Глава 10

17 октября 2006 г. Гермиона 12:30 — Что случилось? — спросила Гермиона, пока Крессуэлл быстрым шагом вел ее по коридору к отделу магического правопорядка. — Одного из наших разведчиков отправили на помощь маленькой стае в Манчестере, которая искала убежище. — И? Дэниэль резко вдохнул, будучи не в силах встретиться с ней взглядом. — Их убили. Пятнадцать оборотней. Им оторвали головы, Гермиона. — Сивый, — прошептала Грейнджер. Дэниэль поежился при упоминании этого имени и нерешительно кивнул. — Вне всяких сомнений на этот раз. Одному оборотню удалось сбежать, и он подтвердил это, опознав его. Инквизиторы отправились на место преступления, спасибо Мерлину. Но Поттер хочет собрать всех остальных у себя в отделе по этому поводу. Они свернули за угол и, зайдя в конференц-зал, Гермиона замерла. За столом, беседуя с Гарри, сидел Тео, облаченный в полную экипировку. — Нет! Все присутствующие, включая Тео и Гарри, обернулись на гриффиндорку, когда ее голос эхом разнесся по комнате. — Главный аврор, вы сошли с ума, если считаете, что его можно отправить на поле боя, — проревела Гермиона, обвиняюще тыкая пальцем в грудь своего друга. — Он вообще не должен находиться в этой комнате, ему надо больше отдыхать. — Советник, мы уже… — Это не обсуждается! Я не потерплю подобных решений. Еще каких-то четыре дня назад он был прикован к постели. Ты не можешь ждать, что он ринется в бой. — Советник… — начал было Тео. — Ради Мерлина, ему нужно… — Советник, — прошипел Тео, резко вскочив со стула, — во-первых, говорите, пожалуйста, тише. А во-вторых, никто не отправляет меня на задание, Великий инквизитор лично в этом убедился. Поэтому хватит обсуждать меня, словно я не сижу на соседнем стуле. И чем быстрее мы закончим собрание, тем быстрее я смогу добраться домой и отдохнуть. Глаза гриффиндорки расширились, она осмотрела комнату и покраснела под множеством любопытных взглядов, устремленных на нее. Тяжело сглотнув, Гермиона направилась к своему привычному месту рядом с Дэниэлем, на лице которого расползлась самодовольная ухмылка. — Должно быть, он фантастически тебя трахает, раз ты так увлечена им. Гермиона, нахмурившись, шлепнула его по руке. — Ты неисправим. Усмехнувшись про себя, Дэниэль откинулся на спинку стула и обратил свое внимание на Гарри. — Если вы слишком чувствительны и вам сложно смотреть на расчлененные тела… — начал Гарри, после чего добавил со смешком: — Ну, тогда вы не должны работать в отделе магического правопорядка. Присутствующие взорвались смехом. Кроме тех, кто работал в отделе гриффиндорки. Мужской клуб, который составляли авроры, — пусть даже работающие под каблуком Гарри — невероятно раздражал. Отдел, смеющийся над массовым убийством, уж никак не успокаивал зарождающуюся в Гермионе тревогу. Гарри нервно откашлялся, уловив краем глаза неодобрительную реакцию своей подруги. — А теперь серьезно: сотрудники отдела регулирования и контроля магических существ, если вам сложно смотреть на подобное, я настоятельно прошу покинуть кабинет. Вам сообщат, когда можно будет вернуться. Несколько стульев заскрежетали о пол, когда сотрудники отдела Гермионы смущенно поднялись со своих мест и, медленно перебирая ногами, один за другим поплелись к выходу. В этот момент она заметила, как Тео с одним аврором смеялись над работником отдела существ, который сбежал из кабинета, как только открылась дверь. Наткнувшись на ее полный ярости взгляд Нотт резко кашлянул в попытке скрыть собственное самодовольство. — Ладно-ладно, — произнесла она одними лишь губами, закатив при этом глаза. Тео дразняще облизал губы с полуулыбкой, словно говоря: «Прости». Тихо фыркнув, Гермиона показала ему средний палец и быстро повернулась к своей секретарше, которая нервно ерзала на стуле, ожидая приказа начальницы. Улыбнувшись и кивнув на дверь, гриффиндорка дала понять, что ей необязательно здесь оставаться. Бросив блокнот и ручку, девушка неловко кивнула в знак благодарности и выбежала в коридор. — Вау, сколько же у нас смельчаков, — прошептал Дэниэль голосом, сочившимся сарказмом. — Рано или поздно им придется увидеть, но лучше пусть это произойдет в их кабинетах, чем на глазах авроров, которые обязательно посмеются над ними, — пробормотала Гермиона, поймав взгляд Сибил, которая, нахмурившись, за ними наблюдала. — Смотри, твоя подружка. — Черт, — простонал Дэниэль. — Клянусь, она не отказалась бы взглянуть на мою оторванную голову. Чертова фанатичка. Гермиона тихо хихикнула, однако ее смех был прерван взмахом палочки Гарри, который создал в воздухе картинку, от которой сердце забилось где-то в районе горла. Настоящее варварство. Девять голов, отделенных от тел, ровно выстроились на покрытой плесенью деревяной поверхности. Их глаза были открыты, безучастно глядя вперед, а рты — разинуты в безжизненной манере. Языки были вырваны и, по-видимому, съедены, учитывая, что их нигде не было видно. Изображение отдалилось, и по комнате разнеслось удивленное бормотание. Тела аккуратным рядом лежали на земле, руки каждого были скрещены на том месте, где когда-то были гениталии, нынче зверски откушенные. У всех, кроме одной женщины. Гермиона отвернулась. То, что сотворили с этими людьми, было… чудовищно. Бесспорно, зловещая картинка навсегда засела в памяти гриффиндорки. Однако эта женщина… Не удержавшись, Гермиона бросила еще один взгляд в ее сторону. Увиденное оставило неизгладимое впечатление. — Он что… — раздался трясущийся голос из задней стороны зала. — В ходе расследования стало очевидно, что он продержал ее в живых дольше остальных, дабы изнасиловать. Джорджия Тейлор. Магглорожденная дочь фермера из Восточной Англии. Проходила стажировку в Министерстве, после чего была укушена, — мрачно усмехнувшись, он бросил папку с документами на стол. — И знаете, что мы сделали после этого? Мы, блять, выгнали ее, стоило ей стать на учет в качестве оборотня. Последние годы жизни она провела, скитаясь в поисках объедков со своей стаей, и в день, когда отдел регулирования и контроля магических существ, наконец-то, предложил помощь, была изнасилована Сивым и зарезана, как скотина. Кончив, он просто бросил Джорджию и хладнокровно ее убил. — Именно поэтому мы не сотрудничаем с бродячими стаями, главный аврор, — усмехнулась Сибил. — Они непредсказуемы и опасны для общества. Вы ведь не намекаете, что это наша вина? — Нет, мисс МакФарлан. Я намекаю, что у них был бы шанс на спасение, если бы вы предоставили им убежище. — Это не моя… — Это ваша подпись, верно? — зарычал он, левитируя в ее сторону несколько петиций, при виде которых женщина побледнела под пристальными сердитыми взглядами присутствующих. Гермиона нахмурилась в замешательстве. — Я прошу прощения, что это? — Петиции. Восемь из них, если быть точнее. От этой самой стаи, которую вы можете наблюдать перед собой. Гриффиндорка повернулась к Сибил, которая старательно избегала осуждающих взглядов. — МакФарлан, почему ни одна из них так и не попала ко мне на стол? — Я… — Эти петиции сначала должны были пройти через меня, — заревел Дэниэль. — А я бы передал их советнику Грейнджер. Как ты посмела? — Я… Я не… — Пошла вон, — открестилась от нее гриффиндорка. — Сейчас же. Твои действия мы обсудим следующим утром вместе с Визенгамотом. Понурив голову и тихо хныкая, она покинула кабинет, споткнувшись по пути о собственную ногу. — Вот же ж блядь, — выдохнул Тео. Сжав кулаки, он смотрел на жертв насилия. — Правила были придуманы не ради смеха, — продолжил Гарри. — Ужасно, что десять жестоко убитых людей послужили напоминанием. Советник Грейнджер, я надеюсь, вы разберетесь с ней должным образом. — Не сомневайтесь. Гарри кивнул, выдохнув с облегчением, после чего снова отдалил изображение. Присутствующие в кабинете ахнули. На стене соседнего здания была надпись, состоящая всего из четырех слов. ДЛЯ МОИХ ДОРОГИХ ИНКВИЗИТОРОВ — За что? — ее голос надломился от ужаса, сковавшего грудь, а руки начали дрожать, стоило ей бросить взгляд на Тео, который лишь презрительно фыркнул. — Это мы и пытаемся выяснить, — вздохнул Гарри, взъерошив ладонью волосы. — Этот человек… Это чудовище слишком порочно, жестоко и безжалостно. Инквизиторам был отдан приказ: убивать на месте. Что касается моих авроров, вы будете сопровождать инквизиторов во время каждого выезда. С этого момента — никакой реабилитации, никакого Азкабана, ничего. Всем ясно? Все закивали в знак согласия, гриффиндорка же буквально ощущала напряжение, исходящее от оставшихся в кабинете членов ее отдела. Дэниэль казался встревоженным, он пристально изучал изображение места преступления, словно не мог отвести взгляда. Гермиона коснулась его запястья и сжала ладонь в попытке успокоить, после чего он грустно улыбнулся в ответ. — Знаю, это тяжело, — прошептала она. Дэниэль кивнул, негромко фыркнув. — Завтра будет девять лет, — хмурая ухмылка растянула его губы. — Я хочу, чтобы он сдох. — Так и будет. Я обе… Неожиданно в кабинет в полном обмундировании ворвался Драко. Подойдя к Гарри и прошептав ему что-то на ухо, он заставил главного аврора задуматься. — Все свободны. Каждый из вас получит документы с известными нам пособниками Сивого и их кличками. Советники, пожалуйста, сообщите своим сотрудникам, что они могут обратиться к психологу, если увиденное повергнет их в шок. Джинни Уизли выслушает все претензии и недовольства, — он ухмыльнулся, после чего негромко, чтобы его услышали лишь Гермиона с Тео, добавил: — Уверен, что она снесет мне голову за эти слова. Авроры, загалдев, начали подниматься со своих мест и двигаться к выходу из кабинета вслед за сотрудниками отдела регулирования и контроля магических существ, которые разбежались, стоило Малфою перешагнуть порог. Гриффиндорка обратила внимание на ладонь блондина, что покоилась на плече Тео, и услышала: — Ты в порядке? Нотт кивнул. — Все нормально. Не волнуйся. Как вдруг оба поймали на себе пристальный взгляд Гермионы, после чего Драко отдернул руку, словно его резко укусила змея, и натянуто улыбнулся, прежде чем покинуть кабинет. — Ты идешь? Она покачала головой, глядя на Дэниэля. — Иди. Я задержусь здесь. Стук шагов коллеги стих, стоило ему выйти в коридор, и Гермиона уловила конец разговора парней. — Пошли, Нотт, — произнес Гарри, хватая палочку. — Куда? Оба подпрыгнули от резкого звука ее голоса, Гарри же выглядел виноватым, что не ускользнуло от внимания Грейнджер. — В Азкабан. — Гарри Джеймс Поттер, я только что сказала… — Гермиона, — голос Тео, пропитанный злобой, заставил волосы на девичьем затылке зашевелиться. — Могу я напомнить тебе, что, если не буду делать свою работу, меня не уволят, меня отправят обратно в тюрьму! На меня никто не давит, я не использую темную магию, а моя палочка под защитными заклинаниями. Я знаю, как себя вести в таких ситуациях, тебе не нужно опекать меня. — Тео, я прос… — начала она, однако закончить не успела, потому что он, не дослушав, вылетел из кабинета. Гермиона уставилась на Гарри. — Что, черт побери, с ним происходит? — Он сегодня не принял обезволивающее, и, честно говоря, Гермиона, ты ведешь себя как… мамочка. Гарри поежился, увидев огонь в ее глазах. — Ты смеешься надо мной?! Ты видел результаты обследования, что проводил с ним Драко? Его магия вышла из-под контроля. Он сможет вернуться к работе не раньше, чем через несколько месяцев, а может и через год. — Он не исполь… — Гарри, два последних раза он выскользнул, не используя темную магию. Гарри тихо хмыкнул, а кутикула, которую он ковырял на протяжении последней недели сдалась и начала кровоточить. — Черт. У меня сейчас нет на это времени. Ты сама видишь, что сотворил Сивый, понимаешь, что он еще может сотворить. Я не могу… Я должен разобраться с этим, пока все не стало хуже. — Это из-за Пэнси, не так ли? — спросила Гермиона после минутной паузы. — Ты хоть говорила с ней о том, как это все дерьмо разрывает ее сердце на части? Она снова видит кошмары по ночам, и теперь… — Гарри запнулся, сняв очки и скользнув ладонью по лицу. Мешки под его глазами стали заметнее, чем когда-либо до этого. Он выглядел куда хуже, чем обычно, с заметно отросшей щетиной и залегшей морщинкой между бровей. — Прошлой ночью она закричала, потому что подумала, будто я — это он, — его губы задрожали, а глаза наполнились слезами. — О, Гарри, — выдохнула гриффиндорка, заключив друга в объятия, когда с его губ сорвался сдавленный всхлип. — Я просто должен разобраться с ним. Ради нее. Ей это необходимо. Гермиона закивала, уткнувшись в его плечо, после чего мягко поцеловала в лоб. — И мы разберемся. Я тебе клянусь. Она поправится, когда он умрет. И на этот раз — окончательно. Гарри кивнул. — Спасибо тебе, Гермиона.

***

Драко 13:00 — Надо прочесать территорию. Начинаем отсюда, возьмем радиус в пять километров. Возможно, он оставил улики, — кокетливый смех нарушил тишину, и Драко раздраженно посмотрел по сторонам. — Эдриан, твою мать, позже пристроишь свой член, быстро иди сюда. Эдриан стиснул зубы от злости, но все же подмигнул красавчику-аврору, который, покраснев, словно свекла, примкнул к своим. — Почему ты всегда портишь мне кайф? — заскулил он, по-детски надувшись. — Десять человек были убиты, одна из них стала жертвой насилия, Пьюси. Что из этого тебя так развеселило? — вопрос Блейза был риторическим, а тишина вокруг них казалась болезненной. — Не сходи с ума, ты знаешь, что я имел в виду. — Что, если бы это была Пэнс… Эдриан с Драко, расправив плечи, посмотрели на него, мысленно требуя, чтобы тот закрыл свой рот. — Извинись. — Блять, я ничего такого… Эдриан, угрожающе глядя сверху вниз, подошел к Блейзу, что стоял, скрестив на груди руки. — Она здесь. Давай, продолжи. — Пэнс, прости, — пробубнил он, будучи не в силах поднять глаза на подругу. Она лишь пожала плечами, слегка поправив ладонью волосы. — В этом нет смысла. Он ничего такого не имел в виду. Идем, Эдриан. Искоса глядя на Блейза, Пьюси кивнул и сделал шаг назад. — Больше так не делай. — Самое идиотское писькомерство, что я когда-либо видел, — простонал Драко. — Забини, будешь работать в паре с Пьюси. Осмотрите окрестности, пройдитесь по жителям района. Все, как обычно. Любая зацепка, человек, лишенный воспоминаний, просто… Любая мелочь может помочь. Всем ясно? — Ясно. Все молча продолжили смотреть на Блейза. — Забини? — Что? — огрызнулся он, яростно зыркнув на Драко. Малфой в свою очередь нахмурился. — Возможно, ты сейчас меня недолюбливаешь, но это твоя работа, а я твой начальник. Слушай меня, когда я с тобой разговариваю. В следующий раз предупреждением не отделаешься. — И что ты сделаешь? Отправишь на задание, когда буду не готов? Задушишь меня? Лишь бесконечно повторяющиеся в голове слова Луны удерживали его от того, чтобы незамедлительно не наброситься на стоящего напротив мулата. Спасибо, блять, терапии. — Не начинай. Не сейчас. У нас слишком много работы, — выдохнул Драко, хрустнув костяшками пальцев. Пэнси прочистила горло. — Я предпочту начать, если вы не возражаете. Блейз, закатив глаза и кивнув, нехотя схватил за руку Эдриана и аппарировал из палатки. Сжав пальцами переносицу, Драко выдохнул с облегчением. — Мерлин, как я ненавижу это. Паркинсон фыркнула. — Что именно? — Все это. То, что всего тридцать минут назад мы стояли в окружении мертвых тел. Или то, что Сивый до сих пор на свободе. А еще то, что тебя это так сильно задевает, а я даже помочь тебе не могу, потому что ты не хочешь со мной разговаривать. Вероятно, это самый долгий наш разговор за последние недели. О, еще все мои друзья чертовски меня ненавидят. Кроме Тео… По каким-то, блять, непонятным мне причинам. Все это напоминает ночной кошмар. Смешок, полный жалости, сорвался с ее губ, а боль, исказившая лицо, стала более очевидной после того, как двое друзей оставили их наедине. — Во-первых, ты не должен беспокоиться обо мне. Со мной все будет в порядке, когда мы обретем контроль над этой чертовой ситуацией. Во-вторых, даже не пытайся делать вид, будто не понимаешь, почему он не ненавидит тебя. Вы можете ругаться из-за нее целыми днями, но это не отменяет того… — Не надо, — его голос надломился. — Пожалуйста. — А я ошибаюсь? — спросила Пэнси, пристально глядя на него. Драко слабо пожал плечами. — Я не знаю. Мы не говорим об этом. — Возможно, стоило бы, — предложила она. — Больно наблюдать, как вы двое ходите вокруг да около. Тео гораздо хуже удается скрывать свои эмоции, нежели тебе. — У него есть чувства к ней. — И что? У тебя тоже. У вас обоих есть чувства к ней, сколько я вас помню. Однако это не остановило вас от… — Ладно, ладно. Намек понят, — легкий румянец, выступивший на его щеках, заставил Пэнси изо всех сил сдерживать рвущуюся наружу ухмылку. — Давай просто… Идем, ладно? Пэнси кивнула. — Но я все еще злюсь на тебя, знай это. — Я знаю. Драко протянул ей руку, как вдруг из воздуха появился ослепительный олень, осветив собой брезент палатки, в которой они находились. — Великий инквизитор, явитесь в Азкабан. Немедленно, — прогремел голос Гарри Поттера, прежде чем животное исчезло. Желудок Драко сжался. — Оставайся здесь. Если почувствуешь опасность или тебе покажется, что он рядом, используй это, — он сунул маленькую пуговицу ей в перчатку. — Он приведет тебя прямо в Атриум. — Это зако…? — Ты действительно хочешь знать ответ? Пэнси, медленно моргая, замерла на мгновение, после чего покачала головой. — Иди. С громким треском он исчез. Едва не поскользнувшись, Драко успел схватиться за скалистые стены Азкабана, мокрые от безжалостных морских волн. Он вернулся в гигантскую мрачную преисподнюю, что когда-то звал домом. Охранник усмехнулся, осмотрев его с ног до головы, после чего кивнул в сторону камеры Малфоя-старшего. Усмехнувшись в ответ, Драко вежливо поздоровался, выругавшись про себя, достал палочку и помчался по коридору. Ворвавшись в камеру, он вздохнул с облегчением, когда увидел Тео. — В чем дело? Ты в порядке? — спросил Драко, в припадке осматривая и ощупывая друга. — В порядке, — ответил тот с натянутой улыбкой. — Честно. Пожалуйста, не волнуйся так. Этот мудак хотел тебя видеть. Драко перевел взгляд на отца. Эта скользкая оболочка человека с сальными патлами осмелилась ухмыльнуться ему. Его зубы, некогда такие идеальные и белоснежные, начали разрушаться и желтеть, как у тети Бэллы, когда безумие взяло над ней верх. — Драко, — пробормотал он. — Сколько же времени прошло. Малфой-младший, раздраженно сжав губы, все-таки решил сесть. Он сыграет в эту игру. По крайней мере, пока не лопнет его терпение. — Да что ты? Мне так не показалось. — Разве не мило? Сидим тут втроем как в старые-добрые времена, — хихикнул Люциус, после чего перевел взгляд на Гарри. — Ну и Поттер с нами. Не могу не сказать, как мне мучительно больно видеть, что ты сблизился с полукровкой, Драко, — грязные пальцы размеренно постукивали по колену. — Хотя, я никогда не думал, что при жизни признаю, что вы с мисс Грейнджер выглядите весьма соблазнительно вместе. Желудок, казалось, завязался в узел, а из груди вырвалось низкое рычание. — Что, блять, ты только что сказал? Ярость начинала захлестывать его. Никакие дыхательные упражнения не помогут, если Люциус еще хоть раз произнесет ее имя. Он просто… — Я сказал, — начал он, медленно выделяя каждое слово. — Вы… с мисс… Грей… Кулак Драко мгновенно врезался в самодовольное лицо Люциуса, чья голова в ту же секунду ударилась о металлическую решетку позади. Из носа хлынула кровь, а истерический смех, нарушивший тишину, напомнил Беллатрису. Драко потребовалось несколько мгновений, чтобы вспомнить, что они были родственниками… в каком-то там поколении. Их генеалогическое древо казалось настолько запутанным, что невозможно было вспомнить, кто из кузенов кого трахал и на ком женился. — Правда, сын, я впечатлен. Мне всегда казалось, что у тебя слабые запястья. — Не смей произносить ее имя своим грязным, блядским ртом, — усмехнулся Тео, стоя сбоку от Драко и ритмично постукивая ногой по каменному полу. Его терпение заканчивалось, он был буквально в шаге от срыва. Люциус выгнул бровь, и на его покрытом потом лице расплылась широкая улыбка. — О, все еще более интересно, чем я себе представлял. Она вас обоих обвела вокруг своего маленького пальчика, не так ли? — Люциус, достаточно твоих игр, — вмешался в разговор Гарри, откинувшись на спинку стула. — Потрудись объяснить, почему твое письмо, адресованное Фенриру Сивому, было найдено на месте преступления? Взмахом палочки Драко материализовал из воздуха записку и положил ее на стол перед отцом, который имел наглость улыбнуться в ответ. — Хм-м-м, — все, что он сказал. — Отец? Серые глаза Люциуса встретились с его собственными, они были буквально отражением друг друга. — Отвечай на его вопрос. — Мы — друзья, — он повел одним плечом. — Я не понимаю, что еще вы хотели от меня услышать. — Ты переписываешься с преступником, который совершает массовые убийства, обо мне и моем отряде. Это делает тебя его сообщником, учитывая, что теперь его угрозы очевидны, — прошипел Драко. — Ну, Драко, давай не будем драматизировать, — протянул Люциус. — Это пустая трата времени, — блондин нервно хихикнул и покачал головой от абсурдности ситуации. — Он просто тратит время, которого у нас нет. — Вы двое, оставайтесь здесь, — пробормотал Поттер, вставая. — Я поговорю с надзирателем о том, чтобы ограничить ему возможность писать письма. Люциус выпятил нижнюю губу. — Наказываешь меня, Поттер? Гарри показал ему средний палец, после чего выскочил за дверь. Если бы не события сегодняшнего дня, Драко рассмеялся бы от увиденного. — Что ж, теперь мы здесь только втроем. О чем поговорим? — цепи Люциуса звякнули о пол, когда он пошевелил ногами. Никто не произнес ни слова, парни только откинулись на спинки своих стульев и уставились на него. Люциус же, наклонив голову в сторону, переводил взгляд с Драко на Тео, злобно ухмыляясь. — Я чувствую некоторое напряжение. Они одновременно усмехнулись. Драко закатил глаза, а Тео потянулся за стаканом с водой. — Вы двое все еще трахаетесь? Лицо Драко вспыхнуло краской, когда Тео закашлялся и начал плеваться водой. Люциус маниакально хихикнул. — Вы с такой легкостью это делаете. — Мы никогда не трахались, — прорычал Драко, пытаясь игнорировать нервные подергивая сидящего рядом Тео. Его отец щелкнул языком. — Не ври мне, Драко. Судя по звукам, которые до меня доносились, и компрометирующей позе, в которой я вас застал, вы не отвертитесь. Теодор, ты ведь пом… — Осторожно, — угрожающе прорычал Тео, вертя в руках свою волшебную палочку. — Тебе же не хочется случайно спрыгнуть с крыши? Люциус подавил рвущийся наружу смешок. — Если ты не доставишь мне такое удовольствие, то хотя бы расскажи, как поживает моя жена. Драко горько усмехнулся. — Ты вызвал нас сюда, чтобы спросить о своей мертвой жене? Взгляд Люциуса ожесточился. — Учитывая, что человек, которого ты сейчас зовешь начальником, позволил ей умереть, а я, по всей вероятности, никогда не покину это место, то да. Я бы хотел узнать о моей мертвой жене. — Ее призрак скитается по замку, рыдая и распевая старые жуткие песни. Уверен, ты можешь себе представить, как прекрасно сейчас возвращаться домой, — ответил Драко с саркастичной улыбкой. — Она… — Люциус прочистил горло, в его голосе можно было уловить нотку уязвимости. — Она спрашивает обо мне? Тео с Драко переглянулись и взорвались приступом неконтролируемого смеха, игнорируя пренебрежительное отцовское фырканье. — О, Мерлин, ты… ты чертовски жалкий, — усмехнулся Драко, показательно вытирая проступившую от смеха слезу. — Спасибо, отец, мне это было нужно. Однако нет, она не спрашивает про грустного, ничтожного придурка, который жестоко избивал ее. — Ты не заслуживаешь возможности даже спрашивать о ней, — напряженно проревел Тео, едва сдерживая свой гнев. — Эта женщина, черт возьми, была святой. Люциус перевел взгляд на кудрявого брюнета. — Ты падал к моим ногам, малец. Ты снова и снова умолял меня принять тебя в семью, чтобы твой отец не сбросил тебя с лестницы в очередной незадавшийся день. — Я был дураком, — прошипел Тео. — И ребенком, если ты помнишь. Сейчас же я могу вести себя как дурак, но я больше не ребенок. Я мог бы убить тебя голыми руками, если бы захотел. Люциус фыркнул и отвернулся, словно утратил интерес к беседе. — Я уверен, ты смог бы. Гарри вернулся. — Великий инквизитор, вы останетесь здесь, пока мы с инквизитором Ноттом наведаемся к Яксли? Похоже, в Азкабане господствует мятежное настроение, учитывая, что еще четыре письма были найдены под его койкой. — Никаких проклятий, колдовства и темной магии, — он замолчал на мгновение и перевел взгляд на Поттера. — Пожалуйста. Тео кивнул. — Я знаю. Со мной все будет хорошо. — Поттер? Гарри утвердительно кивнул, немного успокоив Малфоя. Не обращая внимания на самодовольную ухмылку отца, он легко коснулся ладони Тео. — Если это слишком… — Драко, я все понял, — рявкнул Нотт. — Мерлин, ты хуже Гермионы. — Прости за то, что забочусь о тебе, — прорычал он и усмехнулся, когда Тео задел его плечом, направляясь к выходу. — Я знал, что вы двое слишком сладенькие, но — о, боги — напряжение между вами просто разрушительное, — хихикнул Люциус. — Заткнись, — простонал Драко, поставив локти на стол и потирая виски. — Разве я лг… — Если в течение десяти секунд ты не выложишь ничего полезного, я ухожу. Люциус усмехнулся. — Думаю, ты даже не осознаешь, насколько коррумпировано ваше маленькое Министерство. Снова. — Какого хера, вы, Пожиратели Смерти, такие, блять, загадочные? Это чертовски утомительно, — застонал Драко, глухо ударившись головой о стол. Его отец с улыбкой подался вперед, обнажив желтые зубы. — Маленький Теодор в опасности, сынок. Но на этот раз ты ничем не можешь ему помочь. Он в полном дерьме. Сердце екнуло в груди, и Драко медленно оторвал голову от стола. — Какого хера? О чем ты говоришь? Люциус откинулся на спинку стула, загадочно закусив губу и невинно пожав плечами. Этот ублюдок имел наглость изобразить, как закрывает рот на замок и выбрасывает ключ. Драко же резко вскочил со своего стула, схватил отца за грудки рванной мантии и толкнул к стене, разбив его голову о шероховатый камень. Люциус застонал. — Гребаное отродье, тебе что-то известно? Однажды я убью тебя, Люциус. Клянусь. Если с ним что-то случится, я сломаю любую защиту, доберусь до тебя и убью собственными руками. Дементоры так расстроятся, что у них не будет возможности поцеловать тебя, однако я с радостью проведу остаток своей жизни за решеткой. Малфой-старший, злобно ухмыльнувшись, процедил: — Осторожнее, сынок. Я вижу тьму в твоих глазах. Ты ведь не хочешь выскользнуть. Так вы это называете, верно? Глаза Драко расширились, а хватка слегка ослабла. — Как ты узнал об этом? Люциус фыркнул, и маленькие капли кровавой слюны упали на щеку его сына. — У Темного лорда было много козырей в рукаве. Расправа с предателями входила в их число. И, как я уже говорил, ваше Министерство слишком коррумпировано, сынок. Драко откинул отца в сторону и задернул левый рукав. Потеряв дар речи, он наблюдал, как бледная змея извивается на коже, медленно исчезая одновременно с тем, как рассеивается его гнев. — Блять. Развернувшись на каблуках, он рванул по коридору, кивнул охраннику у камеры Яксли и забежал внутрь. Увидев, что Тео стоит с поднятой палочкой, Драко закричал: — Стой! Гарри и Тео повернулись в его сторону, остатки знакомой темной дымки на предплечье не ускользнули от внимания последнего. Все еще тяжело дыша, Драко схватил Тео за руку, сбросил щитки и разорвал ткань рубашки, обнажив метку с яростно извивающейся змеей на коже. Ее движения были более агрессивными, чем на руке Малфоя, как если бы она боролась за возможность вырваться на свободу. — Это Он. Он делает это с нами, — выдохнул Драко. — Это н-наказание. Глаза Тео округлились от удивления, когда татуировка начала медленно исчезать. — Ты, должно быть, шутишь… — Я даже не применял магию против Люциуса. Моя начала шевелиться, стоило мне прижать его к стене. Тео побледнел. — Она чувствует неповиновение. Драко, вздохнув, сполз по стене и опустил голову. — Как, черт возьми, мы могли не заметить этого раньше? — заскулил он. — Потому что вы тупые, как пробки, — раздался голос из камеры рядом с ним. Даже не подняв глаз, Драко пульнул невербальным Круцио, упиваясь ощущениями и игнорируя крики, от которых остальные заключенные поежились от страха. — Ты не можешь просто разбрасываться проклятиями, Драко, — Гарри нахмурился. — Разве это не входит в мои прямые обязанности, Поттер? Нет необходимости притворяться, что ты выше этого, твоей девушки здесь нет. — Не понимаю, о чем ты говоришь… — Мэдден. Глаза Гарри сверкнули, и этого оказалось достаточно, чтобы Драко умерил свой пыл. — Вот именно, — сплюнул Малфой, прежде чем встать. — Тео, иди домой. А мне надо вернуться в палатку. — Великий инквизитор, — резко начал Гарри. — Мы вели допрос, пока вы не прервали нас. — Поттер, я еще не до конца восстановился, чтобы продолжить допрос, — процедил Тео сквозь стиснутые зубы, игнорируя едва заметную улыбку на губах Драко. Гарри уставился на них, после чего бросил: — Отлично. Я сам это сделаю. — Как будто ты не хотел этого, — пробормотал Малфой себе под нос. Поттер молча призвал свой Патронус, слегка ухмыльнувшись завидующим слизеринцам. — Главный аврор Поттер запрашивает разрешение на использование проклятия Круциатус для допроса Корбана Яксли. Олень, прыгнув, исчез за ближайшей стеной. Кивнув им, Гарри эффектно отмахнулся и повернулся к камере, где сидел Яксли. Тео и Драко шли по коридору, не обращая внимания на возгласы заключенных, большинство из которых они сами и посадили за решетку. Позади раздался властный голос: «Запрос одобрен». Слизеринцы хихикнули, услышав, как Гарри Поттер рассмеялся и прошипел: «Круцио». Крики Яксли эхом отражались от каменных стен в момент, когда они аппарировали прочь.

***

Стоило Драко перешагнуть решетку камина своего «дома», он замер, услышав странные звуки, которые доносились из кухни. Казалось, оттуда исходил странный свет. Он разулся, аккуратно обойдя осколки стекла, которые оставил здесь когда-то давно и на цыпочках прошел дальше, прислонившись спиной к стене, мысленно проклиная пыль, которая, наверняка, испачкает его костюм. Подняв палочку, он резко повернул за угол, и направил ее прямо на Тео, который сидел на столе в черном спортивном костюме и болтал ногами, как маленький ребенок. Нахмурив брови, Драко опустил руку. — Какого… Его мать вылетела из-за стены и с улыбкой произнесла: — Любимый мой, посмотри, кто ко мне пришел! Я как раз говорила ему о… — Мама, оставь нас. Пожалуйста, — отрезал он. Тео нахмурился. — Не обращай на него внимания, Цисса. Я поистине наслаждаюсь твоей компанией. Нарцисса хихикнула. — Я скучала по твоему умению льстить, дорогой. Лишь небо знает, как мне этого не хватает, — она многозначительно посмотрела на Драко. — Не могла бы ты дать нам хотя бы минутку? — застонал он, прислонившись к пыльному шкафчику. Пренебрежительно фыркнув, миссис Малфой похлопала полупрозрачной рукой по щеке Тео и скользнула обратно сквозь стену. Тео грустно смотрел ей вслед. — Она выглядит так же прекрасно, как и при жизни. Драко пожал в ответ плечами. — Полагаю, да. Голубые, словно океан, глаза Нотта встретились с его собственными. — Как ты живешь с этим, Драко? — Все не так плохо. Я только сплю здесь. — Я видел, как ты спал в кабинете, чтобы не идти домой. Почему ты не сказал мне, что все так ужасно? — Ты никогда не спрашивал. Да и это неважно. Почему ты пришел? Тео прочистил горло. — Я просто… Я подумал, что нам надо поговорить. Драко раздраженно потер виски. — Я… Слушай, Тео, я не хочу сейчас говорить о Гермионе. У нас был дерьмовый день. Все, что мы нашли за сегодня, — гребаный отпечаток зубов, который может принадлежать Сивому, а может любому другому оборотню, но отдел существ не получил должного финансирования для проведения обширной судебно-медицинской экспертизы, потому что они в дерьме. Не говоря уже о том, что этот Крессуэлл чертовски бесполезен, не понимаю, что она в нем нашла. Весь отдел — сплошные ид… — он замолчал, покраснев от смущения, заметив, как Тео ухмыляется его бормотанию. — Прости. Нотт, наклонив голову, мягко улыбнулся. — Если тебе нужно выговориться, продолжай. Драко снова пожал плечами, уставившись в пол. — На самом деле я хотел поговорить о… о нас, о том, что происходит в последнее время. Он поднял голову и, сузив глаза, пристально посмотрел на друга. — На что ты намекаешь? Тео закатил глаза и фыркнул. — Ты всегда все усложняешь. Драко ничего не ответил, просто ждал, пока Тео продолжит. — Я не хочу этого, — он кивнул, глядя на Малфоя, и Драко ощутил, как екнуло сердце от внезапно возникшего необъяснимого чувства. — Я, черт возьми, не хочу враждовать с тобой. Это жалко. Я знаю, все это дерьмо между нами забудется... со временем. Я просто не могу… потерять тебя. И я не буду продолжать пытаться, если ты сделаешь то же самое. Драко выгнул бровь. — Что это значит? — Старайся быть лучше. Ты не можешь продолжать быть дерьмовым другом, использовать насилие, чтобы выместить собственную злость, заставлять женщину, которую ты… — он сделал глубокий вдох. — Постарайся. Пожалуйста. Я… Ты знаешь, что я чувствую к ней. Знаю, ты чувствуешь то же самое. И я отказываюсь притворяться, что ничего не чувствую только, чтобы угодить тебе. Я — не Гарри. Кивнув, Драко взъерошил рукой волосы. — Могу я задать тебе вопрос? Тео жестом попросил его продолжить, однако слова застряли где-то в горле. Разговор шел на удивление неплохо, и Драко не мог все испортить из-за идиотского ребячества, которое ни к чему бы не привело. — Я… Не обращай внимания. Это глупо… Слова Люциуса просто засели в моей голове. Прости, — быстро пробормотал он. Улыбка Тео поникла, он уставился на собственные дрожащие пальцы. — Ладно, — неловко продолжил Драко. — Спасибо… Спасибо, что зашел. Тео, склонив голову, криво ухмыльнулся. — Волнуешься за меня, Драко? Щеки Малфоя вспыхнули, когда он в третий раз за вечер пожал плечами, и Тео фыркнул. — Пакуй чемодан, придурок. Ты переезжаешь ко мне. Драко открыл было рот, чтобы отказаться, однако Тео спрыгнул со стола и потрепал его одной рукой по щеке. — Ш-ш-ш. Не спорь. Это не стоит той драмы, которую я разыграю перед твоей матерью, — усмехнулся он, после чего целомудренно поцеловал друга в лоб и отправился по коридору к камину. — Увидимся через час. Если нет, жди громовещатель и твою мать, орущих на тебя, — крикнул он через плечо застывшему на месте и покрасневшему Драко, который вцепился в столешницу с такой силой, что костяшки пальцев побелели.