Часть 1. Кот, который умеет слушать

Вечер впустил в подъезд холодный осенний воздух. Юна шла медленно, волоча за собой невидимый груз усталости, который тянул её плечи к полу. Проект, дедлайны, бессмысленные придирки начальницы — сегодня всё было особенно мерзко. Единственной мыслью, согревавшей её весь день, было: «Приду домой, позвоню Джину, и всё наладится». Она уже нащупывала ключи, когда телефон дрогнул в кармане. Одно короткое уведомление. Слишком короткое, чтобы не предвещать беды. «Юна, нам стоит расстаться». Слова расплывались перед глазами, вонзаясь в самое нутро ледяными осколками. Она прислонилась лбом к холодной поверхности двери, пытаясь вдохнуть, но горло сдавило тугим спазмом обиды. Ещё одна попытка — и тишину подъезда разорвал сдавленный всхлип, а за ним хлынули слезы, которые она больше не могла сдержать, сползая по двери на пол в пыльный угол у порога. В один день рухнуло всё — работа, планы, любовь. Само ощущение опоры. Внезапно что-то тёплое и упругое коснулось её колена. Юна вздрогнула, поднимая, залитые слезами, глаза. Перед ней, грациозно запрыгнув ей на ноги, уселся кот. Глубоко-чёрный, как ночь без звёзд, с шерстью, отливающей синевой под тусклым светом лампочки. Но больше всего поразили его глаза: не привычные жёлтые или зелёные, а янтарно-золотые, невероятно умные и… внимательные. Кот мягко коснулся её ладони влажным носом, затем повторил движение, настойчиво, но удивительно тактично. Из его груди поднялось низкое, обволакивающее мурлыканье — ровное, успокаивающее, как далёкий шум прибоя. — Почему ты…? — выдохнула она, голос хрипел, будто прошёл через стекло. Пальцы дрожали, когда она осторожно провела по тёплой, шелковистой шерсти и почесала его за ухом. Он прикрыл глаза, урчание стало громче. — Понимаешь… — начала Юна, чувствуя, как ком снова подступает к горлу, — вкладываешь в человека всё, строишь планы, веришь ему… А он просто пишет сообщение. Даже голоса своего не нашёл… — пожаловалась она. — Спасибо, что выслушал, малыш. Кот, словно сообразив, что его миссия выполнена, позволил ей почесать себя ещё минутку, а потом ловко спрыгнул с её колен. Сел рядом, ещё раз посмотрел на неё своими пронзительными янтарными глазами, и вдруг… будто кивнул. После чего лёгкой тенью, бесшумным пятном ночи, скользнул по ступенькам и растворился в полумраке лестничной клетки. Юна с минуту смотрела ему вслед, ошеломлённая. Слёзы высохли, оставив после себя лишь тихую, тянущуюся пустоту и странное чувство, что её не просто услышали, а поняли. А после, собрав остатки сил, она поднялась, открыла дверь и шагнула в темноту холодной квартиры. А в подъезде, на ступеньке лестницы, ведущей на крышу, чёрный кот остановился и оглянулся на закрытую дверь. В его умных золотых глазах мелькнула вспышка не кошачьей, а почти человеческой грусти.