Пролог

      Просыпаться в школу всегда было и будет тяжело. Отрешённо глядя сквозь своё отражение в зеркале, юная девчонка пыталась замазать синяки под глазами. В соседней комнате, дома с картонными стенами, хныкала матушка. Девушка вздохнула, ладонью проведя по своим угольным волосам. Прикрывая уши, она исподлобья взглянула на себя в зеркале. Впалые щёки, мертвецки-бледное лицо и потухшие зелёные глаза, под которыми плотно залегли синяки. Девушка пыталась вспомнить, когда ей было настолько плохо, что даже внешний вид нельзя привести в порядок.       Прокручивая в голове день похорон отца, она нечаянно наткнулась на потрёпанный дневник, в котором любила делиться секретами и радостями своей жизни. Несмотря на то, что она уже давно должна была выходить в школу, девушка взяла в руки дневник и присела на край кровати. Она полистала несколько страниц, обсыпанных разноцветными блёстками, и невольно улыбнулась, возвращаясь в детство. В комнату вдруг ворвался младший брат, разрушая всю идиллию, воцарившуюся на мгновения. Девушка шустро спрятала дневник под подушку и с готовностью взяла в руку расчёску, замахиваясь на брата.       — Сань, давай быстрее, без тебя щас уйду. — недовольным тоном сказал брат, потирая сонные глаза. Он вдруг заметил, что подушка лежала не на своём месте, и начал подходить к кровати.       Девушка тут же среагировала и опередила помыслы брата, не позволяя тому даже дотронуться до подушки. Они сцепились в шуточной драке и на крики дочери прибежала заплаканная матушка. Стоя на пороге комнаты женщина оценивающе поглядела на своих детей и устало выдохнула, приказывая собираться в школу. Саша фыркнула, когда брат пнул ногой её коньки, лежащие на полу, и исчез в коридоре. Времени на сборы не осталось, поэтому девушка поправила фартук на форме и на ходу заплела высокий хвостик, схватив авоську с коньками и портфельчиком.       Параллельно пиная брата авоськой, девушка натянула шапку по пути, выбегая в подъезд. Она быстро спустилась вниз по лестнице и оказалась на морозной улице, вдыхая морозный воздух в свои лёгкие. После смерти отца Сашу сбивало с толку абсолютно всё. Братец быстро нагнал девушку и начал громко возмущаться до самой остановки. Девушка нашла свободное местечко около окна и села туда раньше брата, дабы позлить его тем самым, поскольку мальчишка очень любил наблюдать за проезжающим мимо пейзажем. По крайней мере, раньше уж точно любил. Сейчас он безразлично повёл плечом и за руку поздоровался с каким-то незнакомцем, который пару минут назад отжал деньги у ребят из их школы.       — Лерчик, это кто такой? — тихо спросила девушка, украдкой разглядывая парня в яркой синей курточке.       — Пацан с района, — коротко ответил Валера, оставляя девушку в ещё большем заблуждении. Саша провела несложную логическую цепочку и влепила братцу подзатыльник, игнорируя гневный взгляд незнакомца.       — Не поняла, ты чё, совсем, охренел? — прошипела девушка, наклонившись к лицу брата. Тот смутился и пытался успокоить сестрицу, которой только повод дай повздорить. — По отцовскому следу пойти решил, а, абалдуй? На кладбище давно не был? Поехали, напомню, чем он кончил с таким образом жизни!       — Да, блин, чё ты начинаешь… — промямлил мальчишка, пряча глаза от разъярённой старшей сестры. К ним с задних сидений подлетел парнишка в синей курточке.       — Проблемы, Хоккеист? — Саша разозлилась только больше, как только услышала кличку брата. Она переводила недовольный взгляд с одного парня на другого, совершенно не боясь столкнуться с последствиями.       — Не, Марат, это сеструха моя. — примирительно ответил Валера, вскидывая руки, будто оправдываясь. — Сашка вот, а это Марат. Друган мой.       Так называемый Марат опустил взгляд на девушку, оценивающе пройдясь по её внешнему виду. Что-то прикидывая в голове, он лишь выразительно кивнул, хмыкнув. Саша этот жест совсем не оценила, напетушившись до невообразимости. Девушка скрестила руки на груди и ехала, обиженная на брата, до конечной остановки. Дошла до школы она в гордом одиночестве, не желая задерживаться в компании гопников, пускай её брат был таким же. Проходя мимо младшеньких, девушка поднялась к нужному кабинету и на подоконнике нашла свою школьную подружку. Они тепло поздоровались, а Саша встретилась с жалостью в глазах подруги.       — Ничего не говори, ладно? И жалость свою поглубже затолкай, Маш. — грубо попросила девушка, однако Машу это вовсе не оскорбило. Она привыкла к жёсткому характеру подруги и лишь прошествовала за ней в класс.       Урок английского был отдушиной для Саши и она любила проводить время за непринуждённым разговором на иностранном языке с доброй учительницей. К концу урока женщина подозвала к себе Сашу, когда разошлись все остальные ребята. Учительница с теплотой взглянула на свою ученицу, снимая очки. Женщина приобняла Сашу за плечи, а девушка была готова ринуться в бега.       — Как ты себя чувствуешь, Сашенька? — спросила она на английском. Девушка неловко поджала губы, пытаясь улыбнуться ей.       — Я в порядке, спасибо. — Саша не была готова делиться своими чувствами с кем-то из школы, уж особенно со взрослыми.       — Чацкая, я же вижу всё. — сказала учительница, похлопывая девушку по лопаткам. Однако, заметив, что исповедь не планируется, женщина отступила. — Ладно, беги на урок.       И девушка ушла. Как примерная ученица десятого класса, она досидела все оставшиеся уроки, и в раздевалке оказалась раньше всех остальных. Саша не стала дожидаться брата с занятий, схватив авоську с коньками, двинулась по направлению на замёрзшее озеро. Идти от школы совсем недолго, да и в дороге девушка могла подумать о том, что вдруг пошло не так. Почему её брат оказался втянут в дела банды в столь юном возрасте? Саша не понимала, зачем ему в четырнадцать лет лезть в криминал.       Скинув авоську с портфелем на снег, девушка начала переодевать обувь на коньки. Глядя на окружившую её местность, где никто не хотел даже мимо проходить, девушка позволила себе расслабленно выдохнуть. Она вышла на лёд, проверяя прочность острым кончиком лезвия, и только тогда вышла чуть вперёд. Она не выходила на лёд уже недели две, с момента похорон. Саша любила кататься в одиночестве, проветривая клубок своих нескончаемых мыслей обо всём на свете, чтобы расслабиться.       Проделывая пару-тройку элементов, она чуть не упала в попытке сделать излюбленный аксель и решила, что на этом можно закончить. В конце концов, на небе сгущалась мгла, и нужно было идти домой. К страшной тоске, облепившей их старенькую, но когда-то любимую квартиру. Девушка быстро переодела обувь и закинула коньки в авоську, накидывая портфель на плечи. Лениво шагая по тёмным закоулкам девушка воровато оглядывалась по сторонам, будто боясь, что кто-то осмелиться напасть со спины.       В голове пустота и лишь треск льда, отбивающий балладу. Подходя к своему району, она устало перебросила авоську в другую руку и подняла взгляд на собравшуюся толпу. Хмуря аккуратные брови, девушка прищурилась в попытках найти яркую шапку своего братца. Её злил тот факт, что на улицах она могла видеть его не с друзьями, играющих во всевозможные игры, а на собраниях с отморозками. Подойдя чуть ближе, она смогла выцепить синюю шапку брата и незаметно подошла к толпе ребят со спины.       — Валер, домой давай! — крикнула Саша, когда тот не обратил внимание на её тихие просьбы. Парнишка обернулся, а вместе с ним и остальные ребята. Чацкая выгнула бровь, ожидая.       — Не понял, — буркнул угрюмый парень в тёмно-синей спортивке. Валера слегка напружинился, но из толпы вышел.       — Это сеструха моя, я разберусь.       — Уж разберись, — с усмешкой хмыкнул молодой человек в чёрно-красной шапке, а Саша смело взглянула ему в глаза.       Когда они с братом отошли в сторону для разговора, Чацкая нутром ощущала чей-то взгляд на своей спине. Не найдя компромисса, она напоследок проводила брата, уходящего обратно в толпу, взглядом. В ту же секунду её глаза случайным образом встретились с тем, кто неотрывно смотрел на неё. Нахмурившись только сильнее, она вздёрнула подбородок и пошла к подъездам, перед этим услышав смешки из толпы.