Часть 16. Победа над ревностью

Отголоски неясные, нечёткие. Стёпа даже и не понял сначала — это либо сон, либо очередной флешбэк. От нечёткого сна без какого-либо смысла отличала лишь злость, практически переходящая в ярость — точно не обыкновенное сновидение. Он уже чувствовал это совсем недавно, когда получил видео с Ритой и Ромой. Выходит, раньше у него уже было что-то подобное? Снова больно и вечный вопрос: «Неужели она могла так со мной поступить?» Коридоры, сплошные коридоры. Глубокий выдох, чтобы успокоиться и прийти в себя. Лишь тогда картинка наладилась, предметы обрели свои очертания. Похоже, слишком сильные чувства не давали памяти наладить чёткий поток. Он снова в ФЭС, рядом Рита. Как ни в чём не бывало лениво размешивала сахар в кофе, параллельно листая ленту новостей в телефоне. А у него внутри всё горело, кипело. Стёпа смотрел на свою любимую женщину в надежде, что она хоть что-нибудь объяснит, но та была увлечена очередной нашумевшей новостью и с интересом вчитывалась в результаты расследования, которые провели их коллеги из следственного комитета. В голове всплыл тот момент, из-за чего Стёпа собственно и не находил себе места. Он зашёл в лабораторию, когда там никого не было. Программисты оставили нужные ему документы на столе и ушли, прикрепив записку, что будут через десять минут. Десяти минут у Стёпы конечно же не было, ибо в допросной уже сидел подозреваемый, и капитану нужно было срочно бежать. Однако его внимание привлек один файл, который остался открыт на рабочем столе — звуковая дорожка под странным названием: «Спецзадание Власовой и Майского». Данилов знал о нём, Рита говорила: нужно было под видом пары заселиться в отель, где происходят ограбления. И всё бы ничего, но… Почему только звук? Оглянувшись по сторонам в поисках экспертов и не заметив их в поле зрения, Стёпа нажал на воспроизведение, о чём очень сильно пожалел. Им нужно было просто заселиться в номер и ждать, но то, что услышал Степан, на обычное ожидание никак не походило. Характер вздохов и томных стонов было совсем нетрудно определить. И ладно бы, если они принадлежали кому-то другому — с каждой последующей секундой он всё больше узнавал Риту и от этого было нестерпимо больно. Ну зачем? Быть может, подставили? Кто? Пока всё было слишком очевидно. Сквозь призму воспоминаний складывалось другое восприятие, будто две личности боролись друг с другом: одна, новая версия, пыталась сказать что это невозможно, но другая версия, ещё не опытная и не знавшая Риту так хорошо, брала верх. Ведь это старое воспоминание и новому Стёпе оставалось только наблюдать за тем, что происходило когда-то давно. И теперь он сидел перед Ритой совершенно разбитый и разгневанный одновременно, но совсем не знал, как начать с ней говорить. Свою агрессию он направил на задержанного, а уже потом он отправился на поиски Риты, чтобы она хотя бы всё объяснила. Только, судя по её беззаботному выражению лица, она и не собиралась объясняться. — Ты представляешь, — начала Рита, всё ещё не отрывая глаз от колонки новостей. — В последнее время очень много грабежей по отелям прошло, при том разными группами. Пока мы тут одних ловили, следственный комитет в ходе смежного расследования ещё других задержал. — Я прекрасно слышал, как вы с Майским их ловили, — с пока ещё пассивной агрессией в голосе бросил Стёпа, вмиг потеряв своё самообладание. Да какого хрена он вообще с ней церемонится? Выяснить что-то пытается, понять? Она даже рассказать ему не собиралась, оправдаться как-то… Сначала Рита не понимающе уставилась на собеседника, а потом вдруг всё резко поняла: — Ах, ты слышал, — но поняла неправильно. Подумала, что кто-то донёс, а он и поверил. Не думала же она, что кто-то из экспертов файлы компрометирующие на рабочем столе оставит. — Ну давай, расскажи мне, что ты слышал. Интересно узнать. Данилов потерял себя и захотел сделать ей больно. Нанести пусть и меньший удар, не такой, как она ему, но всё же. Не подумав, он выпалил: — Что Майский трахает отлично. — Уж чего не знаю, того не знаю, — Рита держала оборону и размышляла о том, как он вообще мог повеститсь на какие-то сплетни, и даже не спросить у неё, что было на самом деле. — А я думал, что ты мне расскажешь, — Стёпа видел, как ранит её, но не мог остановиться, ведь, как ему казалось, она нанесла урон ещё больший. — Понравилось? Судя по твоим крикам, очень даже. Не выдержав несправедливых обвинений, Рита схватила чашку кофе и выплеснула Стёпе в лицо. Благо, кофе уже был тёплый и Данилов не пострадал от ожогов. Он лишь зажмурился, позволяя жидкости самой стечь с лица. Власова вернула чашку на стол и покинула буфет как можно скорее, лишь бы не видеть этого человека, который даже не в состоянии нормально расспросить её. Стёпа застыл на месте, обдумывая её слова. Вспоминая её глаза, как он наносил ей один словесный удар за другим. И всё же, ему больнее. Секс на задании, серьёзно? Ещё и с коллегой! Тому повезло, что уже давно находился у начальства и не попал под горячую руку Данилова. Какое-то время Стёпе понадобилось, чтобы убрать место происшествия — стереть остатки кофе с лица, вытереть пол, столешницу, стулья. Костюм, правда, не спасти, а переодеться ему было во что. Благо, скоро домой, но мокрая одежда — не самая главная проблема. Как теперь ему работать с той, что изменила? Ещё и как глупо… В растерянных чувствах Стёпа брёл по коридору, когда его приметил Холодов и поманил рукой в кабинет. Заметив необычный прикид капитана, Андрей смутился и спросил, когда тот зашёл в лабораторию: — Ого, кто это тебя так? — Власова, — Степан с трудом произнёс фамилию той, что так плохо обошлась с ним. Вот что её не устраивало? Пусть они были не так долго вместе и где-то ещё не до конца притёрлись, но в сексе точно всё было хорошо! Или не всё? Снова оглушающая боль, давящая. — А, она может, — замешательство Холодова пропало само собой. — Повезло, что не прибила. Чем провинился-то? — Я? — вновь вскипел Стёпа. — А ты в курсе, что они с Майским.? Данилов остановился. Не хотел он об этом распространяться, но получилось как-то само. Тем более, об их отношениях вообще никто не знал. По крайней мере, он так думал. — А что они с Майским? — непонимающе нахмурился Андрей. Было предчувствие, что случилось у этой «скрытной» парочки что-то нехорошее. — Не спрашивай меня об этом, ты же сам знаешь! — Стёпа ударил кулаком по стыку в стене так, что стёклянные стены вздрогнули. — Ну я знаю только то, что на задании они решили привлечь внимание грабителей тем, что громко кричали в спальне, имитируя бурный половой акт. Грабители, кстати, повелись — знали, что вещи ценные в гостиной, а раз там никого нет, то спокойно зашли в номер. Ну их и поймали с поличным. Немая пауза в несколько секунд и совершенно запутавшийся Данилов грозно взглянул на своего коллегу. — Что ты сейчас сказал? — Стёпа вроде бы понял, а вроде бы и нет. Так ничего не было что ли? — Уж не хочешь ли ты мне сказать, что ты наехал на Риту за их с Серёгой самодеятельность, подумав, что они правда там..? — Холодов был поражён, потому что уже догадался, что так и было. Неспроста Власова в него кофе плеснула и тут же уехала с работы. — Дани-и-илов, — осуждающе произнёс тот. А Стёпа всё ещё был в прострации. Ну как же? Была аудиозапись. Что он должен был подумать? И Рита ещё ничего не сказала, как назло. — О, Боже, — наконец до Стёпы дошло осознание всей беды. Он дурак. Полный, круглый дурак. — Какой я дебил, — выругался он, понимая масштаб того, что он натворил. Власова же его не простит. — Ага, — согласился Андрей, даже не думая поддерживать друга в такой ситуации. Сам виноват. — Я бы на твоём месте поторопился. — Куда? — да и так понятно — куда. За своей женщиной, конечно. Если только она поехала домой… — Слушай, пробей её телефон, а? Куда она едет? — Неважно, куда, — ехидно заметил Холодов, всё же приступая к поиску местоположения. — Главное — с кем. Ну да, всё вполне логично. Он незаслуженно обидел её, обвиняя в измене с Майским, а теперь ей ничего не мешает это обвинение заслужить. Сделать ещё больнее, нанести коронный удар. — Да, всё верно, — Андрей указал на монитор, где одновременно двигались две точки разного цвета — он заодно пробил местоположение телефона Майского. — Едут по направлению к её дому. Может успеешь ещё… Не успев даже толком поблагодарить друга, Данилов выбежал из лаборатории. Пробегая коридор, вспомнил, что у него есть запасная одежда. Не ехать же к Рите в мокром и грязном костюме! На переодевание ушло меньше минуты. Он не заметил, как оказался в машине и уже проносился по проспектам едва замечая сигналы светофоров. Конечно же, Рита на звонки не отвечала, а потом и вовсе отключила телефон. Ну а чего он ожидал? Правда, спасибо не прибила прямо там, в буфете, и не бросила чашкой в лицо. Все мысли были о том, что если Майский коснётся его женщину хоть одним пальцем, то он уже автоматически подпишет себе смертный приговор. А быстро он сориентировался… Хотя он вряд ли Серёга знал о том, что Рита состоит в отношениях. Может быть только догадывался. Так что его осуждать тоже не совсем верно. И тем не менее! Это ничего не меняло! Ревность прожигала, душила, ранила и чувство вины больно сдавливало всё нутро. Сейчас уже всё казалось абсурдным, нелепым и до жути неправильным. Как он мог так в ней засомневаться? Почему не спросил нормально, без нападок? Она же теперь его на порог не пустит. И потом ещё одни стоны ему пришлёт, чтобы послушал и понял, какой он осёл. На очередном светофоре педаль газа вдавилась в пол сильнее. Судя по координатам, которые Холодов скинул в догонку, Рита уже была дома. Только бы успеть… Объяснить ей всё, попросить прощения. Было стойкое предчувствие, что не простит. Из-за такой мелочи он почти лишился любимой женщины! Двор как всегда был занят различными автомобилями. Машины Майского нигде не было видно, в чём ему собственно и повезло. Значит, Рита просто попросила её подвезти, чтобы у Стёпы был повод понервничать, да ещё и какой! Ей это удалось, стоило признать. В её окне слабо горел свет — скорее всего отражался из других комнат. Значит, точно дома. Нужно попытаться достучаться. Код её домофона он знал, но пустит ли в квартиру? Хотя он был готов говорить с ней даже через дверь, лишь бы она слушала. И вот Стёпа бежал по лестнице что было сил. Лифт ждать — слишком мучительно и бессмысленно. Снова ощущение, будто Степан тут уже был — именно это воспоминание он видел раньше. Видимо, сильные впечатления возвращались к нему в первую очередь. Ступенька за ступенькой, сбитое дыхание. Рита… Как он виноват перед ней. Наконец, нужная дверь. Громкий, требовательный стук. Оставаться и просто ждать на месте было невыносимо. — Рита, — Стёпа припал к двери, прижался лбом к холодному металлу в надежде, что она откроет. — Рита, открой. Ты же дома. Молчание. Конечно, так она и открыла. Бежит, волосы назад. Он и сам знал, что неправ, но очень надеялся, что она услышит его слова сквозь преграду, разделявшую их: — Милая, прости меня, — продолжал он, вслушиваясь в тишину за дверью, надеясь хоть на малейший звук. — Я — полный дурак, Рит. Я виноват, знаю, не прав. Глупо поступил, необдуманно. Прости, слышишь? Такие пламенные речи способны были привлечь только любопытных соседей, но никак не ту, что обидел. Возможно, она сейчас так же стояла по ту сторону двери, а может быть она вовсе и не собиралась открывать и включила музыку в наушниках. Но Стёпа не прекращал попытки исправить положение: — Понимаешь, я пришёл в лабораторию, а там никого. Только запись на рабочем столе. Я включил, услышал и как с цепи сорвался, прости. Я должен был узнать у тебя, что произошло, но не сделал этого. Снова тишина. Давящая, гнетущая. Сквозь неё можно было расслышать, как соседи подбираются к своей двери, чтобы взглянуть в глазок на человека, произносящего свою пронзительную речь. — Рит, что мне сделать? — продолжал Данилов. — Скажи мне. Я на всё готов. Только дай мне ещё один шанс, пожалуйста. Я всё исправлю. И никогда не упрекну тебя в неверности, обещаю. Этот урок я на всю жизнь запомню… Заветный щелчок дверного замка. Стёпа тут же выпрямился, чтобы отойти подальше. Дверь отворилась неспешно. Увидев Риту, такую строгую, серьёзную и недоступную, сердце вмиг сжалось. Отметил, что она уже успела переодеться и своём темно-бордовом шёлковом халате смотрелась куда более строже, чем обычно. — Можешь не устраивать представление для соседей? — только начала свою речь Власова для того, чтобы прекратить все его попытки оправдаться, как Стёпа проигнорировал её и зашёл в квартиру, закрывая за собой дверь. — Эй, я вообще-то… Видимо, ей не суждено было возмутиться должным образом и Стёпа прекратил все попытки одним пламенным объятием, как доказательство, что он действительно боялся её потерять. Да, совершил глупый поступок, совершенно необдуманный и опрометчивый, но он готов работать над собой ради их отношений. А Рита, почувствовав тепло его объятий и степень раскаяния, кажется, готова была простить. — Если подобное повторится… — постепенно теряя свою неприступность, произнесла Власова. — Никогда, — твёрдо заверил её Стёпа.

***

К концу ночной смены Власовой хотелось поскорей принять горизонтальное положение и хорошенько отоспаться. Всю ночь им с Лёней было не до сна: по дороге к месту происшествия спать не хотелось, потом почти до утра исследовали само место, где нашли новую жертву, а после увиденной там картины уснуть не удалось бы при любом раскладе. Рита долго думала, что её уже ничем не удивить, но замечая на погибших многочисленные следы от стрел, содранные в кровь руки, лицо и ступни от бега по пересечённой местности — становилось не по себе. Много раз приходилось прокручивать в голове всё с самого начала: во-первых, Стёпа уже видел подобное, а значит, убийства уже происходили, при том на той территории, где он работал. Значит, сейчас преступник по каким-то причинам сменил место локации для своей охоты. Во-вторых, похожие увечья нигде не фигурировали, значит охотник умело заметал свои следы. Почему тогда он перестал это делать сейчас? В первом случае его мог увидеть водитель, заметивший практически неживую девушку, на последнем дыхании выбежавшей к дороге. Сегодняшний случай не вписывался в рамки — тело было оставлено просто так. Девушка погибла от многочисленных ранений. Её не перемещали — оставили умирать, вытащив из неё стрелы, тем самым нанося ещё большие увечья. Рита бесконечно прокручивала эти мысли ровно до тех пор, пока не поняла, что больше не может — мысли путались, перекрывали одну за другой. К тому же, пропала концентрация — ни одну теорию в голове удержать не удавалось. Обречённо вздохнув, капитан побрела из лаборатории, где передала улики, в раздевалку. Долго задерживаться не хотелось, поэтому она искренне надеялась, что никого не встретит с очередным поручением. Её смартфон предательски напомнил, что с пятью процентами она домой не доедет. Рита настолько затянулась в расследование, что совершенно забыла о такой базовой вещи, поставить телефон на зарядку. Вдруг она нахмурилась — ещё бы не забыла! Ведь её зарядник оставался внутри внедорожника, а Лёня её забрал на микроавтобусе. Из дома она не подумала взять, потому что даже не вспомнила об этом. Ситуация дурацкая, ибо сейчас ей придётся на какое-то время задержаться на работе, пока батарея не зарядится хотя бы процентов на тридцать, для личного спокойствия. Негодуя, Рита спустилась в гараж. Включила там свет, который больно ослепил уставшие глаза, и побрела к нужной машине. Кликнув брелоком-сигнализацией, Рита открыла дверь, но садиться не стала — подумала, что свой провод найдёт и так, но тот видимо застрял между сидений. Разочарованно выдохнув, Рита отсоединила его от питания и потянула на себя. Тщетно. Похоже, действительно застрял. Власова закатила глаза и просунула руку между подстаканниками и сидением. С первого раза достать не получилось, будто застрял он давно, но до сих пор длины провода ей хватало. Момент стал куда более нервным. Ну почему именно сегодня? При следующей попытке Рита вновь попыталась вытащить провод через верх, но вместо него вытащила нечто другое. Поначалу не поняла, что за ткань оказалась в её руках, пока не развернула. Между сидением и пластиковой панелью застрял не только зарядник, но и чьи-то чёрные кружевные трусики. Точнее, провод застрял благодаря им. Та-а-ак. Нехорошее предчувствие встало комом в горле. Ещё позавчера Рита заряжала телефон нормально и никаких трусиков в том пространстве не наблюдалось, то есть, попасть они могли туда только вчера. Рита резко рванула бедный провод на себя, с треском вытаскивая его из тесного пространства. Вроде бы остался цел, но ей уже не слишком важна его сохранность. Перед ней предстала куда более интересная картина, которую следовало разгадать. Демонстративно держа находку на вытянутой руке, Власова довольно сильно захлопнула дверь машины и направилась к журналу, в котором отмечалось время прибытия и отбытия сотрудников на служебном транспорте. Притом она не сводила взгляд с неожиданно найденного предмета одежды, пока не добралась до заветного блокнота формата А4. В нём фиксировалось не только время отбытия, но и фамилия сотрудника, использовавшего автомобиль. Для удобства журнал всегда держали раскрытым, потому что зачастую совершенно не хватало времени на то, чтобы искать нужную страницу для заполнения, поэтому Рите не составило труда найти вчерашнего водителя. Внедорожник вчера брали всего лишь один раз и водителем его был капитан Данилов. Сердце неприятно кольнуло. Вспомнив вчерашний с ним разговор по телефону, Рита смутилась, ведь он же выехал только для того, чтобы её забрать. Или нет? Может быть, всё было немного не так? Как на грех, в гараж зашла Оксана, которая зачем-то искала Власову. Увидев, что находится в её руке, девушка смутилась. — Ты с вечера была в конторе, — твёрдо утверждала Маргарита, не давая Амелиной ни единого шанса соврать или слукавить. — И не могла не видеть, с кем уехал Данилов. Хотя я, конечно, предполагаю с кем, но всё-таки. Испытующий взгляд Риты прожигал Оксану насквозь так, что та и не думала отпираться. — Рит, может не надо делать поспешных выводов, — Оксана сложила два и два, сразу распознав, в чём Стёпа обвинялся. — Неужели ты думаешь, что он так поступил бы с тобой? Ещё и улики оставил на месте преступления. — Смею предположить, что это не он их оставил, — горько вздохнула Рита, тут же натянув на лицо улыбку. На самом деле, не важно, с кем он уехал. Важно, что после этой поездки осталось. И прощать это Рита не намерена. Она вышла из гаража всё так же придерживая элемент нижнего белья в руках. Ей всё равно было, что подумают. Как-то всё нелепо, неправильно. Вот только на днях Стёпа обещал ей, что всё наладится. Однако чьи-то чары оказались сильнее. Конечно, до жены ещё далеко, а вокруг вьётся столько дамочек — не устоять. В коридоре, где висела доска объявлений, Рита остановилась. Идеальное место для того, чтобы хозяйка нашла свою пропажу. Закрепив трусики булавкой на пробковой доске, Власова на эмоциях сильно стукнула по булавке так, что её пластиковое основание едва не рассыпалось, чуть не поранив кожу ладони. Этой боли Рита почти не почувствовала, так как всё перекрыла другая, более ноющая и обжигающая. Ей осталось только переодеться и уехать домой, чтобы постараться отоспаться, хотя эта ситуация её пробудила так, что было даже не по себе за своё перевозбуждённое состояние. Быстрыми шагами Рита удалилась в раздевалку. Первыми, кто заметил, что с доской что-то не так, были Ломов и Субботин. Конечно, у них висели разные объявления и приколы на этой доске, но вот женских трусиков на ней точно ещё не было. Недоумённо переглянувшись, мужчины приблизились, чтобы рассмотреть сей предмет нижнего белья, будто ожидая увидеть на нём имя владелицы. — На что смотрим? — спросил только что прибывший на работу Стёпа, пока сам не заметил трусики, так сильно приковавшие внимание собравшейся компании экспертов и некоторых лаборантов. — Эм, а это — что? — А ты разве не видишь? — спросил Толя, обращая внимание на то, как позади них перешёптываются лаборантки. Видимо, это не их пропажа. — Вижу и скажу, что несмотря на своё состояние временной потери памяти, я не припомню подобного случая. Или это норма для вас, когда женские трусы в коридоре экспертной службы висят вот так, на всеобщее обозрение? — с этими словами Данилов снял их, с трудом вытаскивая булавку, будто её туда вбили огромной силой. — Хорошо, что Рогозина не увидела. Интересно, кто до этого додумался? К тому моменту лаборанты, решившие, что смотреть больше не на что, разбежались по своим делам, и мужчины-эксперты остались у доски втроём. К ним очень спешила Юля, по лицу которой было ясно, что кто-то из этой троицы будет огребать по полной. — Ты охренел? — прошипела Соколова на Стёпу, который всё ещё ничего не мог понять. — Я тебя умоляю, скажи, что тебя снова подставили. — В смысле, снова? — не понял Степан её агрессии. Однако сегодняшний сон заставил его задуматься о том, что кто-то намеренно пытался разрушить отношения и делал это неоднократно. Если это снова воспоминание, на что было очень похоже, то выходит, кто-то и раньше пытался поссорить его с женой. — Только не говори, что эти трусики нашла Рита и подумала, что я вчера их заботливо с кого-то снял. — А что, нет? — Юля была настолько зла, что ударила товарища ладонью по плечу. — Она сейчас мне рассказала, что нашла эти трусики в машине. Позавчера их ещё не было, а машину брал вчера только ты. А ты вчера ещё и Дашеньку свою отвозил домой! Это вся контора видела. — Стоп, стоп! — Стёпа пытался осознать, что Юля до него доносила. Неужели опять? Быть не может. — Где она сейчас? — Она в раздевалке, — Соколова сунула ему в руку ключ-пропуск. — Пока там никого нет, поговори с ней. Я сомневаюсь, что после такого она тебя слушать захочет, но… — Погодите, — вмешался Толя, — давайте записи посмотрим. Может вычислим этого вредителя по камерам, наконец? — Тогда вы не успеете, — возмущалась Юля, — она сейчас уедет. Решив, что по-другому действовать не получится, товарищи отправились в лабораторию. Толя быстро скинул видео на телефон Стёпе, где было кое-что интересное. Данилов в это время старался убедить Юлю, что он действительно ни в чём не виноват. Быстро отсмотрев материал на высокой скорости воспроизведения, Степан отправился к раздевалке и прежде, чем зайти, постучал в дверь. — Рит, открой. Нам надо поговорить. Какое-то дежавю. Всю ночь ему снился один и тот же сон, не давая полноценно выспаться, где он стоит перед дверью и умоляет свою женщину открыть. Теперь этот же кошмар преследует его наяву. Да что за злой рок такой! Отныне у него прочно укрепилось мнение, что кто-то хочет их развести, и у него даже появился подозреваемый. — Рит, я захожу, — понимая, что ему не откроют, Стёпа приложил ключ-карту и зашёл в женскую раздевалку. Поначалу там было тихо, пока не раздался голос: — Если ты хоть на шаг ко мне приблизишься, я тебя пристрелю. Стёпа безошибочно определил, откуда он исходит — за вторым рядом шкафчиков. Тон весьма угрожающий. — Насколько мне помнится, при возникновении таких провокационных ситуациях мы договорились не делать поспешных выводов, — пытался донести очень важную информацию на данный момент Стёпа. Вдруг у неё и правда там пистолет? А Рита женщина горячая. — Помнится? — усмехнулась Власова. Вот и первая проблема от недосказанности — она не знала, что он начал вспоминать. Скажи он ей об этом хотя бы на день раньше, возможно, этого удалось бы избежать. — Послушай, — Стёпа стал медленно приближаться к источнику голоса, — нам действительно есть о чём поговорить. — Да ну? — снова ухмылка на его слова. Она по-прежнему отказывалась ему верить, особенно когда поняла, что его голос становится ближе. — Я же просила тебя не приближаться, — строгости в интонации было не занимать, но Стёпа не был бы собой, если бы не рискнул и повернул сразу металлическими шкафчиками. Там Рита его и ждала. С пистолетом на вытянутой руке. — Зачем ты пришёл? Весь вид её говорил о том, что приближаться не стоит, но внутренняя боль ощущалась сквозь слова. Он застал её врасплох — Рита не успела толком переодеться, наспех застегнув белую рубашку и то не до конца. В сочетании с распущенными волосами выглядело весьма эротично. — Тише, тише, — Стёпа инстинктивно выставил руки вперёд. И что ей сейчас сказать? Она ни видеть, ни слышать его не хочет, не то что бы пытаться поговорить и выслушать его, как она думала, оправдания. Для неё в этот момент было всё более чем очевидно. — Даже не подходи, — лёгкая дрожь в голосе и руках. Как же она себя ненавидела за это! И за то, что доверилась ему. Ведь это уже не тот Стёпа, которого она полюбила. Сколько бы она себя не обманывала. — Ладно, — Данилову ничего не оставалось, кроме как повиноваться ей. Поначалу. — Как скажешь. Хорошо. Только я тут одно интересное кино нашёл… — Какое ещё нахрен кино?! — вспылила Власова. Стёпа медленно потянулся к карману брюк и достал оттуда телефон, при том не сводил глаз с пистолета, который всё ещё был направлен на него. — Ты же всё равно собираешься меня убить, — пожал плечами мужчина и протянул ей свой мобильный. — Будем считать, что это моё последнее желание. Посмотри. Сначала Рита смотрела на него с недоверием, опаской, но любопытство взяло верх. — Что там? — она не спешила приближаться и не подпускала его точно врага, предателя. Таковым он, по сути, и был для неё в данную секунду. — Просто посмотри, — просил её Степан, — а потом делай, что хочешь. Не смотря на то, что в него вот-вот могли выстрелить, Стёпа выглядел очень уверенным в себе. — Потом можешь убить меня, — продолжал он. — Ты же всё равно это сделаешь? Поэтому я прошу тебя сначала посмотреть, а дальше поступай, как знаешь. Они были на расстоянии десятка шагов друг от друга и Рита не хотела подпускать его ближе — слишком больно даже видеть его. Однако что-то внутри повиновалось. — Телефон на скамейку и два шага назад, — чётко скомандовала она. Стёпа сделал всё так, как она сказала, снова поднимая руки, чтобы Рита их видела. Немного помедлив, Власова подошла ближе и взяла в руки предварительно разблокированный телефон. Хотя пароль она и так знала — раньше это была её полная дата рождения. Теперь поменял, наверное. Зачем иметь лишнее напоминание о жене, которая перестала быть важным человеком в его жизни? Не опуская пистолет, Рита всмотрелась в картинку — Стёпа запустил видео и первые секунды пока ни о чём не говорили. То была запись с камеры наблюдения в пустом гараже. Рита обратила внимание, что видео — ускоренное, а судя по времени в это время она была на выезде с Лёней. Настал момент, когда гаражные ворота открылись и с этого момента Рита переключила скорость воспроизведения на обычную. Стёпа вернул внедорожник в гараж: поставил его на место, расписался в журнале, поставил на охрану и ушёл. Ну и что? Зачем ей эта информация? — Ты дальше смотри, — деликатно попросил Данилов, замечая перемены в её лице, полном непонимания, для чего она вообще это смотрит. Когда гараж опустел, Маргарита снова сделала воспроизведение быстрее ровно до того момента, пока в помещении не появился человек в жёлтом костюме для работы с токсичными реагентами. Очень странно. Человек огляделся. Понять, кто это — весьма непросто. Судя по тому, как эксперт шлёпал в больших сапогах, костюм явно был не его. То есть, по комплекции уже не определишь. Человек подошёл к машине и снял её с сигнализации, после чего из непрозрачного пакета извлёк что-то маленькое, чёрное и очень похожее на то, что Рита там сегодня нашла. Какое-то время неизвестный копошился в салоне, видимо думая, куда лучше припрятать, а после запер машину, как ни в чём не бывало и быстро ушёл из поля зрения. Видео на этом и закончилось. Стёпа смотрел на свою жену, такую потерянную и ничего не понимающую, но самое главное — опустившую пистолет, — и решил первым с ней заговорить. — Когда я переносил видео к себе, то видел, как ты их нашла. Честно, на твоём месте я тоже мог подумать всё, что угодно… — Но только не это, — завершила мысль Рита сначала несколько подавленно из-за того, её так ловко обвели вокруг пальца, но потом в ней проснулась настоящая ярость. — Я сейчас просто пойду и покалечу их всех. Буду медленно убивать до тех пор, пока не выясню, кто этот интриган. И вообще… Степан не дал закончиться этой тираде и стал размеренно приближаться к Рите, после чего мягко забрал пистолет из её руки и убрал за пояс. — Не нужно. Я уже почти на сто процентов уверен, чьих рук эти пакости, — замечая, что Рита хочет его перебить, он всё равно продолжил: — и я сам поговорю с этим человеком. Мне важно знать мотив. — А что, до сих пор не понятно? — всё ещё не усмирившая свой внутренний шквал эмоций Рита вскинула на мужа красноречивый взгляд. — Кому-то очень выгодно, чтобы мы поссорились, и если я только узнаю, кто за всем этим стоит… В общем, этот деятель может писать завещание. — Рита, — пытался воззвать к её рассудку Стёпа, — позволь мне со всем разобраться. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь и ты можешь злиться сколько угодно, только ничего не изменится, если действовать будешь ты, не я. Разговор должен инициировать только я сам. Так будет правильно. Потому что, в какой-то степени, я всё это допустил. Маргарита не совсем понимала, о чём он, но решила довериться. Стёпа так улыбался, так снисходительно смотрел на неё… И тут до неё дошло, что вообще-то она до сих пор в полурастегнутой блузке, из-под которой видно красивый и между прочим её любимый бледно-розовый бюстгальтер. Абсурдность ситуации заставила её рассмеяться. Следом рассмеялся и Стёпа. Да уж, их антикупидон явно не ожидал такого поворота. — Жаль. Тебе так больше идёт, — отметил Данилов, когда Рита всё же решила застегнуться. Её пальцы не слушались не только из-за плохо контролируемых чувств. Близость мужа творила с ней что-то неописуемое. Положение дел было поистине нелепым. Рита осознавала это, но ей не было стыдно или некомфортно. Пусть знает, что бывает, когда он будет давать поводов для ревности. А то он забыл. Пришлось напомнить. — У нас выходит не ФЭС, а кружок заговорщиков, — Маргарита вернулась к своему шкафчику, чтобы убрать выездную форму. Стёпа терпеливо её ждал — вот теперь точно она никуда от него не денется. — И как ты вышел на подозреваемого или подозреваемую? — Вспомнил кое-что, — уклончиво ответил Стёпа, зарождая у Риты больший интерес к себе. — И что же? — она обернулась, выжидая ответа поконкретнее. — Что подобным образом нас не первый раз пытаются рассорить, — уверенно ответил он, выдерживая прямой зрительный контакт. А Рита умела одним только взглядом заставить говорить. Интересно, как надолго его хватит? — Данилов, ты серьёзно? — она не уступала. Это не конкретное воспоминание, а ей было так важно узнать, что он возвращается. Очень важно. — Мы действительно будем обсуждать это в женской раздевалке? — Степан окинул взглядом помещение и казалось бы совершенно незаметно сократил расстояние между ними. — Давай поступим так: ты поедешь домой, поспишь, отдохнёшь. А я отработаю смену и вечером заберу тебя. Мы поедем в то место, где спокойно можно поговорить абсолютно обо всём. Из-за этой внезапной нервотрёпки Рита совершенно забыла, что она зверски устала и вдруг почувствовала, как старательно отодвигаемый сон стал накатывать на неё. Стёпа тоже это заметил. — Ладно, — неохотно согласилась она, подавляя желание выяснить всё прямо здесь и сейчас. — Я домой. И если найдётся обладательница трусиков скажи ей пожалуйста, чтобы больше в таких местах не теряла. Иначе… Ну, ты знаешь. — Конечно знаю, — обезоруживающе улыбнулся Стёпа.