью наследства была та самая фирма, где работал сейчас Олег (кстати, это именно старшая Липовская оплатила ему ускоренное обучение), искренне любила своих дочерей и заботилась о них. - Кстати, - спросила Ника. – Кто это «мы»? - В смысле? - Ты сказала не «со мной», а «с нами». Кто ещё составит нам компанию? - Тонька тоже с нами собралась, - охотно объяснила Маня. - Опять затаскает по тематическим магазинам? - Как всегда, - вздохнула подруга. Тоня Цеферова, одна из подруг девушек и староста их класса, была убеждён-ной неформалкой. В этом все убедились ещё с начала средней школы, когда дев-чонка вдруг резко сменила имидж и из кареглазой блондинки превратилась в ти-пичного персонажа своего любимого аниме – теперь у неё были короткие огненно-красные волосы и зелёные глаза. Родители девушки сначала пришли в ужас при взгляде на дочь, но вскоре смирились с неизбежным и даже начали её поддерживать. А в последнее время Цеферова увлеклась очередной идеей по изменению внешности – занялась поиском красных контактных линз с каким-то жутко ориги-нальным и редким орнаментом. Она тараторила про это каждому встречному-поперечному, и кое-кто даже считал её ненормальной. Но только не Ника и Маня! С Тонькой они обе очень мило общались и знали: с ней всегда весело, она хо-роший друг и в любой момент придёт на помощь. Были, конечно, и минусы: настырность, чрезмерное любопытство, стремление совать свой нос туда, куда её не просят. Но этим вообще все их сверстники страдали, поэтому на такие черты характера подруги Ника давно закрыла глаза. Извечная компания Цеферовой – Роксана Истратова и Софья Рудакова – были ей под стать и часто забавляли весь класс своими взбалмошными выходками. И если Роксана была ещё довольно спокойным человеком, то не-уёмная фантазия Сони не знала границ. Впрочем, если бы Ника начала вспоминать об этом, то на историю ушло бы три здоровенных тома, так что девушка решила вернуться к диалогу. - Ничего страшного, Мань, - улыбнулась Ника, хотя подруга никак не могла видеть этой улыбки. – Где собираемся? - В час дня у супермаркета «Галактика». Ник, и ещё… Ой, мама вернулась, она оставалась на ночь на работе! Сейчас ещё заставит делать что-нибудь по дому, так что я вроде как сплю. Пока! И Липовская бросила трубку. Вероника положила мобильник на стол и со вздохом снова взялась за швабру. Часам к восьми Олег проснулся и, войдя в кухню, просиял: - Ну ведь можешь же, когда захочешь! Ника фыркнула: - Заметь, я этого не хотела. Кстати, а что там у тебя за встреча? - Какая встреча? Ах да… Мирослава решила, что пора бы мне с поста её секретаря переходить на более интересную и творческую работу. Сегодня я принимаю делегацию журналистов. Не представляешь, насколько это важно! Мне в первый раз доверили что-то не связанное с документами и мелкими поручениями! - Волнуешься? - Не то слово! Представился тот самый шанс, которого я ждал всё это время. Представь, что будет, если я напортачу… - Не напортачишь! – заверила Ника. – Расскажи лучше, что будет, если ты справишься? - Во-первых, повысят зарплату почти вдвое, - начал рассказывать парень, но сестра тут же его перебила: - Ты и так хорошо зарабатываешь! Во всяком случае, на жизнь нам хватает. - Я люблю свою работу, - Олег пожал плечами. – Мне это в радость! А впрочем, ты не поймёшь. - Не пойму, - обиженно протянула Ника и надула губы, как ребёнок. – Ты и так целыми днями торчишь при Мирославе. Зачем так загружать себя? Нашёл бы лучше девушку. Вроде уже не маленький. Гарантирую, сразу столько радости прибавится, сколько ты от своего компьютера за век не получишь! - Ника! - Что Ника? Что Ника? – девушка усмехнулась. – Я помню, как меня зовут! Тебе уже двадцать три скоро, а всё никак не складывается… Так небось в женихах и помрёшь. А меня потом совесть замучает! Олег вдруг покраснел. - В женихах? И на ком ты мне предлагаешь жениться? На той твоей странной однокласснице? - Ты о ком? - Да та рыжая, которая всё время пытается меня подкараулить, когда я в школу тебя привожу. За ней ещё сестра-близняшка хвостиком ходит. - Заруцкая, что ли? – догадалась Ника. – Это ты мне на неё жалуешься! Она каждый день меня в школе пытается доставать. Так что тебе ещё повезло. Ты её хотя бы целыми днями не видишь! - Ну ладно, извини. Просто я уже от неё шарахаюсь! Она меня пугает, - честно признался брат. – Так настойчиво за мной ещё никто не ухаживал. Вероника решила пожалеть брата и сменила тему: - Скажи, а Мирослава серьёзно говорила, когда предлагала мне попробовать провести выпуск новостей на городском молодёжном канале? Олег тут же оживился и принялся скороговоркой пересказывать сестре, какие планы с ним обговаривала начальница в ближайшее время, так что фамилия Заруцких в их разговор вернулась только спустя несколько минут. Галина Заруцкая – Вероникина одноклассница и главный её враг – многим в школе внушала страх. Конечно, ведь её мать – директриса лицея, поэтому девчонка вела себя с другими нагло и высокомерно, зная, что ей за это ничего не будет. Нику и Маню Галина возненавидела с самого первого года, поэтому по её милости у подруг сразу же возникли проблемы со школьной администрацией. Да и не только у них, а почти у половины класса. Свою сестру-близняшку, Милу, Галина, может, и по-своему любила, но уж точно не уважала. Тихая и робкая отличница Мила ходила за ней, как тень, и не смела ни в чём возразить. А мать такое поведение Галины только одобряла. Она вообще считала, что единственный способ внушить уважение – заставить бояться. Но вот что самое странное – при всей многолетней ненависти к Нике Галина неожиданно начала приставать к её брату, при встрече засыпала его неоднозначными комплиментами, заставляя беднягу краснеть до корней волос. Электронная почта Олега была завалена взятыми из Интернета фотографиями с голубками, признаниями и поцелуйчиками. И при всём при этом Галина продолжала тиранить Веронику, причём делала это с каким-то мрачным удовольствием. Интересно, она понимала, что в её поступках нет вообще никакой логики? - Да брось, - Ника ободряюще улыбнулась. – На таких людей лучше просто не обращать внимания. На самом деле это не так сложно. - Галина Заруцкая! Это имя мне уже является в кошмарах, - пожаловался брат. – Хотя если посмотреть со стороны, она очень симпатичная. Ещё бы изменила манеру поведения… Вероника усмехнулась: - По-моему, ей это не грозит… - Что верно, то верно, – согласился Олег, ставя на плиту сковородку. Через десять минут брат и сестра уже сидели за полным подносом яичницы с мясом и овощами. Ника диву давалась, как Олег умудрился приготовить такое великолепие, ничего не уронив, не пролив и не разбив. Это было просто выше её человеческого понимания. Позавтракав, брат пошёл работать над своим проектом, а Ника – ждать назначенного времени. Ровно в полдень она подошла к обновлённым воротам Центрального парка. К ней тут же подбежала Маня, и девушки обнялись. Подруги присели на скамеечку у главной аллеи. - Как там твоё прослушивание? – спросила Ника. Маня недавно участвовала в конкурсе по игре на фортепиано. - Второе место по району! – сообщила подруга, заплетая в аккуратный колосок пепельные Никины волосы. – Когда ты сама научишься заплетать косы?... На следующей неделе награждение, а после праздничная вечеринка и сладкий стол! Каждый лауреат имеет право провести с собой друга. Я планирую позвать тебя. Ты же не против? - И ты ещё спрашиваешь? - Нет, я просто так… Вдруг у тебя были какие-то планы. - Никаких! – заверила Ника. – Да даже если бы и были! Думаешь, я такое пропущу? Кстати, а какие волки съели нашу уважаемую старосту? Что-то её долго нет… - Я и сама не знаю. Мы с ней на час договаривались, - Маня взглянула на часы. – А сейчас уже двадцать минут второго. Вероника достала мобильник, набрала номер Цеферовой и почти целую минуту слушала гудки. Когда Тонька наконец соизволила взять трубку, Ника уже так к ним привыкла, что даже подскочила от неожиданности. - Земля вызывает Березину! – крикнула из трубки Тонька. – Извините за испорченные планы, но я с вами не пойду. У меня тут непредвиденное собрание! Вероника удивлённо подняла бровь: - Свидание? - Собрание! – со смехом повторила Тонька. – Ты за кого меня принимаешь? - А что случилось? - Я сама только что узнала и сразу вам звоню! Представляете, Савин забыл составить список дежурных, которые сегодня вечером будут готовить актовый зал к вечеринке в честь окончания года! По милости этого лопуха мы можем остаться без праздника! - А разве составить таблицу дежурства было не твоей задачей? - И зачем мне тогда нужен помощник?! Слышавшая этот разговор Маня закатила глаза. - А ещё староста называется! - Я всё это слышала! – донеслось из трубки. – Между прочим, помогать в подготовке должны были ещё три класса! А свалили всё почему-то на меня! - Ладно, передавай Женьке, чтобы держался стойко! – со смехом заявила Ве-роника и сбросила вызов. Женька Савин, школьный корреспондент, лучший друг и первый помощник Тоньки, уже три года исполнял обязанности заместителя старосты. Несмотря на то, что эти двое всё время препирались, обзывали друг друга обидными словами, ссорились и мирились по поводу и без повода, Вероника всегда знала, что они идеальная команда. Годы их совместной работы доказывали это лучше всяких слов. - Может, тогда лучше пойдём в «Обитель»? – предложила Маня. – Я давно там не была. - А слухов не боишься? – усмехнулась Вероника. - Каких ещё слухов? – удивлённо спросила подруга. Березина лишь снисходительно улыбнулась – она знала, что Маня редко прислушивается к всеобщей болтовне. Старый парк «Обитель сказки» был известен всем жителям небольшого Солнцеграда. Когда-то это был аккуратный, ухоженный сквер, излюбленное место для пикников, прогулок и свиданий. Именно туда в первую очередь направлялись редкие туристы, именно это место Мирослава Липовская выбирала для съёмок утреннего шоу на телекомпании. Но чуть больше полугода назад при супермаркете «Галактика» был разбит новый крупный парк, и о старой «Обители» все тут же будто забыли. Это было очень странно, и досужие болтуны быстро выдумали с десяток причин закрытия – от обилия ядовитых растений (которых там никогда и в помине не было) до подготовки террористического акта со стороны враждебного государства. Во всяком случае, парк забросили, ухаживать за ним перестали, и аккуратные клумбы и дорожки очень быстро заросли лозой и сорными травами. - Ладно, пойдём! – решила Ника. – Если ты не боишься наткнуться там на инопланетян! - Между прочим, мы с Женькой недавно об этом разговаривали, - сообщила Маня. – Он собирается провести собственное маленькое расследование, чтобы выяснить причины закрытия. И я всё чаще ловлю себя на мысли, что с удовольствием бы к нему присоединилась. - Да, тема действительно интересная, - признала Березина. – Ведь уже столько времени прошло, а ни в одной городской газете, ни в одной передаче этот вопрос не подняли. У меня такое ощущение, что это просто кем-то запрещено… - И новый парк так внезапно открыли, - согласилась Липовская. – Чуть ли не на следующий день после закрытия прежнего. Да и с чего было его закрывать? Это прекрасное место и остаётся таким до сих пор! Кроме того, Женька рассказал по секрету, что видел каких-то странных людей в тёмных одеждах с плотными капюшонами, когда проходил мимо ворот. - А вот с этого места подробнее! – оживилась Ника. - Да я и сама не знаю, что они там делали, - призналась Маня. – Женька тоже не видел, поэтому и рассказать мне об этом не смог. - Почему с тобой такими вещами делятся, а со мной нет? – притворно обиделась девушка. - Наверное, потому что ты язык за зубами держать не умеешь, - рассмеялась подруга, откидывая на плечо роскошную черную косу. Косы Мани для Вероники вообще были отдельной несбыточной историей. Сама Березина особой шевелюрой похвастаться не могла – тонкие и не слишком длинные волосы, едва доходящие до лопаток, пепельные с коричневым отливом. Липовская же растила свои непослушные чёрные локоны едва ли не с рождения, теперь они доходили ей почти до колен, пружинясь лёгкими волнами. Сейчас девушка невольно отметила, что толщина Маниной косы куда больше толщины её руки. За разговорами подруги и не заметили, как добрели до покосившихся кованых ворот «Обители сказки». Большинство перил заржавели и покрылись пылью, но Вероника, не боясь испачкать руки, принялась их осматривать. Маня, помедлив, присоединилась к ней. Девушки даже не знали, что хотят найти, но рассказ друга захватил обеих, как интересная игра в детстве. Спустя двадцать минут поиски подруг увенчались успехом. - Я, кажется, нашла что-то, - выдохнула Ника. – Эту дверь открывали совсем недавно… Ты видишь? Она показала Мане внутреннюю сторону перила, где на грязной поверхности остались какие-то овальные следы, похожие на отпечатки пальцев. - Пойдём потише, - предложила подруга шёпотом. Аккуратно открыв скрипучую калитку, девушки проскользнули на территорию парка и тихонько пошли по газону, то и дело оглядываясь назад. Они обошли кругом весь парк, но так и не нашли ничего подозрительного. Ника хотела уже предложить вернуться назад, как вдруг застыла, услышав какие-то голоса из полуразрушенной мраморной беседки. - Ящик должен быть спрятан именно здесь, - настойчиво утверждал незнакомый Веронике мужской голос. – Больше негде. - Но мы уже всё здесь обыскали! – ответила ему женщина. Её голос девушки точно знали, но не могли сообразить, кому он принадлежит. – Так ли нам нужен этот артефакт? - Его надо найти, и это не обсуждается! – возразил новый голос, судя по всему, тоже принадлежащий женщине. – Эта вещь принадлежала самой Герде Полонской! А значит, ничего хорошего жителям Солнцеграда она не принесёт! - Что ещё за Герда Полонская? – шёпотом спросила Вероника. Маня молча пожала плечами. - Да какое нам дело до них?! – возмущалась другая женщина. – Вы же знаете, как опасно вести эти поиски! Да ещё под носом у местных хулиганов, которые лазят туда, куда их не просят! - Пути назад уже нет, - холодно заявил мужской голос. – Вы понимаете, каких трудов нам стоило закрыть этот парк?! Теперь я просто из принципа не остановлюсь, пока мы не добьёмся хоть какого-то результата! Вероника осторожно выглянула из-за дерева, за которым пряталась. В беседке спиной к ним действительно стояли трое – мужчина и две женщины, все в одинаковых коричневых накидках. В руке, спрятанной под белой перчаткой без пальцев, мужчина сжимал блестящий на солнце золотой кулон с чёрным блестящим камнем странной формы. От граней камня шёл мягкий свет… и это было не отражение солнечных бликов! Он светился сам по себе! - Поисковая нить чётко показывает, что ящик спрятан на территории беседки! – продолжал гневно говорить мужчина. – А вы хотите сдаться, когда мы почти достигли цели! - У нас есть все причины для сомнений! – неприязненно ответила одна из его спутниц. – Уж не хотите ли вы забрать себе столь могущественный предмет?! Помнится, раньше вы не отличались таким героизмом и не рисковали своим положением, чтобы просто спасти несчастных горожан! - Я не так глуп, как вы думаете, уважаемая Ольга, - процедил мужчина. – Я понимаю, что моё положение в сообществе шатко… И ни за что не стану рисковать своим местом в истории Стражей! Ни за какие артефакты! - Перестаньте оба, - резко одёрнула его другая женщина. – Кристалл реагирует на это место! Так что прекращайте препирательства и начинайте поиски! Не знаю, как вы, а я как никто желаю поскорее покончить с этой тёмной историей! Все трое склонились над кулоном и стали пристально вглядываться в глубину светящегося камня. Вероника и Марьяна следили за их действиями, затаив дыхание. Внезапно откуда-то сзади донёсся удивлённый возглас: - А вы что тут забыли?! Подруги испуганно обернулись. На них, скрестив тонкие руки на груди, сердито смотрела молодая девушка, на вид их ровесница. Она была в длинном, до пола, чёрном платье, расшитом голубыми цветами с золотистыми листьями, на плече висела кожаная сумка. Длинные каштановые волосы незнакомки были убраны в замысловатую причёску, украшенную мелкими блестящими шпильками. - Анатолий Егорович! – резко крикнула она. Мужчина и обе его сопровождающие в беседке резко обернулись. - В чём дело, Карина? – быстро спросила одна из женщин. - Эти пигалицы подсматривали за вами, - произнесла девушка. – Прикажете стереть им память? И тогда Ника и Маня со страхом и удивлением посмотрели друг на друга. Даму с белоснежными волосами, собранными в высокий пучок, они не знали, а вот остальных… Мужчина оказался Анатолием Скворцовым, заместителем мэра городка. Его знали все жители Солнцеграда – именно он выступал на разнообразных радио- и телепередачах от имени градоправительства. А высокая худенькая женщина с пронзительными зелёными глазами… Это была Инна Вениаминовна Морозова, учительница музыки и классная руководительница девчонок. - Успокойтесь, - резко сказала она. – Я знаю их. Это те из моих учениц, о которых я столько рассказывала. - Что ж, - недобро усмехнулся Скворцов. – Удачное совпадение. Нашей музыкальной школе как раз недоставало двух способных студенток.