Глава 1. Ого, вау

- Оцепи периметр. Зелёные глаза внимательно осматривали местность вокруг: недавно выложенная брусчатая дорожка, аккуратно высаженные в ряд кипарисы, заброшенный на момент не сезона верёвочный парк, просторная площадка, на которой когда-то стояло колесо обозрения. Смысла в нём не видел никто, ведь что тут можно увидеть? Вокруг непроглядная зелень, спортивный комплекс «Спартак» и высотки. Даже моря с этого места не видно, хоть до него и рукой подать. Поэтому там осталась только металлическая конструкция, отдаленно похожая на свёрнутую подпорку для самого колеса. И всё. Казалось бы, спокойное место, отрешенный кусочек алуштинского приморского парка.  Сейчас это место было в разы оживленней, чем буквально пару часов назад. Местные зеваки столпились вокруг красно-белой ленты, пожилые пары хватались за сердце, но всё равно оставались стоять на месте, множество людей в форме и без, стоящие внутри своеобразного прямоугольника и периодически вздрагивающие от резких щелчков, издаваемых фотокамерой. И вообще, казалось, что здесь собралась добрая часть населения города, которая жила в нём вне зависимости от времени года. - Мирный, я что, должна сама отгонять их всех? В чём дело? Высокий парень слегка засуетился, осмотрел щенячьими карими глазками шумящую и отвлекающую следователей и работников полиции от их прямых обязанностей толпу и начал действовать, деликатно отталкивая непрошеных зрителей от оцепленного ранее места. - Он новенький, давайте п… - Давайте без давайте. - Достаточно грубо отрезала высокая девушка с коричнево-вишневыми завитыми волосами и ярким макияжем, подчеркивающим её шоколадные глаза. - Я поняла. Извиняюсь за резкость. - Ответила светловолосая девушка, что была пониже предыдущей.  - Кто здесь Никерова Алиса Владимировна? - Проговорил недавно подошедший начальник полиции города Алушты. - Я. - Отозвалась всё та же низкорослая девушка с зелёными глазами и осветленными волосами.  - Докладывайте. - Товарищ капитан, мы из разных служб. Доложу в своей манере, если вы не будете против. - Да, да. Давайте. - Слегка под-расслабившись ответил пухленький мужчина средних лет, вглядываясь осуждающим прищуром в образ достаточно молодой для своей должности Никеровой. - Девушка, приблизительно 26-27 лет. Смерть наступила от переохлаждения и внутренного кровоизлияния в мозг в последствии нанесения удара чем-то тяжелым, - На этом моменте разговора главный следователь слегка покосилась на склонившуюся над трупом кудрявую брюнетку. А та, в свою очередь, обернулась, кивнула и вернулась к исследованию сия творения чьей-то жестокости. - По мягким тканям около двух часов назад. Умерла сразу. - Ну, что ж. Спасибо за подробное изъяснение. - Мужчина криво усмехнулся, но тут же вернул серьезную физиономию на свое достаточно комичное лицо: красные большие щеки, узенькие серые глаза, губы, сложенные, как говорят в народе, в «куриную жопку», тоненькие седые брови и огромный нос картошкой. - Вы же с Симферополя? - Да. - А что ж вас сюда прислали? Боятся, что у нас что-то не под контролем? - Скептичный прищур и едкий тон полицейского заставил девушку неприятно поёжиться и фыркнуть. - Нет. Просто ваш следователь в отпуске, поэтому Главное следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Республике Крым и Севастополю решило перенаправить меня на помощь к вам. Но, - Она быстро выставила перед собой указательный палец, останавливая возмущенную тираду от напыщенного фазана полиции. - Это только на сегодня. Мы сейчас тут всё осмотрим, заберем материалы для дальнейших исследований и остальные доработки будем пересылать вам по внутренней почте. Это вас устроит? - Ещё бы. - Злостно фыркнул мужчина, заприметив на лице следователя добрую улыбку, и как можно быстрее удалился к своей служебной машине. - Ну и придурок же этот… кто это вообще был? - Подойдя ближе к Алисе, тихо проговорила высокая девушка. - Начальник отдела полиции города Алушта, товарищ Живчук. - Ну и гнида этот Живчик. - Пробурчала кудрявая брюнетка, поравнявшись с девушками.  - Гульчин. - Тихо посмеялся главный следователь и, выдохнув, продолжила общаться с коллегами, которые находились поблизости. Время тянулось подобно патоке, вытекающей из только вытянутых сот. Многие сотрудники уже бродили из стороны в сторону, меряя квадрат своими метровыми шагами и хмуро поглядывая в сторону главного следователя и её коллег. Полицейским тут делать было уже нечего, они прочесали округу и, что и следовало ожидать, ничего не нашли. И теперь им оставалось только стоять и почесывать пустую репу в надежде, что совсем скоро их отпустят греться стаканчиком кофе из автомата. - Вот просто объясните мне, товарищи полицейские. - Подлетела к группке мужчин средних лет невысокая брюнетка с красными прядями и серо-зелёными глазами. - Как вы прочесывали местность, и не заметили этого!? - Она сорвалась на крик. Ей, как и всем здесь присутствующим, просто хотелось уехать и засесть в Симферопольском кабинете вместе с Алисой до самой ночи. Но нет, она должна подметать хвосты за идиотами, которые даже не знают, что такое «осмотрите периметр на наличие улик». - Даш, что такое? - Алиса быстрым шагом направилась в сторону шума и, увидев своего заместителя, положила аккуратно руку ей на плечо. - Эти… - Она смерила яростным взглядом присутствующих и, фыркнув, продолжила, уже смотря в ярко-зелёные глаза подруги и, по совместительству, главного следователя. - Полицейские при зачистке не заметили царапок на кипарисе возле тех балок, - девушка махнула рукой в сторону веревочного парка, от которого остались только высокие деревянные столбы и металлические подпорки. - Ещё и лопату, на которой остались следы крови. -Что ж. - Светловолосая выдохнула, слегка сжав кулаки, и, поиграв еле заметными из-за пухлых щек желваками, хлопнула в ладоши. - Забираем предположительное орудие убийства, Насть, - Она подозвала к себе высокую девушку с завитыми волосами. - Сфоткай засечки. Гульчин, возьми образцы с местности, и по машинам. Не хочу больше здесь оставаться.

***

Размеренный гул двигателя успокаивал. Он позволял раствориться в своем монотонном урчании и не заострять внимание на неприятной погоде, людях, для которых правила дорожного движения - пустой звук. В тишине можно слышать себя. В тишине можно выдохнуть и поговорить с собой, понять, почему тревожные мысли никак не отпускают. Именно так и проводила свой относительно свободный час от коллег и прямых обязанностей Алиса. Её руки совершенно расслаблено лежали на руле служебной «тойоты камри», глаза чётко смотрели перед собой, а головой она была где-то очень далеко, за пределами крымских гор. В голове роились мысли и вопросы о всяком: какая погода сейчас в Симферополе? Как много осталось дописать особо важных документов? Когда назначат следующую встречу с вышестоящим руководством? Что произошло с той несчастной, чье дело великодушно сгрузили на их отдел? Почему именно следователь? Последний вопрос не давал ей покоя уже который год работы. Не сказать, что она была не довольна выбранной профессией. Вообще об этом даже зарекаться нельзя было - всё её нутро жаждало интриг, расследований, заговоров и загадок, связанных с человеческой природой. Но в момент поступления она не учла совсем маленькой, но уж больно существенной детали: реальность не книга и не фильм. Здесь, в мире, наполненном зависимостями, безработицей, отсутствием нормального обеспечения общества деньгами и необходимыми для жизнедеятельности средствами почти не будет места для раскрытия серийных убийств и внедрения в подпольную группу сектантов с целью дальнейшей её ликвидации. И, к сожалению или к счастью, она это поняла только поступив на гос службу. Но даже так, вопрос, касаемо выбора был направлен скорее не на то, чтобы пожалеть себя и выяснить, почему нельзя было взглянуть на не менее перспективную профессию, которая в будущем могла бы без особых усилий озолотить и её, и её семью. «Почему именно следователь?» - вопрос для понимания себя, своей собственной натуры и анализ мира у себя в голове. Она хоть и повстречалась в детстве и в подростковом возрасте со многими проявлениями человеческой жестокости, о которых настойчиво продолжает молчать в разговорах даже с близкими людьми - ей никогда не хотелось особо так продолжать встречаться с этим в жизни и стоять на страже правосудия. Скорее наоборот: душа Алисы была нежной и очень тёплой, как подснежник ранней весной. Ей всегда нужны были лишь ответная забота и ответное добро, а никак не картины, созданные человеческим гневом и не людской жаждой крови. Но что-то в голове перемкнуло, когда их, как и всех одиннадцатиклассников, начали агитировать проходить государственную службу с дальнейшим продвижением в разные подразделения. И вот главной её задачей было понять, что именно сподвигло её нежную натуру самовольно нырнуть в мир жестокости и черствости.  Главным следователем она стала относительно недавно, отчего её самоощущение ещё страдало. Даже не из-за её каких-то сомнений или мыслей о своей проф непригодности. Из-за окружающих ее людей. Подруги Никеровой, которые были ее непосредственными коллегами - Анастасия, Гульчин, Алиме и Дарья - всегда поддерживали девушку и старались отстаивать ее честное имя в моменты, когда она сама этого сделать не могла. Близкий круг общения вне работы, который составляли три абсолютно разные девушки - Екатерина, Диана и Ариана - тоже защищали в меру своих возможностей нежный цветочек от заморозок и порывистого ветра. Но было очень много людей, которые завидовали, которые считали, что Алиса слишком юна для такой высокой и ответственной должности. И эти все высказывания, облаченные в не очень хорошую форму, лишь подпитывали внутреннюю неуверенность девушки. И Никеровой было безумно приятно от защиты близких, только порой она была чрезмерна. Ей было понятно беспокойство её подруг, было понятно, почему так сильно её стараются опекать. Но она не была слабой. Несмотря на внутреннюю доброту и ласковость, в душе Алисы всегда был очень твёрдый стержень. И хоть она была ярка в выражении своих эмоций и не считала нужным скрывать их, в особо стрессовых ситуациях она проявляла стальную выдержку и холодную уверенность, которые не раз спасали её коллег от импульсивных действий, способных лишить их жизни.  Завернув на нужную улицу и осторожно припарковав машину на служебной стоянке, девушка заглушила мотор и тихо выдохнула. Не особо хотелось возвращаться в душное здание, в котором обязательно придётся держать дежурную улыбку и не позволять кому-либо увидеть её слабость или нехорошее расположение духа. Но, что поделать. - Долг зовёт! - Весело прозвучало со стороны водительской двери.  - Насть… - Алиса, выйдя из машины, заговорщически улыбнулась и хитро сощурилась. - Че ты хочешь? - На лице девушки ещё шире расползлась улыбка, когда она увидела не свою подругу перед собой, а настоящую лису. Не зря у неё был именно такой позывной. - А ты не хочешь там… за кофе сходить? - Ну пойдём. - Театрально вздохнула фотограф, будто бы сама не хотела отсрочить момент захода в нерадивое здание. И вот опять же, нельзя сказать, что Анастасии уж очень не нравилось место её работы. Наоборот, она была единственным человеком из их небольшой компании, который хотя бы косвенно связал свою жизнь с тем, о чем мечтал ещё с подросткового возраста. Почему косвенно? Ну, когда ты говоришь о том, что хочешь заниматься профессиональной фотографией, то ты подразумеваешь фотосет спортивных мероприятий, красивые фотосессии историй любви, магических существ, фольклорных рассказов, но никак не фотографии на пленочный и обычный фотоаппараты трупов, мест преступлений и улик.  На самом деле идея стать фотографом-криминалистом появилась не только от искреннего желания Насти исследовать криминальную жизнь и быть внутри неё. Ещё она была очень преданным и добрым человеком, хотя мало знакомым людям она такую свою сторону не покажет никогда и ни за что. Она, познакомившись и привязавшись сначала к Алисе, а потом и к Алиме, Гульчин и Даше, твердо для себя решила, что не позволит ничему и никому разлучить их. Ещё и узнав, что Даша с Лисой попали в одну контору после окончания ВУЗа окончательно и бесповоротно убедила себя в необходимости быть с ними рядом. Особенно с Никеровой. Как бы там ни было, лучшей подругой Анастасия считала именно главного следователя. Они были подобно огню и воде, что находятся в безмолвном согласии и в безоговорочном балансе на границе своей температуры. Алиса - океан, таящий у себя на глубине как тайны, так и подводные течения, способные поднять и утихомирить шторм с волнами, которые по величине приравнивают к мощнейшему цунами в истории. Кальянова - вспышка, искра, молния, разряд, который пробегает по коже, оставляя за собой безумно красивый, но опасный шрам в виде розово-фиолетовых веточек. Если следователь - тайфун, то фотограф - пожар. И они сталкиваются где-то около лесной чащи и растворяются в своих собственных переживаниях, которые друг другу рассказывают.  На небольшой сделанный под мрамор столик опустилось три бумажных стакана с одинаково горьким кофе с лёгким привкусом молока. - Что думаешь, Даш? - Никерова аккуратно откинула небольшую заклепку на крышке стаканчика до еле слышного щелчка и с нескрываемым удовольствием вдохнула слегка терпкий аромат свеже сваренного крепкого напитка. - Да что, поссорилась, наверное, с мужем. Ну, или обычное похищение бухим чуваком, который когда увидел, что случайно убил - убежал, и даже не подумал, что, как бы, надо бы убрать за собой. - С лёгкой ухмылкой проговорила это всё заместитель главного следователя, у которой были достаточно необычные и выразительные серо-зелёные глаза, цепляющие своей глубиной и хладнокровной рассудительностью.  - Ну, если он был без перчаток, то нам повезло. - Пожала плечами Настя и сложила аккуратно ладошки на стаканчике, немного согревая их.  - Были бы нормальные преступления, а не это подобие на… побег. - Последнее слово Дарья будто бы выплюнула, показывая всё своё пренебрежение к этим «любителям» и к очень скучному в сравнении с советским союзом временем. Да, у нее тоже был профессиональный голод. Было противно от осознания, что годы ответственной службы, отсутствие каких-либо проблем с руководством и отличительное умение быстро ориентироваться на местности  девушки должны прогнивать на подобных вызовах. Конечно, никто, и она в том числе, не спорит, что спокойное время - чудесное время. Но смысл тогда в такой профессии, как следователь?  Даша была исключительным человеком и действительно талантливым следователем. Они с Алисой были удивительной силы дуэтом, которые раскрывали бытовые дела на раз и два, абсолютно не сосредотачиваясь на деталях, ведь и так всё было предрешено и понятно. Но если брать отличительные черты Бальдоновой, то это была строгость к самой себе и доброта к тем, кто сумел подобраться к ней поближе. К тем, кого она может со спокойной душой назвать друзьями и подругами. Девушка была чистейшим интровертом, за что получила свой позывной - Тишь, исходя из того, что она всегда действовала максимально осторожно и тихо. Ещё эта закрытость от мира сего могла осложнять её обыденную жизнь, но на помощь ей всегда приходили подруги, прекрасно понимающие ситуацию и не желающие как-либо даже не то, что упрекать, а вообще - менять эту черту девушки. Ведь, как бы там ни было, это её изюминка. Только ей присуща такая чудесная версия интровертности. - И всё же, что т… - Наводящий вопрос от Алисы к Насте, дабы продолжить действительно интересный им троим диалог, прервала ощутимая ритмичная вибрация, исходящая от телефона главного следователя. Она с нескрываемым раздражением посмотрела на экран, где увидела имя и фамилию человека, который решил потревожить их чудесные посиделки. И, заприметив того, чей вызов нельзя проигнорировать, вся подобралась и перетянула зеленую кнопку из одного угла в другой. - Да, Арс. - Привет. - На той стороне провода раздался бархатистый низкий голос мужчины. - Алис, я знаю, что и без того тебя нагрузили сейчас алуштинским делом, но… можешь со своими съездить на Пневматику? Там подозрения на начало серии. -Ого. - Даже с учетом того, что она прямом сейчас была на связи с достаточно уважаемым прокурором Крыма, но, всё же, другим, ей было уж слишком тяжело сохранять хладнокровие и никак не выразить то, что новость от него выбила из её лёгких запасы воздуха. - Эм, что ж. Через минут тридцать подъем. - Спасибо. Потом отчёт мне на почту кинешь. - Так точно. Положив на стол телефон экраном вниз, Алиса смерила ошарашенным взглядом затихших подруг, которые очень внимательно следили за тем, что происходило с Никеровой. - Что Паж хотел? - Назвала прокурора по позывному Настя без задней мыслей. Сейчас она была полностью поглощена реакцией впереди сидящей зеленоглазой девушки. - У нас… - Она давно с этим не встречалась. Очень давно не разбиралась с… - подозрение на начало серии. - Ну нихрена. - Кратко и емко прозвучало с обеих сторон. И правда. Нихрена себе.