Часть 2. Глава 1. Пасмурный день

Было пасмурно. Приятно было бы выйти в такую погоду на улицу, после стольких жарких, душных летних дней выжидания. Но сейчас не до прогулок: чемоданы упакованы (сколько их там...вещей у неё почти не было, и новых как-то не появилось), комната идеально убрана, ожидая прежних владельцев; даже как-то странно теперь думать, что больше сюда не вернёшся. Примерно последние пол года Виктория жила в этом странном доме, вместе с не менее странным, хотя и добродушным пожылим Профессором. Сельванус Келлтберн (ну что за имя такое, а?) был ворчливым, если дать ему волю – говорливым, но в остальном молчаливым стариком, на самом деле – лучшим собеседником. Иногда они могли часами сидеть за кухонным столом, с равным безразличием смотря на то, что называлось “обычным магическим завтраком” – они оба не умели готовить. А ведь при первом знакомстве Викторие стало не по себе от взгляда этого старика: обычно спокойного, но в минуты емоционального возбуждения – дёргающегося, постоянно меняющего направление и фокус. Да, при первом знакомстве она едва его не испугалась, хотя конечно этот невзрачный пожилой профессор явно не был главной проблемой Виктории на тот момент. Когда все началось...это казалось страшным сном. Посреди ночи у неё вдруг ужасно разболелась голова, сознание было рассеяным, было трудно дишать. Потом вдруг резко в глаза словно ударил свет, Виктория почуствовала жжение по всему лицу, как будто она окунула голову в пламя. Кончилось всё резко и со звоном – в их небольшом домике вылетели все стёкла. Потом было много всего: испуганные крики её приёмных родителей, шаги по всему дому, зажженный свет. Откуда не возьмись, в их доме оказались два незнакомых мужчин, которые быстро провели всех жителей по небольшому камину в другое место. Викторию в тот момент охватило странное чуство усталости и всепонимания. По этому ни краткое путешествие по камину с бутафорным огнём, ни сам факт столь екстренной эвакуации, ни короткий опрос от ещё одного незнакомца за столом в новой комнате, не смогли её удивить. У Виктории спросили её имя и точную дату рождения, отвечала она машинально. В таком состоянии ты особо не следишь за происходящим вокруг, отвлекаешся на посторонних только если к тебе обратились. Кажеться у взрослых были какие-то проблемы с документами. Её приёмная мать несколько раз повторила какое-то слово... “Дамблдор?” Интересно, что это? Им всем (Виктории, её семье и чиновнику за столом) пришлось немного подождать, пока из того самого камина, из которого они вышли, шагнул высокий и совсем седой мужчина, ну совсем дед. С ним дело явно пошло быстрее. Как потом Виктория восстановила в памяти, а потом и частично попросила профессора Катлберна повторить ей самое главное, выходила удивительная картина: только что, внезапно проснувшысь, Виктория выбила стёкла всего дома мощным выбросом енергии. Это была магия! Те незнакомые люди, которые так быстро увели их всех из дома – служащие в министерстве магии, куда поступил очень неожиданный сигнал о приминении магии в районе, в котором никаких магов зарегестрировано не было. Виктория знала, что её ростят приемные родители – это небыло тайной. Относились к ней ни хорошо ни плохо, но все вопросы, касающиеся её родных родителей игнорировались. А тут внезапно вскрылась удивительная вещь – оказываеться двенадцать лет назад эту никому не извесную пару нашел этот самый Дамблдор. Он передал им младенца, попросив их выростить девочку, предупредив, что рано или поздно могут начаться некоторые *странности*, и оставил телефонный номер, по которому с ним можно было бы связаться. Как потом узнала Виктория, это был номер одной хорошей знакомой Дамблдора, у которой был маггловский телефонный апарат. Таким образом, Виктория, которая до 12 лет не проявляла ни малейших магических способностей, вдруг эти самые силы...обрела? Нет, скорее они просто пробудились. Самым главным вопросом, которым она допекала старика Кеттлберна, был именно этот – как это произошло? Ну что случилось? Судя по невнятным ответам профессора, это было как-то связано с очень важными событиями в Хогвартсе, которые произошли как раз в ту ночь. *** Так Виктория рассталась со своими приёмными родителями. Если чесно, она уже вышла из той апатии, которая преследовала всю ту ночь, но все ровно не очень жалела, что пришло расстаться. Она никогда не чувствовала к ним какой-то привязаности, потому и воспринимала их, быть может, вечную разлуку, как временную. Виктория долго сидела и ждала, пока из камина не выпрыгнул ещё один старик. Тогда он протянул Виктории руку, его глаза бегали, то сужаясь то разшыряясь. Это выглядело страшно... Викторию вместе с профессором Кеттлбирном поселили в этом неприметном лондонском домике, на сколько смогла понять Виктория – это место было спешно выделено для неё министерством при поддержке Дамблдора. Первое время Викторию интересовала только её предистория. Старик на эту тему много не расказывал, но спустя несколько недель расспросов и выслушивания обрывочных расказов о старых временах, удалось выяснить главное: её родителей давным давно, когда ей было примерно год, убил один очень злой маг. Он много кого убивал – из злости, либо для удовольствия. Но с Викторией было иначе – её родители ЛЮБИЛИ ЕЁ! (да, одни на свете). Потому, когда родители сделали все для того, что бы Виктория не погибла (а большего, чем просто бездарно умереть они не могли), каким-то образом убийственное заклинание, направленное на Викторию, не поразило её, но сам злой маг вдруг изчез. После той трагедии Дамблдор поручил Викторию новым родителям. Вообще, имя Дамблдора звучало в разговорах профессора Кеттлбирна часто... - “Почему меня зовут профессор?” удивился старик. Такой странный вопрос прозвучал одним утром за очередным незамысловатым омлетом. “Я преподаю в Хогвартсе уход за волшебными тварями. Этим летом планировал отдохнуть на море, но как-то не задалось”. Виктория многое узнала о Хогвартсе: что это единственная магическая школа в Британии, что там периодически происходят несчастные летальные случаи с учениками, (и, естественно, что Дамблдор – лучший директор Хогвартса за всю его историю!). Все россказни про жизнь в Хогвартсе обычно касались очередной проблемы: недостатка персонала, смерти учеников, прорыва магической канализации, опять смерти учеников; одна история Катлбирна начиналась как незатейливое перечисление блюд, которые старик съел на праздник Тыквенного спаса, но и эта история кончилась сотнями отравленных студентов, переполненным больничным крылом и забитым поездом до Лондона на следующее утро. В общем, с одним стариком Профессором в качестве собеседника Виктория скучала. Исследовала свою временную комнату, читала попавшиеся под руку книги. Спустя несколько недель быт разнообразился небольшими уроками от Профессора Катлбрина – Виктория училась некоторым заклинаниям и магическим формулам; ради такого ей заказали индивидуальную палочку. Уже стало ясно, что Викторию готовят к поступлению в Хогвартс на второй курс. Они совсем не выходили на улицу. Это казалось странным, но первоначально Катлбирн не хотел об этом говорить совсем. Потом обмолвился, что до поступления в Хогвартс безопаснее быть в этом доме. Иногда, глядя на улицу через окно, Виктории казалось, что всё, что происходит там, на Лондонском проулке, происходит где-то далеко, в недостижимой реальности; либо казалось, что самого их дома вовсе нет, не существует для прохожих и почтальонов. В комнату зашел Профессор. Виктория поняла, что уже несколько минут смотрит, как за окном пошатывается чёрный экипаж без коней. Само по себе, экипаж – старьё, так ещё и без животной тяги? Оба – Виктория и Катлбирн, проследили за мужчиной, который вышел из кареты, подошел к входной двери и позвонил. Звук появился с опозданием, явно намекая на необходимость ремонта. Виктория и Профессор проследовали в коридор, и встретили гостя. - Жорж Озрик, отдел магической безопасности Министерства Магии, - назвался мужчина. - Мне поручено сопровождать вас на пути в школу Хогвартс. Также остаётся пара формальностей, которые мы удалим по дороге. Скорее, в экипаж! Виктория передала свой немногочисленный багаж, то и дело оглядываясь на кучера, который сидел перед пустотой, но тут Профессор Кетлбирн закашлялся, обдав чиновника и Викторию старческим смрадом. - По всей видимости, я не захватил свои вещи, - прокряхтел Профессор, - мы не задержим вас ни на мгновение, Жорж. Виктория, ты должна мне помочь. В своём чемодане, который стоял, видимо, ещё с приезда сюда, Профессор с пол минуты копался, и наконец нашел что-то, металлический блеск ключа на мгновение окрасился в синий. Кетлбирн протянул находку Виктории, и заговорщицким тоном сказал: “Старому деду учиться уже поздно, но доверять своему чутью должны не только молодые. Нам предстоит долгий полёт, эта безделушка так, на всякий случай”. Ключ в руках Виктории не отличался ничем от тысячи других (правда, был таким же старомодным, как и весь Катлбирн). - Это твой билет в Хогвартс, - подмигнул старик (асуждаем), - если наша карета по дороге вдруг случайно утонет, или нас собьют британские силы ПВО, портал доставит тебя прямо туда, куда надо. *** - Итак, раз мы уже в пути, можно приступить к формальностям, - Жорж Озрик покопался в своем несомненно магически изменённом сюртуке, и извлёк конверт желтого пергамента. Карета, несмотря на свой допотопный вид, изнутри была оснащена удобными сидениями, возможно даже новыми. Виктория выглянула в окно, надеясь увидеть как карета будет ехать без лошадей. Тут вдруг горизонт изогнулся, улица и дома вдруг просто стали менять свой угол наклона; было чувство, что это не карета достаточно круто взлетела, а весь мир вокруг кареты задвигался, начал оборачиваться и перемещаться. От такого несоответствия стразу подкатила рвота, потому Виктория снова села, и начала разглядывать письмо. Пока она читала достаточно стоковый текст, в котором явно было лишь вставлено её имя, и то не без ошибок; куда более интересным казался разговор Профессора и чиновника министерства. (В связи с особыми обстоятельствам, вас принято на второй курс школы чародейства и волшебства Хогвартс…) - Дом опечатан, вскоре его передадут магловским властям. Вскоре там будут жить новые люди… (Озрик). (Для изучения магии на втором курсе вам понадобятся следующие книги…) - Надеюсь инцидент с незнакомцами не повториться? Я имею в виду когда там будут жить новые жильцы. (Профессор). (Джилд Рой Локхарт сломал банши, Гилдерой Локхарт и Гули Гаддинг, праздник Гилда Роя Локхарта с Хэг…). - О каком инциденте вы говорите? (Озрик). - По моим сведениям, спустя всего пол часа после отбытия, на месте появились с пол дюжины неизвестных людей, которые обыскали дом, и … (…Путешествие с троллями с Гидлом Роес Локхартом. Гилд Рой Локхарт и Парусный спорт вампира, Гилд Рой Локхарт бродит с вампиром…) -…ничего не нашли. (Профессор). -На сколько мне известно…министерство не информировали об, мм… Взгляд чиновника пересекся с заинтересованным взглядом Виктории. Озрик сменил тему. - Тебе уже выдали палочку? Понимаю, что времени посетить магазин не было, но тем не менее… За окном проплывало Северное море. Карета, даром что без коней, преодолевала приличные расстояния, при этом двигалась всё ещё неровно, а рывками; при этом внутри казалось, будто карета стоит на месте. Чиновник усердно рылся в кармане, пока не достал ещё один маленький свёрток, и передал его Виктории. - Это мне было поручено вручить при личной встречи. Министр санкционировал организацию ещё одного канала связи с Избранной, поскольку ей, по всей видимости, суждено сыграть решающею роль в противостоянии с “наследством сами-знаете-кого”. В недоумении, Виктория развернула сверток, и обнаружила золотую монету, больше чем галеон, и даже больше, чем шоколадная медалька. Озрик, понизив голос, продолжал: - Министерство восприняло прошлогодний… инцидент в Хогвартсе как возобновление угрозы со стороны того, что осталось от того-кого-впадлу-называть. Был убит учитель. Начиная с этого учебного года Министерство, в сотрудничестве с Хогвартсом, начнёт подготовку к возможным неприятностям… Были разконсервированы некоторые участки отдела Тайн. По запросу об том-кого-не-называют, было найдено пророчество. Содержание неизвестно, но по всей видимости Виктория упоминается в нём… Поверхность золотой монеты была ровной только первые мгновения. Как только взгляд остановился на статичном рельефе, он тут же пришел в движение, переливаясь словно бездонное золотое озеро. - И министерство явно хочет подсуетиться, и взять контроль над возможным оружием против Него? – лицо Кетлбирна выдало что-то похожее на ироничную улыбку. - Спрячь пока это, Виктория, - попросил чиновник. Ему явно не хотелось, что бы монету рассматривали долгое время. Но монета была слишком интересная – она притягивала, узор, украшавший её постоянно менялся, даже пальцы начинали потеть от жгучего интереса. Вдруг, из кармана Кетлбирна с грохотом выскочил странный волчок, и с не меньшим шумом начал вертеться на полу, подпрыгивая, все быстрее и быстрее. - Извините, мой вредноскоп вечно неисправен… - Кетлбирн наклонился за странным предметом, его лицо ещё не утратило ироничную улыбку, но глаза выдавали насмешку. Виктория с шипением выпустила монету из рук – она далеко не метофорично обжигала кожу. Странное средство оплаты ещё не дотронулось пола кареты, как Профессор Кетлбирн уже заключил монету в что-то похожее на мыльный пузырь из своей волшебной палочки. Это, правда, не на много смягчило тот мощный и такой грязный взрыв, который последовал сразу же. Карету заволокло дымом, Виктория почувствовала как её хватает рука Профессора – старая, сморщенная, но такая ещё крепкая рука, которая толкнула Викторию в уже распахнутую дверь кареты. Достаточно было высунуть голову, что бы почувствовать, что за пределами зачарованного салона кареты их средство передвижения летело с приличной скоростью, и на немалой высоте. Вот только Виктория не высовывала голову, а была буквально вытолкнута на полном ходу, и уже летела в свободном падении вниз. Каким-то образом, в падении, удалось перевернуться, и взгляд теперь был прикован не к приближающимся раскатистым волнам Северного моря, а к отдаляющийся карете. Она вспыхнула, на этот раз не черным дымом, а ярким огнём. Не то изнутри, не то сработали пресловутые таинственные ППО… Виктория поняла, что сжимает в руке металлический ключ. Сразу вспомнилась формула заклинания телепортации…Даже не вериться, так странно, что что-то вообще произошло, и теперь Виктория попадёт в Хогвартс не на карете, запряженной ничем, а таким прямым, хотя и не менее магическим способом. Сама… Не хотелось пока даже думать, что произошло с ворчливым Профессором. В голове сами собой всплыли “ Круг, квадрат, круг, квадрат, треугольник”. -Портус, - прошептали пересохшие губы.