Часть 9

13 октября 2006 г. Гермиона 18:30 — Он что, умирает?! — раздался голос Драко. Гермиона застонала и побежала к двери, открыв которую увидела Тео, лежащего на кровати, устроившись на плече Драко с широкой ухмылкой. Блондин же, казалось, вовсе выжил из ума. Его рукава были небрежно закатаны, обнажая толстые розовые шрамы, которые она видела лишь один раз до этого, и тусклую, выцветшую татуировку. Скривившись и покраснев, он читал вслух «Прощай, оружие!». Она прикрыла рот ладонью, дабы не захихикать, когда Тео выхватил книгу и закатил глаза, словно капризный подросток. — Это довольно известная трагедия, идиот. — Я не знаю маггловских книг, придурок. Тебе обязательно все портить? Не можешь просто лежать и наслаждаться, пока я читаю? Тео слегка усмехнулся, закашлявшись. — Ладно-ладно, прости. Я не должен был спойлерить. Прощаешь? Он надул губы и похлопал ресницами, глядя на Драко, чьи щеки внезапно порозовели. Поморщившись, он уставился в книгу и возмущенно что-то пробормотал. Гермиона мягко постучала костяшками пальцев и полностью открыла дверь с легким скрипом. Тео тут же улыбнулся, в то время как Драко застенчиво спустил рукава, сбросив с плеча Тео, после чего схватил пальто и тихо сказал, что вернется позже. Какое-то время девушка стояла молча, Малфой же тем временем без оглядки пронесся мимо нее в коридор. Неловко переступив с ноги на ногу, Гермиона поджала губы и медленно подошла к стулу рядом с кроватью Тео. — Кажется, вы с Драко отлично поладили, — с улыбкой произнесла она, не сумев скрыть язвительный тон. Тео хихикнул и указал пальцем на флаконы с жидкостью, стоящие на тумбочке. — Как правило, наркотики сдерживают мою склонность к насилию. Не волнуйся, дорогуша. Очень скоро я снова встану на защиту твоей чести. — Ты испортил его книгу, — ухмыльнулась она, поправляя выбившуюся прядь его волос. — Полагаю, с него достаточно. — Это моя книга, — Тео нежно улыбнулся. — Но ты должна признать, что он очарователен, когда выходит из себя по мелочам, разве нет? Гермиона скептически взглянула на него. — Да, он довольно привлекательный, когда ведет себя, как ребенок. Проигнорировав ее явный сарказм, Тео закусил губу. — Ничего не могу с собой поделать. Я скучаю… — он замолчал, бросив на нее тревожный взгляд, после чего нервно откашлялся. — В любом случае, это всего лишь книга. Он переживет. Наклонив голову, Гермиона рассматривала его щеки, покрытые легким румянцем, а после покачала головой и решила отложить все свои вопросы на следующий раз. — Какой же ты идиот, Теодор. Я же говорила тебе не… Тео закрыл лицо ладонями и громко застонал. — Пожалуйста, только не начинай, Гермиона. Ты действительно считала, что после того, как пришла ко мне посреди ночи, вся зареванная и в синяках, я не захочу устроить Драко ад на земле? Я думал, ты умная. Гермиона сузила глаза. — Я говорила тебе, что все не так, как выглядит. — Тогда почему ты плакала? — настаивал на своем Тео. — Меня переполняли эмоции. Он бросил меня на пороге моего дома, словно это ничего не значило. Любая бы расстроилась. — Мне не нравится, что ты пришла ко мне, — прошептал он, уставившись на пальцы своих ног. Гермиона нахмурилась. — Прости? — Не очень-то приятно, когда тебя рассматривают в качестве запасного варианта. — Тео… Он лениво перевел взгляд на нее. — Ты использовала меня в ту, первую ночь. Я это понимаю. Все в порядке. И нет, я не жаловался тогда и не жалуюсь сейчас. Это была отличная ночь, да и утро тоже. Гермиона покраснела. — Но ты приходишь ко мне, чтобы рассказать, что идешь на свидание с Драко, делаешь мне лучший минет в моей жизни, после чего идешь к нему, трахаешься с ним и возвращаешься ко мне за утешением. Я не… Гермиона, я не буду твоим запасным аэродромом. Это несправедливо. Она выдернула волос из выбившейся пряди в попытке сдержать проступившие слезы. — Тео… Я не… Я не хотела, чтобы ты чувствовал себя так. Ты вовсе не запасной вариант для меня. Я просто не знаю, что я, блин, творю, — она болезненно засмеялась, когда слеза потекла вниз по щеке. — И это нормально, — ответил он, улыбнувшись, и ямочки на его щеках заставили сердце гриффиндорки растаять. — Не думаю, что кто-то из нас знает. Но пытаться понять, играя на чувствах других людей, — это пиздец. Она опустила взгляд на свои руки и кивнула. — Прости. Я… Последнее, что я хотела, это причинить тебе боль. — Все в порядке, — Тео пожал плечами. — Не в первый раз мои чувства не взаимны. — Тео, — Гермиона мягко коснулась его ладони. — Я никогда не говорила, что ничего к тебе не испытываю. Вспышка надежды мелькнула в его голубых глазах, однако быстро померкла. — Только не ври мне, потому что чувствуешь себя ви… — застонав, Тео схватился за простыни, превозмогая внезапную боль, однако все еще глядя в ее глаза. — Тео… — Просто приведи Драко, — процедил он сквозь зубы. Кивнув, Гермиона распахнула дверь и увидела Драко, стоящего, подперев подбородок рукой, у противоположной стены с книгой в руках. — Малфой, он… Драко тут же проскочил в спальню, стараясь не коснуться ее. Гермиона нервно переминалась с ноги на ногу в дверном проеме, наблюдая, как он быстро перебирает склянки в маленьком холодильнике рядом со шкафом. — Почему им не занимаются целители? — спросила она, однако вопрос остался без внимания. Ничего, кроме Тео, сейчас не имело значения. Гермиона поймала себя на мысли, что не может отвести от него глаз. Влив содержимое нескольких флаконов в рот Тео, Драко схватил маленькое полотенце и принялся вытирать капли пота на лбу своего друга. — Тебе лучше? Хватка Нотта ослабла, и он коротко кивнул, закрыв глаза, чтобы сосредоточиться на ровном дыхании. После одних из самых замысловатых движений, свидетелем которых когда-либо была Гермиона, луч света вылетел из палочки Драко, и в воздухе появился медицинский анализ. Как точно и красиво. Гриффиндорка задумалась о том, как долго он практиковал магию такого рода, ведь даже простой анализ требовал немалых знаний и усилий. Изображения жизненно важных органов Тео летали в воздухе, показатели пульса, состояния легких, уровня боли и, наконец, его магии менялись с каждой секундой. Гермиона, казалось, утратила способность дышать. — Я… Это… — Советник, вы должны уйти, — пробормотал Драко, пренебрежительно взмахнув палочкой, отчего тревожные цифры рассеялись в воздухе. — Ему становится хуже, — шокировано выдохнула гриффиндорка. — Советник… — предупредил Драко низким тоном. — Если бы ты просто рассказал мне… — Пожалуйста, — вздохнул он, глядя на Тео. — Остановись. Боль, с которой прозвучал его голос, заставила ее задуматься и впервые за последние несколько недель взглянуть на него. Он выглядел ужасно. Мешки под глазами могли посоревноваться с мешками Тео, светлые волосы растрепано торчали в разные стороны, словно он пытался выдернуть их собственноручно. Гермиона была уверена, что рубашка на нем — все та же, в которой он был, когда она видела его несколько дней назад, ведь ткань была помята до чертиков. При обычных обстоятельствах Малфой бы никогда не допустил подобного. Холодная тишина опустилась на них, отчего по телу гриффиндорки пробежали мурашки. Как вдруг Тео резко дернулся вперед с испуганными глазами. Струя черной жидкости вылетела из его рта с самым ужасным звуком. Густая субстанция расползалась по кровати, покрывая белые простыни у его дрожащих ног. — Черт, — застонал Драко, метнувшись в ванную за ведром. Он тут же бросился к Тео, крошечные черные капли покрыли белую рубашку Малфоя, пока его правая рука успокаивающе поглаживала Тео по спине. Дрожащими пальцами Тео схватился за стенки ведра, все еще тяжело дыша. Сердце Гермионы вдруг разбилось на части, когда он начал громко плакать, судорожно всхлипывая. — Я знаю… Знаю, как это больно. Прости меня, мне чертовски жаль, — надломлено шептал Драко в волосы своего друга, прижимая его к своей груди. Гермиона же застыла на месте, не в силах пошевелиться. Она никогда прежде не видела подобного. — Я сказал тебе уйти. Она моргнула несколько раз, прежде чем поняла, что он обращался к ней. — Ты что, шутишь? Такое произошло, а ты вздумал отчитывать меня? Тебя в детстве по голове ударили или ты просто умственно отсталый? Судя по выражению лица Драко, ему потребовалось все имеющееся самообладание, дабы не огрызнуться. — Советник, он не хочет, чтобы вы видели его таким. Я уверен, что он не ожидал увидеть вас в своем доме после того, как вы довели меня. Я пытался… — Только не надо корчить из себя благородного и делать вид, что я тут одна перешла черту. Нет! — злость достигла своего пика, и она рассмеялась. — Это полностью твоя вина, и ты говоришь, что я должна уйти? Ладони Малфоя сжались, когда он сделал медленный глубокий вдох. — Ты можешь прийти к нему завтра. — Да пошел ты, — прошипела она. — Прекрати. — Если бы ты, черт возьми, прислушался к нему, он бы не… — Довольно! Крик, сорвавшийся с его губ, казалось, едва не пригвоздил гриффиндорку к стене. Он буквально кипел, ярость, исходящая от него, была нацелена исключительно на Грейнджер. Она едва могла дышать, когда он аккуратно положил Тео на кровать, после чего повернулся к ней, сверкнув глазами так, что больница Святого Мунго вспыхнула бы в одно мгновение. Драко усмехнулся и сделал шаг навстречу к ней. — Ты… Его пальцы дернулись, и дьявольский огонь в зрачках вмиг рассеялся. Нижняя губа задрожала, а из глаз полились слезы. Гермиона открывала и закрывала рот, однако сказать что-то была не в силах. Она не знала, что делать, пораженная эмоциональным диапазоном стоящего перед ней мужчины. Драко схватил палочку и дрожащим голосом отправил сообщение. — Пьюси, свяжись со Святого Мунго. Сейчас же, — его голос сорвался на хрип, когда небольшой красный огонек сверкнул на кончике палочки и исчез. Споткнувшись, он сел на край кровати Тео, сотрясаясь в рыданиях. Дрожащей левой рукой он зажал рот в попытке подавить всхлипы. Сердце гриффиндорки разлетелось вдребезги. Она никак не ожидала увидеть нервный срыв Драко Малфоя. Однако вот он. Сидит перед ней. Полностью сломленный. Бледная рука Тео медленно коснулась пальцев Драко. Как бы он ни хотел утешить друга, стало только хуже. Очередной стон боли сорвался с губ Малфоя. Шлюзы открылись. Он крепко сжал ладонь Тео, после чего неожиданно встал и, обойдя Гермиону, быстро вышел из комнаты. Гриффиндорка бросила взгляд на Тео, в чьих глазах стояли слезы. — Мы в растерянности, Гермиона, — прохрипел он, глядя на место, где мгновением ранее сидел Драко. — Я не думаю, что кто-то из нас может дать тебе то, что ты хочешь. По крайне мере, сейчас. Она уже открыла рот, чтобы ответить, но Тео только покачал головой с грустной улыбкой на губах. — Иди домой. Проведи время с Пэнси или еще кем-то. Просто… Не волнуйся. Пожалуйста. Гермиона закрыла рот, застенчиво кивнув, после чего нежно поцеловала его в лоб. В комнату вдруг ворвался запыхавшийся Эдриан. Его волосы были растрепаны, а на шее виднелся огромный засос, когда он, наклонившись, уперся ладонями в колени в попытке отдышаться. — Предупреждать… Надо… — выдохнул он, словно только что пробежал марафон. Тео, закашлявшись, усмехнулся. — Эдриан, ну ты жеребец. Пьюси съежился под испепеляющим взглядом гриффиндорки. — Прости, я просто… — Почему здесь до сих пор нет целителей? — перебила она его, скрестив руки на груди. — Они должны проверять его состояние каждые полчаса. — Э-э, — застонал в поражении Эдриан. — Послушай, с ним все в порядке, так что, пожалуйста, не закатывай истерику. Они дали нам все, что нужно. Мы справимся сами, это не проблема. — Ты серьезно? — нахмурилась она, не обращая внимания на то, как Тео поморщился от ее визга. — Ему все равно нужны свежие простыни. Я найду Сэллоу. Эдриан нервно почесал затылок, когда она вышла из спальни, и повернулся к Тео. — Она ведь знает, что эльф появляется по щелчку пальцев? — Я все слышала, Пьюси!

***

17 октября 2006 г. 12:00 — Великий инквизитор, мне нужны отчеты по Лаути к концу дня, если это, конечно, возможно. Драко слегка замер, после чего кивнул и бросил взгляд на свои записи. Это превратилось в их повседневную рутину: вот так сидеть в одном кабинете, игнорируя существование друг друга, а после — работать как ни в чем не бывало. Гермиона фыркнула, в третий раз за последние двадцать минут перекладывая с места на место документы. Пэнси в попытке успокоить коснулась ее запястья и одними губами произнесла: «Просто дыши». Гермиона слабо ей улыбнулась. Она ведь сама этого хотела. Разве не так? Она ведь сказала ему держаться подальше. Или нет? — Давай пообедаем вместе, Гермиона. Что скажешь? — резко спросил Гарри, вырывая ее из потока собственных мыслей. Она наблюдала, как Драко встает и бесшумно выскальзывает из кабинета, не обращая внимания на пристальный взгляд Паркинсон. Глядя на то место, где он только что сидел, Грейнджер фыркнула, слегка нахмурившись от мысли о разговоре, который у них, скорее всего, состоится в ближайшем будущем. До кафе друзья дошли в тишине. Ни один из них не проронил ни слова, пока перед ними не появились тарелки. — Все в порядке? — нервно спросил Гарри. Гермиона закатила глаза. — Тебе что-то известно? Несколько раз он постучал пальцами по столу, раздумывая о том, что сказать. Плечи гриффиндорки напряглись в ожидании, в последнее время терпение не относилось к ее сильным сторонам. — Я знаю, что между тобой и Драко что-то произошло, — признался Гарри, не глядя на подругу. — Знаю, что сразу после этого ты пошла к Тео. А еще… — Да ладно тебе, — бросила гриффиндорка, прищурившись. — Если собираешься защищать его, то так и говори. Только избавь меня от этой притворной жалости. Глаза Гарри расширились в момент. Очевидно, он не ожидал такой вспыльчивости от своей школьной подруги. — Я просто считаю… — поежился он под ее пристальным взглядом. — Я пытаюсь понять, почему ты вообще развлекалась с Тео в тот, первый раз. — А почему я должна ждать того, кто никогда даже не пытался рассказать мне что чувствует? По крайней мере, Тео готов говорить о чувствах, — она сделала паузу, поднеся чашку к губам. После чего тихо прошептала. — И он мне понравился, если тебе интересно знать. — Ты даже не знаешь его. Ты переспала с ним однажды, а после этого он превратился в овощ. — И кто в этом виноват? — усмехнулась Гермиона, удовлетворенно глядя на растерянное выражение лица своего друга. Гарри закрыл рот и уставился в свою тарелку. Казалось, у него пропал аппетит. — Драко… Гермиона, он старается, — начал Поттер, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула. — Он через многое прошел. — Гарри, ты сидишь напротив своей лучшей подруги, которую он не просто унизил, а бросил на пороге, даже не пожелав спокойной ночи, будто подцепил меня где-то за углом. И это… — Гермиона усмехнулась. — Хотя лучше б так и было. Гарри нахмурился и наклонился вперед, сжав ее кисть. — Гермиона, я не хочу, чтобы ты думала, будто я не защищаю тебя. Ты одна из самых важных людей в моей жизни. — Но? — протянула она, зная, что за этими трогательными словами последует нечто не особо приятное. — Но он не бросал тебя. Знаешь, когда Драко Малфой в панике ломится в твой дом посреди ночи с руками, полными целебных мазей, это немного сбивает с толку. Если бы Пэнси не остановила его, я более чем уверен, он бы продолжил ломиться в каждую дверь в Англии до тех пор, пока не нашел бы тебя. Она нахмурилась. — Я… Подожди, что? — Он не захотел мне рассказывать, что произошло, но Пэнси намекнула, — он поерзал на стуле. — Ты имеешь полное право обижаться, Гермиона. Я ни в чем тебя не обвиняю. Но мне кажется, ты должна знать, что он не бросал тебя там. Губы гриффиндорки скривились. — Он все еще придурок. Ты не слышал, что он мне говорил. Это было так унизительно… А тот факт, что мне это понравилось… — она изо всех сил старалась не покраснеть. Гарри откашлялся. — Я знаю. Пэнси… Я в курсе того, что он сделал. — Почему тебе так не нравится Тео? Улыбка резко сползла с губ Поттера при резкой смене темы разговора. — Я этого не говорил. Но вы с Драко так давно… — О-о, вот где мои любимые министерские пчелки-труженики, — перебил Гарри знакомый голос. Гермиона резко повернула голову, широкая улыбка тут же сменила хмурое выражение лица, как только ее глаза остановились на Роне. Завизжав, она вскочила со стула и крепко его обняла. — Полегче, Ми, — усмехнулся он, целомудренно поцеловав подругу в щеку. — Не возражаешь, если я присоединюсь? Взволнованно закивав, гриффиндорка пододвинула еще один стул к их столику, после чего села, глядя на Гарри, на лице которого застыла странная натянутая улыбка. — О чем говорим? — небрежно бросил Рон, упираясь локтями в стол. Гермиона хихикнула. — Не смеши меня, тебя не было шесть месяцев, и ты счи… — О Малфое, — перебил ее Гарри, глядя на Рона так, что у Гермионы свело челюсти. — Мы говорим о Малфое. Выгнув бровь, Рон изобразил удивление. — А что с ним? Счастье от неожиданной встречи старого друга рассеялось почти мгновенно. Должно быть, они держали ее за дуру. Поразительно, какую наглость надо иметь, чтобы притворяться, будто они не спланировали этот разговор. Словно она не знала их как свои пять пальцев. — Вы серьезно? — усмехнулась гриффиндорка, Гарри же избегал ее взгляда. — Если вы что-то задумали, попрактиковались бы в умении врать. Вы придурки. — Гермиона… — начал он, но быстро замолчал под ее проницательным взглядом. — Гарри ошибочно полагает, что я не способна самостоятельно принимать решения, — прорычала Гермиона, вставая. Рон, сидящий рядом с ней, нервно поглядывал на Гарри. — Позволь мне хотя бы проводить тебя до кабинета? Она раздумывала над его предложением пару секунд, после чего кивнула и, развернувшись на каблуках, устремилась к лифтам. — Притормози, дорогая. Нет ничего плохого в том, что Гарри думает, что еще один взгляд на ситуацию поможет тебе сделать выбор, — мягко сказал Рон. — Мне не нужен еще один взгляд на ситуацию. Мне нужно, чтобы он занимался своей жизнью и держал нос подальше от моих проблем. — Я… — Рон проскользнул в кабину лифта следом за ней. — Я понимаю. Ты же знаешь, что всегда можешь поговорить со мной, стоит только позвонить… Но почему-то ты не хочешь держать меня в курсе своих дел. Легкий смешок сорвался с губ гриффиндорки. — В курсе дел… Обо мне и двоих самых неблагополучных мужчинах, что я когда-либо встречала? Рональд, поверь мне, ты не хочешь этого знать. Он вскрикнул, когда лифт затрясся и резко дернулся в сторону. — Мерлин, я и забыл, как сильно ненавижу эти штуки, — проворчал он, потирая рыжую голову, которой только что ударился. — Если это сейчас происходит в твоей жизни, то почему нет? Ми, позволь мне быть рядом. Пожалуйста. Она разочарованно фыркнула. — Я… Лифт внезапно остановился, и две поразительно светлые головы нарушили их уединение. Глаза Драко резко расширились в то время, как губы Луны растянулись в улыбке. — Гермиона! Я так рада тебя видеть! К огромному негодованию Грейнджер, эта девушка выглядела сногсшибательно. Острые черты лица делали ее похожей на вейлу, созданную природой для того, чтобы привлекать чужое внимание к своей персоне. Гермиона едва заметила объятия, в которые заключили ее фигуру. — Привет, Луна. Что ты здесь делаешь? — спросила она сквозь стиснутые зубы, наблюдая за тем, как Драко смотрит себе под ноги, залившись краской, отчего внутренности гриффиндорки скрутило от раздражения. — О, у меня были здесь кое-какие дела. Должна была встретиться с несколькими людьми, — произнесла Луна высоким, звонким голосом, идеальная улыбка расползлась на ее лице. Драко облегченно выдохнул, вероятно, услышав ответ Луны, что лишь сильнее разожгло пламя в душе Гермионы. — О, значит, вы двое… Серые глаза встретились с карими, когда Драко, нахмурившись, посмотрел на нее. Он искал в ее взгляде причину, по которой она стала задавать подобные вопросы. Гермиона проигнорировала его презрительное фырканье и посмотрела на Лавгуд, которая начала истерически смеяться. — О, Мерлин, нет, — пренебрежительно махнула рукой блондинка. Пламя затухло, вмиг сменившись смущением. Гермиона резко покраснела под пристальными взглядами всех присутствующих в лифте. — Извините, я… Ну… — Ми, идем, я провожу тебя до кабинета, — прервал ее несвязную речь Рон. Покраснев пуще прежнего, Гермиона склонила голову и вышла из кабинки лифта, не обращая внимания на Малфоя, чей свирепый взгляд, казалось, был готов прожечь дыру в голове Рона. — Было приятно увидеть тебя, Луна, — усмехнулся Уизли, обняв Гермиону за талию и уводя подальше от лифтов. — Взаимно! — крикнула блондинка вдогонку. Стиснутые челюсти Драко были последним, что она увидела перед тем, как двери с грохотом закрылись, и лифт унес их на другой этаж. — Ты такая же ревнивая, как и он. Если не больше, — с улыбкой пробормотал Рон. — Заткнись, — прошипела она. — Я много лет не видела Луну и подумала, что… Мне просто стало любопытно, проводят ли они время вместе. Вот и все. — Тебе будет сложно принять решение, если ты не честна сама с собой. — Ты даже не знаешь, что случилось, — простонала гриффиндорка, распахивая дверь кабинета и падая в одно из кресел для посетителей, подтянув колени к груди, словно обиженный ребенок. Рон усмехнулся. — Возможно, но я знаю тебя. Знаю, что ты всегда идеализируешь людей, и, когда кто-то не соответствуют твоим ожиданиям, ты пытаешься изменить его. Ты делала то же самое с Чарли и со мной. Гермиона нахмурилась, но промолчала, потому что просто не знала, что должна ответить. — Ему было тяжело от этого. Он был отчаянно в тебя влюблен. — А тебе не было? Рон грустно улыбнулся, задумчиво глядя на свои ладони. — Наша любовь была другой. Она была красивой по-своему, но травмирующей и болезненной. Мы не знали, какими мы будем без Гарри, и это убило нас в конце концов. Все, что между нами было, родилось из фантазии, будто мы идеально подходим друг другу, но мы расстались, сведя друг друга с ума. Гермиона нахмурилась, но все же кивнула. — Знаю, но… Рон, я не знаю, что делаю. Я чувствую такую опустошенность. Все время… Знаешь ли ты, как может быть неловко от того, что кто-то заинтересовался тобой только потому, что ты решил жить дальше? Уголки его рта дернулись в унылой, но понимающей манере. — Да, Гермиона. Ты однажды сделала это со мной. — Что, прости? — Ми, ты сделала это с Лавандой. Когда в моей жизни появился кто-то, помимо тебя, ты начала игнорировать меня, вела себя так, будто я стал отбросом общества за попытку найти свое счастье, — Рон пожал плечами. Желудок гриффиндорки сжался от нахлынувших воспоминаний. — Я никогда… Я никогда не думала об этом в подобном ключе. Я… Мерлин, мне так… Он замотал головой, слегка улыбнувшись. — Милая, это было так давно. Я просто пытаюсь объяснить тебе, что произошло. Иногда люди делают это непреднамеренно, просто они понимают, что их шанс ускользает. Гермиона кивнула, закусив губу. — Я думала… Ну, я считала, что знаю их достаточно хорошо. — С чего бы это? Ми, вы никогда не были друзьями. Они издевались над тобой в Хогвартсе. — Только не Тео, — застенчиво прошептала она. — И тебе ведь известно, что Драко извинился. — Да, но это не значит, что ты знаешь, какие они люди. Твои чувства основываются на физической привлекательности и на их вымышленных версиях, которые ты сама придумала. Но в этом нет твоей вины. Ты состояла всего в двух отношениях, одни из которых были построены на общей моральной травме. Никто не может быть идеальным, точно таким, как ты нарисовала себе в голове. С этим надо либо работать, либо попросту отпустить. Перестань цепляться за образы в своей голове и страдать из-за этого каждый раз. Гермиона удивленно выгнула бровь. — Знаешь, если ты когда-нибудь решишь уйти из Пушек, можешь стать замечательным психологом. Он улыбнулся. — Лестно, но я сомневаюсь в этом. Я просто знаю тебя, и я знаю, что у тебя все будет в порядке. Не загоняй себя в строгие рамки. Оно не стоит того, побереги нервы. Склонив голову набок, она вздохнула. — Это все неважно, я пытаюсь сосредоточиться на работе и… Дверь внезапно распахнулась, и в кабинет ворвался запыхавшийся и вспотевший Дэниэль Крессуэлл. — Советник, у нас проблема. Вскочив с кресла, Гермиона извиняющим взглядом посмотрела на Рона, который лишь улыбнулся в ответ. — Иди. Я задержусь в городе ненадолго. Мы наверстаем упущенное за ужином на днях. Она кивнула. — Люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, Ми.